АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

26 июня 2023 года

Дело №

А56-91249/2021

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Бычковой Е.Н., судей Чернышевой А.А., Яковца А.В.,

при участии от акционерного общества «Российский Сельскохозяйственный банк» ФИО1 (доверенность от 03.11.2022),

рассмотрев 21.06.2023 в открытом судебном заседании кассационную жалобу акционерного общества «Российский Сельскохозяйственный банк» на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 23.12.2022 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.03.2023 по делу № А56-91249/2021,

у с т а н о в и л:

ФИО2 обратилась в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании ее несостоятельной (банкротом). 

Определением суда от 19.11.2021 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве). 

Решением суда от 24.02.2022 (резолютивная часть от 17.02.2022) ФИО2 признана несостоятельной (банкротом), в отношении неё введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим утверждён ФИО3. 

Определением суда от 23.12.2022, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.03.2023, процедура реализации имущества ФИО2 завершена, должник освобождена от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реализации имущества гражданина. 

В кассационной жалобе акционерное общество «Российский Сельскохозяйственный банк» (далее – Банк), ссылаясь на неправильное применение судами норм материального права, а также на несоответствие их выводов фактическим обстоятельствам дела, просит отменить определение суда первой инстанции и постановление апелляционного суда в части освобождения ФИО2 от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами, принять по делу новый судебный акт – о неосвобождении должника от исполнения обязательств перед кредиторами.

Податель кассационной жалобы указывает, что действия должника свидетельствуют о злостном уклонении от погашения кредиторской задолженности, которому предшествовало предоставление в кредитную организацию недостоверных сведений;, до подачи заявления о признании банкротом у ФИО2 имелся автомобиль, средства от реализации которого не были направлены на погашение требований кредиторов. По мнению Банка, материалы дела не содержат доказательств существования непредвиденных жизненных обстоятельств, а также неумышленности попадания в затруднительное финансово-экономическое положение, свидетельствующих о необходимости применения в отношении ФИО2 правил об освобождении от обязательств.

Отзыв на кассационную жалобу не представлен.

В судебном заседании представитель Банка поддержала доводы, приведенные в кассационной жалобе.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, однако представителей в судебное заседание не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения жалобы.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке.

Как усматривается из материалов дела, в ходе процедуры реализации имущества гражданина финансовый управляющий в соответствии со своими полномочиями провел работу по опубликованию сообщения о признании должника несостоятельным (банкротом) в газете «Коммерсантъ» и в Едином федеральном реестре сведений о банкротстве, а также по направлению запросов в регистрирующие органы. Имущество, подлежащее реализации, не обнаружено. Сумма расходов за публикации составила 12 369,31 руб.

Реестр требований кредиторов сформирован в размере 2 821 635,47 руб. и не погашен ввиду отсутствия конкурсной массы.

В результате проведенного анализа финансовым управляющим не выявлены подлежащие оспариванию сделки должника, сделаны выводы об отсутствии признаков платежеспособности должника, о невозможности ее восстановления, об отсутствии признаков фиктивного (преднамеренного) банкротства.

Суд первой инстанции, установив, что все необходимые мероприятия в ходе процедуры банкротства выполнены, признаки фиктивного или преднамеренного банкротства не выявлены, имущество должника, позволяющее удовлетворить требования кредиторов, в рамках проведенных финансовым управляющим мероприятий не обнаружено, пришел к выводу о наличии оснований для завершения процедуры реализации имущества должника. При этом суд освобождал должника от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реализации имущества гражданина.

Апелляционный суд согласился с выводом суда первой инстанции об отсутствии оснований для неосвобождения должника от исполнения обязательств перед кредиторами.

В соответствии с частью 1 статьи 286 АПК РФ арбитражный суд кассационной инстанции проверяет законность решений, постановлений, принятых арбитражным судом первой и апелляционной инстанций, устанавливая правильность применения норм материального права и норм процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного акта и исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы, если иное не предусмотрено названным Кодексом.

Суд кассационной инстанции, изучив материалы дела и проверив, исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы, правильность применения судами норм материального и процессуального права, полагает, что нормы права применены правильно, а выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам.

