АРБИТРАЖНЫЙ СУД СТАВРОПОЛЬСКОГО КРАЯ 

_____________________________________________________________________________________ 

 ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ  

РЕШЕНИЕ

Дело № А63-6734/2023

12 июля 2024 года

г. Ставрополь

   Резолютивная часть решения объявлена 10 июля 2024 года   Решение изготовлено в полном объеме 12 июля 2024 года  

Арбитражный суд Ставропольского края в составе: председательствующего судьи Жариной Е.В., 

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Дудниковой А.Н.,  

рассмотрев в судебном заседании дело по иску по иску индивидуального  предпринимателя ФИО1, ИНН 

<

***>, г. Ставрополь  к ФИО2, г. Ставрополь  

ФИО3, г. Ставрополь 

о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Вектор», в  сумме 7 976 850 руб. задолженности,  

с привлечением к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего  самостоятельных требований относительно предмета спора, общество с ограниченной  ответственностью «Вектор», г. Ставрополь  

в отсутствие лиц, участвующих в деле,  УСТАНОВИЛ: 

индивидуальный предприниматель ФИО1, г. Ставрополь  обратился в Арбитражный суд Ставропольского края с исковым заявлением к ФИО2, г. Ставрополь, ФИО3, г.  Ставрополь о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО  «Вектор», в сумме 7 976 850 руб. задолженности, с привлечением к участию в деле в  качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно  предмета спора, общество с ограниченной ответственностью «Вектор», г. Ставрополь.  

В обоснование исковых требований истец ссылается на то, что ответчики, являясь  директором и единственным участником ООО «Вектор», не могли не знать о наличии  непогашенной задолженности ООО «Вектор» перед истцом, подтвержденной решениями  суда по делам № А63-3860/2021 и № А63-6219/2021, должны были предпринять разумные  

меры либо к погашению требований кредитора либо проведению процедуры банкротства  ООО «Вектор» с целью удовлетворения требований кредитора. Учитывая бездействие  ответчиков, к ним должна быть применена субсидиарная ответственность по  обязательствам должника.  

Истец в судебное заседание не явился, ранее заявленные требования поддерживал в  полном объеме и направлял в суд дополнительные пояснения по существу спора, просил  рассмотреть дело в его отсутствие.  

Ответчики ФИО2 и ФИО3 в судебное заседание не явились, отзывы  на иск, какие-либо документы не представили.  

Суд принял меры по розыску ответчиков, направив определения суда по всем  известным адресам места регистрации согласно сведениям отдела адресно-справочной  работы Управления по вопросам миграции ГУ МВД России по СК.  

Все направленные по указанным адресам определения суда возвращены  отделениями почтовой связи с отметками «истек срок хранения».  

В соответствии с пунктом 2 части 4 статьи 123 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, и иные участники  арбитражного процесса также считаются извещенными надлежащим образом  арбитражным судом, если, несмотря на почтовое извещение, адресат не явился за  получением копии судебного акта, направленной арбитражным судом в установленном  порядке, о чем организация почтовой связи уведомила арбитражный суд.  

В силу статьи 165.1. Гражданского кодекса Российской Федерации заявления,  уведомления, извещения, требования или иные юридически значимые сообщения, с  которыми закон или сделка связывает гражданско-правовые последствия для другого  лица, влекут для этого лица такие последствия с момента доставки соответствующего  сообщения ему или его представителю.  

Сообщение считается доставленным и в тех случаях, если оно поступило лицу,  которому оно направлено (адресату), но по обстоятельствам, зависящим от него, не было  ему вручено или адресат не ознакомился с ним.  

Согласно пункту 67 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 №  25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского  кодекса Российской Федерации» сообщение считается доставленным, если адресат  уклонился от получения корреспонденции в отделении связи, в связи с чем она была  возвращена по истечении срока хранения. Риск неполучения поступившей  корреспонденции несет адресат.  

Таким образом, суд считает, что предпринял все возможные меры для извещения  ответчиков, и ответчики уведомлены надлежащим образом о рассмотрении дела.  

Третье лицо - ООО «Вектор» также не получило определения суда, направленные  по юридическому адресу юридического лица.  

Таким образом, суд считает, что предпринял все возможные меры для извещения  ответчиков и третьего лица, которые уведомлены надлежащим образом о рассмотрении  дела.  

