ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

РЕШЕНИЕ

 

г. Москва                                                                Дело № А40-214469/19-50-1822

02.07.2020 г.                                                                                                 

Резолютивная часть решения объявлена 22.06.2020г.

Полный текст решения изготовлен 02.07.2020г.

Арбитражный суд в составе

Судьи И.А. Васильевой 

Единолично

При ведении протокола секретарем с/з ФИО1

Рассмотрев в судебном заседании дело по иску Общества с ограниченной ответственностью "ЛК" в лице конкурсного управляющего ФИО2 (142900, 

<

...>, ОГРН: 

<

***>, Дата присвоения ОГРН: 27.03.2009, ИНН: 

<

***>)

к 1) Обществу с ограниченной ответственностью "Финансовый Маркетинг ИФФЛА" (117279, 

<

...>, пом. IV ком. 37 оф. 6, ОГРН: 

<

***>, Дата присвоения ОГРН: д..01.2012, ИНН: 

<

***>,);

2) Акционерному обществу "Тандер" (350002, 

<

...>, ОГРН: 

<

***>, Дата присвоения ОГРН: 12.08.2002, ИНН: 

<

***>)

третьи лица: 1) Публичное акционерное общество "Магнит" (350072, 

<

...>, ОГРН: 

<

***>, Дата присвоения ОГРН: 12.11.2003, ИНН: 

<

***>); 2) Индивидуальный предприниматель ФИО3 (ОГРНИП: 

<

***>, ИНН: 

<

***>, Дата присвоения ОГРНИП: 28.10.2004)

о взыскании с ООО "Финансовый Маркетинг ИФФЛА" 16 690 645 руб. 31 коп. неосновательного обогащения; о взыскании с АО "Тандер"  2 587 741 руб. 94 коп. неосновательного обогащения, о выселении АО «Тандер» из нежилого помещения с кадастровым номером 50:33:0040133:2814; о выселении АО «Тандер» из части нежилого помещения с кадастровым номером 50:37:0070111:1180.

в заседании приняли участие:

от истца: ФИО4 по доверенности от 12.05.2020 г.

от  1-го ответчика: ФИО5 по доверенности от 20.07.2019 г.

  ФИО6 по доверенности от 20.07.2019 г.

от  2-го ответчика: представитель не явился, извещен

от 1-го  третьего лица: представитель не явился, извещен

от 2-го  третьего лица: представитель не явился, извещен

У С Т А Н О В И Л:

Общество с ограниченной ответственностью "ЛК" в лице конкурсного управляющего ФИО2 обратилось в Арбитражный суд г. Москвы с исковым заявлением о взыскании с Общества с ограниченной ответственностью «Финансовый Маркетинг ИФФЛА» суммы неосновательного обогащения в размере 16 690 645 руб. 31 коп., о взыскании с Акционерного общества "Тандер" суммы неосновательного обогащения в размере 2 587 741 руб. 94 коп., о выселении Акционерного общества "Тандер" из нежилого помещение с кадастровым номером 50:33:0040133:2814, адрес: 

<

...>, пом. 1.4-1, о выселении Акционерного общества "Тандер" из части нежилого помещение, общей площадью 458 кв. м., состоящего из группы комнат, расположенных на первом этаже части здания - нежилое помещение, общей площадью 858 кв. м., с кадастровым номером 50:37:0070111:1180, по адресу: 

<

...>. пом. Магазин 27.

К участию в деле в качестве третьих лиц привлечены Публичное акционерное общество "Магнит" и Индивидуальный предприниматель ФИО3.

Определением от 19.03.2020г. производство по настоящему делу № А40-214469/19-50-1822 в отношении требований к Акционерному обществу "Тандер" прекращено.

Таким образом, в рамках настоящего дела рассматриваются требования Общества с ограниченной ответственностью "ЛК" в лице конкурсного управляющего ФИО2 о взыскании с Общества с ограниченной ответственностью «Финансовый Маркетинг ИФФЛА» суммы убытков за период с 13.12.2016г. по 17.01.2019г. в размере 11 435 469 руб. 89 коп. (с учетом принятого судом в порядке ст. 49 АПК РФ уточнения заявленных исковых требований).

