ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-30131/2024

Дело № А40-6488/24

г. Москва

19 июня 2024 года

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Седова С.П., 

рассмотрев в порядке упрощенного производства апелляционную жалобу                                  

ООО «ИНМАРКО-ТРЕЙД» 

на решение Арбитражного суда города Москвы от 09.04.2024 года, 

принятое в порядке упрощенного производства по делу № А40-6488/24

по исковому заявлению ООО «ИНМАРКО-ТРЕЙД» 

к ИП ФИО1 о взыскании стоимости утраченного морозильного оборудования в размере 101 631,48 руб. по договору поставки ИТ\04- 6180 от 21.05.2013,

без вызова сторон,

У С Т А Н О В И Л:

ООО «ИНМАРКО-ТРЕЙД» (Истец) обратилось в суд с иском к ИП ФИО1 (Ответчик) о взыскании стоимости утраченного морозильного оборудования в размере 101 631,48 руб. по договору поставки ИТ\04- 6180 от 21.05.2013.

Решением, принятым 09.04.2024 года, в удовлетворении иска отказано. 

Истец, не согласившись с решением суда, обратился с апелляционной жалобой, в которой просит обжалуемое решение отменить, указывает, что по своей гражданско-правовой природе договор между истцом и ответчиком является смешанным, включая в себя элементы двух видов договоров - купли-продажи (в части реализации товара) и аренды (в части пользования переданным имуществом). Истец не направлял в адрес ответчика уведомления о расторжении договора поставки №ИТ/04-6180 от 21.05.2013г. и не получал от ответчика аналогичного уведомления. Считает, что по общему принципу стороны в любом случае должны исполнять свои обязанности в полном объеме, односторонний отказ от исполнения обязательств не допускается. Считает, что срок исковой давности не пропущен, что истец не обязан устанавливать местонахождение переданного ответчику оборудования, уведомлять ответчика о проведении какой-либо проверки наличия данного оборудования. Полагает, что обязательства трансформировались в денежные обязательства по оплате стоимости морозильного оборудования. 

Ответчик против удовлетворения апелляционной жалобы возражал, по основаниям, изложенным в отзыве. 

Информация о принятии апелляционной жалобы вместе с соответствующим файлом размещена в информационно-телекоммуникационной сети Интернет на сайте Девятого арбитражного апелляционного суда (www.9aas.arbitr.ru) и Картотеке арбитражных дел по веб-адресу: (www.//kad.arbitr.ru/) в соответствии положениями ч. 6 ст. 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Дело рассматривается в порядке упрощенного производства в соответствии со ст. 228, 2721, ч. 2 ст. 229 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации без вызова сторон, извещенных о рассмотрении дела надлежащим образом.

 Как следует из материалов дела, между истцом и ответчиком был заключен договор поставки ИТ\04-6180 от 21.05.2013, также истцом во временное пользование ответчика переданы морозильный прилавок с инвентарным номером 13235023, а так же иные комплектующие морозильного прилавка. По мнению истца, у ответчика возникла обязанность возместить убытки в заявленном размере 101 631,48 руб., поскольку оборудование не было возвращено владельцу. 

Как следует из материалов дела, стороны согласовали в договоре поставки   ИТ\04-6180 от 21.05.2013г., что поставщик (истец) обязуется поставить, а покупатель (ответчик) принять и оплатить товар в сроки, оговоренные условиями настоящего договора. Наименование, количество, ассортимент, цена и сумма поставки каждой партии товара указываются в товарных накладных, являющихся неотъемлемой частью настоящего договора.

            Согласно п.1 дополнительного соглашения к договору поставки, с целью увеличения объемов реализации товара, сохранности потребительских свойств и качества товара истец может предоставлять ответчику во временное пользование морозильные прилавки (далее оборудование) для хранения, экспозиции, продажи поставляемого им товара. Срок передачи оборудования согласовывается сторонами дополнительно устно или письменно.

