СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

улица Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, http://7aas.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

город Томск                                                                     Дело №  А27-4828/2016

Резолютивная часть постановления объявлена 21 мая 2019 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 24 мая 2019 года.

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Кудряшевой Е.В.,

судей Зайцевой О.О.,

ФИО1, 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО2, с использованием средств аудиозаписи, рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Сибирские горные технологии» ФИО3 (№ 07АП-9483/2017(3)) на определение от 26.03.2019 Арбитражного суда Кемеровской области (судья Дорофеева Ю.В.) по делу № А27-4828/2016 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Сибирские Горные Технологии» (650000, 

<

...>; ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) по заявлению конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Сибирские горные технологии», город Кемерово к ФИО4, город Кемерово, о привлечении к субсидиарной ответственности.

В судебном заседании приняли участие:

от ФИО4: ФИО5 по доверенности от 26.06.2018. 

УСТАНОВИЛ:

решением от 10.10.2016 Арбитражного суда Кемеровской области общество с ограниченной ответственностью «Сибирские Горные Технологии» (далее – должник, ООО «Сибирские Горные Технологии») признано банкротом, открыто конкурсное производство сроком на четыре месяца, исполнение обязанностей и осуществление прав конкурсного управляющего возложено на временного управляющего ФИО3. 

Сообщение о введении в отношении должника процедуры наблюдения опубликовано в газете «Коммерсантъ» 15.10.2016 и размещены в Едином федеральном реестре сведений о банкротстве 12.10.2016. 

31.05.2018 в арбитражный суд поступило заявление конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности руководителя должника ФИО4 (далее - ФИО4, ответчик), по обязательствам должника в связи с не исполнением обязанности по передаче документов бухгалтерского учета и (или) отчетности. В частности, конкурсный управляющий указывает на не передачу ему активов, числящихся на балансе должника по состоянию на 01.01.2016.

Определением от 26.03.2019 Арбитражного суда Кемеровской области (резолютивная часть объявлена 07.03.2019) в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО «Сибирские горные технологии», город Кемерово к ФИО4 о привлечении к субсидиарной ответственности, отказано.

С вынесенным определением не согласился конкурсный управляющий ООО «Сибирские горные технологии» ФИО3, в апелляционной жалобе просит его от отменить и принять по делу новый судебный акт, которым привлечь ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, ссылаясь на нарушение норм материального и процессуального права, неправильное применение норм права, неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для дела. 

В обоснование апелляционной жалобы конкурсный управляющий должником указывает, что суд ошибочно пришел к выводу, что  включение дебиторской задолженности ООО «ПКФ «Кузбассэнергомаш» в состав финансовых вложений, является ошибкой. В деле о банкротстве установлено, что ООО «Сибирские Горные Технологии» и ООО «ЦТС» являются аффилированными компаниями и вывод суда, согласно которому ФИО4 не знал о данной сделке, является необоснованной, так как на момент подготовки баланса для сдачи в налоговый орган, он обязан был принять все первичные документы по сделкам, совершенным ООО «Сибирские Горные Технологии» в 2015 году. По убеждению конкурсного управляющего, представителем ответчика ФИО4 по доверенности ФИО5 умышленно включена данная сумма по сделке, так как формирование обоснований по данному делу со стороны ответчика проводилась после июля 2018 года. Заявитель жалобы также указывает, что суд, установив ненадлежащее ведение ответчиком бухгалтерских документов должника и отражение в них (в бухгалтерском балансе за 2015 год, в том числе и по оборотно-сальдовым ведомостям счет 10 за 31.12.2015) недостоверных данных, и предоставление в налоговый орган заведомо недостоверных сведений, в том числе и по налогооблагаемой базе, неправомерно пришел к выводу об отсутствии правовых оснований для отказа в удовлетворении заявления о привлечении ФИО4 к субсидиарной ответственности.

От ФИО4 на основании статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором заявитель просит определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения, указывая на то, что определение суда является законным и обоснованным, а доводы апелляционной жалобы необоснованными и подлежащими отклонению.

