АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ДАЛЬНЕВОСТОЧНОГО ОКРУГА

 

Пушкина ул., д. 45, г. Хабаровск, 680000, официальный сайт: www.fasdvo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ Ф03-2596/2023

04 июля 2023 года

г. Хабаровск

Резолютивная часть постановления объявлена 27 июня 2023 года.

Полный текст постановления изготовлен 04 июля 2023 года.

Арбитражный суд Дальневосточного округа в составе:

председательствующего судьи Никитина Е.О.

судей Сецко А.Ю., Чумакова Е.С.

при участии:

от ФИО1: ФИО2, представителя по доверенности от 26.12.2022;

от других участвующих в деле лиц представители не явились

рассмотрев в судебном онлайн - заседании кассационную жалобу финансового управляющего имуществом ФИО3 – ФИО4

на определение Арбитражного суда Приморского края от 30.01.2023, постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 21.04.2023

по делу № А51-21323/2017

по заявлению финансового управляющего имуществом ФИО3 – ФИО4

к ФИО1

о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности

заинтересованные лица: арбитражный управляющий ФИО5, ФИО6

в рамках дела о признании ФИО3               несостоятельным (банкротом)

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Приморского края от 29.04.2019 ФИО3 (далее также – должник) признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура  реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утверждена ФИО5.

Определением суда от 04.02.2021 ФИО5 освобождена от исполнения возложенных на нее обязанностей, новым финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО4.

В рамках данного дела о банкротстве гражданина 04.04.2022 финансовый управляющий ФИО4 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительной сделкой перечисления обществом с ограниченной ответственностью «Гермес» (далее – ООО «Гермес», общество) на банковские счета ФИО1 (далее также – ответчик) в период с мая 2018 года по май 2021 года денежных средств в общей сумме 8 143 200 руб. и применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ответчика в конкурсную массу ФИО3 4 191 600 руб.

К участию в обособленном споре привлечены арбитражный управляющий ФИО5 и ФИО6.

Определением суда от 30.01.2023 заявление удовлетворено частично. Совершенная за счет ФИО3 сделка по перечислению                      ООО «Гермес» в пользу ФИО1 424 200 руб. признана недействительной. Применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ответчика в конкурсную массу должника денежных средств в указанном размере. В удовлетворении заявленных требований в остальной части отказано.

Постановлением Пятого арбитражного апелляционного суда от 21.04.2023 определение суда от 30.01.2023 изменено. В удовлетворении заявления финансового управляющего отказано в полном объеме.

Не согласившись с определением и апелляционным постановлением, финансовый управляющий ФИО4 в кассационной жалобе просит их отменить и направить дело на новое рассмотрение. По мнению заявителя жалобы, поскольку перечисление ООО «Гермес» причитающихся должнику денежных средств осуществлено на банковский счет его представителя ФИО1 в размере 1 477 200 руб., а также их последующая передача ответчиком должнику производилась по распискам в частичном размере после введения в отношении последнего процедуры реструктуризации долгов гражданина, предварительное письменное согласие финансового управляющего на совершение таких платежей являлось обязательным. Приводит доводы о том, что с учетом опубликования сведений о введении в отношении ФИО3 процедуры банкротства, ООО «Гермес» и ФИО1 должны были располагать информацией о необходимости получения согласия финансового управляющего на совершение сделки. Ответчик знала, что в отношении ФИО3 введена процедура банкротства, учитывая ее личное участие в судебном заседании по вопросу включения в реестр требований кредиторов должника возникшей перед ней задолженности. Полагает, что недействительной является сделка, совершенная за счет должника, по перечислению 3 739 348 руб. в период процедур реструктуризации долгов (1 477 200 руб.) и реализации имущества (2 262 148 руб.), за минусом величины прожиточного минимума, установленного в регионе. Настаивает на недействительности оспариваемых арендных платежей как подозрительной сделки, учитывая у должника и ответчика одного экономического интереса в сокрытии получаемого ФИО3 дохода и его непередачи в конкурсную массу, а также сговора между бывшими супругами П-выми, подтверждающегося неисполнением обязательств по уплате алиментов с 20.03.2006. ФИО1, являясь взыскателем алиментов, содействовала такому поведению должника, поскольку, зная о доходах должника как минимум с 23.10.2015, сведений о них в службу судебных приставов-исполнителей не предоставляла, арендную плату принимала на свои банковские счета в обход исполнительных производств, после чего передавала бывшему супругу. Представленные расписки о передаче средств должнику следует квалифицировать как ничтожные в силу статей 10, 168, 174.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) и абзаца третьего пункта седьмого статьи 213.25 Федерального закона Российской Федерации от 26.10.2002 № 127-ФЗ                 «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве). Считает, что заявление о признании сделки недействительной подано в пределах годичного и трехлетнего сроков исковой давности, учитывая, что с даты утверждения финансовым управляющим им предпринимались активные действия по получению информации о доходах должника, в результате которых о договоре аренды от 03.05.2018 № 1, как и об оспариваемых платежах он узнал только 02.07.2021. Отмечает, что при исчислении срока исковой давности с 16.02.2021, в отношении платежей, совершенных после 01.04.2021, требования заявлены своевременно. Принимая во внимание ничтожность оспариваемых платежей и дату введения процедуры реализации имущества гражданина, трехгодичный срок исковой давности не пропущен.