  Согласно п.2 дополнительного соглашения к договору поставки адрес установки оборудования указывается в акте приема-передачи. Ответчик обязан обеспечить постоянное местонахождение переданного истцом оборудования по адресу, указанному в Акте приема-передачи, и вправе изменить адрес установки такого оборудования только на основании письменного согласования с истцом. Ответчик не вправе сдавать в субаренду, передавать в залог, продавать (дарить) или иным образом отчуждать полученное оборудование (п.3 дополнительного соглашения к   договору поставки).

Во исполнение указанного дополнительного соглашения к договору истец передал во временное пользование ответчику морозильный прилавок с инвентарным номером 13235023, а так же иные комплектующие морозильных прилавков. 

Данная передача была согласована сторонами в дополнительном соглашении, конкретные характеристики переданного оборудования отражены в акте приема-передачи № 911-18912 от 30.05.2013.

Как указал истец, при проверке характера договорных отношений истцом было установлено, что ответчик не осуществляет заказ продукции по месту установки морозильного оборудования длительное время, что делает нецелесообразным нахождение у него морозильного оборудования.

            30.03.2023г. ответчику было направлена требование-претензия с требованием произвести возврат переданного ему оборудования, либо, в случае его утраты (приведения в негодность) оплатить стоимость переданных морозильных камер с инв. № 13235023 в течении 15-ти календарных дней с момента её получения.

Возражая против исковых требований, ответчик заявил о пропуске истцом срока исковой давности, заявив, что фактическое действие договора прекращено 31.12.2013.

Суд первой инстанции с данной позицией согласился, посчитав, что истцом материалы проверки наличия или отсутствия оборудования в месте его нахождения в материалы дела не представлены, доказательств уведомления ответчика о проведении истцом такой проверки материалы дела также не содержат. Кроме того, суд первой инстанции признал обоснованным заявление ответчика о пропуске срока исковой давности.

  Суд апелляционной инстанции с выводами суда первой инстанции не соглашается, в связи со следующим. 

Так, толкование условий договора осуществляется с учетом цели договора и существа законодательного регулирования соответствующего вида обязательств (пункт 43 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 N 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора»).

При толковании условий договора в силу абзаца первого статьи 431 Гражданского кодекса Российской Федерации судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений (буквальное толкование). Такое значение определяется с учетом их общепринятого употребления любым участником гражданского оборота, действующим разумно и добросовестно (пункт 5 статьи 10, пункт 3 статьи 307 ГК РФ), если иное значение не следует из деловой практики сторон и иных обстоятельств дела.

Условия договора подлежат толкованию таким образом, чтобы не позволить какой-либо стороне договора извлекать преимущество из ее незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ). Толкование договора не должно приводить к такому пониманию условия договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь в виду.

В рассматриваемом случае в договоре № ИТ\04-6180 от 21.05.2013г. стороны согласовали, что поставщик обязуется поставить, а покупатель принять и оплатить товар (далее именуемый также - продукция) в сроки, оговоренные условиями настоящего договора. Наименование, количество, ассортимент, цена и сумма поставки каждой партии товара указываются в товарных накладных, являющихся неотъемлемой частью настоящего договора. Покупатель реализует поставляемый поставщиком товар в магазине либо иной торговой точке, расположенной по адресу, указанному сторонами в Приложении № 1, являющемся неотъемлемой частью настоящего договора.

В п. 5.16 договора стороны согласовали, что в целях обеспечения надлежащего качества товаров для последующей их реализации, в том числе с целью защиты прав потребителя, покупатель обязуется соблюдать условия по хранению продукции, в соответствии с п. 9.7.5 настоящего договора.

В п. 8.1 договора стороны согласовали, что договор вступает в силу со дня его подписания сторонами и заключен сроком до 31 декабря 2013г. Если ни одна из сторон не заявит о расторжении договора не менее чем за один месяц до истечения срока его действия, договор пролонгируется на следующий срок в один календарный год. Количество пролонгации не ограничивается.

