Четвертый арбитражный апелляционный суд

улица Ленина, дом 100б, Чита, 672000, http://4aas.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело №А78-2529/2016

г. Чита

30 января 2019 года

Резолютивная часть постановления объявлена 23 января 2019 года

Полный текст постановления изготовлен 30 января 2019 года

Четвертый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Мациборы А.Е., судей Даровских К.Н., Монаковой О.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, 

при участии в судебном заседании:

представителя ФИО2 по доверенности от 21.12.2018 ФИО3,

представителя АО «ТВЭЛ» по доверенности от 24.01.2018 ФИО4, представитель,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Забайкальского края от 30 ноября 2018 года по делу № А78-2529/2016 по результатам рассмотрения заявления конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Нефтехиммаш» (ОГРН

<

***>, ИНН 

<

***>) о признании недействительной сделкой договора процентного займа № ДЗ- 0112 от 15.01.2012, заключенного между обществом с ограниченной ответственностью «Нефтехиммаш» и ФИО2, а также недействительными сделками действий по перечислению ФИО2 денежных средств в размере 2 035 000 рублей с расчетных счетов общества с ограниченной ответственностью «Нефтехиммаш» в период с 10.04.2013 по 12.12.2013 и применения последствия недействительности сделки в виде  взыскания 2 035 000 рублей с ФИО2 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Нефтехиммаш»,

по делу о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «Нефтехиммаш» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>),

установил:

производство по делу о несостоятельности (банкротстве) ООО «Нефтехиммаш» было возбуждено 11 марта 2016 года на основании заявления ООО «Эгида». 

Определением суда от 09.06.2016 года в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена ФИО5. 

Решением суда от 11.11.2016 ООО «Нефтехиммаш» признано банкротом, открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утверждена ФИО5. 

Определением суда от 25.04.2017 ФИО5 освобождена от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должником, конкурсным управляющим ООО «Нефтехиммаш» утвержден ФИО6. 

Решением Арбитражного суда города Москвы от 20.09.2017 по делу № А40-47472/2017 ФИО2 признан банкротом, введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим утвержден ФИО7 Определением Арбитражного суда города Москвы от 02.07.2018 процедура реализации имущества должника ФИО2 завершена.

Конкурсный управляющий ФИО6 23 ноября 2017 года обратился в суд с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о признании недействительной сделкой договора процентного займа № ДЗ-0112 от 15.01.2012, заключенного между ООО «Нефтехиммаш» и ФИО2, а также признании недействительными сделками действий по перечислению ФИО2 денежных средств в размере 2 035 000 рублей с расчетных счетов ООО «Нефтехиммаш» в период с 10.04.2013 по 12.12.2013 и применении последствий их недействительности в виде взыскания с ФИО2 2 035 000 рублей в пользу ООО Нефтехиммаш». 

Определением Арбитражного суда Забайкальского края от 30 ноября 2018 года заявление удовлетворено, сделки признаны недействительными, применены последствия недействительности сделки.

Не согласившись с указанным определением, ФИО2 обратился в Четвертый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит принятый по делу судебный акт отменить в связи с неправильным применением судом первой инстанции норм материального права и несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам дела. 

В обоснование жалобы ее заявитель указывает на реальность совершенного договора займа № ДЗ-0112 от 15.01.2012 с учетом того, что в материалы дела представлено платежное поручение, подтверждающее факт перечисления ООО Нефтехиммаш» 24 000 000 рублей. Полагает ошибочным вывод суда, что договор займа направлен на причинение вреда кредиторам, поскольку предоставив должнику 24 000 000 рублей, обратно он получил только 2 035 000 рублей, а соответственно получение должником денежных средств в размере 22 000 000 рублей в результате заключения договора займа, не может свидетельствовать о причинении вреда кредиторам. Из судебного акта не представляется возможным установить в связи с чем договор займа является притворной сделкой и какую сделку он прикрывает. Считает, что даже в случае признания сделки ничтожной, учитывая факт перечисления ООО Нефтехиммаш» 24 000 000 рублей, в качестве применения последствий недействительности сделки уплаченные деньги подлежат возврату. Полагает, что срок исковой давности по требованиям о признании недействительными сделок истек, а ходатайства о восстановлении пропущенного срока, арбитражным управляющим не заявлено. Указывает, что договор займа был заключен в 2012 года, а дело о банкротстве возбуждено только в 2016, а соответственно срок исковой давности истек еще до возбуждения дела о банкротстве.

