АРБИТРАЖНЫЙ СУД ИРКУТСКОЙ ОБЛАСТИ

Бульвар Гагарина, 70, Иркутск, 664025, тел. (3952)24-12-96; факс (3952) 24-15-99

дополнительное здание суда: ул. Дзержинского, 36А, Иркутск, 664011,

тел. (3952) 261-709; факс: (3952) 261-761

http://www.irkutsk.arbitr.ru

 

 

Именем Российской Федерации

 

Р Е Ш Е Н И Е

 

г. Иркутск                                                                                                 Дело  № А19-26608/22 

 

16.04.2024

 

Резолютивная часть решения объявлена в судебном заседании 02.04.2024.

Решение в полном объеме изготовлено 16.04.2024.

 

Арбитражный суд Иркутской области в составе судьи Гущиной С.И., 

при ведении протокола судебного заседания помощником судья Рязановой К.В.,

рассмотрев в судебном заседании дело по заявлению Общества с ограниченной ответственностью «Альтаир» 

к Иркутской таможне 

о признании незаконными решений о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары и уведомлений о неуплаченных в установленный срок суммах таможенных платежей, специальных, антидемпинговых, компенсационных пошлин, процентов и пеней,

при участии в судебном заседании:

от заявителя: ФИО1. доверенность от 30.08.2022, диплом, паспорт; ФИО2, доверенность от 11.11.2022, диплом, паспорт.

от ответчика: ФИО3, паспорт, доверенность от 14.02.2023, диплом; ФИО4, паспорт, доверенность от 12.08.2022, диплом.

установил:

Общество с ограниченной ответственностью «Альтаир» обратилось в Арбитражный суд Иркутской области с заявлением о признании незаконными решений Иркутской таможни о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары №№ 10620010/310521/0112036 (решение от 29.11.2022), 10620010/070721/0143341 (решение от 29.11.2022), 10719120/200920/0014732 (решение от 29.11.2022), 10720010/271220/0022119 (решение от 29.11.2022), 10620010/290621/0136492 (решение от 28.11.2022), 10620010/230621/0130825 (решение от 28.11.2022), 10719120/280520/0008045 (решение от 28.11.2022), 10620010/260321/0060989 (решение от 25.11.2022), 10620010/180421/0077509 (решение от 25.11.2022), 10620010/140421/0075436 (решение от 25.11.2022), 10620010/200421/0079497 (решение от 25.11.2022), 10620010/170721/0152524 (решение от 24.11.2022), 10719120/250720/0011597 (решение от 24.11.2022), 10620010/120721/014863 (решение от 01.12.2022), 10720010/021120/0008396 (решение от 01.12.2022), 10620010/180721/0152880 (решение от 01.12.2022), 10620010/130521/0096316 (решение от 01.12.2022), 10620010/100221/0027642 (решение от 01.12.2022), 10620010/300621/0138814 (решение от 01.12.2022), принятых на основании акта камеральной таможенной проверки № 10607000/210/280922/А000150/000 от 28.09.2022 и уведомлений о не уплаченных в установленный срок суммах таможенных платежей, специальных, антидемпинговых, компенсационных пошлин, процентов и пеней.

Представители заявителя в судебном заседании требования поддержали.

Представители ответчика требования заявителя не признали по основаниям, изложенным в представленном ранее отзыве на заявление и дополнениях к нему.

Дело рассмотрено в порядке, предусмотренном главой 24 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Обстоятельства дела.

Заслушав объяснения представителей лиц, участвующих в деле, исследовав имеющиеся в деле доказательства, суд установил следующие обстоятельства.

ООО «Альтаир» на таможенную территорию Евразийского экономического союза (далее - ЕАЭС) в рамках исполнения обязательств по внешнеторговым контрактам (далее – контракт): от 26.08.2019 №XY2019-008, от 10.05.2021 №JRXY2021-001, от 14.05.2021 №CZXY2021-003 осуществлен ввоз товаров различных наименований, классифицируемых в различных товарных подсубпозициях в соответствии с единой Товарной номенклатурой внешнеэкономической деятельности Евразийского экономического союза (далее - ТН ВЭД ЕАЭС), которые были помещены под таможенную процедуру выпуска для внутреннего потребления по ДТ №№ 10620010/070721/0143341, 10620010/300621/0138814, 10620010/260321/0060989, 10620010/100221/0027642, 10620010/120721/0146863, 10620010/130521/0096316, 10620010/140421/0075436, 10620010/170721/0152524, 10620010/180421/0077509, 10620010/180721/0152880, 10620010/200421/0079497, 10620010/230621/0130825, 10620010/290621/0136492, 10620010/310521/0112036, 10719120/250720/0011597, 10719120/280520/0008045, 10719120/290920/0014732, 10720010/021120/0008396, 10720010/271220/0022119.

При таможенном декларировании таможенная стоимость товаров, продекларированных по проверяемым ДТ, заявлена и определена ООО «Альтаир» по методу по стоимости сделки с ввозимыми товарами (метод 1) в соответствии со статьей 39 ТК ЕАЭС с включением в структуру таможенной стоимости товаров, продекларированных по ДТ №№ 10620010/120721/0146863, 10620010/170721/0152524, 10620010/180721/0152880, 10620010/230621/0130825, 10620010/290621/0136492, 10719120/250720/0011597, 10620010/260321/0060989, 10620010/100221/0027642, 10620010/140421/0075436, 10620010/180421/0077509, 10620010/200421/0079497, 10620010/130521/0096316, 10620010/310521/0112036, 10620010/300621/0138814, 10620010/070721/0143341, расходов на перевозку (транспортировку) ввозимых товаров до места прибытия таких товаров на таможенную территорию ЕАЭС, предусмотренных подпунктом 4 пункта 1 статьи 40 Таможенного кодекса ЕАЭС. 

С учетом выявленных признаков недостоверного определения таможенной стоимости товаров, а также с учетом условий и обстоятельств сделки, физических характеристик, качества и репутации ввозимых товаров у ООО «Альтаир» в соответствии с пунктом 4 статьи 325 ТК ЕАЭС при таможенном декларировании товаров по ДТ №№ 10620010/260321/0060989, 10620010/100221/0027642, 10620010/120721/0146863, 10620010/130521/0096316, 10620010/140421/0075436, 10620010/180421/0077509, 10620010/200421/0079497, 10620010/290621/0136492, 10719120/250720/0011597, 10719120/280520/0008045, 10719120/290920/0014732, 10620010/300621/0138814, 10620010/070721/0143341, запрошены документы и (или) сведения, необходимые для установления достоверности и полноты проверяемых сведений, заявленных в таможенной декларации, и (или) сведений, содержащихся в иных документах:

-по ДТ №№ 10620010/260321/0060989, 10620010/100221/0027642, 10620010/120721/0146863, 10620010/130521/0096316, 10620010/140421/0075436, 10620010/180421/0077509, 10620010/200421/0079497, 10620010/290621/0136492 ООО «Альтаир» не представлены запрошенные документы и (или) сведения, в связи с чем, таможенным органом в сроки выпуска товаров в адрес декларанта направлены требования об изменении (дополнении) сведений, заявленных в таможенной декларации (по всем товарам изменен метод определения таможенной стоимости, по части товаров изменена величина таможенной стоимости товаров и дополнительно начислены таможенные платежи); 

-по ДТ №№ 10620010/300621/0138814, 10620010/070721/0143341 ООО «Альтаир» после выпуска товаров в соответствии со статьей 121 ТК ЕАЭС (предоставлено обеспечение) представлены запрошенные документы и (или) сведения, по результатам анализа которых таможенным органом приняты решения о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в таможенной декларации (по всем товарам изменен метод определения таможенной стоимости, по части товаров измена величина таможенной стоимости товаров и дополнительно начислены таможенные платежи); 

-по ДТ №№ 10719120/250720/0011597, 10719120/280520/0008045, 10719120/290920/0014732 таможенная стоимость товаров, заявленная и определенная ООО «Альтаир» по методу по стоимости сделки с ввозимыми товарами (метод 1), принята таможенным органом по результатам анализа представленных ООО «Альтаир» документов и (или) сведений.

Таможенная стоимость товаров, продекларированных по ДТ №№ 10620010/170721/0152524, 10620010/180721/0152880, 10620010/230621/0130825, 10620010/310521/0112036, 10720010/021120/0008396, 10720010/271220/0022119, заявленная и определенная ООО «Альтаир» по методу по стоимости сделки с ввозимыми товарами (метод 1), принята таможенным органом без проведения проверки таможенных, иных документов и (или) сведений, начатой до выпуска товаров.

В период с 30 декабря 2021 г. по 28 сентября 2022 г. Иркутской таможней после выпуска товаров в соответствии со статьей 332 ТК ЕАЭС проведена камеральная таможенная проверка (далее – КТП) в отношении ООО «Альтаир» по предмету - достоверность сведений, заявленных в таможенной декларации, и (или) содержащихся в документах, подтверждающих сведения, заявленные в таможенных декларациях в части достоверности заявленной таможенной стоимости товаров, продекларированных по ДТ №№10620010/070721/0143341, 10620010/300621/0138814, 10620010/260321/0060989, 10620010/100221/0027642, 10620010/120721/0146863, 10620010/130521/0096316, 10620010/140421/0075436, 10620010/170721/0152524, 10620010/180421/0077509, 10620010/180721/0152880, 10620010/200421/0079497, 10620010/230621/0130825, 10620010/290621/0136492, 10620010/310521/0112036, 10719120/250720/0011597, 10719120/280520/0008045, 10719120/290920/0014732, 10720010/021120/0008396, 10720010/271220/0022119 (далее – проверяемые ДТ).   

Основанием для проведения КТП послужили признаки недостоверного определения таможенной стоимости товаров, выявленные после выпуска товаров.  

По результатам проведения КТП (акт КТП от 28.09.2022 г. №10607000/210/280922/А000150) установлено, что таможенная стоимость товаров, продекларированных по проверяемым ДТ не основана на достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации, что указывает на нарушение пункта 10 статьи 38 ТК ЕАЭС, также на продажу товаров или их цену оказывают влияние условия и (или) обязательства, которые не могут быть количественно определены, что является ограничением в применении метода по стоимости сделки с ввозимыми товарами (пп.2, п.1, ст. 39 ТК ЕАЭС), дополнительные начисления к цене фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, не основаны на документально подтвержденной и количественно определяемой информации (нарушение п.3 ст. 40 ТК ЕАЭС). 