После завершения расчётов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина (пункт 3 статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»; далее – Закон о банкротстве)

Пунктом 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве установлен перечень признаков недобросовестного поведения гражданина, исключающих возможность использования особого порядка освобождения от погашения задолженности через процедуры банкротства. Освобождение гражданина от обязательств не допускается в случае, если:

- вступившим в законную силу судебным актом гражданин привлечен к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве, преднамеренное или фиктивное банкротство при условии, что такие правонарушения совершены в данном деле о банкротстве гражданина;

- гражданин не предоставил необходимые сведения или предоставил заведомо недостоверные сведения финансовому управляющему или арбитражному суду, рассматривающему дело о банкротстве гражданина, и это обстоятельство установлено соответствующим судебным актом, принятым при рассмотрении дела о банкротстве гражданина;

- доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.

Абзац четвертый пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве направлен на недопустимость использования механизма освобождения гражданина от обязательства в случаях, когда при возникновении или исполнении обязательства имело место поведение, не согласующееся с требованиями статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), согласно которым при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно, никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В пунктах 45 и 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» (далее - Постановление № 45) разъяснено, что согласно абзацу четвертому пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение должника от обязательств не допускается, если доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве должника, последний действовал незаконно, в том числе совершил действия, указанные в этом абзаце. Соответствующие обстоятельства могут быть установлены в рамках любого судебного процесса (обособленного спора) по делу о банкротстве должника, а также в иных делах.

В силу пунктов 42 и 43 Постановления № 45 целью положений пункта 3 статьи 213.24, пункта 6 статьи 213.5, пункта 9 статьи 213.9, пункта 2 статьи 213.13, пункта 4 статьи 213.28 и статьи 213.9 Закона о банкротстве в их системном толковании является обеспечение добросовестного сотрудничества должника с судом, финансовым управляющим и кредиторами. Указанные нормы направлены на недопущение сокрытия должником каких-либо обстоятельств, которые могут отрицательно повлиять на возможность максимально полного удовлетворения требований кредиторов, затруднить разрешение судом вопросов, возникающих при рассмотрении дела о банкротстве, или иным образом воспрепятствовать рассмотрению дела.

В соответствии с пунктом 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Исходя из пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

Следовательно, если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично.

Настаивая на неприменении в отношении должника правила об освобождении от исполнения обязательств, Банк указал на то, что при принятии кредитных обязательств в анкете-заявлении о предоставлении кредита должник предоставила кредитору заведомо ложные сведения относительно размера ежемесячного дохода (300 000 руб.), в то время как в суд представлена информация о том, что должник не трудоустроена. Кредитор указал, что ФИО2 искусственно наращивала задолженность, до подачи заявления о признании банкротом у ФИО2 имелся автомобиль, который она реализовала в 2019 году, при этом полученные денежные средства не направила на погашение требований кредиторов.

Согласно письменным пояснениям ФИО2 она работала по гражданско-правовому договору в обществе с ограниченной ответственностью (далее – ООО)  «Новые рынки» в должности личного помощника до 2021 года (по договору об оказании услуг от 14.01.2020№ 14-Д), деятельность в указанной организации ФИО2 осуществляла до 31.12.2020.

Относительно доводов кредитора о том, что в 2019 году ФИО2 был отчужден автомобиль по договору купли-продажи, должник пояснила, что указанная сделка была совершена задолго до возникновения у ФИО2 признаков неплатежеспособности и кредитных обязательств перед Банком (договор заключен в 2020 году).

Кредитором в материалы дела представлена справка о доходах должника от 02.12.2020, из которой следует, что среднемесячный заработок ФИО2 составляет 346 169 руб.

Должником в материалы дела представлен договор об оказании услуг от 14.01.2020 № 14-Д, заключенный должником (исполнителем) с ООО «Новые рынки» на оказание услуг личного помощника руководителя; срок договора - по 31.12.2020 (пункт 1.3); стоимость услуг - 200 000 руб. в месяц; по результатам работы возможно премирование (пункт 3.1).

В заявлении о признании должника банкротом, представленном в суд 05.10.2021, должник указала, что не трудоустроена.

