ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-43648/2018

07 августа 2024 года

г. Санкт-Петербург

/тр.8.3

Резолютивная часть постановления объявлена   29 июля 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме  07 августа 2024 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего судьи Слоневской А.Ю.,

судей Тойвонена И.Ю., Юркова И.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Беляевой Д.С.,

при участии:

от ООО «Балтийское морское буксирное агентство»: ФИО1 по доверенности от 09.01.2024,

от ФИО2: ФИО3 по доверенности от 26.02.2024,

от внешнего управляющего ООО «Логистический комплекс Усть-Луга»:       ФИО4 по доверенности от 08.07.2024,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-19149/2024) ФИО2 на решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 21.05.2024 по делу № А56-43648/2018/то.8.3, принятое 

 

по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Балтийское морское буксирное агентство» о пересмотре определения от 28.09.2020 №А56-43648/2018/тр.8.1 в деле о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Логистический комплекс Усть-Луга», 

 

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 06.06.2018 в отношении общества с ограниченной ответственностью «База управления ресурсами» (новое наименование: общество с ограниченной ответственностью «Логистический комплекс УстьЛуга», 

<

...>, ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>; далее – Общество) введена процедура наблюдения.

Определением от 28.08.2018 признано обоснованным требование публичного акционерного общества Банк «Санкт-Петербург» (далее – Банк) в размере 111 465 318 руб. 41 коп., обеспеченного залогом имущества в части 20 880 000 руб., и включено в реестр требований кредиторов с очередностью удовлетворения в третью очередь, а в части пеней – с удовлетворением после погашения основной задолженности и причитающихся процентов (тр.8).

Определением от 28.01.2019 в отношении должника введена процедура внешнего управления.

Решением арбитражного суда от 29.06.2020 Общество признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство.

Определением от 28.09.2020 произведено процессуальное правопреемство, Банк заменен на ФИО2 в реестре требований кредиторов должника в части требования на сумму 113 212 654 руб. (тр.8.1).

Определением от 16.11.2020 производство по делу о банкротстве Общества прекращено ввиду утверждения мирового соглашения, заключенного между должником и его кредиторами.

Определением от 21.02.2023 мировое соглашение, заключенное 08.10.2020 должником и его конкурсными кредиторами, расторгнуто.

Определением от 05.09.2023 в отношении должника введено внешнее управление; внешним управляющим утвержден ФИО5. Соответствующее сообщение опубликовано в газете «Коммерсантъ» 09.09.2023.

Определением от 26.02.2024 (резолютивная часть от 07.02.2024) признано обоснованным требование общества с ограниченной ответственностью «Балтийское морское буксирное агентство» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, 

<

...>, далее – Компания) в размере 44 949 340 руб. и включено в третью очередь реестра требований кредиторов должника, в том числе неустойка с удовлетворением после погашения основной задолженности и причитающихся процентов.

Компания обратилась в суд с заявлением о пересмотре определения от 28.09.2020 по делу № А56-43648/2018/тр.8.1 по вновь открывшимся обстоятельствам, заявив ходатайство о восстановлении пропущенного процессуального срока.

Решением от 21.05.2024  ходатайство о восстановлении срока удовлетворено, определение от 28.09.2020 отменено.

Не согласившись с указанным судебным актом, ФИО2 обратился в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить обжалуемое решение и принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления. По мнению подателя жалобы, заявленные мотивы пересмотра определения суда от 28.09.2020 не соответствуют критериям вновь открывшихся обстоятельств. ФИО2 возражает против восстановления судом Компании и внешнему управляющему срока на подачу заявления о пересмотре дела по вновь открывшимся обстоятельствам. Податель жалобы обращает внимание на то, что требования ФИО2 основаны на обязательствах должника перед независимыми кредиторами и приобретены в период нахождения должника в процедуре банкротства и в отношении обязательств, включенных в реестр требований кредиторов должника, что исключает возможность квалификации сделок ФИО2 как способе компенсационного финансирования должника. По мнению ФИО2, заключение им договоров уступки прав (требований) с независимыми кредиторами применительно к правовой позиции, выраженной в пункте 17 Обзора судебной практики Верховного Суда РФ      № 3(2020). 