Акт КТП в соответствии с пунктом 6 статьи 237 Федерального закона от 03.08.2018 № 289-ФЗ «О таможенном регулировании в Российской Федерации и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее – ФЗ № 289) направлен в адрес проверяемого лица – ООО «Альтаир» письмом Иркутской таможни от 29.09.2022 №11-02-19/13349 «О направлении акта» (дата получения акта, согласно почтовому уведомлению – 06.10.2022).

Письмом ООО «Альтаир» от 24.10.2022 № 210 (входящий в Иркутскую таможню от 27.10.2022 № 09607) представлены возражения на акт камеральной проверки. 

Должностным лицом таможенного органа, проводившим таможенную проверку, в соответствии с пунктом 21 статьи 237 ФЗ № 289 изучены доводы, изложенные в возражениях по акту камеральной таможенной проверки, составлено письменное заключение. Заключение, утвержденное начальником Иркутской таможни, направлено в адрес ООО «Альтаир» письмом Иркутской таможни от 10.11.2022 №11-02-19/15622. 

Согласно пункту 28 статьи 237 ФЗ № 289, пункту 3 статьи 112 ТК ЕАЭС на основании акта таможенной проверки и с учетом заключения уполномоченным должностным лицом таможенного органа в период с 11.11.2022 по 01.12.2022 приняты Решения о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в проверяемых ДТ, на основании которых составлены соответствующие корректировки декларации на товары (далее – КДТ) и декларации таможенной стоимости (далее – ДТС). Решения о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в проверяемых ДТ, КДТ, ДТС направлены в адрес ООО «Альтаир» письмами Иркутской таможни от 29.11.2022 №11-02-19/16668, от 02.12.2022 №11-02-19/16961. 

Сумма дополнительно начисленных таможенных платежей (налог на добавленную стоимость), подлежащая уплате по результатам принятия Решений о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в проверяемых ДТ, составила 7 369 297.00 руб. (без учета пеней). 

ООО «Альтаир», не согласившись с принятыми Решениями о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в проверяемых ДТ (далее – оспариваемые Решения), обратилось в Арбитражный суд Иркутской области с заявлением о признании Решений необоснованными и незаконными.

 

Выводы суда.

Оценив представленные в материалы дела доказательства, арбитражный суд считает, что требования заявителя подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

Из содержания статей 198, 200, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) следует, что для признания оспариваемого ненормативного правового акта недействительным, решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц незаконными, суд должен установить наличие одновременно двух условий:

- оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действия (бездействие) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту,

- оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действия (бездействие) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц нарушают права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), наличия у органа или лица надлежащих полномочий на принятие оспариваемого акта, решения, совершение оспариваемых действий (бездействия), а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), возлагается на орган или лицо, которые приняли акт, решение или совершили действия (бездействие).

При этом, исходя из правил распределения бремени доказывания, установленных статьями 65, 198, 200 АПК РФ, обязанность доказывания факта нарушения своих прав и законных интересов возлагается на заявителя.

Часть 4 статьи 198 АПК РФ предусматривает, что заявление может быть подано в арбитражный суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации стало известно о нарушении их прав и законных интересов, если иное не установлено федеральным законом.

Исходя из материалов дела следует, что заявитель оспаривает решения о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларациях на товары №№ 10620010/310521/0112036 (решение от 29.11.2022), 10620010/070721/0143341 (решение от 29.11.2022), 10719120/200920/0014732 (решение от 29.11.2022), 10720010/271220/0022119 (решение от 29.11.2022), 10620010/290621/0136492 (решение от 28.11.2022), 10620010/230621/0130825 (решение от 28.11.2022), 10719120/280520/0008045 (решение от 28.11.2022), 10620010/260321/0060989 (решение от 25.11.2022), 10620010/180421/0077509 (решение от 25.11.2022), 10620010/140421/0075436 (решение от 25.11.2022), 10620010/200421/0079497 (решение от 25.11.2022), 10620010/170721/0152524 (решение от 24.11.2022), 10719120/250720/0011597 (решение от 24.11.2022), 10620010/120721/014863 (решение от 01.12.2022), 10720010/021120/0008396 (решение от 01.12.2022), 10620010/180721/0152880 (решение от 01.12.2022), 10620010/130521/0096316 (решение от 01.12.2022), 10620010/100221/0027642 (решение от 01.12.2022), 10620010/300621/0138814 (решение от 01.12.2022). Оспариваемые решения получены заявителем 02.12.2022 и 07.12.2022. Заявление поступило в арбитражный суд 12.12.2022. При изложенных обстоятельствах, суд приходит к выводу, что заявитель обратился в арбитражный суд в пределах трехмесячного срока для обжалования ненормативного правового акта, установленного положениями части 4 статьи 198 АПК РФ.

 

Частью 28 статьи 237 Закона № 289-ФЗ предусмотрено, что на основании акта таможенной проверки и с учетом заключения (если такое заключение составлялось) начальник (заместитель начальника) таможенного органа, проводившего таможенную проверку, либо лицо, им уполномоченное, принимает решение (решения) в сфере таможенного дела при наличии оснований его (их) принятия, предусмотренных Кодексом Союза и (или) статьей 218 Закона № 289-ФЗ, за исключением случаев, если в целях подтверждения обоснованности доводов, изложенных в возражениях по акту таможенной проверки, назначена новая таможенная проверка.

Форма решения, а также порядок внесения изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары, утверждены Решением Коллегии Евразийской экономической комиссии от 10.12.2013 № 289 «О внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары, и признании утратившими силу некоторых решений Комиссии Таможенного союза и Коллегии Евразийской экономической комиссии».

Такое решение принимается на основании заполненной формы КДТ и ДТС, которые заполняются самостоятельно должностным лицом таможенного органа; форма решения не предусматривает отражение в данном решении обстоятельств, послуживших основанием для внесения изменений, поскольку соответствующие основания подлежат отражению в акте таможенной проверки.

Судом установлено, что в соответствии с главой 43 Закона № 289-ФЗ, пункта 3 статьи 112 ТК ЕАЭС, пункта 21 Порядка, утвержденного Решением Коллегии Евразийской экономической комиссии от 10.12.2013 № 289, Общим положением о таможне, утвержденным Приказом ФТС России от 20 сентября 2021г. № 798,  оспариваемые решения приняты уполномоченным лицом компетентного органа.

 

В соответствии с пунктом 1 статьи 331 ТК ЕАЭС таможенная проверка - форма таможенного контроля, проводимая таможенным органом после выпуска товаров с применением иных установленных настоящим Кодексом форм таможенного контроля и мер, обеспечивающих проведение таможенного контроля, предусмотренных настоящим Кодексом, в целях проверки соблюдения лицами международных договоров и актов в сфере таможенного регулирования и (или) законодательства государств-членов о таможенном регулировании.

Таможенная проверка заключается в сопоставлении сведений, заявленных в таможенной декларации и (или) содержащихся в представленных таможенным органам документах, и (или) иных сведений, представленных таможенному органу или полученных им в соответствии с настоящим Кодексом или законодательством государствчленов, с документами и (или) данными бухгалтерского учета и отчетности, со счетами и иной информацией, полученной в порядке, установленном настоящим Кодексом или законодательством государств-членов (пункт 2 статьи 331 ТК ЕАЭС).

Подпунктом 2 пункта 6 статьи 331 ТК ЕАЭС предусмотрено, что при проведении таможенной проверки таможенными органами могут проверяться достоверность сведений, заявленных в таможенной декларации и (или) содержащихся в документах, подтверждающих сведения, заявленные в таможенной декларации.

В соответствии с пунктом 1 статьи 332 ТК ЕАЭС камеральная таможенная проверка проводится путем изучения и анализа сведений, содержащихся в таможенных декларациях и (или) коммерческих, транспортных (перевозочных) и иных документах, представленных проверяемым лицом при совершении таможенных операций и (или) по требованию таможенных органов, документов и сведений государственных органов государств-членов, а также других документов и сведений, имеющихся у таможенных органов и касающихся проверяемого лица.

Согласно части 1 статьи 237 Федерального закона от 03.08.2018 № 289-ФЗ «О таможенном регулировании в Российской Федерации и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» результаты проведения камеральной таможенной проверки оформляются актом камеральной таможенной проверки.

Частью 16 статьи 237 Закона № 289-ФЗ предусмотрено, что проверяемое лицо не позднее пятнадцати рабочих дней со дня получения акта таможенной проверки вправе представить в письменном виде возражения по его содержанию в таможенный орган.

Обоснованность доводов, изложенных в возражениях по акту таможенной проверки, изучается должностным лицом таможенного органа, проводившим таможенную проверку (руководителем комиссии по проведению выездной таможенной проверки), по ним составляется письменное заключение, которое утверждается начальником (заместителем начальника) таможенного органа, проводившего таможенную проверку, и не позднее десяти рабочих дней со дня поступления возражений по акту таможенной проверки направляется проверяемому лицу заказным почтовым отправлением с уведомлением о вручении либо вручается проверяемому лицу или его представителю под роспись (часть 21 статьи 237 Закона № 289-ФЗ).

В данном случае, указанные требования Закона № 289-ФЗ таможенным органом были соблюдены и на возражения заявителя составлено соответствующее заключение.

 

Согласно подпункту 35 статьи 2 ТК ЕАЭС таможенное декларирование  представляет собой заявление таможенному органу с использованием таможенной декларации сведений о товарах, об избранной таможенной процедуре и (или) иных сведений, необходимых для выпуска товаров. К таким сведениям статья 106 ТК ЕАЭС относит и таможенную стоимость товаров.

Таможенная стоимость товаров, ввозимых на таможенную территорию ЕАЭС, определяется в соответствии с главой 5 ТК ЕАЭС на основе общих принципов и правил, установленных статьей VII Генерального соглашения по тарифам и торговле 1994 года (ГАТТ 1994) и Соглашением по применению статьи VII Генерального соглашения по тарифам и торговле 1994 года (пункт 1 статьи 38 ТК ЕАЭС).

