Дело № А43-25281/2017

05 декабря 2024 года

г. Владимир

Резолютивная часть постановления объявлена 21 ноября 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен 05 декабря 2024 года.

Первый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Евсеевой Н.В.,

судей Рубис Е.А., Сарри Д.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Прозоровой Е.И.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Нижегородской области от 20.03.2024 по делу № А43-25281/2017, принятое по заявлению конкурсного управляющего закрытого акционерного общества «Варнава Строй-Инвест» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) ФИО2 о привлечении контролирующего должника лица ФИО1 к субсидиарной ответственности,

при участии в судебном заседании: от заявителя (ФИО1) – представителя ФИО3 по доверенности от 21.08.2024 серии 52 АА № 6218552 сроком действия три года; от конкурсного управляющего ФИО2 – представителя ФИО4 по доверенности от 15.12.2023 сроком действия один год, установил следующее.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) закрытого акционерного общества «Варнава Строй-Инвест» (далее – ЗАО «Варнава Строй-Инвест», должник) в Арбитражный суд Нижегородской области обратился конкурсный управляющий ФИО2 (далее – ФИО2, конкурсный управляющий) с заявлением о привлечении ФИО1 (далее – ФИО1, ответчик) к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в размере 9 889 575 руб. 26 коп.

Арбитражный суд Нижегородской области определением от 20.03.2024 заявление конкурсного управляющего удовлетворил частично, привлек ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам ЗАО «Варнава Строй-Инвест» в размере 3 574 493 руб. 56 коп., взыскал с ФИО1 в конкурсную массу ЗАО «Варнава Строй-Инвест» 3 574 493 руб. 56 коп., в остальной части заявленных требований отказал.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО1 обратился в Первый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда отменить в связи с несоответствием выводов суда первой инстанции обстоятельствам дела, недоказанностью обстоятельств, которые суд посчитал установленными, неполным выяснением обстоятельств, имеющих значение для дела, неправильным применением норм материального и процессуального права, и принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований в полном объеме.

Оспаривая законность принятого судебного акта, заявитель апелляционной жалобы указал, что суд первой инстанции вышел за пределы заявленных требований, самостоятельно установив иной момент и основания возникновения обязанности контролирующего должника лица обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом. Полагает, что суд первой инстанции неверно применил нормы материального права, а именно положения п. 5.1 ч. 1 ст. 23 Налогового кодекса Российской Федерации, ч. 5 ст. 18 ФЗ «О бухгалтерском учете»; а также применил норму, не подлежащую применению – п. 3 ст. 9 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»; неверно применил норму ч. 2 ст. 61.12 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» при расчете размера субсидиарной ответственности. Считает, что суд первой инстанции неверно посчитал и установил конкретную дату, что такой срок приходится на конец апреля 2016 года, в то время как такой срок надлежало установить 01.04.2017, что повлекло неверное определение объемов субсидиарной ответственности. Пояснил, что задолженность в размере 968 317,46 руб., взысканная в пользу ООО «Выксаэнергосбыт» решением Арбитражного суда Нижегородской области по делу № А43-28144/2015 от 08.02.2016, являлась задолженностью в пользу единственного кредитора; специфика деятельности должника по управлению многоквартирными домами допускает формирование в процессе работы задолженности перед ресурсоснабжающими организациями в виде кассового разрыва между объемом поставленных и оплаченных коммунальных ресурсов, поскольку большую роль играет своевременная оплата коммунальных услуг населением, чей жилой фонд обслуживается должником; указанная задолженность в сравнении с масштабами деятельности должника являлась незначительной и имела характер временных финансовых затруднений, на преодоление которых добросовестно рассчитывал ФИО1, принимались меры, направленные на погашение и реструктуризацию задолженности, в результате чего задолженность была погашена до суммы 119 247,65 руб.; ФИО1 добросовестно рассчитывал на достаточность имущества должника с учетом его активов и отсутствие у должника признаков объективного банкротства; в рассматриваемом периоде времени по руководством ФИО1 наблюдалась положительная динамика улучшения структуры баланса по сравнению с предыдущими периодами деятельности, в связи с чем решение Арбитражного суда Нижегородской области по делу № А43-28144/2015 от 08.02.2016 не подтверждало наступления объективного банкротства как критического для должника финансового состояния и, следовательно, не свидетельствовало о безусловной обязанности руководителя должника обратиться в суд с заявлением о признании последнего банкротом, что подтверждается фактическими обстоятельствами. Указал, что увеличение задолженности перед ООО «Выксаэнергосбыт» до суммы свыше порогового значения, установленного ч. 2 ст. 6 Закона о банкротстве, произошло исключительно в связи с возвратом ООО «Выксаэнергосбыт» денежных средств в размере 430 000 руб. спустя два месяца, после их получения, а не с невозможностью ЗАО «Варнава Строй-Инвест» исполнить принятые на себя обязательства. Выразил несогласие с позицией конкурсного управляющего о том, что общий размер дебиторской задолженности перед должником не превышал 13 млн. руб., поскольку уточненные бухгалтерские балансы ЗАО «Варнава Строй-Инвест» за 2019–2021 годы не соответствуют критериям достоверности и допустимости доказательств, заслуживают критической оценки, а потому не могут быть приняты во внимание при вынесении судебного акта по итогам рассмотрения настоящего обособленного спора. Пояснил, что размер дебиторской задолженности ЗАО «Варнава Строй-Инвест» в 2016 году в общем размере более 40 млн.руб. подтверждался соответствующими первичными документами, имеющимися в материалах дела, а тот факт, что конкурсный управляющий не в полном объеме провел инвентаризацию дебиторской задолженности не может быть поставлен в вину ответчику ФИО1 при условии передачи ему всех необходимых данных. Кроме того, заявитель считает, что суд первой инстанции неправильно применил нормы материального и процессуального права в части правил исчисления срока исковой давности, который на момент обращения конкурсного управляющего в суд был пропущен, о чем ответчиком ФИО1 было сделано соответствующее заявление. Подробно доводы заявителя изложены в апелляционной жалобе.