По мнению истца, размер доходов, полученных Ответчиком от использования нежилого помещения с кадастровым номером 50:33:0040133:2814, адрес: 

<

...>, пом. 1.4-1 (Объект № 1); из части нежилого помещение, общей площадью 458 кв. м., состоящего из группы комнат, расположенных на первом этаже части здания - нежилое помещение, общей площадью 858 кв. м., с кадастровым номером 50:37:0070111:1180, по адресу: 

<

...>, пом. Магазин 27 (Объект № 2), является убытками Истца.

Представитель истца в судебное заседание явился, поддержал заявленные требования по основаниям, изложенным в иске, с учетом принятого судом в порядке ст. 49 АПК РФ уточнения исковых требований.

Представитель ответчика Общества с ограниченной ответственностью «Финансовый Маркетинг ИФФЛА» в судебное заседание явился, возражал против удовлетворения заявленных требований по доводам, изложенным в письменном отзыве.

От ответчика Акционерного общества "Тандер" и третьих лиц представители в заседание суда не явились, извещены надлежащим образом о времени и месте судебного заседания. Суд в порядке ч. 4 ст. 121, ч. 1, 4 ст. 123, ч.ч. 1, 3 ст. 156 АПК РФ считает возможным рассмотреть дело в их отсутствие.

Суд, исследовав письменные материалы дела, заслушав представителей истца и ответчика Общества с ограниченной ответственностью «Финансовый Маркетинг ИФФЛА», пришел к следующим выводам.

Как следует из материалов дела, 15.06.2016 и 14.07.2016 между ООО «ЛК» (далее – истец, продавец) и ФИО7 (покупатель) были заключены договоры купли-продажи недвижимого имущества, на основании которых право собственности в отношении Объектов №1 и №2 перешло к покупателю.

13.12.2016г. между ФИО8 и ООО «Финансовый Маркетинг ИФФЛА» (далее - ответчик) был заключен договор доверительного управления №13-12/16 в отношении Объектов №1 и №2.

Как указывает истец в иске, в 2017 г. (16.01.2017г., 18.05.2017г.) вышеуказанное имущество передано ФИО7 в пользу частной компании с ограниченной ответственностью Ремак Холдинг Б.В. в качестве вклада в чистые активы.

26.04.2017г. к договору доверительного управления № 13-12/16 от 13.12.2016 г. было подписано дополнительное соглашение № 1, в соответствии с которым произошла замена собственника с Анастасии Наталии на Ремак Холдинг Б.В.

12.05.2017 г. между ООО «Финансовый Маркетинг ИФФЛА» и АО «Тандер» были подписаны договоры аренды (№ МсФ_ю/28197/17 и МсФ_ю/27482/17), в соответствии с которыми вышеуказанное имущество было передано в аренду АО «Тандер» (Ответчик № 2).

В соответствии с п. 2.8 договора доверительного управления Доверительный управляющий передает Собственнику сумму в размере 5 % от доходов, полученных от управления имуществом, за вычетом расходов, понесенных на управление имуществом.

Истец указывает на то, что ООО «Финансовый Маркетинг ИФФЛА» получало вознаграждение в размере 95 % от доходов за пользование имуществом, что , по мнению истца, свидетельствует о невыгодных для собственника условиях сделки и соответственно осведомленности ООО «Финансовый Маркетинг ИФФЛА» о незаконном владении ФИО7 указанным имуществом.

Как указывает истец в иске, в соответствии с Отчетами доверительного управляющего за весь период управления имуществом (2 года) Собственнику полагались доходы в размере 198 511,71 руб., при общей сумме доходов от использования имущества 11 435 469,89 руб., то есть менее 2 %.

Таким образом, истец полагает, что Ответчик  (ООО «ФМИ») являлся конечным выгодоприобретателем по сделкам, направленным на вывод Объекта № 1 и Объекта № 2 в преддверии банкротства ООО «ЛК», что, по мнению истца, свидетельствует о его недобросовестности.