Согласно пункту 15 статьи 38 ТК ЕАЭС основой таможенной стоимости ввозимых товаров должна быть в максимально возможной степени стоимость сделки с этими товарами в значении, определенном статьей 39 ТК ЕАЭС. В соответствии с пунктом 1 статьи 39 ТК ЕАЭС таможенной стоимостью ввозимых товаров является стоимость сделки с ними, то есть цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за эти товары при их продаже для вывоза на таможенную территорию ЕАЭС и дополненная в соответствии со статьей 40 ТК ЕАЭС, при выполнении следующих условий:

1) отсутствуют ограничения в отношении прав покупателя на пользование и распоряжение товарами, за исключением ограничений, которые: ограничивают географический регион, в котором товары могут быть перепроданы; существенно не влияют на стоимость товаров; установлены актами органов ЕАЭС или законодательством государств-членов;

2) продажа товаров или их цена не зависит от каких-либо условий или обязательств, влияние которых на цену товаров не может быть количественно определено;

3) никакая часть дохода или выручки от последующей продажи, распоряжения  иным способом или использования товаров покупателем не причитается прямо или косвенно продавцу, кроме случаев, когда в соответствии со статьей 40 ТК ЕАЭС могут быть произведены дополнительные начисления;

4) покупатель и продавец не являются взаимосвязанными лицами, или покупатель и продавец являются взаимосвязанными лицами таким образом, что стоимость сделки с ввозимыми товарами приемлема для таможенных целей в соответствии с пунктом 4 статьи 39 ТК ЕАЭС.

В случае если хотя бы одно из указанных условий не выполняется, цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате, не является приемлемой для определения таможенной стоимости ввозимых товаров и метод 1 не применяется (пункт 2 статьи 39 ТК ЕАЭС).

Процедуры определения таможенной стоимости товаров должны быть общеприменимыми, то есть не различаться в зависимости от источников поставки товаров, в том числе от происхождения товаров, вида товаров, участников сделки и других факторов (пункт 11 статьи 38 ТК ЕАЭС).

Таможенная стоимость товаров и сведения, относящиеся к ее определению, должны основываться на достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации (пункт 10 статьи 38 ТК ЕАЭС).

В силу пункта 1 статьи 313 ТК ЕАЭС при проведении таможенного контроля таможенной стоимости товаров, заявленной при таможенном декларировании, таможенным органом осуществляется проверка правильности определения и заявления таможенной стоимости товаров (выбора и применения метода определения таможенной стоимости товаров, структуры и величины таможенной стоимости товаров, документального подтверждения сведений о таможенной стоимости товаров).

Пунктом 2 этой же статьи предусмотрено, что при проведении контроля таможенной стоимости товаров таможенный орган вправе запросить у декларанта пояснения в письменной форме о факторах, влияющих на формирование цены товаров, а также об иных обстоятельствах, имеющих отношение к товарам, перемещаемым через таможенную границу ЕАЭС.

При проведении контроля таможенной стоимости товаров используется имеющаяся в распоряжении таможенного органа информация, в максимально возможной степени сопоставимая с имеющимися в отношении ввозимых товаров сведениями, полученная, в том числе с использованием информационных ресурсов таможенных органов (подпункт «а» пункта 3 Положения об особенностях проведения таможенного контроля таможенной стоимости товаров, ввозимых на таможенную территорию евразийского экономического союза, утвержденного Решением Коллегии Евразийской экономической комиссии от 27.03.2018 № 42 «Об особенностях проведения таможенного контроля таможенной стоимости товаров, ввозимых на таможенную территорию Евразийского экономического союза» (далее - Положение № 42)).

При проведении контроля таможенной стоимости товаров одним из признаков недостоверного определения таможенной стоимости товаров является выявление более низкой цены ввозимых товаров по сравнению с ценой идентичных или однородных товаров при сопоставимых условиях их ввоза (подпункт «б» пункта 5 Положения № 42).

В пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.11.2019 № 49 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза» (далее – Пленум № 49) разъяснено, что при оценке выполнения декларантом требований пункта 10 статьи 38 ТК ЕАЭС судам следует принимать во внимание, что таможенная стоимость, определяемая исходя из установленной договором цены товаров, не может считаться количественно определяемой и документально подтвержденной, если декларант не представил доказательства совершения сделки, на основании которой приобретен товар, в любой не противоречащей закону форме, или содержащаяся в представленных им документах ценовая информация не соотносится с количественными характеристиками товара, или отсутствует информация об условиях поставки и оплаты товара.

В то же время выявление отдельных недостатков в оформлении представленных декларантом документов (договоров, спецификаций, счетов на оплату ввозимых товаров и др.) в соответствии с установленными требованиями, не опровергающих факт заключения сделки на определенных условиях, само по себе не может являться основанием для вывода о несоблюдении требований пункта 10 статьи 38 ТК ЕАЭС.

Согласно правовой позиции Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 10 постановления Пленума № 49, система оценки ввозимых товаров для таможенных целей, установленная ТК ЕАЭС и основанная на статье VII ГАТТ 1994, исходит из их действительной стоимости - цены, по которой такие или аналогичные товары продаются или предлагаются для продажи при обычном ходе торговли в условиях полной конкуренции, определяемой с использованием соответствующих методов таможенной оценки. При этом согласно пункту 15 статьи 38 ТК ЕАЭС за основу определения таможенной стоимости в максимально возможной степени должна приниматься стоимость сделки с ввозимыми товарами (первый метод определения таможенной стоимости).

С учетом данных положений примененная сторонами внешнеторговой сделки цена ввозимых товаров не может быть отклонена по мотиву одного лишь несогласия таможенного органа с ее более низким уровнем в сравнении с ценами на однородные (идентичные) ввозимые товары или ее отличия от уровня цен, установившегося во внутренней торговле.

В то же время отличие заявленной декларантом стоимости сделки с ввозимыми товарами от ценовой информации, содержащейся в базах данных таможенных органов, по сделкам с идентичными или однородными товарами, ввезенными при сопоставимых условиях, а в случае отсутствия таких сделок - данных иных официальных и (или) общедоступных источников информации, включая сведения изготовителей и официальных распространителей товаров, а также товарно-ценовых каталогов, может рассматриваться в качестве одного из признаков недостоверного (не соответствующего действительной стоимости) определения таможенной стоимости, если такое отклонение является существенным.

В пункте 12 Пленума № 49 разъяснено, что, исходя из пункта 13 статьи 38 ТК ЕАЭС, таможенные органы вправе убеждаться в достоверности декларирования таможенной стоимости ввозимых товаров в соответствии с их действительной стоимостью. В то же время с учетом положений пункта 1 статьи 38 ТК ЕАЭС предъявляемые к декларанту требования по подтверждению таможенной стоимости должны быть совместимы с коммерческой практикой.

В связи с этим судам следует исходить из того, что лицо, ввозящее на таможенную территорию товар по цене, значительно отличающейся от сопоставимых цен идентичных (однородных) товаров, должно обладать документами, подтверждающими действительное приобретение товара по такой цене и доступными для получения в условиях внешнеторгового оборота.

В случаях, если таможенным органом выявлены признаки несоблюдения положений ТК ЕАЭС и иных международных договоров и актов в сфере таможенного регулирования и (или) законодательства государств-членов, в том числе недостоверности сведений, содержащихся в таких документах, таможенный орган проводит проверку таможенных, иных документов и (или) сведений в соответствии со статьей 325 ТК ЕАЭС.

Согласно пункту 4 статьи 325 ТК ЕАЭС таможенный орган вправе запросить коммерческие, бухгалтерские документы, сертификат о происхождении товара и (или) иные документы и (или) сведения, в том числе письменные пояснения, необходимые для установления достоверности и полноты проверяемых сведений, заявленных в таможенной декларации, и (или) сведений, содержащихся в иных документах, в следующих случаях:

- документы, представленные при подаче таможенной декларации либо представленные в соответствии с пунктом 2 этой статьи, не содержат необходимых сведений или должным образом не подтверждают заявленные сведения; 

- таможенным органом выявлены признаки несоблюдения положений ТК ЕАЭС и иных международных договоров и актов в сфере таможенного регулирования и (или) законодательства государств-членов, в том числе недостоверности сведений, содержащихся в таких документах.

Пунктом 5 статьи 325 ТК ЕАЭС предусмотрено, что запрос документов и (или) сведений у декларанта в соответствии с пунктом 4 статьи 325 ТК ЕАЭС должен быть обоснованным и должен содержать перечень признаков, указывающих на то, что сведения, заявленные в таможенной декларации, и (или) сведения, содержащиеся в иных документах, должным образом не подтверждены либо могут являться недостоверными, перечень дополнительно запрашиваемых документов и (или) сведений, а также сроки представления таких документов и (или) сведений. Перечень запрашиваемых документов и (или) сведений определяется должностным лицом таможенного органа исходя из проверяемых сведений с учетом условий сделки с товарами, характеристик товара, его назначения, а также иных обстоятельств.

В соответствии с пунктом 15 статьи 325 ТК ЕАЭС, если представленные в соответствии с настоящей статьей документы и (или) сведения либо объяснения причин, по которым такие документы и (или) сведения не могут быть представлены и (или) отсутствуют, не устраняют оснований для проведения проверки таможенных, иных документов и (или) сведений, таможенный орган до истечения срока, установленного абзацем вторым пункта 14 настоящей статьи, вправе запросить дополнительные документы и (или) сведения, в том числе письменные пояснения, необходимые для установления достоверности и полноты проверяемых сведений, заявленных в таможенной декларации, и (или) сведений, содержащихся в иных документах.

Согласно пункту 17 статьи 325 ТК ЕАЭС при завершении проверки таможенных, иных документов и (или) сведений в случае, если представленные в соответствии со статьей 325 ТК ЕАЭС документы и (или) сведения либо объяснения причин, по которым такие документы и (или) сведения не могут быть представлены и (или) отсутствуют, либо результаты таможенного контроля в иных формах и (или) таможенной экспертизы товаров и (или) документов, проведенных в рамках такой проверки, не подтверждают соблюдение положений ТК ЕАЭС, иных международных договоров и актов в сфере таможенного регулирования и законодательства государств-членов, в том числе достоверность и (или) полноту проверяемых сведений, и (или) не устраняют оснований для проведения проверки таможенных, иных документов и (или) сведений, таможенным органом на основании информации, имеющейся в его распоряжении, принимается решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в таможенной декларации, в соответствии со статьей 112 ТК ЕАЭС.