Спор на основании статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации рассматривается по имеющимся в деле документам в отсутствие участвующих  в деле лиц, надлежащим образом уведомленных о рассмотрении дела.  

Исследовав материалы дела, суд считает, что исковые требования подлежат  удовлетворению по следующим основаниям.  

Общество с ограниченной ответственностью «Вектор», г. Ставрополь было  создано в 2007 году, зарегистрировано в Едином государственном реестре юридических  лиц 25.04.2007 за основным государственным регистрационным номером 

<

***>.  

Единственным участником ООО «Вектор» с момента создания общества являлся  ФИО3 (100% доли в уставном капитале общества), с 14.03.2012  по 22.03.2021 единоличным исполнительным органом ООО «Вектор» - директором  являлся ФИО2, с 22.03.2021 года по настоящее время директором  является ФИО3.  

02.10.2012 между индивидуальным предпринимателем ФИО1  (заказчик) и ООО «Вектор» (подрядчик) был заключен договор подряда № 81-ВЕ,  согласно которому подрядчик обязался в установленный договором срок по заданию  заказчика выполнить работы по монтажу систем водоснабжения, канализации, отопления  на объекте, расположенном по адресу: 

<

...>, а заказчик обязался  создать подрядчику необходимые условия для выполнения работ, принять их результат и  оплатить установленную договором стоимость работ согласно коммерческому  предложению.  

Срок выполнения работ – 90 календарных дней при условии соблюдения пунктов  2.1, 6.1-6.5 договора (пункт 2.2. договора).  

Согласно пункту 4.1, 4.2, 4.3 договора по окончании выполнения работ подрядчик  сдает, а заказчик принимает выполненные работы. Объемы выполненных работ  указываются в актах приёмки выполненных работ. Окончательный расчёт производится  после окончательной сдачи работ заказчику в течение 3 дней после подписания актов  сдачи-приёмки выполненных работ.  

Пунктом 6.1 договора стоимость работ определена в размере 3 700 000 руб. 

В силу пункта 6.2 договора заказчик в течение трех банковских дней со дня  подписания договора оплачивает подрядчику в порядке предварительной оплаты аванс в  сумме 1 700 000 руб.  

Второй авансовый платеж заказчик оплачивает подрядчику до 01.11.2012 в сумме  900 000 руб. для приобретения оборудования. Оплата за выполненные работы в сумме  

1 100 000 руб. производится поэтапно согласно актам приёмки выполненных работ в  течение 3 календарных дней после подписания (пункты 6.3, 6.4 договора).  

 25 июня 2019 года стороны заключили дополнительное соглашение № 1 к  договору подряда от 02.10.2012 № 81-ВЕ, которым продлили сроки выполнения работ до  25.09.2019.  

ИП ФИО1 в рамках исполнения обязательств по договору произвел оплату  ответчику аванса в сумме 3 900 000 руб., что подтверждается квитанциями к ПКО № 356  от 05.10.2012, № 468 от 17.11.2012, № 500 от 18.12.2012, № 499 от 18.12.2012, № 102 от  12.04.2013.  

Ответчик встречные обязательства по договору не исполнил, работы не выполнил,  в связи с чем, вступившим в законную силу решением Арбитражного суда  Ставропольского края от 30.09.2021 с общества с ограниченной ответственностью  «Вектор», г. Ставрополь, ОГРН 

<

***>, в пользу индивидуального  предпринимателя ФИО1, г. Ставрополь, ОГРНИП  

<

***>, ИНН: 

<

***>, взыскано с общества с ограниченной  ответственностью «Вектор», г. Ставрополь, ОГРН 

<

***>, 3 900 000 руб.  неосновательного обогащения, 46 850 руб. расходов на оплату услуг представителя.  

15.10.2012 между ИП ФИО1 (заказчик) и ООО «Вектор» (подрядчик)  был заключен договор подряда № 85-ВЕ, согласно которому подрядчик обязался в  установленный договором срок по заданию заказчика выполнить работы по монтажу  системы вентиляции на объекте, расположенном по адресу: 

<

...>, а заказчик обязался создать подрядчику необходимые условия для выполнения работ,  принять их результат и оплатить установленную договором стоимость работ согласно  коммерческому предложению.  

