ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 18АП-3000/2019

г. Челябинск

24 апреля 2019 года

Дело № А76-30696/2018

Резолютивная часть постановления объявлена 17 апреля 2019 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 24 апреля 2019 года.

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Бабиной О.Е., 

судей Карпусенко С.А., Лукьяновой М.В., 

при ведении протокола секретарем судебного заседания                    Кропивка И.В., рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Управление энергоснабжения и связи» на решение Арбитражного суда Челябинской области от 24.01.2019 по делу № А76-30696/2018 (судья Костылев И.В.).

В судебном заседании приняли участие представители:

общества с ограниченной ответственностью «Медас Техно» - ФИО2 (доверенность б/н от 11.01.2019),

общества с ограниченной ответственностью «Управление энергоснабжения и связи» - ФИО3 (доверенность №5 от 23.10.2018).

Общество с ограниченной ответственностью «Медас Техно» (далее – ООО «Медас Техно») обратилось в Арбитражный суд Челябинской области с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Управление энергоснабжения и связи» (далее – ООО «УЭС», ответчик, податель апелляционной жалобы) о взыскании суммы основного долга в размере 1 636 000 руб., неустойки в размере 1 725 980 руб., расходов по оплате государственной пошлины в размере 39 491 руб. (л.д. 2-5).

Определением от 23.10 2018 судом к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора привлечено общество с ограниченной ответственностью «Электроэксплуатация» (далее – ООО «Электроэксплуатация», третье лицо; л.д. 69).

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 24.01.2019 по делу № А76-30696/2018 исковые требования ООО «Медас Техно» удовлетворены частично, с ООО «УЭС» в пользу истца взыска основной долг в сумме 1 636 000 руб., неустойка в сумме 96 524 руб., расходы по уплате государственной пошлины в сумме 20 515 руб. (с учетом определения от 24.01.2019; л.д. 132-137).

Ответчик с вынесенным судебным актом не согласился, обратился в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просил решение суда отменить и принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении исковых требований в полном объеме.

В обоснование доводов апелляционной жалобы ООО «УЭС» ссылается, на отсутствие у истца права требования к ответчику, в связи с незаключенностью договора уступки права требования от 23.05.2018.

По мнению подателя апелляционной жалобы ФИО4 являлся номинальным директором и на момент подписания договора не исполнял обязанности директора. В подтверждение указанных обстоятельств, ответчиком представлено заключение специалиста, согласно которому, спорный договор подписан не руководителями сторон.

В апелляционной жалобе ответчик отмечает, что в суде первой инстанции им заявлялось ходатайство о фальсификации доказательства и проведении судебной экспертизы, однако судом необоснованно было отклонены указанные ходатайства, что привело к невозможности ответчику реализовать представленные ему процессуальные права.

Лица, участвующие в деле, уведомлены о дате, времени и месте судебного разбирательства посредством почтовых отправлений, размещения информации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», третье лицо представителей в судебное заседание не направил. 

Суд апелляционной инстанции, проверив уведомление указанных лиц о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, с учетом положений части 6 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся представителей лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о месте и времени судебного разбирательства. 

В соответствии со статьями 121, 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом мнения сторон, дело рассмотрено судом апелляционной инстанции в отсутствие представителя третьего лица.

От ООО «УЭС» в материалы дела 07.03.2019 (вход. № 11260) поступил оригинал апелляционной жалобы, 11.03.2019 (вход. №11509) поступило ходатайство о приобщении к материалам дела дополнительных доказательств (платежного поручения и почтовых квитанций).

Судебная коллегия принимая во внимание, что представление указанных документов возложено на подателя апелляционной жалобы определением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.03.2019, полагает возможным заявленное ходатайство удовлетворить, платежное поручение и почтовые квитанции приобщить к материалам дела.

В судебном заседании представитель ответчика доводы апелляционной жалобы и ходатайство о назначении судебной экспертизы поддержала.

Истец, по доводам апелляционной жалобы возражал, заявил ходатайство о приобщении к материалам дела отзыва на апелляционную жалобу от 15.04.2019 (вход.№18066).

Судебная коллегия, принимая во внимание отсутствие доказательств заблаговременного направления копии отзыва в адрес лиц, участвующих в деле, на основании положений статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации отказывает в приобщении к материалам дела отзыва на апелляционную жалобу.