В судебном заседании представитель ФИО4 доводы апелляционной жалобы отклонил по основаниям, изложенным в отзыве.

Иные лица, участвующие в рамках обособленного спора в деле о банкротстве, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, в судебное заседание апелляционной инстанции явку представителей не обеспечили. Конкурсный управляющий ООО «Сибирские горные технологии» ФИО3 представил ходатайство о рассмотрении дела в его отсутствие.

На основании статьи 156 АПК РФ апелляционная жалоба рассмотрена в их отсутствие.

Заслушав участника процесса, исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, отзыва, проверив в порядке статьи 268 АПК РФ законность и обоснованность обжалуемого определения, арбитражный суд апелляционной инстанции не нашел оснований для отмены судебного акта, в силу следующего. 

Как следует из материалов дела, ФИО4 являлся руководителем  ООО «Сибирские Горные Технологии» с 28.07.2015 по 05.10.2016.

27.02.2017 конкурсный управляющий направил ФИО4 уведомление с требованием о передаче бухгалтерских и иных документов должника.

02.03.2017 Арбитражный суд Кемеровской области возложил на ФИО4 обязанность по передаче конкурсному управляющему бухгалтерской и иной документации, активов, отраженных в бухгалтерском балансе, сданном в налоговый орган на последнюю отчетную дату.

Обязанность по передаче бухгалтерской и иной документации должника ФИО4 не исполнил, что привело к невозможности формирования конкурсной массы, и, как следствие, требования кредиторов не были удовлетворены, цели конкурсного производства не достигнуты.

Указывая на данные обстоятельства, конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением (т.28 л.д. 6-10).

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении заявления конкурсного управляющего, исходил из недоказанности всей совокупности условий, необходимых для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по заявленному правовому основанию.

Повторно рассмотрев обособленный спор, суд апелляционной инстанции соглашается с судом первой инстанции, исходя из следующего.

Согласно части 1 статьи 223 АПК РФ и статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон № 266-ФЗ) статья 10 Закона о банкротстве признана утратившей силу. Закон о банкротстве дополнен главой III.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве».

Согласно пункту 3 статьи 4 Закона № 266-ФЗ рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции Закона № 266-ФЗ).

Поскольку заявление кредитора поступило в арбитражный суд после 01.07.2017, заявление подлежит рассмотрению в соответствии с Законом о банкротстве с учетом изменений, внесенных Законом № 266-ФЗ.

Основания для привлечения к субсидиарной ответственности, содержащиеся в главе III.2 Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ, не подлежат применению к действиям контролирующих должников лиц, совершенных до 01.07.2017, в силу общего правила действия закона во времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации), поскольку Закон № 266-ФЗ не содержит норм о придании новой редакции Закона о банкротстве обратной силы.

Таким образом, основания привлечения лиц к субсидиарной ответственности устанавливаются с учетом законодательства о банкротстве действовавшего в период совершения вменяемых контролирующему лицу действий (бездействия).

Основанием обращения конкурсного управляющего в суд с  рассматриваемым заявлением явилось не передача ему последним директором должника, действовавшим до даты открытия конкурсного производства, активов, числящихся на балансе по состоянию на 31.12.2015 (последнюю отчетную дату, предшествующую дате открытия конкурсного производства), полученном в налоговом органе, а именно: основных средств в размере 163 тыс. рублей; запасов в размере 41 004 тыс. рублей; дебиторской задолженности в размере 65301 тыс. рублей; финансовых вложений - 11015 тыс. рублей; прочих оборотных активов - 54 тыс. рублей  (т. 28 л.д. 82-88), в частности, конкурсный управляющий указал на невозможность проверки доводов ответчика о движении запасов в 2015 году в объеме 28 292 000 руб., дебиторской задолженности за 2015 год в объеме 57 245 000 руб.; финансовых вложений в размере 14 160 000 руб.