ФИО3 и ФИО1 в возражениях на кассационную жалобу, представитель последней в судебном заседании, проведенном в соответствии со статьей 153.2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ, Кодекс) в режиме веб-конференции информационной системы «Картотека арбитражных дел», просили оставить обжалуемое постановление без изменения, в том числе указав, что ФИО1 является ненадлежащим ответчиком, требования относительно спорных платежей надлежит предъявлять к должнику; обстоятельства осведомленности финансового управляющего ФИО5 о наличии спорных платежей с 2019 года и непринятии ею мер по возврату денежных средств являлись предметом административных проверок.

Поскольку апелляционным судом определение суда первой инстанции изменено, проверке подлежит только апелляционное постановление.

Заслушав представителя ответчика, изучив материалы дела, проверив законность постановления от 21.04.2023, с учетом доводов кассационной жалобы и возражений на нее, Арбитражный суд Дальневосточного округа считает, что предусмотренные статьей 288 АПК РФ основания для его отмены (изменения) отсутствуют.

Как установлено арбитражными судами и следует из материалов дела, 03.05.2018 между ФИО3 (доля в праве – 1/2),              ФИО6 (доля в праве – 1/2) в лице ФИО1, действующей на основании доверенностей от 23.10.2015 № 25 АА 1527290 и от 26.02.2018 78 АБ 4487891 (арендодатели) и ООО «Гермес» (арендатор) заключен договор аренды № 1, по условиям которого арендодатели предоставили в аренду за плату арендатору производственно-складскую базу общей площадью 0,917 Га, с расположенным на нем зданием с пристройкой площадью 1 378,7 кв.м, адрес (местонахождение): 

<

...> Пригородная, д. 1, кадастровый (условный) номер: 25:28:000000:18020. Согласно пунктам 1 и 2 дополнительного соглашения от 03.05.2018 к договору аренды от 03.05.2018 № 1 арендная плата за помещение установлена в размере 240 000 руб. в месяц. Налоговым агентом выступает арендатор с соблюдением норм действующего законодательства Российской Федерации.

