СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

улица Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, http://7aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

город Томск                                                                 Дело № А67-5999/2021

Резолютивная часть постановления объявлена 03 октября 2024 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 15 октября 2024 года.

 

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего  

 

ФИО1

судей

 

ФИО2

Фаст Е.В.

 

 

при ведении протокола судебного заседания секретарём судебного заседания Бакаловой М.О. с использованием средств аудиозаписи, системы веб-конференции, рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу финансового управляющего ФИО3 ФИО4 (№ 07АП-2175/23(5)) на определение от 11.07.2024 Арбитражного суда Томской области по делу № А67-5999/2021 (судья Кухарук Н.Н.), принятое по заявлению финансового управляющего ФИО3 ФИО4 о включении в реестр требований кредиторов требования в размере 5 955 000,00 руб. в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «АСТ-Ресурс» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>),

В судебном заседании приняли участие: 

от ФИО4: ФИО5, доверенность от 01.11.2023

от ФИО3: ФИО6, доверенность от 21.11.2022,

от финансового управляющего ФИО7: ФИО7, паспорт,

от ООО «АСТ-Ресурс»: ФИО8, доверенность от 01.01.2024 

от иных лиц: не явились (извещены)

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Томской области от 22.02.2023 (09.02.2023 объявлена резолютивная часть) признаны обоснованными требования финансового управляющего ФИО3 ФИО4, в отношении общества с ограниченной ответственностью «АСТ Ресурс» (далее - ООО «АСТ-Ресурс», должник) введена процедура банкротства – наблюдение; в реестр требований кредиторов должника в составе третьей очереди включено требование в размере 5 955 000 руб. Временным управляющим ООО «АСТ-Ресурс» утвержден ФИО7, член Ассоциации арбитражных управляющих «Арсенал». 

Сообщение о введении в отношении должника процедуры несостоятельности (банкротства) – наблюдение, опубликовано в газете «Коммерсантъ» опубликовано в газете «Коммерсантъ» №31(7476) от 18.02.2023. 

Временный управляющий обратился в суд с заявлением (уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  об отмене определения от 09.02.2023 (22.02.2023 определение изготовлено в полном объеме) по делу №А67-5999-1/2021 в части включения в реестр требований кредиторов ООО «АСТ-Ресурс» требования ФИО3 в размере 5 955 000 руб. – основного долга по вновь открывшимся обстоятельствам. 

Определением суда от 17.11.2023 заявление временного управляющего ФИО7 о пересмотре судебного акта по вновь открывшимся обстоятельствам удовлетворено. Определение Арбитражного суда Томской области от 09.02.2023 (в полном объеме изготовлено 22.02.2023) по делу № А67-5999/2021 в части включении в реестр требований кредиторов ООО «АСТ-Ресурс» требования финансового управляющего ФИО3 ФИО4 в размере 5 955 000,00 руб. основного долга в составе третьей очереди отменено. 

Постановлениями Седьмого арбитражного апелляционного суда от 30.01.2024 и Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 17.04.2024 определение суда от 17.11.2023 оставлено без изменения.

 В ходе рассмотрения спора финансовый управляющий ФИО3 ФИО4 просил требования в размере 5 955 000 руб. основного долга включить в третью очередь реестра требований кредиторов ООО «АСТ-Ресурс», полагал, что требования кредитора являются реституционными и возникли в связи с вступлением в законную силу судебного акта, то есть возникли из публичных правоотношений; к предъявленному требованию положения пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» о понижении очередности удовлетворения требования не применяются.; ФИО3, совершая сделку, признанную судом недействительной, преследовала цель причинить вред непосредственно своим кредиторам, а не предоставить ООО «АСТ-Ресурс» компенсационное финансирование с целью его реабилитации и участвовать в распределении его прибыли.

Определением от 11.07.2024 Арбитражный суд Томской области в удовлетворении заявления финансового управляющего имуществом ФИО3 ФИО4 о включении в реестр требований кредиторов общества с ограниченной ответственностью «АСТ-Ресурс» требования в размере 5 955 000,00 руб. отказал.

Не согласившись с принятым судебным актом, финансовый управляющий имуществом ФИО3- ФИО4 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить и принять по делу новый судебный акт, ссылаясь на нарушение судом норм материального и процессуального права, неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для дела, несоответствие выводов суда обстоятельствам дела.

