ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А40-174660/2019

08 июня 2020 года

г. Москва

Резолютивная часть постановления объявлена 02 июня  2020 года

Полный текст постановления изготовлен 08 июня  2020 года

Арбитражный суд Московского округа

в составе: 

председательствующего судьи Стрельникова А.И.,

судей Колмаковой Н.Н., Нечаева С.В.,

при участии в судебном заседании:

от истца: ФИО1, дов. от 20.01.2020г.;

от ответчика: ФИО2, генеральный директор, протокол общего собрания учредителей №4 от  04.02.2019г.,

рассмотрев 02 июня 2020 года в судебном заседании кассационную жалобу

АО «ГВИДОН» 

на решение от 02 октября 2019 года

 Арбитражного суда города Москвы, 

на постановление от 18 декабря 2019 года

Девятого арбитражного апелляционного суда,

по иску АО «ГВИДОН» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)

к ООО «МФК СТРОЙМОНТАЖ» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)

о взыскании, 

 

УСТАНОВИЛ:

АО "ГВИДОН" обратилось с иском к ООО "МФК СТРОЙМОНТАЖ" о взыскании аванса в сумме 99.607руб. 15 коп., а также  убытков в размере 810.677руб. 51 коп.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 18 декабря 2019г. в удовлетворении исковых требований  было отказано (т.2, л.д. 130-132).

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 11 февраля 2020 года данное решение было оставлено без изменения (т.2, л.д. 185-188).

Не согласившись с принятыми решением и постановлением, АО «ГВИДОН» обратилось с кассационной жалобой, в которой указывает на нарушение судом норм материального и процессуального права, на несоответствие выводов фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам, в связи с чем просило обжалуемые решение и постановление отменить и направить дело на новое рассмотрение. В обоснование кассационной жалобы заявителем фактически были приведены идентичные доводы, изложенные им ранее в своей апелляционной жалобе.

В заседании суда кассационной инстанции представитель истца поддержал доводы жалобы в полном объеме.

Представитель ответчика в заседании суда против доводов кассационной жалобы возражал, в том числе и по мотивам, изложенным в отзыве.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, заслушав объяснения представителей истца и ответчика, участвующих в деле и явившихся в судебное заседание, проверив в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции не находит оснований для отмены решения и постановления по следующим основаниям.

Как усматривается из материалов дела и установлено судом, в обоснование требований по иску, истец ссылается на заключенный 01.12.2016г. между истцом и ответчиком договор №142/12-16/ТО, в соответствии с условиями  которого подрядчик принял на себя обязательства выполнить работы по техническому обслуживанию приборов средств автоматизации и узла учета тепловой энергии центрального теплового пункта, расположенного по адресу: 

<

...>, а заказчик обязался принять и оплатить надлежащим образом выполненные работы. Также истец ссылался  на п. 3.2.9 договора, согласно которому подрядчик обязался выполнить работы по подготовке к отопительному сезону за счет заказчика по отдельному счету и расчету и  на заключенное 23.07.2018г. между истцом и ответчиком дополнительное соглашение к договору, в п.1 которого, предусмотрено, что в соответствии с п. 3.2.9 договора, подрядчик принимает на себя обязательства выполнить работы по подготовке оборудования ЦТП к отопительному сезону 2018-2019гг. по адресу: 

<

...>. Кроме того, истец ссылался на п. 3.1 дополнительного соглашения, по которому он произвел предоплату в размере 99.607руб. 15 коп. платежным поручением от 01.08.2018г. №340, однако, ответчик к выполнению работ не приступил, а направленная 30.11.2018г. в адрес ответчика претензия с требованием возврата уплаченных по дополнительному соглашению денежных средств, была оставлена ответчиком без удовлетворения. Вышеуказанные обстоятельства и послужили основанием для обращения его с иском.

Однако ,отказывая в удовлетворении исковых требований, суд, по мнению кассационной коллегии,  в обжалуемых актах  правомерно исходил из следующего.

Так,  судом было установлено, что вышеуказанные работы были выполнены ответчиком в соответствии со сметой к дополнительному соглашению к договору, а также в соответствии с нормативной документацией, а по завершении выполнения работ по подготовке оборудования ЦТП к отопительному сезону 2018-2019гг. по адресу: 

