/

АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А32-27960/2014

г. Краснодар

01 декабря 2017 года

Резолютивная часть постановления объявлена 29 ноября 2017 года.

       Постановление в полном объеме изготовлено 1 декабря  2017 года.

 

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Мацко Ю.В., судей Андреевой Е.В. и  Гиданкиной А.В., при участии в судебном заседании  конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Фирма "Факел"» (ИНН 2311039050, ОГРН 1022301814567) Мачуги В.П.,                                   его представителя Зайнутдинова М.К. (доверенность от 29.11.2017), от Трушина И.Н. – Ворониной И.Г. (доверенность от 11.05.2017), Таша З.Н. (доверенность от 11.05.2017),             от общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания "Перспектива"» –  Фарион А.А. (доверенность от 19.12.2016), в отсутствие иных лиц, участвующих в деле о банкротстве, надлежаще извещенных о времени и месте судебного заседания, рассмотрев кассационную жалобу Трушина И.Н. на постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21 сентября 2017 года (судьи Герасименко А.Н., Сулименко Н.В., Емельянов Д.В.) по делу № А32-27960/2014, установил следующее.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Фирма "Факел"» (далее – должник) Трушин И.Н. подал в суд заявление об установлении в реестр требований кредиторов 24,5 млн рублей основного долга, а также 1 431 719 рублей процентов.

ООО «Управляющая компания "Перспектива"» (далее – компания) подало в суд заявление о признании недействительным дополнительного соглашения от 21 апреля 2013 года к договору займа от 21 марта 2013 года, заключенного должником и Магомедовым Т.Х., а также договора уступки права требования от 7 июня 2014 года, заключенного Трушиным И.Н. и Магомедовым Т.Х. 

Определением от 21 июля 2016 года суд объединил споры в одно производство для их совместного рассмотрения.

Определением суда от 1 марта 2017 года (судья Романов М.В.) требования Трушина И.Н. на 24,5 млн рублей основного долга и отдельно 1 431 719 рублей процентов включены в реестр требований кредиторов должника. Оставлено без удовлетворения заявление компании о признании недействительным дополнительного соглашения от 21 апреля 2013 года к договору займа от 21 марта 2013 года, заключенного должником и Магомедовым Т.Х. Прекращено производство по заявлению компании о признании недействительным договора уступки права требования от 7 июня 2014 года, заключенного Трушиным И.Н. и Магомедовым Т.Х. Судебный акт мотивирован следующим. Надлежащее исполнение кредиторов должника обязательств по договору займа подтверждается доказательствами, представленными в дело. Дополнительным соглашение срок возврата займа менялся с 23 декабря 2015 года на 1 февраля 2014 года. Компания не доказала нарушение спорной сделкой прав должника и его кредиторов, а также ее совершение с целью причинения вреда последним. Компания не доказала, что при начислении санкций кредиторы получили удовлетворение требований в меньшем объеме с учетом того, что соответствующие санкции подлежат удовлетворению после погашения основной суммы задолженности и причитающихся процентов.

Постановлением суда апелляционной инстанции от 21 сентября 2017 года определение в обжалуемой части отменено, Трушину И.Н. отказано в удовлетворении требования о включении в реестр спорных сумм. Судебный акт мотивирован тем, что заявленное Трушиным И.Н. требование имеет корпоративный характер.

В кассационной жалобе Трушин И.Н. просит отменить постановление суда апелляционной инстанции от 21 сентября 2017 года и оставить в силе определение суда от 1 марта 2017 года. По мнению подателя жалобы, спорные правоотношения являются не корпоративными, а гражданско-правовыми. Отсутствуют доказательства того, что действия Магомедова Т.Х. были направлены на причинение ущерба интересам должника. Наличие аффилированности не является основанием для отказа Трушину И.Н. в удовлетворении требований. Сделка, заключенная должником и Магомедовым Т.Х. является действительной, а соответствующие отношения не являются корпоративными. Решением суда общей юрисдикции цессия признана действительной.

В отзыве на кассационную жалобу  ООО «Управляющая компания "Перспектива"» просило постановление апелляционного суда оставить без изменения.