В соответствии с п. 5.1. Договоров (№ МсФ_ю/28197/17 и МсФ_ю/27482/17, арендная плата состоит из постоянной и переменной части. Переменная часть арендной платы эквивалентна стоимости, потребляемых Арендатором электроэнергии, водоснабжения, водоотведения, тепла (п. 5.3. договоров аренды).

Таким образом, арендатор (АО «Тандер») компенсирует Ответчику № 1 стоимость коммунальных услуг.

Согласно сведениям, предоставленным АО «Тандер», в пользу Ответчика № 1 АО «Тандер» было перечислено 11 435 469,89 руб. в счет постоянной части арендной платы и 768 816,55 в счет компенсации коммунальных расходов, понесенных ответчиком.

Таким образом, согласно расчету истца, за период владения Ответчиком Объектом № 1 и Объектом № 2 (с 13.12.2016 г. по 17.01.2019 г.) ответчиком были получены доходы в размере 11 435 469,89 руб.

Истец полагает, что размер доходов, полученных ответчиком от использования Объекта № 1 и Объекта № 2, является убытками истца, в связи с чем, предъявляет настоящие требования в суд.

Суд не находит оснований для удовлетворения заявленных требований, ввиду следующего.

Стороны согласно ст.ст. 8, 9 АПК РФ пользуются равными правами на представление доказательств и несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий, в том числе представления доказательств обоснованности и законности своих требований или возражений.

В силу ч. 1 ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Согласно ст. 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Суд считает необходимым указать на то, что для возложения гражданско-правовой ответственности в форме возмещения убытков истцом должны быть доказаны: вина и противоправность действий (бездействия) ответчика, факт понесения убытков и их размер, наличие причинно-следственной связи между противоправным поведением ответчика и возникшими убытками.

Привлечение лица к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков возможно только при доказанности всей совокупности вышеперечисленных условий, отсутствие хотя бы одного из элементов состава гражданского правонарушения исключает возможность привлечения к имущественной ответственности.

Из материалов дела усматривается, что ООО «Финансовый маркетинг «ИФФЛА» является юридическим лицом, оказывающим услуги по доверительному управлению имуществом собственникам недвижимости на территории Российской Федерации. 

Как уже было указано выше, 13 декабря 2016 г. ООО «Финансовый маркетинг ИФФЛА» и Наталия Анастасиу был заключен договор доверительного управления недвижимым имуществом № 13-12/16 (далее - Договор доверительного управления).  

Договор был зарегистрирован в установленном законом порядке  в УФРС по Московской области. 

Согласно п. 1.1. Договора собственник передает Доверительному управляющему на срок установленный в настоящем договоре имущество в доверительное управление, а доверительный управляющий обязуется  осуществлять управление этим имуществом в интересах Собственника. 

Объектами доверительного управления по Договору доверительного управления выступало следующее недвижимое имущество: нежилое помещение, расположенное по адресу: 

<

...>, помещение 1.4-1;  ½ в праве собственности на нежилое помещение, расположенное по адресу: 

<

...>, помещение магазин № 27.

Согласно материалам дела, в дальнейшем Наталия Анастасиу  передала по договору передачи вышеуказанное  недвижимое имущество Частной компании с ограниченной ответственностью Ремак Холдинг Б.В. 

Частная компания с ограниченной ответственностью Ремак Холдинг Б.В. и ответчик  с целью предоставления права по доверительному управлению имуществом Ответчику, заключили следующие дополнительные соглашения, зарегистрированные  в установленном законом порядке в  УФРС по Московской области:

- Дополнительное соглашение № 1 к Договору доверительного управления недвижимым имуществом  от 26 апреля 2017 г. (далее - Дополнительное соглашение № 1) по которому Частная компания Ремак ФИО9  заменила ФИО7 в Договоре доверительного управления недвижимым имуществом -  нежилое помещение, расположенное по адресу: 

<

...>, помещение 1.4-1

- Дополнительное соглашение № 2 к Договору доверительного управления недвижимым имуществом от 26 мая 2017 (далее - Дополнительное соглашение № 2) по которому Частная компания Ремак ФИО9  заменила ФИО7 в Договоре доверительного управления недвижимым имуществом -  ½ в праве собственности на нежилое помещение, расположенное по адресу: 

<

...>, помещение магазин № 27.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «ЛК», которое находится в производстве в Арбитражном суде Московской области (дело  № А41-73560/16), Истец обратился с заявлением о признании сделок недействительными и применении последствий недействительности сделок. Истец оспаривал сделки по переходу права собственности  на вышеуказанные нежилые помещения от ООО «ЛК» к ФИО7 и от ФИО7 к Частной компании Ремак Холдинг БВ. 

