Арбитражный суд

Ханты-Мансийского автономного округа - Югры

ул. Мира д. 27, г. Ханты-Мансийск, 628011, тел. (3467) 95-88-71, сайт http://www.hmao.arbitr.ru

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

РЕШЕНИЕ

Дело № А75-5581/2018

13 июня 2018 года

г. Ханты-Мансийск

Резолютивная часть решения оглашена 05 июня 2018 г.

Решение изготовлено в полном объеме 13 июня 2018 г.

 

Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры в составе судьи Дроздова А.Н. при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, рассмотрев в судебном заседании дело по заявлению общества с ограниченной ответственностью "ТОГИС" к Северо-Уральскому управлению Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору (Ростехнадзора)  об оспаривании постановления о привлечении к административной ответственности от 09.04.2018,

при участии:

от заявителя: ФИО2, руководитель, ФИО3, доверенность от 01.05.2018, ФИО4, доверенность от 01.05.2018,

у с т а н о в и л:

в арбитражный суд поступило заявление общества с ограниченной ответственностью "ТОГИС" (далее - заявитель, общество, ООО «ТОГИС») к Северо-Уральскому управлению Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору (Ростехнадзора) (далее - административный орган, Управление Ростехнадзора) об оспаривании постановления о привлечении к административной ответственности от 09.04.2018 по делу № 0135-5813-2018.

          По мнению заявителя, Управлением Ростехнадзора обстоятельства совершения правонарушения и виновность лица не устанавливались. При этом указывает, что заявитель не является организацией, осуществляющей производство буровых работ, не является пользователем недр или организацией, эксплуатирующей опасные производственные объекты, следовательно, не могло контролировать ход производства буровых работ, поскольку не обладает специальными познаниями, необходимыми для осуществления контроля  буровых работ и качества выполнения таких работ. В судебном заседании доводы заявления поддержаны в полном объеме.

Возражая против удовлетворения заявленного требования, административный орган представил отзыв, согласно которому, со стороны общества не было обеспечено проведение надлежащего производственного контроля за соблюдением работниками общества, осуществляющими работы на опасном производственном объекте - "Участок ведения буровых работ по ХМАО - Югре филиала ООО "Интегра-Бурения" требований промышленной безопасности, что повлекло аварийную ситуацию на указанном объекте.

Судебное заседание проведено по правилам статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие представителя административного органа, надлежащим образом извещенного о времени и месте судебного заседания.

Заслушав пояснения представителей заявителя, исследовав материалы дела, судом установлены следующие обстоятельства. 

Заявитель в соответствии с договором № 7371716/0741Д, заключенным 18.08.2016 с акционерным обществом «Нижневартовское нефтегазодобывающее предприятие» (далее – АО «ННП»), осуществлял работы по геолого-технологическим исследованиям при бурении в объеме и в сроки, определяемые наряд-заказами (т.1 л.д.68-96).

АО «ННП» является недропользователем Ван-Еганского месторождения и заказчиком работ по бурению скважин, для выполнения которых заключены договоры от 05.02.2017 № 7371717/0092Д с ООО «Интегра-Бурение», а также с ПАО «Варьеганнефтегаз» от 01.01.2017 № 7371116/1014Д/73116/0891Д об оказании комплекса услуг и ряд иных.

10.08.2017 при проведении работ на скважине № 1825 кустовой площадки № 50 произошла авария с выбросом бурового раствора и газа, воспламенением газовоздушной смеси и пожаром с повреждением и уничтожением имущества организаций, причинением вреда здоровья работникам и гибели одного из них.

Ханты-Мансийской межрайонной природоохранной прокуратурой во исполнение поручения прокуратуры автономного округа проведена проверка по факту аварии, произошедшей 10.08.2017 на кустовой площадке № 50 нефтегазоконденсатного Ван-Еганского месторождения. В ходе поверки установлено, что причиной явилось неконтролируемое поступление из пласта в скважину природного газа, которое привело к выбросу смеси бурового раствора и природного газа из внутренней полости бурильной колонны и затрубного пространства между бурильной и обсадной колоннами и поступлением газа из скважины на поверхность.

