СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068 e-mail: 17aas.info@arbitr.ru 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

   № 17АП-16865/2017(22)-АК

Дело № А71-9066/2017

21 августа 2024 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 12 августа 2024 года.  Постановление в полном объеме изготовлено 21 августа 2024 года.  

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:  

председательствующего Устюговой Т.Н., судей  Макарова Т.В., Саликовой Л.В., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного  заседания Макаровой С.Н.  

при участии в судебном заседании в режиме «веб-конференции»  посредством использования информационной системы «Картотека  арбитражных дел»:  

от кредитора ПАО «Т Плюс»: ФИО1 (паспорт, доверенность от  31.08.2022),  

иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, о месте и  времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей  121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  (далее– АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации о  времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого  арбитражного апелляционного суда,  

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу ответчика  общества с ограниченной ответственностью «Центр корпоративной  безопасности» на определение Арбитражного суда Удмуртской Республики от  26 января 2024 года о признании недействительным договора уступки права  требования от 20.01.2017 № ЖФ-ЦКБ/0117, заключенного между должником и  обществом с ограниченной ответственностью «Центр корпоративной  безопасности», применении последствий недействительности сделки,  

вынесенное в рамках дела № А71-9066/2017 о признании несостоятельным  (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «УК «ЖИЛФОНД»  (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>),   

 

установил:

15.06.2017 в Арбитражный суд Удмуртской Республики поступило  заявление публичного акционерного общества «Т Плюс» (далее – ПАО «Т  Плюс») о признании общества с ограниченной ответственностью  «Управляющая компания «Жилфонд» (далее – ООО «УК «Жилфонд»,  должник) несостоятельным (банкротом), которое определением от 21.06.2017  принято к производству суда.  

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 07.03.2018  (резолютивная часть от 06.03.2018) заявление ПАО «Т Плюс» признано  обоснованным, в отношении ООО «УК «Жилфонд» введена процедура  наблюдения, временным управляющим должника утвержден ФИО2 (далее – ФИО2), член ассоциации «Саморегулируемая  организация арбитражных управляющих «Меркурий» г. Москва.  

Объявление о введении в отношении должника процедуры наблюдения  опубликовано в газете «Коммерсантъ» от 17.03.2018 № 45.  

Решением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 18.01.2019  (резолютивная часть от 17.01.2019) ООО «УК «Жилфонд» признано  несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное  производство, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО2  

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 24.09.2020  конкурсным управляющим ООО УК «Жилфонд» утвержден ФИО3 (далее – ФИО3).  

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 25.05.2021  (резолютивная часть от 21.05.2021) ФИО3 освобожден от исполнения  обязанностей конкурсного управляющего должника. Конкурсным  управляющим ООО УК «Жилфонд» утвержден ФИО4  (далее – ФИО4), член ассоциации арбитражных управляющих  «Евразия».  

27.02.2019 конкурсный управляющий должника ФИО2 обратился в  Арбитражный суд Удмуртской Республики с заявлением о признании  недействительным договора уступки права требования от 20.01.2017 № ЖФ- ЦКБ/0117 (далее – договор уступки), заключенного между должником и  обществом с ограниченной ответственностью «Центр корпоративной  безопасности» (далее – ответчик, ООО «ЦКБ»), применении последствий  недействительности сделки в виде восстановления за должником прав  требований к физическим лицам по оплате жилищно-коммунальных услуг в  общей сумме 21 720 213 руб. 01 коп.  

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 26.01.2024  (резолютивная часть от 19.01.2024) договор уступки, заключенный между ООО  «УК «Жилфонд» и ООО «Центр корпоративной безопасности», признан  недействительным, применены последствия недействительности сделки в виде  восстановления права требования должника ООО «УК «Жилфонд» к  дебиторам– физическим лицам, имеющим задолженность по оплате жилищно

 

коммунальных услуг, взыскания с ООО «ЦКБ» в пользу должника денежных  средств в размере 16 332 826 руб. 88 коп. В удовлетворении остальной части  требований отказано. С ООО «ЦКБ» в пользу ООО «УК «Жилфонд» взыскано  

6 000 руб. в возмещение расходов по уплате государственной пошлины. 

Не согласившись с вынесенным определением, ответчик обратился с  апелляционной жалобой, в которой просит отменить обжалуемое определение.  