Пунктом 3 статьи 39 ТК ЕАЭС определено, что ценой, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, является общая сумма всех платежей за эти товары, осуществленных или подлежащих осуществлению покупателем непосредственно продавцу или иному лицу в пользу продавца. При этом платежи могут быть осуществлены прямо или косвенно в любой форме, не запрещенной законодательством государств-членов.

Согласно статье 37 ТК ЕАЭС «идентичные товары» - товары, одинаковые во всех отношениях, в том числе по физическим характеристикам, качеству и репутации; «однородные товары» - товары, не являющиеся идентичными во всех отношениях, но имеющие сходные характеристики и состоящие из схожих компонентов, произведенные из таких же материалов, что позволяет им выполнять те же функции, что и оцениваемые товары, и быть с ними коммерчески взаимозаменяемыми; «товары того же класса или вида» - товары, которые относятся к одной группе или ряду товаров, включая идентичные и однородные товары, и изготовление которых относится к соответствующему виду экономической деятельности.

В случае невозможности определения таможенной стоимости ввозимых товаров по стоимости сделки с ними таможенная стоимость товаров определяется в соответствии со статьями 41 и 42 ТК ЕАЭС, применяемыми последовательно. При невозможности определения таможенной стоимости ввозимых товаров в соответствии со статьями 41 и 42 ТК ЕАЭС в качестве основы для определения таможенной стоимости товаров может использоваться либо цена, по которой оцениваемые, идентичные или однородные товары были проданы на таможенной территории ЕАЭС, в соответствии со статьей 43 ТК ЕАЭС, либо расчетная стоимость товаров в соответствии со статьей 44 ТК ЕАЭС.

В случае если для определения таможенной стоимости ввозимых товаров невозможно применить статьи 39, 41 - 44 ТК ЕАЭС, определение таможенной стоимости товаров осуществляется в соответствии со статьей 45 ТК ЕАЭС.

Как следует из пункта 2 статьи 45 ТК ЕАЭС методы определения таможенной стоимости товаров, используемые в соответствии с настоящей статьей, являются теми же, что и предусмотренные статьями 39 и 41 - 44 настоящего Кодекса, однако при определении таможенной стоимости в соответствии с настоящей статьей допускается гибкость при их применении. В частности, допускается следующее:

1) для определения таможенной стоимости оцениваемых товаров за основу может быть принята стоимость сделки с идентичными или однородными товарами, произведенными в иной стране, чем страна, в которой были произведены оцениваемые товары; 

2) при определении таможенной стоимости оцениваемых товаров на основе стоимости сделки с идентичными или однородными товарами допускается разумное отклонение от установленных соответственно статьями 41 и 42 ТК ЕАЭС требований о том, что идентичные оцениваемым или однородные с оцениваемыми товары должны быть проданы для вывоза на таможенную территорию ЕАЭС и ввезены на таможенную территорию ЕАЭС в тот же или в соответствующий ему период времени, что и оцениваемые товары, но не ранее чем за 90 календарных дней до ввоза на таможенную территорию ЕАЭС оцениваемых товаров; 

3) для определения таможенной стоимости оцениваемых товаров за основу может быть принята таможенная стоимость идентичных оцениваемым или однородных с оцениваемыми товаров, определенная в соответствии со статьями 43 и 44 ТК ЕАЭС;

4) при определении таможенной стоимости оцениваемых товаров в соответствии со статьей 43 ТК ЕАЭС допускается отклонение от срока, установленного пунктом 3 статьи 43 ТК ЕАЭС.

 

При проведении в соответствии со статьей 332 ТК ЕАЭС камеральной таможенной проверки таможенной стоимости товаров, заявленных в декларациях на товары №№ 10620010/310521/0112036, 10620010/070721/0143341, 10719120/200920/0014732, 10720010/271220/0022119, 10620010/290621/0136492, 10620010/230621/0130825, 10719120/280520/0008045, 10620010/260321/0060989, 10620010/180421/0077509, 10620010/140421/0075436, 10620010/200421/0079497, 10620010/170721/0152524, 10719120/250720/0011597, 10620010/120721/0146863, 10720010/021120/0008396, 10620010/180721/0152880, 10620010/130521/0096316, 10620010/100221/0027642, 10620010/300621/0138814, таможенным органом обнаружены признаки, указывающие на то, что заявленные ООО «Альтаир» сведения о таможенной стоимости товаров могут являться недостоверными либо должным образом не подтверждены:

- более низкая таможенная стоимость ввозимых товаров по сравнению с таможенной стоимостью товаров того же класса (вида), в том числе однородных товаров, что и оцениваемые товары, ввозимых другими участниками ВЭД при сопоставимых условиях их ввоза;

 - не подтверждены сведения о качественных, технических характеристиках товаров, которые оказывают влияние на их стоимость;

- представлены прайс-листы продавца не по каждой декларации, кроме того, представленные прайс-листы полностью дублирует номенклатуру, согласованную сторонами контракта к поставке по рассматриваемым ДТ. Данные обстоятельства свидетельствуют о том, что представленные прайс-листы продавца товаров не являются публичной офертой;

- не представлены экспортные таможенные декларации;

- сумма в платежных поручениях, подтверждающих оплату за поставленный товар, отличается от согласованных сумм поставки;

- цена реализации товара на внутреннем рынке не покрывает расходы декларанта, связанных с совершением таможенных операций, накладные, складские и транспортные расходы на территории РФ;

- выявлено несоответствие сведений, представленных декларантом, в подтверждение транспортных расходов;

-  не подтверждены сведения о производителе сушильных камер HARBIN HENGFENG WOOD DRYING EQUIPMENT MANUFACTURING CO., LTD.

 

В обоснование исчисления таможенной стоимости задекларированных в проверяемых ДТ товаров, по методу стоимости сделки с ввозимыми товарами (метод 1) заявителем были представлены внешнеэкономические контракты № XY2016-008 от 26.08.2016, № JRXY2021-001 от 10.05.2021 и № CZXY2021-003 от 14.05.2021, приложения, дополнительные соглашения к контрактам, спецификации и инвойсы, оформленные на проверяемые партии товаров, а также письменные пояснения по возникшим у таможенного органа вопросам.

Рассматриваемые сделки заключены в письменной форме с учетом положений статей 160, 432, 434 Гражданского Кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), позволяют определить их предмет и условия совершения.

Анализ положений внешнеторговых контрактов и дополнительных соглашений к ним указывает, что при заключении сделок стороны согласовали все существенные условия (в том числе ее предмет), а также предусмотрели механизм определения ассортимента, цены и условий поставок, оплаты партий товаров.

Представленные заявителем коммерческие и иные товаросопроводительные документы отражают стоимость и номенклатуру партий товаров, о которой договорились стороны, а также содержат сведения об ассортименте поставляемых товаров, их количестве, фиксированной цене и условию поставки, что соответствует условиям внешнеторговой сделки. При этом, все коммерческие и сопроводительные документы содержат ссылку на реквизиты контрактов и сведения о продавце и покупателе товара.

Указанная в графах 22 и 42 проверяемых ДТ стоимость товаров совпадает с ценой, указанной в коммерческих документах, и, как следствие, с ценой, подлежащей уплате продавцу, согласно формулировке пункта 1 статьи 39 ТК ЕАЭС.

Партии товаров по проверяемым ДТ оплачены заявителем в полном объеме в сумме, согласно выставленных продавцами инвойсов и согласованной сторонами сделки в спецификациях на конкретную партию товаров, что подтверждается платежными поручениями.   Заявителем представлены все необходимые документы и сведения с целью подтверждения определения таможенной стоимости по 1 методу, представленные  документы согласуются между собой, не содержат разночтений.

Вопреки доводам ответчика поставки по проверяемым декларациям заявителем оплачены в полном объеме, что подтверждается платежными поручениями и ведомостями банковского валютного контроля.

Указание ответчика на расхождения в суммах оплаты с суммами поставок (таблица 5 акта камеральной проверки) необоснованно в связи со следующим:

- по ДТ №10719120/250720/0011597 поставка была оплачена п/п №45 от 16.02.2022 в сумме 941 384,90 руб. исходя из расчета: 892 800 (цена сушильной камеры) + 48 584,90 (цена других товаров в ассортименте) = 941 384,90 (инвойс №060 и №060/1 от 25.07.2020)

- по ДТ №10720010/021120/0008396 поставка была оплачена п/п №47 от 16.02.2022 в сумме 2 047 780 руб. исходя из расчета: 2 027 200 (цена сушильной камеры) + 20 580 (цена насоса) = 2 047 780 (инвойс №088 от 23.09.2020)

- по ДТ №10620010/290621/0136492 поставка была частично оплачена п/п №62 от 17.02.2022 в сумме 2 552 500 рублей только за сушильную камеру

- по ДТ №10620010/300621/0138814 поставка была частично оплачена п/п №719 от 24.08.2021 в сумме 1 045 000 рублей

- по ДТ №10620010/070721/0143341 поставка была полностью оплачена п/п №718 от 24.08.2021 в сумме 2 499 100 рублей, а также в сумму платежа включена оплата задолженности по контракту по предыдущим поставкам.

Ответчик указал на невозможность идентифицировать п/п №718 от 24.08.2021 с конкретной поставкой товаров, поскольку платежное поручение не содержит в графе «назначение платежа» реквизитов инвойса, в рамках которого была осуществлена поставка товаров, продекларированных по ДТ №10620010/070721/0143341, а сумма перечисленных денежных средств не совпадает со стоимостью задекларированных товаров, что, по мнению таможенного органа, не позволяет соотнести оплату за товары с заявленной стоимостью товаров, а также подтвердить цену, фактически уплаченную или подлежащую уплате за декларируемые товары.

Данный довод суд находит несостоятельным ввиду следующего.

На основании статьи 1.1 Принципов международных коммерческих договоров УНИДРУА стороны свободны вступать в договор и определять его содержание.

Согласно пункту 1 статьи 58 Конвенции Организации Объединенных Наций о договорах международной купли-продажи товаров" (Заключена в г. Вене 11.04.1980) (далее - Венская конвенция), если покупатель не обязан уплатить цену в какой-либо иной конкретный срок, он должен уплатить ее, когда продавец в соответствии с договором и этой Конвенцией передает либо сам товар, либо товарораспорядительные документы в распоряжение  покупателя. Продавец может обусловить передачу товара или документов осуществлением такого платежа.

