АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru   e-mail: info@faspo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-2685/2023

Дело № А55-31463/2021

г. Казань

27 апреля 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 20 апреля 2023 года.

Полный текст постановления изготовлен 27 апреля 2023 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Самсонова В.А.,

судей Коноплёвой М.В., Третьякова Н.А.,

в отсутствие лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью  «Оптима-Самара» 

на решение Арбитражного суда Самарской области от 20.09.2022 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.01.2023

по делу № А55-31463/2021

по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью  «Оптима-Самара» к ФИО1 о привлечении к субсидиарной ответственности,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Самарской области от 27.06.2019 общество с ограниченной ответственностью «Елисеич» (далее – общество «Елисеич», должник) по делу № А55-13201/2019 признано несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре банкротства ликвидируемого должника, в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО2. 

Определением Арбитражного суда Самарской области в рамках дела № А55-13201/2019 включено требование общества с ограниченной ответственностью «Торговая компания Оптима-Волга» в сумме 3 895 798,25 руб. в третью очередь реестра требований кредиторов общества «Елисеич». 

Определением суда от 12.07.2019 по делу № А55-13201/2019 завершена процедура конкурсного производства в отношении общества «Елисеич». 

Общество ТК «Оптима-Волга» обратилось в Арбитражный суд Самарской области с заявлением о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности по денежным обязательствам общества «Елисеич» путем взыскания в пользу истца денежных средств в размере 3 593 991,93 руб. 

Определением суда от 17.05.2022 произведена замена стороны по настоящему делу – общества ТК «ОптимаВолга» на его правопреемника общество «Оптима-Самара». 

По результатам рассмотрения обособленного спора Арбитражный суд Самарской области вынес решение 20.09.2022 об отказе в удовлетворении заявленных требований.

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.01.2023 решение суда первой инстанции от 20.09.2022 оставлено без изменения.

Не согласившись с вынесенными судебными актами по настоящему делу, истец обратился в Арбитражный суд Поволжского округа с кассационной жалобой, в которой, ссылаясь на несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела и неправильное применение норм материального права, просил указанные решение суда первой инстанции от 20.09.2022 и постановление апелляционного суда от 23.01.2023 отменить, дело направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

По мнению заявителя кассационной жалобы, судами при рассмотрении дела было неверно распределено бремя доказывания, поскольку ФИО1 участия в рассмотрении дела не принимала, доводов истца не опровергла. Кроме того, по мнению кассатора, выводы судов об отсутствии у общества «Елисеич» признаков объективного банкротства в указанный истцом период противоречит указанным истцом судебным актам, подтверждающим наличие у должника непогашенной задолженности. Кассатор также обращает внимание на допущенное судом первой инстанции процессуальное нарушение, выразившееся в вынесении решения по существу спора в предварительном судебном заседании без вынесения определения об окончании подготовки к судебному разбирательству и назначения судебного заседания по существу спора.

Заявитель кассационной жалобы и иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Арбитражного суда Поволжского округа и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы и проверив в соответствии с пунктом 1 статьи 286 АПК РФ правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, судебная коллегия считает обжалуемые судебные акты подлежащими оставлению без изменения по следующим основаниям.

Обращаясь с заявлением о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, общество «Оптима-Самара» в качестве основания своих требований ссылалось на неисполнение ответчиком как директора должника обязанности руководителя обратиться в арбитражный суд с заявлением должника о признании общества «Елисеич» несостоятельным (банкротом) не позднее 24.07.2015, поскольку должник стал отвечать признакам неплатежеспособности начиная с 23.03.2015, когда задолженность составила 301 806,32 руб.

По мнению истца, неплатежеспособность должника в обозначенный период подтверждается вступившими в законную силу решениями Арбитражного суда Самарской области по делам № А55-34828/2018, А55?36123/2018, А55-37434/2018, А55-1496/2019.

