АРБИТРАЖНЫЙ СУД ПРИМОРСКОГО КРАЯ

690091, г. Владивосток, ул. Октябрьская, 27

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А51-12800/2023

г. Владивосток

21 февраля 2024 года

Резолютивная часть решения объявлена 13 февраля 2024 года.

Полный текст решения изготовлен 21 февраля 2024 года.

Арбитражный суд Приморского края в составе судьи Е.Р. Яфаевой, при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в судебном заседании исковое заявление Приморского территориального управления Федерального агентства по рыболовству (ИНН 2536212515, ОГРН 

<

***>),

к обществу с ограниченной ответственностью рыбопромышленная компания "Рыбацкий путь" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>),

о досрочном расторжении договора,

при участии до и после перерыва:

от истца: ФИО2, удостоверение, доверенность, диплом,

от ответчика: ФИО3, удостоверение, доверенность, ФИО4, паспорт, диплом, доверенность,

установил:

истец – приморское территориального управления Федерального агентства по рыболовству (далее – Росрыболовство) обратился с заявлением к ответчику - обществу с ограниченной ответственностью рыбопромышленная компания "Рыбацкий путь" (далее – общество) о досрочном расторжении договора о закреплении долей квот добычи (вылова) водных ресурсов во внутренних морских водах РФ, в территориальном море РФ, на континентальном шельфе РФ, в исключительной экономической зоне РФ, Каспийском море для осуществления промышленного рыболовства и (или) прибрежного рыболовства № ДВ –М-2187 от 30.08.2018.

В соответствии со статьей 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) суд 05.02.2024 объявлял перерыв в судебном заседании до 13.02.2024 на 15 часов 00 минут.

От ответчика в материалы дела поступило ходатайство о приобщении дополнительных документов.

От истца в материалы дела поступило ходатайство о приобщении дополнительных документов.

Суд в порядке статьи 66 АПК РФ определил приобщить к материалам дела дополнительные документы.

В судебном заседании истец поддержал исковые требования в полном объеме.

Ответчик возражал против удовлетворения исковых требований в полном объеме.

Рассмотрев материалы дела, суд установил следующее.

Между Федеральным агентством по рыболовству (агентство) и обществом (пользователь) 30.08.2018 заключен договор № ДВ-М-2187 о закреплении квоты добычи (вылова) водных биологических ресурсов во внутренних морских водах Российской Федерации, в территориальном море Российской Федерации, на континентальном шельфе Российской Федерации, в исключительной экономической зоне Российской Федерации, Каспийском море для осуществления промышленного рыболовства и (или) прибрежного рыболовства, согласно которому пользователь приобретает право на добычу (вылов) водных биологических ресурсов – трески в Подзоне Приморье в размере 0,213% (далее – договор).

В соответствии с пунктами 1 и 6 договора, общество взяло на себя обязательства осуществлять добычу (вылов) водных биологических ресурсов в пределах тех объемов, сроков, районов и в отношении тех видов водных биологических ресурсов, которые указаны в разрешении на добычу (вылов) водных биологических ресурсов.

Пунктом 11 договора установлено, что договор может быть расторгнут до окончания срока его действия по основаниям, предусмотренным частью 2 статьи 13 Федерального закона «О рыболовстве и сохранении водных биологических ресурсов».

В связи с тем, что ответчиком согласно сведениям общества о вылове водных биологических ресурсов в период с 01.01.2021 по 31.12.2022 (в течение двух лет подряд) осуществлялась добыча (вылов) водных биологических ресурсов в объеме менее 70% промышленных квот, истцом направлено в адрес ответчика требование и соглашение о досрочном расторжении спорного договора.

Ответ на данную претензию получен не был, в связи с чем истец обратился в Арбитражный суд Приморского края с настоящим исковым заявлением.

В представленных в материалы дела ответчиком возражениях на исковое заявление, общество не согласилось с заявленными исковыми требованиями в полном объеме, в качестве обоснований своей позиции представило следующие доводы: факт наличия нарушения само по себе не может быть основанием для расторжения договора; в 2021-2022 ответчик не имел возможности в полной мере осуществлять деятельность из-за принятых мер в связи с распространением новой короновирусной инфекции, что также затруднило освоение квот в данный период; в том числе ответчик в качестве довода поясняет, что судна общества, а также гидравлическая система были поставлены в доковый ремонт. В том числе ответчик ссылался на то обстоятельство, что период вылова в 2021 году был предметом рассмотрения в рамках дела № А51-9565/2022, где дана оценка всем обстоятельствам на основание квот.