          8.2.        договор может быть расторгнут: а) по соглашению сторон; б) в результате существенного нарушения одной из сторон своих обязательств по договору с уведомлением, направляемым другой стороной, за 7 календарных дней до даты расторжения договора; в)  в одностороннем порядке по инициативе поставщика с уведомлением покупателя за 7 календарных дней до даты расторжения договора; г) в одностороннем порядке по инициативе покупателя в соответствии с условиями п. 4.1. настоящего договора.

   Таким образом, стороны согласовали в договоре, что договор считается пролонгированным на тот же срок и на тех же условиях в случае, если ни одна из сторон не заявит о расторжении договора не менее чем за один месяц до истечения срока его действия, договор пролонгируется на следующий срок в один календарный год. Количество пролонгации не ограничивается. 

Вопреки выводу суда первой инстанции об отсутствии конклюдентных действий, условия, согласованные сторонами в пункте 8.1. договора не ограничивают возможность неоднократной пролонгации договора, что имеет место в рассматриваемом случае.  

Со стороны ответчика действий по возврату оборудования совершено не было, также отсутствуют доказательства того, что одна из сторон, письменно заявила об отказе от исполнения договора.

В данном случае истец правомерно исходил из того, что ответчик, пользуясь оборудованием в соответствии с условиями договора, не совершая действий по его возврату, не сообщая об утрате оборудования, как это предусмотрено в п. 11 дополнительного соглашения, все также исполняет обязательства, взятые на себя договором поставки с учетом условий о неограниченных пролонгациях договора. 

         В дополнительном соглашении к договору поставки стороны согласовали, что с  целью технического обеспечения продаж, сохранности потребительских свойств и качества товара поставщик может предоставлять покупателю во временное пользование морозильные прилавки (далее - имущество, оборудование) для хранения, экспозиции, продажи поставляемого по договору поставки товара. Покупатель обязуется возвратить оборудование в течение 3 (трех) календарных дней с даты окончания срока договора поставки или досрочного его расторжения. 

               В п. 11 дополнительного соглашения согласовано, что покупатель несет риск утраты, повреждения полученного оборудования. В случае утраты покупателем переданного ему оборудования, приведения его в состояние негодности для дальнейшей эксплуатации в соответствии с его назначением, а также во всех иных случаях невозврата оборудования, покупатель возмещает его залоговую стоимость.

             В п. 18 дополнительного соглашения согласовано, что соглашение является неотъемлемой частью договора поставки и действует в течение срокадействия договора поставки.

              В п. 5 стороны согласовали, что плата за пользование оборудованием, стоимость его содержания, ремонта, обслуживания, расходы по доставке включены в цену поставляемого товара.

В п. 9.3 договора стороны четко согласовали, что все изменения и дополнения к данному договору совершаются в письменной форме и должны быть подписаны обеими сторонами. 

   Из анализа условий договора поставки и дополнительного соглашения к нему следует, что по своей правовой природе договор является смешанным, поскольку стороны урегулировали и отношения сторон по поставке продукции (товара), и отношения аренды в части предоставленного ответчику оборудования.

Согласно статье 506 ГК РФ по договору поставки поставщик-продавец, осуществляющий предпринимательскую деятельность, обязуется передать в обусловленный срок или сроки производимые или закупаемые им товары покупателю для использования в предпринимательской деятельности или в иных целях, не связанных с личным, семейным, домашним и иным подобным использованием.

Согласно ст. 606 ГК РФ по договору аренды (имущественного найма) арендодатель (наймодатель) обязуется предоставить арендатору (нанимателю) имущество за плату во временное владение и пользование или во временное пользование. Плоды, продукция и доходы, полученные арендатором в результате использования арендованного имущества в соответствии с договором, являются его собственностью.

Оценивая правоотношения сторон, суд первой инстанции, применительно к правовой позиции, изложенной в постановлении Пленума ВС РФ 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора», пришел к выводу, что конклюдентных действий, как со стороны истца, так и со стороны ответчика не было, что позволяет говорить о фактическом прекращении действия договора и отсутствии его продления, пришел к выводу, что молчание не признается акцептом. 