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, 05.06.2015 между ООО «ЭлектроЭксплуатация» (поставщик) и ООО «Управление энергоснабжения и связи» (покупатель) заключен договор поставки № 29 (л.д.9), в соответствии с которым поставщик обязуется передать в собственность покупателя, а покупатель обязуется принять и оплатить электрооборудование – шесть трансформаторов (п.1.1 договора). 

Стоимость электрооборудования составляет 1 836 000 руб. (п. 3.1 договора). 

Оплата электрооборудования производится в течение трех месяцев с момента подписания акта о приемке электрооборудования по качеству и комплектности (п. 3.3. договора). 

В соответствии с п. 5.2 договора за просрочку платежа Покупатель уплачивает поставщику пеню в размере 0,1% от стоимости электрооборудования. 

В соответствии с п.5.3 договора все неустойки начисляются и выплачиваются только в случае направления письменного уведомления и с даты направления уведомления о выплате неустойки. 

При не достижении согласия споры решаются в арбитражном суде по месту нахождения поставщика (п.7.2. договора). 

Во исполнение обязательств по договору поставщик поставил покупателю указанное в п. 1.1. договора электрооборудования на общую сумму 1 836 000 руб., что подтверждается товарной накладной от 30.06.2015 № 8 (л.д. 12), счетом-фактурой (л.д.11). 

О получении продукции ответчиком свидетельствует печать и подпись доверенного лица ответчика в указанной выше товарной накладной. 

Ответчик оплатил полученное электрооборудования в размере 200 000 руб. 

До настоящего времени ответчик свои обязательства по оплате товара в полном объеме не исполнил. 

23.05.2018 между ООО «ЭлектроЭксплуатация» (Цедент) и ООО «Медас Техно» (Цессионарий) заключен договор уступки права требования (л.д. 13). 

В соответствии с п.1. договора Цедент уступает, а Цессионарий принимает право требования к ООО «Управление энергоснабжения и связи», возникшее из договора поставки от 05.06.2015 № 29 и товарной накладной от 30.06.2015 № 8. 

Задолженность составляет 1 636 000 руб. 03.07.2018 ООО «ЭлектроЭксплуатация» в адрес ООО «Управление энергоснабжения и связи» было направлено уведомление об уступке права требования, что подтверждается почтовой квитанцией (л.д. 20, 22, 23). 

Истец указывает, что в адрес ответчика направил претензию 06.07.2018 (л.д. 24), что подтверждается почтовой квитанцией о приеме корреспонденции (л.д. 29). 

Ответчик указывает, что претензию не получал, а адресатом в почтовой квитанции указана иная организация: «Управление энергосбережения и связи». 

Поскольку данное почтовое отправление не вручено адресату (л.д. 67), в почтовой квитанции о приеме корреспонденции указано неверное наименование адресата, а возвратный конверт истцом не представлен, 23.07.2018 истцом в адрес ответчика направлена претензия с требованием оплаты задолженности (л.д. 31). 

В подтверждение факта направления претензии представлена квитанция о приеме курьерской службой 23.07.2018 корреспонденции, а также квитанция о приеме получателем данной претензии 26.07.2018. 

Ответа на претензию не последовало, задолженность ответчиком на дату рассмотрения дела, не погашена. 

В связи с неисполнением обязательств по оплате продукции истец обратился с настоящим иском в арбитражный суд.

Оценив представленные доказательства в отдельности, относимость, допустимость и их достоверность, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности по своему внутреннему убеждению, суд первой инстанции пришел к выводу о частичном удовлетворении исковых требований.

Повторно рассмотрев дело в порядке статей 268, 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, исследовав имеющиеся в деле доказательства, проверив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции не установил оснований для отмены или изменения обжалуемого судебного акта.

Согласно части 1 статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном настоящим кодексом.

Гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности (статья 8 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 1 статьи 11 Гражданского кодекса Российской Федерации арбитражные суды осуществляют защиту нарушенных или оспоренных гражданских прав.

Как следует из материалов дела, исковое заявление обусловлено взысканием задолженности по договору поставки №29 от 05.06.2015 (л.д. 9-10).

Согласно статье 309 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона. Одностороннее изменение условий обязательства действующим законодательством не предусмотрено. 

В силу положений статьи 310 Гражданского кодекса Российской Федерации односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом. Односторонний отказ от исполнения обязательства, связанного с осуществлением его сторонами предпринимательской деятельности, и одностороннее изменение условий такого обязательства допускаются также в случаях, предусмотренных договором, если иное не вытекает из закона или существа обязательства.

