АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГАИменем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А53-33768/2018

г. Краснодар

04 июня 2019 года

Резолютивная часть постановления объявлена 04 июня 2019 г.

Постановление в полном объеме изготовлено 04 июня 2019 г.

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Илюшникова С.М., судей Андреевой Е.В. и Денека И.М., без участия в судебном заседании конкурсного управляющего должника – общества с ограниченной ответственностью «Монтажно-наладочная фирма ꞌꞌДельтаꞌꞌ» (ИНН 

<

***>,                        ОГРН 

<

***>) – ФИО1, заявителя – общества с ограниченной ответственностью «Сатурн» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), иных участвующих в деле лиц, надлежаще извещенных о времени и месте судебного разбирательства, в том числе посредством размещения информации о движении дела на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет в открытом доступе, рассмотрев кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Сатурн» на определение Арбитражного суда Ростовской области от 06.02.2019 (судья Абраменко Р.А.) и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.03.2019 (судьи Емельянов Д.В., Сурмалян Г.А., Николаев Д.В.) по делу № А53-33768/2018, установил следующее.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Монтажно-наладочная фирма ꞌꞌДельтаꞌꞌ» (далее – должник) ООО «Сатурн» (далее – общество) обратилось в Арбитражный суд Ростовской области с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника (далее – реестр) 2 680 800 рублей основного долга, вытекающего из договора займа, и 42 032 рубля 46 копеек процентов за пользование чужими денежными средствами.

Определением суда от 06.02.2019, оставленным без изменения постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.03.2019, в удовлетворении требований отказано. Суды учли судебную практику, а также аффилированность лиц в правоотношениях по займу, признав за прикрываемым требованием статус корпоративного.

В кассационной жалобе общество просит отменить судебные акты и удовлетворить заявленные требования. По мнению заявителя, сам по себе факт аффилированности не свидетельствует о корпоративном характере возникших правоотношений.

Изучив материалы дела, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Как видно из материалов дела, решением суда от 03.12.2018 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении его имущества открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО1

Суды установили следующие обстоятельства. Общество (заимодавец) в лице директора ФИО2 и должник (заемщик) в лице управляющего ФИО3 заключили договор займа от 06.07.2018, по условиям которого займодавец передает заемщику деньги в размере 3 046 тыс. рублей, а заемщик обязуется вернуть указанную сумму займа до 31.07.2018. Заемные средства выдаются заемщику под 4% годовых                (пункт 1.2 договора). Платежными поручениями от 06.07.2018 № 117 и от 19.07.2018                   № 124 общество перечислило должнику 3 046 тыс. рублей. Должник платежными поручениями от 10.07.2018 № 102, от 11.07.2018 № 105, 11.07.2018 № 104, от 16.07.2018 № 107, от 18.07.2018 № 111, от 18.07.2018 № 109 и от 18.07.2018 № 110 возвратил обществу по договору займа 365 200 рублей.

Ссылаясь на неисполнение должником обязательства по возврату оставшейся суммы займа, кредитор обратился в суд с заявлением о включении в реестр 2 680 800 рублей задолженности и 42 032 рублей 46 копеек процентов на основании пункта 1.2 договора. Отказывая в удовлетворении требования кредитора, суды правомерно руководствовались следующим.

Согласно части 1 статьи 223 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы банкротства.

Установление требований кредиторов осуществляется арбитражным судом в соответствии с порядком, предусмотренным статьями 71 и 100 Закона о банкротстве, в зависимости от процедуры банкротства, введенной в отношении должника. В силу части 1 статьи 142 Закона о банкротстве установление размера требований кредиторов в процедуре конкурсного производства осуществляется в порядке, предусмотренном статьей 100 Закона. Согласно статье 100 Закона о банкротстве требования кредиторов направляются в арбитражный суд и управляющему с приложением судебного акта или иных подтверждающих обоснованность этих требований документов. Указанные требования включаются конкурсным управляющим в реестр требований кредиторов на основании определения арбитражного суда о включении указанных требований в реестр требований кредиторов.

В пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее – постановление № 35), разъяснено следующее. В силу пунктов 3 – 5 статьи 71 и пунктов 3 – 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется арбитражным судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором – с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Согласно разъяснениям, данным в абзаце 3 пункта 26 постановления № 35, при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д.

В силу пункта 1 статьи 40 Закона о банкротстве к заявлению кредитора прилагаются документы, подтверждающие обязательства должника перед кредитором, а также наличие и размер задолженности по указанным обязательствам, доказательства оснований возникновения задолженности, позволяющие установить документальную обоснованность этих требований.

Согласно статье 807 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества. В силу статьи 810 Кодекса заемщик обязан возвратить займодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа.