Указав, что судом не принято во внимание, что денежные средства перечислены безналичным способом и были израсходованы Должником. Часть требования подтверждена судебными актами. Сама по себе аффилированность сторон не является основанием для отказа во включении требования в реестр кредиторов. 

Временный управляющий ФИО7.  представил текст устного выступления.

В судебном заседании представитель ФИО9 поддержал доводы апелляционной жалобы, просил определение суда отменить, апелляционную жалобу – удовлетворить.

Представители ФИО3, должника и временный управляющий ФИО7 с доводами апелляционной жалобы не согласились. Кроме того, ФИО7 возражал против восстановления пропущенного срока.

Срок подачи апелляционной жалобы, пропущенный по причинам, не зависящим от лица, обратившегося с такой жалобой, в том числе в связи с отсутствием у него сведений об обжалуемом судебном акте, по ходатайству указанного лица может быть восстановлен судом апелляционной инстанции (часть 2 статьи 259 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 17 Постановления №36, если факт пропуска срока на подачу апелляционной жалобы установлен после принятия апелляционной жалобы к производству, суд апелляционной инстанции выясняет причины пропуска срока. Признав причины пропуска срока уважительными, суд продолжает рассмотрение дела, а в ином случае - прекращает производство по жалобе применительно к пункту 1 части 1 статьи 150 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Ходатайство о восстановлении срока подачи апелляционной жалобы рассматривается судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьей 117 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

При этом суд может восстановить пропущенный срок, если признает причины его пропуска уважительными и если не истек предусмотренный статьей 259 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предельный допустимый срок для восстановления.

Как разъяснено в пункте 32 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.12.2013 №99 «О процессуальных сроках» (далее - Постановление №99), при решении вопроса о восстановлении пропущенного срока подачи жалобы суду следует оценивать обоснованность доводов лица, настаивающего на таком восстановлении, в целях предотвращения злоупотреблений при обжаловании судебных актов и учитывать, что необоснованное восстановление пропущенного процессуального срока может привести к нарушению принципа правовой определенности и соответствующих процессуальных гарантий. При решении вопроса о восстановлении процессуального срока судам следует соблюдать баланс между принципом правовой определенности и правом на справедливое судебное разбирательство, предполагающим вынесение законного и обоснованного судебного решения, с тем чтобы, восстановление пропущенного срока могло иметь место лишь в течение ограниченного разумными пределами периода и при наличии существенных объективных обстоятельств, не позволивших заинтересованному лицу, добивающемуся его восстановления, защитить свои права.

В обоснование ходатайства о восстановлении пропущенного срока  арбитражный управляющий ФИО10 указал на ошибочное направление апелляционной жалобы в установленный законом срок непосредственно в суд апелляционной инстанции, в связи с чем апелляционная жалоба была возвращена заявителю.

Указанные доводы в обоснование причины пропуска срока на подачу апелляционной жалобы судом признаются  уважительными, и принимая во внимание обстоятельства дела, незначительный срок пропуска, в целях обеспечения права лица на судебную защиту, суд считает, что ходатайство о восстановлении процессуального срока на подачу апелляционной жалобы подлежит удовлетворению.

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, в судебное заседание апелляционной инстанции не явились.

Арбитражный апелляционный суд считает возможным на основании статей 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации рассмотреть апелляционную жалобу в отсутствие неявившихся участников арбитражного процесса.

Заслушав участников процесса, исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьёй 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность и обоснованность определения Арбитражного суда Томской области, суд апелляционной инстанции не находит оснований для его отмены. 

Как следует из материалов дела, решением Арбитражного суда Томской области от 19.11.2020 по делу №А67-818/2020 в отношении ФИО3 введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО4 

На основании вступившего в законную силу определения Арбитражного суда Томской области от 14.05.2021 по делу №А67-818-8/2020 договор займа №АСТ 05.06.18 от 05.06.2018 между ФИО3 и ООО «АСТ-Ресурс» признан недействительной сделкой, применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ООО «АСТ-Ресурс» в конкурсную массу должника ФИО3 денежные средства в размере 3 100 000 руб. 

Вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Томской области от 14.05.2021 по делу №А67-818-6/2020 договор купли-продажи транспортного средства от 14.08.2018 в отношении автомобиля ИЖ 2126-030 2004 года выпуска, кузов №0119516, двигатель №21067715513, VIN 

<

***> между ФИО3 и ООО «АСТРесурс» признан недействительным, применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ООО «АСТ-Ресурс» в конкурсную массу должника ФИО3 55 000 руб. 

Кроме того, вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Томской области от 14.05.2021 по делу №А67-818-5/2020 договор купли-продажи транспортного средства от 23.03.2017 в отношении автомобиля TOYOTA LAND CRUISER 200, 2012 года выпуска VIN 

<

***>, модель двигателя 1 VD 0155281 между ФИО3 и ООО «АСТ-Ресурс» признан недействительным, и применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ООО «АСТРесурс» в конкурсную массу должника ФИО3 2 800 000 руб. 

В связи с тем, что ООО «АСТ Ресурс» не исполнило вступившие в законную силу определения Арбитражного суда Томской области от 14.05.2021 по делу №А67-818/2020, задолженность в общем размере 5 955 000 руб. не погашена, кредитор на основании статей 3, 39, 40 Закона о банкротстве обратился с заявлением о признании ООО «АСТ Ресурс» несостоятельным (банкротом) и включении требований в реестр требований кредиторов должника. 

Определением суда от 09.02.2023 требования финансового управляющего имуществом ФИО3- ФИО11, в отношении ООО «АСТ-Ресурс» признаны обоснованными, в отношении должника введена процедура банкротства – наблюдение; в реестр требований кредиторов должника в составе третьей очереди включено требование в размере 5 955 000 руб.

Вступившим в законную силу определением суда от 17.11.2023 определение Арбитражного суда Томской области от 09.02.2023 по делу № А67-5999-1/2021 в части включении в реестр требований кредиторов ООО «АСТ-Ресурс» требования финансового управляющего ФИО3 ФИО4 в размере 5 955 000,00 руб. основного долга в составе третьей очереди отменено по вновь открывшимся обстоятельствам, назначено судебное заседание по рассмотрению обоснованности заявленного требования.

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении заявленных требований, исходил из недоказанности реальности заявленного требования.

Выводы суда первой инстанции, соответствуют действующему законодательству и фактическим обстоятельствам дела.

В соответствии со статьёй 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве). 

Исходя из разъяснений, данных в пункте 26 постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Исходя из указанных норм права, арбитражному суду необходимо по существу проверить доказательства возникновения задолженности и применения мер ответственности на основе положений норм материального права.

Целью проверки судом обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

 Проверка обоснованности требований к должнику заключается в установлении совокупности таких фактов, как определение обязательства, из которого возникло требование кредитора к должнику, срок его исполнения, доказанность оснований возникновения задолженности, а также факта ее непогашения должником на дату заседания арбитражного суда. 

К отношениям, складывающимся в связи с рассмотрением арбитражным судом требований кредиторов в деле о банкротстве, подлежит применению повышенный стандарт доказывания кредитором обстоятельств, положенных в основание требований, существенно отличающийся от обычного бремени доказывания в сходном частноправовом споре. 

Это обусловлено публично-правовым характером процедур банкротства, который неоднократно отмечался Конституционным Судом Российской Федерации (постановления от 22.07.2002 № 14-П, от 19.12.2005 № 12-П, определения от 17.07.2014 № 1667-О, № 1668-О, № 1669-О, № 1670-О, № 1671-О, № 1672-О, № 1673-О, № 1674-О). 

Повышенный стандарт доказывания предполагает необходимость представления суду ясных и убедительных доказательств требований. Судебное исследование этих обстоятельств должно отличаться большей глубиной и широтой по сравнению с обычным спором. Изучению подлежат сама возможность существования фактических обстоятельств, лежащих в основе притязания кредитора, экономическая целесообразность совершения сделок с должником, а также фактическая исполнимость таких сделок. 

В обоснование заявления финансовый управляющий ФИО4 основывает свое имущественное требование к должнику на вступивших в законную силу судебных актах, которыми с должника в конкурсную массу ФИО3 взысканы денежные средства в общей сумме 5 955 000 руб. 