Для установления причин аварии создана комиссия, результаты работы которой изложены в акте технического расследования причин аварии на опасном производственном объекте, происшедшей 10.08.2017 (т.1 л.д.98-150).

Информация о допущенных нарушениях направлена прокуратурой в Управление Ростехнадзора.

По  факту выявленных  нарушений 26.03.2018 в отношении общества составлен протокол об административном правонарушении № 0135-5813-2018, в котором обществу вменены следующие нарушения обязательных требований промышленной безопасности на опасном производственном объекте:

отсутствие оперативного оповещения супервайзера заказчика и бурового мастера при отклонении от проектных параметров. Оператор станции ГТИ после однократного уведомления буровой бригады по громкой связи о недостаточном объеме доливаемой жидкости, не взял на себя управление доливом скважины и не предпринял мер по устранению этого нарушения;

не организован должный контроль над ходом производства буровых работ, качеством выполнения этих работ, технологических процессов и операций, качеством используемых материалов и технических средств;

ненадлежащая организация производственного контроля за соблюдением требований промышленной безопасности при эксплуатации опасного производственного объекта (т.1 л.д.54-57).

Постановлением от 09.04.2018 по делу об административном правонарушении        № 0135-5813-2018 общество признано виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 9.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее - КоАП РФ), ему назначено наказание в виде административного штрафа в размере 300 000 рублей (т.1 л.д.46-50). 

Не согласившись с постановлением, заявитель обратился с рассматриваемым заявлением в суд.

В соответствии с частью 6 статьи 210 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дела об оспаривании решения административного органа о привлечении к административной ответственности арбитражный суд в судебном заседании проверяет законность и обоснованность оспариваемого решения, устанавливает наличие соответствующих полномочий административного органа, принявшего оспариваемое решение, устанавливает, имелись ли законные основания для привлечения к административной ответственности, соблюден ли установленный порядок привлечения к ответственности, не истекли ли сроки давности привлечения к административной ответственности, а также иные обстоятельства, имеющие значение для дела.

При рассмотрении дела об оспаривании решения административного органа арбитражный суд не связан доводами, содержащимися в заявлении, и проверяет оспариваемое решение в полном объеме (часть 7 статьи 210 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Частью 1 статьи 9.1 КоАП РФ установлена административная ответственность за нарушение требований промышленной безопасности или условий лицензий                          на осуществление видов деятельности в области промышленной безопасности опасных производственных объектов.

В соответствии с частью 1 статьи 6 Федерального закона от 21.07.1997 № 116-ФЗ «О промышленной безопасности опасных производственных объектов» (далее – Закон № 116-ФЗ) к видам деятельности в области промышленной безопасности относятся проектирование, строительство, эксплуатация, реконструкция, капитальный ремонт, техническое перевооружение, консервация и ликвидация опасного производственного объекта; изготовление, монтаж, наладка, обслуживание и ремонт технических устройств, применяемых на опасном производственном объекте; проведение экспертизы промышленной безопасности; подготовка и переподготовка работников опасного производственного объекта в необразовательных учреждениях.

Обществу вменено нарушение части 1 статьи 9 Закона № 116-ФЗ, подпункта «а» пункта 11 постановления Правительства Российской Федерации от 10.03.1999 № 263, выразившееся в ненадлежащей организации производственного контроля за соблюдением требований промышленной безопасности при эксплуатации опасного производственного объекта.

По мнению суда, административный орган при описании события административного правонарушения в данной части указал общую формулировку, не позволяющую определить деяние, за которое общество привлечено к ответственности.

Так, в части 1 статьи 9 Закона № 116-ФЗ перечислены обязанности, возложенные на организацию, эксплуатирующую опасный производственный объект, в том числе, организация и осуществление производственного контроля за соблюдением требований промышленной безопасности.

