АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-4026/19 

Екатеринбург

25 августа 2022 г.

 

    Дело № А76-32823/2018

 

Резолютивная часть постановления объявлена 22 августа 2022 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 25 августа 2022 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Оденцовой Ю.А.,

судей Соловцова С.Н., Тихоновского Ф.И.

при ведении протокола судебного заседания помощником судьиФИО1, рассмотрел в судебном заседании с использованием систем видеоконференц-связи при содействии Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда и систем веб-конференции кассационную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Челябинской области от 08.02.2022 по делу №А76-32823/2018 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.05.2022по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, извещенные о времени и месте судебного разбирательства надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации на сайте Арбитражного суда Уральского округа в сети «Интернет», в судебное заседание в суд округа не явились, явку своих представителей не обеспечили.

В судебном заседании в здании Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда принял участие представитель открытого акционерного общества «Межрегиональная распределительная сетевая компания Урала» (далее – общество «МРСК Урала») - ФИО3 (доверенность от 22.06.2022); в режиме веб-конференции принял участие представитель ФИО2 - ФИО4 (доверенность от 17.05.2021 серия 50АБ № 6235531).

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 22.11.2018 возбуждено производство по делу о банкротстве публичного акционерного общества «Челябэнергосбыт» (далее – общество «Челябэнергосбыт», должник).

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 22.07.2019 общество «Челябэнергосбыт» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него введено конкурсное производство, конкурсным управляющим должником утвержден ФИО5.

ФИО5 подал в суд  заявление о признании недействительным абзаца 2 пункта 3 соглашения от 01.11.2018 об изменении условии? (пункта 3.1) трудового договора от 01.08.2018 № 20/07-15, заключенного должником с ФИО2, и применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ФИО2 в конкурсную массу должника денежных средств в размере 3 366 347 руб. 84 коп. (с учетом уточнении? в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 08.02.2022, оставленным без изменения постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.05.2022, требования конкурсного управляющего удовлетворены, признан недействительным абзац 2 пункта 3 соглашения от 01.11.2018 об изменении условии? (пункта 3.1) трудового договора общества «Челябэнергосбыт» с ФИО2 от 01.08.2018 № 20/07-15, и применены последствия его недействительности в виде взыскания с ФИО2 в конкурсную массу денежных средств в размере 3 366 347 руб. 84 коп.

В кассационной жалобе и дополнении к ней ФИО2 просит определение от 08.02.2022 и постановление от 25.05.2022 отменить, отказать в признании сделки недействительной, ссылаясь на неправильное применение судами норм права при распределении бремени доказывания, выразившееся в неправомерном освобождении от доказывания управляющего и возложении такой обязанности на ФИО2, который как работник является наиболее слабой стороной в трудовых отношениях, не имеет всей полноты доказательств, поскольку, после увольнения утрачивает доступ к рабочему месту и доказательствам его трудовой деятельности, оставшимся у работодателя. По мнению заявителя, суды не оценили представленные им доказательства, в частности, справку о средней рыночной заработной плате от 24.08.2020, коммерческое предложение и описание дополнительной рабочей нагрузки, согласно которым, заработная плата ответчика соответствовала рыночным условиям и обусловлена объективной нагрузкой, а то, что справка подготовлена за 2020 год по иной должности, не говорит о существенном отличии заработной платы за 2018 – 2019 годы для должности, к которой эксперт подобрал наиболее близкий аналог с учетом специфики и рабочих компетенций ответчика. Заявитель считает, что выводы судов не соответствуют обстоятельствам дела, так, несоразмерность зарплаты ФИО2 зарплате ранее занимавшего его должность ФИО6 не может считаться установленной без учета выплачиваемых ФИО6 постоянных премий, входивших в состав его заработной платы и подлежавших учету при сопоставлении зарплаты этих работников, общий доход ФИО6 за 2017 год составил более 2,2 млн. руб. в месяц и превысил доход ФИО7, заработная плата которого соразмерна зарплате работника, ранее занимавшего аналогичную должность. Заявитель полагает несостоятельными ссылки управляющего на ухудшение финансового состояния должника в связи с отзывом статуса субъекта оптового рынка, что неравносильно невозможности осуществления деятельности на основе технологического комплекса, обширной клиентской базы, позволяющих перепрофилировать деятельность должника в качестве независимой сбытовой компании, ухудшение финансового состояния должника не должно негативно сказываться на положении его работников и не является основанием для снижения уровня их заработной платы.