Срок выполнения работ – 120 календарных дней при условии соблюдения пунктов  2.1, 6.1-6.5 договора (пункт 2.2. договора).  

Согласно пункту 4.1, 4.2, 4.3 договора по окончании выполнения работ подрядчик  сдает, а заказчик принимает выполненные работы. Объемы выполненных работ  указываются в актах приёмки выполненных работ. Окончательный расчёт производится  после окончательной сдачи работ заказчику в течение 3 дней после подписания актов  сдачи-приёмки выполненных работ.  

Пунктом 6.1 договора стоимость работ определена в размере 4 800 000 руб. 

В силу пункта 6.2 договора заказчик в течение трех банковских дней со дня  подписания договора оплачивает подрядчику в порядке предварительной оплаты аванс в  сумме 3 000 000 руб.  

Второй авансовый платеж заказчик оплачивает подрядчику до 15.11.2012 в сумме  1 000 000 руб. для приобретения материалов. Оплата за выполненные работы в сумме 800  000 руб. производится поэтапно согласно актам приёмки выполненных работ в течение 3  календарных дней после подписания (пункты 6.3, 6.4 договора).  

25 июня 2019 года стороны заключили дополнительное соглашение № 1 к договору  подряда от 15.10.2012 № 85-ВЕ, которым продлили сроки выполнения работ до  25.09.2019.  

Истец в рамках исполнения обязательств по договору произвел оплату ответчику  аванса в сумме 4 000 000 руб., что подтверждается квитанциями к ПКО № 2 от  09.01.2013, № 386 от 17.10.2012.  

Ответчик встречные обязательства по договору не исполнил, работы не выполнил,  в связи с чем, вступившим в законную силу решением Арбитражного суда  Ставропольского края от 28.12.2021 по делу № А63-3860/2021 с общества с ограниченной  ответственностью «Вектор», ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, г. Ставрополь, в  пользу ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ИНН  

<

***>, ОГРН 

<

***>, г. Ставрополь, взыскано 4 000 000 руб. долга,  

30 000 руб. расходов на оплату услуг представителя. Указанные решения должником не исполнены. 

20.04.2021 гражданин ФИО4 в порядке статьи 39  Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве)  обратился в Арбитражный суд Ставропольского края суд с заявлением о признании  общества с ограниченной ответственностью «Вектор» несостоятельным (банкротом).  

Определением от 22.06.2021 суд принял указанное заявление, возбудил  производство по делу № А63-6047/2021.  

22 ноября 2021 года гр. ФИО5 на основании пункта 2  статьи 213.5 Закона о банкротстве обратилась в суд с заявлением о признании ООО  «Вектор» несостоятельным (банкротом).  

Поскольку гр. ФИО5 обратилась в суд с заявлением о признании ООО  «Вектор» несостоятельным (банкротом) 22.11.2021, то есть после обращения гр.  ФИО4 в Арбитражный суд Ставропольского края с аналогичным заявлением о  признании ООО «Вектор» несостоятельным (банкротом) (после 20.04.2021), суд  определением от 13.12.2021 принял заявление гр. ФИО5 в качестве заявления  

о вступлении в дело № А63-6047/2021 и назначил его рассмотрение после решения  вопроса о принятии заявления гр. ФИО4 о признании должника  несостоятельным (банкротом), поступившего в суд ранее.  

Определением от 12.04.2022 (объявлена резолютивная часть) суд отказал гр.  ФИО4 во введении процедуры наблюдения в отношении ООО «Вектор» и  оставил его заявление без рассмотрения.  

Определением от 12.04.2022 суд принял к производству заявление гр. ФИО5  

Определением от 01.06.2022 по делу № А63-6047/2021 суд признал обоснованным  заявление гражданки ФИО5, о признании общества с  ограниченной ответственностью «Вектор», г. Ставрополь (ИНН 

<

***>, ОГРН  

<

***>) несостоятельным (банкротом), ввел в отношении общества с  ограниченной ответственностью «Вектор», г. Ставрополь (ИНН 

<

***>, ОГРН  

<

***>) процедуру наблюдения, утвердил на должность временного  управляющего общества с ограниченной ответственностью «Вектор», г. Ставрополь (ИНН  

<

***>, ОГРН 

<

***>) арбитражного управляющего ФИО6.  

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Вектор» ФИО1 29.08.2022 обратился в суд с заявлением о признании  обоснованными и включении в реестр кредиторов должника требований в сумме 7 976 850  руб.  