<

...>, был вызван инспектор филиала №3 ПАО «МОЭК» для принятия объекта и подписания необходимой разрешительной документации,  накопительной ведомости, которая является первичным документом и приложением к акту проверки готовности объекта к отопительному периоду (форма акта утверждена Приказом Министерства Энергетики Российской Федерации от 12.03.2013г.№103 «Об утверждении Правил оценки готовности к отопительному периоду»); в накопительной ведомости отражены результаты испытаний всего объекта в целом, в том числе, результаты испытаний оборудования ЦТП.  Вместе с тем, суд в обжалуемых актах обоснованно указал, что других документов при оформлении акта проверки готовности объекта к отопительному периоду, на которые ссылался истец (акт проведения испытаний на прочность и плотность, в котором, должен быть отражен процесс проведенных испытаний, результаты измерений и испытаний, какие приборы использовались при испытании и измерении, имеют ли они проверку и т.п.), как необходимых не требуется. Кроме того, суд обеих инстанций правомерно установил, что результатом выполнения работ ответчика по подготовке оборудования ЦТП к отопительному сезону 2018-2019гг., является акт проверки готовности объекта к отопительному периоду 2018/2019гг., выданный филиалом №3 ПАО «МОЭК» (т.2, л.д. 11,), а в случае не получения акта проверки готовности объекта к отопительному периоду ПАО «МОЭК» может прекратить подачу теплоносителя и опломбировать задвижки либо в камере, либо в тепловом пункте. При этом акт проверки готовности объекта к отопительному периоду был подписан комиссией в составе представителей истца, филиала №3 ПАО «МОЭК», и Управы Бутырского района г. Москвы  и получен генеральным директором ответчика в филиале №3 ПАО «МОЭК», который в последующем передан главному инженеру истца.

Также суд правомерно определил, что в случае не выполнения ответчиком работ по подготовке оборудования ЦТП к отопительному сезону акт проверки готовности объекта к отопительному периоду 2018/2019гг. не был бы передан ответчиком истцу. Судом в рамках рассмотрения дела было установлено, что подтверждением выполнения ответчиком работ по подготовке оборудования ЦТП к отопительному сезону 2018- 2019гг., является также, потребление тепловой энергии истцом, которое осуществлялось на протяжении отопительного сезона 2018-2019гг., что подтверждено ежемесячными отчетами потребления тепловой энергии, принятыми теплосбытом ПАО «МОЭК».

В силу п. 4.3 договора, сдача выполненных работ подрядчиком и приемка их заказчиком оформляются двухсторонним актом; заказчик в течение трех рабочих дней со дня получения акта сдачи-приемки работ, обязан принять работы, подписав данный акт, или направить подрядчику мотивированный отказ от приемки работ. По завершении выполнения работ по дополнительному соглашению к договору ответчиком были переданы главному инженеру истца закрывающие документы: КС-2, КС-3, счет на окончательную оплату, счет-фактура, ответчик акты не подписал и не возвратил подрядчику, при этом, отказ от подписания не мотивировал, оставшуюся часть оплаты не произвел. Также судом в обжалуемых актах, было правомерно установлено, что истцом не были представлены доказательства, что им самостоятельно был заключен договор с другой специализированной организацией на выполнение работы по подготовке оборудования ЦТП к отопительному сезону 2018- 2019гг. которой были бы выполнены данные работы (услуги), а также, не был доказан факт расторжения договора, заключенного с ответчиком до предъявления истцом претензии и выполнении услуг ответчиком, что исключает возможность возврата не отработанного аванса.  Кроме того, суд в решении и постановлении обоснованно пришел к выводу, что, исходя из норм ст. 15 ГК РФ, истец не доказал совокупность обстоятельств, влекущих возмещение убытков, а именно: не были доказаны противоправность поведения ответчика, наличие убытков в заявленном размере и причинно-следственная связь между противоправным поведением ответчика и убытками истца а поэтому было  отказано во взыскании убытков, с чем в настоящее время согласна и кассационная инстанция.

Ссылка истца об отсутствии накопительной ведомости была правомерно отклонена судом апелляционной инстанции, поскольку накопительная ведомость является единственным основанием для дальнейшего оформления (подписания) акта проверки готовности объекта к отопительному периоду 2018/2019гг. в Управе Бутырского района г. Москвы, самим истцом (теплопотребителем), и окончательно в филиале №3 ПАО «МОЭК» и является приложением к акту проверки готовности объекта к отопительному периоду, а без накопительной ведомости не может быть подписан акт проверки готовности объекта к отопительному сезону, а учитывая, что данный акт был подписан ответчиком, то указанное свидетельствует о наличии накопительной ведомости у истца и филиала №3 ПАО «МОЭК».