От конкурсного управляющего ООО Нефтехиммаш» поступили письменные возражения на апелляционную жалобу, в которых выражено согласие с судебным актом суда первой инстанции, а также указывается на ошибочность доводов об истечении сроков исковой давности, считает, что перечисление денежных средств на счет должника представляет собой корпоративные отношения по пополнению оборотных средств должника. 

В судебном заседании представитель заявителя апелляционной жалобы поддержал апелляционную жалобу по основаниям, изложенным в ней.

Представитель ООО Нефтехиммаш» возражал на доводы жалобы по основаниями, изложенным в письменных возражениях.

Иные лица, участвующие в деле, явку своих представителей в судебное заседание не направили, отзывы не представили.

В соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено в отсутствие иных лиц, участвующих в деле и процессе по делу о банкротстве.

Как следует из материалов дела, ФИО2 согласно выпискам из ЕГРЛ является одним из учредителей ООО «Байкалинвестгрупп», которое в свою очередь является единственным учредителем ООО «Нефтехиммаш», также в соответствии с копией трудовой книжки (т. 2, л.д. 48), ФИО2 с 16.04.2010 по 03,09.2015 был заместителем генерального директора ООО «Нефтехиммаш».

В материалы дела представлена копия договор займа от 15.12.2012 № ДЗ-0112, по условиям которого ФИО2 обязался предоставить ООО «Нефтехиммаш» займ в размере 25 000 000 рублей сроком до 15.01.2014 под 10% годовых.

В соответствии с копией платежного поручения от 23.01.2012 № 1 (т. 2, л.д. 98), а также в соответствии с выпиской по расчетному счету денежные средства в сумме 24 000 000 рублей были перечислены ООО «Нефтехиммаш».

Из выписок по расчетным счетам (Банка Огни Москвы р/с 

<

***>, Банка Санкт-Петербург р/с 

<

***>, Банка Связной (АО) р/с 

<

***>) следует, что в период с 10.04.2013 по 12.12.2013 ООО «Нефтехиммаш» перечислило ФИО2 денежные средства на общую сумму 2 035 000 рублей, в основании платежа указано, что оплата производилась по договору процентного (10%) займа № ДЗ-0112 от 15.01.2012.

Ссылаясь на недействительность сделок в виде действий по перечислению денежных средств заинтересованному лицу, а также недействительность договора займа в связи с его притворностью, конкурсный управляющий ООО «Нефтехиммаш» обратился в суд с заявлением об оспаривании сделок. 

Суд первой инстанции, установив, что срок исковой давности, о пропуске которого было заявлено ФИО2, не истек, заявленные требования удовлетворил, применив последствия недействительности сделок в виде возврата денежных средств в сумме 2 035 000 рублей в конкурсную массу ООО «Нефтехиммаш».

Рассмотрев доводы апелляционной жалобы, исследовав материалы дела, проверив правильность применения норм материального и соблюдения норм процессуального права в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Согласно пункту 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. 

В пунктах 87, 88 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Пленум № 25) указано, что в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно. К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации). Для прикрытия сделки может быть совершена не только одна, но и несколько сделок. В таком случае прикрывающие сделки являются ничтожными, а к сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила. 

По смыслу пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве к заинтересованным лицам должника относятся лица, которые входят с ним в одну группу лиц, либо являются по отношению к нему аффилированными. Таким образом, критерии выявления заинтересованности в делах о банкротстве через включение в текст закона соответствующей отсылки сходны с соответствующими критериями, установленными антимонопольным законодательством.

В соответствии со статьей 4 Закона РСФСР от 22.03.91 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» (далее – Закон) аффилированными лицами признаются физические и юридические лица, способные оказывать влияние на деятельность юридических и (или) физических лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность.