Спорные правоотношения регулируются §3 главы 30 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 1 статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации, гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

В соответствии со статьей 153 Гражданского кодекса Российской Федерации действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей, признаются сделками.

В силу пункта 3 статьи 154 Гражданского кодекса Российской Федерации, для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон (двусторонняя сделка) либо трех или более сторон (многосторонняя сделка).

Договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора (пункт 1 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьей 506 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору поставки поставщик-продавец, осуществляющий предпринимательскую деятельность, обязуется передать в обусловленный срок или сроки производимые или закупаемые им товары покупателю для использования в предпринимательской деятельности или в иных целях, не связанных с личным, семейным, домашним и иным подобным использованием.

В силу требований части 1 статьи 516 Гражданского кодекса Российской Федерации покупатель оплачивает поставляемые товары с соблюдением порядка и формы расчетов, предусмотренных договором поставки.

В силу статьи 486 Гражданского кодекса Российской Федерации покупатель обязан оплатить товар непосредственно до или после передачи ему продавцом товара, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другим законом, иными правовыми актами или договором купли-продажи и не вытекает из существа обязательства.

Обращаясь в арбитражный суд с исковым заявлением ООО «Медас Техно» основывает свои требования на договоре уступки права требования б/н от 23.05.2018 (л.д. 13-14).

Согласно пункту 1 статьи 382 Гражданского кодекса Российской Федерации право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона. 

Пунктом 1 статьи 388 названного кодекса предусмотрено, что уступка требования кредитором (цедентом) другому лицу (цессионарию) допускается, если она не противоречит закону.

В соответствии с пунктом 1 статьи 384 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права, в частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на неуплаченные проценты.

В соответствии с пунктом 2 статьи 390 Гражданского кодекса Российской Федерации при уступке цедентом должны быть соблюдены следующие условия: уступаемое требование существует в момент уступки, если только это требование не является будущим требованием; цедент правомочен совершать уступку; уступаемое требование ранее не было уступлено цедентом другому лицу; цедент не совершал и не будет совершать никакие действия, которые могут служить основанием для возражений должника против уступленного требования. Законом или договором могут быть предусмотрены и иные требования, предъявляемые к уступке.

Согласно пункту 1 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

В силу положений пункта 1 статьи 382 и статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации к существенным условиям договора уступки права требования относятся условия об объеме прав кредитора, переходящих к другому лицу. Положения указанных норм предусматривают, что договор цессии должен содержать сведения об обязательстве, из которого у первоначального кредитора возникло уступаемое право.

Поскольку цессия влечет замену кредитора в обязательстве (полностью или в части), условие договора цессии о предмете уступаемого права должно быть сформулировано таким образом, чтобы исключить неоднозначное толкование объема уступаемых прав.

Глава 24 Гражданского кодекса Российской Федерации в качестве существенных и необходимых условий договора об уступке права требования указывает наличие у цедента права, которое передается цессионарию; указание на обязательство, на основании которого передаваемое право требования принадлежит кредитору; соответствие переходящего объема прав кредитора к другому лицу, существовавшему к моменту его перехода, а также совершение уступки требования в аналогичной письменной форме сделки, требования по исполнению обязательств по которой передаются.

Предметом договора цессии является уступка права (требования), возникшего из конкретного обязательства.

Договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора (пункт 1 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В рамках настоящего дела предметом договора уступки права требования б/н от 23.05.2018, подписанного представителями истца и третьего лица, является право требования задолженности с ООО «УЭС» (должник), возникшей из договора поставки №29 от 05.06.2015, по которому ООО «Электроэксплуатация» поставило ООО «УЭС» продукцию на общую сумму 1 836 000 руб. 00 коп., что подтверждается товарной накладной №8 от 30.06.2015.

Таким образом, исходя из текста договора цессии и согласованных прав и обязанностей сторон, положения статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации соблюдены.

Довод, приведенный ответчиком в апелляционной жалобе, о том, что спорный договор уступки права требования является недействительным, отклоняется.

Согласно статье 382 Гражданского кодекса Российской Федерации, право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона. Уступкой права требования является соглашение о замене прежнего кредитора, который выбывает из обязательства, на другого субъекта, к которому переходят все права прежнего кредитора. В данном случае уступка права требования основана на требовании истца к ответчику и носит характер денежного обязательства, обладающего самостоятельной имущественной ценностью, в котором личность кредитора не имеет существенного значения для должника.