Конкурсный управляющий в отзыве на апелляционную жалобу указал на несостоятельность доводов заявителя апелляционной жалобы, просил оставить определение суда без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. Считает несостоятельными доводы ответчика об изменении судом предмета и основания иска, поскольку суд первой инстанции уменьшил как период, так и сумму заявленных требований, в любом случае нельзя говорить о нарушении прав ответчика, так как при вынесении решения суд руководствовался исключительно представленными в материалы дела доказательствами, суд напротив не расширил предмет судебной оценки, на что указывает ответчик, а уменьшил его, что никоим образом не нарушило права ФИО1 Отметил, что из текста мотивировочной части судебного акта следует, что суд первой инстанции пришел к выводу о наличии признаков неплатежеспособности должника по итогам 2015 года, в связи с чем датой исполнения обязанности ответчика по подаче заявления о банкротстве ЗАО «Варнава Строй-Инвест» во всем судебном акте верно указано 30.04.2016. Подробно возражения конкурсного управляющего изложены в отзыве на апелляционную жалобу.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель заявителя поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе, просил определение суда отменить в части привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам ЗАО «Варнава Строй-Инвест» в размере 3 574 493 руб. 56 коп., апелляционную жалобу – удовлетворить, указал, что судебный акт в части отказа в удовлетворении требований конкурсного управляющего не обжалует. 

Представитель конкурсного управляющего поддержал позицию, изложенную в отзыве на апелляционную жалобу и письменных пояснениях, просил определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения, указал, что возражений относительно отказа суда в части требований не заявляет. 

Иные лица, участвующие в обособленном споре, отзыв на апелляционную жалобу не представили, явку представителей в судебное заседание не обеспечили.

В соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации апелляционная жалоба рассматривается в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства в порядке статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Согласно части 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части, если при этом лица, участвующие в деле, не заявят возражений.

В пункте 27 

постановление

 Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» разъяснено, что при применении части 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации необходимо иметь в виду следующее: если заявителем подана жалоба на часть судебного акта, суд апелляционной инстанции в судебном заседании выясняет мнение присутствующих в заседании лиц относительно того, имеются ли у них возражения по проверке только части судебного акта, о чем делается отметка в протоколе судебного заседания.

При непредставлении лицами, участвующими в деле, указанных возражений до начала судебного разбирательства суд апелляционной инстанции начинает проверку судебного акта в оспариваемой части и по собственной инициативе не вправе выходить за пределы апелляционной жалобы, за исключением проверки соблюдения судом норм процессуального права, приведенных в части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Поскольку заявитель в судебном заседании от 21.11.2024 указывает на обжалование судебного акта только в части, а иные лица, участвующие в деле, не заявили возражений по поводу обжалования определения в иной части, то суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность определения суда первой инстанции в порядке части 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в обжалуемой части.

Законность и обоснованность принятого по делу определения проверены Первым арбитражным апелляционным судом в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив доводы апелляционной жалобы, исследовав материалы дела, оценивая представленные доказательства в их совокупности, анализируя позицию заявителя, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Как усматривается из материалов дела и установлено судом первой инстанции, определением Арбитражного суда Нижегородской области от 07.08.2017 по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Октябрьская гавань» возбуждено производство о признании ЗАО «Варнава Строй-Инвест» несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 27.10.2017 заявление признано обоснованным, в отношении ЗАО «Варнава Строй-Инвест» введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена ФИО5.

Решением Арбитражного суда Нижегородской области от 22.02.2019 ЗАО «Варнава Строй-Инвест» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО2

Предметом заявления конкурсного управляющего является требование о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в размере 9 889 575 руб. 26 коп.