Суд  апелляционной инстанции также обоснованно отклонил ссылку истца  на п.9.2.12, п.9.2.13, п. 9.2.18 Правил технической эксплуатации,  поскольку данные пункты правил относятся к организациям, которые обслуживают технологическое оборудование или производят текущие ремонты теплоэнергетического оборудования, а ответчик, в силу п.1.1 договора, выполнял работы только по техническому обслуживанию приборов средств автоматизации и узла учета тепловой энергии, а в соответствии с условиями дополнительного соглашения от 23.07.2018г. к договору, работы по подготовке оборудования ЦТП к отопительному сезону 2018-2019гг., то есть, систему автоматики и узел учета тепловой энергии; весь комплекс мероприятий отражен в накопительной ведомости поэтапной приемки теплофикационного оборудования абонента к отопительному сезону (п.1, п.2, п.2.1, п.2.2, п.2.3), которая является единственным документом и основанием для подписания акта проверки готовности объекта к отопительному периоду.  При этом суд правильно указал, что данная накопительная ведомость была оформлена ответчиком и передана главному инженеру истца ФИО3, который подтвердил в судебном заседании 12.08.2019г. факт ее получения от генерального директора ответчика, что следует из аудиозаписи судебного заседания от 12.08.2019г., а поэтому акт проведения испытаний на прочность и плотность и запись в журнале  обхода и осмотра о проведении вышеуказанных работ, должны быть отражены в журнале истцом в лице службы главного инженера. Ответчиком была сделана запись от 16.04.2018г. о переводе автоматики на летний режим.

Следует заметить, что истцом был представлен в материалы дела акт №921/031 проверки готовности к отопительному сезону 2018/2019гг. ( т.2, л. д.11), что подтверждает наличие данного акта. Истец же в обоснование заключение договора и дополнительного соглашения с ответчиком, ссылался в на отсутствие у него в штате специалистов в данной сфере, что свидетельствует о невозможности самостоятельно выполнить услуги по дополнительному соглашению. Однако, доказательства заключения договора с иным лицом на выполнение услуг по дополнительному соглашению, а так же на  выполнение услуг иными лицами, не  были представлены в материалы дела.

Исходя из норм ст.15 ГК РФ, применение такой меры гражданско-правовой ответственности, как возмещение убытков, возможно при доказанности совокупности условий: противоправности действий причинителя убытков, причинной связи между противоправными действиями и возникшими убытками, наличия и размера понесенных убытков; при этом, для удовлетворения требований о взыскании убытков необходима доказанность всей совокупности указанных фактов. Недоказанность одного из необходимых оснований возмещения убытков исключает возможность удовлетворения требований. Из п. 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации №7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», следует, что по смыслу ст. 15 и ст. 393 ГК РФ, кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также, обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между не исполнением или не надлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков, а также  представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (ст. 404 ГК РФ).

Таким образом, суд в обжалуемых актах, по мнению кассационной коллегии, правомерно установил, что истцом не было доказано наличие всех составляющих состава обстоятельств, влекущих возмещение убыток, а именно, не были доказаны противоправность поведения ответчика, наличие убытков в заявленном размере и причинно-следственная связь между противоправным поведением ответчика и убытками истца. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное; отсутствие вины, доказывается лицом, нарушившим обязательство (п. 2 ст. 401 ГК РФ).

Так, задвижки №№1, 2 на входе в ЦТП находятся в границах теплового пункта, но, согласно договору, ответчик осуществляет работы по техническому обслуживанию системы автоматики и узла учета тепловой энергии; обслуживание запорной арматуры, в том числе, задвижки №№1, 2, регулирующей арматуры, технологического оборудования, трубопроводов, состояние изоляции в ЦТП, не является предметом договора между истцом и ответчиком а поэтому суд обоснованно указал, что предъявление претензии к ответчику по поводу обслуживания, закрытия, открытия задвижек №№1, 2 не правомерно. Ответчик при подготовке ЦТП к отопительному периоду 2018-2019гг. производил гидравлические испытания трубопроводов внутри теплового пункта, разводящих сетей и систем отопления здания при давлении 10 атм, согласно сметы к дополнительному соглашению к договору. Суд в обжалуемых актах правильно указал, что истец не доказал документально, что данные испытания могут явиться следствием выхода из строя первичных преобразователей узла учета тепловой энергии, а поэтому причинно-следственная связь между противоправными действиями должника и возникшими убытками, не была доказана. Так, в обоснование причинно-следственной связи, истец указал, что если бы ответчик выполнил обязательства по подготовке к отопительному сезону 2018-2019гг., а также надлежащим образом проводил техническое обслуживание приборов учета, то при выполнении таких работ, в частности, при испытании системы на герметичность, не исправность прибора учета была бы выявлена, а прибор был бы заменен или отремонтирован, следовательно, показания об объемах полученной тепловой энергии были бы верными, в связи с чем истец не понес бы никаких убытков в виде разницы между количеством тепловой энергии, оплаченным за октябрь 2018г. по расчетному методу, и размером тепловой энергии, оплаченным за октябрь 2017г. по показаниям прибора учета. В данном же случае, суд в обжалуемых актах правомерно установил, что обслуживание запорной арматуры (в том числе задвижки №№1, 2), регулирующей арматуры технологического оборудования трубопроводов, а также состояние изоляции в ЦТП, не является предметом договора между истцом и ответчиком а поэтому у истца отсутствуют основания для предъявления претензии к ответчику по обслуживанию, закрытию, открытию задвижек №№1, 2.

