ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Батюшкова, д.12, г. Вологда, 160001

E-mail: 14ap.spravka@arbitr.ru, http://14aas.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А13-23600/2019

г. Вологда

13 сентября 2023 года

 

Резолютивная часть постановления объявлена 12 сентября 2023 года.

В полном объёме постановление изготовлено 13 сентября 2023 года.

 

         Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Писаревой О.Г., судей Селецкой С.В. и Шумиловой Л.Ф.

при ведении протокола секретарём судебного заседания ФИО1,

         при участии Должника и его представителя ФИО2,                    ФИО3 и её представителя ФИО4, конкурсного управляющего Торгового дома ФИО5,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы  ФИО6 и ФИО3 на определение Арбитражного суда Вологодской области от 01.06.2023 по делу                № А13-23600/2019, 

 

у с т а н о в и л:

ФИО6 (далее – Должник) и ФИО3 обратились в Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами на определение Арбитражного суда Вологодской области от 01.06.2023 о признании недействительными договоров купли-продажи автотранспортного средства АUDI Q5, 2011 года выпуска,                         VIN 

<

***>, заключенного 15.04.2015 Должником с обществом с ограниченной ответственностью «Оптима» (далее – Общество), а также от 25.04.2015, заключённого Обществом с ФИО3, и  применении последствий их недействительности в виде взыскания с ФИО3 в конкурсную массу Должника 1 390 000 руб.

К участию в обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО7.

В обоснование жалобы апеллянты ссылаются на ошибочный вывод суда  о причинении спорными сделками вреда Должнику и его кредиторам, так как сделки являлись возмездными, денежные средства от Общества Должником за продажу спорного автомобиля получены; доказательства, подтверждающие внесение денежных средств Обществу ФИО3, предъявлены, о фальсификации их не заявлено. Цена автотранспортного средства, уплаченная ФИО3 Обществу по договору, соответствует рыночной стоимости  аналогичного имущества. Заинтересованность ФИО3 по отношению к Обществу не доказана. Сделки совершены вне периода подозрительности, установленного Федеральным законом от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»» (далее – Закон о банкротстве). Просят определение суда отменить и  принять по делу новый судебный акт, которым в удовлетворении заявленных требований отказать.

Финансовый управляющий Должника ФИО8 в отзыве на апелляционную жалобу просил определение суда оставить без изменения.

В судебном заседании апелляционной инстанции податели жалоб и их представители доводы, изложенные в жалобах, поддержали.

Конкурсный управляющий общества с ограниченной ответственностью Торгового дома «Бабаевский маслозавод» (далее – Торговый дом) просил определение суда оставить без изменения.

Другие лица, участвующие в данном обособленном споре, надлежащим образом извещённые о времени и месте рассмотрения апелляционных жалоб, представителей в суд не направили, в связи с этим дело рассмотрено в их отсутствие в соответствии со статьями 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Исследовав доказательства по делу, проверив законность и обоснованность обжалуемого судебного акта, арбитражный суд апелляционной инстанции находит жалобы подлежащими  удовлетворению. 

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, Должник (продавец) заключил с Обществом (покупатель) 15.04.2015  договор купли-продажи вышеупомянутого транспортного средства за 1 500 000 руб.

В договоре указано, что оплата автомобиля считается произведенной в момент заключения договора.

В дальнейшем Общество (продавец) и ФИО3 (покупатель) 25.04.2015 заключили аналогичный договор купли-продажи спорного автомобиля за ту же стоимость.

Транспортное средство передано продавцом покупателю по акту.

Согласно условиям данного договора оплата имущества считается произведенной в момент заключения договора.

Определением Арбитражного суда Вологодской области от 30.01.2020  по заявлению Торгового дома возбуждено дело о банкротстве Должника.