Заявление конкурсного управляющего основано на положениях статей 9, 10, 61.12 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и мотивировано тем, что руководитель ЗАО «Варнава Строй-Инвест» ФИО1 не исполнил обязанности в срок до 08.04.2016 по обращению в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом. Конкурсный управляющий полагает, что у ФИО1 на конец 2015 года – март 2016 года имелось два признака, указанных в статье 9 Закона о банкротстве для подачи заявления о банкротстве ЗАО «Варнава Строй-Инвест». В обоснование предъявленных требований конкурсный управляющий указал, что обязанность контролирующего должника лица по обращению в арбитражный суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом) возникла не позднее 08.04.2016, после вступления в законную силу решения Арбитражного суда Нижегородской области от 08.02.2016 по делу № А43-28144/2015, которым с ЗАО «Варнава Строй-Инвест» в пользу ООО «Выксаэнергосбыт» взыскана задолженность по договору энергоснабжения за июль-сентябрь 2015 года в размере 968 317 руб. 46 коп.

Повторно изучив представленные в материалы дела доказательства, с учетом доводов апелляционной жалобы и возражений на нее, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве, частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон № 266-ФЗ), вступившим в силу в основной своей части с 30.07.2017, статья 10 Закона о банкротстве признана утратившей силу. Закон о банкротстве дополнен главой III.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве».

Согласно пункту 3 статьи 4 Закона № 266-ФЗ рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции Закона № 266-ФЗ).

Поскольку заявление конкурсного управляющего должника поступило в арбитражный суд после 01.07.2017, заявление подлежит рассмотрению по правилам главы III.2 Закона о банкротстве.

В рассматриваемом случае требование о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника предъявлено конкурсным управляющим к бывшему руководителю должника ФИО1, который до даты признания должника банкротом являлся директором ЗАО «Варнава Строй-Инвест», что подтверждается выпиской из Единого государственного реестра юридических лиц и лицами, участвующими в деле, не оспаривается.

Ответчиком в суде первой инстанции заявлено о пропуске конкурным управляющем срока исковой давности. 

Судебная защита нарушенных гражданских прав гарантируется в пределах срока исковой давности (статья 195 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По правилам пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало (должно было узнать) о нарушении своего права.

Следовательно, законодатель установил исчисление срока исковой давности с наличием объективных обстоятельств, когда истец узнал или должен был узнать о нарушении его права.

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 21 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2018), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 04.07.2018, согласно пункту 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности, по общему правилу, начинает течь с момента, когда действующий в интересах всех кредиторов арбитражный управляющий или кредитор, обладающий правом на подачу заявления, узнал или должен был узнать о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности – о совокупности следующих обстоятельств: о лице, контролирующем должника (имеющем фактическую возможность давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия), неправомерных действиях (бездействии) данного лица, причинивших вред кредиторам и влекущих за собой субсидиарную ответственность, и о недостаточности активов должника для проведения расчетов со всеми кредиторами. При этом в любом случае течение срока исковой давности не может начаться ранее возникновения права на подачу в суд заявления о привлечении к субсидиарной ответственности, то есть не может начаться ранее введения процедуры конкурсного производства.

Согласно абзацу четвертому пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части противодействия незаконным финансовым операциям» (далее – Закон № 134-ФЗ) заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 4 названной статьи, может быть подано в течение одного года со дня, когда подавшее это заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом. В случае пропуска этого срока по уважительной причине он может быть восстановлен судом.

Федеральным законом от 28.12.2016 № 488-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее – Закон № 488-ФЗ) в пункт 5 статьи 10 Закона о банкротстве внесены изменения, согласно которым заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 4 статьи 10 Закона о банкротстве, может быть подано в течение трех лет со дня, когда лицо, имеющее право на подачу такого заявления, узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом.

Согласно статье 4 Закона № 488-ФЗ положения пунктов 5 – 5.4, 5.6 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Закона № 488-ФЗ применяются к поданным после 1 июля 2017 года заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности или заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к ответственности в виде возмещения убытков.

Судом первой инстанции установлено, что заявление конкурсного управляющего должника о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности подано в суд первой инстанции 17.01.2022 через систему «Мой Арбитр», при этом на момент истечения годичного срока исковой давности по заявленным требованиям на 22.02.2020 вступил в силу и подлежал применению Закон о банкротстве в редакции Закона № 488-ФЗ, установивший трехгодичный срок исковой давности.

Увеличение срока исковой давности применительно к тем отношениям, по которым установленный ранее действовавшим законодательством срок исковой давности еще не истек, не может расцениваться как ухудшение правового положения лица и ограничение его прав, уже существующих в конкретных правоотношениях, недопустимое с точки зрения Конституции Российской Федерации (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 20.04.2010 № 9-П).

Вопреки доводам заявителя апелляционной жалобы, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что к рассматриваемым правоотношениям применению подлежит срок исковой давности, установленный Законом о банкротстве в редакции Закона № 488-ФЗ, который составляет три года и на дату обращения конкурсного управляющего с заявлением в суд не истек.

В пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве перечислены обстоятельства, при наличии которых руководитель обязан обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом, в частности: если удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; если должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (пункт 2 статьи 9 Закона о банкротстве).

В силу пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

Бремя доказывания отсутствия причинной связи между невозможностью удовлетворения требований кредитора и нарушением обязанности, предусмотренной пунктом 1 настоящей статьи, лежит на привлекаемом к ответственности лице (лицах) (абзац 2 пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве).