Между тем, согласно сведениям из ЕГРЮЛ с даты создания ООО «АСТ-Ресурс», единственным участником общества является ФИО12, с 16.02.2017 он также является его директором. 

В материалах дела №А67-818/2020 имеется ответ Парабельского отдела ЗАГС о зарегистрированной записи акта о рождении от 02.01.1980, из которой следует, что матерью ФИО12 является ФИО3. 

Таким образом, между ФИО3 и ООО «АСТ-Ресурс» имеется заинтересованность, по смыслу статьи 19 Закона о банкротстве.

При этом, как следует из позиции в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС161475, от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. 

Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948- 1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности. 

При определении аффилированности следует учитывать не только формальную юридическую связь обществ, но экономическую и иную связь обществ, из которой можно сделать вывод о подконтрольности одного общества другому. 

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка. 

При оценке судом добросовестности участников правоотношений и при представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. 

В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения. 

В рамках обособленного спора по делу № А67-818-8/2020 суд пришел к выводу, что в действиях должника (ФИО3) и лица, в пользу которого совершена оспариваемая сделка (ООО «АСТ-Ресурс»), имеются признаки злоупотребления правом, а перечисление денежных средств в размере 3 100 000 руб. имело целью формальное прикрытие передачи денежных средств от имени ФИО3 на счет общества, подконтрольного ее сыну, под видом займа, без предоставления встречного исполнения, поскольку сведений об исполнении обязательств по возврату займа и причитающихся процентов материалы дела не содержат, финансовый управляющий такими сведениями не располагает, что свидетельствует о недействительности сделки по основаниям, предусмотренным, в частности, пунктом 2 статьи 170 ГК РФ и статьей 61.2 Закона о банкротстве. 

При рассмотрении спора по делу№А67-818-8/2020 судом установлено, что договор займа №АСТ 05.06.18 от 05.06.2018 является мнимой сделкой; в рассматриваемом случае должник (ФИО3) под видом заёмных средств передала денежные средства в размере 3 100 000 руб., подлежащие получению ею от ООО «Томский лес» по условиям мирового соглашения, обществу, подконтрольному ее сыну, при этом на дату судебного заседания в материалах дела отсутствуют сведения о возврате ООО «АСТ-Ресурс» полученных денежных средств, что позволяет сделать вывод об изначальном отсутствии у сторон сделки намерения предпринимать действия по получению – со стороны займодавца и по возврату – со стороны заемщика денежных средств в сроки, предусмотренные договором займа от 05.06.2018. 

Подобное поведение соответствует личным интересам членов одной семьи, направлено во вред интересам кредиторов должника и является проявлением злоупотребления правом. 

При этом, из пояснений ФИО3, представленных в рамках настоящего обособленного спора, следует, что фактически денежные средства по договору займа в размере 3 100 000 руб. были перечислены на счет ООО «АСТ-Ресурс» не ФИО3, а ООО «Томский лес» (ИНН 

<

***>). 

Из материалов дела судом установлено, что ООО «Томский лес» входит в одну группу компаний с должником: участниками общества являлись ФИО13 (мать ФИО3) и сама ФИО3 до 08.08.2023 (доля в уставном капитале реализована с торгов в деле о банкротстве ФИО3 №А67-818/2020). 

Указанные обстоятельства подтверждаются, определением Арбитражного суда Томской области от 02.07.2021 по делу №А67-818- 9/2020. 

В одну группу компаний с должником также входит ООО «СибТехСтрой» (ИНН 

<

***>); ООО «СибТехСтрой» получало по сделкам с ООО «Томский лес» имущество группы (указанные обстоятельства, исследовались в Арбитражным судом Томской области определении от 17.07.2020 по делу №А67-6680/2016 о банкротстве ФИО14, решении от 19.02.2019 по делу №А67-7568/2018). 

Как следует из выписки по счету ООО «Томский лес» №40702810364000000660, открытом в АО «Россельхозбанк» за период с 01.01.2017 по 06.09.2021 (представлена в материалы дела о банкротстве ООО «Томский лес» №А67-10939/2021), за период с 20.04.2018 по 20.07.2018 на счет ООО «Томский лес» от заинтересованных лиц (ООО «АСТ-Ресурс» и ООО «СибТехСтрой») поступили денежные средства в общей сумме 22 680 000,00 руб. 