В судебном заседании представитель ФИО2 поддержал доводы жалобы, представитель Компании и внешнего управляющего возражали. 

Иные лица, участвующие в деле, уведомленные судом о времени и месте слушания дела, в том числе публично, посредством размещения информации на официальном сайте в сети Интернет, не явились, в связи с чем, апелляционная жалоба рассматривается в их отсутствие, исходя из норм статьи 156 АПК РФ.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверена апелляционным судом в соответствии со статьями 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, в обоснование заявления Компания ссылается на то, что ФИО2 является залоговым кредитором должника на сумму 178 981 812 руб. 65 коп., участником должника с 2019 года (согласно сведениям из Единого государственного реестра юридических лиц в 2019 году владел 100% долей в уставном капитале должника, а с 2020 года продал 75% в уставном капитале должника), в период с 31.05.2021 по 02.11.2022 исполнял функции Председателя Совета директоров должника и находился в трудовых отношениях с должником в должности Президента. По мнению кредитора, для получения статуса залогового кредитора должника с указанной в мировом соглашении суммой требований ФИО2, являясь участником должника, до утверждения мирового соглашения с кредиторами выкупил требования у части залоговых кредиторов с дисконтом 90%, в том числе у Банка, кредитора и других лиц)

Как указывает Компания, после утверждения арбитражным судом мирового соглашения выплаты по нему в пользу ФИО2 не производились ввиду недостаточности денежных средств у должника и отсутствием прибыли от осуществления деятельности по разработке карьера и добычи песка. После заключения мирового соглашения 16.11.2020 ФИО2 вместо увеличения уставного капитала должника либо предоставления безвозмездной финансовой помощи и(или) вклада в имущество должника выбрал ненадлежащую форму финансирования должника, выдавая и привлекая на регулярной основе займы для исполнения обязательных платежей должником, в том числе уплаты налогов, выплаты заработной платы, арендных и прочих платежей, а также предоставил отсрочку должнику по выплате задолженности перед ним по мировому соглашению.

По мнению кредитора, указанные в его заявлении действия ФИО2 свидетельствуют о непосредственном оказании влияния указанным лицом на деятельность должника в период, предшествующий заключению мирового соглашения, а также исполнения мирового соглашения и в период возобновления процедуры банкротства должника. По мнению заявителя, действия ФИО2 подтверждают проведение процедуры банкротства должника под непосредственным руководством ФИО2 и его контролем, учитывая наличие ранее приобретенных требований в реестре требований кредиторов и увеличения суммы требований в реестре требований кредиторов должника за счет неправильной формы финансирования должника (выкуп требований независимых кредиторов с дисконтом более 90%, привлечение займов на регулярной основе, предоставление отсрочки исполнения обязательств по оплате долга по мировому соглашению более двух лет). Заявитель полагает, что поведение и действия ФИО2 не отвечают критериям добросовестности и очевидно направлены на получение необоснованных преимуществ перед другими кредиторами.

Компания полагает, что при рассмотрении заявления ФИО2 о процессуальном правопреемстве арбитражный суд оценивал документы и устанавливал обстоятельства в соответствии с требованиями статей 382-384 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) и о действительных мотивах, целях и намерениях цессионария было неизвестно, поскольку они стали известны после получения статуса мажоритарного кредитора и возобновления дела о банкротстве должника после отмены мирового соглашения. 

Компания обращает внимание на то, что при принятии определения от 28.09.2020 по процессуальному правопреемству не учтены приведенные обстоятельства и требования ФИО2 на основании договора цессии с дисконтом включены в реестр требований кредиторов должника наравне с другими независимыми кредиторами, что является основанием для пересмотра вышеуказанного судебного акта по вновь открывшимся обстоятельствам.