В судебном заседании представители Трушина И.Н. поддержали доводы жалобы. Конкурсный управляющий должника, представитель ООО «Управляющая компания "Перспектива"» просили жалобу оставить без удовлетворения.

Изучив материалы дела, доводы кассационной жалобы и отзыва, выслушав участвующих в деле лиц, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Суды установили, что определением суда от 11 августа 2014 года по заявлению ООО «ПСК "Истмаш"» возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) должника.

Решением суда от 25 мая 2015 года должник признан несостоятельным (банкротом), в его отношении введено конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден Чумак С.И.

Определением суда от 25 ноября 2016 года конкурсным управляющим должника утвержден Мачуга В.П.

В силу статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Установление требований кредиторов осуществляется арбитражным судом в соответствии с порядком, предусмотренным статьями 71 и 100 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), в зависимости от процедуры банкротства, введенной в отношении должника.

21 марта 2013 года должник (заемщик) и Магомедов Т.Х. заключили договор денежного займа на 25 млн рублей до 23 декабря 2015 года. Платежным поручением от 21 марта 2013 года № 13 должнику перечислены 24,5 млн рублей.

21 апреля 2013 года стороны подписали дополнительное соглашение к договору займа, в соответствии с которым срок его возврата изменен на 1 февраля 2014 года.

1 февраля 2014 года Магомедов Т.Х. предъявил должнику требование о возврате долга. Требование содержит отметку о его получении представителем должника (т. 1, л. д. 10).

7 июня 2014 года Магомедов Т.Х. и Трушин И.Н. заключили договор уступки права требования № 1/07-06-14. Передано право требования с должника 24,5 млн основного долга и 713 052 рублей процентов. Цена по договору – 25 213 025 рубля. В подтверждение получения денежных средств в указанном размере Магомедов Т.Х. представил расписку, содержащуюся на последнем листе договора цессии (т. 1, л. д. 13).

В силу статьи 384 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – Гражданский кодекс) право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права.

В силу абзаца восьмого статьи 2 Закона о банкротстве к числу конкурсных кредиторов не могут быть отнесены участники, предъявляющие к должнику требования из обязательств, вытекающих из факта участия.

Магомедов Т.Х. на основании договора купли-продажи доли в уставном капитале должника от 9 июня 2012 года на момент заключения договора денежного займа являлся единственным участником должника, а также его директором.

Денежные средства, предоставленные должнику Магомедовым Т.Х. в размере 23 182 045 рубля, внесенные на депозит нотариуса, были направлены на погашение задолженности должника перед кредиторами в рамках предыдущего дела о банкротстве А32-6171/2012. В результате дело о банкротстве было прекращено.

Согласно пояснений, изложенных Трушиным И.Н., денежные средства на предоставление займа были получены Магомедовым Т.Х. от Баринова Н.В. в размере 35 млн рублей, в подтверждение чего в материалы дела представлена копия договора денежного займа с процентами от 21 марта 2013 года, заключенного Магомедовым Т.Х. и Бариновым Н.В.

В свою очередь Баринов Н.В. в данный момент является учредителем должника, что следует из выписки ЕГРЮЛ. Размер доли в уставном капитале общества составляет 51%.

Таким образом, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что денежные средства, предоставленные Магомедовым Т.Х. должнику на основании договора денежного займа от 21 марта 2013 года, были сформированы за счет аффилированных лиц должнику и фактически являлись вкладом учредителя.

Вне зависимости от источников формирования денежных средств на предоставление займа, суд апелляционной инстанции исходил из того, что по смыслу абзаца восьмого статьи 2 Закона о банкротстве к обязательствам, вытекающим из участия относятся не только такие, существование которых прямо предусмотрено корпоративным законодательством (выплата дивидендов, действительной стоимости доли и т.д.), но также и обязательства, которые, хотя формально и имеют гражданско-правовую природу, в действительности таковыми не являются (в том числе по причине того, что их возникновение и существование было бы невозможно, если бы заимодавец не участвовал в капитале должника).

При функционировании должника в отсутствие кризисных факторов его участник как член высшего органа управления (статья 32 Федерального закона от 8 февраля 1998 года № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», статьи 47 Федерального закона от 26 декабря 1995 года № 208-ФЗ «Об акционерных обществах») объективно влияет на хозяйственную деятельность должника (в том числе посредством заключения с последним сделок, условия которых недоступны обычному субъекту гражданского оборота, принятия стратегических управленческих решений и т.д.).