Определением Арбитражного суда Московской области от 25 апреля 2018 г.  в удовлетворении заявления было отказано.  

Не согласившись  с указанным определением, Истец обратился с апелляционной жалобой в Десятый арбитражный апелляционный суд, который   определением от 01 ноября 2018 г. определение Арбитражного суда Московской области отменил, признал сделки недействительными, истребовал вышеуказанное  недвижимое имущество у Частной компании Ремак Холдинг Б.В. в конкурсную массу. 

Истец полагает, что истребование недвижимого имущества в конкурсную массу дает ему право на взыскание с Ответчика   упущенной выгоды, то есть доходов,  не полученных Истцом от использования недвижимости.

Вместе с тем, отказывая в удовлетворении заявленных истцом требований, суд отмечает следующее.

Предъявляя требования к Ответчику, Истец в исковом заявлении указывает, что Ответчик  неосновательно извлекал выгоду из пользования недвижимым имуществом.  

При этом, Истец ссылается на абз.3 п. 12 Постановления Пленума ВАС РФ от 17.11.2011 № 73 (ред. от 25.12.2013) «Об отдельных вопросах практики применения правил Гражданского кодекса Российской Федерации о договоре аренды», согласно которому при рассмотрении споров по искам собственника, имущество которого было сдано в аренду неуправомоченным лицом, о взыскании стоимости пользования этим имуществом за период его нахождения в незаконном владении судам необходимо учитывать, что они подлежат разрешению в соответствии с положениями статьи 303 ГК РФ, которые являются специальными для регулирования отношений, связанных с извлечением доходов от незаконного владения имуществом, и в силу статьи 1103 ГК РФ имеют приоритет перед общими правилами о возврате неосновательного обогащения (статья 1102, пункт 2 статьи 1105 ГК РФ). 

Указанная норма о расчетах при возврате имущества из чужого незаконного владения подлежит применению как в случае истребования имущества в судебном порядке, так и в случае добровольного возврата имущества во внесудебном порядке невладеющему собственнику лицом, в незаконном владении которого фактически находилась вещь.

Исходя их указанного положения разъяснений Высшего Арбитражного Суда РФ, Истец делает вывод, что взыскиваемые с Ответчика суммы являются его убытками, а именно упущенной выгодой.  

Вместе с тем, суд учитывает, что законом и судебной практикой к требованиям о взыскании убытков предъявляются определенные условия, только при соблюдении которых они могут быть удовлетворены.

Как установлено ст. 4 АПК РФ заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов, в том числе с требованием о присуждении ему компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок, в порядке, установленном настоящим Кодексом.

В силу п. 1 ст. 8 Гражданского кодекса РФ гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

Статьей 12 Гражданского кодекса РФ предусмотрены определенные способы защиты нарушенных прав, одним из которых является возмещение убытков.  

В силу п. 1 ст. 15 Гражданского кодекса РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

При этом п. 2 ст. 15 Гражданского кодекса РФ определяет, что под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Как разъяснено в  п . 12  Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»  по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Таким образом, для привлечения лица к гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков необходимо наличие состава правонарушения, включающего наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между этими элементами, а также в установленных законом случаях вину причинителя вреда.

В п. 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» разъяснено, что при определении размера упущенной выгоды учитываются предпринятые кредитором для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления (пункт 4 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В то же время в обоснование размера упущенной выгоды кредитор вправе представлять не только доказательства принятия мер и приготовлений для ее получения, но и любые другие доказательства возможности ее извлечения.

При этом лицо, взыскивающее упущенную выгоду, должно подтвердить, что им совершены конкретные действия, направленные на извлечение доходов, которые не были получены только в связи с допущенным должником нарушением, ставшим единственным препятствием для получения дохода.

