АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ВОЛГО-ВЯТСКОГО ОКРУГА

Кремль, корпус 4, Нижний Новгород, 603082

 http://fasvvo.arbitr.ru/ E-mail: info@fasvvo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции 

Нижний Новгород

Дело № А82-18676/2020

19 января 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 16 января 2023 года.

Арбитражный суд Волго-Вятского округа в составе:

председательствующего Ионычевой С.В.,

судей Кузнецовой Л.В., Ногтевой В.А.

в отсутствие представителей участвующих в деле лиц

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу 

финансового управляющего имуществом

ФИО1 –

ФИО2 

на определение Арбитражного суда Ярославской области от 16.05.2023 и 

на постановление Второго арбитражного апелляционного суда от 07.09.2023

по делу № А82-18676/2020,

по заявлению финансового управляющего ФИО2 

к ФИО3

о признании сделки недействительной и

применении последствий ее недействительности

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве)

ФИО1

(ИНН: 

<

***>)

и   у с т а н о в и л : 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО1 (далее ‒ должница) в Арбитражный суд Ярославской области обратился финансовый управляющий ФИО2 с заявлением о признании недействительной сделкой договора дарения 1/3 доли в праве собственности на жилое помещение (

<

...>), заключенного должницей с ее матерью ФИО3, а также о применении последствий недействительности сделки.

К участию в обособленном споре в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно его предмета, привлечены ФИО4 (собственник жилого помещения на момент рассмотрения спора в суде), ФИО5 (бывший супруг должницы) и его финансовый управляющий ФИО6.

Суд первой инстанции определением от 16.05.2023, оставленным без изменения постановлением Второго арбитражного апелляционного суда от 07.09.2023, отказал финансовому управляющему в удовлетворении заявленных требований.

Не согласившись с состоявшимися судебными актами, финансовый управляющий ФИО2 обратился в Арбитражный суд Волго-Вятского округа с кассационной жалобой, в которой просит их отменить и удовлетворить заявление.

По мнению заявителя жалобы, договор дарения подлежал квалификации в качестве сделки, совершенной при злоупотреблении правом, поскольку должница последовательно совершила цепочку сделок, направленных на отчуждение имевшихся в ее собственности жилых помещений, во избежание возможного обращения взыскания на имущество по окончании рассмотрения уголовного дела, в рамках которого ФИО1 и ее супруг проходили в качестве обвиняемых в мошенничестве. Как считает финансовый управляющий, должница фактически лишила себя жилого помещения, пригодного для проживания, что явилось результатом ее недобросовестных действий по выводу имущества, не направленных на расчеты с кредиторами. 

Податель жалобы не согласен с выводом судов о том, что на спорную квартиру распространяется исполнительский иммунитет, поскольку на рассмотрении суда первой инстанции на момент рассмотрения настоящего спора имелись заявления о признании недействительными иных договоров по отчуждению должницей жилых помещений. По мнению финансового управляющего, правовое значение имеет тот факт, что спорная квартира не являлась единственным пригодным для проживания должницы помещением на момент ее дарения ответчице, сама должница не рассматривала квартиру в качестве таковой, поскольку проживала и была зарегистрирована по иному адресу. 

Финансовый управляющий обращает внимание, что договор дарения является безвозмездной сделкой и совершен ФИО1 с заинтересованным лицом (матерью). По мнению подателя жалобы, материалы обособленного спора свидетельствуют о мнимости рассмотренных правоотношений. В частности, из представленных доказательств следует, что ответчица ФИО3 продолжает проживать в квартире, которую якобы продала иному лицу в 2022 году.

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, не обеспечили явку представителей в судебное заседание, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие. 

Законность обжалованных судебных актов проверена Арбитражным судом Волго-Вятского округа в порядке, установленном в статьях 274, 284 и 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, применительно к доводам кассационной жалобы. 

Изучив материалы дела, проверив обоснованность доводов, изложенных в кассационной жалобе, суд округа не нашел оснований для отмены принятых судебных актов в силу следующего.

Как следует из материалов дела, ФИО1 22.10.2008 приобрела в порядке приватизации (на основании договора о передаче квартиры в общую долевую собственность № 1-4786, заключенного с муниципальным унитарным предприятием «Агентство по приватизации жилья» города Ярославля) 1/3 долю в праве общей долевой собственности на трехкомнатную квартиру общей площадью 61,2 кв.м., расположенную в доме № 11 по улице Институтской в городе Ярославле.

Иными собственниками квартиры являлись ФИО3 (мать должника) и  ФИО7 (отец должника). 

ФИО1 (даритель) 29.01.2016 заключила с ФИО3 (одаряемая) договор дарения 1/3 доли в праве на спорную квартиру. 

Право собственности ФИО3 на спорную долю в размере 1/3 в праве общей долевой собственности на квартиру зарегистрировано 08.02.2016. 

