АРБИТРАЖНЫЙ СУД  ПЕНЗЕНСКОЙ ОБЛАСТИ

Кирова ул., д. 35/39, Пенза г.,  440000,

тел.: +78412-52-99-97, факс: +78412-55-36-96, http://www.penza.arbitr.ru  

                                          ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

РЕШЕНИЕ

Дело № А49-7277/2022

город Пенза

23 августа 2022 года.

резолютивная часть решения объявлена 22 августа 2022 года. 

         Арбитражный суд Пензенской области в составе судьи Аверьянова С.В. при      ведении протокола помощником судьи Поповой М.В.,  рассмотрев в судебном заседании дело по заявлению общества с ограниченной ответственностью Фирма «Биокор» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) к Инспекции  Федеральной   налоговой службы России по Ленинскому району г. Пензы (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) о признании  недействительным (незаконным)  решения,

третье лицо: Управление Федеральной налоговой службы по Пензенской области  (ОГРН  

<

***>, ИНН 

<

***>),

при участии в судебном заседании представителей:

от заявителя – ФИО1, ФИО2;

от ответчика – ФИО3, ФИО4;

от третьего лица – ФИО4,           

           

установил:

общество с ограниченной ответственностью Фирма «Биокор» (далее – ООО Фирма «Биокор», общество, налогоплательщик) обратилось в Арбитражный суд Пензенской  области с заявлением, в котором просит признать недействительным (незаконным) решение Инспекции  Федеральной   налоговой   службы России по Ленинскому району г. Пензы (далее – ИФНС России по Ленинскому району г. Пензы, налоговый орган) о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения №5 от 16.03.2022.

          Согласно заявлению и письменным пояснениям по делу в порядке ст.81 Арбитражного процессуального кодекса Российской ФедерацииООО фирма «Биокор» не согласно с позицией налогового органа о неправомерном увеличении обществом затрат и соответственно уменьшении налоговой базы по налогу на прибыль организаций за период 2017-2019г.г. путем завышения стоимости услуг по управлению обществом по договору от 06.05.2013 №158/2013 оказания услуг по управлению юридическим лицом Управляющим – индивидуальным предпринимателем по следующим основаниям: действующее законодательство предусматривает возможность передачи полномочий единоличного исполнительного органа другой коммерческой организации (управляющей организации) или индивидуальному предпринимателю (управляющему); основной довод налогового органа о том, что единственной целью заключения договора от 06.05.2013 №158/2013 является уменьшение налоговых обязательств общества ошибочен; основная цель договора от 06.05.2013 №158/2013 (рост показателей) обществом под руководством управляющего достигнута; для подтверждения оказанных услуг по управлению обществом управляющим ежемесячно представлялись отчеты, акты оказанных услуг, а также поквартальные пояснительные записки с перечнем оказанных услуг, постановка задач управляющему на предстоящий год и утверждение результатов за предыдущий осуществлялась ежегодно на общем собрании участников общества, первичные документы оформлены в соответствии с требованиями Федерального закона «О бухгалтерском учете»; довод налогового органа о том, что большинство функций по управлению возложено на коммерческого директора не соответствует действительности и опровергается материалами проверки; наличие у общества необходимого количества структурных подразделений и сотрудников, осуществляющих поиск контрагентов и продвижение продукции, не отменяет необходимости осуществлять деятельность по управлению обществом; наличие у общества штатного сотрудника, занимающегося контролем качества и сертификацией продукции, не отменяет необходимости осуществления руководства деятельностью управляющим общества; налоговый орган ошибочно приписывает управляющему общества функции по поиску рынков сбыта, продвижению продукции, поиск контрагентов и считает, что они не носят исключительного характера, поскольку эти функции выполняются сотрудниками компании в рамках трудовых отношений; вывод налогового органа о том, что опрошенные в рамках дополнительных мероприятий сотрудники затруднились ответить на вопрос: «Что изменилось в работе ФИО5 после того, как он стал управляющим» несмотря на то, что почти все работали с ним до и после 2013г. не может являться подтверждением того, что  в период до и после 2013 года между обществом продолжались сложившиеся с ним ранее взаимоотношения по руководству, а договор управления заключен с целью минимизировать налоговые обязательства общества по налогу на прибыль путем принятия на расходы начисленного управляющему вознаграждения; вывод налогового органа о том, что из полученного ответа ФИО6 о том, что «функции ФИО5 стали более обширными» нельзя сделать конкретных выводов о каких-либо изменениях в полномочиях ФИО5, поскольку ее показания не были конкретными и не содержали дополнительных пояснений, не соответствует действительности; налогоплательщик не согласен с выводом налогового органа о том, что управляющий общества прикладывал минимальные усилия для согласования действий между взаимозависимыми компаниями (ООО Фирма «Биокор», ООО «Биокор Авангард», ООО «БКР-ФИНАНС», ООО «ЭКО ПРОДУКТ», ООО Агрофирма «Биокор-С», ООО Фирма «Биокор-П», ИП ФИО5); общество считает необоснованным вывод налогового органа о том, что усилия управляющего для проведения анализа финансово-хозяйственной деятельности управляемого общества были минимальными; довод налогового органа о том, что Управляющий общества не осуществлял перечислений ООО «БКР-Финанс» за предоставленную финансовую информацию, следовательно, не мог ее получить и использовать для подготовки отчетов перед обществом о результатах своей деятельности в качестве управляющего является ошибочным, основан на неверном понимании сложившихся между сторонами правоотношений; за время действия договора №158/2013 от 06.05.2013 имеют место рост количества заключенных обществом договоров и значительные изменения в количестве контрагентов; стоимость услуг управляющего соответствует рыночной стоимости аналогичных услуг, что подтверждается заключением специалиста №СУ-170821-1 от 01.10.2021; довод налогового органа о нарушении налогоплательщиком п.18 ст.264, ст.313 Налогового кодекса Российской Федерации, выразившемся во включении услуг управляющего в себестоимость производимой продукции, общество считает необоснованным; довод налогового органа об усилиях управляющего по управлению имуществом общества являлись незначительными, является ошибочным; совпадение полномочий генерального директора с полномочиями управляющего обусловлено выполнением  ими одних и тех же функций, что прямо вытекает из статей 40 и 42 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» и не может доказывать мнимость (притворность) договора о передаче полномочий единоличного исполнительного органа, а наличие статуса индивидуального предпринимателя влечет не только возможность применения 6-процентной ставки налогообложения, но и повышенную ответственность предпринимателя по своим обязательствам; налоговый орган неоднократно сравнивает объем функций, исполняемых ФИО5 в должности генерального директора и исполнение обязанностей управляющего обществом на основании договора №158/2013 от 06.05.2013; налоговым органом не исследованы следующие документы, представленные налогоплательщиком в материалы выездной налоговой проверки с ходатайством о постановке дополнительных вопросов и приобщении дополнительных документов к материалам налоговой проверки от 23.08.2021 №02ПР/0933, их анализ не проводился, в акте проверки указанные документы не отражены; по результатам проверки налоговым органом не было установлено неправильного исчисления и неуплаты  ни по одному из проверенных налогов и данные обстоятельства свидетельствуют о добросовестности налогоплательщика в проверяемый период, об отсутствии направленности действий налогоплательщика на получение необоснованной налоговой выгоды, а также об эффективности управления обществом в той форме, в какой это было выбрано самим обществом; достижение одних и тех же экономических целей с использованием механизмов, которые позволяют уменьшить налоговое бремя, само по себе не свидетельствует о незаконности действий и получении необоснованной налоговой выгоды.