Как пояснил ответчик, при его визуальном осмотре им оборудования ответчиком, в соответствии с условиями договора, определить нарушение целостности оборудования, его не исправности не представлялось возможным, при этом иное,  истцом не было  доказано. В соответствии с требованиями ПАО «МОЭК» снятие и сдача показаний приборов учета тепловой энергии должно осуществляться один раз в конце месяца по инициативе ответчика. Нарушение работы прибора ответчиком было  выявлено в середине октября 2018года, в связи с чем им были приняты меры по восстановлению работоспособности прибора; неисправность прибора явилась следствием внутренней разгерметизации первичного преобразователя, которая обнаружена после вскрытия данного преобразователя, а дефект в первичном преобразователе проявился после начала отопительного сезона при увеличении температуры теплоносителя в связи с включением системы отопления зданий истца, что не связано с подготовкой ЦТП к отопительному периоду, так как гидравлические испытания при подготовке ЦТП к отопительному периоду проводятся при отключенном узле учета тепловой энергии, систем автоматизации и при отключенной подаче теплоносителя. Неисправность же прибора учета тепловой энергии была  устранена ответчиком в течении пяти суток после обнаружения некорректной его работы, что подтверждено материалами дела и было  установлено судом в обжалуемых актах.

Так, для выполнения работ по диагностике, ремонту и поверке приборов учета, заказчик был вправе обратиться в любую организацию или на завод-изготовитель. В данном же  случае истец обратился в ООО «Тепловизор Сервисную Компанию», в которую ответчиком был сдан прибор учета на диагностику, ремонт и поверку. Суд в обжалуемых актах правомерно отметил, что данные работы по диагностике, ремонту и поверке приборов учета ВИС.Т, не входят в прямые обязанности ответчика по договору, так как, они являются лицензированными и выполняются специализированной организацией ООО «Тепловизор Сервисная Компания», находящейся при заводе-изготовителе, и в работы по обслуживанию автоматики и узлов учета тепловой энергии и подготовке к отопительному сезону по дополнительному соглашению к договору не входят и не могут являться условием для наступления ответственности за нарушение обязательств по договору. Согласно договору и дополнительному соглашению, ответчик осуществляет работы по техническому обслуживанию только системы автоматики и узла учета тепловой энергии. В соответствии с условиями договора, ответчиком в адрес истца были предоставлены акты сдачи-приемки выполненных работ, которые не были подписаны и не были возвращены обратно истцом в адрес ответчика, при этом  мотивированный отказ от подписания актов не был представлен ответчиком в адрес истца. В июне 2019г. истец ограничил доступ ответчика на объект, однако, никаких претензий по исполнению договора истцом предъявлено не было, а заявление о расторжении договора было направлено истцом в адрес ответчика только 29.11.2019г.  Таким образом, суд в обжалуемых актах, по мнению кассационной коллегии, пришел к правомерному выводу, что истцом не была доказана совокупность всех обстоятельств, установленных ст. 15 ГК РФ. Следовательно учитывая изложенное, решение и постановление суда являются законными  и обоснованными, соответствуют материалам дела и действующему законодательству, а поэтому отмене не подлежит.

При таких обстоятельствах, кассационная коллегия приходит к выводу о законности и обоснованности обжалуемых судебных актов. При этом иная оценка заявителем жалобы установленных судом фактических обстоятельств дела и толкование положений закона не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки.

Следовательно, при рассмотрении дела и вынесении обжалуемых актов судом были установлены все существенные для дела обстоятельства и им дана надлежащая правовая оценка. Выводы суда основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу. Нормы материального и процессуального права применены правильно.  Нарушений указанных норм права, которые могли бы явиться основанием для отмены обжалуемых судебных актов, кассационной инстанцией не установлено, хотя об обратном и было указано в жалобе заявителем по делу.

Доводы кассационной жалобы подлежат отклонению, как основанные на неправильном толковании норм материального и процессуального права и направленные на переоценку доказательств, что не входит в полномочия суда кассационной инстанции. Кроме того, доводы кассационной жалобы уже были предметом исследования суда апелляционной инстанции, с оценкой которых согласна и кассационная инстанция.

Руководствуясь статьями 284-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Московского округа

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда города Москвы от 02 октября 2019 года и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 18 декабря 2019 года по делу № А40-174660/2019 оставить без изменения, а кассационную жалобу – без удовлетворения.

 

 

Председательствующий судья                                        А.И. Стрельников  

 

Судьи:                                                                                  Н.Н. Колмакова

 

                                                                                            С.В. Нечаев