В соответствии с абзацем 34 статьи 2 Закона о банкротстве в редакциях Федеральных законов от 28.04.2009 № 73-ФЗ и от 28.06.2013 № 134-ФЗ: 

Контролирующее должника лицо - это лицо, имеющее либо имевшее в течение менее чем двух лет до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать должнику обязательные указания или имеющее возможность иным образом определять его действия. В частности, таковым может быть признано лицо, которое имело право распоряжаться 50 и более процентами голосующих акций акционерного общества или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью.

В силу пункта 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве в действующей редакции, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях Закона о банкротстве под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Согласно подпункту 1 пункта 5 статьи 61.10 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии.

Согласно выписке из единого государственного реестра юридических лиц до даты признания должника банкротом его единоличным исполнительным органов являлся ФИО4, назначенный на эту должность 28.07.2015.

Таким образом, ФИО4 является контролирующим должника лицом, что не оспаривается участвующими в деле лицами.

Подпункт 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве устанавливает, что пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии следующего обстоятельства - документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Пункт 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона № 134-ФЗ от 28.06.2013, действовавшей в рассматриваемый период), также предусматривала, что пока  не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц в случае, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

В пункте 24 постановления № 53 от 21.12.2017 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» Пленум Верховного Суда Российской Федерации разъяснил, что в силу пункта 3.2 статьи 64, абзаца четвертого пункта 1 статьи 94, абзаца второго пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве на руководителе должника лежат обязанности по представлению арбитражному управляющему документации должника для ознакомления или по ее передаче управляющему.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также:

невозможность определения основных активов должника и их идентификации;

невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы;

невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Пункт 3.2. статьи 64 Закона о банкротстве устанавливает, что не позднее пятнадцати дней с даты утверждения временного управляющего руководитель должника обязан предоставить временному управляющему и направить в арбитражный суд перечень имущества должника, в том числе имущественных прав, а также бухгалтерские и иные документы, отражающие экономическую деятельность должника за три года до введения наблюдения. Ежемесячно руководитель должника обязан информировать временного управляющего об изменениях в составе имущества должника.

В соответствии с пунктом 2 статьи 126 Закона о банкротстве, руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Как следует из материалов дела и не опровергнуто участвующими в деле лицами, имеющаяся у ответчика документация должника передана конкурсному управляющему в ходе конкурсного производства, что подтверждается соответствующими реестрами переданных документов и имущества (т. 28 л.д. 109-115).

Конкурсный управляющий в ходе рассмотрения дела пояснил, что в переданных документах отсутствуют надлежащие доказательства изменения активов в части запасов, а именно аспирационных установок и конвейерных эстакад и указал на отсутствие документов по строке финансовые вложения в части 5 000 000 руб., которую ответчик относит к задолженности ООО «Кузбассэнергомаш».

В силу пункта 2 статьи 401, пункта 2 статьи 1064 ГК РФ отсутствие вины доказывается лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности. 

Ответчик, возражая на доводы конкурсного управляющего, указал, что в представленном в налоговый орган балансе за 2015 года показатели за 2015 год были отражены в размере, числящемся за 2014 год. Представил пояснения с документальным обоснованием (т. 29 л.д. 97-190) об основаниях изменения структуры баланса, в частности о списании в производство числящихся запасов, изменение размера дебиторской задолженности и финансовых вложений.

Судом установлено, что по представленным ответчиком документам, конкурсным управляющим проведена работа по взысканию дебиторской задолженности, оспорены сделки должника и установлен фактический размер дебиторской задолженности должника, финансовых вложений. Запасов конкурсным управляющим не установлено.

Обосновывая отсутствие запасов на 01.01.2014 в виду их списания в ходе хозяйственной деятельности, ответчик представил акты на списание материалов (т. 29 л.д. 149-172 т. 32 л.д. 1-3), акты выполненных работ формы КС2, КС3, а также таблицу движения запасов должника за 2015 год, по которой проверяются все изложенные доводы.