Рассматривая настоящий спор, суды первой и апелляционной инстанции исходили из того, что вменяемые ответчику обстоятельства имели место до 01.07.2017, в связи с чем к спорным правоотношениям применимы материально-правовые нормы Закона о банкротстве об ответственности контролирующего должника лиц без учета изменений, внесенных Законом № 266-ФЗ.

Как установлено судами и следует из материалов дела, руководителем (директором) должника в период с 27.05.2015 по 02.04.2019 года являлась ФИО1.

Согласно пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если: удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; органом, уполномоченным собственником имущества должника – унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества. 

Пункт 2 статьи 9 Закона о банкротстве устанавливает, что заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

Рассматривая требование общества «Оптима-Самара» о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника за неисполнение обязанности по обращению в суд с заявлением должника о несостоятельности (банкротстве), суды указали, что в соответствии с положениями статей 2 и 9 Закона о банкротстве истец обязан представить доказательства не просто существования у должника задолженности перед кредиторами, а наличие оснований, обязывающих руководителя обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом, в частности, наличие у должника признаков неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества, либо наличие других обстоятельств, предусмотренных Законом о банкротстве.

Применительно к рассматриваемому случаю для привлечения бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности с учетом положений статьи 9 Закона о банкротства заявитель в силу части 1 статьи 65 АПК РФ обязан доказать, когда именно у ФИО1 возникла обязанность подачи заявления о признании должника банкротом; а также какие неисполненные обязательства возникли у должника после истечения срока обязанности для подачи заявления в суд и до даты возбуждения дела о банкротстве должника. Недоказанность хотя бы одного из названных обстоятельств влечет отказ в удовлетворении заявления.

Судами установлено, что истец в качестве обстоятельств, являющихся основанием возникновения обязанности руководителя должника обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом, ссылался на образование у должника по состоянию на 24.07.2015 формальных признаков банкротства.

Доказательствами неплатежеспособности должника, по мнению истца, являются решения Арбитражного суда Самарской области по делам №№ А55-34828/2018, А55-36123/2018, А55-37434/2018, А55-1496/2019, которые свидетельствуют, что общество «Елисеич» в рассматриваемый период не имело возможности добровольно погашать возникшую задолженность, а бремя текущих обязательств только нарастало, что требовало от ФИО1 заблаговременно обратиться в суд с заявлением о банкротстве, предотвратив таким образом нарастание этой самой задолженности у должника. Истец также указал, что в период с 15.10.2018 по 08.02.2019 в адрес общества «Елисеич» им была поставлена продукция на сумму 3 895 798,25 руб., задолженность за которую позднее была включена в реестр требований кредиторов должника.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 16.05.2019 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) общества «Елисеич», решением от 27.06.2019 должник признан несостоятельным (банкротом) с открытием в отношении него процедуры конкурсного производства.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (часть 2 пункта 3 статьи 56 Закона о банкротстве), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями. 

К числу лиц, на которые может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам признанного несостоятельным (банкротом) юридического лица, относится, в частности, руководитель данного юридического лица. 

Применение указанных норм права допустимо при доказанности следующих обстоятельств: надлежащего субъекта ответственности, которым является собственник, учредитель, руководитель должника, иные лица, которые имеют право давать обязательные для должника указания либо иным образом имеют возможность определять его действия; факта несостоятельности (банкротства) должника, то есть признания арбитражным судом или объявления должника о своей неспособности в полном объеме удовлетворять требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей; наличия причинной связи между обязательными указаниями и действиями указанных лиц и фактом банкротства должника, поскольку они могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями, при этом следует учитывать, что возложение на них ответственности за бездействие исключается.

Ответственность контролирующих лиц и руководителя должника является гражданско-правовой, в связи с чем, возложение на ответчика обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам статьи 15 ГК РФ. 

Для привлечения виновного лица к гражданско-правовой ответственности в форме возмещения убытков истцу необходимо доказать наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, вину причинителя вреда. Удовлетворение заявления о привлечении контролирующих лиц и руководителя должника возможно при доказанности совокупности условий ответственности. 