Как разъяснено в пункте 1 Информационного письма № 120, а также в пункте 8 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации № 54 от 21.12.2017 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки» передача недействительного требования на основании соглашения об уступке права (требования) не влечет недействительности этого соглашения и рассматривается как нарушение цедентом своих обязательств перед цессионарием, вытекающих из соглашения об уступке права (требования).

Исходя из смысла пункта 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки» возможность уступки требования не ставится в зависимость от того, является ли уступаемое требование бесспорным (пункт 1 статьи 384, статьи 386, 390 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенным в пункте 2 постановления от 22.11.2016 № 54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении», по общему правилу, предусмотренному пунктом 3 статьи 308 Гражданского кодекса Российской Федерации, обязательство не создает прав и обязанностей для лиц, не участвующих в нем в качестве сторон (для третьих лиц). Соответственно, стороны обязательства не могут выдвигать в отношении третьих лиц возражения, основанные на обязательстве между собой, равно как и третьи лица не могут выдвигать возражения, вытекающие из обязательства, в котором они не участвуют.

Поскольку настоящий договор цессии заключен межу двумя сторонами, и ответчик стороной указанного договора не является, поскольку договор сторонами подписан, и на момент его заключения и после его заключения между сторонами договора разногласия относительно его предмета и исполнения не возникало, поскольку цедент привлечен к участию в деле в качестве третьего лица и возражений против предъявления истцом искового заявления не заявил, что безвозмездность уступки из договора не следует, недобросовестность сторон договора при его заключении, выразившаяся, в том числе, в намерении причинить вред должнику, иным образом ущемить его права, последним не доказана, что личность кредитора в рассматриваемом правоотношении не имеет существенного значения для должника, уступка требования, неразрывно связанного с личностью кредитора, не имеет места, что должником не представлено доказательств исполнения обязательства ни полностью, ни в части, ни первоначальному кредитору, ни новому кредитору, вопреки доводам апелляционной жалобы, рассматриваемый договор содержит все существенные условия, является возмездным, соответствует положениям статей 382, 384 Гражданского кодекса Российской Федерации, в силу чего суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о наличии оснований для удовлетворения исковых требований.

Требования истца основаны на договоре цессии, в соответствии с которым право к нему перешло от первоначального кредитора в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права, в связи с чем вопрос о том, кто из этих двух лиц обратился к должнику за взысканием задолженности, правового значения для разрешения данного спора не имеет.

Отклоняя доводы апелляционной жалобы об отсутствии полномочий ФИО4 на подписание спорного договора цессии, апелляционная коллегия исходила из следующего.

До момента признания судом по заявлению должника указанной сделки недействительной, суд, обязан исходить из её действительности, соответственно, суд, обязан лишь убедиться в действительном наличии материального основания правопреемства (в данном случае сделки цессии).

Возражая относительно предъявленных исковых требований, податель апелляционной жалобы ссылается на отсутствие у истца оснований для взыскания с ответчика задолженности по договору поставки № 29 от 05.06.2015. В тоже время, апелляционная коллегия отмечает, что договор уступки права требования б/н от 23.05.2018, судом первой инстанции недействительным не признан, так как надлежащие основания для этого не приведены и не доказаны.

Поскольку ответчик стороной спорной сделки не является, следовательно, для её оспаривания ему необходимо привести основания своей заинтересованности в оспаривании указанной сделки, обосновать каким образом она нарушает его законные права и интересы, в чем выразилась недобросовестность сторон при заключении такой сделки, либо, что при её заключении допущено злоупотребление правом, которое нарушило права и законные интересы ответчика.

В данном случае наличие таких обстоятельств должником не доказано.

Отсутствие предоставления сведений в налоговые органы относительно совершенной сделки, внесение записи о признании недостоверными сведений о юридическом лице по причине отсутствия сведений о его деятельности, не влияет на то обстоятельство, что у должника в соответствии с заключенным договором поставки возникло обязательство по оплате, возникла просрочка исполнения и право требования по такому обязательству передано первоначальным кредитором новому кредитору.

То есть, фактически возражения ответчика по оспариванию права предъявления требования новым кредитором направлены не на защиту своих законных прав и интересов, а на уклонение от исполнения возникшего обязательства, так как такое исполнение первоначальному кредитору им не производилось.