За аналогичный период от ООО «Томский лес» на счета заинтересованных лиц было перечислено 21 651 192,96 руб. (в т.ч. спорные 3 100 000 руб.). 

Доказательств обратного в материалы дела не представлено. 

В рамках обособленного спора по делу № А67-818-5/2020, учитывая отсутствие в материалах дела доказательств, обосновывающих реализацию транспортного средства по цене 50 000 руб., приняв во внимание, что в оспариваемом договоре и акте приема-передачи к нему о наличии каких-либо неисправностей или дефектов автомобиля сторонами не указано, при том, что при определенной сторонами цене спорного автомобиля в 50 000 руб. его недостатки должны были быть весьма существенными, а согласно представленным по запросу суда документам ГИБДД после заключения оспариваемого договора автомобиль еще дважды был реализован - а стало быть не утратил своего функционального назначения, суд пришел к выводу о занижении сторонами оспариваемой сделки цены отчужденного должником транспортного средства. 

Учитывая, что сведения о предоставлении со стороны ООО «АСТ-Ресурс» встречного исполнения обязательств, определенного условиями договора, в материалах дела отсутствуют, экономические мотивы совершения сделок сторонами раскрыты не были, суд также пришел к выводу о том, что заключение спорного договора купли-продажи осуществлено без какого-либо встречного исполнения обязательств что, в свою очередь, подтверждает цель причинения вреда имущественным правам кредиторов. 

В представленных в материалы спора пояснениях ФИО3 ссылается на то, что автомобиль TOYOTA LAND CRUISER 200 перемещался между участниками группы компаний исключительно в рамках внутрикорпоративных отношений, при этом действительной передачи имущества или расчета за него при перемене титульного собственника имущества не производилось. 

Так, согласно сведениям о совершенных регистрационных действиях с автомобилем, представленных УМВД России по Томской области в деле о банкротстве №А67- 3704/2017, первоначальным собственником транспортного средства являлось ООО «Транс Север Групп». 

ООО «Транс Север Групп» входит в одну группу компаний с должником: ФИО3 является участником общества (доля участия 100%), аффилированность ООО «Транс Север Групп» и ООО «АСТ-Ресурс» установлена судебными актами по делу №А67- 3704/2017 (в частности, определения от 09.10.2020, от 09.12.2020, от 23.06.2023). 

Так, 20.06.2012 спорный автомобиль был приобретен ООО «Транс Север Групп» в лизинг, поставлен на временный регистрационный учет. 30.05.2013 в связи с исполнением ООО «Транс Север Групп» обязательств по договору лизинга, автомобиль поставлен на учет ООО «Транс Север Групп» как собственником имущества. 

В тот же день, 30.05.2013 сведения о собственнике автомобиля изменены с ООО «Транс Север Групп» на ФИО3

 ФИО3 не производила расчет за автомобиль, не получала имущество в непосредственное владение или пользование. У ФИО3 отсутствовали личные доходы для оплаты автомобиля. 

Таким образом, ФИО3 не становилась действительным собственником спорного автомобиля. 

Доказательств обратного кредитором в суд не представлено.

В рамках обособленного спора по делу А67-818-6/2020 суд предлагал должнику изложить мотивы отчуждения автомобиля, и обстоятельства по которым он был реализован ООО «АСТ-Ресурс», обстоятельства, которыми руководствовалась при определении цены имущества, сведения о получении денежных средств от покупателя и о том, куда они были израсходованы, а ООО «АСТ-Ресурс» изложить обстоятельства, при которых автомобиль был приобретен, доказательства исполнения со своей стороны обязательства по оплате имущества, однако, экономические мотивы совершения сделок сторонами, также раскрыты не были. 

Как следует из пояснений ФИО3, указанный автомобиль приобретен ФИО3 на основании договора купли-продажи от 01.08.2018, стоимость автомобиля – 10 000 руб. 14.08.2018 (т.е. через 14 дней) заключен договор купли-продажи с ООО «АСТ-Ресурс» с тождественными условиями, 18.08.2018 в отношении автомобиля совершены регистрационные действия по смене данных о собственнике транспортного средства. 