Истец возражал против доводов ответчика в полном объеме.

В соответствии с частью 1 статьи 64, статьями 71, 168 АПК РФ, арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств.

Проанализировав представленные в материалы дела документы и сведения, суд приходит к выводу, что обязательственные отношения, возникшие между сторонами из договоров о закреплении долей квот добычи (вылова) водных биологических ресурсов подлежат регулированию нормами Федерального закона от 20.12.2004 № 166-ФЗ «О рыболовстве и сохранении водных биологических ресурсов» (далее - Закон о рыболовстве), а также общими нормами об обязательственных отношениях и договорах Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ).

В соответствии с частью 3 статьи 33.1 Закона о рыболовстве по договору о закреплении долей квот добычи (вылова) водных биоресурсов одна сторона - орган государственной власти обязуется предоставить право на добычу (вылов) водных биоресурсов другой стороне - юридическому лицу или индивидуальному предпринимателю.

Согласно пункту 2 статьи 450 ГК РФ по требованию одной из сторон договор может быть изменен или расторгнут по решению суда только при существенном нарушении договора другой стороной, а также в иных случаях, предусмотренных ГК РФ, другими законами или договором.

Существенным признается нарушение договора одной из сторон, которое влечет для другой стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишается того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора.

В соответствии с пунктом 2 статьи 452 ГК РФ требование об изменении или о расторжении договора может быть заявлено стороной в суд только после получения отказа другой стороны на предложение изменить или расторгнуть договор либо неполучения ответа в срок, указанный в предложении или установленный законом либо договором, а при его отсутствии - в тридцатидневный срок.

Согласно статье 33.5 Закона о рыболовстве договор пользования водными биоресурсами может быть досрочно расторгнут по требованию одной из сторон в соответствии с гражданским законодательством и настоящим Федеральным законом. 

При этом, орган государственной власти, заключивший соответствующий договор, вправе требовать его досрочного расторжения лишь после направления другой стороне в письменной форме предупреждения о необходимости исполнения его условий (часть 4 указанной статьи в редакции, действовавшей на момент спорных правоотношений). 

В пункте 2 части 2 статьи 13 Закона о рыболовстве установлено, что принудительное прекращение права на добычу (вылов) ВБР, отнесенных к объектам рыболовства, осуществляется в случаях, если добыча (вылов) ВБР осуществляется в течение двух лет подряд в объеме менее семидесяти процентов промышленных квот и прибрежных квот.

Как следует из материалов дела, освоение ответчиком соответствующих квот по спорному договору составило: за 2021 год 28,574%, за 2022 год 0%, за 2023 год 99,400%.

Вместе с тем, судом установлено, что общество приложило максимум усилий и вложений для освоения квот.

Довод ответчика об обсервации экипажей в связи с короновирусной инфекцией, положительными тестами членов экипажей и действующих карантинных ограничений не нуждается в доказывании в соответствии с пунктом 1 статьи 69 АПК РФ, так как имевшая ситуация с действовавшими карантинными ограничениями является общеизвестным обстоятельством.

Ограничительные меры в связи с распространением новой коронавирусной инфекции, затруднили работу в предпринимательской сфере, в связи с действовавшими ограничениями на передвижения граждан по стране и необходимостью соблюдения режима самоизоляции прибывающим гражданам, возникали задержки в комплектации экипажей судов для освоения квот.

В том числе суд принимает во внимание, что процент освоения ответчиком квоты за 2023 год составил 99,400%.

В виду указанного, по мнению суда, ответчик принимал и принимает меры к добросовестному освоению выделенных ему квот, что свидетельствует о наличии у общества реального интереса в сохранении договорных отношений и соблюдении требований законодательства, а также его реализации в ходе своей экономической деятельности.

С учетом изложенного, а также руководствуясь положениями Обзора по отдельным вопросам судебной практики, связанным с применением законодательства и мер по противодействию распространению на территории Российской Федерации новой коронавирусной инфекции (COVID-19) N 1, статьи 401 ГК РФ, суд приходит к выводу о том, что в рассматриваемом случае принятые органами государственной власти и местного самоуправления ограничительные меры отвечают критериям обстоятельств непреодолимой силы, которые в свою очередь затруднили освоение обществом выделенных квот и, как следствие, об отсутствии оснований для применения к ответчику такой исключительной меры ответственности как расторжение договора.