За период с мая 2018 года по май 2021 года арендатор, с учетом вычета налога на доходы физических лиц, перечислял по договору аренды от 03.05.2018 № 1 арендную плату на банковские счета ФИО1, открытые в публичном акционерном обществе «Сбербанк России» (счета                           № 40817810250004918864 и № 40817810550004918865) и Межрегиональном коммерческом банке развития связи и информатики (публичное акционерное общество) (счет № 40817810800001176226), по следующим платежным поручениям: от 03.05.2018 № 738 на сумму 104 400 руб. и № 739 на сумму               120 000 руб.; от 24.05.2018 № 915 на сумму 104 400 руб.; от 22.06.2018          № 1131 на сумму 104 400 руб.; от 25.07.2018 № 1366 на сумму 104 400 руб.; от 24.08.2018 № 1566 на сумму 104 400 руб.; от 24.09.2018 № 1741 на сумму 104 400 руб.; от 25.10.2018 № 1919 на сумму 104 400 руб.; от 23.11.2018           № 2075 на сумму 104 400 руб.; от 25.12.2018 № 2218 на сумму 104 400 руб.; от 24.01.2019 № 73 на сумму 104 400 руб.; от 22.02.2019 № 189 на сумму 104 400 руб.; от 22.03.2019 № 357 на сумму 104 400 руб.; от 24.04.2019 № 575 на сумму 104 400 руб.; от 23.05.2019 № 730 на сумму 104 400 руб.; от 24.06.2019 № 58 на сумму 104 400 руб.; от 24.07.2019 № 1168 на сумму 104 400 руб.; от 23.08.2019 № 1413 на сумму 104 400 руб.; от 23.09.2019           № 1684 на сумму 104 400 руб.; от 24.10.2019 № 1956 на сумму 104 400 руб.; от 22.11.2019 № 196254 на сумму 104 400 руб.; от 25.15.2019 № 196528 на сумму 104 400 руб.; от 24.01.2020 № 143 на сумму 104 400 руб.; от 21.02.2020 № 255 на сумму 104 400 руб.; от 24.03.2020 № 601 на сумму 104 400 руб.; от 24.04.2020 № 834 на сумму 104 400 руб.; от 22.05.2020 № 1078 на сумму 104 400 руб.; от 23.06.2020 № 119146 на сумму 104 400 руб.; от 24.07.2020          № 119352 на сумму 104 400 руб.; от 24.08.2020 № 119577 на сумму             104 400 руб.; от 24.09.2020 № 119846 на сумму 104 400 руб.; от 23.10.2020         № 120097 на сумму 104 400 руб.; от 25.11.2020 № 120386 на сумму             104 400 руб.; от 25.12.2020 № 120720 на сумму 104 400 руб.; от 25.01.2021       № 186 на сумму 104 400 руб.; от 24.02.2021 № 504 на сумму 104 400 руб.; от 24.03.2021 № 865 на сумму 104 400 руб.; от 23.04.2021 № 1233 на сумму 104 400 руб.; от 24.05.2021 № 1578 на сумму 104 400 руб.

Общая сумма арендных платежей составила 8 143 200 руб., из которых 4 191 600 руб., учитывая равенство долей собственников предмета договора аренды от 03.05.2018 № 1, причитались ФИО3

ФИО3 и ФИО1 бывшие супруги (брак расторгнут 12.10.2004) и являются родителями ФИО6

Ссылаясь на то, что перечисление ООО «Гермес» по договору аренды от 03.05.2018 № 1 арендных платежей на общую сумму 4 191 600 руб., которые причитались ФИО3, на счет ФИО1, совершены в период процедуры банкротства в нарушение пункта 5.1 статьи 213.11 и пункта 5 статьи 213.25 Закона о банкротстве, в отсутствие согласия арбитражного управляющего, в условиях осведомленности о признаках неплатежеспособности должника, а также причинили вред имущественным правам кредиторов, что влечет их недействительность на основании статьи 173.1 ГК РФ и пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, финансовый управляющий ФИО4 обратился в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением.

Согласно положениям части 1 статьи 223 АПК РФ, статьи 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Пунктом 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве предусмотрено, что отношения связанные с банкротством граждан, урегулированы главой Х «Банкротство граждан», а при отсутствии специальных правил, регламентирующих особенности банкротства этой категории должников – главами I – III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI Закона о банкротстве.

В соответствии со статьей 213.11 Закона о банкротстве требования о признании недействительными сделок и о применении последствий недействительности ничтожных сделок могут быть предъявлены только в порядке, установленном данным Федеральным законом.

Заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 данного Федерального закона, может быть подано, в том числе финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов (пункт 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве).

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в названном Федеральном законе.

На основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из условий, названных в абзацах третьем – пятом пункта 2 данной статьи Закона о банкротстве.

Проверка соответствия правоотношений, складывающихся между сторонами сделки, требованиям гражданского оборота с точки зрения пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и разъяснений, данных в пунктах 5, 6 и 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление Пленума № 63), предполагает установление совокупности обстоятельств, свидетельствующих о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; о фактическом причинении вреда в результате совершения сделки; об осведомленности другой стороны сделки об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым – пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором – пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

В соответствии с положениями статьи 2 Закона о банкротстве под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника. Неплатежеспособность определяется как прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми – они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки. При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Положениями статьи 65 АПК РФ на заявителя по данному обособленному спору возложено бремя доказывания наличия совокупности всех предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве условий.

Кроме того, в соответствии с разъяснениями пункта 37 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45                        «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» согласно пункту 5 статьи 213.11 Закона о банкротстве определенные сделки в ходе процедуры реструктуризации долгов должник вправе совершать только с предварительного согласия финансового управляющего.

На основании пункта 1 статьи 173.1 ГК РФ указанные сделки, совершенные без необходимого в силу закона согласия финансового управляющего, могут быть признаны недействительными по требованию финансового управляющего, а также конкурсного кредитора или уполномоченного органа, обладающих необходимым для такого оспаривания размером требований, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.9 Закона о банкротстве.

Поскольку законом не установлено иное, оспоримая сделка, совершенная без необходимого в силу закона согласия третьего лица, органа юридического лица или государственного органа либо органа местного самоуправления, может быть признана недействительной, если доказано, что другая сторона сделки знала или должна была знать об отсутствии на момент совершения сделки необходимого согласия такого лица или такого органа (пункт 2 статьи 173.1 ГК РФ).

Установив, что оспариваемые платежи совершены с мая 2018 года по май 2021 года в период подозрительности после принятия заявления о признании ФИО3 банкротом (21.09.2017); с учетом опубликования в общедоступных источниках сведений о введении в отношении гражданина процедуры несостоятельности, ООО «Гермес» и ФИО1 при должной степени заботливости и осмотрительности должны были располагать информацией о том, что должник имеет признаки неплатежеспособности, более того ответчик достоверно знала о наличии настоящего дела о банкротстве, поскольку участвовала в рассмотрении своих требований в апреле 2018 года; по состоянию на момент совершения оспариваемой сделки у должника имелись неисполненные обязательства перед кредиторами, требования которых включены в реестр требований кредиторов; в результате выплаты сумм, причитавшихся должнику, иному лицу – ФИО1 уменьшился объем денежных средств, за счет которых могли быть погашены требования кредиторов, суд первой инстанции пришел к выводу о наличии совокупности условий для признания оспариваемых платежей недействительной сделкой, как совершенной в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Вместе с тем, приняв во внимание, что в материалы обособленного спора представлены расписки, свидетельствующие о том, что непосредственно после получения ФИО1 арендных платежей за период с мая 2018 года по май 2021 года ФИО3 передавались ежемесячно денежные средства в размере 99 000 руб., что не оспаривается должником, суд первой инстанции, руководствуясь положениями статьи 61.7 Закона о банкротстве, констатировал, что имеются основания для удовлетворения заявленных финансовым управляющим требований только в части платежей на сумму 424 200 руб., не переданных должнику, в связи с чем признал их недействительными и взыскал с ответчика денежные средства в указанном размере.

Повторно рассмотрев обособленный спор по правилам главы 34 АПК РФ, апелляционный суд признал выводы суда первой инстанции о наличии условий для признания платежей на сумму 424 200 руб. недействительной сделкой ошибочными, в связи с чем изменил определение суда, отказав в удовлетворении требований финансового управляющего ФИО4 в полном объеме, исходя из следующего.