За период с 14.08.2018 по 23.12.2020 сведения о собственнике транспортного средства изменялись 9 раз, государственный регистрационный знак изменялся 8 раз. 

Помимо прочего, ООО «АСТ-Ресурс» дважды за указанный период становилось титульным собственником транспортного средства (14.08.2018 и 15.06.2019). 

Более того, из содержания договоров купли-продажи, заключенных в отношении спорного транспортного средства, прямо следует, что автомобиль в конечном итоге «возвращался в собственность» одних и тех же лиц. 

ФИО3 не приобретала права собственности на спорное имущество, поскольку не производила за него расчет, не получала имущество во владение и пользование.

Судом принимается во внимание позиция Верховного Суда Российской Федерации, изложенная в определение от 11.09.2017 № 301-ЭС17-4784, согласно которой, как правило, для подтверждения обстоятельств, подтверждающих позицию истца или ответчика, достаточно совокупности доказательств (документов), обычной для хозяйственных операций, лежащих в основе спора. Однако в условиях банкротства ответчика и конкуренции его кредиторов, интересы должника-банкрота и аффилированного с ним кредитора («дружественного» кредитора) в судебном споре могут совпадать в ущерб интересам прочих кредиторов. 

Для создания видимости долга в суд могут быть представлены внешне безупречные доказательства исполнения по существу фиктивной сделки. 

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Реальной целью сторон сделки может быть, например, искусственное создание задолженности должника-банкрота для последующего распределения конкурсной массы в пользу «дружественного» кредитора. 

Стороны мнимой сделки могут осуществить для вида ее формальное исполнение (пункт 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»). 

В нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, кредитором не предоставлено надлежащих, допустимых и достаточных доказательств, свидетельствующих о реальности правоотношений между ФИО3 И ООО «АСТ-Ресурс». 

Доводы финансового управляющего ФИО9 о том, что денежные средства перечислялись, что подтверждает реальность правоотношений, судом апелляционной инстанции отклоняются.

При этом суд соглашается с доводами временного управляющего о том, что видимость обязательств между ООО «АСТ-Ресурс» и ФИО3 возникла в результате внутригруппового документооборота без реальности сделок и экономического обоснования. 

Материалами дела подтверждается, что ФИО3 становилась держателем активов группы на непродолжительный промежуток времени, а не становилась действительным собственником имущества, в том числе, не несла расходы в связи с его приобретением. 

В результате, если рассматривать конкретное перечисление или передачу имущества изолированно, создается впечатление возникновения обязательства по передаче имущества должнику без встречного предоставления.

Однако из всей совокупности отношений по передаче имущества между аффилированными участниками группы компаний (в том числе, отсутствие экономических оснований получения ФИО3 этого имущества) следует, что обязательства между ФИО15 и должником в действительности отсутствуют. 

При другом подходе, если любое перемещение имущества между участниками группы в рамках ее деятельности рассматривать как новое обязательство, существенно пострадают интересы независимых кредиторов, так как их реальным экономически обоснованным обязательствам будут противопоставляться многочисленные обязательства, возникшие в рамках единой экономической деятельности группы. 

Конечно, между участниками группы могут существовать и реальные обязательства, но в этом случае именно аффилированные лица должны раскрыть экономические мотивы и реальность совершения сделок. 

Вопреки доводам апелляционной жалобы, в настоящем деле такие мотивы не раскрыты.

 Представленные обоснования свидетельствуют исключительно о перераспределении имущества группой, а не о действительных экономических отношениях, которые могут противопоставляться независимым кредиторам.

Суд апелляционной инстанции поддерживает вывод суда первой инстанции о том, что указанные выше сделки совершены исключительно с целью формирования формального документооборота, носили транзитный характер. 

Доказательств обратного в материалы дела не представлено. 

При этом суд первой инстанции обоснованно отклонил доводы о наличии оснований для квалификации заявленных требований как вытекающих из предоставления компенсационного финансирования, понятие которому дано в пункте 3 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 29.01.2020 (далее - Обзор). 

Исходя из правовой позиции, приведенной в пункте 2 Обзора, аффилированность кредитора и должника, сама по себе безусловным основанием для такой квалификации не является. 