Определением суда от 25.05.2020 в отношении Должника введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО8

Решением суда от 24.12.2020 Должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении его введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим Должника утверждён ФИО8

Постановлением Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.03.2021 решение суда от 24.12.2020 в части утверждения ФИО8 финансовым управляющим Должника изменено, на него возложено исполнение обязанностей финансового управляющего Должника. Вопрос об утверждении финансового управляющего Должника направлен на новое рассмотрение в суд первой инстанции. 

Определением суда от 24.05.2021 финансовым управляющим Должника утверждён ФИО8,  который обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными цепочки вышеуказанных договоров купли-продажи как единой сделки, совершенных при злоупотреблении сторонами сделки своими  правами, заинтересованными лицами, в отсутствие равноценного встречного предоставления, во вред имущественным интересам кредиторов Должника,  ссылаясь на статьи 10, 168 и 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ).

Рассмотрев заявление, суд первой инстанции пришёл к выводу об  обоснованности заявленных требований. 

Проверив материалы дела, апелляционная инстанция не находит оснований согласиться с принятым судебным актом и считает его подлежащим отмене в связи с неправильным применением судом первой инстанции норм материального права и несоответствием выводов, в нем изложенных, обстоятельствам дела.

Частью 1 статьи 223 АПК РФ определено, что дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства). 

   В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

  В деле о банкротстве заявления об оспаривании сделок направлены на пополнение конкурсной массы должника-банкрота, уменьшившейся вследствие недобросовестных действий как самого должника, так и третьих лиц (контрагентов по сделкам).

  По общему правилу сделка, совершенная исключительно с намерением причинить вред другому лицу, является злоупотреблением правом и квалифицируется как недействительная по статьям 10 и 168 ГК РФ. В равной степени такая квалификация недобросовестного поведения применима и к нарушениям, допущенным должником-банкротом в отношении своих кредиторов, в частности к сделкам по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам, направленным на уменьшение конкурсной массы.

  При отчуждении имущества должника в преддверии его банкротства и последующем оформлении передачи права собственности на данное имущество от первого приобретателя к иным лицам по цепочке сделок возможна ситуация, когда создается лишь видимость вовлечения имущества должника в гражданский оборот, иллюзия последовательного перехода права собственности на него от одного собственника другому (оформляются притворные сделки), а в действительности совершается одна единственная (прикрываемая) сделка - сделка по выводу активов во избежание обращения взыскания со стороны кредиторов. Имущество после отчуждения его должником все время находится под контролем бенефициара данной сделки, он принимает решения относительно данного имущества.

 Таким образом, цепочкой последовательных притворных сделок купли-продажи с разным субъектным составом может прикрываться одна сделка, направленная на прямое отчуждение должником своего имущества в пользу бенефициара или связанного с ним лица. Такая цепочка прикрываемых притворных сделок является недействительной на основании пункта 2 статьи 170 ГК РФ, а прикрываемая сделка может быть признана недействительной как подозрительная на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

 Данный подход сформулирован Верховным Судом Российской Федерации в Обзоре судебной практики № 1 (2021), утвержденном Президиумом 07.04.2021 (пункт 22).

 Следовательно, существенное значение для правильного рассмотрения данного обособленного спора исходя из заявленных оснований оспаривания сделок имели обстоятельства, касающиеся установления наличия (отсутствия) факта притворности последовательных сделок купли-продажи, реальности передачи фактического контроля над имуществом конечному покупателю, для чего необходимо определить намерения сторон: соответствовала ли их воля волеизъявлению, выраженному во вне посредством оформления документов, формально свидетельствующих о совершении не одной, а нескольких сделок, а также установить заинтересованность лиц (выгодоприобретателя), вовлеченных в сделки.

 Как неоднократно отмечал Верховный Суд Российской Федерации, судебное исследование обстоятельств заключения сделок гражданина, признанного банкротом, должно отличаться большей глубиной и широтой по сравнению с обычным спором, тем более если на такие обстоятельства указывают лица, участвующие в деле. Для этого требуется исследование не только прямых, но и косвенных доказательств и их оценка на предмет согласованности между собой и позициями, занимаемыми сторонами спора.

