ДЕВЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ 

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А14-10334/2021

г. Воронеж

12 мая 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 03 мая 2023 г.  Постановление в полном объеме изготовлено 12 мая 2023 г.  

Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:  

председательствующего судьи Ореховой Т.И., судей Мокроусовой Л.М.,  ФИО1, 

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО2, 

при участии в судебном заседании:  

от общества с ограниченной ответственностью «Новые дорожностроительные технологии» – ФИО3, представитель по доверенности  от 11.05.2021, паспорт гражданина РФ;  

от общества с ограниченной ответственностью 

«Мясоперерабатывающий комбинат Богдановский» – ФИО4,  представитель по доверенности от 21.03.2023, удостоверение № 3723;  

от конкурсного управляющего обществом с ограниченной  ответственностью «Новые дорожно-строительные технологии Актив» –  ФИО5, представитель по доверенности № 7442-НДТ-1 от 12.04.2023,  паспорт гражданина РФ;  

 от иных лиц, участвующих в деле, - представители не явились,  извещены надлежащим образом,  

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу  общества с ограниченной ответственностью «Новые дорожно-строительные  технологии» на определение Арбитражного суда Воронежской области от  08.02.2023 по делу № А14-10334/2021  

по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Новые  дорожно-строительные технологии» о включении требований кредитора в  реестр требований кредитора должника  

в рамках дела о (несостоятельности) банкротстве общества с  ограниченной ответственностью «Новые дорожно-строительные технологии  актив» (ОГРН 

<

***> ИНН 

<

***>),  

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «ЕвротехСтрой»  обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании общества с  ограниченной ответственностью «Новые дорожно-строительные технологии  актив» (далее – ООО «НДСТ-актив», должник) несостоятельным  (банкротом).  

Определением Арбитражного суда Воронежской области от 06.10.2021  вышеуказанное заявление признано обоснованным, в отношении должника  введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден  ФИО6.  

Сообщение о введении в отношении должника процедуры наблюдения  опубликовано в газете «Коммерсантъ» № 206 от 13.11.2021.  

Общество с ограниченной ответственностью «Новые дорожностроительные технологии» (далее – ООО «НДСТ», кредитор) 16.11.2021  обратилось в арбитражный суд с заявлением об установлении требований  кредитора в деле о банкротстве должника.  

Определением Арбитражного суда Воронежской области от 08.02.2023  (в полном объеме от 27.02.2023) установлено требование ООО «НДСТ» к  ООО «НДСТ-актив» в размере 73 519 095,46 руб., в том числе:  задолженность по договору процентного займа от 09.08.2019 в размере  10485117,99 руб., проценты за пользование займом за период с 19.08.2019 по  18.03.2021 в размере 3 349 492,49 руб., пени за период с 13.08.2020 по  18.03.2021 в размере 228 575,57 руб.; задолженность по договору  процентного займа от 04.10.2019 в размере 42 057 814,41 руб., проценты за  пользование займом за период с 05.10.2019 по 18.03.2021 в размере  12049666,64 руб., пени за период с 05.10.2020 по 18.03.2021 в размере  

693953,94 руб.; задолженность по договору процентного займа от 01.04.2020  в размере 4 286 696,85 руб., проценты за пользование займом за период с  02.04.2020 по 18.03.2021 в размере 360 490,19 руб., пени за период с  02.03.2021 по 18.03.2021 в размере 7 287,38 руб., признано подлежащим  удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи  142 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», но  приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество  должника по правилам пункта 1 статьи 148 Федерального закона «О  несостоятельности (банкротстве)» и пункта 8 статьи 63 Гражданского  кодекса РФ (очередность, предшествующая распределению ликвидационной  квоты). В оставшейся части производство по заявлению ООО «НДСТ» об  установлении требований в реестр требований кредиторов ООО «НДСТ- актив» прекращено.  

Не согласившись с вынесенным определением и ссылаясь на его  незаконность и необоснованность, ООО «НДСТ» обратилось в  

Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой,  в которой просило обжалуемое определение отменить и принять новый  судебный акт о признании его требований подлежащими удовлетворению в  третью очередь и включению в реестр требований кредиторов ООО «НДСТ- Актив».  

Представитель ООО «НДСТ» поддержал доводы апелляционной  жалобы.  