           В отзыве на заявление ИФНС России по Ленинскому району г. Пензы с заявленными требованиями не согласилась, указав в частности, что согласно договору от 06.05.2013 №158/2013 оказания услуг по управлению юридическим лицом Управляющим - индивидуальным предпринимателем учредитель общества (ФИО5 95% голосов) сам себе передал полномочия по управлению обществом: «Осуществление общего руководства текущей деятельностью общества, представление интересов общества в отношениях с другими юридическими и физическими лицами, осуществление полномочий по управлению обществом путем принятия решений в форме приказов, а также посредством заключения различного рода сделок». Учредитель принял решение о прекращении полномочий генерального директора, которые он сам исполнял, и их передаче самому себе, но уже как предпринимателю в целях повышения эффективности управления обществом и получения вознаграждения. Результаты проведенного анализа указывают на то, что заключение договора на оказание услуг по управлению ООО Фирма «Биокор» и ИП ФИО5 в связи с необоснованно высоким размером вознаграждения управляющего привело к уменьшению налогооблагаемой прибыли, позволило занизить показатели прибыли путем увеличения расходов на управление. Налоговый орган также указывает, что услуги управляющего в управлении предприятием по договору от 06.05.2013 №158/2013 в большей части исполнялись сотрудниками общества, а наличие договора управления с ИП ФИО5 в действительности являлось созданием видимости выполнения работ, оказания услуг для увеличения расходов. Так, структура управления ООО Фирма «Биокор» после заключения названного договора не изменилась, за исключением того, что генеральный директор стал управляющим, то есть, несмотря на изменение правовой конструкции правоотношений, функции ФИО5 в обществе не изменились. Должностные обязанности сотрудников дублируют услуги, оказываемые ИП ФИО5, то есть общество имело все необходимые трудовые ресурсы, которые, взаимодействуя, обеспечивали финансовую устойчивость предприятия. Анализ банковской выписки ИП ФИО5 показал, что поступления на расчетный счет предпринимателя денежных средств за оказанные услуги происходит только от общества либо от организаций, в которых ФИО5 является учредителем. Результаты проведенной в рамках налоговой проверки оценочной экспертизы свидетельствуют о том, что стоимость услуг, оказанных ООО Фирма «Биокор» управляющим ФИО5 по договору, была значительно завышена по сравнению с рыночной стоимостью аналогичных услуг, даже не учитывая то, что ФИО5 является собственником бизнеса. Заключение эксперта №325 от 13.08.2021 содержит четкие и однозначные выводы без каких-либо предположений и сомнений эксперта. При этом с представленной налогоплательщиком рецензией №Р-290921-1 от 14.10.2021 ассоциации «Саморегулируемая организация оценщиков «ЭКСПЕРТНЫЙ СОВЕТ» на указанное заключение эксперта налоговый орган не согласен, правомерная оценка аналогичным доводам налогоплательщика дана на стр.44-47, 65-70 оспариваемого решения. Из заключения эксперта №325 от 13.08.2021 не следует, что представленные для исследования материалы были признаны экспертом недостаточными. Несогласие налогоплательщика с заключением эксперта не влечет недопустимость такого доказательства по выездной проверке. Кроме того, результаты оценочной экспертизы не являлись единственным доказательством получения налогоплательщиком необоснованной налоговой экономии и рассмотрены налоговым органом в совокупности с иными доказательствами, полученными в ходе проверки.  