Следовательно, податель жалобы не подтвердил, каким образом договор уступки права требования б/н от 23.05.2018 нарушает его права и законные интересы.

Ответчик, как следует из его возражений, стороной договора цессии не является, следовательно, условия указанной цессии, его права, как кредитора, не нарушают, так как ответчик является должником, не исполнившим надлежащим образом принятые обязательства (обратного из дела не следует).

Доказательств исполнения первоначальному или новому кредитору ответчиком не предоставлено. Предъявление истцом, как контрагентом ответчика по договору поставки, настоящих требований, права ответчика не нарушает, риск двойного взыскания не влечет, так как соответствующие неблагоприятные риски являются рисками именно первоначального и нового кредиторов. 

Признаков злоупотребления правом при заявлении настоящего иска судом апелляционной инстанции на стороне истца, третьего лицу не выявлено. 

В данном случае уступка права требования основана на требовании истца к ответчику и носит характер денежного обязательства, обладающего самостоятельной имущественной ценностью, в котором личность кредитора не имеет существенного значения для должника. 

С учетом изложенного, оспаривание ответчиком прав истца на предъявление взыскания задолженности, в отсутствие доказательств исполнения ответчиком своих обязательств, в отсутствие доказательств нарушения его прав и законных интересов, направлено исключительно на уклонение от исполнения имеющейся у ответчика обязанности, что необоснованно.

Согласно части 3 статьи 15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, принимаемые арбитражным судом решения, постановления, определения должны быть законными, обоснованными и мотивированными.

Арбитражный суд в соответствии с требованиями части 1 статьи 64 и статей 71, 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации на основании имеющихся в деле доказательств устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения спора.

Требования истца подлежат рассмотрению арбитражным судом исходя из предмета и основания заявленного иска.

Как следует из материалов дела, настоящий спор обусловлен взысканием задолженности по договору поставки.

Договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора (пункт 1 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Ответчик, реализуя представленное законом право на защиту, при рассмотрении дела в суде первой инстанции обратился с заявлением о фальсификации доказательства в порядке статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отношении договора уступки. 

Согласно пункту 3 части 1 статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, если лицо, участвующее в деле, обратится в арбитражный суд с заявлением в письменной форме о фальсификации доказательства, представленного другим лицом, участвующим в деле, суд проверяет обоснованность заявления о фальсификации доказательства, если лицо, представившее это доказательство, заявило возражения относительно его исключения из числа доказательств по делу.

В этом случае арбитражный суд принимает предусмотренные законом меры для проверки достоверности заявления о фальсификации доказательства, в том числе, назначает экспертизу, истребует другие доказательства или принимает иные меры. 

Из указанного следует, что проверка заявления лица, участвующего в деле, о фальсификации доказательств, представленных другим лицом, осуществляется судом в установленном положениями статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации порядке. При этом вывод суда о фальсификации представленных стороной доказательств, влечет исключение соответствующих доказательств из числа доказательств, подлежащих оценке судом, ввиду того, что в случае признания доказательства сфальсифицированным в смысле положений статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, данное доказательство не может быть признано достоверным.

Приведенные положения процессуального законодательства направлены на недопустимость получения неправомерных преимуществ одной из сторон в споре за счет искусственного создания доказательств и их представления суду.

Вместе с тем,  отказывая в удовлетворении заявленных ходатайств, суд первой инстанции исходил из того, что представитель истца в судебном заседании подтвердил, что договор цессии подписан лицами, указанными в нем, задолженность истца ответчиком не погашена. 

При обращении с апелляционной жалобой, ответчиком заявлено ходатайство о назначении судебной экспертизы. На разрешение эксперта ответчик просил поставить следующие вопросы:

1) Выполнены ли подписи на договоре уступки права требования от 23.05.2018, заключенного между ООО «Электроэксплуатация» и ООО «Медас Техно», от имени ФИО4 самим ФИО4, от имени ФИО5 самим ФИО5?

2) Соответствует ли время фактического изготовления договора уступки права требования от 23.05.2018, заключенного между ООО «Электроэксплуатация» и ООО «Медас Техно», дате указанного документа, дате его фактического подписания давности оттиска печатей сторон.