По мнению апелляционного суда, финансовый управляющий в нарушение требований статьи 65 АПК РФ не представил надлежащих доказательств осведомленности ООО «Гермес» о необходимости перечисления причитающихся ФИО3 арендных платежей на расчетный счет последнего и о реквизитах счета должника (финансовый управляющий не оповещал общество о том, что должник не в праве самостоятельно получать денежные средства, не обращался за наложением ареста на поступившие от арендатора денежные средства), что исключает признания оспариваемой сделки недействительной на основании пункта 1 статьи 173.1 ГК РФ.

Апелляционным судом также установлено, что с учетом положений пунктов 5 и 5.1 статьи 213.11, пункта 5 статьи 213.25, пункта 1 статьи 971 ГК РФ и правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, сформулированной в определении от 18.03.2021 № 308-ЭС20-20893, оспариваемые платежи не являются сделкой, совершенной за счет ФИО3 в пользу третьего лица – ФИО1, так как в правоотношениях между ООО «Гермес» и должником ФИО1 являлась представителем должника по доверенности.

Соответственно, перечисления ООО «Гермес» арендных платежей на счет представителя должника – ФИО1 являются сделками, совершенными в пользу самого ФИО3

При этом, поскольку договор поручения регулирует правоотношения между доверителем и поверенным, а доверенность подтверждает полномочия поверенного перед третьими лицами, ООО «Гермес» (арендатор), исполняя обязанность перед ФИО3 (арендодатель) должно было убедиться в наличии полномочий поверенного на принятие исполнения. В то же время последующее принятие арендодателем денег от представителя, выступает по существу одобрением действий указанных лиц.

Следовательно, оспариваемые платежи не могут быть признаны недействительными по основаниям, приведенным в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. В рассматриваемом случае надлежащим способом защиты интересов конкурсной массы являлось бы взыскание денежных средств с ФИО7 в конкурсную массу ФИО3, если финансовый управляющий полагал, что ответчик, получив соответствующие денежные средства от арендатора, не передала их должнику, интересы которого представляла в арендных правоотношениях.

Однако финансовый управляющий ФИО4 от имени ФИО3 уже обращался в суд общей юрисдикции с исковым заявлением к ФИО1 о взыскании с нее 3 982 800 руб. неосновательного обогащения и 407 562,51 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами, указав в обоснование иска на то, что ответчик, будучи осведомленной о процедуре банкротства                  ФИО3, скрыла от финансовых управляющих ФИО5 и ФИО4, а также арбитражного суда сведения о наличии дохода у должника и не представила указанную сумму денежных средств в конкурсную массу, денежные средства незаконно удерживаются ФИО1 в течение 39 месяцев.

Вступившим в законную силу апелляционным определением Приморского краевого суда от 25.03.2022 по делу № 33-992/22 решение Надеждинского районного суда Приморского края от 05.10.2021 об удовлетворении иска финансового управляющего ФИО4 отменено. По делу принято новое решение, которым в удовлетворении исковых требований о взыскании неосновательного обогащения и процентов за пользование чужими денежными средствами отказано.

Кроме того, проверив заявление ФИО1 о пропуске срока исковой давности, и установив, что согласно акту приема-передачи от 16.02.2021 финансовый управляющий ФИО4 принял документы от предыдущего финансового управляющего ФИО5, в частности ответ МИФНС № 10 по Приморскому краю от 17.05.2019 № 06-58/1903 со справкой 2-НДФЛ в отношении ФИО3, в том числе за 2018 год, в которой указан ежемесячный доход должника в размере 120 000 руб., код дохода: 1400 (доходы, полученные от предоставления в аренду имущества), источник дохода – ООО «Гермес», суд апелляционной инстанции посчитал, что заявление об оспаривании сделки подано 05.04.2022 за пределами годичного срока защиты права, который начал течь с 16.02.2021 – даты, когда арбитражный управляющий должен был узнать о наличии дохода в виде арендных платежей и запросить у общества соответствующие сведения, что в силу пункта 2 статьи 199 ГК РФ влечет отказ в удовлетворении заявленных требований.

Оснований не согласиться с выводами апелляционного суда у кассационной инстанции не имеется.