           На основании ст.51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, арбитражным судом привлечено Управление Федеральной налоговой службы по Пензенской области (далее – УФНС России по Пензенской области).  

В отзыве за заявление УФНС России по Пензенской области возражает  против удовлетворения заявленных требований, полностью поддерживая доводы ИФНС России по Ленинскому району г. Пензы.

В судебном заседании представители ООО фирма «Биокор» поддержали заявленные требования в полном объеме и просили удовлетворить их по основаниям, указанным в заявлении, а также письменных пояснениях по делу в порядке ст.81 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Представители ИФНС России по Ленинскому району г. Пензы и представитель УФНС России по Пензенской области возражали против удовлетворения заявленных требований по доводам, подробно изложенным в отзывах на заявление.

Исследовав материалы дела, выслушав объяснения представителей лиц, участвующих в деле, арбитражный суд установил следующее.

ООО Фирма «Биокор» было зарегистрировано 27.09.1995 и основным видом его деятельности является – «Производство биологически активных добавок к пище» (код по ОКВЭД 10.89.8).

ИФНС России по Ленинскому району г. Пензы в отношении ООО Фирма «Биокор» проведена выездная налоговая проверка по вопросам правильности исчисления и своевременности уплаты налогов и сборов за период с 01.01.2017 по 31.12.2019, по результатам которой принято решение о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения №5 от 16.03.2022.

Указанным решением ИФНС России по Ленинскому району г. Пензы доначислила ООО фирма «Биокор» налог на прибыль организаций за 2017-2019г.г. в размере 9 490 300 руб., а также пени по данному налогу в сумме 4 191 237 руб. 83 коп. Кроме того, общество за неуплату налога на прибыль организаций привлечено к налоговой ответственности по п.1 ст.122 Налогового кодекса Российской Федерации в виде штрафа в размере 309 075 руб.

Не согласившись с принятым налоговым органом решением, налогоплательщик обжаловал его в апелляционном порядке в УФНС России по Пензенской области, которое решением №06-10/119 от 23.06.2022 оставило апелляционной жалобу общества без удовлетворения.

Как следует из материалов дела и пояснений представителей лиц, участвующих в деле, спорным является вопрос, касающийся включения обществом в состав расходов по налогу на прибыль организаций затрат на выплату вознаграждения управляющему обществом – ИП ФИО5 по договору оказания услуг по управлению юридическим лицом Управляющим – индивидуальным предпринимателем от 06.05.2013 №158/2013 за 2017-2019гг. в заявленном размере – 105 894 300 руб., в том числе: 34 484 300 руб. – 2017 год; 33 944 800 руб. – 2018 год; 37 465 200 руб. – 2019 год.

Учитывая совокупность установленных налоговой проверкой обстоятельств, в том числе взаимозависимость общества и управляющего ИП ФИО5 (ФИО5 – учредитель и основной участник общества), неизменность функций ФИО5, несмотря на изменение правовой конструкции управления обществом (до передачи ему полномочий по управлению обществом ФИО5 исполнял функции единоличного исполнительного органа общества – генерального директора), факт регистрации ФИО5 в качестве индивидуального предпринимателя 29.03.2013, то есть незадолго до заключения договора управления, превышение размера вознаграждения управляющего ФИО5 над заработной платой генерального директора ФИО5 более чем в 500 раз (заработная плата ФИО5 как генерального директора в период с 28.12.2012 по 06.05.2013 составляла 68 000 руб.), поступление на расчетный счет ФИО5 денежных средств за оказанные услуги только от общества либо от взаимозависимых обществ (где ФИО5 является учредителем), вознаграждение ФИО5 как управляющему занимает значительную долю в структуре расходов ООО фирма «Биокор» при фактическом выполнении аналогичных обязанностей (генеральный директор – управляющий) и превышает чистую прибыль  общества в проверяемых периодах, а также результаты оценочной экспертизы, согласно которым размер вознаграждения управляющего обществом по договору №158/2013 от 06.05.2013 значительно превышает рыночную стоимость выполненных работ (услуг) (58 442 620 руб.), налоговый орган посчитал, что расходы по управлению обществом были необоснованно (неоправданно) завышены, а действия общества фактически направлены на получение экономии за счет уменьшения налогооблагаемой базы.