В соответствии с пунктом 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление № 53) согласно абзацу второму пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве презюмируется наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника заявления о банкротстве и невозможностью удовлетворения требований кредиторов, обязательства перед которыми возникли в период просрочки подачи заявления о банкротстве.

По смыслу приведенных правовых норм необращение руководителя в суд с заявлением о признании подконтрольной им организации несостоятельной при наличии обстоятельств, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве, влечет привлечение к субсидиарной ответственности исключительно в случае, если эти обстоятельства в действительности совпадают с моментом объективного банкротства должника и воспринимаются любым добросовестным и разумным руководителем, находящимся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, с учетом масштаба деятельности должника, именно как признаки объективного банкротства.

Под объективным банкротством понимается момент, в который должник стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его активов.

В пунктах 9 и 12 постановления № 53 разъяснено, что обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом и седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.

В предмет доказывания по спорам о привлечении контролирующих должника лиц к ответственности, предусмотренной пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств: возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона; момент возникновения данного условия; факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия; объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона.

Исходя из положений статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, руководитель хозяйственного общества обязан действовать добросовестно по отношению к такой группе лиц как кредиторы. Это означает, что он должен учитывать права и законные интересы последних, содействовать им, в том числе в получении необходимой информации.

Применительно к гражданским обязательственным отношениям невыполнение руководителем требований Закона о банкротстве об обращении в арбитражный суд с заявлением должника о его собственном банкротстве свидетельствует, по сути, о недобросовестном сокрытии от кредиторов информации о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица. Подобное поведение руководителя влечет за собой принятие несостоятельным должником дополнительных долговых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения. Хотя предпринимательская деятельность не гарантирует получение результата от ее осуществления в виде прибыли, тем не менее она предполагает защиту от рисков, связанных с неправомерными действиями (бездействием), нарушающими нормальный (сложившийся) режим хозяйствования.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве.

Согласно абзацу тридцать третьему статьи 2 Закона о банкротстве под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника. В соответствии с абзацем тридцать четвертым названной статьи под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

По смыслу указанных норм права, возможность привлечения лиц, перечисленных в пункте 2 статьи 10 Закона о банкротстве, к субсидиарной ответственности возникает при наличии одновременного ряда указанных в Законе условий: возникновения одного из перечисленных в пункте 1 статьи 9 названного Закона обстоятельств; неподачи обязанным лицом заявления о банкротстве должника в течение месяца с даты возникновения соответствующего обстоятельства; обязательств должника, по которым привлекаются к субсидиарной ответственности лицо (лица) перечисленные в пункте 2 статьи 10 Закона о банкротстве, возникшие после истечения срока, предусмотренного статьей 9 Закона о банкротстве.

При этом следует учитывать, что обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает с момента, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличия одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствует об объективном банкротстве, и он несмотря на временные финансовые затруднения добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, руководитель с учетом общеправовых принципов юридической ответственности (в том числе предполагающих по общему правилу наличия вины) освобождается от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.

Из содержания пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве следует, что предусмотренная этой нормой субсидиарная ответственность руководителя распространяется в равной мере как на денежные обязательства, возникающие из гражданских правоотношений, так и на обязанности по уплате обязательных платежей.

Момент подачи заявления о банкротстве должника имеет существенное значение и для разрешения вопроса об очередности удовлетворения публичных обязательств. Так, при должном поведении руководителя, своевременно обратившегося с заявлением о банкротстве возглавляемой им организации, вновь возникшие фискальные обязательства погашаются приоритетно в режиме текущих платежей, а при неправомерном бездействии руководителя те же самые обязательства погашаются в общем режиме удовлетворения реестровых требований (пункт 1 статьи 5, статья 134 Закона о банкротстве).

Таким образом, не соответствующее принципу добросовестности бездействие руководителя, уклоняющегося от исполнения возложенной на него Законом о банкротстве обязанности по подаче заявления должника о собственном банкротстве (о переходе к осуществляемой под контролем суда ликвидационной процедуре), является противоправным, виновным, влечет за собой имущественные потери на стороне кредиторов и публично-правовых образований, нарушает как частные интересы субъектов гражданских правоотношений, так и публичные интересы государства. Исходя из этого, законодатель в пункте 2 статьи 10 Закона о банкротстве презюмировал наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника заявления о банкротстве и негативными последствиями для кредиторов и уполномоченного органа в виде невозможности удовлетворения возросшей задолженности.

В предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств: возникновение одного из условий, перечисленных в пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве; момент возникновения данного условия; факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия; объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Данные нормы права касаются недобросовестных действий руководителя должника, который, не обращаясь в арбитражный суд с заявлением должника о его собственном банкротстве при наличии к тому оснований, фактически скрывает от кредиторов информацию о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица; подобное поведение руководителя влечет за собой принятие уже несостоятельным должником дополнительных долговых реестровых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, влечет заведомую невозможность удовлетворения требований кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения.