Определением от 05.09.2022 суд принял к рассмотрению заявление ФИО1, г. Ставрополь об установлении и включении требований в  реестр требований кредиторов должника и назначил рассмотрение заявления после  введения в отношении должника процедуры, следующей за процедурой наблюдения.  

Определением от 24.01.2023 по делу № А63-6047/2021 суд установил отсутствие у  ООО «Вектор» имущества, за счет которого в полном объеме возможно финансирование  расходов, связанных с проведением процедур банкротства, погашение требований  кредиторов, и прекратил производство по делу о несостоятельности (банкротстве)  общества с ограниченной ответственностью «Вектор», г. Ставрополь (ИНН 

<

***>,  ОГРН 

<

***>).  

Индивидуальный предприниматель ФИО1 считает, что поскольку  денежные средства в размере, указанном в решениях арбитражного суда, на счет  взыскателя не поступали, а у должника отсутствует какое-либо имущество, на которое  может быть обращено взыскание, по долгам ООО «Вектор» перед ним должны отвечать  

ФИО2 и ФИО7 как руководитель и единственный участник общества –  должника, что явилось основанием для обращения в суд с настоящим иском.  

По общему правилу участники (участник) общества с ограниченной  ответственностью не отвечают по его обязательствам и несут риск убытков, связанных с  деятельностью общества, в пределах стоимости принадлежащих им долей (пункт 1 статьи  87 Гражданского кодекса Российской Федерации).  

В то же время статья 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее –  ГК РФ) устанавливает случаи ответственности лица, уполномоченного выступать от  имени юридического лица, членов коллегиальных органов юридического лица и лиц,  определяющих действия юридического лица  

Так, лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного  документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53),  обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников),  выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине  юридическому лицу.  

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа  юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если  будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно  действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие)  не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному  предпринимательскому риску.  

 Ответственность, предусмотренную пунктом 1 настоящей статьи, несут также  члены коллегиальных органов юридического лица, за исключением тех из них, кто  голосовал против решения, которое повлекло причинение юридическому лицу убытков,  или, действуя добросовестно, не принимал участия в голосовании (п. 2 статьи 53.1).  

Лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического  лица, в том числе возможность давать указания лицам, названным в пунктах 1 и 2  настоящей статьи, обязано действовать в интересах юридического лица разумно и  добросовестно и несет ответственность за убытки, причиненные по его вине  юридическому лицу (п. 3 статьи 53.1).  

 В случае совместного причинения убытков юридическому лицу лица, указанные в  пунктах 1 - 3 настоящей статьи, обязаны возместить убытки солидарно.  

Статья 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности  (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) определяет, что если полное погашение  требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия  

контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по  обязательствам должника.  

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований  кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего  должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств:  

1) причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате  совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или  нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая  сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;  

2) документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению  (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской  Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню  назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о  признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах,  предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой  является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо  указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение  процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация  конкурсной массы;  

3) требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности,  возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение  о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его  единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной  ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе  требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о  таких правонарушениях, превышают пятьдесят процентов общего размера требований  кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр  требований кредиторов;  

4) документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с  законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных  бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о  государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии  с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении  наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой  организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо  искажены;  

5) на дату возбуждения дела о банкротстве не внесены подлежащие обязательному  внесению в соответствии с федеральным законом сведения либо внесены недостоверные  сведения о юридическом лице:  

в единый государственный реестр юридических лиц на основании представленных  таким юридическим лицом документов;  

в Единый федеральный реестр сведений о фактах деятельности юридических лиц в  части сведений, обязанность по внесению которых возложена на юридическое лицо.  

Контролирующее должника лицо несет субсидиарную ответственность по  правилам настоящей статьи также в случае, если:  

1) невозможность погашения требований кредиторов наступила вследствие  действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, однако производство по  делу о банкротстве прекращено в связи с отсутствием средств, достаточных для  возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о  банкротстве, или заявление уполномоченного органа о признании должника банкротом  возвращено;  

2) должник стал отвечать признакам неплатежеспособности не вследствие  действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, однако после этого оно  совершило действия и (или) бездействие, существенно ухудшившие финансовое  положение должника.  