Размер завышения затрат по налогу на прибыль организаций за 2017-2019г.г. по расчету налогового органа составил 47 451 600 руб. (105 894 300 – 58 442 700), а сумма доначисленного по данному основанию налога на прибыль организаций за проверяемый период – 9 490 300 руб. (47 451 680 * 20%), в том числе: 2017 год – 3 308 820 руб., из которых 496 323 руб. – федеральный бюджет, 2 812 497 руб. – бюджет субъекта РФ; 2018 год – 3 347 400 руб., из которых 502 110 руб. – федеральный бюджет, 2 845 290 руб. – бюджет субъекта РФ; 2019 год – 2 834 100 руб., из которых 425 115 руб. – федеральный бюджет, 2 408 985 руб. – бюджет субъекта РФ.

Неуплата налога послужила основанием для доначисления обществу пени на основании ст.75 Налогового кодекса Российской Федерации по налогу на прибыль организаций в размере 4 197 237 руб. 83 коп. и привлечения общества к ответственности по п.1 ст.122 Налогового кодекса Российской Федерации за неуплату названного налога в размере 309 075 руб.

Разрешая возникший спор, арбитражный суд исходил из следующего.

В силу ч.1 ст.198, ч.4 ст.200 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации действия, решения органов, осуществляющих публичные полномочия, могут быть признаны незаконными, если они не соответствуют закону или иному нормативному акту и нарушают права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской деятельности.

Обязанность доказывания обстоятельств, послуживших основанием для принятия органами, осуществляющими публичные полномочия, оспариваемых актов, решений возлагается на соответствующие органы (ч.5 ст.200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в совокупности (ч.ч.1, 2 ст.71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Доказательство признается арбитражным судом достоверным, если в результате его проверки и исследования выясняется, что содержащиеся в нем сведения соответствуют действительности. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами. Никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы (ч.ч.3, 4, 5 ст.71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В соответствии со ст.247 Налогового кодекса Российской Федерации объектом налогообложения по налогу на прибыль организаций признается прибыль, полученная налогоплательщиком. Прибылью для российских организаций признаются полученные доходы, уменьшенные на величину произведенных расходов, которые определяются в соответствии с настоящей главой.

Согласно ст.252 Налогового кодекса Российской Федерации налогоплательщик уменьшает полученные доходы на сумму произведенных расходов (за исключением расходов, указанных в ст.270 настоящего Кодекса).

Расходами признаются обоснованные и документально подтвержденные затраты (а в случаях, предусмотренных ст.265 настоящего Кодекса, убытки), осуществленные (понесенные) налогоплательщиком.

Под обоснованными расходами понимаются экономически оправданные затраты, оценка которых выражена в денежной форме.

Под документально подтвержденными расходами понимаются затраты, подтвержденные документами, оформленными в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо документами, оформленными в соответствии с обычаями делового оборота, применяемыми в иностранном государстве, на территории которого были произведены соответствующие расходы, и (или) документами, косвенно подтверждающими произведенные расходы (в том числе таможенной декларацией, приказом о командировке, проездными документами, отчетом о выполненной работе в соответствии с договором). Расходами признаются любые затраты при условии, что они произведены для осуществления деятельности, направленной на получение дохода.

В соответствии с п.п.18 п.1 ст.264 Налогового кодекса Российской Федерации к прочим расходам, связанным с производством и реализацией, относятся расходы на управление организацией или отдельными ее подразделениями, а также расходы на приобретение услуг по управлению организацией или ее отдельными подразделениями.

Из положений п.2 ст.32, ст.40 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» следует, что единоличный исполнительный орган общества (генеральный директор, президент и другие) осуществляет руководство текущей деятельностью общества; как правило, избирается общим собранием участников общества на срок, определенный уставом общества; в качестве единоличного исполнительного органа общества может выступать только физическое лицо, за исключением случая, предусмотренного ст.42 настоящего Федерального закона.

Как указано в п.3 ст.40 Федерального закона от 08.02.1998 №14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» единоличный исполнительный орган общества: 1) без доверенности действует от имени общества, в том числе представляет его интересы и совершает сделки; 2) выдает доверенности на право представительства от имени общества, в том числе доверенности с правом передоверия; 3) издает приказы о назначении на должности работников общества, об их переводе и увольнении, применяет меры поощрения и налагает дисциплинарные взыскания; 4) осуществляет иные полномочия, не отнесенные настоящим Федеральным законом или уставом общества к компетенции общего собрания участников общества, совета директором (наблюдательного) совета общества и коллегиального исполнительного органа общества.