В обоснование апелляционной жалобы ее заявитель указывает на то, что  судом первой инстанции при вынесении определения не дана оценка всем  фактическим обстоятельствам дела. В частности, не учтено, что  дополнительным соглашением № 7 объем передаваемых ответчику прав был  скорректирован до 20 971 233 руб. 93 коп. В период с 2017 г. по 2022 г. в адрес  ООО «ЦКБ» в рамках заключенного договора уступки права требований от  населения поступали денежные средства, оплаченные как добровольно, так и в  рамках возбужденных исполнительных производств на основании ранее  уступленных прав требований, в связи с чем, данные поступившие оплаты не  подлежали учету при расчете суммы денежных средств, подлежащих к возврату  ООО «ЦКБ» в ООО «УК «Жилфонд» по оспариваемому договору. В качестве  доказательства объема поступивших денежных средств за указанный период в  материалы дела ООО «ЦКБ» были представлены выписки по расчетному счету  ООО «ЦКБ» за вышеуказанные периоды. По мнению апеллянта, исходя из  предмета договора, изложенного в пункте 1.1 договора уступки, и наличия  ранее заключенного договора уступки права требования от 01.06.2015 № ЖФ- ЦКБ/1, следует, что фактически ООО «УК «Жилфонд» передало ООО «ЦКБ»  по договору от 2017 г. непросуженную дебиторскую задолженность за период с  01.07.2015 по 31.12.2016. В подтверждение изложенного ссылается на  отсутствие в договоре уступки ссылки на передачу судебных актов, а также на  отсутствие в приложении к оспариваемому договору информации о наличии в  указанный период просуженных задолженностей, на основании которых была  произведена замена стороны в исполнительном производстве с ООО «УК  «Жилфонд» на ООО «ЦКБ». По мнению апеллянта, изложенное означает, что в  рамках оспариваемого договора ООО «ЦКБ» не производило замену стороны в  исполнительном производстве по задолженностям и судебным актам до 2017 г.,  процедуру взыскания задолженности с физических лиц за указанный период  ответчик стал осуществлять лишь после 2017 г.  

Ответчик полагает, что судом неправомерно не произведено уменьшение  суммы задолженности на сумму перечисленных ООО «ЦКБ» по требованию  должника денежных средств в адрес контрагентов ООО «УК «Жилфонд», перед  которыми последний имел денежные обязательства по заключенным  договорам, в размере 1 982 170 руб., а также на сумму произведенных  ответчиком возвратов населению в связи с переплатой в размере 211 126 руб.  06 коп. С учетом изложенных обстоятельств апеллянт полагает, что судом  неверно определены последствия признания сделки недействительной в виде  взыскания денежных средств в размере 16 332 826 руб. 88 коп., не учтены  

 

выплаченные ООО «ЦКБ» денежные средства в общей сумме 2 193 296 руб. 06  коп. (1 982 170 руб. +211 126 руб. 06 коп.). В апелляционной жалобе заявлено  ходатайство о восстановлении пропущенного срока на подачу апелляционной  жалобы.  

До начала судебного заседания от ПАО «Т Плюс» поступил письменный  отзыв на апелляционную жалобу, согласно которому просит оставить судебный  акт без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. В части  довода апеллянта о том, переданный объем дебиторской задолженности был  скорректирован дополнительным соглашением № 7 до суммы 20 971 233 руб. 93  коп. ссылается на наличие вступившего в законную силу судебного акта  (решение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 21.12.2017 по делу   № А71-14319/2017), согласно которому сумма переданной дебиторской  задолженности составляет 21 720 213 руб. 01 коп. Отмечает, что  дополнительное соглашение от 13.11.2018 № 7 никогда не передавалось  ответчиком конкурсному управляющему должника, последний указанное  соглашение не получал, дополнительное соглашение № 7 было приобщено к  материалам дела спустя три года с момента рассмотрения настоящего  обособленного спора. Кроме того, кредитор полагает, что факт корректировки  суммы дебиторской задолженности не имеет правового значения, поскольку в  обособленном споре подлежит разрешению вопрос о сумме, полученной ООО  «ЦКБ» по спорному договору уступки права требования. Указывает, что анализ  поступивших денежных средств на счета ООО «ЦКБ» был проведен судом с  учетом договора уступки от 20.01.2017 № ЖФ-ЦКБ/0117 и приложения к нему,  которое содержало описание предмета уступки (передаваемой дебиторской  задолженности), из которых не следует, что дебиторская задолженность  является непросуженной. Напротив, в пункте 3.1.1. договора указано на то, что  цессионарию передаются документы, удостоверяющие право требования, в том  числе, иные документы, относящиеся к исполнению договора. Относительно  довода о том, что в ранее представленном отзыве ООО «ЦКБ» обозначило  суммы, подлежащие вычету из суммы задолженности, однако судом данные  суммы, при расчете приняты не были поясняет, что их относимость к спорному  договору уступки из материалов дела не прослеживается.  