В соответствии с разъяснениями п. 8 «Обзора судебной практики разрешения  споров о несостоятельности (банкротстве) за 2023 г.» (утв. Президиумом Верховного Суда  РФ 15.05.2024), действующее законодательство допускает применение данных положений  и вне рамок дела о банкротстве, в частности, когда производство по делу о банкротстве  прекращено в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных  расходов на проведение процедур банкротства (подпункт 1 пункта 12 статьи 61.11 Закона  о банкротстве).  

В соответствии с правовой позицией, изложенной в постановлении  Конституционного Суда Российской Федерации от 7 февраля 2023 г. № 6-П (далее -  постановление № 6-П), если кредитор, обратившийся после прекращения судом  производства по делу о банкротстве с заявлением о привлечении к субсидиарной  ответственности, утверждает, что контролирующее лицо действовало недобросовестно, и  представил судебные акты, подтверждающие наличие долга перед ним, а также  доказательства исключения должника из государственного реестра, суд должен оценить  возможности кредитора по получению доступа к сведениям и документам о  хозяйственной деятельности такого должника. В отсутствие у кредитора, действующего  добросовестно, доступа к указанной информации и при отказе или уклонении  

контролирующего лица от дачи пояснений о своих действиях (бездействии) при  управлении должником, причинах неисполнения обязательств перед кредитором и  прекращения хозяйственной деятельности или при их явной неполноте обязанность  доказать отсутствие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности  возлагается на лицо, привлекаемое к ответственности.  

Эта правовая позиция применима и к настоящему делу, поскольку на момент  разрешения спора судом первой инстанции общество с ограниченной ответственностью  «Вектор» отвечает признакам организации, фактически прекратившей свою деятельность.  Так, ООО «Вектор» по адресу государственной регистрации почтовую корреспонденцию  не получает, доказательства ведения обществом какой-либо предпринимательской  деятельности после прекращения производства по делу о несостоятельности (банкротстве)  не представлены.  

Как следует из отчета временного управляющего ООО «Вектор» о своей  деятельности № 1 от 04.10.2022 ФИО6 (из материалов дела № А63-6047/2021),  ответственными за финансово-хозяйственную деятельность ООО «Вектор» были  ФИО3 (с 22.03.2021 по настоящее время - директор и с 05.10.2009 учредитель) и  ФИО2 (с 14.03.2012 по 22.03.2021). Соответственно, указанные лица являются  контролирующими по отношению к ООО «Вектор».  

Также как следует из отчета временного управляющего ООО «Вектор» № 1 от  04.10.2022, выручка должника составила: - за 2019г. 145 152 тыс. руб., а за 2020г. -  

207 821 тыс. руб.. При этом с полученной выручки контролирующие должника ООО  «Вектор» лица, не направили средства на погашение кредиторской задолженности, в  частности перед ФИО1, долг перед которым образовывался с 2012г., тем  самым действуя недобросовестно по отношению к кредитору.  

При этом временным управляющим был сделан вывод о том, что в течении 2019г.- 2020г. финансовое положение должника улучшилось, однако начиная с 2021 года  должник значительно сократил свою деятельность, выведя все свои имущественные  активы, а с конца 2021г. фактически деятельность перестал осуществлять.  

Также как следует из отчета временного управляющего и из заключения  финансового управляющего о наличии/отсутствии признаков фиктивного или  преднамеренного банкротства, должник добровольно не передал временному  управляющему бухгалтерские документы и отчетность, несмотря на многочисленные  запросы, в результате чего в Арбитражный суд Ставропольского края временным  управляющим было направлено ходатайство об истребовании документов у должника, из-за отсутствия указанных документов временный управляющий в своем отчете сделал  

вывод о том, что проведение проверки и установление факта наличия/отсутствия  признаков преднамеренного банкротства должника, невозможно.  

