﻿﻿

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-6325/18 

Екатеринбург

30 декабря 2019 г.

Дело № А47-13591/2017

Резолютивная часть постановления объявлена 24 декабря 2019 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 30 декабря 2019 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Тихоновского Ф.И.,

судей Соловцова С.Н., Оденцовой Ю.А.

при ведении протокола помощником судьи Ахмадиевой А.В. рассмотрел в судебном заседании путем использования систем видеоконференц-связи  кассационную жалобу Меркулова Сергея Юрьевича (далее - Меркулов С.Ю., должник, заявитель) на постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.09.2019 по делу № А47-13591/2017 Арбитражного суда Оренбургской области.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

Судебное заседание проводится с использованием систем видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Оренбургской области. 

В судебном заседании приняли участие:

Меркулов С.Ю. – лично; 

представитель Меркулова С.Ю. – Бобуек Е.А. (согласно устному ходатайству, заявленному в судебном заседании в порядке части 4 статьи 61 АПК РФ;

представитель акционерного коммерческого банка «Форштадт» - Федосова О.В.

 

07.11.2017 акционерное общество акционерный коммерческий банк «Форштадт» (далее - Банк) обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании Меркулова С.Ю. несостоятельным (банкротом). 

Определением суда от 13.12.2017 в отношении Меркулова С.Ю. введена процедура реструктуризации долгов, финансовым управляющим утвержден Наумов М.С. 

Решением арбитражного суда от 03.04.2018 Меркулов С.Ю. признан банкротом с открытием в отношении него процедуры реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден Наумов М.С. 

15.04.2019 финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с ходатайством о завершении процедуры реализации в отношении должника. 

Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 18.06.2019 процедура реализации имущества Меркулова С.Ю. завершена. В удовлетворении ходатайства Банка о неприменении в отношении Меркулова С.Ю. правил об освобождении от исполнения обязательств перед банком отказано. Гражданин Меркулов С.Ю. освобожден от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реализации имущества гражданина. 

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.09.2019 определение суда первой инстанции в обжалуемой части изменено. Суд  отказал в применении к гражданину Меркулову С.Ю. положений пункта 3 статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) об освобождении от обязательств перед Банком.

В кассационной жалобе Меркулов С. Ю. просит постановление суда апелляционной инстанции отменить, поскольку выводы суда противоречат материалам дела. Заявитель полагает, что ни кредитором, ни финансовым управляющим не доказан факт того, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором кредитор основывал свое требование, должник действовал незаконно. Должник указывает, что обязательства по возмещению материального ущерба в размере 2 350 000 рублей у него  возникли только лишь после вынесения апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам Оренбургского областного суда от 06.06.2017. До вынесения апелляционного определения таких обязательств у Меркулова С.Ю., установленных законом перед Банком, не имелось. Договор купли-продажи автомобиля не признан незаконной сделкой, и указанная сделка была совершена не в период возникновения или исполнения обязательств перед Банком, а после. Заявитель обращает внимание, что на момент совершения сделки дарения доли в квартире от 30.01.2016, договора купли-продажи автомобиля от 13.02.2016 года у Меркулова С.Ю. отсутствовала обязанность по возмещению ущерба Банку в связи с недостачей денежных средств.

В силу статьи 286 АПК РФ суд кассационной инстанции устанавливает правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы, а также проверяет соответствие выводов судов о применении норм права установленным ими по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам.

Как установлено судами и следует из материалов дела, апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Оренбургского областного суда от 06.06.2017 (далее - апелляционное определение) с Меркулова С.Ю. и Фузаиловой Л.Н. в пользу Банка взыскано с каждого 2 350 000 руб. в возмещение материального ущерба, причиненного работниками. Указанным определением установлено, что Меркулов С.Ю. с 01.06.2007 занимал должность начальника Управления инкассации и кассовых операций банка. 06.07.2009 банком заключен с Меркуловым С.Ю. договор о полной материальной ответственности, в соответствии с которым последний несет полную материальную ответственность за обеспечение сохранности вверенных ценностей. В должностные обязанности Меркулова С.Ю. входили контроль работы кассовых подразделений банка, обеспечение сохранности ценностей в хранилище банка и принятие мер к предотвращению ущерба. 

Приказом банка от 25.01.2016 создана комиссия по ревизии ценностей в хранилище. В ходе ревизии, при вскрытии пачки в целой неповрежденной упаковке, обнаружена недостача денежных купюр на сумму 4 700 000 руб.  

Как установлено апелляционным определением, недостача денежных купюр в хранилище образовалась в период с 19.01.2016 по 25.01.2016. При этом доступ в хранилище имели только Меркулов С.Ю. и Фузаилова Л.Н., которые вместе сдавали под охрану и принимали из-под охраны хранилище ценностей. В связи с этим суд пришел к выводу о том, что материальный ущерб (недостача на сумму 4 700 000 руб.) возник в результате действий Фузаиловой Л.Н. и Меркулова С.Ю., не обеспечивших сохранность вверенных им денежных средств. При этом суд отметил, что факт ущерба был установлен в результате ревизии, проведенной 25.01.2016, и с этой даты у банка возникло право на обращение в суд с иском к Меркулову С.Ю. о возмещении ущерба.