  Как усматривается из материалов дела, Должник приобрел спорное транспортное средство по договору купли-продажи от 21.04.2011 у                        ООО «Автоспеццентр» (г. Москва), что подтверждается сведениями, внесенными в паспорт транспортного средства.

  В дальнейшем этот автомобиль Должником отчужден Обществу по договору от 15.04.2015 за  1,5 млн руб.

  Должник утверждает, что денежные средства им за это транспортное средство получены от Общества и были направлены на текущие расходы подконтрольных ему юридических лиц.

   Общество продало по договору купли-продажи от 25.04.2015  указанный автомобиль ФИО3 за ту же стоимость.

   ФИО3 в подтверждение факта оплаты транспортного средства предъявила квитанцию к приходному кассовому ордеру от 25.04.2015 № 3  на 1 500 000 руб., выданную Обществом.

   О фальсификации данного доказательства лицами, участвующими в деле, не заявлено.

   В силу требований постановления Госкомстата России от 18.08.1998             № 88 «Об утверждении унифицированных форм первичной учетной документации по учету кассовых операций, по учету результатов инвентаризации» документом, подтверждающим факт внесения наличных денег в кассу организации, является, по общему правилу, квитанция к приходному кассовому ордеру.

   Последующее движение денежных средств (отражение в фискальных отчетах, зачисление на счет Общества) не зависит от лица, внесшего их в кассу организации, и не контролируется им. 

   Исходя из разъяснений пункта 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» для дополнительного подтверждения проведения расчетов, оформленных квитанцией к приходно-кассовому ордеру, требуется подтверждение уровня доходов плательщика.

   Арбитражным судом Вологодской области проверен факт наличия в распоряжении   ФИО3 денежных средств в размере, достаточном для производства расчетов по данной сделке, и сделан ошибочный вывод об отсутствии у неё финансовой возможности для оплаты спорного автомобиля, так как само по себе непредставление документов о снятии со счета (выдаче из кассы) денежных средств в сумме, соответствующей стоимости предмета купли-продажи, при ведении ФИО3 предпринимательской деятельности, в том числе с возможностью принятия наличных денежных средств (представлены журналы кассира),  при доказанности у неё доходов, превышающих цену договора, не может свидетельствовать о том, что покупатель денежными средствами для приобретения спорного имущества не обладал.

  Кроме того, в рассматриваемом случае не имеется объективных доказательств тому, что вышеупомянутый автомобиль отчужден Должником последующим приобретателям по заниженной стоимости, так как его рыночная стоимость, на что ссылается в уточненном заявлении финансовый управляющий Должника, составляет 1 390 000 руб. Данная стоимость автомобиля определена  экспертом по проведенной судебной экспертизе в рамках рассмотрения обособленного спора о признании недействительным брачного договора, заключенного Должником с ФИО3

  Цена данного автомобиля по обжалуемым сделкам составляла                    1,5 млн руб.

  Таким образом, спорные договоры не обладают признаком убыточности для Должника.

  Согласно пункту 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

  Стороны должны преследовать общую цель и с учетом правил                     статьи 432 ГК РФ достичь соглашения по всем существенным условиям той сделки, которую прикрывает юридически оформленная сделка.

  В рассматриваемом случае, поскольку сделка с учетом сроков её совершения не могла быть признана по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве, к ней подлежат применению общие нормы ГК РФ.

  Как разъяснено в пункте 87 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 25), согласно пункту 2                        статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна. В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно. К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ). Притворной сделкой считается также та, которая совершена на иных условиях. Например, при установлении того факта, что стороны с целью прикрыть сделку на крупную сумму совершили сделку на меньшую сумму, суд признает заключенную сторонами сделку как совершенную на крупную сумму, то есть применяет относящиеся к прикрываемой сделке правила. Прикрываемая сделка может быть также признана недействительной по основаниям, установленным ГК РФ или специальными законами.