Согласно ст. 65 АПК РФ  каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Обязанность доказывания обстоятельств, послуживших основанием для принятия государственными органами, органами местного самоуправления, иными органами, должностными лицами оспариваемых актов, решений, совершения действий (бездействия), возлагается на соответствующие орган или должностное лицо.

Таким образом, Истец, выбрав в качестве способа защиты - взыскание убытков, а в частности упущенной выгоды для удовлетворения его требований обязан доказать весь состав убытков. Между тем,  Истец, в нарушение установленных норм права и разъяснений Верховного Суд РФ не представляет ни одного доказательства наличия в действиях Ответчика состава убытков, а также не доказал, что такие убытки (упущенная выгода) возникла у Истца.

Истцом в материалы дела  не представлено доказательств наступления у него вреда.   Все требования истца основаны исключительно на том, что  Истец не получил доходы от сдачи объектов в аренду, которые были виндицированы им у частной компании Ремак Холдинг Б.В. согласно апелляционному определению Десятого арбитражного апелляционного суда от 01 ноября 2018 г.

Вместе с тем, суд отмечает, что Истцом не доказано, что указанные доходы были бы им однозначно получены если бы данное имущество находилось бы у него в собственности. 

Между тем, указанное обстоятельство в силу закона является основополагающим.  

Истец требует сумму в размере 11 435 469, 89 рублей в качестве убытков, при этом сам не представляет никаких доказательств, что  он предпринимал действия по получению указанной суммы в период своего владения недвижимым имуществом, что данное имущество ранее сдавалось ООО «ЛК» и приносило ему такой и (или) аналогичный  доход.

Как разъяснено п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» по смыслу статьи 15 ГК РФ, упущенной выгодой является неполученный доход, на который увеличилась бы имущественная масса лица, право которого нарушено, если бы нарушения не было.

Между тем, по мнению суда,  все действия Истца очевидно  свидетельствуют, о том, что Истец не располагает желанием предпринимать меры по получению дохода, после виндикации данного имущества Истец не обращался к АО «ТАНДЕР» с просьбой осуществлять платежи непосредственно ему, а напротив, предъявил иск о выселении АО «ТАНДЕР». 

В материалах дела отсутствуют доказательства того, что данное имущество сдавалось и было пригодным для сдачи на момент его приобретения Наталия Анастасиу, истцом не представлен расчет взыскиваемых убытков и доказательства получения дохода от сдачи имущества в аренду, а также то, что данное имущество было бы сдано ООО «ЛК» какому-либо лицу, если бы оно не было продано ФИО7.

Суд приходит к выводу о том, что в материалах дела отсутствуют доказательства наличия у Истца вреда, возникшего в виду заключения сделок по отчуждению имущества, признанных впоследствии недействительными, что является достаточным основание для отказа в удовлетворении иска.

Кроме того, как было указано выше Ответчик является лицом, оказывающим услуги по доверительному управлению имуществом на основании договоров доверительного управления имуществом и дополнительных соглашений  к нему. 

Согласно п. 1 ст. 1012 Гражданского кодекса РФ  по договору доверительного управления имуществом одна сторона (учредитель управления) передает другой стороне (доверительному управляющему) на определенный срок имущество в доверительное управление, а другая сторона обязуется осуществлять управление этим имуществом в интересах учредителя управления или указанного им лица (выгодоприобретателя).

Передача имущества в доверительное управление не влечет перехода права собственности на него к доверительному управляющему.

В силу п. 1 ст. 1018 Гражданского кодекса РФ доверительный управляющий не может быть выгодоприобретателем по договору доверительного управления имуществом.

Имущество, переданное в доверительное управление, обособляется от другого имущества учредителя управления, а также от имущества доверительного управляющего. Это имущество отражается у доверительного управляющего на отдельном балансе, и по нему ведется самостоятельный учет. Для расчетов по деятельности, связанной с доверительным управлением, открывается отдельный банковский счет.

Исходя из указанных норм права, следует, что Ответчик, будучи доверительным управляющим имущества, собственником его не является,  а исполняет свои обязанности по договору, то есть  его владение имуществом имеет обязательственную, а не вещно-правовую  природу. 