	30.01.2016 должник совершил сделку дарения со своей матерью, передав ей долю в праве собственности на квартиру. 

В ходе процедуры банкротства финансовым управляющим был оспорен  договор дарения от 30.01.2016, заключенный между Меркуловым С.Ю. и его матерью Меркуловой Н.П. 

Определением суда от 20.04.2018 заявление финансового управляющего удовлетворено, договор дарения от 30.01.2016 признан недействительным, применены последствия недействительности сделки в виде возврата Меркуловой Н.П. Меркулову С.Ю. 1/2 доли в праве общей долевой собственности на квартиру, расположенную по адресу: г. Оренбург, пр. Парковый, д.46, кв.28, кадастровый номер 56: 44: 0352009:290. 

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.07.2018 определение от 20.04.2018 оставлено без изменения. 

Кроме того, 13.02.2016 должником совершена сделка по продаже, принадлежащего ему автомобиля марки Mazda 3, 2011 года выпуска.

Отказывая в удовлетворении ходатайства Банка, суд первой инстанции исходил из отсутствия фактов неправомерного поведения должника как в период проведения в отношении его имущества процедуры банкротства, так и до этого момента. Суд не установил фактов злоупотребления должником своим правом исключительно с намерением причинить вред кредиторам, учитывал отсутствие судебного акта, вступившего в законную силу, о привлечении к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве, преднамеренное или фиктивное банкротство в отношении должника. Суд указал, что должник добровольно выполнял требования финансового управляющего и суда, представляя истребуемые от него документы. Суд принял во внимание пояснения должника о том, что автомобиль MAZDA 3, 2011 был продан 13.02.2016, поскольку должник, уволенный банком в связи с совершением виновных действий, длительное время не имел возможности трудоустроится. Суд отметил, что реализация этого автомобиля не была оспорена в судебном порядке. Обязанность по возмещению банку ущерба в сумме 2 350 000 руб. возникла у должника с даты вынесения апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам Оренбургского областного суда, а именно с 06.06.2017. Таким образом, довод банка, о том, что договор дарения доли в праве собственности на квартиру, заключенный 30.01.2016, являлся попыткой незаконного сокрытия имущества, отклонен судом. Очевидных признаков того, что должник изначально, принимая на себя обязательства перед кредиторами, не намеревался рассчитываться с ними, судом не установлено. Фактов совершения должником мошенничества, злостного уклонения от погашения задолженности, сокрытия или умышленного уничтожения имущества, а также фактов непредставления должником финансовому управляющему необходимых сведений или представление заведомо недостоверных сведений, также не установлено.

Суд апелляционной инстанции не согласился с выводами суда первой инстанции, и, исходя из поведения должника в период, предшествующий возбуждению дела о банкротстве, по отчуждению активов и выводу денежных средств, усмотрев признаки злоупотребления правом со стороны должника, установил наличие оснований для отмены определения в обжалуемой части. 

Суд округа полагает, что выводы суда апелляционной инстанции  являются верными, основаны на правильном применении норм материального и процессуального права, соответствуют фактическим обстоятельствам спора и имеющимся в материалах дела доказательствам.

Согласно пункту 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина. Освобождение гражданина от обязательств не распространяется на требования кредиторов, предусмотренные пунктами 4, 5 статьи 213.28 Закона о банкротстве, а также на требования, о наличии которых кредиторы не знали и не должны были знать к моменту принятия определения о завершении реализации имущества гражданина.

В пункте 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве установлено, что освобождение гражданина от обязательств не допускается, в частности, если вступившим в законную силу судебным актом гражданин привлечен к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве, преднамеренное или фиктивное банкротство при условии, что такие правонарушения совершены в данном деле о банкротстве гражданина; гражданин не предоставил необходимые сведения или предоставил заведомо недостоверные сведения финансовому управляющему или арбитражному суду, рассматривающему дело о банкротстве гражданина, и это обстоятельство установлено соответствующим судебным актом, принятым при рассмотрении дела о банкротстве гражданина; доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве должника, последний действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.

В случае установления таких обстоятельств арбитражный суд в определении о завершении реализации имущества гражданина указывает на неприменение в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств.

В пунктах 45, 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» (далее – Постановление № 45) разъяснено, что согласно абзацу четвертому пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение должника от обязательств не допускается, если доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве должника, последний действовал незаконно, в том числе совершил действия, указанные в этом абзаце. Соответствующие обстоятельства могут быть установлены в рамках любого судебного процесса (обособленного спора) по делу о банкротстве должника, а также в иных делах.

По общему правилу вопрос о наличии либо отсутствии обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, разрешается судом при вынесении определения о завершении реализации имущества должника (абзац пятый пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве).

Таким образом, законом предусмотрен механизм освобождения гражданина, признанного банкротом от обязательств, одним из элементов которого является добросовестное поведение гражданина, в целях недопущения злоупотребления в применении в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств как результата банкротства.