Представитель ООО «Мясоперерабатывающий комбинат Богдановский»  возражал против доводов апелляционной жалобы по основаниям,  изложенным в отзыве, просил оставить обжалуемое определение без  изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.  

Представитель конкурсного управляющего ООО «НДСТ-актив» с  доводами апелляционной жалобы также не согласился, просил оставить  обжалуемое определение без изменения, а апелляционную жалобу – без  удовлетворения.  

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились. 

С учетом наличия в материалах дела доказательств надлежащего  извещения неявившихся лиц, участвующих в деле, на основании статей 123,  156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  (далее – АПК РФ) апелляционная жалоба рассмотрена в их отсутствие.  

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и  отзыва на нее, заслушав объяснения участников процесса, судебная коллегия  не находит оснований для отмены судебного акта в связи со следующим.  

В силу пункта 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности  (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам,  предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными  федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности  (банкротства).  

Согласно пункту 1 статьи 4 Федерального закона «О несостоятельности  (банкротстве)» состав и размер денежных обязательств и обязательных  платежей, возникших до принятия арбитражным судом заявления о  признании должника банкротом и заявленных после принятия арбитражным  судом такого заявления, определяются на дату введения первой процедуры,  применяемой в деле о банкротстве.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 71 Федерального закона «О  несостоятельности (банкротстве)» для целей участия в первом собрании  кредиторов кредиторы вправе предъявить свои требования к должнику в  течение тридцати календарных дней с даты опубликования сообщения о  введении наблюдения. Указанные требования направляются в арбитражный  суд, должнику и временному управляющему с приложением судебного акта  или иных документов, подтверждающих обоснованность этих требований.  Указанные требования включаются в реестр требований кредиторов на  основании определения арбитражного суда о включении указанных  требований в реестр требований кредиторов.  

Как предусмотрено пунктом 26 постановления Пленума ВАС РФ от  22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с  рассмотрением дел о банкротстве», предъявляя требование к должнику,  кредитор должен представить во исполнение положений статьи 65 АПК РФ  достаточные доказательства наличия и размера задолженности.  

В данном случае в подтверждение обоснованности заявленных  требований, предъявленных к должнику, кредитор представил вступившее в  законную силу решение Арбитражного суда Воронежской области от  30.06.2021 по делу № А14-6545/2021, которым с ООО «НДСТ-актив» в  пользу ООО «НДСТ» взыскано 73 519 095,46 руб., в том числе:  задолженность по договору процентного займа от 09.08.2019 в размере  10485117,99 руб., проценты за пользование займом за период с 13.08.2019 по  18.03.2021 в размере 3 349 492,49 руб., пени за период с 13.08.2020 по  18.03.2021 в размере 228 575,57 руб.; задолженность по договору  процентного займа от 04.10.2019 в размере 42 057 814,41 руб., проценты  за пользование займом за период с 05.10.2019 по 18.03.2021 в размере  12049666,64 руб., пени за период с 05.10.2020 по 18.03.2021 в размере  693953,94 руб.; задолженность по договору процентного займа от 01.04.2020  в размере 4 286 696,85 руб., проценты за пользование займом за период с  02.04.2020 по 18.03.2021 в размере 360 490,19 руб., пени за период с  02.03.2021 по 18.03.2021 в размере 7 287,38 руб.; расходы по уплате  государственной пошлины в размере 60 000 руб.  

Определением Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от  16.09.2021 производство по апелляционной жалобе ООО  «Мясоперерабатывающий комбинат Богдановский», обратившегося в  порядке статьи 42 АПК РФ, на решение Арбитражного суда Воронежской  области от 30.06.2021 по делу № А14-6545/2021 прекращено.  

Решение Арбитражного суда Воронежской области от 30.06.2021 по  делу № А14-6545/2021 вступило в законную силу, выдан исполнительный  лист серия ФС № 036358051 от 21.12.2021, который к исполнению не  предъявлялся.  

Согласно статье 16 АПК РФ вступившие в законную силу судебные  акты являются обязательными для исполнения органами государственной  власти, органами местного самоуправления, иными органами,  организациями, должностными лицами, гражданами и подлежат исполнению  на всей территории Российской Федерации.  

Вступившему в законную силу решению присущи свойства  неопровержимости, исключительности, преюдициальности.  

В силу части 2 статьи 69 АПК РФ, обстоятельства, установленные  вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее  рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении  арбитражным судом другого дела.  