При этом, суд принимает во внимание, что договоры доверительного управления имуществом являются самостоятельными сделками, которые не зависят от договоров купли-продажи имущества. Данные сделки недействительными судебным решением не признаны, были заключены лицом, имеющим полномочия на их заключения, ввиду чего, они подлежали исполнению Ответчиком, который бы в случае их нарушения нес гражданско-правовую ответственность.

Согласно ст. 309 Гражданского кодекса РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями.

В силу п. 1 ст. 310 Гражданского кодекса РФ односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что Ответчик, управляя недвижимым имуществом, в рамках исполнения своих обязательств,  надлежащим образом исполнял договор доверительного управления имуществом  и не мог нарушить его.  

В этой связи, по мнению суда, на стороне Ответчика отсутствует противоправное поведение и вина в причинении убытков. Суд отмечает, что Ответчик действовал в силу заключенного договора доверительного управления и в полном соответствии с требованиями закона.  Таким образом, оснований считать его действия противоправными и виновными у суда не имеется. 

Обосновывая исковые требования, Истец ссылается на недобросовестность Ответчика, ссылается на то, что, по его мнению, фактически  собственником недвижимого имущества являлся Истец, и ответчик был осведомлен о незаконности сделок с ним.

В качестве доказательств такого вывода Истец ссылается на доверенность от частной компании Ремак Холдинг Б.В., выданной им на Генерального директора Ответчика и на тот момент  учредителя  и содержащей полномочия на представление интересов в суде. 

Вместе с тем, по мнению суда, указанный довод  Истца является  несостоятельным, подлежащим отклонению и не доказывающим взаимосвязь и недобросовестность Ответчика.  

По мнению истца, размер вознаграждения Ответчика по договору доверительного управления имуществом, подтверждает аффилированный характер и фактическое владение Ответчиком имуществом является. 

Между тем, как установлено ст. 1023 Гражданского кодекса РФ доверительный управляющий имеет право на вознаграждение, предусмотренное договором доверительного управления имуществом, а также на возмещение необходимых расходов, произведенных им при доверительном управлении имуществом, за счет доходов от использования этого имущества.

Исходя из п. 4.1 Договора доверительного управления размер вознаграждения Доверительного управляющего по настоящему договору формируется из доходов, полученных от доверительного управления имуществом за исключением средств, направленных на покрытие расходов, связанных с доверительным управлением, а также суммы дохода, подлежащих перечислению собственнику  в размере, указанном в п. 2.8 настоящего договора, полученных на дату составления ежегодного Отчета.  Полученное вознаграждение Доверительный управляющий удерживает с момента перечисления дохода  Собственнику в соответствии с п. 2.8 настоящего Договора.

 Согласно п. 2.8 Договора доверительного управления в случае превышения сумм доходов, полученных от управления Имуществом  над понесенными  в связи с этим расходами Доверительный управляющий  передает собственнику сумму  в размере 5% от таких доходов. Доверительный управляющий перечисляет  собственнику на указанный Собственником счет доход в течение 20 рабочих дней с момента направления собственнику ежегодного отчета за исключением суммы, подлежащей уплате в налоговый орган Доверительным управляющим в качестве налогового агента по НДФЛ Собственника. 

Таким образом, сторонами Договора доверительного управления имуществом согласовано, что вознаграждение Доверительного управляющего составляет 95 % от доходов, за минусом расходов, полученных от управления имуществом. 

В исковом заявлении Истец указывает, что такой размер вознаграждения доверительного управляющего является чрезмерно завышенным. Исходя из этого, Истец делает вывод, что Ответчик  знал о неправомерном владении ФИО7 данным имуществом и следовательно указанный договор доверительного управления является невыгодным для собственника. 

Согласно ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Обязанность доказывания обстоятельств, послуживших основанием для принятия государственными органами, органами местного самоуправления, иными органами, должностными лицами оспариваемых актов, решений, совершения действий (бездействия), возлагается на соответствующие орган или должностное лицо.