Арбитражный суд Ярославской области определением от 31.03.2021 возбудил производство по настоящему делу о несостоятельности (банкротстве) ФИО1; решением от 13.12.2021 признал ФИО1 несостоятельной (банкротом), ввел в отношении нее процедуру реализации имущества гражданина, утвердил финансовым управляющим ФИО2

Впоследствии ФИО3 (продавец) 31.03.2022 заключила с ФИО4 договор купли-продажи спорной квартиры, находившейся на тот момент в собственности ответчицы полностью (в том числе, в результате наследования за супругом            ФИО7). Государственная регистрация права собственности ФИО4 на спорную квартиру произведена 04.04.2022.

Финансовый управляющий имуществом ФИО1, посчитав, что должница действовала недобросовестно при дарении 1/3 доли в праве на квартиру в пользу своей матери, поскольку намеревалась таким образом вывести имущество из-под возможного обращения на него взыскания, обратился в суд с настоящим заявлением.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в данном Федеральном законе.

В пункте 4 Постановления № 63 разъяснено, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

При установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно; никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (статья 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

На основании пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки. Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагается (пункт 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

Нарушение участниками гражданского оборота при заключении договора статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, выразившееся в злоупотреблении правом, отнесено законом к числу самостоятельных оснований для признания сделки недействительной.

По правилам пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации является ничтожной мнимая сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия.

Для признания сделки недействительной на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие ее условиям правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий, и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнить либо требовать исполнения.

Следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут осуществить для вида ее формальное исполнение (пункт 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Характерной особенностью мнимой сделки является то, что стороны сделки стремятся правильно оформить документы, не намереваясь создать реальных правовых последствий. У сторон мнимой сделки отсутствует цель в достижении заявленных результатов. Волеизъявление сторон не совпадает с их внутренней волей, сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. В связи с этим установление несовпадения воли с волеизъявлением относительно обычно порождаемых такой сделкой гражданско-правовых последствий является достаточным для квалификации ее в качестве ничтожной. 

В рассмотренном случае из материалов обособленного спора следовало, что ФИО1 и ее супруг ФИО5 на момент совершения оспоренной сделки находились под следствием по предъявленному им в 2015 году обвинению в мошенничестве (приговор от 07.11.2017 по делу № 1-1/17 Кировского районного суда города Ярославля), потерпевшими по которому признаны кредиторы обоих супругов (акционерное общество «Райффайзен Банк», ФИО8), впоследствии инициировавшие дело о несостоятельности (банкротстве) ФИО5 (№ А82-16166/2021) и включившие свои требования по удовлетворенным судом общей юрисдикции гражданским искам в реестр требований кредиторов ФИО1

Судебные инстанции приняли во внимание, что дарение осуществлено должницей в пользу близкой родственницы (матери), то есть в пользу лица, имеющего заинтересованность по смыслу статьи 19 Закона о банкротстве.

Суды первой и апелляционной инстанций установили, что на момент рассмотрения спора ФИО3 была зарегистрирована и продолжала проживать в спорной квартире, несмотря на ее продажу ФИО4 в 2022 году; сама ФИО4 зарегистрирована по иному адресу. Кроме того ФИО1 также указала, что проживает в спорной квартире. 

Таким образом, с учетом установленных фактических обстоятельств, при рассмотрении данного конкретного спора суды правомерно исследовали вопрос исполнительского иммунитета в отношении отчужденной доли в квартире.

В пункте 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан» разъяснено, что целью оспаривания сделок в рамках дела о банкротстве является возврат в конкурсную массу того имущества, которое может быть реализовано для удовлетворения требований кредиторов. Поэтому не подлежит признанию недействительной сделка, направленная на отчуждение должником жилого помещения, если на момент рассмотрения спора в данном помещении продолжают совместно проживать должник и члены его семьи и при возврате помещения в конкурсную массу оно будет защищено исполнительским иммунитетом (статья 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

При оспаривании сделки должника по отчуждению жилого помещения суд до разрешения обстоятельств, касающихся недействительности сделки, должен проверить, не является ли данное помещение единственным пригодным для проживания должника и членов его семьи, не защищен ли данный объект исполнительским иммунитетом.

В приведенных разъяснениях речь идет о жилых помещениях, являющихся единственными пригодными для проживания, в первую очередь, должника, как центральной фигуры в деле о несостоятельности (банкротстве), а при наличии у него членов семьи, совместно с ним проживающих, – и для этих лиц.

Целью оспаривания сделок в рамках дела о банкротстве является возврат в конкурсную массу того имущества, которое может быть реализовано для удовлетворения требований кредиторов. Не подлежит признанию недействительной сделка, направленная на отчуждение должником жилого помещения, если при возврате помещения в конкурсную массу оно будет защищено исполнительским иммунитетом (статья 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Вопрос о пределах действия имущественного (исполнительного) иммунитета при обращении взыскания по исполнительным документам на принадлежащие гражданину-должнику на праве собственности объекты недвижимости, включая жилые помещения, неоднократно затрагивался Конституционным Судом Российской Федерации.