Иное толкование противоречит основным началам гражданского законодательства, закрепленным в статье 1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Согласно статье 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

Из приведенных разъяснений указанного постановления также следует, что если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично.

По общему правилу обычным способом прекращения гражданско-правовых обязательств и публичных обязанностей является их надлежащее исполнение. Институт банкротства граждан предусматривает иной – экстраординарный – механизм освобождения лиц, попавших в тяжелое финансовое положение, от погашения требований кредиторов, – списание долгов. При этом целью института потребительского банкротства является социальная реабилитации гражданина – предоставление ему возможности заново выстроить экономические отношения, законно избавившись от необходимости отвечать по старым обязательствам, чем в определенной степени ущемляются права кредиторов, рассчитывавших на получение причитающегося им.

Вследствие этого к должнику законодателем предъявляются повышенные требования в части добросовестности, подразумевающие помимо прочего честное сотрудничество с финансовым управляющим и кредиторами, открытое взаимодействие с судом.

Закрепленные в законодательстве о несостоятельности граждан положения о неосвобождении от обязательств недобросовестных должников, а также о недопустимости банкротства лиц, испытывающих временные затруднения, направлены на исключение возможности получении должником несправедливых преимуществ, обеспечивая тем самым защиту интересов кредиторов. Таким образом, устанавливается баланс между социально-реабилитационной целью потребительского банкротства, достигаемой путем списания непосильных долговых обязательств гражданина с одновременным введением в отношении него ограничений, установленных статьей 213.30 Закона о банкротстве, и необходимостью защиты прав кредиторов. Завершение процедуры реализации имущества должника не сводится к автоматическому освобождению должника от обязательств перед его кредиторами.

Исследовав обстоятельства данного конкретного спора, рассмотрев доводы и возражения лиц, участвующих в деле, оценив по правилам статьи 71 АПК РФ все представленные в материалы дела документы, принимая во внимание обстоятельства, установленные апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Оренбургского областного суда от 06.06.2017 по делу №33-3896/2017,  учитывая, что факт ущерба был установлен в результате ревизии, проведенной 25.01.2016, на которой должник присутствовал, и с этой даты у Банка возникло право на обращение в суд с иском к Меркулову С.Ю. о возмещении ущерба,  установив, что именно с этого момента Меркулову С.Ю. стало известно о наличии у него обязанности возместить банку ущерб, принимая во внимание, что вскоре после этого (30.01.2016) должник заключает договор дарения доли в праве собственности на квартиру заинтересованному лицу (своей матери), который признан недействительным определением суда от 20.04.2018, учитывая, что через непродолжительное время после установления факта ущерба (13.02.2016) должник продает принадлежащий ему автомобиль, принимая во внимание установление финансовым управляющим в действиях должника признаков преднамеренного банкротства (отчет финансового управляющего от 04.04.2019), суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что указанные действия в совокупности являются явным свидетельством совершения должником в преддверии банкротства действий во избежание исполнения обязательств перед кредитором (Банком) и нарушения интересов кредиторов, с противоправным умыслом недопущения обращения взыскания на принадлежащее ему имущество, что квалифицировано судом как злоупотребление должником своими правами, направленное на причинение вреда кредиторам.

Апелляционным судом также обоснованно было принято во внимание противодействие со стороны должника действиям финансового управляющего, в частности, чинимые препятствия к доступу в жилое помещение, занимаемое должником.

Принимая во внимание вышеизложенное, установив злостное уклонение от погашения кредиторской задолженности, суд апелляционной инстанции пришел к обоснованному выводу об отсутствии оснований для применения в отношении Меркулова С.Ю. пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве и освобождения его от дальнейшего исполнения требований кредиторов.

Суд округа по результатам рассмотрения кассационной жалобы, изучения материалов дела считает выводы апелляционного суда правильными, соответствующими конкретным фактическим обстоятельствам настоящего дела и основанными на верном применении положений действующего законодательства. 

Доводы, приведенные в кассационной жалобе, свидетельствуют о несогласии заявителя с установленными по делу фактическими обстоятельствами и оценкой апелляционным судом доказательств. Переоценка доказательств и установленных судами предыдущих инстанций фактических обстоятельств дела в силу статьи 286 АПК РФ не входит в компетенцию суда кассационной инстанции.

Материалы дела исследованы судом апелляционной инстанции полно, всесторонне и объективно, представленным доказательствам дана надлежащая правовая оценка, изложенные в обжалуемом судебном акте выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела и нормам права. Оснований для отмены обжалованного судебного акта по приведенным в кассационной жалобе доводам не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 288 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, суд округа не установил.

С учетом изложенного, постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.09.2019 следует оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

	Руководствуясь ст. 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

П О С Т А Н О В И Л:

постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.09.2019 по делу № А47-13591/2017 Арбитражного суда Оренбургской области оставить без изменения, кассационную жалобу Меркулова Сергея Юрьевича – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

 

Председательствующий				Ф.И. Тихоновский 

         Судьи						Ю.А. Оденцова 

 

							С.Н. Соловцов