Суд первой инстанции, оценив представленные документы, пришел к выводу о том, что отсутствие среди переданных документов части актов, содержащих информацию о монтаже аспирационных установок, конвейерных эстакад и узлов дробления и сортировки само по себе не свидетельствует о невозможности формирования конкурсным управляющим конкурсной массы за счет этого оборудования.

Апелляционная коллегия судей поддерживает указанный вывод суда, учитывая, что в имеющихся в материалах дела и переданных конкурсному управляющему актах КС-2 (т. 32 л.д. 39-146, т. 33 л.д. 1-152, т. 34 л.д. 1-86) отражен генподрядчик ООО «ТД Сибирь» и конкурсный управляющий имел возможность запросить необходимые документы и пояснения непосредственно у этого лица. 

Кроме того, судом установлено и конкурсным управляющим не опровергнуто, что оборудование, указанное выше, является составным и собирается непосредственно на месте выполнения работ, что при наличии доказательств установки части этого оборудования свидетельствует о том, что у конкурсного управляющего имелась реальная возможность проверить у генподрядчика сведения об установке другой части этого оборудования.

Исследуя вопросы движения запасов, суд первой инстанции расхождений в представленных пояснениях ответчика и представленных документов, которые были переданы конкурсному управляющему, не установил.

Поскольку доказательств, подтверждающих обратное, конкурсным управляющим не представлено, оснований не согласиться с данным выводом суда, апелляционная инстанция не усматривает.

В отношении финансовых вложений в размере 5 000 000 руб. в виде предоплаты в пользу ООО «ПКФ «Кузбассэнергомаш», ответчик сослался на ошибочное включение этой суммы в состав финансовых вложений в виду отсутствия у него вступившего в должность директора должника в июне 2015 года, сведений и документов о совершенном между должником и этим обществом зачете взаимных требований на эту сумму в марте 2015 года.

Давая оценку указанным обстоятельствам, суд первой инстанции установил, что факт наличия у должника прав требования к ООО «ПКФ «Кузбассэнергомаш» в размере 5 000 000 руб. и существования документа, акта зачета взаимных требований между должником и ООО «ЦТС» 03.03.2015 на сумму 5 000 000 руб., нашел свое подтверждение в ходе рассмотрения обособленного спора по оспариванию сделки должника с ОО «ЦТС» (определение от 09.10.2017).

Согласно сведениям, размещенным в информационно-телекоммуникационной сети Интернет в режиме «общего доступа», вступившим в силу определением по настоящему делу от 03.07.2017 установлено, что договор уступки прав требования и акт зачета взаимных обязательств между должником и ООО «ЦТС» на сумму 5 000 000 руб. конкурсный управляющий получил не от последнего руководителя должника (ответчика по настоящему делу), а от ответчика по иному спору. 

Учитывая, что доказательств передачи ответчику документов, на основании которых права требования должника в размере 5 000 000 руб. были прекращены,  как последнему руководителю, представлено не было, суд первой инстанции обоснованно признал, что включение дебиторской задолженности ООО «ПКФ «Кузбассэнергомаш» в состав финансовых вложений, является ошибкой. 

Давая оценку доводу апелляционной жалобы о том, что ненадлежащее ведение ответчиком бухгалтерских документов должника и отражение в них (в бухгалтерском балансе за 2015 год, в том числе и по оборотно-сальдовым ведомостям счет 10 за 31.12.2015) недостоверных данных, и предоставление в налоговый орган заведомо недостоверных сведений, в том числе и по налогооблагаемой базе, подтверждает его позицию относительно наличия  правовых оснований для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности, суд апелляционной инстанции исходит из следующего.

В силу частей 1 - 5 статьи 71 АПК РФ, арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Доказательство признается арбитражным судом достоверным, если в результате его проверки и исследования выясняется, что содержащиеся в нем сведения соответствуют действительности. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами. Никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы.