С учетом положений пункта 10 статьи 16, статьи 100 Федерального  закона «О несостоятельности (банкротстве)» и части 2 статьи 69 АПК РФ,  установленные арбитражным судом обстоятельства являются  

преюдициальными для настоящего требования, при этом арбитражный суд  определяет лишь возможность его предъявления в процессе  несостоятельности и очередность без рассмотрения разногласий, за  исключением разногласий, связанных с исполнением судебных актов или их  пересмотром.  

С учетом вышеизложенного суд первой инстанции пришел к выводу,  что наличие задолженности должника перед кредитором в сумме  73519095,46 руб. подтверждается вступившим в законную силу решением  Арбитражного суда Воронежской области от 30.06.2021 по делу № А146545/2021 и представленными в материалы дела доказательствами, в связи с  чем признал заявленные требования обоснованными.  

В апелляционной жалобе кредитор, не оспаривая приведенный выше  вывод суда, приводит доводы о том, что его требования подлежат  включению в состав третьей очереди реестра требований кредиторов  должника, а не удовлетворению в очередности, предшествующей  распределению ликвидационной квоты ООО «НДСТ-актив», как определил  суд первой инстанции.  

Данные доводы подлежат отклонению по следующим основаниям. 

Из материалов дела следует, что в ходе рассмотрения обособленного  спора судом первой инстанции конкурсными кредиторами приведены  доводы об аффилированности ООО «НДСТ» и ООО «НДСТ-актив».  

В силу пункта 1 статьи 19 Федерального закона «О несостоятельности  (банкротстве) в целях настоящего Федерального закона заинтересованными  лицами по отношению к должнику признаются лицо, которое в соответствии  с Федеральным законом от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции»  входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является  аффилированным лицом должника.  

Пунктом 2 статьи 19 Федерального закона «О несостоятельности  (банкротстве)» предусмотрено, что заинтересованными лицами по  отношению к должнику-юридическому лицу признаются также:  руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров  (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной  орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том  числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года  до момента возбуждения производства по делу о банкротстве; лица,  находящиеся с физическими лицами, указанными в абзаце втором  настоящего пункта, в отношениях, определенных пунктом 3 настоящей  статьи; лица, признаваемые заинтересованными в совершении должником  сделок в соответствии с гражданским законодательством о соответствующих  видах юридических лиц.  

В соответствии со статьей 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 (ред.  от 26.07.2006) «О конкуренции и ограничении монополистической  деятельности на товарных рынках» аффилированными лицами юридического  лица являются лица, которые имеют право распоряжаться более чем 20  процентами общего количества голосов, приходящихся на голосующие  

акции либо составляющие уставный или складочный капитал вклады, доли  данного юридического лица.  

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного  Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в  деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не  только через подтверждение аффилированности юридической (в частности,  принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие),  но и фактической. Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26  статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и  ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не  исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда  структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет  избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется  возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения  предпринимательской деятельности. О наличии такого рода  аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном  обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их  исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам  рынка.  

При представлении доказательств аффилированности должника с  участником процесса (в частности, с лицом, заявившим о включении  требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки  недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению  соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо  

может быть возложена обязанность раскрыть разумные  

экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в  процессе исполнения уже заключенного соглашения.  

Аффилированные лица не заинтересованы в раскрытии своего статуса.  Наоборот, они обычно скрывают наличие заинтересованности, их отношения  не регламентированы какими-либо нормативными или локальными актами,  которые бы устанавливали соответствующие правила или стандарты  поведения.  

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции,  ООО «НДСТ» и ООО «НДСТ-актив» имеют одинаковые реквизиты:  совпадает юридический адрес и контактный телефон; схожие наименования,  один IP-адрес.  

Кроме того, из имеющихся в производстве обособленных споров в  рамках настоящего дела о банкротстве суд установил, что ООО «НДСТ» и  ООО «НДСТ-актив» неоднократно заключали обеспечительные сделки в  пользу друг друга.  

При этом ООО «НДСТ» и ООО «НДСТ-актив» сами прямо указывали  на подконтрольность друг другу.  