  В рассматриваемом обособленном споре финансовый управляющий фактически ссылается на притворный характер договоров купли-продажи, прикрывающих по сути договор дарения автомобиля между Должником и его бывшей супругой через «прослойку» – Общество.

  В соответствии с пунктом 1 статьи 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

   Из постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.04.2006 № 13952/05 следует, что обязательным признаком договоров дарения должно служить вытекающее из соглашения сторон очевидное намерение дарителя передать имущество в качестве дара.

  Следовательно, дарение предполагает волеизъявление дарителя, намеревающегося безвозмездно передать принадлежащее ему имущество иному лицу именно в качестве дара, а не по какому-либо другому основанию, вытекающему из экономических отношений сторон.

Спорные договоры являлись возмездными.

Тот факт, что в материалы дела не предъявлены документы, свидетельствующие о принятии Должником денежных средств от Общества, не свидетельствует о безденежности договора купли-продажи, заключенного между ними ввиду следующего.

   В соответствии со статьей 408 ГК РФ при расчетах с физическими лицами исполнение обязательств может подтверждаться распиской в получении исполнения полностью или в соответствующей части.

  Таким образом, в соответствии с указанными положениями ГК РФ в случае расчетов с участием физического лица договор купли-продажи, содержащий информацию о факте уплаты покупателем денежных средств по такому договору, может быть применен в качестве платежного документа, подтверждающего фактически произведенные покупателем расходы.

  Буквальное толкование условий договора купли-продажи от 15.04.2015 в соответствии со статьей 431 ГК РФ приводит к тому, что в тексте договора фактически содержится расписка в получении  Должником от Общества  денежных средств в сумме 1,5 млн руб. (пункт 5 договора).

   Должником факт получения денежных средств за проданный автомобиль, как указывалось выше, не оспаривается. 

   При этом последующее расходование Должником полученных от контрагента денежных средств не входит в предмет спора и не может быть поставлено в вину Должнику. 

   Правовых оснований для возложения на продавца (Должник), исполнившего договорные обязательства, негативных последствий за действия (бездействие), совершенные его контрагентом при оформлении бухгалтерских операций, не имеется.

  То обстоятельство, что Общество прекратило осуществление деятельности (25.10.2016 ликвидировано) и отсутствуют документы, подтверждающие факт отражения в бухгалтерской отчетности Общества операции по приобретению спорного автомобиля, не может служить бесспорным доказательством опровержения получения денежных средств Должником по сделке, так как факт последующего соблюдения (несоблюдения) покупателем (Обществом) финансовой дисциплины (расходование денежных средств, учет имущества в бухгалтерском учёте и т. п.) достоверность произведенной оплаты не опровергает и недостаточно для вывода о том, что такие действия являются частью единой сделки по безвозмездному выводу автомобиля из имущественной массы Должника.

 При отсутствии заявленных признаков недействительности первой сделки у арбитражного суда отсутствуют основания для проверки наличия соответствующих признаков у последующей сделки.

  С учетом вышеизложенного правовых оснований для вывода о притворности цепочки договоров как единой сделки не имеется, так как доказательств, с объективной достоверностью подтверждающих намерение Должника подарить спорное транспортное средство и тем самым заключить договор дарения, квалифицирующим признаком которого, согласно пункту 1 статьи 572 ГК РФ, является  безвозмездность, а также фактов, свидетельствующих об отсутствии у Должника  намерения совершить сделку по отчуждению автомобиля за деньги, не имеется.

  Согласно пункту 1 статьи  170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

         Стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение: например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, сохранив при этом контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним (абзацы второй, третий пункта 86 Постановления № 25).

  При оценке доводов о мнимости сделки суду надлежит дать оценку обстоятельствам фактического исполнения сделки.