В силу статьи 486 ГК РФ покупатель обязан оплатить товар непосредственно до или после передачи ему продавцом товара, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другим законом, иными правовыми актами или договором купли-продажи и не вытекает из существа обязательства (пункт 1). Если договором купли-продажи не предусмотрена рассрочка оплаты товара, покупатель обязан уплатить продавцу цену переданного товара полностью (пункт 2).

Порядок и сроки оплаты определены заявителем и иностранным партнером в пункте 2.3 внешнеторгового контракта № CZXY2021-003 от 14.05.2021, согласно которому оплата за товар производится в течение 730 дней с момента таможенного оформления товара. Кроме того, условиями контракта допускается предварительная оплата товаров.

Согласно статье 516 ГК РФ покупатель оплачивает поставляемые товары с соблюдением порядка и формы расчетов, предусмотренных договором поставки. Если соглашением сторон порядок и форма расчетов не определены, то расчеты осуществляются платежными поручениями.

Из ведомости банковского валютного контроля следует, что платежное поручение № 718 от 24.08.2021 в сумме 2 499 100 отражено в документе валютного контроля;  данный платеж учтен по ДТ №10620010/070721/0143341 в сумме 1 721 394 рубля, что соответствует ценам на товары, заявленные ООО «Альтаир» при таможенном декларировании и указанные в графах 42 проверяемого ДТ.

Доказательства оплаты товара в большей сумме ответчиком не представлены.

 

Из разъяснений, содержащихся в абзаце 2 пункта 9 Пленума № 49, следует, что выявление отдельных недостатков в оформлении представленных декларантом документов (договоров, спецификаций, счетов на оплату ввозимых товаров и др.) в соответствии с установленными требованиями, не опровергающих факт заключения сделки на определенных условиях, само по себе не может являться основанием для вывода о несоблюдении требований пункта 10 статьи 38 Таможенного кодекса.

По факту расхождения в датах подписания акта и фактической транспортировки груза по ДТ №10620010/170721/0152524 заявитель пояснил следующее. 

Первичный учетный документ должен быть составлен при совершении факта хозяйственной жизни, а если это не представляется возможным - непосредственно после его окончания. При этом к числу обязательных реквизитов первичного документа относятся дата составления и содержание факта хозяйственной жизни (части  2, 3 статьи 9 Федерального закона «О бухгалтерском учете» от 06.12.2011 № 402-ФЗ). Такие реквизиты, как «дата подписания» со стороны составившего документ лица или со стороны контрагента, в качестве обязательных не поименованы.

При этом налоговая служба рекомендует заполнять указанные показатели в УПД, считая их существенными обстоятельствами и обращая внимание, что даты по строкам 1 (дата документа), 11 и 16 (даты отгрузки (сдачи)/получения (приемки)) объективно могут не совпадать (Рекомендации по заполнению отдельных реквизитов формы УПД, приведенные в письме ФНС России от 21.10.2013 № ММВ-20-3/96@). Дата составления УПД напрямую не определяет момент отражения дохода или расхода в отличие от даты самого факта хозяйственной жизни, а является лишь показателем, позволяющим однозначно идентифицировать документ. Что согласуется с Рекомендацией Р 62/2015-КпР Фонда ННРБУ БМЦ от 20.05.2015 «Отражение фактов хозяйственной жизни по поступившим в следующем отчетном периоде первичным учетным документам».

Утвержденные ФНС форматы документа о передаче результатов работ (документ об оказании услуг) также содержат несколько дат в отношении идентификации документа, фактов принятия результатов работ или подтверждения получения услуг надлежащего качества. При этом датой подписания документа является та дата, когда фактически был подписан документ, независимо от того, совпадает ли она с каким-либо из указанных выше реквизитов (письмо ФНС России от 25.03.2019 №СД-4-3/5272).

В автодорожной накладной по ДТ №10620010/290621/0136492 в графе 4 допущена техническая опечатка в дате (вместо цифры «7» указана цифра «1»). Остальные графы содержат правильное указание на дату 27.06.2021. 

Относительно транспортных расходов по ДТ №10620010/070721/0143341 заявитель указал, что груз был доставлен транспортным средством с номером 

<

***>, что подтверждается транспортной накладной и соответствует номеру транспортного средства, указанному в договоре №М-020721/1 от 02.07.2021. Указание другого номера в счете на оплату от 07.07.2021 и в счете-фактуре от 07.07.2021 является ошибкой, допущенной транспортной компанией, и не влияет на порядок исчисления таможенных пошлин.

Указание в ДТ суммы транспортных расходов в размере 10 000 рублей является ошибкой самого заявителя, при этом необходимо учесть, что таможенная пошлина была оплачена в большем размере, чем необходимо (т.е. рассчитана из 10000, а не 5000).  

Вывод таможенного органа о неверном указании в графе  17 формы ДТС-1 места прибытия товара на территорию ЕАЭС «Манчжурия» вместо «Забайкальск» правомерен только в отношении ДТ №10620010/180721/0152880 и ДТ №10620010/170721/0152524, что является технической ошибкой (опечаткой). Во всех остальных проверяемых ДТ графа 17 заполнена верно.

В приложении № 039 от 13.04.2021 (представлено при проведении КТП) по ДТ №10620010/180421/0077509 допущена опечатка технического характера, а именно, при копировании текста в столбце «единица измерения» указана страна происхождения, что в дальнейшем привело к сбою текста в колонках и в столбце «сумма» указана цена за единицу измерения. При этом итоговая сумма поставки соответствует сумме, указанной в инвойсе, спецификации, графе 22 проверяемой ДТ.

Аналогичная техническая опечатка допущена в приложении № 054 от 10.05.2021 к ДТ № 10620010/130521/0096316, приложении № 036 от 06.04.2021 к ДТ № 10620010/140421/0075436, приложении № 040 от 13.04.2021 к ДТ № 10620010/200421/0079497.

По смыслу подпункта 2 пункта 1 статьи 39 ТК ЕАЭС примененная сторонами сделки цена товаров признается неприемлемой для целей таможенной оценки, несмотря на достоверность представленных декларантом сведений, если установлены условия или обязательства, влияние которых на продажу или цену ввозимых на таможенную территорию товаров невозможно измерить в стоимостном (денежном) выражении.

В этом случае определение таможенной стоимости ввозимых товаров по стоимости сделки с ними не производится. Основанный на данной норме ТК ЕАЭС отказ таможенного органа от применения первого метода определения таможенной стоимости должен быть обоснован наличием конкретных условий или обязательств (в том числе информация о которых не представлена декларантом таможенному органу), способных оказывать такое влияние, которые должны быть сформулированы таможенным органом.

В акте камеральной таможенной проверки и в пояснениях по настоящему делу ответчик указал, что заявителем не представлены качественные характеристики товаров, которые бы позволяли обосновать заявленную таможенную стоимость.

С указанным доводом суд соглашается частично.

Заявителем представлены все необходимые количественные и качественные характеристики товара, которые содержатся в отгрузочных ведомостях производителя, спецификациях, руководстве по эксплуатации, индивидуальных шильдах и техническом описании.

В руководстве по эксплуатации содержатся основные технические параметры, описание конструкции, принцип работы и иные сведения, общие для всех сборных сушильных камер конвективного типа марки HENGFENG.

В пункте 2 руководства указано, что характеристики на каждую модель указываются на индивидуальном шильде. Шильд входит в комплектацию сушильной камеры (п.10 пп.17 руководства).

Отгрузочные ведомости производителя и спецификации содержат всю информацию о комплектации сушильных камер (название деталей, их количество, размерные характеристики, вес брутто и нетто, вид упаковки, производителя и страну производства).

В материалы дела заявителем представлены шильды по ДТ №№ 10620010/260321/0060989,            10620010/070721/0143341, 10620010/230621/0130825,  10620010/290621/0136492,            10620010/120721/0146863, 10720010/021120/0008396, 10620010/310521/0112036, 10719120/290920/0014732, 10719120/280520/0008045, 10620010/300621/0138814, 10620010/100221/0027642,  10720010/271220/0022119.  Представленные шильды содержат информацию о производителе товара, модели сушильной камеры, количестве секций, объеме загрузки и дате изготовления.

Информация о технических характеристиках товара, заявленного в ДТ №№   10620010/180421/0077509, 10620010/140421/0075436, 10620010/200421/0079497, 10620010/170721/0152524, 10719120/250720/0011597, 10620010/180721/0152880, 10620010/130521/0096316 заявителем не представлена. 

Согласно пункту 8 Положения № 42 при проведении контроля таможенной стоимости товаров таможенным органом могут быть запрошены (истребованы) следующие документы и (или) сведения, включая письменные пояснения:

а) прайс-листы производителя ввозимых товаров, его коммерческие предложения;

б) прайс-листы, коммерческие предложения, оферты продавцов ввозимых, идентичных, однородных товаров, а также товаров того же класса или вида;

в) таможенная декларация страны отправления (происхождения, транзита) товаров, если заполнение такой таможенной декларации предусмотрено в стране отправления (происхождения, транзита) товаров.

В абзаце 3 пункта 13 Пленума № 49 указано, что непредставление декларантом документов (сведений), обосновывающих заявленную им таможенную стоимость товара, само по себе не может повлечь принятие таможенным органом решения о внесении изменений (дополнений) в сведения о таможенной стоимости, заявленные в таможенной декларации, если у декларанта имелись объективные препятствия к предоставлению запрошенных документов (сведений) и соответствующие объяснения даны таможенному органу.

В соответствии с пунктом 10 Положения № 42 в качестве объяснения причин, по которым документы и (или) сведения, запрошенные таможенным органом у декларанта при проведении контроля таможенной стоимости товаров, не могут быть представлены и (или) отсутствуют, рассматриваются представленные декларантом документы и (или) сведения, в том числе письменные пояснения, подтверждающие, что:

а) запрошенный документ не существует или не применяется в рамках сделки;

б) лицо, располагающее запрошенными документами и (или) сведениями, отказало декларанту в их предоставлении или декларантом не получен ответ от лица, располагающего запрошенными документами и (или) сведениями.