Так, в настоящее дело о банкротстве обратился кредитор ФИО7  с заявлением об установлении его требования в реестр требований  кредиторов должника. В качестве доказательства возникновения  

задолженности ФИО7 представил договоры правового обслуживания  юридического лица от 29.03.2019 и от 02.03.2020, подписанные с ООО  «НДСТ-актив», в котором последнее указало на оказание правовой помощи в  рамках указанных договоров, в том числе ООО «НДСТ» и ООО «НДСТм».  Также в материалы обособленного спора ФИО7 приобщил  доказательства оказания представительских услуг в суде всей группе  компаний НДСТ. При этом ООО «НДСТ» выступало инвестором и  оплачивало частичную задолженность по вышеуказанным договорам  правового обслуживания юридического лица, что подтверждается  платежными поручениями и соответствующими трехсторонними  соглашениями.  

Материалами дела также подтверждено, что ООО «НДСТ» и ООО  «НДСТ-актив» подконтрольны одним и тем же физическим лицам.  

На момент заключения спорных договоров процентного займа  руководителем и единственным учредителем ООО «НДСТ-актив» являлась  ФИО8, а учредителем ООО «НДСТ» – ФИО9.  

Согласно ответу Управления ЗАГС Воронежской области от 26.09.2022  на запрос суда сведения о записи акта о рождении в отношении ФИО10, ДД.ММ.ГГГГ г.р., и ФИО9, ДД.ММ.ГГГГ г.р., в федеральной государственной  информационной системе «ЕГР ЗАГС» по состоянию на 26.09.2022  отсутствуют.  

Между тем, от Управления по вопросам миграции ГУ МВД России по  Воронежской области поступили копии заявлений о выдаче (замене)  паспорта гражданина РФ на имя ФИО8, ДД.ММ.ГГГГ  года рождения, а также ФИО9, ДД.ММ.ГГГГ года  рождения, согласно которым в графе «ФИО отца» указан ФИО11, в графе «ФИО матери» – ФИО12,  что свидетельствует о наличии родственных связей между ФИО8 и ФИО9.  

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции, установив, что ООО  «НДСТ» и ООО «НДСТ-актив» в период осуществления платежей с  09.08.2019 по 31.12.2020 вели хозяйственную деятельность под контролем со  сторон ФИО9 и ФИО8, являющихся родственниками  (родными сестрами); имели одинаковые контактные реквизиты;  осуществляли банковские операции и управляли расчетными счетами с  одного IP-адреса; принимали акцессорные обязательства и заключали  обеспечительные сделки в пользу друг друга; прямо указывали на  подконтрольность в иных договорах, пришел к верному выводу о том, что по  смыслу статьи 19 Федерального закона «О несостоятельности  (банкротстве)», кредитор является аффилированным по отношению к  должнику лицом, входящим в группу компаний НДСТ.  

Позиция заявителя апелляционной жалобы об обратном судебной  коллегией отклоняется ввиду необоснованности.  

Каких-либо доказательств, опровергающих указанный вывод суда,  материалы дела не содержат (статьи 9, 65 АПК РФ).  

Согласно определению Верховного Суда Российской Федерации от  26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6) по делу № А12-45751/2015 о наличии  аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном  обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их  исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам  рынка.  

При представлении доказательств аффилированное должника с  участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении  требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки  недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению  соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может  быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы  совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже  заключенного соглашения.  

В определении Верховного Суда Российской Федерации от 07.06.2018   № 305-ЭС16-20992(3) отражено, что заключение сделки между  заинтересованными лицами не может служить самостоятельным признаком  злоупотребления правом в их поведении. Равным образом отсутствуют  основания полагать, что данный факт безусловно указывает на  необходимость отказа во включении в реестр заявленного требования или  понижения очередности при его удовлетворении.  

Однако, если степень аффилированности между кредитором,  заявляющим требование, и должником является существенной, такой  кредитор обязан опровергнуть обоснованные доводы заинтересованных лиц  о признаках недобросовестности в их действиях по отношению, в первую  очередь, к независимым кредиторам должника. Проверка таких требований  осуществляется судом более тщательно.  

Согласно положениям статей 71, 100 Закона о банкротстве, а также  сложившейся судебной практике рассмотрения требований аффилированных  к должнику лиц, рассмотрение заявлений о замене кредитора в реестре  требований кредиторов и рассмотрение требования о включении в реестр  производится судом по аналогичным правилам (строгий стандарт  доказывания, определенное распределение бремени доказывания и так  далее).  