Как следует из материалов дела, в реестр требований кредиторов ЗАО «Варнава Строй-Инвест» включены требования кредиторов на общую сумму 34 257 003 руб. 63 коп., в том числе: ООО «Октябрьская гавань» (в настоящее время ООО «Вертикаль») в сумме 395 400 руб. основного долга по договору оказания услуг от 01.01.2017 № 91 за период с января по апрель 2017 года, неисполнение обязательств в сумме 97 500 руб. наступило 05.02.2017, неисполнение обязательств в сумме 390 000 руб. наступило 05.05.2017 (определение суда от 27.10.2017); ФНС России в сумме 395 400 руб., пени, штрафы (определение суда от 12.12.2017); ФНС России в сумме 228 руб. 26 коп., пени, штрафы (определение суда от 12.12.2017); ФНС России в сумме 1 839 600 руб. 85 коп., пени, штрафы (определение суда от 07.02.2018); ООО «Выксаэнергосбыт» в сумме 577 464 руб. 55 коп. основного долга по договору от 01.01.2010 № 189 за период с июля по сентябрь 2015 года за электрическую энергию (в соответствии с пунктами 4.5, 4.6 договора абонент в срок до 20 числа месяца, предшествующему расчетному, производит авансовый платеж в объеме 100% договорной величины энергопотребления расчетного месяца на основании счета энергосбытовой организации (определение суда от 28.03.2018); ООО «Развитие» в сумме 216 674 руб. 58 коп. основного долга по договору оказания услуг по сбору, транспортированию и передаче на захоронение ТКО от 01.05.2016 № 4/ТКО за период с мая 2016 года по май 2017 года (согласно пункту 4.3 договора оплата выполненных работ (оказанных услуг) по настоящему договору производится заказчиком ежемесячно после подписания акта выполненных работ, не позднее 25 числа месяца, следующего за расчетным (определение суда от 22.05.2019); ФНС России в сумме 36 194, 24 руб., пени, штрафы (определение суда от 22.04.2019); МУП «Стоки» (в настоящее время АО «Выксунский Водоканал») в сумме 6 357 908 руб. 57 коп. основного долга на основании договора на продажу коммунальных ресурсов (водоотведение) от 01.07.2011 № 3 за период сентябрь-декабрь 2015 года и договора на услуги водоотведения от 31.12.2015 № 3 (абонент оплачивает водоотведение в объеме отведенных сточных вод до 10 числа месяца, следующего за расчетным, на основании счета-фактуры и акта выполненных работ, предъявляемых к оплате предприятием не позднее 5 числа месяца, следующего за расчетным (пункт 7 договора)) за период январь по октябрь 2017 года (определение суда от 21.08.2019); ООО «Перспектива и К» (в настоящее время ФИО6) в сумме 1 303 244 руб. 34 коп. основного долга на основании договора на оказание услуг по сбору и транспортировке ТБО от 01.01.2012 № 12 за период с 01.06.2013 по 30.06.2015 (определение суда от 30.10.2019); ПАО «ТНС энерго Нижний Новгород» в сумме 128 105 руб. 73 коп. основного долга за период с января по июль 2017 года как гарантирующему поставщику (определение суда от 22.11.2019); ФНС России в сумме 1 598 584 руб. 64 коп. основного долга на основании решения налогового органа 01.09.2017 от № 15/03 по результатам проведенной выездной налоговой проверки, дата вступления в силу 08.12.2017, проверка проведена за период 2014-2015 гг. (определение суда от 18.11.2019); ООО «Иверское» в сумме 2 115 561 руб. 10 коп. основного долга на основании соглашений о передаче денежных средств от 30.06.2016 № 1, от 31.07.2018 № 1, от 30.04.2018 № 1, от 28.02.2017 № 1, от 31.07.2016 № 1, от 30.09.2018 № 1, от 31.08.2017 № 1, от 30.04.2018 № 1, от 30.11.2016 № 1, от 30.06.2016 № 1, от 31.12.2016 № 1 (определение суда от 24.09.2021); АО «Выксатеплоэнерго» в сумме 17 988 100 руб. 38 коп. основного долга на основании договоров на продажу коммунальных ресурсов от 01.01.2011 № 8, от 01.01.2013 № 8 и от 01.01.2014 № 8-гвс за период с сентября 2013 года по август 2015 года, а также на основании договоров на продажу коммунальных ресурсов от 01.01.2014 № 8, от 01.01.2016 № 8, от 01.01.2014 № 8-гвс, от 01.01.2016 № 8-гвс, от 10.05.2017 № 8, от 10.05.2017 № 8-гвс за период с сентября 2015 года по июль 2017 года (определение суда от 13.07.2022).

В бухгалтерской отчетности ЗАО «Варнава Строй-Инвест» отражено, что на конец 2015 года у должника имелась дебиторская задолженность в размере 45 383 000 руб., на конец 2016 года – в размере 42 472 000 руб. 

В определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 № 305-ЭС17-11710(3) изложена правовая позиция, в соответствии с которой не имеют решающего значения показатели бухгалтерской, налоговой или иной финансовой отчетности для определения соответствующего признака неплатежеспособности, так как данный признак носит объективный характер и не должен зависеть от усмотрения хозяйствующего субъекта, самостоятельно составляющего отчетность и представляющего ее в компетентные органы. В противном случае, помимо прочего, для должника создавалась бы возможность манипулирования содержащимися в отчетах сведениями для влияния на действительность конкретных сделок или хозяйственных операций с определенными контрагентами, что, очевидно, противоречит требованиям справедливости и целям законодательного регулирования института несостоятельности.

Как указывает конкурсный управляющий, первичными документами, в частности оборотно-сальдовыми ведомостями, полученными от бывшего бухгалтера должника ФИО7 и ФИО8 РРЦ ООО «Центр СБК», документально размер дебиторской задолженности подтвержден на сумму 12 615 068 руб. 69 коп. Дебиторская задолженность в размере 12 615 068 руб. 69 коп. проинвентаризирована конкурсным управляющим, о чем произведена публикация на сайте ЕФРСБ в сентябре 2019 года.

Кроме того, по сведениям конкурсного управляющего также имелась дебиторская задолженность перед ООО «Копейка-Поволжье», ООО «Корал» и ООО «Городская домоуправляющая компания» в общей сумме 554 780 руб. 98 коп.

Таким образом, по мнению конкурсного управляющего, общей размер дебиторской задолженности перед должником не превышал 13 млн.руб., данная информация предоставлена конкурсным управляющим должника в уполномоченный орган в марте 2023 года.

Согласно промежуточному отчету конкурсного управляющего от 07.11.2023 единственным имуществом должника являлась дебиторская задолженность: граждан по оплате коммунальных услуг в размере 12512,82 тыс.руб., реализованная за 270 000 руб. по договору от 01.02.2021; задолженность ФИО1 в размере 1829,234 тыс.руб., реализованная по договору от 01.09.2023 за 173 тыс.руб. В конкурсную массу должника получена дебиторская задолженность с ООО «Копейка-Поволжье» и ООО «Корал» в общей сумме 344 981 руб. 09 коп.

Из анализа движения денежных средств по счету за 2017 год должника прослеживается поступления от населения, которые списывались в рамках исполнительного производства в пользу ООО «Выксаэнергосбыт».

Согласно представленным ответчиком в материалы дела справкам главного бухгалтера ФИО7 по сводным сведениям по начислению и оплате ЖКУ, направленным в адрес ответчика: за 2015 год начислено всего за ЖКУ 107 328 712 руб. 12 коп., оплачено всего ЖКУ 102 739 085 руб. 50 коп.; за 2016 год начислено всего за ЖКУ 92 656 429 руб. 02 коп., оплачено всего ЖКУ 89 438 258 руб. 96 коп., иных документальных доказательств материалы дела не содержат. Каких-либо сводных расчетов, таблиц материалы дела не содержат. Экономическая выгода для должника от дебиторской задолженности в 13 млн. руб. составила 614 981 руб. 09 коп.

Судом апелляционной инстанции установлено, что в материалах дела отсутствуют доказательства, бесспорно свидетельствующие о том, что на конец 2015 года, а также на конец 2016 года, у ЗАО «Варнава Строй-Инвест» имелась дебиторская задолженность в размере, указанном в бухгалтерской отчетности.

Из анализа финансово-хозяйственной деятельности должника, проведенного конкурсным управляющим, судом первой инстанции установлено, что показатель обеспеченности обязательств должника его активами находится на уровне ниже нормального, но фактическое значение из-за наличия проблемной дебиторской задолженности может быть существенно ниже (стр. 16); значение коэффициента автономии говорит о том, что совокупные активы должника не обеспечены собственными средствами в полном объеме, на конец периода значение составило – 0,06; коэффициент обеспеченности собственными оборотными средствами с 2016 года имеет значение ниже нормального; максимально возможная просроченная кредиторская задолженность не определима; величина дебиторской задолженности составляет 99,63%; имеющийся объем дебиторской задолженности является существенным негативным фактором для формирования конкурсной массы, поскольку взыскание указанной задолженности в полном объеме ставится под сомнение (стр. 19); из анализа пункта 16 приложения 3 анализа финансово-хозяйственной деятельности следует, что вторая группа активов состоит из запасов и возможно дебиторской задолженности с истекшим сроком исковой давности, в связи с чем конкурсный управляющий делает вывод о наличии активов у должника только в виде дебиторской задолженности (стр. 48-49 анализа). По итогам анализа конкурсный управляющий пришел к следующим выводам: собственный оборотный капитал имеет отрицательное значение; основное имущество – денежные средства и дебиторская задолженность, которая также является медленно реализуемым активом, поэтому ее взыскание ставится последним под сомнение. Вследствие этого, состояние должника признается заявителем как финансово неустойчивое (стр. 57 анализа).

По результатам анализа временного управляющего должника за период с 2014 по 2016 годы, последний пришел к выводу, что значение коэффициента абсолютной ликвидности является критическим, у должника недостаточно наиболее ликвидных активов, которые можно в сжатые сроки перевести в денежные средства для погашения текущей задолженности; коэффициент платежеспособности, показатель обеспеченности обязательств должника на последний день анализируемого периода (31.12.2016) имеет неудовлетворительное значение, которое говорит о дефиците у организации активов, которые можно направить на погашение всех имеющихся обязательств (анализ, загруженный в картотеку 15.10.2018).