Экспортная декларация страны отправления не входит в обязательный перечень документов для подтверждения сведений по таможенной стоимости. Следовательно, экспортная таможенная декларация не является основой для установления сведений о товаре и не имеет приоритета перед другими документами. Возможности декларанта по представлению экспортной декларации обусловлены только волей его контрагента.

В материалах дела имеются запросы заявителя, направленные в адрес контрагента  10.01.2020 и 07.06.2021, до начала проведения камеральной проверки, с просьбой предоставить экспортные декларации КНР, прайс-листы и упаковочные листы производителя для их представления в таможенный орган. Ответами от 10.01.2020 и 07.06.2021 в предоставлении документов было отказано. Отказ мотивирован тем, что законами КНР и условиями контракта предоставление покупателю экспортных деклараций не предусмотрено. Упаковочные листы не составляются, все необходимые сведения об упаковке, количестве грузовых мест содержаться в отгрузочной спецификации.

Изложенное свидетельствует о том, что заявителем предприняты все зависящие от него меры для получения экспортной декларации, невозможность получения обусловлена отказом контрагента, что подтверждается представленными в адрес таможенного органа документами и пояснениями. Довод ответчика о том, что для китайской стороны получение электронной экспортной декларации не несет никаких затрат, не может принят во внимание судом, так как заявитель не имеет возможности получить эти документы без участия контрагента. 

Суд обращает внимание, что ответчику в получении экспортных таможенных деклараций от Департамента по борьбе с контрабандой Маньчжурской таможни КНР также было отказано. 

Заявитель в письменных пояснениях, направленных в адрес ответчика в рамках камеральной проверки, а также в судебном заседании, пояснил, что каталогами, прайс-листами изготовителя, он не располагает, ввиду отсутствия коммерческих взаимосвязей с ними. Прайс-лист не относится к числу документов, обязательных к представлению при подтверждении таможенной стоимости товара, поскольку представляет собой лишь коммерческое предложение от фирмы-продавца/изготовителя. Информация прайс-листа может являться лишь справочной, либо проверочной величиной в совокупности с иными коммерческими документами, но не основным коммерческим документом, свидетельствующим об условиях конкретной сделки, ни тем более основанием для корректировки таможенной стоимости.

Ввиду того, что определение таможенной стоимости должно основываться на критериях, совместимых с коммерческой практикой, обязанность представления по требованию таможенного органа документов для подтверждения заявленной таможенной стоимости может быть возложена на декларанта только в отношении тех документов, которыми тот обладает либо должен располагать в силу закона или обычаев делового оборота. Отсутствие же у декларанта возможности влиять на лицо, являющегося продавцом товаров, исключает возможность предоставления последним экспортной декларации и прайс-листа производителя.

Об отсутствии прайс-листов продавца заявитель пояснил, что в соответствии с деловым оборотом такой документ не составлялся. ООО «Альтаир» и китайские контрагенты являются коммерческими организациями, оказывающими услуги по поиску, закупке и доставке товара из КНР в Российскую Федерацию по индивидуальным заказам. Российские партнеры заявителя подают заявку на конкретную товарную позицию, заявка перенаправляется китайской компании, которая, в свою очередь, направляет заявителю информацию о цене товара. 

Довод ответчика об обязанности заявителя проводить сравнительный анализ цен противоречит смыслу заключенных внешнеторговых контрактов, принципу ведения хозяйственной деятельности заявителя и его иностранных партнеров.

В качестве правомерности принятых решений ответчик указал, что в результате анализа таможенного декларирования товара «сушильная камера для пиломатериалов…», проведенного за период с 2019 по 2021 с помощью программного средства АИС «Стоимость-1», сведения о поставке другими участниками ВЭД товаров, производителем которых является компания HARBIN HENGFENG WOOD DRYING EQUIPMENT MANUFACTURING CO., LTD, не установлены. 

Указанный довод опровергнут самим ответчиком, представив в материалы дела ДТ №10720010/221019/0032226 с подтверждающими поставку документами, которая была использована таможенным органом как источник ценовой информации для корректировки ДТ №10620010/070721/0143341.

Письмо представителя ФТС России в КНР от 16.08.2021 №12-09/0688 не является допустимым доказательством отсутствия компании HARBIN HENGFENG WOOD DRYING EQUIPMENT MANUFACTURING CO., LTD, в виду следующего.

Представитель ФТС России в КНР не является лицом, уполномоченным на ведение реестра регистрации предприятий КНР, следовательно, не обладает актуальной информацией. Запрос в уполномоченные органы КНР не направлялся. 

Как следует из текста письма, указанная информация получена из интернет-ресурсов, что также подтверждается ссылкой на интернет страницу внизу выписки из баз данных. Выписка представлена на китайском языке, перевод на русский язык, представленный таможенным органом и сделанный после проведения проверки, не отвечает требованиям АПК. В соответствии со статьей 12 и пунктом 5 статьи 75 АПК РФ документы, исполненные на иностранном языке, могут быть рассмотрены арбитражным судом в качестве письменных доказательств только при наличии надлежащим образом заверенного перевода их на русский язык. Представленный в качестве доказательства документ (распечатка с информационного ресурса: национальная система публичной информации о кредитоспособности предприятия) распечатан с сайта www.gsxt.gov.cn, который в свою очередь является открытой базой данных иностранных государств. Указанный документ не заверен нотариусом, не сопровождается апостилем и надлежащим образом заверенным переводом, то есть не соответствует требованиям АПК РФ. Кроме того, в представленном переводе отсутствует информация об ответе на поиск компании HARBIN HENGFENG WOOD DRYING EQUIPMENT MANUFACTURING CO., LTD.  

Не состоятелен довод ответчика о том, что величина расходов заявителя существенно выше цены, по которой ввозимые товары реализованы на внутреннем рынке. 

Ответчик ошибочно учитывает в расходах заявителя налог на добавленную стоимость. Заявитель применяет общую систему налогообложения, предусмотренную статьями 13, 14, 15 Налогового Кодекса РФ, является плательщиком налога на добавленную стоимость.

При применении общей системы налогообложения НДС, относящийся к косвенным налогам, в себестоимости не учитывается, а уплаченный НДС в последствии подлежит вычету (статьи 171, 172 НК РФ). В бухгалтерском учете начисленный по ГТД НДС в соответствии с планом счетов учитывается на счете 19.

Согласно изложенному в пункте 15 статьи 38 ТК ЕАЭС правилу последовательного применения методов определения таможенной стоимости при невозможности использования первого метода каждый последующий метод применяется, если таможенная стоимость не может быть определена путем использования предыдущего метода (пункт 15 Пленума № 49).

Данное правовое положение означает, что таможенный орган, реализующий предусмотренное законодательством право самостоятельно определять таможенную стоимость декларируемого товара по избранному им методу, обязан обосновать невозможность применения предыдущих методов.

При этом ссылка таможенного органа на отсутствие у него ценовой и иной информации для использования какого-либо метода определения таможенной стоимости может быть принята во внимание как обоснование неприменения метода лишь в случае подтверждения объективной невозможности получения или использования такой информации, в том числе сведений специальной таможенной статистики.

В настоящем деле в подтверждение объективной невозможности применения методов определения таможенной стоимости товаров по стоимости сделок с идентичными и однородными товарами таможенный орган сослался на отсутствие в базе данных сведений о товарах, поставленных при сопоставимых условиях не ранее 90 дней до момента предъявления ООО «Альтаир» к таможенному оформлению своих товаров.

Между тем, в материалах дела отсутствуют доказательства вышеизложенному. 

Таким образом, ответчик не доказал наличия оснований, исключающих определение таможенной стоимости товара методом по цене сделки с ввозимыми товарами, и, применяя резервный метод без надлежащего обоснования невозможности использования предыдущих методов, нарушил установленное законом правило последовательного их применения, что влечет признание недействительными оспариваемых решений. 

Вышеуказанная правовая позиция отражена в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 19.04.2005 №13643/04 и Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 19.06.2007 № 3323/07.

В соответствии с пунктом 17 Решения Коллегии Евразийской экономической комиссии от 30.10.2012 № 202 «О применении методов определения таможенной стоимости товаров по стоимости сделки с идентичными товарами (метод 2) и по стоимости сделки с однородными товарами (метод 3)»  (далее – Решение № 202) в случае выявления более одной стоимости сделки с идентичными или однородными товарами для определения таможенной стоимости оцениваемых (ввозимых) товаров применяется самая низкая из них.

В ходе судебного разбирательства по ходатайству заявителя у ответчика была истребована выгрузка из базы данных таможенных деклараций по коду ТН ВЭД 8419320000 за период с 01.01.2019 по 15.07.2021. 

Из представленной ответчиком выгрузки усматривается наличие ДТ с наименьшей таможенной стоимостью, чем использованные таможенным органом:

1) ДТ №10418010/200319/0068265 является источником с наименьшей таможенной стоимостью для ДТ № 10620010/180721/0152880

2) ДТ №10511010/180719/0098555 является источником с наименьшей таможенной стоимостью для ДТ № 10620010/120721/0146863

3) ДТ №10511010/240719/0101789 является источником с наименьшей таможенной стоимостью для ДТ № 10620010/180721/0152880

4) ДТ №10602050/300119/0001400 является источником с наименьшей таможенной стоимостью для ДТ № 10620010/100221/0027642, №10620010/300621/0138814

5) ДТ №10609050/200219/0007059 является источником с наименьшей таможенной стоимостью для ДТ №10620010/120721/0146863, №10720010/021120/0008396, № 10620010/130521/0096316, № 10720010/271220/0022119

6) ДТ №10610080/210619/0029053 является источником с наименьшей таможенной стоимостью для ДТ № 10720010/271220/0022119, № 10620010/130521/0096316

7) ДТ №10612060/290519/0005693 является источником с наименьшей таможенной стоимостью для ДТ № 10620010/310521/0112036

8) ДТ №10702070/160819/0162679 является источником с наименьшей таможенной стоимостью для ДТ № 10620010/070721/0143341

9) ДТ №10702070/240919/0195575 является источником с наименьшей таможенной стоимостью для ДТ № 10620010/310521/0112036

10) ДТ №10703070/291019/0033109 является источником с наименьшей таможенной стоимостью для ДТ № 10719120/280520/0008045

11) ДТ №10703070/291119/0036493 (товар №4) является источником с наименьшей таможенной стоимостью для ДТ № 10620010/130521/0096316

12) ДТ №10716050/121119/0035590 является источником с наименьшей таможенной стоимостью для ДТ № 10719120/280520/0008045

13) ДТ №10718050/031019/0007557 является источником с наименьшей таможенной стоимостью для ДТ № 10620010/120721/0146863, № 10720010/021120/0008396, № 10620010/130521/0096316, № 10720010/271220/0022119

14) ДТ №10719030/161119/0006412 является источником с наименьшей таможенной стоимостью для ДТ № 10620010/300621/0138814, № 10620010/100221/0027642

15) ДТ №10719032/091019/0000837 является источником с наименьшей таможенной стоимостью для ДТ № 10620010/130521/0096316, № 10720010/271220/0022119.