В ходатайстве о восстановлении пропущенного процессуального срока Компания указывает на то, что ей стало известно о наличии оснований для пересмотра судебного акта  только после отказа в удовлетворении его кассационной жалобы на постановление Тринадцатого апелляционного суда от 22.09.2023 по делу № А56-43648/2018/з.3. Заявитель настаивает на то, что в связи с возникновением (открытием) после возобновления производства по делу обстоятельств, в том числе установленных при рассмотрении заявления кредитора о разрешении разногласий и указанных в постановлении Арбитражного суда Северо-Западного округа от 12.02.2024 по делу А56-43648/2018/з.3 (недобросовестное поведение и злоупотребление правом ФИО2 при приобретении долгов с дисконтом, выбор ненадлежащего способа защиты права), необходимо пересмотреть определение от 28.09.2020 с учетом изложенных обстоятельств. 

В заявлении о присоединении к заявлению кредитора внешний управляющий поддерживает его доводы и приведенную хронологию событий; полагает, что поскольку истинные цели и мотивы ФИО2 открылись участникам дела о банкротстве должника только после его голосования на собрании кредиторов должника 28.02.2024 за признание должника банкротом, следовательно, с указанной даты и возникли основания для обращения с заявлением о пересмотре определения от 28.09.2020.

Возражая против удовлетворения заявления, ФИО2 полагает, что основания для пересмотра судебного акта по новым или новь открывшимся обстоятельствам отсутствуют, а также заявляет о пропуске кредитором срока на подачу соответствующего заявления, который он исчисляет с 26.05.2023, то есть даты включения требования Компании в реестр требований кредиторов должника (тр.41). ФИО2 обращает внимание на то, что  требования приобретены им в период нахождения должника в процедуре банкротства и в отношении включенных в реестр требований кредиторов должника требований, что исключает возможность квалифицировать его действия как компенсационное финансирование должника.

ФИО2 отмечает, что заявители ссылаются на обстоятельства, которые возникли после вынесения определения от 28.09.2020 о процессуальном правопреемстве и явились случайным набором последующих событий в деле о банкротстве должника; в то время как для пересмотра судебные акты соответствующие обстоятельства должны были существовать на момент вынесения определения. 

В соответствии с частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Согласно части 1 статьи 312 АПК РФ заявление о пересмотре вступившего в законную силу судебного акта по новым или вновь открывшимся обстоятельствам подается лицами, участвующими в деле, в арбитражный суд, принявший данный судебный акт, в срок, не превышающий трех месяцев со дня появления или открытия обстоятельств, являющихся основанием для пересмотра судебного акта, а при выявлении обстоятельства, предусмотренного пунктом 5 части 3 статьи 311 АПК РФ, - со дня опубликования постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, постановления Президиума Верховного Суда Российской Федерации в установленном порядке в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

Установленный частью 1 статьи 312 АПК РФ трехмесячный срок для обращения с заявлением о пересмотре судебного акта по новым или вновь открывшимся обстоятельствам исчисляется со дня появления или открытия обстоятельств, являющихся основанием для пересмотра судебного акта.

Днем открытия таких обстоятельств следует считать день, когда заявитель узнал или должен был узнать о наличии указанных обстоятельств.

В силу части 2 статьи 312 АПК РФ пропущенный трехмесячный срок для обращения с заявлением о пересмотре судебного акта по новым или вновь открывшимся обстоятельствам может быть восстановлен судом при условии, если ходатайство о его восстановлении подано не позднее шести месяцев со дня открытия обстоятельств, являющихся основанием для пересмотра судебного акта, и если суд признает причины пропуска срока уважительными.