Из отчета управляющего также следует, что непосредственно перед процедурой  банкротства на 01.01.2021 должник имел следующее имущество:  

- основные средства – 3 445 тыс. руб. - запасы – 56 465 тыс. руб. - дебиторская задолженность – 77 571 тыс. руб. - финансовые вложения - 922 тыс. руб. - денежные средства -14 843 тыс. руб. - прочие оборотные активы - 485 тыс. руб. а также движимое имущество: 

- транспортное средство Форд транзит, 2003 года выпуска.  

- транспортное средство Фольксваген гольф 2008 года выпуска, которое было  отчуждено должником 21.11.2020.  

- транспортное средство Киа Спортедж, 2013 года выпуска, которое было  отчуждено должником 03.07.2020.  

- транспортное средство Лада Ларгус, 2017 года выпуска, которое было отчуждено  должником 16.03.2022.  

- транспортное средство ФИО8 7, 2017 года выпуска, которое было отчуждено  04.02.2022.  

Таким образом, должник под руководством и с согласия контролирующих  должника лиц непосредственно перед процедурой банкротства произвел вывод всех своих  активов состоящих из движимого имущества, тем самым причинив кредиторам  имущественный вред, в результате которого, кредиторы не получили денежных средств от  реализации указанных основных средств.  

На преднамеренность действий по выводу имущества должником, также указывает  то, что 21.04.2020 были проданы должником и сняты с учета:  

- погрузчик одноковшовый- отчуждено ООО «Стройполимер-К» за 2 100 000 руб.,  при этом денежные средства от продажи на расчетный счет должника не поступали,  поскольку стороны произвели зачет встречных требований.  

- автопогрузчик хендай нд 20е. - отчуждено ООО «Стройполимер-К № за 100 000  руб., при этом денежные средства от продажи на расчетный счет должника не поступали,  поскольку стороны произвели зачет встречных требований.  

- автопогрузчик хендай хд 30е. - отчуждено ООО «Стройполимер-К» за 247 900  руб., при этом денежные средства от продажи на расчетный счет должника не поступали,  поскольку стороны произвели зачет встречных требований.  

- автопогрузчик хендай 30в-7.- отчуждено ООО «Стройполимер-К» за 600 000 руб.,  при этом денежные средства от продажи на расчетный счет должника не поступали,  поскольку стороны произвели зачет встречных требований.  

Указанные обстоятельства находят свое подтверждение в заключении  временного управляющего должника о наличии/отсутствии оснований для оспаривания  сделок должника, а также в ответах Межрайонной ИФНС № 12 по Ставропольскому  краю № 06-11/001445 от 15.06.2022, ГУ МВД РФ по СК № 122604345534 от  17.06.2022, Министерства сельского хозяйства № 04-18-17/6373 от16.06.2022.  

Также как следует из выводов временного управляющего должника, содержащихся  в заключении о наличии/отсутствии признаков фиктивного или преднамеренного  банкротства, для погашения обязательств должника перед кредиторами, требовалась  выручка, полученная почти за 6 месяцев и с учетом выручки за 2019-2020гг. должник при  наличии желания к погашению мог беспрепятственно продолжить работу и погасить свою  кредиторскую задолженность, не прекращая деятельность ООО «Вектор» и не выводя  имущество из конкурсной массы, однако должник под руководством контролирующих  лиц этого делать не стал, прекратил деятельность и не сдал финансовую отчетность в  налоговый орган за 2021 год.  

Временным управляющим был сделан вывод о том, что причиной утраты  платежеспособности стало нерациональное управление предприятием в 2021 году, и о  том, что негативные действия органов управления должником послужили причиной  ухудшения платежеспособности должника за весь исследуемый период, которые,  которые могут свидетельствовать о признаках преднамеренного банкротства ООО  «Вектор».  

В соответствии со ст. 9 Закона о банкротстве, если удовлетворение требований  одного или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником  денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей в полном  объеме перед другими кредиторами, то не позднее как в месячный срок руководитель  обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд о признании должника  банкротом.  

Как следует из обстоятельств настоящего дела, неплатежеспособность у должника  наступила не позднее начала 2021г., при этом ни ФИО2, ни ФИО3 не  обращались с заявлением о признании ООО «Вектор» несостоятельным (банкротом).  