  Таким образом, при квалификации сделки в качестве мнимой необходимо установить ее фиктивный характер, который заключается в отсутствии у сторон такой сделки цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление того факта, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной. Обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон.

  Согласно имеющимся в деле документам автомобиль отчужден Должником по рыночной стоимости взамен эквивалентного встречного предоставления в виде уплаты покупной цены. 

  Равным образом ФИО3 автомобиль приобретен за такую же стоимость с уплатой денежных средств Обществу.

  Спорный автомобиль ФИО3 после его приобретения  поставила на учет в органах ГИБДД.

  ФИО3  открыто владела спорным автомобилем более 5,5 лет  с момента приобретения (25.04.2015) до момента продажи его  ФИО7 по договору купли-продажи от 17.11.2020.

  Последующее распоряжение ФИО3 транспортным средством также доказывает, что сделка по приобретению автомобиля у Общества состоялась.

  Ссылки финансового управляющего Должника ФИО8  на то, что фактически данным транспортным средством после его продажи владел и пользовался  Должник, который  включен в полис ОСАГО как лицо, допущенное к управлению данным транспортным средством, не указывают на мнимость оспариваемых сделок, поскольку собственник вправе по своему усмотрению распоряжаться принадлежащим ему имуществом, в том числе и предоставлять право пользования своим имуществом другим лицам.

  Факт наличия заинтересованности участников сделок даже при его доказанности сам по себе не является достаточным основанием для признания сделки недействительной по приведенному основанию.

  Таким образом, фактические обстоятельства реального владения и приобретения автомобиля, наличие встречного предоставления по сделкам, совершенным задолго (более четырех с половиной лет) до возбуждения дела о банкротстве Должника не формируют в порядке части 1 статьи 71 АПК РФ убеждения о ничтожности (мнимости) сделки по признакам, предусмотренным статьей 170 ГК РФ.

С учетом изложенного не имеется оснований признать совокупность оспариваемых договоров мнимой сделкой.

Также не имеется обстоятельств, позволяющих признать договоры заключенными при злоупотреблении сторонами сделок своими правами ввиду следующего.

  Пунктом 1 статьи 10 ГК РФ определено, что под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.

  Согласно правовой позиции, выраженной в пункте 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.11.2008 № 126 «Обзор судебной практики по некоторым вопросам, связанным с истребованием имущества из чужого незаконного владения», определениях Верховного Суда Российской Федерации от 22.12.2016                          № 308-ЭС16-11018, от 09.10.2017 № 308-ЭС15-6280, явно заниженная цена продаваемого имущества может свидетельствовать о том, что приобретатель не является добросовестным.

  Как разъяснено в пункте 7 Постановления № 25, если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 ГК РФ).

  В пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 32) указано, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

  Исходя из приведенных норм и разъяснений сделка, направленная на вывод активов должника и уменьшение конкурсной массы, причинившая вред кредиторам, может быть оспорена в деле о банкротстве по мотиву злоупотребления правом.

  В то же время правонарушение, заключающееся в совершении сделки при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, направленной на уменьшение имущества должника или увеличение его обязательств, совершенное в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника в ситуации, когда другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки, охватывается составом подозрительных сделок, установленным в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

  Сложившейся судебной практикой сформирован подход, согласно которому в условиях конкуренции общих и специальных норм подлежат применению нормы Закона о банкротстве.

  Для применения положений статей 10, 168 ГК РФ необходимо установить, что оспариваемая сделка обладает пороками, выходящими за пределы подозрительной сделки. Иной подход приводит к тому, что содержание пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве теряет смысл, так как полностью поглощается содержанием норм о злоупотреблении правом и позволяет лицу, оспорившему подозрительную сделку, обходить правила об исковой давности по оспоримым сделкам, что недопустимо (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11, определения Верховного Суда Российской Федерации от 29.04.2016 № 304-ЭС15-20061, от 28.04.2016 № 306-ЭС15-20034).