В ст.42 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» предусмотрено право общества передать по договору осуществление полномочий своего единоличного исполнительного органа управляющему.

Таким образом, возможность привлечения к управлению обществом с ограниченной ответственностью специального субъекта – управляющего по договору прямо предусмотрена законодательством.

Согласно п.1 ст.54.1 Налогового кодекса Российской Федерации не допускается уменьшение налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога в результате искажения сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов) об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учета либо налоговой отчетности налогоплательщика.

Как указано в п.1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 №53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды», уменьшение размера налоговой обязанности вследствие уменьшения налоговой базы, получения налогового вычета признается налоговой выгодой. Представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы. При этом налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если налоговым органом будет доказано, что приобретение товаров (работ, услуг) в действительности не имело места, а представленные налогоплательщиком документы являются недостоверными, о чем налогоплательщик не мог не знать.

Следовательно, возможность отнесения понесенных организацией затрат в состав расходов при исчислении налога на прибыль организаций обусловлена наличием реального осуществления хозяйственных операций и достоверности сведений, содержащихся в первичных документах.

В п.9 постановления №53 разъяснено, что установление судом наличия разумных экономических или иных причин (деловой цели) в действиях налогоплательщика осуществляется с учетом оценки обстоятельств, свидетельствующих о его намерениях получить экономический эффект в результате реальной предпринимательской или иной экономической деятельности.

Судам необходимо учитывать, что налоговая выгода не может рассматриваться в качестве самостоятельной деловой цели. Поэтому если судом установлено, что главной целью, преследуемой налогоплательщиком, являлось получение дохода исключительно или преимущественно за счет налоговой выгоды в отсутствие намерения осуществлять реальную экономическую деятельность, в признании обоснованности ее получения может быть отказано.

Как усматривается из протокола внеочередного общего собрания участников ООО Фирма «Биокор» от 06.05.2013, участники данного общества – ФИО5 (95% голосов) и ФИО7 (5% голосов) приняли решение о досрочном прекращении полномочий генерального директора ФИО5 с 06.05.2013 и заключении договора управления обществом с ИП ФИО5 в соответствии с п.1 ст.42 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» как с управляющим.

Во исполнение указанного решения между ООО Фирма «Биокор» (заказчиком) и ИП ФИО5 (управляющим) был заключен договор №158/2013 от 06.05.2013, по которому последнему были переданы полномочия единоличного исполнительного органа.

Согласно п.5.3 названного договора сумма вознаграждения управляющего за выполнение функций по осуществлению текущего руководства и управления обществом зависит от достижения роста финансовых показателей и выплачивается ежемесячно в размере 10% от СОД (скорректированного общего дохода).

Дополнительным соглашением от 28.12.2016 ежемесячное вознаграждение было установлено в размере 11% от СОД.

Общая сумма учтенных обществом при определении налоговой базы по налогу на прибыль организаций расходов по выплате вознаграждения управляющему – ИП ФИО5 за 2017-2019г.г. составила сумму 105 894 300 руб., в том числе: 2017 год – 34 484 300 руб. – 2017 год; 33 944 800 руб. – 2018 года; 37 465 200 руб. – 2019 год.

Арбитражный суд соглашается с позицией налогового органа о том, что установленная в ходе выездной налоговой проверки совокупность обстоятельств дает достаточные основания для вывода о неправомерном включении налогоплательщиком в расходы по налогу на прибыль организаций в 2017-2019г.г. затрат по выплате ИП ФИО5 вознаграждения управляющего в экономически необоснованном (неоправданном) размере с целью снижения налоговой обязанности общества по оплате налога на прибыль организаций, а именно – завышение расходов в указанном периоде составило сумму 47 451 600 руб., что в итоге привело к неуплате обществом налога на прибыль организаций за проверяемый период в размере 9 490 300 руб.

По мнению суда, в данном случае налоговый орган обоснованно обратил внимание на взаимозависимость ООО Фирма «Биокор» и ФИО5, поскольку последний на момент принятия решения о передаче ему полномочий управляющего являлся учредителем и основным участником общества, а именно – согласно протоколу общего собрания участников общества от 06.05.2013 ФИО5 владел 95% голосов ООО Фирма «Биокор».

Также ФИО5 до заключения с ним договора №158/2013 от 06.05.2013 на протяжении периода времени с 28.12.2012 по 06.05.2013 являлся генеральным директором общества, то есть фактически выполнял те же самые функции единоличного исполнительного органа общества.

Налоговым органом установлено, что факт  регистрации ФИО5 в качестве индивидуального предпринимателя имел место 29.03.2013, то есть незадолго до того, как им совместно с другим участником, владеющим 5% голосов общества, было принято решение о передаче ему же полномочий единоличного исполнительного органа общества, но по договору управления.