Законность обжалуемых судебных актов проверена судом округа в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов кассационной жалобы.

Как установлено судами и следует из материалов дела, 01.08.2018 между ФИО2 (работник) и должником (работодатель) заключен трудовой договор № 20/07-15, по которому работник принят на должность заместителя генерального директора по операционной деятельности по совместительству с установлением должностного оклада за выполнение трудовых обязанностей в размере 140 000 руб. в месяц (пункт 3.1 трудового договора).

Между ФИО2 и обществом «Челябэнергосбыт» 01.11.2018 подписано соглашение об изменении условии? трудового договора от 01.08.2018 № 20/07-15, по которому работа в занимаемой работником должности установлена как основная, а абзацем 2 пункта 3 указанного соглашения ФИО2 установлен должностной оклад в размере 700 000 руб. в месяц.

На основании приказа от 19.08.2019 № 265К трудовой договор с ФИО2 расторгнут.

С 01.11.2018 по 19.08.2019 ФИО2 выплачена заработная плата в общей сумме 8 652 910 руб. 88 коп., что подтверждено платежными поручениями и расходными кассовыми ордерами, сумма выплаченных в счет заработной платы денежных средств не оспаривается ФИО2, при этом данные выплаты произведены ФИО2, исходя из ежемесячного оклада в размере 700 000 руб., а также премии?, начисляемых в соответствии с Положением о назначении менеджеров высшего звена и их премировании, утвержденным советом директоров общества «Челябэнергосбыт».

Полагая, что установление ФИО2 оклада в размере 700 000 руб., по сравнению с окладом его предшественника в занимаемой должности ФИО6, является неравноценным встречным исполнением со стороны ФИО2, а сама сделка в оспариваемой части заключена за месяц до возбуждения дела о банкротстве должника, к чему фактически привела утрата последним статуса гарантирующего поставщика электрической энергии, управляющий, обратился в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением.

Удовлетворяя заявленные требования, суды исходили из следующего.

В порядке пункта 1 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после его принятия, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Совершенная должником в целях причинения вреда кредиторам сделка, может быть признана судом недействительной, если она совершена в течение 3 лет до принятия заявления о банкротстве должника (после его принятия) и в результате ее совершения причинен такой вред, а другая сторона сделки знала о данной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка), предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом или если она знала (должна была знать) об ущемлении интересов кредиторов должника или о признаках неплатежеспособности (недостаточности имущества) должника (пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве).

Для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: сделка совершена с целью причинить вред кредиторам; в результате ее совершения причинен такой вред; другая сторона сделки знала или должна была знать о такой цели должника к моменту совершения, а при недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по этому основанию (пункты 5 - 7 постановления Постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление Пленума № 63).

В пункте 9 постановления Пленума № 63 разъяснено, что при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из того, что, если подозрительная сделка совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после его принятия, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется; если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 данного Постановления).

Частью 1 статьи 135 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда. Системы оплаты труда, включая размеры тарифных ставок, окладов (должностных окладов), доплат и надбавок компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, системы доплат и надбавок стимулирующего характера и системы премирования, устанавливаются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.

Статья 129 Трудового кодекса Российской Федерации определяет заработную плату работника как вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).

В силу статьи 191 Трудового кодекса Российской Федерации, премия является способом поощрения работников, добросовестно исполняющих трудовые обязанности. Таким образом, премирование является частью заработной платы сотрудника и одним из видов поощрения работников, которые добросовестно исполняют трудовые обязанности. Право работодателя устанавливать различные системы премирования, стимулирующих доплат и надбавок, предусмотрено в статье 144 Трудового кодекса Российской Федерации.