  Федеральный закон от 29.06.2015 № 154-ФЗ «Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее -                            Закон № 154-ФЗ) дополнил Закон о банкротстве параграфом 1.1 «Реструктуризация долгов гражданина и реализация имущества гражданина», который введен в действие с 01.10.2015.

Согласно пункту 13 статьи 14 Закона № 154-ФЗ абзац второй пункта 7 статьи 213.9 и пункты 1 и 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона) применяются к совершенным с 01 октября 2015 года сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 01 октября 2015 года с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 ГК РФ по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3 - 5 статьи 213.32 Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона).

  В силу пункта 3 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статье 61.2 или 61.3 указанного Федерального закона основаниям подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве гражданина, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве гражданина независимо от состава лиц, участвующих в данной сделке.

  Таким образом, принимая во внимание положения статьи 4 ГК РФ, устанавливающей общее правило действия гражданского законодательства во времени, в целях защиты имущественных прав кредиторов законодатель предусмотрел в пункте 13 статьи 14 Закона № 154-ФЗ возможность оспаривания с применением общих норм гражданского законодательства совершенных до 01.10.2015 гражданином-должником сделок, к которым при банкротстве иных категорий должников (юридических лиц и индивидуальных предпринимателей) подлежали бы применению положения статьи 61.2 Закона о банкротстве.

  При этом в ситуации недоступности специальных правовых инструментов защиты (статьи 61.2 Закона о банкротстве) правила о конкуренции норм не применяются.

  В то же время, пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предельный период, за который совершенные должником могут быть оспорены по специальным основаниям (период подозрительности), ограничен тремя годами до возбуждения дела о банкротстве.

  В связи с изложенным единственным основанием оспаривания сделок является занижение цены отчуждаемого имущества по сравнению с рыночной, применение положений статей 10, 168 ГК РФ обусловлено исключительно невозможностью использовать специальные нормы законодательства о банкротстве ввиду того, что оспариваемые договоры купли-продажи заключены ранее трех лет до возбуждения дела о банкротстве Должника.

  Между тем доказательств, свидетельствующих о занижении стоимости спорного автомобиля при совершении обжалуемых сделок, не имеется.

  Следовательно, заключение данных сделок не повлекло уменьшение активов Должника и тем самым причинение вреда имущественным интересам кредиторов Должника, выраженного в виде единовременного вывода имущества с целью не производить расчеты с кредиторами.

  Кроме того, апелляционная коллегия считает необходимым принять во внимание следующие обстоятельства.

  В рамках дела о банкротстве Должника его финансовый управляющий оспаривал брачный договор, заключенный 24.04.2015 Должником с       ФИО3, в соответствии с которым супруги прекращают предусмотренный статьями 25-33 Семейного кодекса Российской Федерации  режим совместной собственности и устанавливают режим раздельной собственности на все имущество, нажитое ими во время брака, то есть любое имущество, как движимое, так и недвижимое, вещи, денежные средства, банковские вклады и проценты по ним, акции и другие ценные бумаги, а также дивиденды по ним, паи, вклады, долив капиталах, в том числе в уставных, фирмы и прочее имущество, приобретенное супругами в браке, будет находиться во время брака и в случае его расторжения в собственности, полном владении, пользовании и распоряжении того из супругов, на чье имя оно было приобретено и зарегистрировано. Доходы, полученные каждым супругом в период брака, в том числе доходы от трудовой деятельности, предпринимательской деятельности и результатов интеллектуальной деятельности, а также полученные страховые выплаты, пособия и иные денежные выплаты являются собственностью соответствующего супруга. Имущество, принадлежащее каждому из супругов до момента заключения настоящего договора, а также имущество, приобретенное одним из супругов во время брака до заключения настоящего договора, а также после заключения настоящего договора по любым основаниям (в том числе квартиры и другое недвижимое имущество, автомобили, иные ценные вещи) и оформленное на него, является его личной собственностью даже в случае, если за счет имущества или труда другого супруга были произведены вложения, значительно увеличившие стоимость этого имущества (капитальный ремонт, реконструкция, переоборудование или другое).