В соответствии с ч. 1 ст. 431 Гражданского кодекса РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Согласно ч. 2 ст. 431 ГК РФ, если правила, содержащиеся в ч. 1 ст. 431 ГК РФ, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.

Согласно п. 43 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 N 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора» условия договора подлежат толкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в ст. 1 ГК РФ, другими положениями ГК РФ, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (ст. ст. 3, 422 ГК РФ). При толковании условий договора в силу ч. 1 ст. 431 ГК РФ судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений (буквальное толкование). Такое значение определяется с учетом их общепринятого употребления любым участником гражданского оборота, действующим разумно и добросовестно (п. 5 ст. 10, п. 3 ст. 307 ГК РФ), если иное значение не следует из деловой практики сторон и иных обстоятельств дела.

    В рассматриваемом случае условия заключенного между сторонами не содержат неясностей, поскольку очевидно, что волеизъявление сторон (ст. 8 договора) было направлено на пролонгацию договора на следующий срок в один календарный год, количество пролонгации не ограничено. 

             Передача оборудования была связана именно с заключенным договором поставки, о чем стороны указали в п. 18 дополнительного соглашения.

             В п. 9.3 договора стороны четко согласовали, что все изменения и дополнения к данному договору совершаются в письменной форме и должны быть подписаны обеими сторонами. 

              Доказательств того, что в п. 8.1, 8.2, а также в условия дополнительного соглашения (п. 18) сторонами были внесены изменения, не представлено. 

   С учетом условий заключенного договора, в котором четко согласовано, что договор, а, следовательно, и дополнительное соглашение, пролонгируются на следующий срок в один календарный год и количество пролонгации не ограничивается, а также с учетом того, что ответчик не совершил действий, предусмотренных п. 11 дополнительного соглашения, либо действий, предусмотренных в п. 9.3 договора, вывод о несовершении конклюдентных действий и фактическом прекращении договора, является ошибочным. 

   Более того, в правоприменительной практике сложился подход, при котором оценка наличия/отсутствия конклюдентных действий, как поведения, которое выражает согласие на заключение, изменение или расторжение договора, осуществляется в том случае, если имеется противоречие между поведением сторон и условиями договора, либо в отсутствие заключенного договора. 

  В рассматриваемом же случае такого противоречия нет, стороны однозначно согласовали условия договора в части неограниченной пролонгации, а также в части порядка расторжения договора. 

Таким образом, в рассматриваемом случае стороны при заключении договора определили срок его действия, указав в ст. 8, что договор пролонгируется на следующий срок в один календарный год и количество пролонгации не ограничивается. 

Кроме того, стороны в договоре согласовали условия, при которых договор может быть расторгнут (п. 8.2): а) по соглашению сторон; б) в результате существенного нарушения одной из сторон своих обязательств по договору с уведомлением, направляемым другой стороной, за 7 календарных дней до даты расторжения договора; в) в одностороннем порядке по инициативе поставщика с уведомлением покупателя за 7 календарных дней до даты расторжения договора; г) в одностороннем порядке по инициативе покупателя в соответствии с условиями п. 4.1. настоящего договора. 

Условия заключенного сторонами договора являются конкретными, не содержат неясностей, сторонами определена неограниченная пролонгация договора, дополнительного соглашения. 

В соответствии с ч. 1 ст. 523 Гражданского кодекса Российской Федерации односторонний отказ от исполнения договора поставки (полностью или частично) или одностороннее его изменение допускаются в случае существенного нарушения договора одной из сторон (абзац четвертый пункта 2 статьи 450).

Добросовестность участников гражданских правоотношений относится к основным началам гражданского законодательства, согласно ст. 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

Поставщик закономерно исходил из того, что ответчик, пользуясь его оборудованием, не сообщая об утрате оборудования, также  действует добросовестно, исходя из условий заключенного договора.  

Согласно пункту 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего недобросовестного поведения, слабая сторона договора вправе заявить о недопустимости применения несправедливых договорных условий на основании статьи 10 ГК РФ или о ничтожности таких условий по статье 169 ГК РФ.