Как верно указали суды, сведения, представленные в кредитную организацию (о доходе в 2020 году), и в суд (об отсутствии трудоустройства в 2021 году) относятся к разным временным периодам.

Банк не заявлял о фальсификации представленных должником в материалы дела документов  и не опроверг сведения о трудоустройстве должника на дату заключения с ней кредитного договора. 

Злостного уклонения должника от уплаты задолженности и непередачи финансовому управляющему или суду первой инстанции каких-либо необходимых для ведения процедуры несостоятельности документов, судом первой инстанции не установлено.

Должник в процедуре банкротства вела себя добросовестно, необходимую финансовому управляющему информацию не скрывала, все необходимые документы, информацию о составе своего имущества и месте его нахождения, составе своих обязательств, кредиторах и иные имеющие отношение к делу о банкротстве сведения предоставила. В ходе процедуры банкротства ФИО2 к уголовной и административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве не привлекалась, признаки преднамеренного и (или) фиктивного банкротства финансовым управляющим не выявлены.

Суд апелляционной инстанции правомерно отклонил довод Банка о наличии в действиях ФИО2 возможных признаков недобросовестности должника при взятии на себя кредитных обязательств, что привело к наращиванию кредиторской задолженности.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично.

Как указано в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2017 № 304-ЭС17-76, недобросовестное поведение должника должно быть подтверждено достаточными доказательствами.

В рассматриваемом случае подобных доказательств не представлено. Само по себе принятие должником на себя обязательств в значительном размере, в том числе превышающем стоимость его имущества, не исключает применение к гражданину такого последствия признания его несостоятельным, как освобождение от долгов. Принятие на себя обязательств не может быть расценено как действия, направленные на освобождение от долгов, так как такие действия влекут противоположные последствия.

Прекращение расчетов с кредитором вызвано объективными причинами.

В отличие от недобросовестности неразумность поведения физического лица сама по себе препятствием для освобождения от долгов не является (определение Верховного Суда Российской Федерации от 03.06.2019 № 305-ЭС18-26429).

Из специального нормативно-правового регулирования и экономической сущности отношений в сфере потребительского кредитования следует, что при решении вопроса о предоставлении конкретному физическому лицу денежных средств, кредитная организация оценивает его личные характеристики, в том числе кредитоспособность, финансовое положение, возможность предоставления обеспечения по кредиту, наличие или отсутствие ранее предоставленных кредитов, степень их погашения и т.д.

Кроме того, Банки, являясь профессиональными участниками кредитного рынка, имеют широкие возможности для оценки кредитоспособности гражданина, в том числе посредством разработки стандартных форм кредитных анкет-заявок для заполнения их потенциальным заемщиком на стадии обращения в кредитную организацию с указанием сведений о его имущественном и социальном положении, ликвидности предлагаемого обеспечения и т.п., а также проверки предоставленного им необходимого для получения кредита (либо выдаче поручительства) пакета документов.

По результатам проверок в каждом конкретном случае кредитная организация принимает решение по вопросу о выдаче денежных средств.

В случае положительного решения о выдаче кредита, основанного на достоверной информации, предоставленной гражданином, последующая ссылка банка на неразумные действия заемщика, взявшего на себя чрезмерные обязательства в отсутствие соответствующего источника погашения кредита, не может быть принята во внимание для целей применения положений пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве.

Аналогичный подход отражен в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 31.10.2022 № 307-ЭС22-12512.

Таким образом, доводы Банка о недобросовестном поведении ФИО2 при заключении кредитного договора материалами дела не подтверждаются.

При изложенных обстоятельствах дела суды пришли к обоснованному выводу о том, что должник подлежит освобождению от исполнения в дальнейшем своих обязательств перед кредиторами.

Поскольку при рассмотрении дела нормы материального права применены судами правильно и нормы процессуального права не нарушены, суд кассационной инстанции не находит оснований для удовлетворения жалобы.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 23.12.2022 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.03.2023 по делу № А56-91249/2021 оставить без изменения, а кассационную жалобу акционерного общества «Российский Сельскохозяйственный банк» – без удовлетворения.

 

Председательствующий

Е.Н. Бычкова

Судьи

 

А.А. Чернышева

 А.В. Яковец