Проанализировав финансовые показатели деятельности общества, налоговый орган установил, что удельный вес стоимости услуг управляющего в расходах, уменьшающих сумму доходов от реализации, в проверяемом периоде был значителен и составил:

- 10,2% = 34 484 320 руб. / 337 601 325 – 2017 год;

- 10,8% = 33 944 817 руб. / 314 657 558 руб. – 2018 год;

- 10,8% = 37 465 200 руб. / 345 621 099 руб. – 2019 год.

При этом рост расходов в том же периоде превышал рост доходов (см. анализ на стр.6-7 оспариваемого решения), что, по мнению инспекции, было связано с необоснованно высоким размером вознаграждения управляющего по договору от 06.05.2013 №158/2013.

Анализ поступлений на расчетный счет предпринимателя показал, что денежные средства за оказанные услуги поступали только от общества или взаимозависимых обществ, в которых ФИО5 является учредителем (ООО «БКР-Финанс» ИНН 

<

***> (доля участия 85%), ООО «БИОКОР КЛИНИК» ИНН 

<

***> (доля участия 50%).

В пояснительных записках к отчетам управляющего были перечислены мероприятия, которые осуществлял управляющий, в частности, в области маркетинговых исследований, сбыта и продвижения продукции, инженерного обеспечения производства и сертификации.

Произведенный налоговым органом анализ штатного расписания и должностных инструкций на предмет выполнения тех же функций сотрудниками ООО Фирма «Биокор» показал, что у общества в проверяемом периоде были предусмотрены структурные подразделения и достаточное количество сотрудников, осуществляющих поиск контрагентов и продвижение продукции на рынке. Налоговый орган установил, что большинство функций руководителя возложены были также на коммерческого директора, так как в непосредственном его подчинении находились: отдел сбыта, отдел маркетинговых исследований, отдел снабжения, производственный отдел, склад  сырья и материалов, склад готовой продукции. Также начальники перечисленных подразделений относились к категории руководителей и на них и их подчиненных возлагались функции, обеспечивающие всю деятельность общества от процесса закупки сырья, до поиска рынков сбыта и реализации произведенной продукции.

ИФНС России по Ленинскому району г. Пензы  в порядке ст.90 Налогового кодекса Российской Федерации были проведены допросы сотрудников ООО Фирма «Биокор» (ФИО8, Гороховика Е.В., ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13 (стр.10-15 оспариваемого решения), ФИО14, ФИО15., ФИО16, ФИО17 (стр.53-55 оспариваемого решения)) на предмет выполнения ими функций, предусмотренных должностными регламентами.

Проведенные допросы сотрудников общества свидетельствуют о том, что в ООО Фирма «Биокор» были предусмотрены структурные подразделения и достаточное количество работников, занимающихся продвижением продукции на рынке сбыта, поиском контрагентов и заключением договоров.

Также ИФНС России по Ленинскому району г. Пензы был проведен анализ должностной инструкции и протокола допроса от 27.12.2021 №11 (стр.51-55 оспариваемого решения) начальника службы качества ФИО6, из которого следует, что мероприятия, проводимые в области сертификации продукции, согласно отчету управляющего, фактически осуществлялись работниками ООО Фирма «Биокор» в рамках трудовых отношений с налогоплательщиком. В ООО Фирма «Биокор» были предусмотрены структурные подразделения и сотрудники, занимающиеся контролем качества и сертификацией продукции.

Допросы работников ООО Фирма «Биокор» и анализы их должностных инструкций позволили налоговому органу сделать вывод о том, что услуги управляющего по договору №158/2013 от 06.05.2013 не были исключительными.

С учетом того, что ФИО5 и общество являлись взаимозависимыми лицами, фактически функции ФИО5 после заключения договора №158/2013 от 06.05.2013 не изменились, штатное расписание и трудовые функции иных работников общества также не поменялись и дублировали функции управляющего, при том, что в связи с заключением названного договора одновременно произошел значительный рост расходов общества, опережающий рост доходов, то сделанные налоговым органом выводы относительно намеренного (сознательного) завышения налогоплательщиком размера расходов на выплату вознаграждения управляющему с целью снижения налоговой обязанности по налогу прибыль организаций не безосновательны.

В рамках проведения выездной налоговой проверки постановлением №1 от 04.08.2021 налоговым органом была назначена оценочная экспертиза с целью определения рыночной стоимости выполненных работ (услуг), отраженных в актах об оказанных услугах по договору №158/2013 от 06.05.2013 за 2017-2019г.г.