В силу части 1 статьи 55.25 Градостроительного кодекса Российской Федерации в случае, если иное не предусмотрено федеральным законом, лицом, ответственным за эксплуатацию здания, сооружения, является собственник здания, сооружения или лицо, которое владеет зданием, сооружением на ином законном основании (на праве аренды, хозяйственного ведения, оперативного управления и другое) в случае, если соответствующим договором, решением органа государственной власти или органа местного самоуправления установлена ответственность такого лица за эксплуатацию здания, сооружения, либо привлекаемое собственником или таким лицом в целях обеспечения безопасной эксплуатации здания, сооружения на основании договора физическое или юридическое лицо.

Как следует из текста оспариваемого постановления владельцем опасного производственного объекта «Участок ведения буровых работ по ХМАО-Югра филиала ООО «Интегра-Бурение в г. Нижневартовск», зарегистрированного в государственном реестре опасных производственных объектов за № А757-01200-0026, являлось ООО «Интегра-Бурение». Следовательно, общество не являлось лицом, эксплуатирующим опасный производственный объект.

Привлечение к производству строительных работ по геолого-технологическим исследованиям при бурении ООО «ТОГИС» само по себе никак не свидетельствует об эксплуатации данной организацией опасного производственного объекта, поскольку основанием для признания организации лицом, эксплуатирующим опасный производственный объект, является отношение лица к самому объекту (наличие вещного права, договора на эксплуатацию объекта, иные). 

Административный же орган при определении лица, эксплуатирующего опасный производственный объект, исходил из наличия договорных отношений, направленных на выполнение определенных работ на объекте, при этом данные отношения сложились между лицом, обладающим правами по отношению к объекту – АО «ННП» и лицом, привлеченным к выполнению работ, но не обладающим никакими правами по отношению к объекту – ООО «ТОГИС».

Таким образом, административным органом при определении субъекта административного правонарушения и описании события правонарушения в отношении него допущена ошибка, приведшая к привлечению к ответственности лица, не подлежащего привлечению к ответственности, как не являющегося лицом, эксплуатирующим опасный производственный объект.

В соответствии с пунктом 2 части 1 статьи 24.5 КоАП РФ производство по делу об административном правонарушении не может быть начато, а начатое производство подлежит прекращению при отсутствии состава административного правонарушения.

Кроме того, судом также установлены и иные нарушения, допущенные административным органом при вынесении оспариваемого постановления.

Так, согласно тексту постановления заявителю вменено следующее: 

«Нарушение требований РД 153-39.0-069-01, ГОСТ Р 53375-2016, выразившееся в отсутствии оперативного оповещения супервайзера заказчика и бурового мастера при отклонении от проектных параметров. Оператор станции ГТИ после однократного уведомления буровой бригады по громкой связи о недостаточном объеме доливаемой жидкости, не взял на себя управление доливом скважины и не предпринял мер по устранению этого нарушения».

Во-первых, административным органом не приведены конкретные нормы законодательства, нарушенные обществом.

Пункт 4.2 Технической Инструкции по проведению геолого-технологических исследований нефтяных и газовых скважин. РД 153-39.0-069-01, утвержденной приказом Минэнерго РФ от 09.02.2001 № 39 (далее - РД 153-39.0-069-01), содержит норму, закрепляющую общее положение о диагностике предаварийных ситуаций.

В свою очередь, пунктом 8.4.1. РД 153-39.0-069-01 предусмотрено, что вопросы выдачи, согласования, дублирования и передачи поданных рекомендаций на вышестоящие уровни Заказчику и порядок принятия решений по рекомендациям регламентируется в Техническом задании, согласованном с Заказчиком и являющемся неотъемлемой частью Контракта (заключенного с организацией, осуществляющей геолого-технологических исследований)

Оперативные сообщения выдаются персоналом партии ГТИ по запросу руководителя работ на буровой или бурильщика, а также по собственной инициативе.

Пунктом 8.4.4. РД 153-39.0-069-01 установлены рекомендации по предупреждению аварийных ситуаций, в частности, определено, что критерий формирования и выдачи аварийных рекомендаций регламентируется в Техническом задании, согласованном с Заказчиком и являющимся необходимой частью Контракта.

          Аварийными ситуациями считаются, в том числе, поглощение или приток бурового раствора в процессе спуско-подъемных операций.