Ответчик, заявляя о пропуске срока исковой давности, о том, что договор был прекращен 31.12.2013, поскольку фактически прекратились правоотношения по поставке товара, злоупотребляет правом. 

Действуя добросовестно и полагая, что договор является прекращенным с 31.12.2013, ответчик должен был совершить действия, которые предусмотрены в п. 8 дополнительного соглашения, то есть вернуть оборудование, однако не сделал этого.

Таким образом, вывод суда первой инстанции о том, что после 2013 г. ни со стороны истца, ни со стороны ответчика не было никаких конклюдентных действий, которые послужили бы основанием для пролонгирования договора, является неверным, поскольку действиями, выражающими согласие на согласованную пролонгацию договора, является поведение ответчика, который не совершил действий, предусмотренных в договоре и дополнительном соглашении по возврату оборудования, не сообщив о его утрате, из чего истец, не получая таких сообщений, правомерно рассчитывал на добросовестное поведение ответчика. 

При таких обстоятельствах договор является действующим, а вывод о пропуске срока исковой давности является ошибочным. 

         Согласно правовой позиции, изложенной в п. 63 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» по смыслу пункта 1 статьи 165.1 ГК РФ юридически значимое сообщение, адресованное гражданину, должно быть направлено по адресу его регистрации по месту жительства или пребывания либо по адресу, который гражданин указал сам (например, в тексте договора), либо его представителю (пункт 1 статьи 165.1 ГК РФ).

С учетом положения пункта 2 статьи 165.1 ГК РФ юридически значимое сообщение, адресованное гражданину, осуществляющему предпринимательскую деятельность в качестве индивидуального предпринимателя (далее - индивидуальный предприниматель), или юридическому лицу, направляется по адресу, указанному соответственно в едином государственном реестре индивидуальных предпринимателей или в едином государственном реестре юридических лиц либо по адресу, указанному самим индивидуальным предпринимателем или юридическим лицом.

При этом необходимо учитывать, что гражданин, индивидуальный предприниматель или юридическое лицо несут риск последствий неполучения юридически значимых сообщений, доставленных по адресам, перечисленным в абзацах первом и втором настоящего пункта, а также риск отсутствия по указанным адресам своего представителя. Гражданин, сообщивший кредиторам, а также другим лицам сведения об ином месте своего жительства, несет риск вызванных этим последствий (пункт 1 статьи 20 ГК РФ). Сообщения, доставленные по названным адресам, считаются полученными, даже если соответствующее лицо фактически не проживает (не находится) по указанному адресу.

В соответствии с пунктом 2 статьи 610 ГК РФ, если срок аренды в договоре не определен, договор аренды считается заключенным на неопределенный срок.

В этом случае каждая из сторон вправе в любое время отказаться от договора, предупредив об этом другую сторону за один месяц, а при аренде недвижимого имущества за три месяца. Законом или договором может быть установлен иной срок для предупреждения о прекращении договора аренды, заключенного на неопределенный срок.

В п. 7 дополнительного соглашения, стороны указали о праве поставщика потребовать возврата оборудования покупателя в любое время в течение срока действия договора поставки, уведомив покупателя письменно. Покупатель обязуется возвратить оборудование по истечении 15 (пятнадцати) календарных дней с даты получения уведомления от поставщика. 

С учетом п. 8.3. договора, стороны обязаны письменно известить друг друга об изменении своих юридических и фактических адресов, номеров телефона и факса, о смене единоличного исполнительного органа в течение 2-х дней со дня изменений.

Доказательств того, что ответчик известил истца о таких изменениях, в материалы дела не представлено, следовательно, суд апелляционной инстанции исходит из того, что истец направил претензию по надлежащему адресу. 

30.03.2023г. в адрес ответчика было направлено требование-претензия с требованием произвести возврат переданного ему оборудования, либо, в случае его утраты (приведения в негодность) оплатить стоимость переданных ему морозильных камер с инв.№ 13235023 в течении 15-ти календарных дней с момента её получения, однако эти обязательства не были исполнены ответчиком.