Пропуск шестимесячного срока для обращения с заявлением о пересмотре судебного акта по новым или вновь открывшимся обстоятельствам независимо от причин пропуска срока служит основанием для возвращения заявления со ссылкой на пункт 2 части 1 статьи 315 АПК РФ (пункты 19, 20 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.06.2011 № 52 «О применении положений Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при пересмотре судебных актов по новым или вновь открывшимся обстоятельствам» (далее – Постановление № 52).

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 2 определения Конституционного Суда Российской Федерации от 17.06.2013 № 1001-О законодатель в целях обеспечения принципа правовой определенности и стабильности гражданского оборота определил в статье 312 АПК РФ срок для обращения с заявлением о пересмотре судебного акта арбитражного суда по новым или вновь открывшимся обстоятельствам посредством определения периода, в течение которого заявление о пересмотре вступившего в законную силу судебного акта по новым или вновь открывшимся обстоятельствам может быть подано в арбитражный суд, а также периода, в течение которого вступивший в законную силу судебный акт может быть пересмотрен по такому предусмотренному пунктом 5 части 3 статьи 311 АПК РФ новому обстоятельству, как определение либо изменение в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации или в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации практики применения правовой нормы, если в соответствующем акте Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации содержится указание на возможность пересмотра вступивших в законную силу судебных актов в силу данного обстоятельства.

Указанный шестимесячный срок является пресекательным, то есть не подлежит восстановлению даже в случае пропуска по уважительным причинам.

Апелляционный суд поддерживает вывод суда первой инстанции о том, что о возникновении обстоятельств, послуживших основанием для обращения с заявлением о пересмотре судебного акта Компания могла узнать не ранее 22.09.2023, а с учетом даты признания за кредитором статуса конкурсного (27.02.2024) последний правомерно обратился с настоящим заявлением после вступления в силу судебного акта о признании требования обоснованным. 

Заявитель ссылается на следующие обстоятельства в обоснование заявления о пересмотре судебного акта – выкуп прав требований независимых кредиторов с целью заключения мирового соглашения и получения полного контроля над процедурой банкротства должника, отсрочка оплаты задолженности по мировому соглашению с кредиторами в свою пользу, выдача займов должнику, оплата в пользу третьих лиц за должника, которые стали известны кредиторам после принятия определения от 28.09.2020 при вынесении определения суда кассационной инстанции от 12.02.2024 и на собрании кредиторов должника 28.02.2024. 

Ходатайство о восстановлении срока на подачу заявления о пересмотре определения от 28.09.2020 обоснованно и правомерно удовлетворено судом первой инстанции. 

В силу статьи 309 АПК РФ арбитражный суд может пересмотреть принятый им и вступивший в законную силу судебный акт по новым или вновь открывшимся обстоятельствам по основаниям и в порядке, предусмотренными главой 37 АПК РФ.

Как разъяснено в пунктах 4, 5 Постановления № 52, обстоятельства, которые согласно пункту 1 статьи 311 АПК РФ являются основаниями для пересмотра судебного акта, должны быть существенными, то есть способными повлиять на выводы суда при принятии судебного акта; суд должен установить, свидетельствуют ли факты, приведенные заявителем, о наличии существенных для дела обстоятельств, которые не были предметом судебного разбирательства по данному делу; существенным для дела обстоятельством может быть признано указанное в заявлении вновь обнаруженное обстоятельство, которое не было и не могло быть известно заявителю, неоспоримо свидетельствующее о том, что если бы оно было известно, то это привело бы к принятию другого решения.

Согласно части 2 статьи 311 АПК РФ вновь открывшимися обстоятельствами являются 1) существенные для дела обстоятельства, которые не были и не могли быть известны заявителю; 2) установленные вступившим в законную силу приговором суда фальсификация доказательства, заведомо ложное заключение эксперта, заведомо ложные показания свидетеля, заведомо неправильный перевод, которые повлекли за собой принятие незаконного или необоснованного судебного акта по данному делу; 3) установленные вступившим в законную силу приговором суда преступные деяния лица, участвующего в деле, или его представителя либо преступные деяния судьи, совершенные при рассмотрении данного дела.