Поскольку ФИО2 являлся на момент совершения оспариваемых сделок аффилированным лицом по отношению к ООО «Нефтехиммаш» через участие в ООО «Байкалинвестгрупп», а также являлся заместителем генерального директора (финансовым директором) ООО «Нефтехиммаш», то в соответствии с положениями статьи 19 Закона о банкротстве, он является заинтересованным лицом по отношению к должнику.

При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса, в том числе и ответчиком по требованию о признании сделки недействительной, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

При функционировании должника в отсутствие кризисных факторов его участник, как член высшего органа управления (статья 32 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью») объективно влияет на хозяйственную деятельность должника (в том числе посредством заключения с последним сделок, условия которых недоступны обычному субъекту гражданского оборота, принятия стратегических управленческих решений и т.д.).

Поэтому в случае последующей неплатежеспособности (либо недостаточности имущества) должника исходя из требований добросовестности, разумности и справедливости (пункт 2 статьи 6 Гражданского кодекса Российской Федерации) на такого участника подлежит распределению риск банкротства контролируемого им лица, вызванного косвенным влиянием на неэффективное управление последним.

Предоставление должнику денежных средств в форме займа (в том числе на льготных условиях) может при определенных обстоятельствах свидетельствовать о намерении заимодавца временно компенсировать негативные результаты своего воздействия на хозяйственную деятельность должника. 

В такой ситуации заем может использоваться вместо механизма увеличения уставного капитала, позволяя на случай банкротства формально нарастить подконтрольную кредиторскую задолженность с противоправной целью последующего уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов, или иметь возможность вывести эти денежные средства в качестве возврата займа, чем нарушается обязанность действовать в интересах кредиторов и должника.

При таких условиях с учетом конкретных обстоятельств дела суд вправе переквалифицировать заемные отношения в отношения по поводу увеличения уставного капитала по правилам пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации либо при установлении противоправной цели - по правилам об обходе закона (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, абзац 8 статьи 2 Закона о банкротстве), признав за прикрываемым требованием статус корпоративного.

Именно на нестандартный характер обстоятельств предоставления займа сослался конкурсный управляющий в настоящем споре.

В данном случае, если руководствоваться положениями договора займа № ДЗ-0112 от 15.01.2012, денежные средства в сумме 24 000 000 рублей были предоставлены ООО «Нефтехиммаш» под 10% годовых, в то время как сам ФИО2 получил эти средства по кредитному договору под 20% годовых (что в последующем послужило основанием для возбуждения дела № А40-47472/2017 о банкротстве ФИО2).

Таким образом, предоставление ФИО2 при таких условиях займа не имело какого-либо экономического смысла для займодавца, и при обычных условиях гражданского оборота совершение такой сделки было бы невозможно.

С этой связи суд приходит к выводу, что между ФИО2 и ООО «Нефтехиммаш» имели место корпоративные отношения, связанные с необходимостью увеличения уставного капитала должника, учитывая наличие на этот момент просроченных обязательств перед рядом кредиторов (в том числе, перед АО «ТВЭЛ» по договору № 12-60\52 от 31.01.2011 в размере 71 154 429,21 руб., по договору № 10-25/54 от 31,01.2011 в размере 145 805 423,45 руб.), а заем использовался вместо механизма увеличения уставного капитала и являлся сделкой, прикрывающей корпоративные отношения.

Соответственно договор займа № ДЗ-0112 от 15.01.2012 является ничтожной сделкой в соответствии с положениями статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, а к отношениям сторон этой сделки подлежат применению нормы корпоративного законодательства, не предусматривающие возможности прямого возврата денежных средств, полученных для увеличения уставного капитала.

В этой связи доводы заявителя апелляционной жалобы относительно того, что последствиями признания договора займа недействительно сделкой является обязанность должника возвратить полученные денежные средства, являются несостоятельными.  

Доводы заявителя апелляционной жалобы о том, что истек срок исковой давности, отклоняются апелляционным судом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. 

При этом течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, что и имело место в настоящем деле, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. 

Поскольку конкурсный управляющий в любом случае не мог узнать о совершении этой сделки ранее его утверждения судом (11.11.2016), то вопреки доводам заявителя апелляционной жалобы, трехгодичный срок исковой давности для применения последствий недействительности ничтожной сделки, не истек.