Производство данной экспертизы налоговым органом было поручено ФИО18, имеющей высшее образование, стаж экспертной работы 3 года, стаж оценщика 14 лет, диплом ВСА 0399761, рег. №30489 от 30.06.2007 ГОУ ВПО «Пензенский государственный университет архитектуры и строительства» по специальности «Экспертиза и управление недвижимостью», диплом государственного образца о профессиональной переподготовке АА-I №000105 рег. №Д-330/14 от 30.07.2014 ФГБОУ ВПО «Московский государственный строительный университет», на ведение профессиональной деятельности в сфере оценки стоимости предприятия (бизнеса), диплом №642409799526, рег. №2019/044-8312, 2019 год, члену Ассоциации «Саморегулируемая организация оценщиков «Экспертный совет» (свидетельство о членстве в саморегулируемой организации оценщиков №1451 от 22.02.2014).

С постановлением о назначении оценочной экспертизы налогоплательщик был ознакомлен (протокол №1 от 05.08.2021).

Согласно полученному заключению эксперта №325 от 13.08.2021 рыночная стоимость выполненных работ (услуг), отраженных в  актах об оказанных услугах по договору №158/2013 от 06.05.2013 за 2017-2019г.г. составит 58 442 620 руб., в том числе за 2017 год – 17 940 150 руб., за 2018 год – 17 207 820 руб.; за 2019 год – 23 294 650 руб.

Ознакомившись с заключением эксперта №325 от 13.08.2021, арбитражный суд установил, что оно выполнено экспертом АНО «Пензенский независимый центр судебных экспертиз и исследований» ФИО18, обладающей специальными познаниями в сфере оценочной деятельности, и предупрежденной об ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст.129 Налогового кодекса Российской Федерации.

Как видно из заключения №325 от 13.08.2021, эксперт проанализировал условия аналогичных договоров, размещенных на сайте https://zakupki.gov.ru/epz/main/public/home.html, и установил, что вознаграждение управляющего определяется в процентном отношении от дохода, создаваемого объектом управления, либо от прироста стоимости объекта управления.

Рассчитав вознаграждение управляющего 3-мя возможными вариантами, эксперт определил итоговое значение рыночной стоимости выполненных работ (услуг), оказанных по договору №158/2013 как среднее значение в соответствующем году по каждому варианту расчета и пришел к выводу, что рыночная стоимость выполненных работ (услуг), отраженных в актах об оказанных услугах по договору оказания услуг по управлению юридическим лицом №158/2013 от 06.05.2013 за 2017-2019г.г, составит 58 442 620 руб.

Арбитражный суд, оценив заключение в порядке ст.71  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, считает, что сделанный экспертом вывод достаточно мотивирован, а само заключение может служить по делу относимым, допустимым доказательством и достоверным (объективным) подтверждением реальной рыночной стоимости оказанных по договору №158/2013 от 06.05.2013 услуг.

При этом ссылку общества на рецензию №Р-290921-1 от 14.10.2021 на заключение эксперта №325 от 13.08.2021, а также на заключение специалиста №СУ-170821-1 от 01.10.2021 арбитражный суд не принимает. Названные документы достоверность полученной налоговым органом не опровергают и сомнений в достоверности вывода эксперта у арбитражного суда не вызывают.

Подробная оценка сделанным в рецензии №Р-290921-1 от 14.10.2021 на заключение эксперта №325 от 13.08.2021 замечаниям дана налоговым органом на стр.59-63 оспариваемого решения, с которой арбитражный суд в целом согласен.

Так, анализ состава работ (услуг) по договору оказания услуг по управлению юридическим лицом №158/2013 от 06.05.2013 приведен на стр.2-3 заключения эксперта №325 от 13.08.2021. Анализ фактического объема выполненных работ экспертом производился исходя из предоставленных ему актов об оказании услуг, отчетов управляющего. При этом перед экспертом задача эксперта состояла не в проверке соответствия выполненных работ (услуг) требованиям договора, а в определении рыночной стоимости выполненных работ (услуг), отраженных в актах об оказании услуг.

Иные отраженные на сайте https://zakupki.gov.ru/epz/main/public/home.html закупки не были приняты экспертом во внимание ввиду отсутствия в них требуемой информации или их несоответствия с объектом исследования.

Требования существенности (полноты) в отношении объекта исследования и объектов аналогов раскрыты.

Согласно предмету договора для объекта – аналога №1 «Общество как учредитель Доверительного управления передает Управляющему в Доверительное управление Активы, состоящие из денежных средств и ценных бумаг, а Управляющий обязуется от своего имени за вознаграждение в течение срока действия настоящего Договора осуществлять Управление Активами в интересах Общества в соответствии с условиями настоящего Договора». С учетом того факта, что по договору от 06.05.2013 №158/2013 п.1.1 «Управляющий обязуется по поручению Заказчика оказывать услуги по управлению делами и имуществом ООО Фирма «БИОКОР» (далее Общество), в том числе полностью принять на себя осуществление полномочий единоличного исполнительного органа Общества, а Заказчик обязуется оплатить оказанные услуги в размере, порядке и на условиях, предусмотренных договором», в качестве актива, передаваемого в управление выступает компания ООО Фирма «БИОКОР». Следовательно изменение стоимости данного актива (компании ООО Фирма «БИОКОР» должно участвовать в расчетах, что и было выполнено экспертом при проведении исследования.