Удовлетворяя исковые требования и отклоняя заявление о фальсификации доказательств и назначении судебной экспертизы, суд первой инстанции обоснованно указал, что ответчиком подтверждается факт получения электрооборудования и не оспаривается факт неполной оплаты полученного оборудования, суду не раскрыто, в связи с чем, для ответчика является важным исполнить обязательство именно первоначальному кредитору. Первоначальный кредитор, привлеченный к участию в деле в качестве третьего лица, факт уступки права требования не оспорил.

Судебная коллегия, оценив представленные в материалы дела доказательства, с учетом конкретных фактических обстоятельств настоящего дела отклоняет ходатайство ответчика о назначении по делу судебной экспертизы для целей проверки заявления фальсификации доказательств.

В соответствии с частью 1 статьи 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле.

Согласно абзацу 2 пункта 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе» ходатайство о проведении экспертизы в суде апелляционной инстанции рассматривается судом с учетом положений частей 2 и 3 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которым дополнительные доказательства принимаются судом апелляционной инстанции, если лицо, участвующее в деле, обосновало невозможность их представления в суд первой инстанции по причинам, не зависящим от него (в том числе в случае, если судом первой инстанции отклонено ходатайство о назначении экспертизы), и суд признает эти причины уважительными.

В настоящем случае судом первой инстанции установлено, что документ, который оспаривает ответчик, оформлен истцом и третьим лицом на основании собственного волеизъявления. Утверждение ответчика об обратном с приложением заключений о подписях лиц судом первой инстанции проверено посредством получения дополнительных пояснений истца, привлечением третьего лица, которые полномочия лиц, подписавших оспариваемый договор не оспорили.

В отсутствие доказательств злоупотребления правом на стороне истца и третьего лица, в отсутствие доказательств наличия заинтересованности ответчика в оспаривании спорной сделки по причине нарушения ею прав и законных интересов ответчика, суд первой инстанции обоснованно ограничился проверкой заявления ответчика о фальсификации посредством изложенных выше процессуальных действий, и предупредив стороны о последствиях заявления и не исключения доказательств по делу. Оснований для дополнительного исследования изложенных обстоятельств не имеется.

Судебная коллегия соглашается с тем, что должник вправе оспаривать уступку права требования между первоначальным и новым кредитором, однако, такое оспаривание должно происходить не в безусловном порядке, а при наличии обоснованных оснований, что в настоящем случае отсутствует.

Исходя из существа заявленных по делу требований, приведенных ответчиком доводов, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что для назначения по настоящему делу судебной экспертизы на основании заявленного ответчиком ходатайства  оснований нет.

Как верно установлено судом первой инстанции, ответчиком не представлены доказательства оплаты оказанных услуг по договору поставки. Значимость личности кредитора в исполнении обязательства, ответчиком также относимыми, допустимыми, достоверными и достаточными доказательствами не подтверждена.

Согласно п. 10 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки», при оценке того, имеет ли личность кредитора в обязательстве существенное значение для должника, для целей применения пункта 2 статьи 388 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо исходить из существа обязательства.

Если стороны установили в договоре, что личность кредитора имеет существенное значение для должника, однако это не вытекает из существа возникшего на основании этого договора обязательства, то подобные условия следует квалифицировать как запрет на уступку прав по договору без согласия должника (пункт 2 статьи 382 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Вместе с тем, как следует из материалов дела, в спорных правоотношениях личность кредитора не имеет значения для должника.

Доказательства существования обстоятельств, определенных частью 2 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в качестве оснований принятия апелляционным судом дополнительных доказательств, полученных по результатам судебной экспертизы, ответчиком не представлены.

По указанной причине суд апелляционной инстанции не усматривает основания для удовлетворения ходатайства ответчика и назначения по делу судебной экспертизы.

Из положений статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации следует, что доказательства представляются лицами, участвующими в деле. 

Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий (часть 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Исходя из принципа состязательности сторон, закрепленного в статье 9 названного Кодекса, а также положений статей 65, 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, лицо, не реализовавшее свои процессуальные права на представление доказательств, несет риск неблагоприятных последствий не совершения им соответствующих процессуальных действий. 

В подтверждение заявленных исковых требований, истцом в материалы дела представлен договор поставки №29 от 05.06.2015, счет-фактура №8 от 30.06.2015, товарная накладная №8 от 30.06.2015 (л.д. 9-12). 

Указанные документы подписаны уполномоченными лицами, скреплены печатью организациями и лицами, участвующими в деле при рассмотрении дела в суде первой инстанции не оспаривались.