В судебном заседании установлено, что апеллянтом срок на подачу  апелляционной жалобы не пропущен, в связи с чем, ходатайство о  восстановлении срока на ее подачу рассмотрению не подлежит.  

Представитель ПАО «Т Плюс» относительно доводов апелляционной  жалобы возражал, просил оставить определение суда без изменения,  апелляционную жалобу – без удовлетворения.  

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о  времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в заседание суда  представителей не направили, в силу части 3 статьи 156, статьи 266 АПК РФ  апелляционная жалоба рассмотрена в их отсутствие.  

Поступивший до начала судебного заседания письменный отзыв приобщен  

 

судом апелляционной инстанции к материалам дела.  

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены  арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном  статьями 266, 268 АПК РФ.  

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции,  конкурсным управляющим в ходе процедуры конкурсного производства  установлено, что 20.01.2017 между ООО УК «Жилфонд» (цедент) и ООО  «ЦКБ» (цессионарий) был заключен договор уступки права требования № ЖФ- ЦКБ/0117, по условиям которого цедент уступает цессионарию, а цедент  принимает и обязуется оплатить права требования к должникам - физическим  лицам, имеющим задолженность перед цедентом по оплате жилищно-коммунальных услуг в размере 21 720 213 руб. 01 коп.  

В пункте 2.2 договора указано, что согласованная сторонами стоимость  уступаемых прав требования составляет 21 720 213 руб. 01 коп.  

Оплата указанной суммы производится любым, не запрещенным  действующим законодательством, способом, в том числе зачетом встречного  однородного требования в соответствии со статьей 410 Гражданского кодекса  Российской Федерации (далее – ГК РФ), при этом одна из сторон по договору  должна уведомить другую сторону о зачете взаимных требований (пункт 2.3  договора).  

Дополнительным соглашением от 24.01.2017 № 1 к указанному договору  стороны изменили пункт 2.2 договора, где предусмотрели, что за уступаемые  права и обязанности цессионарий выплачивает цеденту компенсацию, равную  19 548 191 руб. 71 коп. в срок до 20.02.2027.  

Ссылаясь на то, что оспариваемая сделка совершена в период наличия у  должника признаков неплатежеспособности в отсутствие какого-либо  встречного предоставления в целях вывода ликвидного актива должника и  причинения тем самым имущественного вреда его кредиторам, конкурсный  управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о признании  договора уступки прав требований недействительной сделкой на основании  статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности  (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), статей 10, 168 ГК РФ.  

Рассмотрев данный спор, суд первой инстанции усмотрел основания для  удовлетворения требований конкурсного управляющего в связи с  доказанностью совокупности всех условий, необходимых для признания  оспариваемой сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о  банкротстве.  

Из содержания апелляционной жалобы следует, что возражения ответчика  сводятся к несогласию с определением суда в части применения последствий  недействительности сделки в виде взыскания с ответчика денежных средств в  размере 16 332 826 руб. 88 коп.; мотивированных доводов, указывающих на  несогласие с определением суда в части признания сделки недействительной не  имеется.  

 

Изучив материалы дела, рассмотрев доводы апелляционной жалобы,  исследовав имеющиеся в деле доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ,  проанализировав нормы материального и процессуального права,  апелляционный суд не усматривает оснований для отмены (изменения)  обжалуемого судебного акта.  

В соответствии с частью 1 статьи 223 АПК РФ, со статьей 32 Закона о  банкротстве и дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются  арбитражными судами по правилам, предусмотренным АПК РФ, с  особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими  вопросы о несостоятельности (банкротстве).  

На основании пункта 3 статьи 129 Закона о банкротстве конкурсный  управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени должника  заявления о признании недействительными сделок и решений, а также о  применении последствий недействительности ничтожных сделок, заключенных  или исполненных должником.  

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные  должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны  недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в  порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.  

В пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с  применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности  (банкротстве)» (далее – постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63)  разъяснено, что по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут  оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых  обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником  денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в  собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение  обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление  отступного и т.п.); действия по исполнению судебного акта, в том числе  определения об утверждении мирового соглашения; перечисление взыскателю  в исполнительном производстве денежных средств, вырученных от реализации  имущества должника.  

В соответствии абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве  сделка, совершенная должником в течение года до принятия заявления о  признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть  признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном  исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если  цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую сторону для  должника отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых  обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).  Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в  частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если  

 

рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного  им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость  полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом  условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.  

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться,  в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств,  если рыночная стоимость переданного должником имущества или  осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает  стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с  учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.  

Как разъяснено в пунктах 8, 9 постановления Пленума ВАС РФ от  23.12.2010 № 63 неравноценное встречное исполнение обязательств другой  стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и  (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для  должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в  сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.  

На основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве может быть  оспорена также сделка, условия которой формально предусматривают  равноценное встречное исполнение, однако должнику на момент ее заключения  было известно, что у контрагента по сделке нет и не будет имущества,  достаточного для осуществления им встречного исполнения.  

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная  должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов,  может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка  была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании  должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате  ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если  другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту  совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая  сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если  она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов  должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности  имущества должника.  

В пункте 9 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63  разъяснено, что при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона  о банкротстве надлежит исходить из следующего.  

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до  принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого  заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств,  указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем, наличие  иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности,  недобросовестности контрагента), не требуется.  

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением  

 

была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до  принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана  недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о  банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта  6 постановления Пленума ВАС РФ № 63).  

В рассматриваемом случае заявление о признании должника  несостоятельным (банкротом) принято арбитражным судом к производству  21.06.2017, договор уступки права требования заключен 20.01.2017, то есть в  течение одного года до принятия заявления о признании должника банкротом,  следовательно, подпадает под период подозрительности, предусмотренный  пунктами 1,2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

Как установлено судом первой инстанции, согласно бухгалтерскому  балансу ООО УК «Жилфонд» по состоянию на 31.12.2017 кредиторская  задолженность должника составляла 88 291 000 руб.  

Согласно реестру требований кредиторов ООО «УК «Жилфонд» общий  размер задолженности перед конкурсными кредиторами, установленный в  рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «УК «Жилфонд»,  составляет 156 046 701 руб. 98 коп., в том числе 143 937 303 руб. 10 коп.  основного долга и 12 109 398 руб. 88 коп. штрафных санкций.  

Непосредственно на момент совершения сделки (20.01.2017) у должника  имелись неисполненные обязательства перед энерго/ресурсоснабжающими  организациями за период, начиная с конца 2014 г., что подтверждается  многочисленными решениями Арбитражного суда Удмуртской Республики о  взыскании с должника в пользу общества с ограниченной ответственностью  «ЕЭС-Гарант», ПАО «Т Плюс», общества с ограниченной ответственностью  «УКС» задолженности в совокупности более 42 млн. руб.  

Обстоятельства наличия у должника признаков неплатежеспособности  (недостаточности имущества) на момент совершения оспариваемой сделки не  оспариваются ответчиком.  

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 20.11.2020,  постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от  28.03.2022, постановлением Арбитражного суда Уральского округа от  09.08.2022 при рассмотрении обособленного спора о признании  недействительной сделкой договора уступки права требования от 01.06.2015   № ЖФ-ЦКБ/1, применении последствий ее недействительности установлено,  что в период с декабря 2015 г. по январь 2019 г., несмотря на очевидное  уклонение ООО «ЦКБ» от исполнения обязательств по оплате приобретенных в  общем размере 51 308 193 руб. 04 коп. прав требований, органами управления  ООО «УК «Жилфонд» вопреки крайне тяжелому финансовому состоянию, а  также риску наступления собственного банкротства, не предпринималось  никаких мер принудительного взыскания с ООО «ЦКБ» имеющейся  задолженности по заключенным договорам уступки прав требований от  01.06.2015 № ЖФ- ЦКБ/1 и от 20.01.2017 № ЖФ-ЦКБ/0117.  

 

Судами сделан вывод о том, что указанное поведение органов управления  ООО «УК «Жилфонд» позволило контролирующим ООО «ЦКБ» лицам  использовать переданную от цедента ликвидную дебиторскую задолженность  для целей получения неэквивалентного условиям сделок финансового  обогащения цессионария в ущерб интересам кредиторов ООО «УК «Жилфонд».  