Действующее законодательство о банкротстве не содержит положений,  согласно которым аффилированность лица является самостоятельным  основанием для отказа во включении в реестр требований кредиторов либо  основанием для понижения очередности удовлетворения требований  аффилированных (связанных) кредиторов по гражданским обязательствам,  не являющимся корпоративными.  

При этом в соответствии с принятым в судебной практике толкованием  и целями законодательства о банкротстве из вышеуказанного общего правила  есть ряд исключений, в том числе следующие.  

Во-первых, при установлении фиктивности обязательств (отсутствие  реальных обязательств) между аффилированным лицом и должником  требование такого лица (как и требование любого иного, в том числе и  неаффилированного лица) не может быть включено в реестр требований  кредиторов (статья 170, 168 ГК РФ). При этом наличие аффилированности  между должником и лицом, заявившем о своих притязаниях на конкурсную  массу - само по себе не свидетельствует о фиктивности обязательства  аффилированного лица либо о злоупотреблении данным лицом своими  правами в ущерб законным интересам кредиторов должника, но возлагает  именно на аффилированное лицо бремя опровержения обоснованных  сомнений в реальности оспариваемого обязательства, с необходимостью  полного раскрытия всех экономических взаимоотношений между такими  лицами.  

Во-вторых, обязательства должника перед своими учредителями  (участниками), вытекающие из такого участия, носят внутренний характер и  не могут конкурировать с внешними обязательствами, то есть с  обязательствами должника как участника имущественного оборота перед  другими участниками оборота. Учредители (участники) должника -  юридического лица несут риск отрицательных последствий, связанных с его  деятельностью. Закон при этом не лишает их права на удовлетворение своих  требований, однако это право реализуется после расчетов с другими  кредиторами за счет оставшегося имущества должника (пункт 1 статьи 148  Закона о банкротстве, пункт 8 статьи 63 ГК РФ; определение Верховного  Суда Российской Федерации от 15.02.2018 № 305-ЭС17-17208).  

В-третьих, при заявлении требований лицом, исполнившим перед  внешним кредитором обязательство должника (по схеме поручительства,  либо по статье 313 ГК РФ, либо через схему уступки), при вхождении  исполнившего и должника в одну группу компаний - правила о суброгации  не применяются, если отношения между исполнившим и поручителем  регулируются договором о покрытии (для этого надо исследовать  внутригрупповые отношения; данные о перемещении внутри группы  денежных потоков), даже если договор о покрытии надлежаще юридически  не оформлен (пункт 5 Обзора судебной практики разрешения споров,  связанных с установлением в процедурах банкротства требований  контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного  Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020, далее – Обзор).  

В-четвертых, при предоставлении должнику аффилированным лицом  компенсационного финансирования (предоставление в состоянии  имущественного кризиса, то есть при наличии обстоятельств, указанных в  пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве либо неизбежности их наступления) – требования такого лица подлежат удовлетворению после всех кредиторов, но  приоритетно перед ликвидационной квотой (пункты 3.1, 6.2 Обзора).  

В-пятых, если при создании контролирующее должника лицо наделило  юридическое лицо недостаточным имуществом и дофинансировало займами  

(то есть бенефициар перераспределил риск утраты крупного вклада на случай  возможного банкротства) – требования такого лица также подлежат  удовлетворению после всех кредиторов, но приоритетно перед  ликвидационной квотой (пункт 9 Обзора).  

Исходя из смысла вышеприведенных разъяснений и подходов,  выработанных Верховным Судом Российской Федерации при рассмотрении  подобных споров, основным мотивом субординации требований лиц,  имеющих общие экономические интересы с должником, является понижение  очередности удовлетворения требований таких лиц, обусловленное тем, что  названные лица, участвующие в предпринимательской деятельности  должника, не могут конкурировать с внешними (независимыми) кредиторами  за распределение конкурсной массы.  

Согласно абзацу 1 пункта 3.4 Обзора неустраненные контролирующим  лицом разумные сомнения относительно того, являлось ли предоставленное  им финансирование компенсационным, толкуются в пользу независимых  кредиторов.  

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции,  на дату заключения спорных договоров процентного займа от 09.08.2019,  04.10.2019 и 01.04.2020 с ООО «НДСТ», у должника имелись неисполненные  обязательства перед третьими лицами, в том числе кредиторами,  включенными в реестр требований кредиторов должника (ООО  «ЕвротехСтрой», ООО «ПК «Стилобит»).  