Вместе с тем доводы ответчика о том, что судно РСС «Олимп» находилось в ремонте с 01.09.2022 по 31.12.2022, МРС –Р-05 находилось в доковом ремонте с 09.08.2022 по 31.12.2022 подтверждается представленными приказами генерального директора общества № 10-А от 01.08.2022 и приказом № 11 от 08.08.2022.

Более того, согласно приказа генерального директора общества № 13 от 01.10.2022 в связи с напряженным финансовым положением ответчика всем работникам установлен режим неполного рабочего времени.

Довод истца о том, что освоение ответчиком квот в объеме менее 70% в 2021-2022 годах является безусловным основанием для расторжения спорного договора, судом отклоняется, как основанный на неправильном толковании норм материального права, а именно - статьи 450 ГК РФ, пункта 2 части 2 статьи 13, статьи 33.5 Закона о рыболовстве.

Кроме того, постановлением Пятого арбитражного апелляционного суда от 17.04.2023 по делу № А51-9565/2022, по иску Федерального агентства по рыболовству в лице Приморского территориального управления к обществу с ограниченной ответственностью рыбопромышленная компания «Рыбацкий путь» рассматривался вопрос о досрочном расторжении договора № ДВ-М-2187 в связи с неосвоением квот за период с 2019 года по 2021 год включительно. В удовлетворении исковых требований отказано.

Следовательно, указанным судебном актом дана оценка факту освоения обществом квоты за 2021 год.

Нормы пункта 2 части 2 статьи 13 Закона о рыболовстве не могут рассматриваться в отрыве от иных норм указанного закона, в том числе регламентирующих порядок его заключения и расторжения, а также в отрыве от основных принципов законодательства о рыболовстве и сохранении ВБР и общих норм гражданского законодательства о расторжении договоров, поскольку истец, заключая договор, вступает в гражданские, а не публичные правоотношения.

Согласно пункту 1 статьи 2 Закона о рыболовстве одним из основных принципов, на которых основано правовое регулирование в области рыболовства, является приоритет сохранения ВБР и их рационального использования перед использованием ВБР в качестве объекта права собственности и иных прав, согласно которому владение, пользование и распоряжение водными биоресурсами осуществляются собственниками свободно, если это не наносит ущерб окружающей среде и состоянию водных биоресурсов.

Суд учитывает, что предоставление соответствующему госоргану права на досрочное расторжение договора о закреплении долей квот добычи (вылова) ВБР является по своей природе исключительной мерой, применяемой судом к злостному нарушителю договорных обязательств, направленной, прежде всего, на рациональное использование биоресурсов, исключение экономически невыгодного неиспользования рыбопромысловых участков, предоставление другим лицам права добычи (вылова) ВБР на неосвоенных участках в целях их рационального освоения.

Вместе с тем суд учитывает, что пункт 2 статьи 33.5 Закона о рыболовстве допускает, но не устанавливает безусловную необходимость досрочного расторжения договора в случаях, предусмотренных пунктом 2 статьи 13 Закона о рыболовстве, а также принимает во внимание, что расторжение договора в судебном порядке носит исключительный характер, является по своей правовой природе санкцией, применяемой к злостному нарушителю договорных обязательств.

Кроме того, сведений о том, что в данном случае указываемые истцом нарушения в виде неосвоения пользователем в 2021 году и в 2022 году выделенных квот повлекли существенный ущерб, в результате чего истец в значительной степени лишился того, на что был вправе рассчитывать при заключении с ответчиком спорного договора, в материалах дела не содержится.

При таких обстоятельствах требование истца о расторжении спорных договоров не отвечает принципам равноправия, разумности и добросовестности участников гражданско-правовых отношений, что исключает возможность удовлетворения иска.

Вопрос о взыскании государственной пошлины судом не рассматривается так как на основании статьи 333.37 Налогового кодекса Российской Федерации истец освобожден от уплаты государственной пошлины.

Руководствуясь статьями 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л:

В удовлетворении иска отказать.

Решение может быть обжаловано через Арбитражный суд Приморского края в течение месяца со дня его принятия в Пятый арбитражный апелляционный суд и в Арбитражный суд Дальневосточного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления решения в законную силу, при условии, что оно было предметом рассмотрения апелляционной инстанции.

 

Судья                                                                                                  Яфаева Е.Р.