Арбитражный суд, руководствуясь положениями статей 309-311 АПК РФ, учитывая разъяснения, приведенные в Постановлении № 52, приходит к выводу, что приведенные в заявлениях кредитора и внешнего управляющего факты являются существенными для дела, которые не были и не могли быть известны заявителю и иным лицам, участвующим в деле, в связи с чем признает их обстоятельствами, обладающими признаками вновь открывшегося и, как следствие, приходит к выводу о наличии оснований для пересмотра по вновь открывшимся обстоятельствам определения от 28.09.2020 о процессуальном правопреемстве ФИО2

По смыслу приведенных выше положений статьи 311 АПК РФ и разъяснений Постановления № 52 определяющим критерием удовлетворения заявления о пересмотре судебного акта по вновь открывшимся обстоятельствам является установление факта их значительности и способности повлиять на исход спора, а также возникновение этих обстоятельств до даты принятия судебного акта и невозможность заявителю в силу субъективных причин быть осведомленным о наличии таких обстоятельств.

Арбитражный суд, рассматривающий заявление о пересмотре вступившего в законную силу судебного акта, должен убедиться в наличии объективных оснований для такого пересмотра, а заявитель, в свою очередь, доказать, что обстоятельства, указанные им в качестве оснований для пересмотра судебного акта по вновь открывшимся обстоятельствам, являются таковыми.

Пересмотр дела по вновь открывшимся обстоятельствам является экстраординарной процедурой, применение которой в целях обеспечения принципа стабильности судебных решений допустимо только в исключительных случаях в целях защиты права лица, ссылающегося на вновь открывшиеся обстоятельства, и не должно нарушать баланса интересов сторон, основанного на этих актах.

На момент рассмотрения арбитражным судом обоснованности заявления ФИО2 о процессуальном правопреемстве доводы о предоставлении финансирования должнику в условиях недостаточности денежных средств участвующими в настоящем обособленном споре и в деле о банкротстве лицами не приводились и судом не рассматривались. Между тем, указанные обстоятельства имеют существенное значение, в частности, для разрешения спора об определении очередности удовлетворения требования правопреемника. 

При рассмотрении заявления о процессуальном правопреемстве лицам, участвующих в деле, не были известны обстоятельства, связанные с намерением ФИО2 при выкупе прав независимых кредиторов перераспределить риск утраты вложенного финансирования на независимых кредиторов на случай невозможности восстановления нормальной деятельности Общества и восстановления платежеспособности должника. 

Последующее (после процессуального правопреемства) поведение       ФИО2 в деле о банкротстве Общества раскрыло ранее выбранную ФИО2 модель финансирования должника, которая не повлекла к изменению качественных и количественных показателей деятельности Общества, а, наоборот, привела к увеличению долговой нагрузки и наращиванию кредиторской задолженности перед ФИО2, а также перераспределению в пользу ФИО2 количества голосов в реестре требований кредиторов Общества. 

Приведенные намерения и цели ФИО2, ставшие известными кредиторам при последующем возобновлении процедуры банкротства Общества,  при вынесении определения суда от 28.09.2020 не исследовались и не оценивались судом на предмет соответствия их критериям добросовестности и получения ФИО2 преимуществ перед другими независимыми кредиторами. 

Апелляционный суд считает обоснованными доводы Компании по том, что в случае добросовестного поведения ФИО2 и осуществления им финансирования деятельности Общества с помощью способов, соответствующих Закону о банкротстве, Гражданским кодексом Российской Федерации (увеличение уставного капитала, предоставление безвозмездной помощи от участника, вклад участника в имущество должника) и не преследующей своей целью перераспределение риска утраты вложенного финансирования на независимых кредиторов, то права и законные интересы независимых кредитов Общества в настоящем деле о банкротстве не были бы нарушены. 