Более того, ООО «НДСТ» погасило задолженность в размере около 47  млн. руб. за ООО «НДСТ–актив» перед третьими лицами, что прямо следует  из решения Арбитражного суда Воронежской области от 30.06.2021 по делу   № А14-6545/2021. Денежные средства перечислялись непосредственно на  счета третьих лиц в целях погашения задолженности должника перед ними,  то есть заявитель самостоятельно определял, какие именно долги должника и  в каком объеме планируется погасить за счет заемных денежных средств. В  письмах должника об оплате указаны счета на оплату сторонним кредиторам,  по которым и передавались заемные денежные средства, минуя расчетный  счет должника. В связи с чем, должник постоянно получал от заявителя  денежные средства, которые направлялись на текущие хозяйственные нужды  должника, из чего следует, что у ООО «НДСТ-актив» было недостаточно  оборотных средств, чтобы оплатить задолженность, что указывает о наличии  кризисной ситуации в обществе и необходимости ее преодоления за счет  заемных денежных средств.  

Как верно обращено внимание судом первой инстанции, ООО «НДСТ»  как лицо, аффилированное с должником, не могло не знать о наличии у  должника обязательств перед третьими лицами на дату заключения спорных  договоров процентного займа. Однако, несмотря на это, выдавало заемные  денежные средства.  

Когда должник находится в состоянии имущественного кризиса,  приобретение требования у независимого кредитора позволяет отсрочить  погашение долга, вводя третьих лиц в заблуждение относительно  

платежеспособности должника и создавая у них иллюзию его финансового  благополучия, что исключает необходимость подачи заявлений о  банкротстве. В такой ситуации контролирующее либо аффилированное лицо  принимает на себя риск того, что должнику посредством использования  компенсационного финансирования в конечном счете удастся преодолеть  финансовые трудности и вернуться к нормальной деятельности  

Контролирующее лицо, которое пытается вернуть подконтрольное  общество, пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной  предпринимательской деятельности посредством предоставления данному  обществу финансирования, в частности с использованием конструкции  договора займа, то есть избравшее модель поведения, отличную от  предписанной Законом о банкротстве, принимает на себя все связанные с  этим риски, в том числе риск утраты компенсационного финансирования на  случай объективного банкротства. Данные риски не могут перекладываться  на других кредиторов (пункт 1 статьи 2 Гражданского кодекса РФ). Таким  образом, при банкротстве требование о возврате компенсационного  финансирования не может быть противопоставлено их требованиям – оно  подлежит удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте  4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к  требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1  статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 ГК РФ (очередность,  предшествующая распределению ликвидационной квоты).  

При наличии любого из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9  Закона о банкротстве, считается, что должник находится в трудном  экономическом положении (имущественном кризисе) и ему надлежит  обратиться в суд с заявлением о собственном банкротстве. Сокрытие  названной информации и попытка преодолеть кризис посредством  внутреннего публично нераскрываемого компенсационного финансирования  ведет к тому, что контролирующее лицо берет соответствующий риск  непреодоления кризиса на себя и не вправе перекладывать его на других  кредиторов, что обеспечивается понижением очередности удовлетворения  такого требования. При этом под компенсационным финансированием  понимается, в том числе непринятие мер к истребованию задолженности по  наступлении срока исполнения обязательства (пункты 3.1 и 3.2 Обзора).  

Применительно к рассматриваемой ситуации судом первой инстанции  установлено, что ООО «НДСТ», производя погашения долга за ООО «НДСТ- актив» перед третьими лицами как раз и создавало условия, при которых  должник потенциально мог преодолеть финансовые трудности.  

Однако, ООО «НДСТ-актив» не только не смогло расплатиться по  долгам, но и увеличило кредиторскую задолженность, получив в заем уже  значительные денежные средства от ООО «МПК Богдановский» 54 млн.руб.,  ООО «Калач-Автодор» 25 млн.руб., ООО «Арстрон» 20 млн.руб. (кредиторы,  чьи требования включены в реестр требований кредиторов должника).  

Исходя из анализа бухгалтерской отчетности ООО «НДСТ-актив»,  судом области установлено, что количество основных средств и запасов  

уменьшается за период с конца 2019 г. до конца 2020 г., а заемные денежные  средства, напротив, увеличиваются в показателях.  