Также как следует из выводов временного управляющего, учитывая результаты  работы предприятия за прошедшие периоды, у должника была возможность вести в  дальнейшем безубыточную деятельность, однако в адрес временно управляющего  предложения о возможности восстановления платежеспособности предприятия от органов  

управления должником не поступали, соответственно со стороны контролирующих  должника лиц, прослеживается умышленность действий по не принятию мер по  погашению кредиторской задолженности перед кредиторами, что указывает на наличие  оснований для привлечения к субсидиарной ответственности.  

Также в период неплатежеспособности должник производил преимущественное  погашение в период с 2019г. по 2020г. перед контролирующим лицом ФИО3  по договору займа № 1 от 09.01.2019г. на сумму 3 613 740 руб., при условии что в  указанный период у должника имелись неисполненные денежные обязательства перед  кредиторами, в том числе перед ФИО1  

Как установлено арбитражным судом в определении от 24.01.2023 по делу № А636047/2021, в ходе проведения процедуры наблюдения временным управляющим было  установлено, что хозяйственная деятельность должником не ведется, имущество, которое  возможно реализовать для расчета с кредиторами и погашения текущих расходов, не  выявлено. Данные факты подтверждаются ответами государственных регистрирующих  органов, информацией банков о движении денежных средств по счетам должника,  приобщенными к материалам дела.  

Доказательств планируемого поступления денежных средств, реального наличия  имущества, либо доказательств вероятности его истребования в конкурсную массу в  материалах дела нет, лицами, участвующими в деле, в суд не представлено.  

Как разъяснено в пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской  Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением  контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее –  постановление № 53), под действиями (бездействием) контролирующего лица,  приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие  действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника,  то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает  существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение  должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными  действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.  Аналогичный правовой подход содержится в определении Верховного Суда Российской  Федерации от 03.09.2020 № 304-ЭС19-25557 (3).  

Суд исследовал вопрос о том, отнсятся ли ФИО2 и ФИО3 к  контролирующим должника лицам, установлено ли их виновное поведение и то, что это  поведение привело к невозможности погашения задолженности перед кредиторами  должника, и считает, что ответчики являются контролирующими должника лицами,  поскольку ФИО3 на всем протяжении деятельности общества являлся его  

единственным участником, а с 22.03.2021 (непосредственно перед возбуждением дела о  банкротстве ООО «Вектор») – директором. ФИО2 являлся единоличным  исполнительным органом общества с 14.03.2012 по 22.03.2021, то есть все время при  заключении, исполнении договоров подряда с ответчиком и в период возникновения и  непогашения задолженности перед ИП ФИО1  

Суд считает, что и ФИО2 и ФИО3 знали о наличии непогашенной  задолженности перед ИП ФИО1, осознавали, что несут ответственность по  обязательствам, но не приняли мер к исполнению обязательств, а напротив, в результате  вывода всех активов, состоящих из движимого имущества, причинили кредиторам  имущественный вред, в результате которого, кредиторы не получили денежных средств от  реализации указанных основных средств.  

Как разъяснено в п. 16 постановления № 53 под действиями (бездействием)  контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов  (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие),  которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых  объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния  действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя  наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и  фактически наступившим объективным банкротством.  

Принцип добросовестности, провозглашенного в части 3 статьи 1 ГК РФ, состоит в  том, что, устанавливая добросовестность поведения лица, следует исходить из поведения,  ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные  интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой  информации.  

Пленум ВАС РФ в постановлении от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах  возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица»  разъяснил, что недобросовестность действий (бездействия) директора считается  доказанной, в частности, когда директор:  

1) действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами  аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при  наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом  сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была  заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном  законодательством порядке;  

2) скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического  лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или  

внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность  юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную  информацию в отношении соответствующей сделки;  

3) совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава  одобрения соответствующих органов юридического лица;  

4) после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи  юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные  последствия для юридического лица;  

5) знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их  совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку  (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях  или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и  т.п.).  

При определении интересов юридического лица следует, в частности, учитывать,  что основной целью деятельности коммерческой организации является извлечение  прибыли (пункт 1 статьи 50 ГК РФ); также необходимо принимать во внимание  соответствующие положения учредительных документов и решений органов  юридического лица (например, об определении приоритетных направлений его  деятельности, об утверждении стратегий и бизнес-планов и т.п.). Директор не может быть  признан действовавшим в интересах юридического лица, если он действовал в интересах  одного или нескольких его участников, но в ущерб юридическому лицу.  

Неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в  частности, когда директор:  

1) принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в  данной ситуации;  

2) до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение  необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой  практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся  обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения  дополнительной информации;  

3) совершил сделку без соблюдения обычно требующихся или принятых в данном  юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок (например,  согласования с юридическим отделом, бухгалтерией и т.п.).  

Арбитражным судам следует давать оценку тому, насколько совершение того или  иного действия входило или должно было, учитывая обычные условия делового оборота,  

входить в круг обязанностей директора, в том числе с учетом масштабов деятельности  юридического лица, характера соответствующего действия и т.п.  

В результате анализа материалов дела, с учетом обстоятельств, установленных при  рассмотрении дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Вектор», в том числе  заключений временного управляющего, ответов компетентных органов, суд установил,  что факт недобросовестности действий ФИО2 и ФИО3, повлекших  отчуждение имущества должника и невозможность погашения должником задолженности  пере кредиторами и невозможность проведения в установленном порядке процедур  банкротства, направленных на погашение кредиторской задолженности, установлен и  подтвержден документально.  

Ответчики доказательства добросовестности своих действий суду не представили. 

Материалами дела подтверждено, что погашение задолженности ООО «Вектор»  перед предпринимателем ФИО1 оказалось невозможным.  

Субсидиарная ответственность как гражданско-правовая категория  предусматривает порядок предварительного обращения кредитора к основному  должнику, и право на иск к субсидиарному должнику возникает при соблюдении  кредитором предварительных условий.  

Истец обращался с требованием к ООО «Вектор», в результате чего было вынесено  решение суда.  

Таким образом, суд считает, что в действиях ФИО9, являвшегося  директором должника на момент заключения и исполнения договоров подряда,  возникновения задолженности перед истцом и непосредственно перед рассмотрением  судом дел № А63-6219/2021 и № А6303860/202, и ФИО3, являвшегося  единственным участником общества и директором с 22.03.2021, то есть весь период  заключения, исполнения договоров, возникновения задолженности, разрешения судом  споров с ИП ФИО1, имеется состав правонарушения, включая виновные  действия (бездействие), повлекшие невозможность исполнения денежных обязательств  должником-организацией перед кредитором, причинно-следственная связь и причиненные  этими действиями (бездействием) убытки.  

Размер ответственности определяется размером оставшихся неудовлетворенными  требований кредитора.  

Учитывая изложенное, исковые требования ИП ФИО1 о привлечении  ФИО2 и ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам  общества с ограниченной ответственностью «Вектор», возникшим перед  предпринимателем ФИО1 в размере 7 976 850 руб. долга, заявлены  обоснованно и удовлетворяются.  

Расходы по уплате госпошлины следует возложить на ответчиков в порядке статьи  110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Руководствуясь статьями 110, 167-171, 176, 180-182 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Ставропольского  края  

Р Е Ш И Л:

Исковые требования индивидуального предпринимателя ФИО1, г. Ставрополь удовлетворить.  

Привлечь ФИО2, г. Ставрополь и ФИО3, г. Ставрополь к субсидиарной ответственности по обязательствам общества  с ограниченной ответственностью «Вектор», ОГРН 

<

***> по оплате  задолженности в сумме 7 976 850 руб.  

Взыскать солидарно со ФИО2, г. Ставрополь и  ФИО3, г. Ставрополь в пользу индивидуального  предпринимателя ФИО1, ИНН 

<

***>, г. Ставрополь  7 976 850 руб. долга.  

Исполнительный лист выдать по ходатайству взыскателя после вступления  решения в законную силу на основании части 3 статьи 319 АПК РФ.  

Взыскать солидарно со ФИО2, г. Ставрополь и  ФИО3, г. Ставрополь в доход федерального бюджета 62 884  руб. государственной пошлины по иску.  

Исполнительный лист выдать после вступления решения в законную силу. 

 Решение суда может быть обжаловано через Арбитражный суд Ставропольского  края в Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в месячный срок со дня его  принятия и в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в течение двух месяцев со дня  вступления решения в законную силу при условии, что оно было предметом  рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной  инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной  жалобы.  

 Судья Е. В. Жарина