Из заключения эксперта №325 от 13.08.2021 не следует, что представленные для исследования материалы были признаны экспертом недостаточными.

Существенных нарушений при назначении и проведении экспертизы, которые бы ставили под сомнение сделанный в заключении эксперта №325 от 13.08.2021 вывод, в частности свидетельствовали бы об искажении установленной экспертом рыночной величины расходов на вознаграждение управляющего, арбитражным судом не установлено.

С учетом изложенного само по себе несогласие общества с заключением эксперта №325 от 13.08.2021 и представление им иной (выполненной по его заказу оценки) не влечет недопустимость такого доказательства по выездной проверке, а также при рассмотрении настоящего дела.

Отклоняя доводы налогоплательщика, арбитражный суд также отмечает, что доначисления по оспариваемому решению были произведены не в связи с тем, что налоговый орган поставил под сомнение целесообразность принятого налогоплательщиком решения о смене форме управления с целью повышения эффективности (вопрос экономической целесообразности тех или иных расходов, получения итогового экономического эффекта от тех или иных действий налогоплательщика не относится к компетенции налогового органа), а в связи с тем, что сопутствовавшие принятию такого решения обстоятельства в их совокупности свидетельствовали о том, что размер возникших в связи с этим расходов в данном конкретном случае налогоплательщиком был необоснованно (неоправданно) сознательно завышен в целях снижения налогооблагаемой прибыли.

Наличие у налогоплательщика первичных документов, касающихся выплаты вознаграждения управляющему в размере 105 894 300 руб., оформленных в соответствии с требования Федерального закона «О бухгалтерском учете», согласно ранее приведенным разъяснениям Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации не является в рассматриваемом случае безусловным основанием для уменьшения налоговой базы по налогу на прибыль организаций, поскольку налоговым органом были установлены обстоятельства, свидетельствующие о недостоверности этих сведений, в частности в части размера выплаченного управляющему вознаграждения.

Вопреки доводам общества на наличие у него структурных подразделений и сотрудников, осуществляющих поиск контрагентов и продвижение продукции, налоговый орган ссылается не в связи с тем, что данное обстоятельство исключает деятельность по управлению обществом, а в подтверждение того, что размер возникших в связи с изменением правовой конструкции управления обществом расходов был необоснованно (неоправданно) завышен.

Доводы налогового органа подтверждаются материалами проверки и обществом не опровергнуты.

Ссылка заявителя на судебную практику (постановление Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 20.11.2020 по делу №А19-277765/2019) арбитражным судом не принимается, поскольку из нее не следует, что обстоятельства указанного обществом дела были полностью аналогичны рассматриваемому делу. В частности, в отличие от настоящего дела по делу №А19-27765/2019 налоговый орган исходил из квалификации договора управления в качестве трудового и соответственно пришел к выводу о неисчислении, неудержании и неперечислении налога на доходы физических лиц налоговым агентом.

Нарушение сроков уплаты налога на прибыль организаций повлекло начисление налогоплательщику соответствующих пеней в порядке, предусмотренном ст.75 Налогового кодекса Российской Федерации. В связи с неуплатой налога налогоплательщик был привлечен к налоговой ответственности по п.1 ст.122 Налогового кодекса Российской Федерации.

Возражений по методике начисления пеней и их размеру, а также по размеру налоговых санкций  от общества не поступило, нарушений в порядке их исчисления арбитражным судом не установлено.

Таким образом, оценив доказательства в порядке ст.71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации во взаимной связи и совокупности, руководствуясь приведенными нормативными положениями и разъяснениями, арбитражный суд приходит к выводу о том, что оспариваемое решение о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения №5 от 16.03.2022 соответствует действующему законодательству о налогах и сборах, прав и законных интересов налогоплательщика не нарушает и признанию  недействительным не подлежит.

Обеспечительные меры, принятые определением Арбитражного суда Пензенской области от 15.07.2022 по делу № А49-7277/2022, подлежат отмене с момента вступления решения суда в законную силу на основании ч.5 ст.96 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

На основании вышеизложенного требования заявителя не подлежат удовлетворению.

В связи с отказом в удовлетворении заявления расходы по оплате государственной пошлины относятся на заявителя (ч.1 ст.110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении заявления общества с ограниченной ответственностью Фирма «Биокор» отказать.

Обеспечительные меры, принятые определением Арбитражного суда Пензенской области от 15.07.2022 по делу № А49-7277/2022, отменить с момента вступления решения суда в законную силу.

Решение может быть обжаловано в месячный срок со дня принятия в апелляционном порядке в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд (г. Самара)  через Арбитражный суд Пензенской области.

 

Судья                                                                                                        С.В. Аверьянов