Принимая во внимание изложенное, судом сделан вывод о том, что на  момент получения займа от ООО «НДСТ» должник уже испытывал  финансовые трудности и предпосылки к имущественному кризису, иначе,  зачем ему направлять указанные денежные средства на погашение долгов  перед другими кредиторами. При этом, погашая долги за ООО «НДСТ- актив» перед третьими лицами, ООО «НДСТ» обладало возможностью  влиять на деятельность ООО «НДСТ-Актив», преследовало цель  компенсации негативных результатов деятельности должника и сокрытие  кризисной ситуации от иных кредиторов (ООО «МПК Богдановский», ООО  «Арстрон», ООО «Калач-Автодор»).  

При этом, учитывая срок возврата займа (12.08.2020 и 04.10.2020), ООО  «НДСТ» не принимало каких-либо действий, направленных на возврат  заемных денежных средств в течение более полугода (иск был подан только  28.04.2021), а, наоборот, продолжало погашать задолженность перед  кредиторами должника.  

Судом отмечено, что экономическая целесообразность такого  длительного бездействия в условиях очевидного продолжительного  неисполнения должником своих обязательств вопреки правилам статьи 65  АПК РФ не обоснована. Очевидно, что такое поведение, было обусловлено  тем, что к этому моменту изъятие финансирования повлекло бы  возникновение трудного экономического положения (имущественного  кризиса) на стороне должника.  

Совокупность данных обстоятельств, сложившиеся между сторонами  спора правоотношения позволили суду первой инстанции сделать  обоснованный вывод о скрытом финансировании должника в условиях  имущественного кризиса.  

Довод апелляционной жалобы об обратном подлежит отклонению как  необоснованный и документально не подтвержденный.  

ООО «НДСТ» доказательств в опровержение данных фактов не  представлено ни при рассмотрении заявления судом первой инстанции, ни  апелляционной жалобы, равно как и не представлено доказательств того, что  оно действовало, исходя из иных условий и в иных целях, а не осуществляло  компенсационное финансирование путем предоставления должнику  имущества при наличии задолженности как перед ним, так и перед иными  кредиторами (статьи 9, 65 АПК РФ).  

Таким образом, по мнению апелляционной коллегии, суд первой  инстанции, руководствуясь положениями Обзора, приняв во внимание  названные обстоятельства, в том числе доказанность факта  аффилированности должника и кредитора, финансовое состояние должника в  рассматриваемый период договорных отношений, поведение кредитора в  отношении должника, когда ему было известно о наличии у последнего  неисполненных обязательств в значительном размере, а также признаков  имущественного кризиса, пришел к обоснованному выводу о том, что  

требование ООО «НДСТ» не может быть включено в реестр требований  кредиторов на равных условиях с независимыми кредиторами, поэтому  подлежит удовлетворению в очередности, предшествующей распределению  ликвидационной квоты.  

Доводы апелляционной жалобы, по сути сводящиеся к несогласию с  приведенной позицией суда о понижении очередности удовлетворения  требований кредитора, подлежат отклонению по основаниям, изложенным  выше, как опровергающиеся материалами дела.  

Несогласие кредитора с оценкой суда представленных доказательств, а  также выводами суда не может являться основанием для отмены  обжалуемого судебного акта.  

Каких-либо доводов относительно других выводов суда, изложенных в  обжалуемом судебном акте, апелляционная жалоба не содержит.  

Нормы процессуального права, являющиеся в соответствии с частью 4  статьи 270 АПК РФ основанием для отмены судебного акта в любом случае,  судом первой инстанции не нарушены.  

В этой связи определение Арбитражного суда Воронежской области от  08.02.2023 по делу № А14-10334/2021 следует оставить без изменения, а  апелляционную жалобу – без удовлетворения.  

При подаче апелляционных жалоб на определения, не перечисленные в  подпункте 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской  Федерации, государственная пошлина не уплачивается.  

Руководствуясь статьями 269, 271 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, суд  

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Воронежской области от 08.02.2023 по  делу № А14-10334/2021 оставить без изменения, а апелляционную жалобу  общества с ограниченной ответственностью «Новые дорожно-строительные  технологии» - без удовлетворения.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может  быть обжаловано в кассационном порядке в Арбитражный суд Центрального  округа в месячный срок через арбитражный суд первой инстанции согласно  части 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации.  

Председательствующий судья   Т. И. Орехова 

Судьи Л. М. Мокроусова  

 ФИО1