Доказательств невозможности использования вышеуказанных таможенных деклараций в качестве источников ценовой информации ответчиком не представлено.

Представленный ответчиком в материалы дела Отчет №3030 от 25.09.2022, который был использован при проведении корректировки ДТ №№10620010/260321/0060989, 10620010/200421/0079497, 10620010/180421/0077509 и  10620010/140421/0075436, не может быть признан приемлемым для использования содержащейся в нем информации в виду следующего:

- отчет содержит ссылки на правовые нормы Таможенного кодекса Таможенного союза который прекратил действие с 1 января 2018 (стр. 12 Отчета);

- в таблице №10.3.1.1 Отчета (стр.14) стоимость объекта оценки рассчитана исходя из цены за 1 кг. сушильной камеры, что недопустимо. 

Весовая характеристика товара, который согласно таможенному тарифу измеряется в штуках, не имеет значения для целей определения его таможенной стоимости. Данная правовая позиция изложена в  Постановлении Президиума ВАС РФ от 19.06.2007 № 3323/07;

- отчет содержит выводы оценщика о том, что исследуемые объекты аналоги предложены на том же коммерческом уровне, что и объекты оценки, но доказательства этому не приведены (стр. 15);

- оценщик определил техническое состояние исследуемых объектов как «хорошее», при этом не привел обоснование данного вывода (стр. 15);

- отчет не содержит данных о технических и иных характеристиках объектов – аналогов, в связи с чем невозможно сделать вывод об их идентичности или однородности с сушильными камерами Общества;  

- представленные в приложении к отчету страницы с интернет-сайтов выполнены на китайском языке, перевод отсутствует.  

Согласно пункту 14 Правил применения резервного метода (метод 6) при определении таможенной стоимости товаров, утвержденных Решением Коллегии ЕЭК от 06.08.2019 №138, при определении таможенной стоимости товаров по резервному методу (метод 6) также могут использоваться ценовые данные из нейтральных источников информации (каталоги независимых фирм; издания, содержащие подробное описание конкретного товара и четкое определение структуры цены; публикуемые, в том числе в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», или рассылаемые официальные прейскуранты цен на товары или торговые предложения фирм о поставках конкретных товаров и о ценах), а также биржевые котировки (биржевые индексы цен) и сведения из отчетов об оценке, проведенной организациями (лицами), осуществляющими оценочную деятельность.

Главой 5 ТК ЕАЭС не устанавливаются какие-либо специальные требования к источникам информации, используемым при определении таможенной стоимости товаров, но при этом пунктом 1 статьи 45 Кодекса устанавливается условие, что таможенная стоимость товаров определяется на основе сведений, имеющихся на таможенной территории Союза. Таким образом, сам по себе факт использования информации из источников государств, не являющихся членами Союза, не препятствует использованию данных источников для определения таможенной стоимости товаров, но при условии, что такая информация доступна на таможенной территории Союза и имеется возможность убедиться в ее достоверности и точности (пункт 17 Правил).

Суд отдельно учитывает, что решением № 10600000/110723/5/202 от 11.07.2023 по результатам ведомственного контроля Сибирского таможенного управления Решения Иркутской таможни о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларациях на товары №№ 10620010/070721/0143341, 10620010/300621/0138814, 10620010/100221/0027642, 10620010/120721/0146863, 10620010/130521/0096316, 10620010/180721/0152880 признаны не соответствующими требованиям международных договоров Российской Федерации, включая Договор о ТК КАЭС, и актов, составляющих право Евразийского экономического союза, законодательства Российской Федерации о таможенном регулировании и отменены полностью.

Изучив материалы дела, суд не находит оснований для отказа в удовлетворении исковых требований в части, затрагивающей декларации на товары №№ 10620010/070721/0143341, 10620010/300621/0138814, 10620010/100221/0027642, 10620010/120721/0146863, 10620010/130521/0096316, 10620010/180721/0152880.

Решение, нарушающее закрепленный принцип определения таможенной стоимости, не может быть признано соответствующим закону и подлежит признанию недействительным. 

В соответствии со статьями 198-200 АПК РФ проверка соответствия оспариваемого ненормативного правового акта (решения, действия) требованиям закона и иных нормативных правовых актов осуществляется, а также нарушение им прав и законных интересов заявителя осуществляется судом на момент принятия оспариваемого акта.

Суд исходит из того, что сам по себе факт того, что в процессе рассмотрения дела, оспариваемый ненормативный правовой акт отменен, не препятствует рассмотрению  пора по существу и принятию решения о признании оспариваемого решения о внесении изменений в сведения, заявленные в декларации на товары недействительным.

Аналогичная позиция изложена Президиумом ВАС РФ в Информационном письме  от 22.12.2005 № 99 «Об отдельных вопросах практики применения Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации», Президиум ВАС РФ пояснил, что отмена оспариваемого ненормативного правового акта или истечение срока его действия не препятствует рассмотрению по существу заявления о признании акта недействительным.

На момент проведения судебного заседания ходатайства об отказе от заявленных требований не поступало. При таких обстоятельствах оспариваемые заявителем решения подлежат признанию недействительными в судебном порядке.

Суд учитывает, что таможенный орган в рамках контроля таможенной стоимости товаров должен рассматривать весь комплект документов, представленных декларантом в подтверждение заявленной таможенной стоимости, и если они в своей совокупности позволяют подтвердить отсутствие в них расхождений сведений о заявленной цене и ее структуре, а также подтвердить ее достоверность, то оснований для отказа в приеме заявленной таможенной стоимости по первому методу у таможенного органа не имеется.

Исходя из вышеизложенного, представленные в материалы дела документы (с учетом пояснений заявителя) подтверждают согласование и исполнение сторонами внешнеэкономической сделки всех основных ее условий по поставке задекларированных в ДТ товаров, в отсутствие доказательств недостоверности предоставленных при декларировании товара документов либо заявленных в них сведений, а также доказательств наличия каких-либо ограничений и условий, которые могли повлиять на цену сделки при заключении контракта, либо условий, влияние которых не может быть учтено, в связи с чем, следует признать соблюденными обществом требования пункта 1 статьи 40 ТК ЕАЭС к формированию цены сделки.

С учетом изложенного, Общество доказало, что заявленная таможенная стоимость товаров, ввезенных обществом по ДТ, не зависит от каких-либо условий или обязательств, влияние которых не может быть количественно определенно, а информация о цене сделки соотносится с количественными характеристиками ввезенного товара, с условиями его поставки и оплаты. В свою очередь наличие каких-либо ограничений и условий, которые могли повлиять на цену сделки, а также условий, влияние которых не может быть учтено, таможенным органом не выявлено и не обоснована невозможность применения метода по стоимости сделки с ввозимыми товарами в соответствии с пунктом 1 статьи 39 ТК ЕАЭС.

Представленные декларантом в таможенный орган документы подтверждают заявленную таможенную стоимость товара по стоимости сделки (по первому методу), использованные обществом данные подтверждены документально, не противоречат друг другу и являются количественно определенными и достоверными, содержат необходимую информацию о цене товара, его наименовании, количестве и характеристиках, об условиях поставки и оплаты. Невозможность использования документов, предъявленных обществом в обоснование таможенной стоимости товара (в их совокупности и системной оценке), таможенным органом не обоснована, не представлено доказательств наличия обстоятельств, объективно препятствующих применению обществом первого метода определения таможенной стоимости.

Таким образом, результаты таможенного контроля определения таможенной стоимости по спорным ДТ не подтверждают вывод таможенного органа о недостоверности и неполноте представленных обществом сведений, тогда как представленные заявителем документы и сведения указывают на определение таможенной стоимости на основании достоверной, количественно определенной и документально подтвержденной информации.

Учитывая изложенное и то обстоятельство, что все характеристики ввезенного товара, заявленные в спорных ДТ, согласуются со сведениями, отраженными в коммерческих документах, суд полагает безосновательным вывод таможенного органа о невозможности определения таможенной стоимости товаров по стоимости сделки и о невозможности использования ценовой информации, указанной в представленных документах, как подтверждение достоверности сведений о стоимости товара, заявленного в спорных ДТ.

Таким образом, оценив доводы сторон и имеющиеся в деле документы в их совокупности, суд приходит к выводу, что решения Иркутской таможни о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларациях на товары №№ 10620010/310521/0112036 (решение от 29.11.2022), 10620010/070721/0143341 (решение от 29.11.2022), 10719120/200920/0014732 (решение от 29.11.2022), 10720010/271220/0022119 (решение от 29.11.2022), 10620010/290621/0136492 (решение от 28.11.2022), 10620010/230621/0130825 (решение от 28.11.2022), 10719120/280520/0008045 (решение от 28.11.2022), 10620010/260321/0060989 (решение от 25.11.2022), 10620010/180421/0077509 (решение от 25.11.2022), 10620010/140421/0075436 (решение от 25.11.2022), 10620010/200421/0079497 (решение от 25.11.2022), 10620010/170721/0152524 (решение от 24.11.2022), 10719120/250720/0011597 (решение от 24.11.2022), 10620010/120721/014863 (решение от 01.12.2022), 10720010/021120/0008396 (решение от 01.12.2022), 10620010/180721/0152880 (решение от 01.12.2022), 10620010/130521/0096316 (решение от 01.12.2022), 10620010/100221/0027642 (решение от 01.12.2022), 10620010/300621/0138814 (решение от 01.12.2022), принятых на основании акта камеральной таможенной проверки No10607000/210/280922/А000150/000 от 28.09.2022 и уведомлений о не уплаченных в установленный срок суммах таможенных платежей, специальных, антидемпинговых, компенсационных пошлин, процентов и пеней являются незаконными как не соответствующие требованиям таможенного законодательства ЕАЭС и нарушают права и законные интересы заявителя, поскольку повлекли дополнительное начисление таможенных платежей.