Исследовав и оценив имеющиеся в деле доказательства, исходя из конкретных обстоятельств дела, суд первой инстанции пришел к верному выводу, что имеющегося у должника имущества было не достаточно для погашения задолженности.

Таким образом, судом первой инстанции правомерно установлено наличие признаков неплатежеспособности, недостаточности имущества должника и обязанности руководителя обращения в суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом).

В соответствие с частью 1 статьи 7 Закона о бухгалтерском учете ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта.

По смыслу подпункта 5 пункта 1 статьи 23 Налогового кодекса Российской Федерации годовую бухгалтерскую отчетность за 2015 год организации были обязаны предоставить в налоговый орган не позднее 31 марта 2016 года.

Повторно оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные в материалы дела доказательства, доводы сторон, принимая во внимание неисполнение должником принятых на себя обязательств в отношении МУП «Стоки» (в настоящее время АО «Выксунский Водоканал») с сентября по декабрь 2015 года, ООО «Выксатеплоэнерго» с сентября 2013 года по август 2015 года и ООО «Перспектива и К» (в настоящее время ФИО6) за период с 01.06.2013 по 30.06.2015, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что при сдаче бухгалтерской отчетности за 2015 год добросовестный и разумный руководитель, учитывая осознание, что имеется задолженность перед энергоснабжающими организациями, бюджетом одновременно с наличием дебиторской задолженности граждан при отсутствии имущества, найдя критическую точку, от которой наращивание задолженности еще более усугубит положение должника, должен был принять решение о необходимости обращения в суд с заявлением о несостоятельности (банкротстве) должника, в соответствии с пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве с учетом положений пункта 3 статьи 192, статьи 193 Гражданского кодекса Российской Федерации, такой срок выпадает на 04.05.2016.

Вопреки доводам заявителя апелляционной жалобы, ссылка суда первой инстанции на пункт 3 статьи 9 Закона о банкротстве не привела к принятию неправильного судебного акта.

Доводы заявителя о наличии у руководителя должника плана по выходу из кризисной ситуации являлись предметом рассмотрения суда первой инстанции и правомерно отклонены на основании следующего.

Наличие антикризисной программы (плана) может подтверждаться не только документом, поименованным соответствующим образом, но и совокупностью иных доказательств (например, перепиской с контрагентами, органами публичной власти, протоколами совещаний и т.п.). При этом возложение субсидиарной ответственности допустимо, в частности, когда следование плану являлось явно неразумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах, либо когда план разрабатывался лишь для создания внешней иллюзии принятия антикризисных мер и получения отсрочки с тем, чтобы выиграть время для совершения противоправных действий, причиняющих вред кредиторам.

В данном случае оценке и исследованию подлежит план выхода из кризиса, включающий в себя комплекс мер: работа с потребителями-неплательщиками, установление предприятию более высокого тарифа, получение субсидий из областного бюджета. Если такой план имелся, являлся ли он разумным, следовал ли руководитель предприятия этому плану, прилагая необходимые усилия, в какой момент обычному руководителю стало бы ясно, что реализация данного плана не приведет к выходу из кризиса.

При разрешении вопроса о наличии оснований для привлечения директора к субсидиарной ответственности правовое значение имеют иные обстоятельства: являлся ли план разумным в момент его принятия; когда негативные тенденции, продолжившиеся в ходе реализации плана, привели предприятие в состояние, свидетельствующее о том, что план себя исчерпал.

Судом первой инстанции установлено, что какого-либо плана выхода из кризиса в материалы дела не представлено, а сама по себе работа с дебиторской задолженностью входит в условия обычной хозяйственной деятельности организации. Суд правомерно констатировал, что временный характер финансовых трудностей не нашел своего подтверждения в ходе рассмотрения спора, поскольку после 2016 года задолженность перед ресурсоснабжающими организациями только увеличивалась, в частности перед МУП «Стоки» (в настоящее время АО «Выксунский Водоканал») произошло наращивание задолженности с января по октябрь 2017 года и задолженность перед ООО «Выксатеплоэнерго» увеличилась за период по июль 2017 года.

При этом соглашение о реструктуризации задолженности от 01.03.2017, подписанное с ООО «Выксаэнергосбыт», правомерно не учтено судом как антикризисный план, поскольку для отправной точки необходимости подачи заявления в суд учитывались неисполненные обязательства в период по декабрь 2015 года, а частичная оплата задолженности в декабре 2017 года не может оцениваться как исполнение какого-либо плана, поскольку к названной дате у ответчика уже возникла необходимость обращения в суд.

Доводы заявителя апелляционной жалобы об осуществлении должником деятельности по управлению многоквартирными домами, сами по себе, не свидетельствуют об отсутствии признаков неплатежеспособности. В данном случае задолженность перед кредиторами начала формироваться нарастающим итогом с 2013 года по конец 2015 года (рассматриваемый период) и впоследствии была включена в реестр требований кредиторов должника, что опровергает доводы заявителя о наличии кассового разрыва. 