Между тем, данный довод Истца является несостоятельным, документально не подтвержденным, не подкрепленный какими-либо доказательствами, в нарушение установленной ст. 65 АПК РФ обязанности. 

Кроме этого, для рассматриваемого дела указанный довод  не относится к существу рассматриваемого спора, поскольку предметом иска является взыскание  убытков, а не Договор доверительного управления имуществом.

Согласно п. 1 ст. 424 Гражданского кодекса РФ  исполнение договора оплачивается по цене, установленной соглашением сторон. В предусмотренных законом случаях применяются цены (тарифы, расценки, ставки и т.п.), устанавливаемые или регулируемые уполномоченными на то государственными органами и (или) органами местного самоуправления.

В силу п. 1 и 4 ст. 424 Гражданского кодекса РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422).

В случаях, когда условие договора предусмотрено нормой, которая применяется постольку, поскольку соглашением сторон не установлено иное (диспозитивная норма), стороны могут своим соглашением исключить ее применение либо установить условие, отличное от предусмотренного в ней. При отсутствии такого соглашения условие договора определяется диспозитивной нормой.

Цены на услуги по доверительному управлению имуществом государственными тарифами, расценками и ставками не регулируются. В этой связи стороны Договора вправе  устанавливать любую цену договора и никто не вправе оспорить ее. Иное означало бы нарушение принципа свободы договора.

Как разъяснено в п. 1 Постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 № 16 «О свободе договора и ее пределах» в соответствии с пунктом 2 статьи 1 и статьей 421 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) граждане и юридические лица свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

Согласно  п. 5 ст. 10 Гражданского  кодекса РФ  добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

Таким образом, исходя из указанных норм права,  Истцом в нарушение ст. 65 АПК РФ, не представлено доказательств того, что Ответчик, управляя недвижимым имуществом,  действует противоправно  и злоупотребляет своими правами. 

Доверительный управляющий не обязан при заключении договора доверительного управления осуществлять  какое-либо расследование факта получения собственником имущества в его  собственность.  

В соответствии с п. 6 ст. 8.1. Гражданского кодекса РФ  зарегистрированное право может быть оспорено только в судебном порядке. Лицо, указанное в государственном реестре в качестве правообладателя, признается таковым, пока в установленном законом порядке в реестр не внесена запись об ином.

При возникновении спора в отношении зарегистрированного права лицо, которое знало или должно было знать о недостоверности данных государственного реестра, не вправе ссылаться на соответствующие данные.

Таким образом,  Ответчик, заключая договор доверительного управления имуществом, действовал разумно и добросовестно и не мог знать о каких-либо пороках владения собственником недвижимым имуществом. Доказательств обратного в материалы дела не представлено.

Кроме того, согласно расчету ответчика, проверенного судом, размер вознаграждения Доверительного управляющего составил 3 771 722 рубля 54 копейки, в период  отчета о доверительном управлении № 1 и № 2 расходы на управление составили 662 589 руб. 50 коп. 

Таким образом, реальный доход Доверительного управляющего составил 3 109 133 руб. 04 коп. 

Суд приходит к выводу о том, что Ответчик не является лицом, причинившим Истцу убытки, действия ответчика являются правомерными и у него отсутствует вина. Ответчик не мог действовать иначе, поскольку нарушил бы имеющегося у него обязательства по договору доверительного управления имуществом.  

Кроме того, суд считает необходимым отметить следующее.

Согласно ст. 303 Гражданского кодекса РФ при истребовании имущества из чужого незаконного владения собственник вправе также потребовать от лица, которое знало или должно было знать, что его владение незаконно (недобросовестный владелец), возврата или возмещения всех доходов, которые это лицо извлекло или должно было извлечь за все время владения; от добросовестного владельца возврата или возмещения всех доходов, которые он извлек или должен был извлечь со времени, когда он узнал или должен был узнать о неправомерности владения или получил повестку по иску собственника о возврате имущества.

Владелец, как добросовестный, так и недобросовестный, в свою очередь вправе требовать от собственника возмещения произведенных им необходимых затрат на имущество с того времени, с которого собственнику причитаются доходы от имущества.