Вместе с тем, в ходе рассмотрения апелляционной жалобы, в судебном заседании ответчиком заявлены возражения относительно факта поставки и обоснованности заключения договора поставки. 

В суде апелляционной инстанции ответчик заявил новые доводы, которые не заявлялись им в суде первой инстанции, о том, что такой договор и документы в его обоснование имеют формальный характер, так как налоговая отчетность по деятельности поставщика им в установленном порядке в налоговые органы не предоставлена. Иных оснований для оспаривания сделки и её фактического исполнения ответчиком не заявлено.

Суд апелляционной инстанции принимает во внимание, что ранее договор поставки и документы по исполнению поставщиком принятых обязательств ответчиком не оспаривались, претензии к качеству и объему поставленного товара, срокам поставки не предъявлялись. Возражения ответчика, изложенные в судебном заседании относительно не предоставления налоговой отчетности не формируют достаточных оснований для критической оценки двусторонних доказательств, так как неисполнение юридическим лицом обязанности в отношении предоставления налоговой отчетности, само по себе не влечет автоматического признания совершенных ими сделок и их исполнения подлежащими критической оценке.

Также, данное заявление ответчика противоречит представленным в материалы дела документам, подписанных представителями третьего лица и самого ответчика без замечаний и возражений, в которых указано, что 30.06.2015 ответчику отпущено товара на сумму 1 836 000 руб.

Возражая против исковых требований, ответчик не представил доказательств не исполнения обязательств по договору поставки поставщиком. Подписание счета-фактуры №8 от 30.06.2015, товарной накладной №8 от 30.06.2015 не оспорил, заявление о фальсификации указанных документов не подал. 

Как следует из материалов дела, товарная накладная подписана директором ФИО6 и скреплена печатью ООО «УЭС». Ответчик подлинность печати, наличие полномочий лица на подписание товарной накладной не опроверг достоверными доказательствами в суде первой и апелляционной инстанций. Нахождение печати в распоряжении лиц, не уполномоченных на подписание, ответчиком не аргументировано, не доказано.

О выбытии печати из своего законного владения ответчик в органы полиции не заявлял, доказательств утери печати не представлено.

Согласно пункту 1 статьи 185 Гражданского кодекса Российской Федерации доверенностью признается письменное уполномочие, выдаваемое одним лицом другому лицу или другим лицам для представительства перед третьими лицами. 

В силу пункта 1 статьи 188 Гражданского кодекса Российской Федерации действие доверенности прекращается, в том числе вследствие отмены доверенности лицом, выдавшим ее, или одним из лиц, выдавших доверенность совместно.

Согласно абзацу 1 пункта 1 статьи 189 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, выдавшее доверенность и впоследствии отменившее ее, обязано известить об отмене лицо, которому доверенность выдана, а также известных ему третьих лиц, для представительства перед которыми дана доверенность. 

В соответствии с разъяснениями, приведенными в пункте 132 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», суд принимает во внимание факт прекращения полномочий представителя только при получении уведомления об отмене доверенности. 

Судебная коллегия исходит из презумпции добросовестного поведения участников гражданского оборота.

Оснований для вывода о том, что представитель ответчика явился на прием товара с заведомо отсутствующими полномочиями, не имеется, так как изложенное поведение не соответствует добросовестному участию в гражданских правоотношениях.

Достоверность данных, отраженных в представленных доказательствах ответчик не оспорил.

О фальсификации соответствующих доказательств в порядке статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации ответчиком в суде первой и апелляционной инстанции не заявлено. Из материалов дела не следует, что до обращения истца в арбитражный суд ответчиком заявлялись какие-либо возражения относительно количества или качества принятого товара.

Оснований для критической оценки представленных доказательств не установлено. Товарная накладная, как соответствующее доказательство установленной формы, истцом в материалы дела представлена, ответчиком не опровергнута.

Следовательно, расчет стоимости товара, переданного ответчику, соответствует условиям договора, подтвержден надлежащими доказательствами, ответчиком в порядке статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и представленный истцом расчет не опровергнут.

Бремя доказывания надлежащего исполнения обязательства по оплате и отсутствия задолженности лежит на ответчике (часть 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Между тем доказательств исполнения обязательств по оплате в полном объеме в порядке, установленном законом, в материалы дела не представлено. Правом на заявление встречного иска, на предоставление дополнительных доказательств в обоснование имеющихся возражений ответчик не воспользовался.