Установлено, что ФИО5 (далее – ФИО5) являлась прямым и непосредственным инициатором противоправного  сокрытия высоколиквидных активов ООО «УК «Жилфонд» путем их  юридического переоформления на ООО «ЦКБ» для целей последующего  безвозмездного взыскания выведенной подобным образом дебиторской  задолженности от имени нового правообладателя – ООО «ЦКБ». ФИО5, ООО «ЦКБ», а также контролирующие данное юридическое лицо лица -  ФИО6 (далее – ФИО6) и ФИО7 (далее – ФИО7, представитель ответчика в  рассматриваемом споре) образуют группу лиц, объединенную общим  экономическим интересом финансового обогащения за счет незаконно  выведенных активов ООО «УК «Жилфонд», о чем свидетельствуют  обстоятельства заключения и исполнения договоров об уступке права  требований, недоступные для иных (независимых) участников рынка и в  очевидной степени отклоняющиеся от обычных условий гражданского  (делового) оборота нестандартным характером сделок, а также последующее  поведение контролирующих ООО «УК «Жилфонд» и ООО «ЦКБ» лиц. На  присутствие общности интересов и неформальной согласованности действий  перечисленных лиц указывает также факт юридического представительства  интересов ФИО5 в деле о несостоятельности (банкротстве) ООО «УК  «Жилфонд» ФИО6 на основании доверенности от 26.08.2019, что  подтверждается определением Арбитражного Суда Удмуртской Республики от  08.11.2019 по делу № А71-9066/2017.  

Судами установлено, что деятельность руководства ООО «ЦКБ»  фактически сводилась к получению материальных выгод за счет должника без  намерения оплаты выкупной стоимости прав требований, что привело к  банкротству ООО «УК «Жилфонд».  

Вступившим в законную силу определением Арбитражного суду  Удмуртской Республики от 20.01.2023 по настоящему делу (С21) признаны  недействительными договоры уступки прав (цессии) от 01.06.2015, от  11.11.2015, от 11.11.2015, от 24.06.2016, от 11.06.2016, от 11.06.2016, от  10.08.2016, от 20.10.2016, от 20.10.2016, от 18.01.2017, от 01.02.2017, от  10.05.2017, от 10.05.2017, от 13.06.2017, от 15.06.2017, от 21.06.2017, от  21.06.2017, заключенные между должником и ООО «ЦКБ», совершенные на тех  же условиях безвозмездности.  

С учетом совокупности установленных обстоятельств, судом первой  инстанции сделан вывод о том, что спорная сделка являлась частью схемы  должника и ответчика по выводу ликвидных активов должника в преддверии  

 

банкротства, совершена в пользу заинтересованного лица, в результате чего  причинен вред имущественным правам кредиторов должника.  

В связи с доказанностью совокупности всех условий, необходимых для  признания оспариваемой сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2  Закона о банкротстве, судом первой инстанции заявление конкурсного  управляющего удовлетворено. Оснований для признания оспариваемой сделки  по общим основаниям ГК РФ судом не установлено.  

Указанные выводы суда не оспариваются ответчиком, снований для их  переоценки судом апелляционной инстанции не установлено.  

В качестве последствий недействительности сделки судом первой  инстанции с ответчика взысканы поступившие по спорному договору на его  расчет счет денежные средства в сумме 16 332 826 руб. 88 коп.  

При этом, из представленного расчета размера ответственности исключены  все перечисления, не связанные с рассматриваемыми правоотношениями.  

Довод апеллянта, касающийся факта подписания сторонами  дополнительного соглашения № 7, которым скорректирована сумма  передаваемой дебиторской задолженности подлежит отклонению как не  имеющий правого значения для рассмотрения настоящего спора.  Определяющим для целей применения последствий недействительности сделки  является установление суммы, полученной ООО «ЦКБ» по спорному договору  уступки права требования, а не скорректированный объем прав. В любом  случае, взысканная с ответчика сумма денежных средств не превышает  установленный дополнительным соглашением № 7 объем переданных прав.  