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции считает, что приведенные заявителем доводы не свидетельствуют об отсутствии признаков объективного банкротства и наличии оснований для освобождения ответчика от ответственности.

Совокупность представленных в материалы дела доказательств позволила суду первой инстанции сделать правомерный вывод о наличии оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по правилам статьи 61.12 Закона о банкротстве за бездействие по обращению в арбитражный суд с заявлением о признании ЗАО «Варнава Строй-Инвест» банкротом.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве размер ответственности равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 – 4 статьи 9 настоящего Федерального закона, и до возбуждения дела о банкротстве должника.

При обращении в суд с настоящим заявлением конкурсный управляющий должника просил привлечь ответчика к субсидиарной ответственности по обязательства должника в размере 9 889 575 руб. 26 коп, складывающейся из обязательств перед уполномоченным органом в размере 1 839 600 руб. 85 коп., ООО «Развитие» – 216 674 руб. 58 коп.; АО «Выксунский водоканал» – 6 315 081 руб. 70 коп.; ООО «Октябрьская гавань» – 390 000 руб.; ПАО «ТНС энерго НН» – 46 850 руб. 90 коп.; ООО «Иверское» – 1 081 367 руб. 23 коп.

Как указано выше, обязанность по обращению в суд с заявлением о признании ЗАО «Варнава Строй-Инвест» банкротом возникла у ответчика в мае 2016 года, производство о банкротстве ЗАО «Варнава Строй-Инвест» возбуждено Арбитражным судом Нижегородской области по заявлению кредитора 07.08.2017.

Суд первой инстанции, исключив из размера ответственности, предъявленного конкурсным управляющим, требования АО «Выксунский водоканал», пришел к правильному выводу о привлечении ответчика к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в размере 3 574 493 руб. 56 коп.

Лицами, участвующими в деле, возражений относительно отказа суда конкурсному управляющему во взыскании с ответчика суммы 6 315 081 руб. 70 коп. не заявлено.

Приведенные в апелляционной жалобе доводы проверены судом апелляционной инстанции и подлежат отклонению ввиду их несостоятельности.

Наличие в судебном акте описок не является основанием для отмены судебного акта и не подтверждает доводы заявителя апелляционной жалобы. Вопреки позиции заявителя, отказ суда в исправлении опечаток мотивирован обжалованием судебного акта в суде апелляционной инстанции, а не отсутствием описок. Совокупность установленных судом первой инстанции в мотивировочной части судебного акта обстоятельств свидетельствует, что предметом исследования суда являлось финансовое состояние должника в 2015 году, по итогам которого ответчик должен был обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом по результатам сдачи отчетности в 2016 году.

Суд апелляционной инстанции считает, что арбитражным судом первой инстанции обстоятельства спора исследованы всесторонне и полно, нормы материального и процессуального права применены правильно, выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела. 

Иная оценка заявителем апелляционной жалобы обстоятельств настоящего обособленного спора не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки и не свидетельствует о нарушениях судом первой инстанции норм материального и (или) процессуального права, повлиявших на исход дела.

Таким образом, судом первой инстанции исходя из конкретных фактических обстоятельств спора верно установлено наличие совокупности условий наступления субсидиарной ответственности ответчика по обязательствам должника.

Убедительных доводов, основанных на доказательственной базе и позволяющих отменить обжалуемый судебный акт, апелляционная жалоба не содержит, в силу чего удовлетворению не подлежит.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции считает, что арбитражным судом первой инстанции обстоятельства спора исследованы всесторонне и полно, нормы материального и процессуального права применены правильно, выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Основания для переоценки обстоятельств, правильно установленных судом первой инстанции, у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

При этом неотражение в судебных актах всех имеющихся в деле доказательств либо доводов стороны не свидетельствует об отсутствии их надлежащей судебной проверки и оценки (определение Верховного Суда Российской Федерации от 30.08.2017 № 305-КГ17-1113).  

Таким образом, определение суда первой инстанции в обжалуемой части является законным и обоснованным, соответствующим нормам материального права, а содержащиеся в нем выводы – установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам.

В остальной части законность и обоснованность судебного акта при отсутствии возражений лиц, участвующих в деле, в силу части 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не проверялись.

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при разрешении спора судом первой инстанции не допущено.

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что оснований для отмены судебного акта по приведенным доводам и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

В соответствии с подпунктом 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, в редакции, действующей на момент подачи апелляционной жалобы, уплата государственной пошлины за рассмотрение апелляционных жалоб на определение по данной категории дел не предусмотрена.

Руководствуясь статьями 268, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Первый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Нижегородской области от 20.03.2024 по делу № А43-25281/2017 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в месячный срок со дня его принятия через Арбитражный суд Нижегородской области.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1 – 291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд ВолгоВятского округа.

Председательствующий судья

Судьи

Н.В. Евсеева

Е.А. Рубис

Д.В. Сарри