Доводы о том, что поскольку перечисление ООО «Гермес» причитающихся должнику денежных средств осуществлено на банковский счет его представителя ФИО1 в размере 1 477 200 руб., а также их последующая передача ответчиком должнику производилась по распискам в частичном размере после введения в отношении последнего процедуры реструктуризации долгов гражданина, предварительное письменное согласие финансового управляющего на совершение таких платежей являлось обязательным; в результате совершения оспариваемых платежей ФИО1 является выгодоприобретателем, а представленные расписки о передаче средств должнику следует квалифицировать как ничтожные в силу статей 10, 168, 174.1 ГК РФ и абзаца третьего пункта седьмого статьи 213.25 Закона о банкротстве; оспариваемые арендные платежи недействительны как подозрительные сделки, учитывая, что они являются убыточными, поскольку должником и ответчиком, имеющими один экономический интерес в сокрытии получаемого ФИО3 дохода, в конкурсную массу денежные средства не переданы; наличие сговора между бывшими супругами П-выми подтверждается тем обстоятельством, что ФИО3 не исполнял свои обязательства по уплате алиментов с 20.03.2006, однако,               ФИО1, являясь взыскателем алиментов, содействовала такому поведению должника, поскольку, зная о доходах должника как минимум с 23.10.2015, сведений о них в службу судебных приставов-исполнителей не предоставляла, арендную плату принимала на свои банковские счета в обход исполнительных производств, после чего передавала бывшему супругу; отклоняются судом округа, поскольку не опровергают тот факт, что денежные средства в полном объеме возвращены должнику, что установлено вступившим в законную силу апелляционным определением Приморского краевого суда от 25.03.2022 по делу № 33-992/22, который не может быть не принят во внимание арбитражными судами в силу части 3 статьи 69 АПК РФ.

Предполагается, что вред кредиторам мог наступить не в результате получения арендных платежей представителем должника, а в связи с их фактическим сокрытием последним от финансового управляющего.

Между тем действия должника по распоряжению полученными от представителя денежными средствами в размере, превышающем величину прожиточного минимума, не относятся к предмету рассматриваемого спора.

В то же время установленные в рамках данного обособленного спора обстоятельства не отменяют предусмотренную Законом о банкротстве обязанность добросовестного сотрудничества должника с арбитражным судом, финансовым управляющим и кредиторами.

Как верно отметил апелляционный суд, в рассматриваемом случае обстоятельства передачи или непередачи полученных ФИО3 денежных средств в виде части арендных платежей финансовому управляющему для пополнения конкурсной массы могут быть лишь квалифицированы как недобросовестное поведение должника и учтены при решении вопроса о завершении процедуры реализации имущества гражданина и неосвобождении его от дальнейшего исполнения требований кредиторов.

Более того, из содержания апелляционного определения Приморского краевого суда от 25.03.2022 по делу № 33-992/22 также следует, что суд общей юрисдикции установил несогласующиеся с позицией финансового управляющего имеющие преюдициальное значение обстоятельства об отсутствии у ООО «Гермес» и ФИО1 сведений о необходимости соблюдения требований как пункта 5, так и пункта 7 статьи 213.25 Закона о банкротстве при осуществлении оплаты по договору аренды от 03.05.2018 № 1.