Согласно пункту 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление Пленума от 21.12.2017 № 53) под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством. 

Однако в деле отсутствуют обстоятельства, обосновывающие наличие причинно-следственной связи между перечисленными в заявлении общества «Оптима-Самара» действиями и бездействием бывшего руководителя ФИО1, выразившемся в неподаче заявления о признании должника банкротом и фактически наступившим объективным банкротством должника.

При рассмотрении дела истцом не представлено доказательств того, что в результате действий ФИО1 должник стал отвечать признакам несостоятельности (банкротства). 

Отклоняя доводы о возникновении о введении ФИО1 истца в заблуждение относительно финансовой устойчивости должника, суды указали, что истец вступил в правоотношения с должником гораздо ранее даты, с которой он связывает обязанность ответчика обратиться в суд с заявлением о банкротстве. Доказательств того, что ответчик при заключении договора поставки № 30/Е от 01.05.2013 вводил истца в заблуждение, неверно информировал о финансовой деятельности общества, не представлено, равно как и не представлено подтверждения того, что в случае обращения ответчика в арбитражный суд с заявлением в указанный срок задолженность перед истцом была бы погашена. 

Судами также указано, что сам по себе факт наличия у должника перед кредитором задолженности не может свидетельствовать о наступлении признаков объективного банкротства, а, соответственно, и обязанности по обращению в суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом)

С учетом этого суды пришли к выводу, что наличие лишь факта не обращения в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом не является достаточным основанием для возложения субсидиарной ответственности на ответчика. 

Отклоняя доводы истца о наличии у общества «Елисеич» на указанную истцом дату (24.07.2015) признаков несостоятельности (банкротства), подтвержденных вступившими в законную силу решениями судов по делам № А55-34828/2018, А55-36123/2018, А55-37434/2018, А55-1496/2019, суды указали, что из содержания указанных судебных актов следует, что правоотношения между должником и кредиторами не существовали на указанную истцом дату (24.07.2015), поскольку положенные в основу вынесенных судом решений договоры были заключены и поставка товара осуществлена позднее даты 24.07.2015, с которой истец связывает истечение срока на исполнение ответчиком обязанности по обращению в суд с заявлением о несостоятельности (банкротстве) должника.

Кроме того, предметом оценки судов стало поведение самой ФИО1, которая в порядке подготовки к общему собранию участников общества «Елисеич» представила единственному участнику должника - обществу «Елисейский» (100% уставного капитала) разработанный ею экономически обоснованный календарный план по реструктуризации кредиторской задолженности общества «Елисеич», направленный на преодоление финансовых затруднений должника. 

Как установлено судами, вопрос об утверждении плана был поставлен на голосование перед участником общества, собрание участников общества было проведено в сроки, установленные уставом общества, то есть 07.03.2019. 

В результате единственным участником общества представленный ФИО1 план по реструктуризации задолженности утвержден не был по мотиву отсутствия признаков существенного ухудшения финансового состояния должника и возможностью удовлетворения требований кредиторов в полном объеме на условиях отсрочки по выплате задолженности либо возврата товара. 

В связи с отказом единственного участника утвердить представленный план и наличием требований кредиторов о выплате задолженности 02.04.2019 ФИО1 было подано заявление об увольнении по собственному желанию.

При этом единственным участником должника 03.04.2019 было принято решение о добровольной ликвидации общества. Ликвидационной комиссией были приняты меры по выявлению кредиторов и обоснованности их требований, однако 07.05.2019 кредитором должника ООО «Волга-Продукт» было подано заявление о признании общества «Елисеич» несостоятельным (банкротом). 

С учетом этого судами сделан вывод о том, что принятые ФИО1 как руководителем должника меры были разумными и достаточными, однако её вина в том, что предложенный ФИО1 план вывода общества «Елисеич» из кризисной ситуации, не был принят и реализован, отсутствует.