В постановлении от 26.04.2021 № 15-П Конституционный Суд Российской Федерации отразил, что со вступления данного постановления в силу абзац второй части 1 статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в дальнейшем не может служить нормативно-правовым основанием безусловного отказа в обращении взыскания на жилые помещения, указанные в нем, если суд считает необоснованным применение исполнительского иммунитета.

По смыслу приведенных в Постановлении № 15-П разъяснений исполнительский иммунитет в отношении жилых помещений предназначен для гарантии гражданину-должнику и членам его семьи уровня обеспеченности жильем, необходимого для нормального существования, не допуская нарушения самого существа конституционного права на жилище и умаления человеческого достоинства, однако он не носит абсолютный характер. Исполнительский иммунитет не предназначен для сохранения за гражданином-должником принадлежащего ему на праве собственности жилого помещения в любом случае. В применении исполнительского иммунитета суд может отказать, если доказано, что ситуация с единственно пригодным для постоянного проживания помещением либо создана должником со злоупотреблением правом, либо сложилась объективно, но размеры жилья существенно (кратно) превосходят нормы предоставления жилых помещений на условиях социального найма в регионе его проживания.

Включение единственного пригодного для проживания должника жилого помещения в конкурсную массу должно отвечать принципу целесообразности и свидетельствовать о наличии реального экономического эффекта от его реализации в будущем для удовлетворения требований кредиторов.

Как установили суды обеих инстанций, спорная квартира, по сути, является единственным пригодным для проживания должницы и члена ее семьи (матери) жилым помещением. На данном факте настаивали и должница с матерью. У ФИО1 отсутствуют какие-либо права в отношении жилого помещения, в котором она зарегистрирована (

<

...>), поскольку оно находится в личной собственности бывшего супруга ФИО5 

По смыслу абзаца второго части 1 статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации наличие у гражданина фактической возможности проживать по иному адресу не означает допустимость безусловного неприменения к находящемуся в его собственности единственному жилью исполнительского иммунитета.

Суды приняли во внимание, что на момент рассмотрения настоящего спора в суде первой инстанции на рассмотрении последнего также имелись иные обособленные споры о признании недействительными сделок купли-продажи, совершенных в отношении иных жилых помещений.

На основании изложенного суды обоснованно констатировали, что возврат имущества в конкурсную массу не повлечет восстановления нарушенных прав кредиторов. Спорная квартира (доля в праве на нее) не могла быть включена в конкурсную массу, поскольку является единственным пригодным для должника жильем, соответственно, на нее распространяется исполнительский иммунитет, предусмотренный в статье 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. Бесспорные доказательства обратного в материалы дела не представлены.

Судебные инстанции не усмотрели создания ФИО1 ситуации с единственно пригодным для постоянного проживания помещением со злоупотреблением правом, а равно доказательств того, что в случае сохранения за должницей права собственности на квартиру имелась реальная возможность и экономическая целесообразность ее продажи с предоставлением замещающего жилья, тем более, исходя из того, что доля в неразделенном жилом помещении обладает низкой потребительской привлекательностью.

При таких условиях, заключив, что возврат имущества в конкурсную массу в случае признания сделки недействительной не повлечет восстановления нарушенных прав кредиторов должника, суды на законных основаниях отказали в признании сделки недействительной. Поскольку факт причинения вреда имущественным интересам кредиторов должника вследствие совершения оспоренной сделки не доказан, договор купли-продажи квартиры не мог быть признан недействительным по статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (совершение сделки при злоупотреблении правом). 

Оценка судами доказательств, отличная от их оценки заявителем кассационной жалобы, как и иное толкование норм законодательства, подлежащих применению в настоящем споре, не свидетельствует о наличии в принятых судебных актах существенных нарушений норм материального и (или) процессуального права, повлиявших на исход судебного разбирательства, или допущенной судебной ошибки.

Нормы материального права суды двух инстанций применили верно, выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам обособленного спора.

Материалы дела исследованы судами полно и всесторонне, содержащиеся в судебных актах выводы не противоречат установленным по спору фактическим обстоятельствам и имеющимся доказательствам. Оснований для отмены обжалованных судебных актов по приведенным в кассационной жалобе доводам не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебных актов, суд округа не установил.

Кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Руководствуясь статьями 286, 287 (пунктом 1 части 1) и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Волго-Вятского округа 

П О С Т А Н О В И Л :

определение Арбитражного суда Ярославской области от 16.05.2023 и постановление Второго арбитражного апелляционного суда от 07.09.2023 по делу № А82-18676/2020 оставить без изменения, кассационную жалобу финансового управляющего имуществом Талановой Марины Викторовны – Дашкина Наиля Расимовича – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном в статье 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

           Председательствующий

 

С.В. Ионычева

Судьи

Л.В. Кузнецова

В.А. Ногтева