Так, отказывая во взыскании с ФИО1 неосновательного обогащения, суд общей юрисдикции исходил из того, что финансовый управляющий не оповещал ООО «Гермес» о запрете ФИО3 самостоятельно получать, поступающие на его имя денежные средства в виде переводов на имя ФИО1 Из материалов дела не следует и финансовым управляющим не доказано, что ФИО1 была уведомлена о необходимости перечисления денежных средств, полученных по договору аренды не ФИО3, а только в адрес финансового управляющего. Претензия, датированная 06.07.2021, направленная финансовым управляющим ФИО1 непосредственно перед подачей иска в суд, не является таким уведомлением. Доказательств тому, что ФИО1 предоставлен счет для перечисления спорной суммы в конкурсную массу, финансовым управляющим не представлено, а также не доказано, что он обращался за наложением ареста на поступившие от ООО «Гермес» переводы. Судом были учтены и доводы      ФИО1 о том, что она не располагала сведениями о специальном банковском счете должника, подлежавшем открытию финансовым управляющим в соответствии со статьей 133 Закона о банкротстве. Кроме того, ФИО1 стороной по договору аренды от 03.05.2018 № 1 не являлась, она была наделена правом заключить указанную сделку от имени ФИО3 и ФИО6 на основании доверенностей. Доверенность, выданная от имени             ФИО3 от 23.10.2015, на момент начала формирования конкурсной массы прекратила свое действие (срок доверенности истек 23.10.2018). Следовательно, ООО «Гермес», осуществляя платежи по договору аренды, исполняло свои обязательства ненадлежащему лицу, полагая, что ФИО1 обладает указанными полномочиями. Судом общей юрисдикции в рамках указанного дела также установлено, что денежные средства, которые получены ФИО1 от                        ООО «Гермес», переданы ФИО3, что подтверждается представленными суду расписками, актом приема-передачи выполненных работ с ООО «Гермес» от 10.09.2021, а также справками о доходах ФИО3 за 2018 – 2021 годы.

Доводы о том, что заявление о признании сделки недействительной подано в пределах годичного и трехлетнего сроков исковой давности, учитывая, что с даты утверждения финансовым управляющим                 ФИО4 предпринимались активные действия по получению информации о доходах должника, в результате которых о договоре аренды от 03.05.2018 № 1, как и об оспариваемых платежах он узнал только 02.07.2021; при исчислении срока исковой давности с 16.02.2021, в отношении платежей, совершенных после 01.04.2021, требования заявлены своевременно; принимая во внимание ничтожность оспариваемых платежей и введение процедуры реализации имущества гражданина 29.04.2019, трехгодичный срок исковой давности не пропущен, не принимаются окружным судом, так как, в любом случае, с учетом конкретных обстоятельств спора, необходимых условий для признания платежей недействительными, как оспоримой сделки, так и ничтожной сделки с последующим взысканием денежных средств с ФИО1, апелляционным судом не установлено и из материалов дела не усматривается.

В результате совершения оспариваемой сделки непосредственно ФИО3 получил денежные средства, подлежащие учету в его конкурсной массе (при превышении суммы полученного над размером прожиточного минимума), следовательно, взыскание с ФИО1 денежных средств, на чем настаивает финансовый управляющий, направлено на повторное получение должником ранее переданных сумм.

Ссылки на пункты 5 и 7 статьи 213.25 Закона о банкротстве, не принимаются. Выше отмечалось, что оспариваемая сделка не привела к выбытию имущества (денежных средств) из обладания должника, что исключает применение правила о ничтожности сделки по пункту 5 названной статьи. Нарушение требований пункта 7 этой статьи (о запрете исполнения в отношении должника лично) влечет иные, чем заявлено в настоящем споре, последствия, в частности, соответствующее обстоятельство учитывается при решении вопроса об освобождении гражданина-должника от дальнейшего исполнения обязательств.

Нормы материального права применены судом апелляционной инстанции правильно по отношению к установленным фактическим обстоятельствам. Нарушений норм процессуального права, влекущих отмену постановления по безусловным основаниям, не допущено.

С учетом изложенного обжалуемый судебный акт отмене, а кассационная жалоба удовлетворению, не подлежат.

Поскольку финансовому управляющему ФИО4 предоставлена отсрочка уплаты государственной пошлины до рассмотрения кассационной жалобы по существу, с ФИО3 на основании статьи 110 АПК РФ и подпункта 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации подлежит взысканию в доход федерального бюджета государственная пошлина в размере 3 000 руб.

Руководствуясь статьями 110, 286-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Дальневосточного округа

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 21.04.2023 по делу № А51-21323/2017 Арбитражного суда Приморского края оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Взыскать с ФИО3 в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 3 000 руб. за рассмотрение кассационной жалобы.

Арбитражному суду Приморского края выдать исполнительный лист.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий судья                                                  Е.О. Никитин

Судьи                                                                                           А.Ю. Сецко

Е.С. Чумаков