   Брачный договор удостоверен нотариусом города Москвы. 

   Заключенный 07.07.1994 брак  Должником с ФИО3  расторгнут 30.04.2019.

   Определением Арбитражного суда Вологодской области от 20.12.2022 производство по данному обособленному спору прекращено в связи с отказом финансового управляющего Должника от заявления. 

   Между тем в ходе рассмотрения данного спора судом проведена судебная экспертиза на предмет определения рыночной стоимости имущества, разделенного супругами данным брачным договором, и установлено, что рыночная стоимость имущества, отошедшего Должнику, в несколько раз превышает стоимость имущества, отошедшего ФИО3                                  В   результате совершения этой сделки Должник располагал имуществом, более чем достаточным, для погашения имеющихся перед кредиторами обязательств, в связи с чем сделать вывод о том, что в результате заключения брачного договора Должник стал отвечать признакам недостаточности имущества, не представляется возможным. Доказательств, свидетельствующих об отступлении Должника и ФИО3 при заключении брачного договора от равенства долей супругов в имуществе в худшую для Должника сторону, не имеется. По условиям брачного договора супругами реализовано предоставленное законом право на закрепление за каждым из них конкретного объема имущественных прав и обязанностей, что не свидетельствует о нарушении баланса интересов Должника и его кредиторов. Оснований для вывода о том, что в результате совершения оспариваемой сделки кредиторам Должника  причинен имущественный вред, суд не усматривает.

  Таким образом, правовых оснований для признания у цепочки договоров купли-продажи пороков недействительности в силу статьи 10 ГК РФ не имелось.

   При таких обстоятельствах обжалуемый судебный акт подлежит отмене, в удовлетворении заявленных требований следует отказать.

  Соответственно, заявления ответчиков о пропуске срока исковой давности правового значения не имеют, поскольку  требования, заявленные финансовым управляющим, признаны необоснованными по праву.

   В силу пункта 1 статьи 180 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166 ГК РФ) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

  В пункте 10 Постановления № 32 разъяснено, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1                              статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам. Исковая давность по такому требованию, в силу пункта 1 статьи 181 ГК РФ, составляет три года и исчисляется со дня, когда оспаривающее сделку лицо узнало или должно было узнать о наличии обстоятельств, являющихся основанием для признания сделки недействительной, но не ранее введения в отношении должника первой процедуры банкротства.

   Поскольку первая процедура банкротства в отношении Должника введена 25.05.2020, с данным заявлением финансовый управляющий Должника обратился  30.06.2022, срок исковой давности не пропущен.

Иные ссылки Должника на нарушение судом первой инстанции норм процессуального права, выразившихся в подписании заявления об оспаривании сделок ненадлежащим лицом, необоснованный отказ в назначении судебной почерковедческой экспертизы, нарушении тайны совещательной комнаты отклоняются, так как опровергаются материалами дела. 

Расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение дела судами первой и апелляционной инстанции относятся на Должника в силу статьи 110 АПК РФ, так как в удовлетворении заявления финансового управляющего Должника отказано, а апелляционные жалобы признаны обоснованными.

Руководствуясь статьями 110, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд

п о с т а н о в и л :

отменить определение Арбитражного суда Вологодской области                     от 01.06.2023 по делу № А13-23600/2019.

Отказать в удовлетворении заявленных требований.

Взыскать с ФИО6 в федеральный бюджет                      6 000 руб. государственной пошлины за рассмотрение дела судом первой инстанции.

Взыскать с ФИО6 в пользу ФИО3 3 000 руб. расходов по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд                  Северо-Западного округа в течение месяца со дня принятия.

 

Председательствующий

О.Г. Писарева

 

Судьи

С.В. Селецкая

 

Л.Ф. Шумилова