Определяя дату возникновения признаков неплатежеспособности должника, суды пришли к выводу, что момент возникновения обстоятельств, указанных в абзаце втором части 1 статьи 9 Закона о банкротстве, то есть дата наступления обязанности руководителя по подаче заявления в суд совпала с датой принятия Арбитражным судом Самарской области заявления кредитора ООО «Волга-Продукт» о признании должника - несостоятельным (банкротом).

С учетом установленных обстоятельств суды пришли к выводу о том, что заявителем не доказано наличие совокупности обстоятельств, составляющих основания опровержимых презумпций доведения должника до банкротства, закрепленных в пункте 1 статьи 61.11. Закона о банкротстве, а также совокупности обстоятельств, необходимых для привлечения бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности по основаниям, указанным в пункте 1 статьи 61.12. Закона о банкротстве.

Суд апелляционной инстанции, отклоняя доводы истца о неверном распределении бремени доказывания между сторонами и не опровергнутой в связи с этим презумпции доведения должника до банкротства, указал, что с учетом разъяснений пункта 56 постановления Пленума от 21.12.2017 № 53 истец не доказал того, что невозможность погашения требований кредиторов возникла вследствие действий (бездействия) ФИО1, в связи с чем отсутствуют основания для применения презумпции доведения должника до банкротства и перехода бремени опровержения утверждений на ФИО1 как привлекаемое к ответственности лицо.

Дополнительно суда апелляционной инстанции отметил, что в рамках дела № А55-13201/2019 о несостоятельности (банкротстве) общества «Елисеич» конкурсным управляющим ФИО2 установлено отсутствие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности руководителя должника за неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд.

Суд округа оснований для отмены принятых судебных актов по приведенным в кассационной жалобе доводам не находит.

Верховным Судом Российской Федерации в определении от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757 (2,3) изложена правовая позиция, согласно которой субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью ответственности гражданско-правовой, в связи с чем материально-правовые нормы о порядке привлечения к данной ответственности применяются на момент совершения вменяемых соответствующим лицам действий (возникновения обстоятельств, являющихся основанием для привлечения данных лиц к ответственности).

С учетом того, что обстоятельства, которые указаны заявителями в качестве оснований для привлечения к субсидиарной ответственности за неисполнение с 24.07.2015 обязанности по подаче заявления о признании должника банкротом, имели место до вступления в силу Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Федеральный закон № 266-ФЗ), которым Закон о банкротстве дополнен главой III.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве», настоящий спор подлежал рассмотрению с применением норм материального права, предусмотренных статьей 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части противодействия незаконным финансовым операциям» (далее - Федеральный закон № 134-ФЗ).

Закон о банкротстве в редакции как Федерального закона № 134-ФЗ, так и в редакции Федерального закона № 266-ФЗ предусматривал возможность привлечения контролирующего лица к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о признании должника банкротом. Несмотря на последовательное внесение законодателем изменений в положения, регулирующие спорные отношения, правовая природа данного вида ответственности сохранилась.

Согласно пункту 2 статьи 9 Закона о банкротстве заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 этой статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

Пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции, применяемой к спорным правоотношениям, установлено, что нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 названного Закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых Законом о банкротстве возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 названного Закона.

Данные нормы права касаются недобросовестных действий руководителя должника, который, не обращаясь в арбитражный суд с заявлением должника о его собственном банкротстве при наличии к тому оснований, фактически скрывает от кредиторов информацию о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица; подобное поведение руководителя влечет за собой принятие уже несостоятельным должником дополнительных долговых реестровых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, влечет заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения. 

Одним из правовых механизмов, обеспечивающих защиту кредиторов, не осведомленных по вине руководителя должника о возникшей существенной диспропорции между объемом обязательств должника и размером его активов, является возложение на такого руководителя субсидиарной ответственности по новым гражданским обязательствам при недостаточности конкурсной массы (пункт 2 практики применения положений законодательства о банкротстве Судебной коллегии по экономическим спорам Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 06.07.2016).