Добросовестный владелец вправе оставить за собой произведенные им улучшения, если они могут быть отделены без повреждения имущества. Если такое отделение улучшений невозможно, добросовестный владелец имеет право требовать возмещения произведенных на улучшение затрат, но не свыше размера увеличения стоимости имущества.

Исходя из указанной нормы права и ее буквального толкования, собственник вправе потребовать возврата всех доходов исключительно от лица, у которого данное имущество было истребовано, а не у любого лица. 

Между тем, Ответчик являлся лицом, управомоченным распоряжаться недвижимым имуществом, поскольку был доверительным управляющим собственника, указанного в ЕГРН. При этом, доверительное управление было также надлежащим образом зарегистрировано в реестре. 

Как установлено п. 1 ст. 1020 Гражданского кодекса РФ доверительный управляющий осуществляет в пределах, предусмотренных законом и договором доверительного управления имуществом, правомочия собственника в отношении имущества, переданного в доверительное управление. Распоряжение недвижимым имуществом доверительный управляющий осуществляет в случаях, предусмотренных договором доверительного управления.

Договором доверительного управления предусмотрено, что доверительный управляющий вправе совершать сделки с имуществом, в том числе заключать договор аренды. Никаких   ограничений договор доверительного управления  не содержит. Таким образом, Ответчик 1 не водил за пределы предоставленных ему полномочий и имел право заключать договоры аренды.   

В соответствии со ст. 136 Гражданского кодекса РФ плоды, продукция, доходы, полученные в результате использования вещи, независимо от того, кто использует такую вещь, принадлежат собственнику вещи, если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами, договором или не вытекает из существа отношений.

Пунктом 1.5 Договора доверительного управления прямо установлено, что передача имущества в доверительное управление не влечет перехода права собственности на него к Доверительному управляющему. 

Таким образом, доверительный управляющий, который ни в силу закона (п. 1 ст. 1012 Гражданского кодекса РФ), ни в силу  договора (п. 1.5 Договора доверительного управления имуществом) не является собственником  недвижимого имущества, не может являться ответчиком в настоящем споре.   

Согласно материалам дела, судом не истребовалось имущество у Ответчика. Собственником его на момент вынесения определения Десятым арбитражным апелляционным судом была Частная компания Ремак Холдинг Б.В. 

В этой связи, суд приходит к выводу о том, что настоящий иск предъявлен истцом  к ненадлежащему лицу – Ответчику, который собственником недвижимого имущества не является, а действовал в рамках заключенного договора доверительного управления имуществом, который недействительным не признан. 

Кроме того, по мнению суда, заявленный ко взысканию размер 11 435 469, 89 рублей является завышенным и не соответствующим фактическим обстоятельствам дела. 

При этом, суд учитывает то, что Истец в исковом заявлении  исключает расходы по управлению имуществом, ссылаясь на то, что Ответчик их не понес и данные расходы не относятся к имуществу.  

Таким образом, Истец не доказал совокупность обстоятельств (противоправность действий ответчика, наличие неблагоприятных последствий и причинно-следственной связи между действиями ответчика и наступившими последствиями, размер убытков), при наличии которых в силу статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации у ответчика могла возникнуть обязанность возмещения убытков.

Суд исходит из того, что по смыслу положений ст. 268 АПК РФ доказательства должны быть представлены в суд первой инстанции, который разрешает спор по существу. 

В силу положений части 2 пункта 3 статьи 41 АПК РФ лица, участвующие в деле, должны добросовестно пользоваться всеми принадлежащими им процессуальными правами.

С учетом изложенного, суд отказывает истцу в удовлетворении исковых требований в полном объеме. 

Судебные расходы по государственной пошлине распределяются между сторонами по правилам ст. 110 АПК РФ и относятся на истца.

При таких обстоятельствах, на основании ст.ст. 4, 65, 66, 75, 101-103, 110, 121, 122, 123, 156, 167-171, 176 АПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

В иске отказать.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью "ЛК" в доход федерального бюджета 80 177 (восемьдесят тысяч сто семьдесят семь) руб. 30 коп. расходов по госпошлине.

Решение может быть обжаловано в течение месяца после принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.

         СУДЬЯ:                                                                       И.А.Васильева