По результатам исследования и оценки доказательств судами установлено, что трудовой договор с ФИО2 от 01.08.2018 и соглашение об изменении его условий от 01.11.2018 совершены в течение одного года до принятия заявления о признании должника банкротом (22.11.2018), то есть в период подозрительности, установленный пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем для признания их недействительными достаточно обстоятельств, указанных в названной норме.

Как следует из материалов дела, в подтверждение доводов о наличии неравноценного встречного исполнения конкурсный управляющий ссылается на условия трудового договора с ФИО6, занимавшим должность заместителя генерального директора по операционной деятельности в период с 23.05.2016 по 22.06.2018, то есть до утраты обществом «Челябэнергосбыт» статуса объекта оптового рынка, оклад которого составлял 275 000 руб. 

Возражая против предложенной конкурсным управляющим оценки неравноценности встречного исполнения ФИО2 ссылается на то, что уровень дохода работников категории руководители в должнике в 2017-2018 годах был достаточно высоким, и общий доход ФИО6, согласно справкам о доходах по форме 2-НДФЛ, за 2017 год составил 27 414 062 руб. 40 коп. (более 2,2 млн. руб. в месяц), за первое полугодие 2018 года (январь-июнь) – 7 677 650 руб. 01 коп. (около 1,2 млн. руб. в месяц), поэтому, как полагает ФИО2, вопреки доводам конкурсного управляющего о неравноценности, доход ФИО6 превышал доход ФИО2

Кроме того, такой же высокий доход за 2017-2018 годы имели и другие топ-менеджеры общества «Челябэнергосбыт», так, согласно справкам 2-НДФЛ: ФИО8 как генеральный директор за 2017 год заработал 49 899 741 руб. 02 коп., а за январь – июнь 2018 года – 15 429 837 руб. 95 коп.; ФИО9 как заместитель генерального директора по корпоративному управлению за 2017 год заработал 33 982 845 руб. 63 коп., а за январь – июнь 2018 года – 9 582 390 руб. 15 коп.; ФИО10 как первый заместитель генерального директора по стратегическому планированию за 2017 год заработал 4 990 784 руб. 76 коп.; ФИО11 как директор по техническим вопросам за 2017 год заработал 4 543 948 руб. 72 коп., а за январь - июль 2018 года – 3 881 817 руб. 87 коп.; ФИО12 как директор по экономике за 2017 год заработала 19 400 563 руб. 17 коп., а за январь-сентябрь 2018 года – 6 922 215 руб. 43 коп.; ФИО13 как директор по общим вопросам за 2017 год заработал 19 394 467 руб. 86 коп., а за 2018 год – 6 666 737 руб. 02 коп.; ФИО14 как директор по сбытовой деятельности за 2017 год заработал 7 056 160 руб. 82 коп., а за январь – июнь 2018 года – 5 178 791 руб. 12 коп.; ФИО15 как главный бухгалтер за 2017 год заработала 23 182 486 руб. 20 коп., а за 2018 год – 12 804 439 руб. 45 коп.; ФИО16 как советник генерального директора по связям с общественностью за 2017 год заработала 2 655 204 руб. 86 коп., а за январь 2018 года – 171 845 руб. 89 коп.; ФИО17 как советник по работе с органами власти за 2017 год заработал 9 691 275 руб. 95 коп., а за январь 2018 года – 186 415 руб.

Исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации все представленные доказательства, с учетом конкретных обстоятельств дела, проанализировав вышеназванные сведения о доходах топ-менеджеров должника за 2017 – 2018 годы, и, установив, что, как следует из представленных справок о доходах, размер заработной платы топ-менеджеров общества «Челябэнергосбыт» действительно носил существенный характер, и при этом большую часть выплаченной заработной платы топ-менеджерам должника составляла премия, что усматривается из представленных в материалы дела справок о доходах, а также условий трудового договора с ФИО6, вместе с тем, учитывая, что по состоянию на 2017 год общество «Челябэнергосбыт» являлось гарантирующим поставщиком по поставке электроэнергии на территории Челябинской области, суды пришли к выводу о том, что, как следует из материалов дела, в целом за 2017 год заработная плата топ-менеджмента должника была выше, чем за 2018 год, когда наблюдалось существенное снижения уровня заработной платы, в том числе и в связи с утратой должником статуса гарантирующего поставщика, и, как следствие, невозможность выплаты работникам премии по итогам производственной деятельности должника.

Учитывая изложенное, по результатам исследования и оценки всех представленных доказательств, исходя из конкретных обстоятельств дела, проверив обоснованность установленного ФИО2 оклада относительно ранее занимавшего его должность ФИО6, и, установив, что, согласно справке о доходах 2-НДФЛ, заработная плата ФИО6 как заместителя генерального директора по операционной деятельности должника за январь-июнь 2018 год составила 7 677 650 руб. 01 коп. и превышает заработную плату ФИО2 за август-декабрь 2018 года в размере 3 365 341 руб. 43 коп., а также, учитывая, что период работы ФИО2 в 2018 году меньше периода работы ФИО6, и в период с августа по октябрь 2018 года ФИО2 работал в должности заместителя генерального директора по операционной деятельности по совместительству и имел гораздо меньший доход (140 000 руб. руб. в месяц в окладной части), и, приняв во внимание, что в период работы ФИО6 общество «Челябэнергосбыт» имело статус гарантирующего поставщика электрической энергии на территории Челябинской области, тогда как трудовой договор и спорное дополнительное соглашение с ФИО2 заключены 01.08.2018, то есть уже после утраты должником указанного статуса, которым обусловлен основной доход должника, и с утратой которого, соответственно, связаны значительные финансово-экономические трудности, при которых показатели работы фактически носят отрицательный характер, а также, исходя из того, что при изложенных установленных судами обстоятельствах экономическая и финансовая целесообразность в установлении ФИО2 оклада, превышающего оклад ФИО6 более чем в 2,5 раза (с 275 000 руб. до 700 000 руб.), ФИО2 не раскрыта, надлежащие и достаточные доказательства в подтверждение обоснованности установления оклада ФИО2 в размере 700 000 руб. не представлены, а справка о среднерыночной стоимости заработной платы категории «руководители» в г. Челябинске, подготовленная обществом с ограниченной ответственностью «ЮжУралЭксперт», таким доказательством не является, поскольку подготовлена по состоянию на 2020 год, хотя оспариваемая сделка и перечисления заработной платы имели место в 2018-2019 годах, а за сравниваемые аналоги взяты должностные единицы организаций, не относящиеся к энергосбытовой деятельности, суды пришли к выводу о недоказанности материалами дела надлежащим образом и в полном объеме наличия необходимости в условиях кризиса устанавливать ФИО2 как заместителю генерального директора должника оклад в столь высоком размере.

При этом, проверив обоснованность ссылок ФИО2 на целесообразность установления оклада в оспариваемой сумме в силу значительного расширения функций заместителя генерального директора по операционной деятельности, в том числе в связи выполнением широкого спектра дополнительных функций, суды, по результатам исследования и оценки представленных доказательств, отклонили их как не подтвержденные представленными в материалы дела доказательствами, из которых выполнение заместителем генерального директора по операционной деятельности дополнительных функций, в том числе в рамках осуществляемых руководством должника мероприятий по преодолению негативных последствий в связи с утратой статуса гарантирующего поставщика, не усматривается, и соответствующие документальные доказательства в подтверждение таких доводов в материалы дела не представлены.