Суд первой инстанции, учитывая, что договор займа является ничтожной сделкой, также обоснованно признал недействительными сделками действия должника по перечислению ФИО2 денежных средств в размере 2 035 000 рублей с расчетных счетов ООО «Нефтехиммаш» в период с 10.04.2013 по 12.12.2013.

Федеральным законом от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) определен круг тех вопросов, которые могут быть разрешены арбитражным судом в рамках дела о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Из разъяснений, изложенных в пунктах 5 - 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее –  Постановление Пленума № 63), следует, что пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: сделка совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 названного постановления). В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества

имеется хотя бы одно из других обстоятельств: сделка является безвозмездной, с заинтересованным лицом, направлена на выплату учредителю доли в имуществе должника, стоимость переданного по сделке (взаимосвязанных сделок) не менее 20% (10% для кредитной организации) балансовой стоимости активов должника, должник пытался скрыться (изменил место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения), должник скрывал свое имущество, (уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности), продолжал осуществлять пользование переданным имуществом. 

Согласно положениям статьи 2 Закона о банкротстве, неплатежеспособность это прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств, при этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное. 

Как следует из материалов и установлено судом на дату первого платежа (10.04.2013) по перечислению ФИО2 денежных средств, у ООО «Нефтехиммаш» имелись признаки неплатежеспособности, поскольку в 2011 году перед АО «ТВЭЛ» по договорам цессии и перед ЗАО «Леке Групп» по договору № 18/15\12-ДП от 18.05.2012 образовалась просроченная задолженность превышающая 250 000 000 рублей. 

А поскольку сделка была совершена с заинтересованным лицом, то суд приходит к выводу о доказанности конкурсным управляющим, что целью совершения сделки являлось причинение вреда имущественным правам кредиторов, а вторая сторона сделки была осведомлена о наличии такой цели.

Поскольку обязательственных отношений по договору займа у должника с ФИО2 не имелось, а любое уменьшение размера конкурсной массы влечет соответствующее уменьшение размера удовлетворенных требований кредиторов, суд приходит к выводу о доказанности, того, что в результате совершения сделки причинен имущественный вред кредиторам, а соответственно и о доказанности совокупности условий для признания сделки недействительной по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 закона о банкротстве.

Кроме того, в соответствии с абзацем 4 пункта 4 постановления Пленума № 63 наличие специальных оснований оспаривания сделок по правилам статьи 61.2 Закона о банкротстве само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как недействительную на основании статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам или создающее условия для наступления вреда. 

Указанная норма закрепляет принцип недопустимости (недозволенности) злоупотребления правом и определяет общие границы (пределы) гражданских прав и обязанностей. Суть этого принципа заключается в том, что каждый субъект гражданских правоотношений волен свободно осуществлять права в своих интересах, но не должен при этом нарушать права и интересы других лиц. Действия в пределах предоставленных прав, но причиняющие вред другим лицам, являются в силу данного принципа недозволенными (неправомерными) и признаются злоупотреблением правом.

Поскольку перечисление денежных средств ФИО2 осуществлялось должником без наличия на то правовых оснований (учитывая ничтожность договора займа), то есть представляют собой действия по выводу активов должника в ущерб интересов кредиторов, то такие действия являются злоупотреблением правом, а соответственно такие действия являются недействительной сделкой на основании статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

С учетом фактических обстоятельств дела суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы, доводы которой проверены в полном объеме, но признаются судом необоснованными и не способными повлиять на законность и обоснованность принятого судом первой инстанции судебного акта.

Нарушений норм материального и процессуального права при принятии обжалуемого судебного акта, которые в соответствии со статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации могли бы повлечь его отмену, судом апелляционной инстанции не установлено в связи с чем, решение по делу подлежит оставлению без изменения, апелляционная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 258, 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда Забайкальского края от 22.11.2018 по делу №А78-2529/2016 оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения. 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия может быть обжаловано в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа в течение месяца с даты принятия.

Председательствующий:А.Е. Мацибора 

СудьиК.Н. Даровских    

 

О.В. Монакова