Суды установили, что участником и ликвидатором должника является ФИО4 с долей 66,66% уставного капитала. При этом в период заключения спорного договора ФИО4, являющийся ликвидатором и участником должника, также являлся и является участником заявителя, то есть являлся заинтересованным лицом по отношению к должнику по смыслу статьи 19 Закона о банкротстве.

Действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым очередность удовлетворения требований аффилированных (связанных) кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными, понижается. Кроме того, тот факт, что участник должника является его займодавцем, сам по себе не свидетельствует о корпоративном характере требования по возврату суммы займа для целей банкротства. 

Вместе с тем, в силу абзаца восьмого статьи 2 Закона о банкротстве к числу конкурсных кредиторов не могут быть отнесены участники, предъявляющие к должнику требования из обязательств, вытекающих из факта участия. По смыслу названной нормы Закона к подобного рода обязательствам относятся не только такие, существование которых прямо предусмотрено корпоративным законодательством (выплата дивидендов, действительной стоимости доли и т.д.), но также и обязательства, которые, хотя формально и имеют гражданско-правовую природу, в действительности таковыми не являются (в том числе по причине того, что их возникновение и существование было бы невозможно, если бы займодавец не участвовал в капитале должника).

При функционировании должника в отсутствие кризисных факторов его участник как член высшего органа управления (статья 32 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», статья 47 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах») объективно влияет на хозяйственную деятельность должника (в том числе посредством заключения с последним сделок, условия которых недоступны обычному субъекту гражданского оборота, принятия стратегических управленческих решений и т.д.). Поэтому в случае последующей неплатежеспособности (либо недостаточности имущества) должника исходя из требований добросовестности, разумности и справедливости (пункт 2 статьи 6 Гражданского кодекса Российской Федерации) на такого участника подлежит распределению риск банкротства контролируемого им лица, вызванного косвенным влиянием на неэффективное управление последним, посредством запрета в деле о несостоятельности противопоставлять свои требования требованиям иных (независимых) кредиторов.

В этой связи при оценке допустимости включения основанных на договорах займа требований участников следует детально исследовать природу соответствующих отношений, сложившихся между должником и займодавцем, а также поведение потенциального кредитора в период, предшествующий банкротству. В частности, предоставление должнику денежных средств в форме займа (в том числе на льготных условиях) может при определенных обстоятельствах свидетельствовать о намерении займодавца временно компенсировать негативные результаты своего воздействия на хозяйственную деятельность должника. В такой ситуации заем может использоваться вместо механизма увеличения уставного капитала, позволяя на случай банкротства формально нарастить подконтрольную кредиторскую задолженность с противоправной целью последующего уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов, чем нарушается обязанность действовать в интересах кредиторов и должника.

При таких условиях с учетом конкретных обстоятельств дела суд вправе переквалифицировать заемные отношения в отношения по поводу увеличения уставного капитала по правилам пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации либо при установлении противоправной цели – по правилам об обходе Закона (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, абзац 8 статьи 2 Закона о банкротстве), признав за прикрываемым требованием статус корпоративного, что является основанием для отказа во включении его в реестр.

При предоставлении заинтересованным лицом доказательств, указывающих на корпоративный характер заявленного участником требования, на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего довода путем доказывания гражданско-правовой природы обязательства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы выбора конструкции займа, привлечения займа именно от заинтересованного лица, предоставления финансирования на нерыночных условиях и т.д. (определение Верховного Суда Российской Федерации от 06.07.2017 № 308-ЭС17-1556 (2) по делу № А32-19056/2014).

В рассматриваемом случае общество в подтверждение обоснованности своего требования к должнику не раскрыло разумные экономические мотивы предоставления займа должнику. В связи с этим судами сделан обоснованный вывод о недоказанности требования общества, как вытекающего из договоров займа.

Суды, отказывая в удовлетворении заявленных требований, правомерно применили по аналогии нормы права, регулирующие корпоративные отношения, сославшись на статью 2 Закона о банкротстве, учли судебную практику по спорам с аналогичными обстоятельствами. Доводы заявителя отклоняются судом кассационной инстанции как основанные на неверном толковании норм материального права в их системной взаимосвязи с нормами Закона о банкротстве. Основания для отмены или изменения определения и апелляционного постановления по приведенным в кассационной жалобе доводам отсутствуют. Нарушения процессуальных норм, влекущие отмену судебных актов (часть 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), не установлены.

Кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Руководствуясь статьями 284, 286, 287 и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ростовской области от 06.02.2019 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.03.2019 по делу № А53-33768/2018 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия. 

Председательствующий               С.М. Илюшников

Судьи   Е.В. Андреева   

   И.М. Денека