При отклонении параметров от указанных в Техническом задании оператор предупреждает об этом представителей Заказчика и буровой бригады.

Оперативные сведения и рекомендации, согласно пункту 8.5.2. РД 153-39.0-069-01, передаются по мере необходимости через АТС или ГТС руководителю работ на буровой (супервайзеру, буровому мастеру), а при их отсутствии - непосредственно бурильщику. Передача всех без исключения оперативных сведений и рекомендаций оформляется параллельно записью в "Рабочем журнале по проведению ГТИ" (Приложение М).

Пунктом 17 Плана работ проведения ГИС на бурильном инструменте комплексом КАСП-А2 в скважине № 1825 куст № 50 Ван-Ёганского месторождения закреплено, что оператор ГТИ непрерывно контролирует СПО АВТОНОМА. При выявлении фактов несоблюдения параметров СПО немедленно ставят об этом в известность бурильщика и супервайзера.

Согласно пояснениям представителей общества, рабочий журнал по проведению ГТИ сгорел во время пожара на буровой. Однако, акт расследования содержит сведения об оповещении оператором ГТИ супервайзера и бурового мастера о недоливе жидкости в скважину при подъеме бурового оборудования (т.1 л.д.117 ).

Также из пояснений представителей заявителя следует, что вся информация о недоливе раствора в скважину, поступавшая оператору ГТИ, одновременно выводилась на монитор, расположенный на буровой, вместе с иной информацией, поскольку в соответствии с пунктами 2.2, 2.9, 2.10 приложения № 3.5 к договору, заключенному ООО «ТОГИС» и АО «ННП», при оборудовании станции ГТИ было устанволено оборудование для одновременной передачи актуальных данных в режиме реального времени на буровую супервайзеру и бурильщикам (т.1 л.д.17-19).

В акте технического расследования указано, что на буровой смонтированы 20 датчиков ГТИ, телефонная связь, система видеонаблюдения, локальной сетью обеспечены представители ПАО «Варьеганнефтегаз» и ООО «Интегра-Бурение» (т.1 л.д.108).

Ни план работ, ни нормативные правовые акты не содержат права или обязанности оператора ГТИ взять на себя управление доливом скважины и предпринять меры по устранению этого нарушения (недолив скважины промывочной жидкостью).

Наоборот, пункт 23 названного Плана работ содержит указание на должностных лиц, отвечающих за долив скважины промывочной жидкости и поддержание её уровня до устья скважины во время подъема бурового инструмента, - буровой мастер, инженер по растворам.

Таким образом, вменение обществу в качестве нарушения отсутствие оперативного оповещения супервайзера заказчика и бурового мастера при отклонении от проектных параметров, а также не принятие на себя управление доливом скважины и не принятие мер по устранению нарушения – недостаточного объема доливаемой жидкости, является необоснованным.

Сведения об опровержении показаний оператора ГТИ показаниями бурильщика и супервайзера, с одной стороны, не влияют на общий вывод, поскольку именно на данных должностных лиц возложена обязанность осуществления контроля за выполнением буровых работ, во-вторых, данные лица обладали необходимой информацией в полном объеме, поскольку все сведения. получаемые оператором ГТИ, одновременно транслировались на монитор, расположенный на буровой, в-третьих, в акте технического расследования имеются противоречии, поскольку в нем приводится как описание и утверждение голосового информирования супервайзера и мастера, так и данные из объяснений супервайзера и бурильщика.

Административным органом обществу вменено и нарушение пунктов 108, 181, 285 Федеральных норм и правил в области промышленной безопасности «Правила безопасности в нефтяной и газовой промышленности», утвержденных приказом Ростехнадзора от 12.03.2013 № 101 (далее – Правила безопасности), что выразилось в неорганизации должного контроля над ходом производства буровых работ, качеством выполнения этих работ, технологических процессов и операций, качеством используемых материалов.

В соответствии с пунктом 108 Правила безопасности, контроль за ходом производства буровых работ, качеством выполнения этих работ, технологических процессов и операций, качеством используемых материалов и технических средств, соблюдением безопасных условий труда должен осуществляться:

пользователем недр (заказчиком);

организацией, осуществляющей производство буровых работ; 

другими субъектами хозяйственной деятельности, уполномоченными пользователем недр.