Учитывая все вышеизложенные установленные судами обстоятельства, руководствуясь вышеназванными нормами права и соответствующими разъяснениями, исследовав и оценив все имеющиеся доказательства, исходя из конкретных обстоятельств и материалов дела, признав доказанным материалами дела, в том числе, изменение условий трудового договора на невыгодных для должника условиях, в отсутствии доказательств равноценного встречного исполнения, имевшее место за месяц до возбуждения в отношении должника настоящего дела о банкротстве, учитывая должность Чурбакова Н..В., относящуюся к категории руководителей должника, принимая во внимание факт выполнения ФИО2 трудовых обязанностей, проверив обоснованность представленного конкурсным управляющим расчета заработной платы ФИО2, выполненного исходя из аналогичного размера заработной платы предыдущего заместителя генерального директора по операционной деятельности ФИО6, равной 275 000 руб., и, исходя из размера оклада предшественника ФИО2, определив его вознаграждение в размере 275 000 руб. в месяц, за вычетом налогов и сборов, суды признали доказанным материалами дела надлежащим образом и в полном объеме наличие в данном случае всех необходимых и достаточных оснований для признания недействительным абзаца 2 пункта 3 соглашения от 01.11.2018 об изменении условий (пункт 3.1) трудового договора общества «Челябэнергосбыт» с ФИО2 от 01.08.2018 № 20/07-15, устанавливающего оклад заместителя генерального директора по операционной деятельности должника в размере, превышающем 275 000 руб., – 700 000 руб., на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При таких обстоятельствах, по результатам исследования и оценки представленных доказательств, признав доказанным наличие оснований для признания спорной сделки недействительной, суды с учетом перечисления ФИО2 денежных средств в размере 8 652 910 руб. 88 коп. в порядке пункта 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 61.6 Закона о банкротстве применили последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО2 в конкурсную массу должника 3 366 347 руб. 84 коп. (8 652 910 руб. 88 коп. – 5 286 563 руб. 04 коп.), включающую в себя оклад превышающий сумму в 275 000 руб. ежемесячно.

Таким образом, удовлетворяя заявленные требования, суды исходили из совокупности установленных по делу обстоятельств и доказанности материалами дела наличия в данном случае совокупности всех необходимых и достаточных обстоятельств, являющихся основанием для признания спорной сделки недействительной, а также из отсутствия надлежащих и достаточных доказательств иного (статьи 9, 65, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Судами правильно установлены фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, им дана надлежащая правовая оценка, верно применены нормы материального права, регулирующие спорные отношения.

Доводы ФИО2 о неверном распределении судами бремени доказывания и освобождении конкурсного управляющего от доказывания каких-либо обстоятельств подлежат отклонению как не соответствующие обстоятельствам и материалам дела, так как конкурсный управляющий в рассматриваемом случае в обоснование неравноценности установленного ФИО2 оклада в размере 700 000 руб. ссылался на обстоятельства и представил доказательства несоответствия и существенного превышения размера такого оклада относительно занимавшего ту же должность ранее, до утраты должником статуса объекта оптового рынка и ухудшения показателей его работы, ФИО6, в связи с чем на ФИО2 перешло бремя опровержения названных обстоятельств, доказывания обратного и обоснования установления ФИО2 в условиях кризиса оклада в столь высоком размере, тогда как последним такие доказательства, пояснения и обоснования в материалы дела не представлены, соответствующие ходатайства не заявлены.

Все доводы кассационной жалобы судом округа отклоняются, поскольку не свидетельствуют о нарушении судами норм права и сводятся лишь к переоценке установленных по делу обстоятельств. При этом заявитель фактически ссылается не на незаконность обжалуемых судебных актов, а выражает несогласие с произведенной судами оценкой доказательств, просит еще раз пересмотреть данное дело по существу и переоценить имеющиеся в деле доказательства. Суд округа полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда кассационной инстанции не имеется (статья 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Судом округа не установлено нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

С учетом изложенного, обжалуемые судебные акты следует оставить без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Челябинской области от 08.02.2022 по делу №А76-32823/2018 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.05.2022 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                                           Ю.А. Оденцова 

 

Судьи                                                                                        С.Н. Соловцов 

 

                                                                                                  Ф.И. Тихоновский