При изложенных обстоятельствах апелляционный суд пришел к выводу о том, что модель финансирования Общества, выбранная ФИО2, о которой заявители узнали после возобновления процедуры банкротства и на которую они ссылаются  в обоснование заявления о пересмотре судебного акта, с учетом бенефициарного интереса ФИО2 по отношению к должнику, заключающегося в возможности контролировать использование вложенных в Общество средств, является  вновь открывшимся обстоятельством (пункт 1 часть 2 статьи 311 АПК РФ), служащим основанием для пересмотра определения суда о процессуальном правопреемстве. 

Субординация требований контролирующих должника лиц осуществляется в связи с явно несправедливым уравниванием прав независимы кредиторов с требованиями контролировавших должника лиц, которые, избрав отличную от предписанной Законом о банкротстве модель поведения, пошли на дополнительный риск и предоставили подконтрольному им лицу компенсационное финансирование. В таких условиях риск объективного банкротства должника и, как следствие, утраты компенсационного финансирования, не может в равной степени перекладываться на независимых кредиторов. 

Отклоняя доводы ФИО2 о том, что обстоятельства, на которые ссылаются заявители, возникли после принятия определения от 28.09.2020, заявители обоснованно указывают на то, что выбранная ФИО2 соответствующая модель финансирования должника существовала на момент правопреемства, но стала известна лишь после возобновления дела о банкротстве Общества по заявлению ФИО2 в ходе рассмотрения обособленных споров по заявлениям иных кредиторов о включении в реестр. Последующие действия ФИО2 по реализации плана финансирования и приведенные заявителями обстоятельства раскрыли существовавшую на момент принятия судебного акта о процессуальном правопреемстве модель финансирования должника, соответственно, цели и мотивы правопреемства ФИО2 в деле о банкротстве, которые подлежали исследованию и оценке в совокупности со всеми обстоятельствами при замене независимого кредитора (Банка) на ФИО2, но не были известны заявителям. 

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 06.07.2018 № 29-П, возможность преодоления окончательности вступивших в законную силу судебных актов, будучи исключительной по своему характеру, предполагает установление таких процедур и условий их пересмотра, которые отвечали бы требованиям правовой определенности, обеспечиваемой признанием законной силы решений суда, их неопровержимости, что применительно к решениям, принятым в ординарных судебных процедурах, может быть преодолено, лишь если какое-либо новое или вновь открывшееся обстоятельство или обнаруженные фундаментальные нарушения неоспоримо свидетельствуют о судебной ошибке, без устранения которой компетентным судом невозможно возмещение причиненного ущерба.

Пересмотр судебного акта по вновь открывшимся обстоятельствам, наряду с пересмотром судебных актов в порядке апелляционного, кассационного и надзорного производства, является одним из способов реализации установленного Конституцией Российской Федерации права на судебную защиту, учитывая, что ошибочное судебное решение не может считаться правосудным и государство обязано гарантировать защиту прав и свобод человека гражданина от судебной ошибки (пункт 4 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 03.02.1998 № 5-П).

Исключение правовой возможности пересмотра судебного акта по правилам главы 37 АПК РФ в настоящем случае приведет к невозможности устранения нарушения конституционно значимого принципа равенства (статья 19 Конституции Российской Федерации), предполагающего необходимость проявлять равное отношение к лицам, находящимся в схожем положении и повлечет существенное нарушение прав и законных интересов внешних кредиторов должника.

Обжалуемый судебный акт является законным и обоснованным. Апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по приведенным в ней доводам. 

Руководствуясь пунктом 1 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 21.05.2024 по делу № А56-43648/2018/тр.8.3 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление  может быть  обжаловано  в  Арбитражный  суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

 

Председательствующий

 

А.Ю. Слоневская

 

Судьи

 

И.Ю. Тойвонен

 

И.В. Юрков