Довод апеллянта о том, что в период с 2017 по 2022 гг. в адрес ООО «ЦКБ»  в рамках заключенного договора уступки права требования от населения  поступали денежные средства, оплаченные как добровольно и принудительно,  так и на основании ранее уступленных прав требований, которые не подлежали  учету при определении размера задолженности, подлежащей возврату  ответчиком должнику, рассмотрен судом апелляционной инстанции и признан  подлежащим отклонению в связи с тем, что договор уступки от 20.01.2017   № ЖФ-ЦКБ/0117 и приложения к нему содержат описание предмета уступки  (передаваемой дебиторской задолженности) путем указания на адрес, площадь,  номер лицевого счета и общий размер задолженности, на основании чего судом  первой инстанции сделан вывод о принадлежности задолженности к числу  переданной по договору уступки от 20.01.2017. При этом, данный договор не  содержит сведений о том, получено ли судебное решение, ведется ли  исполнительное производство и т.д., в связи с чем, судом первой инстанции  сделан обоснованный вывод о том, что задолженность, которая не была  получена, но ранее была просужена или предъявлена к исполнению в службу  судебных приставов или банк могла передаваться по спорному договору, иного  из условий указанного договора не следует. Кроме того, установлено, что  платежи, поступившие после 20.01.2017, не учитывались при определении  последствий по спору о признании недействительным договора уступки права  

 

требования от 01.06.2015.  

 Довод ответчика о необходимости исключения из расчета частичного  возврата денежных средств жителям в связи с полученной переплатой являлся  предметом рассмотрения суда первой инстанции и был обоснованно им  отклонен как несостоятельный. Установлено, что в выписке в назначении  платежа «Возврат излишне оплаченных денежных средств» не содержится  оснований возврата, периодов и иных характеристик. Из представленных  ответчиком сведений не представляется возможным установить на каких  основаниях и в связи с чем, осуществлен возврат; их относимость к  оспариваемому договору не раскрыта ни по периоду, ни по размеру, ни по  составу переданного долга.  

Ссылка апеллянта на необходимость уменьшения размера его  ответственности с учетом оплаты за должника денежных средств в адрес  третьих лиц в размере 1 982 170 руб. также признается судом апелляционной  инстанции несостоятельной с учетом того, что назначения платежей не  содержат указаний на оплату «за должника», за исключением трех  перечислений, в которых содержат данные ссылки, однако данные платежи в  пользу указанных лиц признаны недействительными сделками в рамках  обособленных споров в деле о банкротстве № А71-9066/2017.  

Учитывая указанное, принимая во внимание положения пункта 2 статьи  167 ГК РФ, пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве, суд первой инстанции в  порядке применения последствий недействительности сделок правомерно  взыскал с ответчика в конкурсную массу должника 16 332 826 руб. 88 коп. и  восстановил право требования должника к дебиторам - физическим лицам,  имеющим задолженность по оплате жилищно-коммунальных услуг, по  договору уступки права требования в оставшейся части.  

При этом, учитывая отсутствие доказательств оплаты ответчиком  приобретенного права требования в пользу должника, права требования ООО  «ЦКБ» к должнику правомерно не восстановлены.  

Заявленный довод апеллянта о наличии оплаты по договору уступки в  размере 352 810 руб. в адрес ООО «УК «Жилфонд» рассмотрен судом  апелляционной инстанции и признан подлежащим отклонению, поскольку  относимость платежа на сумму 352 810 руб. к оспариваемому договору не  прослеживается, каких-либо ссылок данный платеж на конкретный договор не  содержит, при этом, учтено, что между должником и ответчиком имелись иные  многочисленные правоотношения, связанные с уступкой прав требований.  

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции приходит к  выводу о принятии судом первой инстанции обжалуемого определения с  учетом верно установленных обстоятельств, имеющих значение для дела,  полно, всесторонне и объективно исследованных доказательств, при  правильном применении норм материального и процессуального права.  

 

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в  соответствии со статьей 270 АПК РФ являются основаниями к отмене или  изменению судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено.  

С учетом изложенного определение суда первой инстанции является  законным и обоснованным. В удовлетворении апелляционной жалобы следует  отказать.  

В силу положений статьи 110 АПК РФ расходы по уплате государственной  пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы подлежат отнесению на ее  заявителя.  

Руководствуясь статьями 176, 258, 266, 268, 269, 271, 272 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный  апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 26 января  2024 года по делу № А71-9066/2017 оставить без изменения, апелляционную  жалобу – без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного  производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий  месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Удмуртской Республики.  

Председательствующий Т.Н. Устюгова  

Судьи Т.В. Макаров 

 Л.В. Саликова