Принимая во внимание, что ответчик не представил арбитражному суду первой инстанции доказательств, подтверждающих оплату образовавшейся перед истцом задолженности, суд, оценив в совокупности и порядке, предусмотренном статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, представленные доказательства, правомерно удовлетворил исковые требования о взыскании основного долга.

Согласно части 3 статьи 15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, принимаемые арбитражным судом решения, постановления, определения должны быть законными, обоснованными и мотивированными.

Арбитражный суд в соответствии с требованиями части 1 статьи 64 и статей 71, 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации на основании имеющихся в деле доказательств устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения спора.

Требования истца подлежат рассмотрению арбитражным судом исходя из предмета и основания заявленного иска.

Из материалов дела усматривается также требование истца о взыскании неустойки за просрочку исполнения обязательств.

Рассматривая заявленное истцом требование, апелляционный суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с пунктом 1 статьи 329 Гражданского кодекса Российской Федерации исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием имущества должника, поручительством, банковской гарантией, задатком и другими способами, предусмотренными законом или договором.

Согласно пункту 1 статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.

Согласно п. 11 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки» возможность уступки требования не ставится в зависимость от того, является ли уступаемое требование бесспорным, обусловлена ли возможность его реализации встречным исполнением цедентом своих обязательств перед должником (пункт 1 статьи 384, статьи 386, 390 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По общему правилу, уступка требования об уплате сумм неустойки, начисляемых в связи с нарушением обязательства, в том числе подлежащих выплате в будущем, допускается как одновременно с уступкой основного требования, так и отдельно от него (п. 14 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки»).

В соответствии с п. 5.2 договора за просрочку платежа Покупатель уплачивает поставщику пеню в размере 0,1% от стоимости электрооборудования. 

В соответствии с представленным истцом расчетом, размер неустойки за нарушение сроков оплаты товара составляет в сумме 1 725 980 руб. за 1 055 дней по состоянию на 19.09.2018 года.

Арифметическая правильность расчета ответчиком, как в части алгоритма расчета, так и в части суммы начисления, надлежащим образом не оспорена, контррасчет не представлен (статьи 8, 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). 

Судом проверен расчет неустойки, представленный истцом, признан в части неверным.

Суд первой инстанции, исходя из буквального толкования п. 5.3. договора, пришел к выводу, что неустойка подлежит начислению за период с 23.07.2018 (дата направления уведомления) по 19.09.2018 (дата указана истцом), т.е. за 59 дней и составляет: 59 х 1636000 х 0,1% = 96 524 руб. 

Следует отметить, что согласно части 1 статьи 41 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лицам, участвующим в деле, предоставлено право знакомиться с материалами дела, делать выписки из них, представлять доказательства и знакомиться с доказательствами, представленными другими лицами, участвующими в деле, до начала судебного разбирательства; участвовать в исследовании доказательств; задавать вопросы другим участникам арбитражного процесса, заявлять ходатайства, делать заявления, давать объяснения арбитражному суду, приводить свои доводы по всем возникающим в ходе рассмотрения дела вопросам.

Между тем ответчик не воспользовался предоставленными ему нормами Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правами, в том числе, на заявление ходатайства о применении статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации и представление в его обоснование доказательств в порядке статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

При указанных обстоятельствах, а также, принимая во внимание период просрочки исполнения обязательства по оплате, отсутствия возражений относительно использованного истцом механизма расчета неустойки, размера задолженности, у суда апелляционной инстанции отсутствуют основания для применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации и снижения размера неустойки.

Положенные в основу апелляционной жалобы доводы проверены судом апелляционной инстанции в полном объеме, но учтены быть не могут, так как не опровергают обстоятельств, установленных судом первой инстанции и, соответственно, не влияют на принятый судебный акт.

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены вынесенного судебного акта, не установлено.

С учетом изложенного решение суда следует оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Судебные расходы распределяются между сторонами в соответствии с правилами, установленными статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

В связи с тем, что в удовлетворении апелляционной жалобы отказано, судебные расходы остаются на её подателе.

Руководствуясь статьями 176, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Челябинской области от 24.01.2019 по делу № А76-30696/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Управление энергоснабжения и связи» - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение двух месяцев со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий судья                                                 

О.Е. Бабина

Судьи:                                                                                

С.А. Карпусенко

М.В. Лукьянова