В этом же пункте Обзора сказано, что возможность понижения очередности требований кредитора, основанных на факте предоставления компенсационного финансирования, обусловлена тем, что контролирующее лицо, которое пытается вернуть подконтрольное общество, пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности посредством предоставления данному обществу финансирования, т.е. избравшее модель поведения, отличную от предписанной Законом о банкротстве, принимает на себя все связанные с этим риски, в том числе риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства. 

То есть, мотивом предоставления компенсационного финансирования является финансирование контролирующим лицом текущей деятельности должника, прикрытое какой-либо сделкой, предусматривающей возникновение денежных обязательств, для сокрытия его истинного финансового положения. 

В рассматриваемом случае, из материалов дела не следует, как факта осуществления контроля ФИО3 над обществом, так и мотива предоставления денежных средств в порядке финансирования текущей деятельности общества в состоянии имущественного кризиса. 

Доводы подателя жалобы о том, что судом не обоснованно отклонены требования, основанные на вступивших в законную силу судебных актах, судом апелляционной инстанции признаются несостоятельными.

Так, если требования кредитора подтверждены вступившим в законную силу решением суда, то арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, не вправе рассматривать какие-либо разногласия по составу и размеру этих требований (абзац второй пункта 10 статьи 16 Закона о банкротстве). 

Это положение Закона о банкротстве дано в развитие принципов общеобязательности и стабильности судебных актов, недопустимости повторного рассмотрения тождественных судебных споров. 

Вместе с тем, как верно указано судом первой инстанции, наличие вступившего в законную силу судебного акта, подтверждающего задолженность, не освобождает арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве, от обязанности определить очередность удовлетворения основанного на этой задолженности требования. 

При рассмотрении требований кредиторов, обусловленных отношениями, связанными с финансированием, осуществляемым несколькими аффилированными по отношению друг к другу лицами, необходимо учитывать правовые подходы, изложенные в Обзоре судебной практики, применение которых позволяет сделать вывод о наличии или отсутствии оснований для понижения очередности (субординации) требования контролирующего (аффилированного) должника лица. 

Согласно пункту 2 статьи 61.6 Закона о банкротстве при рассмотрении реституционных требований недобросовестных кредиторов, применяется субординация их требований, при этом такие требования формально относятся к кредиторам третьей очереди, однако подлежат удовлетворению после расчетов с кредиторами, включенными в третью очередь реестра требований кредиторов должника. 

В пункте 27 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», разъяснено, что указанное понижение очередности восстановленного требования на основании пункта 2 статьи 61.6 Закона о банкротстве является ответственностью особой природы, применяемой к кредитору в связи с совершением им неправомерных виновных действий по исключению сделки, приведшей к нарушению прав иных кредиторов. Отсутствие неправомерного поведения по отношению к кредиторам должника исключает возможность применения названного вида ответственности. 

Поскольку настоящее требование заявлено в интересах кредитора несостоятельного должника с целью восстановления его нарушенных прав, то правило о понижении очередности удовлетворения требования, предусмотренное пунктом 2 статьи 61.6 Закона о банкротстве, неприменимо. 

Реституционное требование кредитора, основанное на признании недействительной сделки в рамках дела о банкротстве самого кредитора, не подлежит понижению в очередности удовлетворения применительно к положениям пункта 2 статьи 61.6 Закона о банкротстве. 

Учитывая изложенное, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу, об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований.

Доводы заявителя апелляционной жалобы не опровергают выводы суда первой инстанции, а выражают несогласие с ними, что не может являться основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

 При таких обстоятельствах, арбитражный суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем доказательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм процессуального права. Выводы, содержащиеся в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, и оснований для его отмены, в соответствии со статьёй 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционная инстанция не усматривает.

Руководствуясь статьями 258, 268, пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение от 11.07.2024 Арбитражного суда Томской области по делу № А67-5999/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу финансового управляющего ФИО3 ФИО4 - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня вступления его в законную силу, путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Томской области.

Постановление, выполненное в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет».

 

 

Председательствующий  

 

ФИО1

Судьи

 

ФИО2

Е.В. Фаст