Относительно доводов заявителя о неознакомлении с материалами проверки суд считает необходимым отметить следующее.

Права и обязанности должностных лиц таможенных органов и проверяемых лиц при проведении таможенной проверки установлены частями 1, 3 статьи 335, статьей 336  ТК ЕАЭС.

Подпунктом 8 пункта 1 и подпунктом 9 пункта 3 статьи 335 ТК ЕАЭС предусмотрено, что права и обязанности должностных лиц таможенных органов при проведении таможенной проверки могут устанавливаться законодательством государств - членов ЕАЭС. Аналогичное положение закреплено в подпункте 6 пункта 1 и подпункте 9 пункта 2 статьи 336 ТК ЕАЭС в отношении прав и обязанностей проверяемых лиц при проведении таможенной проверки. Права и обязанности проверяемых лиц при проведении таможенной проверки также закреплены в статьях 235, 236 Закона № 289-ФЗ.

12.10.2022 заявитель направил в адрес ответчика ходатайство об ознакомлении с материалами камеральной проверки, письмом таможенного органа от 18.10.2022 №11-02-36/14479 заявителю было разрешено ознакомится с материалами проверки только путем визуального осмотра. 

Не согласившись с таким способом ознакомления, 19.10.2022 заявитель повторно направил в таможенный орган ходатайство с обоснованием необходимости ознакомления с материалами проверки путем выписок и фотокопирования. Письмом таможенного органа от 27.10.2022 №11-02-36/14921 заявителю повторно было отказано в ознакомлении с материалами проверки путем фотокопирования. 14.11.2022 представители заявителя были ознакомлены с материалами проверки в объеме 10 томов только путем визуального осмотра, право делать выписки и фотокопии представителям заявителя предоставлено не было. Указанное обстоятельство подтверждается распиской об ознакомлении в томах материалов проверки.

В обоснование невозможности ознакомления с материалами камеральной проверки таможенный орган указал, что пункт 2 статьи 235 Закон № 289-ФЗ не предусматривает право лица при ознакомлении с материалами таможенной проверки делать заметки, осуществлять выписки из них, снимать копии, в том числе посредством фотографирования, сославшись на письма Министерства финансов Российской Федерации от 31.10.2019 № 03-10-12/84739, от 05.12.2019 № 03-10-11/94616.

Довод ответчика об отсутствии у лица при ознакомлении с материалами таможенной проверки права делать заметки, осуществлять выписки из них, снимать копии, в том числе посредством фотографирования, является ошибочным.

Согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 16.01.2007 № 12547/06, письма Министерства финансов Российской Федерации не отвечают критериям нормативного правового акта, а потому не могут иметь юридического значения и порождать правовые последствия для неопределенного круга лиц.

Арбитражные суды, рассматривающие возникающие в таможенной сфере споры, также не связаны положениями указанных писем, поскольку в соответствии с частью 1 статьи 13 АПК РФ подобные письма не входят в круг нормативных правовых актов, применяемых при рассмотрении дел, что подтверждается позицией Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 02.02.2021 по делу №АКПИ21-109.

Часть 2 статьи 235 Закона № 289-ФЗ, за исключением возможности отказа в ознакомлении с материалами таможенной проверки, содержащими сведения, составляющие государственную тайну, сведения, составляющие коммерческую, налоговую, банковскую тайну третьих лиц и иную охраняемую законом тайну (секреты), не содержит прямых указаний на объем и порядок ознакомления проверяемого лица с материалами таможенной проверки. Не предусматривает данная норма и ограничений в способах ознакомления с материалами таможенной проверки, не содержит запрета проверяемому лицу снимать (получать) копии необходимых документов, делать выписки из них.

В соответствии с частью 2 статьи 24 Конституции Российской Федерации органы государственной власти и органы местного самоуправления, их должностные лица обязаны обеспечить каждому возможность ознакомления с документами и материалами, непосредственно затрагивающими его права и свободы, если иное не предусмотрено законом.

В Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 18.02.2000 № 3-П указано, что ограничение права, вытекающего из статьи 24 (часть 2) Конституции Российской Федерации, допустимо лишь в соответствии с федеральным законом, устанавливающим специальный правовой статус не подлежащей распространению информации, обусловленный ее содержанием, в том числе наличием в ней данных, составляющих государственную тайну, конфиденциальных сведений, связанных с частной жизнью, со служебной, коммерческой, профессиональной, изобретательской деятельностью. Вся иная информация, которая, исходя из Конституции Российской Федерации и федеральных законов, не может быть отнесена к сведениям ограниченного доступа, в силу непосредственного действия статьи 24 (часть 2) Конституции Российской Федерации должна быть доступна, если собранные документы и материалы затрагивают права и свободы, а законодатель не предусматривает специальный правовой статус такой информации в соответствии с конституционными принципами, обосновывающими необходимость и соразмерность ее особой защиты.

Необходимо отметить, что Постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 28.04.2023 № 22-П «По делу о проверке конституционности пункта 2 статьи 235 Федерального закона «О таможенном регулировании в Российской Федерации и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» в связи с жалобой общества с ограниченной ответственностью «ИЗИ ЧАЙНА КОРПОРЭЙТ» пункт 2 статьи 235 Закон № 289-ФЗ признан не соответствующим Конституции Российской Федерации, ее статьям 19 (части 1 и 2), 24 (часть 2), 29 (часть 4), 45 (часть 1), 46 (части 1 и 2) и 55 (часть 3), в той мере, в какой в системе действующего правового регулирования он не обеспечивает права проверяемого лица (его представителя) в ходе ознакомления с материалами таможенной проверки осуществлять из них выписки и (или) использовать технические средства, предназначенные для их копирования (фотографирования), - в части, в которой данные материалы не содержат государственной или иной охраняемой законом тайны, - и в связи с этим допускает в правоприменительной практике отказ проверяемому лицу (его представителю) в осуществлении такого права.

Суд также обращает внимание, что материалы таможенной проверки состоят из 10 томов. Полученные таможней документы с грифом ДСП в материалах таможенной проверки отсутствуют.

Суд полагает, что объективно ознакомление с таким объемом материалов таможенной проверки только лишь путем визуального осмотра без возможности сделать выписки из них и копии путем фотокопирования невозможно признать эффективным и направленным на обеспечение гарантий прав проверяемого лица.

Из приведенных положений в их взаимосвязи следует, что отказ ответчика в ознакомлении заявителя с материалами таможенной проверки путем снятия копий, в том числе посредством фотокопирования, также нарушил законные права и интересы заявителя.

Согласно части 2 статьи 201 АПК РФ в случае, если арбитражный суд установит, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, принимает решение о признании ненормативного правового акта недействительным, решений и действий (бездействия) незаконными.

Всем существенным доводам, пояснениям и возражениям сторон судом дана соответствующая оценка, что нашло отражение в данном решении. Иные доводы и возражения сторон судом рассмотрены и оценены, однако на выводы суда не влияют.

С учетом изложенного, суд считает заявленные требования подлежащими удовлетворению, оспариваемые решения Иркутской таможни о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларациях на товары – признанию незаконными.

На основании пункта 3 части 4 статьи 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд считает необходимым обязать Иркутскую таможню устранить допущенные нарушения прав и законных интересов общества с ограниченной ответственностью «Альтаир» в соответствии с нормами действующего законодательства.

В силу части 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Размер государственной пошлины по настоящему делу составляет 57000 рублей исходя из оспаривания 19 решений о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларациях на товары. Заявителем при подаче заявления оплачено 57000 рублей государственной пошлины.

Учитывая результат рассмотрения требований, 57000 рублей судебных расходов по уплате государственной пошлины подлежат взысканию с Иркутской таможни.

Настоящее решение выполнено в форме электронного документа, подписано усиленной квалифицированной электронной подписью судьи и считается направленным лицам, участвующим в деле, посредством его размещения в установленном порядке в информационно-телекоммуникационной сути «Интернет» в режиме ограниченного доступа.

По ходатайству лиц, участвующих в деле, копии решения на бумажном носителе могут быть направлены им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку.

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 174, 176, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд 

РЕШИЛ:

Заявление удовлетворить.

Признать незаконными решения Иркутской таможни о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларациях на товары №№ 10620010/310521/0112036 (решение от 29.11.2022), 10620010/070721/0143341 (решение от 29.11.2022), 10719120/200920/0014732 (решение от 29.11.2022), 10720010/271220/0022119 (решение от 29.11.2022), 10620010/290621/0136492 (решение от 28.11.2022), 10620010/230621/0130825 (решение от 28.11.2022), 10719120/280520/0008045 (решение от 28.11.2022), 10620010/260321/0060989 (решение от 25.11.2022), 10620010/180421/0077509 (решение от 25.11.2022), 10620010/140421/0075436 (решение от 25.11.2022), 10620010/200421/0079497 (решение от 25.11.2022), 10620010/170721/0152524 (решение от 24.11.2022), 10719120/250720/0011597 (решение от 24.11.2022), 10620010/120721/014863 (решение от 01.12.2022), 10720010/021120/0008396 (решение от 01.12.2022), 10620010/180721/0152880 (решение от 01.12.2022), 10620010/130521/0096316 (решение от 01.12.2022), 10620010/100221/0027642 (решение от 01.12.2022), 10620010/300621/0138814 (решение от 01.12.2022), принятых на основании акта камеральной таможенной проверки No10607000/210/280922/А000150/000 от 28.09.2022 и уведомлений о не уплаченных в установленный срок суммах таможенных платежей, специальных, антидемпинговых, компенсационных пошлин, процентов и пеней.

Обязать Иркутскую таможню устранить нарушение законных прав и интересов общества с ограниченной ответственностью «Альтаир» в соответствии с нормами действующего законодательства. 

Взыскать с Иркутской таможни (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Альтаир» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) 57000 руб. расходов по уплате государственной пошлины.

Решение может быть обжаловано в Четвертый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия.

Судья                                                                                                            С.И. Гущина