По смыслу пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона № 134-ФЗ, разъяснений, данных в пункте 9 постановления Пленума от 21.12.2017 № 53, при исследовании совокупности обстоятельств, входящих в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной названной нормой, следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве. 

Если руководитель должника докажет, что, несмотря на временные финансовые затруднения (в частности, возникновение признаков неплатежеспособности) добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил максимальные усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель освобождается от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным.

Как правильно отмечено судами, само по себе наличие неисполненных обязательств перед кредиторами не влечет безусловной обязанности руководителя должника - юридического лица обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом. Наличие у должника задолженности не может рассматриваться как безусловное доказательство начала возникновения у должника какого-либо обязательства перед конкретным кредитором для целей определения необходимости обращения руководителя должника в суд с заявлением о признании должника банкротом в соответствии с абзацем вторым пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Ухудшение финансового состояния юридического лица не отнесено статьей 9 Закона о банкротстве к обстоятельствам, обязывающим руководителя обратиться в арбитражный суд с заявлением должника. Показатели, с которыми законодатель связывает обязанность должника по подаче в суд заявления о собственном банкротстве, должны объективно отображать наступление критического для должника финансового состояния, создающего угрозу нарушений прав и законных интересов других лиц.

Установив, что у руководителя должника имелся план по улучшению финансового состояния должника, который являлся разумным с точки зрения обычного руководителя, однако не был принят к реализации не по вине ответчика (ФИО1), что послужило причиной её увольнения с постав руководителя должника, суды пришли к правомерному выводу об отсутствии оснований для привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности по указанному основанию.

Кроме того, согласно разъяснениям, приведенным в абзаце четвертом пункта 14 постановления Пленума № 53, по общему правилу, при определении размера субсидиарной ответственности руководителя не учитываются обязательства перед кредиторами, которые в момент возникновения обязательств знали или должны были знать о том, что на стороне руководителя должника уже возникла обязанность по подаче заявления о банкротстве. 

Это правило не применяется по отношению к обязательствам перед кредиторами, которые объективно вынуждены были вступить в отношения с должником либо продолжать существующие (недобровольные кредиторы), например, уполномоченный орган по требованиям об уплате обязательных платежей, кредиторы по договорам, заключение которых являлось для них обязательным, кредиторы по деликтным обязательствам (по смыслу статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункта 3 статьи 61.12 Закона о банкротстве).

В рассматриваемом случае истец не ссылается на доказательства, подтверждающие то, что он являлся недобровольным кредитором, заключение договора поставки с должником являлось для него обязательным и он не мог отказаться от исполнения ранее заключенного с должником договора.

Оценив по правилам статьи 71 АПК РФ представленные в материалы дела доказательства, доводы и возражения лиц, участвующих в деле, суды пришли к правомерному выводу о недоказанности обстоятельств, являющихся основанием для привлечения бывшего руководителя к субсидиарной ответственности по заявленным основаниям.

Суд кассационной инстанции по результатам рассмотрения кассационной жалобы считает, что выводы судов об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований сделаны на основании исследования и совокупной оценки приведенных доводов и представленных доказательств, исходя из конкретных обстоятельств дела; выводы судов соответствуют установленным фактическим обстоятельствам обособленного спора и имеющимся в деле доказательствам.

Доводы, изложенные в кассационной жалобе, подлежат отклонению, поскольку являлись предметом исследования и оценки судов, направлены на переоценку доказательств и установление фактических обстоятельств, отличных от тех, которые были установлены судами, по причине несогласия заявителя жалобы с результатами указанной оценки судов, что не входит в круг полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, перечисленных в статьях 286, 287 АПК РФ.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 286, 289, 290  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Самарской области от 20.09.2022 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.01.2023 по делу № А55-31463/2021 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения. 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий судья                                            В.А.  Самсонов 

 

Судьи                                                                                    М.В. Коноплёва 

 

                                                                                              Н.А. Третьяков