Поэтому в случае последующей неплатежеспособности (либо недостаточности имущества) должника исходя из требований добросовестности, разумности и справедливости (пункт 2 статьи 6 Гражданского кодекса) на такого участника подлежит распределению риск банкротства контролируемого им лица, вызванного косвенным влиянием на неэффективное управление последним, посредством запрета в деле о несостоятельности противопоставлять свои требования требованиям иных (независимых) кредиторов.

В этой связи при оценке допустимости включения основанных на договорах займа требований участников следует детально исследовать природу соответствующих отношений, сложившихся между должником и заимодавцем, а также поведение потенциального кредитора в период, предшествующий банкротству. В частности, предоставление должнику денежных средств в форме займа (в том числе на льготных условиях) может при определенных обстоятельствах свидетельствовать о намерении заимодавца временно компенсировать негативные результаты своего воздействия на хозяйственную деятельность должника. В такой ситуации заем может использоваться вместо механизма увеличения уставного капитала, позволяя на случай банкротства формально нарастить подконтрольную кредиторскую задолженность с противоправной целью последующего уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов, чем нарушается обязанность действовать в интересах кредиторов и должника.

При таких условиях с учетом конкретных обстоятельств дела суд вправе переквалифицировать заемные отношения в отношения по поводу увеличения уставного капитала по правилам пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса либо при установлении противоправной цели – по правилам об обходе закона (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса, абзац восьмой статьи 2 Закона о банкротстве), признав за прикрываемым требованием статус корпоративного, что является основанием для отказа во включении его в реестр.

При предоставлении заинтересованным лицом доказательств, указывающих на корпоративный характер заявленного участником требования, на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего довода путем доказывания гражданско-правовой природы обязательства.

Указанная правовая позиция изложена в определение Верховного Суда Российской Федерации от 6 июля 2017 года № 308-ЭС17-1556 (2) по делу № А32-19056/2014.

Суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том что, предоставление Магомедовым Т.Х. должнику денежных средств на основании договора денежного займа от 21 марта 2013 года, преследовало изначально цель по приобретению организации, то есть вытекали из корпоративных отношений.

Суд апелляционной инстанции указал на тот факт, что в последующем право требования к должнику было передано Магомедовым Т.Х. Трушину И.Н., не изменяет характер ранее возникших правоотношений, поскольку цессия совершена фактически между взаимозависимыми лицами. Как следует из материалов дела, Трушин И.Н. являлся директором и учредителем ООО «Мицар».

ООО «Мицар» имеет финансовую заинтересованность по отношению к должнику, что подтверждается следующим.

Между должником (арендодатель) и ООО «Мицар» заключен договор аренды от 28 мая 2014 года, в соответствии с пунктом 1.1 которого арендодатель предоставляет, а арендатор принимает во временное владение и пользование земельный участок общей площадью 6 076 кв. м и нежилые помещения общей площадью 1 927,9 кв. м, находящиеся по адресу: г. Краснодар, ул. Круговая, д. 30, а арендатор обязуется вносить арендную плату в порядке и сроки, предусмотренные договором.

В соответствии с пунктом 4.1. договора арендная плата составляет 87 400 рублей. Расчетный период с 1 июня 2014 года. Арендная плата включает коммунальные и эксплуатационные платежи (пункт 6.7).

В ответ на запрос конкурсного управляющего должника от 15 мая 2017 года АО «НЭСК» в письме от 7 июля 2017 года (т. 5, л. д. 40) сообщило, что АО «НЭСК» и заключили договор энергоснабжения от 5 сентября 2012 года № 10401. Согласно дополнительному соглашению от 1 октября 2014 года (т. 5, л. д. 41) плательщиком по договору является ООО «Мицар». Плательщик принимает на себя все обязательства потребителя по оплате за потребленную электроэнергию, обязательства по выплате неустоек за просрочку оплаты потребленной электроэнергии лежат на новом плательщике.