С официального сайта Почта России следует, что претензия была направлена 30.03.2023, однако вручена ответчику не была, истек срок хранения.

В место вручения отправление прибыло 04.04.2023, т.е. с этой даты ответчик должен был получить претензию, направленную в его адрес. 

При этом в договоре поставки стороны согласовали, что поставщик вправе потребовать возврата оборудования покупателем в любое время в течение срока действия договора поставки, уведомив покупателя письменно. Покупатель обязуется возвратить оборудование по истечении 15 (пятнадцати) календарных дней с даты получения уведомления от поставщика и обязуется возвратить оборудование в течение 3 (трех) календарных дней. 

С учетом согласованных сторонами условий, дата возврата оборудования (истечении 15 (пятнадцати) календарных дней с даты получения уведомления от поставщика и обязуется возвратить оборудование в течение 3 (трех) календарных дней), начинает течь с 24.04.2023. 

Вывод суда первой инстанции о том, что истец не предоставил в материалы дела материалы проверки наличия или отсутствия оборудования, доказательства уведомления ответчика о проведении такой проверки, не основаны на условиях согласованного договора и дополнительного соглашения. 

Согласно п. 11 дополнительного соглашения, в случае утраты оборудования возмещается залоговая стоимость  по курсу евро, определенной в акте приема - передачи в рублях в сумме, эквивалентной сумме, определенной в акте приема-передачи по курсу ЦБ РФ на день оплаты.   

В соответствии с разъяснением, содержащимся абзаце 3 пункта 27 и абзаце 2 пункта 31 постановления Пленум Верховного Суда Российской Федерации от 22.11.2016 № 54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении», с учетом содержания дополнительного соглашения к договору в соответствии с пунктом 2 статьи 317 Гражданского кодекса Российской Федерации подлежащая уплате в российских рублях сумма определяется по официальному курсу соответствующей валюты или условных денежных единиц на день платежа.

Как указано в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2018) (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 14.11.2018 в ред. от 26.12.2018) при определении дня платежа и, соответственно, курса валюты следует иметь в виду, что согласно ст. 309 названного кодекса обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями.

Вызванные просрочкой исполнения обязательств, в том числе обусловленные изменением в этот период курса валют, должны быть отнесены на сторону, допустившую такую просрочку, а день платежа должен определяться исходя из условий договора при надлежащем исполнении его стороной, являющейся кредитором в таком денежном обязательстве.

Не получив надлежащего исполнения ответчиком обязательства, истец произвел расчет на день обращения в суд за защитой своего права - 16.01.2024 с учетом курса евро, установленного Центральным банком Российской Федерации на заданную дату (96,06 руб.), и просил взыскать 101.631 руб. 48 коп. 

Принимая во внимание изложенное, у суда первой инстанции не имелось оснований для принятия решения об отказе в иске.  

Поскольку размер госпошлины, уплаченной истцом при подаче иска, составляет 4049 руб., а оплачено им 5 000 руб., 951 руб. подлежит возврату из федерального бюджета. 

        На основании изложенного и руководствуясь статьями 266, 268, 269, 271, 2721 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Девятый арбитражный апелляционный суд,

П О С Т А Н О В И Л:

решение Арбитражного суда города Москвы от 09.04.2024 года по делу №  А40-6488/24 отменить.

Исковые требования  удовлетворить. 

Взыскать с ИП ФИО1 (ОГРНИП: 

<

***>) в пользу ОБЩЕСТВА С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТИЬЮ «ИНМАРКО-ТРЕЙД» (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>) 101 631 руб. (сто одна тысяча шестьсот тридцать один) руб. 48 коп., расходы по оплате госпошлин в размере 7 049 (семь тысяч сорок девять) руб.

Возвратить ООО «ИНМАРКО-ТРЕЙД» из федерального бюджета излишне оплаченную госпошлину по платежному поручению от 21.12.2023 № 25425 в размере 951 (девятьсот пятьдесят один) руб. 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа по основаниям, предусмотренным частью 3 статьи 288.2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

 

Председательствующий судья:                                                                            С.П. Седов