Оценивая действия контролирующих должника лиц как основание для привлечения к субсидиарной ответственности, необходимо учитывать, что такая ответственность является разновидностью гражданско-правой ответственности, следовательно, для ее применения необходимо установить совокупность обстоятельств, как то противоправный характер поведения лица о привлечении к ответственности которого заявлено, наличие вины, наличие вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением и причиненным вредом.

Судом установлено ненадлежащее ведение ответчиком бухгалтерских документов должника и отражение в них (в бухгалтерском балансе за 2015 год, оборотно-сальдовой ведомости по счету 10 за 31.12.2015) недостоверных сведений, однако суд апелляционной инстанции, принимая во внимание установленные выше обстоятельства, а также вышеприведенные нормы и разъяснения, соглашается с выводом суда о том, что ошибочное указание в бухгалтерских документах должника за 2015 год данных за 2014 год само по себе при представлении ответчиков документации (пусть и частичной, но на основании которой возможно проверить иные обстоятельства) не является основанием для возложения на него субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Судом установлено, что после введения в отношении должника процедуры наблюдения и утверждения временного управляющего, ему переданы печати в количестве 2 шт., ключ от банка, ключ для подачи налоговой отчетности, база 1С; передана все документы, отражающие финансово-хозяйственную деятельность. ФИО3 направил на эл.почту ответчика письмо с требованием передать все имеющиеся материалы, числящие на балансе должника. Данные материалы были ранее израсходованы, на что есть документы КС2, КС3, все документы по расходованию материалов были переданы ранее ФИО3, согласно реестру передаваемых документов. Данные материалы не были списаны, в связи с тем, что в период работы ответчика в качестве директора должника отсутствовал бухгалтер.

Указанные обстоятельства установлены в ходе проверки заявления конкурсного управляющего Управлением МВД России по г.Кемерово по факту противоправных действий при банкротстве должника, по результатам которой 18.04.2017 вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела. 

Аналогичные доводы и пояснения относительно деятельности должника и отраженного в бухгалтерской документации приведены ответчиком и при рассмотрении настоящего обособленного спора. 

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда, что ошибки в бухгалтерской отчетности не исключают вины лиц, ответственных за достоверность сведений, однако в целях установления объема ответственности не представляется возможным формально исходить из указанного в бухгалтерских балансах размера активов при наличии сведений, подтверждающих, что фактически активы отсутствовали.

Кроме того, из анализа материалов дела следует, что конкурсный управляющий при наличии того объема документации должника и отраженной в них информации не доказал как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Конкурсный управляющий, проведя инвентаризацию имущества должника, не установил запасов, дебиторской задолженности и финансовых вложений в размере, отраженном в бухгалтерском балансе за 2015 год, сданном в налоговый орган ответчиком, в тоже время фактически выявленный актив должника реализован в установленном Законом о банкротстве порядке, требования кредиторов частично удовлетворены, что не согласуется с доводами заявителя жалобы о том, что именно в результате действий ответчика не была сформирована конкурсная масса и расчеты с кредиторами не были проведены.

Таким образом, апелляционная коллегия судей приходит к выводу, что наличие правовых оснований для привлечения бывшего руководителя к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, не доказано, в связи с чем суд первой инстанции обоснованно отказал в удовлетворении заявления конкурсного управляющего. 

Иные доводы заявителя апелляционной жалобы не содержат ссылок на факты, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены определения суда первой инстанции. 

Выводы, содержащиеся в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, и оснований для его отмены, в соответствии со статьей 270 АПК РФ, апелляционная инстанция не усматривает. Апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению.

Руководствуясь статьями 258, 268, 271, пунктом 1 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение от 26.03.2019 Арбитражного суда Кемеровской области по делу № А27-4828/2016 оставить без изменения, а апелляционную жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Сибирские горные технологии» ФИО3 -  без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня вступления его в законную силу, путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Кемеровской области.

  Председательствующий Е.В. Кудряшева 

Судьи О.О. Зайцева

ФИО1