АО «НЭСК» представило конкурсному управляющему копии платежных поручений за период с 1 мая 2014 года по 9 июня 2017 года (т. 4, л. д. 41 – 107) и акт сверок за период с 1 мая 2014 года по 1 июля 2017 года (т. 4, л. д. 40), которыми подтверждается внесение значительных платежей за оплату электроэнергии, в результате использования имущества должника. При этом из указанных документов следует, что ООО «Мицар» начало производить платежи за электроэнергию с 31 мая 2014 года, то есть еще до момента заключения дополнительного соглашения от 1 октября 2014 года, которым приняло на себя обязательства плательщика.

Из материалов дела усматривается, что ООО «Мицар» использует имущество должника в своих коммерческих интересах, при этом Трушин И.Н. будучи лицом, контролирующим деятельность ООО «Мицар», несмотря на неоднократные предложения суда апелляционной инстанции, не представил доказательства, свидетельствующие об исполнении обязанности по внесению должнику арендной платы за используемое имущество. Отсутствие поступления таких средств подтверждается представленными в материалы дела банковскими выписками о движении денежных средств должника (т. 1, л. д. 42 – 46, 58 – 62, 65, 66, 69 – 204).

Дополнительное соглашение от 1 октября 2014 года подписано со стороны должника директором Беляковой Н.В., со стороны ООО «Мицар» директором Трушиным И.Н.

Как следует из материалов дела о несостоятельности (банкротстве) должника № А32-6171/2012, Белякова Н.В. ранее состояла в трудовых отношениях с ООО «Мицар», будучи его директором, назначенной на данную должность участником общества Трушиным И.Н. Указанный факт подтверждается имеющейся в материалах дела копией договора поставки от 20 ноября 2012 года № 1, заключенного должником в лице директора Магомедова Т.Х. и ООО «Мицар» в лице директора Беляковой Н.В.

Указанные обстоятельства свидетельствую о наличии устойчивой взаимосвязи между Трушиным И.Н., Беляковой Н.В. и Магомедовым Т.Х., об осведомленности указанных лиц о реальном хозяйственном положении должника.

Учитывая совокупность изложенных обстоятельств, суд апелляционной инстанции сделал вывод о том, что предоставление Магомедовым Т.Х. займа должнику, в котором он является учредителем, с последующей передачей права требования третьему лицу, Трушину И.Н., в действиях которого усматривается финансовая заинтересованность по отношению к должнику, позволяют суду квалифицировать предоставленный заем в качестве корпоративных правоотношений.

Применительно к доводам кассационной жалобы окружной суд обращает внимание на следующее. Учредитель должника (Магомедов Т.Х.) предоставил займ своей организации, за счет которого выплачены долги – суд апелляционной инстанции правильно признал названные правоотношения корпоративными. 

Предоставление должнику денежных средств в форме займа (в том числе на льготных условиях) может при определенных обстоятельствах свидетельствовать о намерении заимодавца временно компенсировать негативные результаты своего воздействия на хозяйственную деятельность должника. В такой ситуации заем может использоваться вместо механизма увеличения уставного капитала, позволяя на случай банкротства формально нарастить подконтрольную кредиторскую задолженность с противоправной целью последующего уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов, чем нарушается обязанность действовать в интересах кредиторов и должника.

Трушин И.Н. не учитывает, что право его требований вытекает из требований Магомедов Т.Х.

Суд апелляционной инстанции правильно отклонил ссылку на решение суда общей юрисдикции, который признал действительной цессию, заключенную Магомедовым Т.Х. и Трушиным. Суд общей юрисдикции имел иной предмет спора, в который не входила квалификация отношений между должником и Магомедовым Т.Х.

Доводы кассационной жалобы основаны на ошибочном толковании норм права и направлены на переоценку доказательств, исследованных судом. Согласно статье 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации кассационная инстанция не вправе переоценивать доказательства, которые были предметом исследования в суде первой и (или) апелляционной инстанций.

Нарушения процессуальных норм, влекущие отмену или изменение судебного акта (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), не установлены.

Руководствуясь статьями 274, 286 – 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21 сентября 2017 года по делу № А32-27960/2014 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

 

Председательствующий                                                                                       Ю.В. Мацко

Судьи                                                                                                                     Е.В. Андреева

                                                                                                                                А.В. Гиданкина