Как видно, в постановлении процитирован пункт 108 Правил безопасности, однако действия или бездействие, которые бы вменялись обществу в вину, как нарушение названных норм Правил безопасности, не описаны.

Кроме того, пункт 108 Правил безопасности является нормой, содержащей в себе положение о соблюдении различных обобщенных требований при осуществлении буровых работ, а потому нарушение данной нормы не может быть вменено обществу без приведения 

Пунктом 181 Правил безопасности установлено, что в процессе проходки ствола скважины должны постоянно контролироваться следующие параметры:

вес на крюке с регистрацией на диаграмме или регистрацией электронными средствами хранения информации;

плотность, структурно-механические и реологические свойства бурового раствора с регистрацией в журнале или регистрацией электронными средствами хранения информации;

расход бурового раствора на входе и выходе из скважины;

температура бурового раствора на выходе из скважины;

давление в манифольде буровых насосов;

давление на буровом штуцере (при бурении с контролем обратного давления);

уровень раствора в приемных и доливной емкостях в процессе углубления, при промывках скважины и проведении спускоподъемных операций;

крутящий момент на роторе при роторном способе бурения.

Показатели веса на крюке, давления в манифольде буровых насосов, величина крутящего момента на роторе, расход бурового раствора на входе и выходе из скважины, уровень раствора в приемных емкостях должны находиться в поле зрения бурильщика и регистрироваться электронными средствами, обеспечивающими возможность хранения информации не менее 3 месяцев и ее передачу в Ростехнадзор.

          Пунктом 285 Правил установлено, что подъем бурильной колонны при наличии сифона или поршневания запрещается. При их появлении подъем следует прекратить, провести промывку с вращением и расхаживанием колонны бурильных труб.

При невозможности устранить сифон (зашламованность турбобура, долота, другие причины) подъем труб следует проводить на скоростях, при которых обеспечивается равенство извлекаемых объемов металла труб, жидкости и доливаемого в скважину раствора.

Пунктом 115 Правил безопасности предусмотрено, что при возникновении в процессе производства буровых работ осложнений (газонефтепроявления, поглощения, обвалы и другие) оперативные решения по отклонению от параметров, предусмотренных в рабочем проекте, принимаются буровым подрядчиком с последующим уведомлением заказчика.

Как видно, положения пунктов 181 и 285 Правил безопасности не касаются деятельности оператора ГТИ, поскольку регламентируют деятельность лиц, осуществляющих буровые работы и ответственных за их выполнение, а пункт 115 прямо указывает на ответственное должностное лицо.

Таким образом, оспариваемое постановление, с одной стороны, не содержит описания конкретных действий или бездействия, которые вменены обществу в качестве нарушения, с другой – перечисленные положения законодательства не возлагают на общество обязанности, нарушение которых было бы ему вменено.

При изложенных обстоятельствах, арбитражный суд пришел к заключению о необоснованности привлечения общества к административной ответственности ввиду отсутствия оснований для квалификации его действий по части 1 статьи 9.1 КоАП РФ. А также ввиду не отнесения общества к субъекту данного административного правонарушения.

В соответствии с частью 4 статьи 208 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заявление об оспаривании решения административного органа о привлечении к административной ответственности государственной пошлиной                      не облагается.

Руководствуясь статьями 67, 68, 71, 168-170, 176, 180, 181, 211 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры

РЕШИЛ:

постановление от 09.04.2018 № 0135-5813-2018 Северо-Уральского управления Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору (Ростехнадзора) о привлечении общества с ограниченной ответственностью "ТОГИС" к административной ответственности по части 1 статьи 9.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях признать незаконным и отменить.

Решение вступает в законную силу по истечении десяти дней со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.

Апелляционная жалоба может быть подана в Восьмой арбитражный апелляционный суд в течение десяти дней после принятия арбитражным судом первой инстанции обжалуемого решения через Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа - Югры.

Судья                                                                                       А.Н. Дроздов