АРБИТРАЖНЫЙ СУД ИРКУТСКОЙ ОБЛАСТИ

Бульвар Гагарина, 70, Иркутск, 664025, тел. (3952)24-12-96; факс (3952) 24-15-99

дополнительное здание суда: ул. Дзержинского, 36А, Иркутск, 664011,

тел. (3952) 261-709; факс: (3952) 261-761

http://www.irkutsk.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

Р Е Ш Е Н И Е

Дело  № А19-25897/2019

г. Иркутск

29 декабря 2020 года

Резолютивная часть решения объявлена в судебном заседании 22 декабря 2020 года. Решение в полном объеме изготовлено 29 декабря 2020 года. 

Арбитражный суд Иркутской области в составе судьи Курца Н.А., 

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Козодой К.С. с использованием средств аудиозаписи, рассмотрев в судебном заседании дело по исковому заявлению муниципального казенного учреждения «Администрация Чунского муниципального образования» (ОГРН 1053815025505, ИНН 3815009642, адрес: 665513, Иркутская область, Чунский район, р.п. Чунский, ул. Комарова, д. 13)

к обществу с ограниченной ответственностью «Забайкальский институт территориального планирования» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, адрес: 664025, 

<

...>)

о признании муниципального контракта расторгнутым, взыскании 1 710 965 рублей 75 копеек, 

при участии в судебном заседании:

от истца: ФИО1 - представитель по доверенности от 30.10.2020,  

установил:

муниципальное казенное учреждение «Администрация Чунского муниципального образования» (далее – истец, Администрация) обратилось в арбитражный суд с исковым заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), к обществу с ограниченной ответственностью «Забайкальский институт территориального планирования» (далее – ответчик, ООО «ЗИТП») о признании муниципального контракта № 31 от 09.08.2018 на разработку проектной и сметной документации на реконструкцию стадиона «Юность» расторгнутым и взыскании денежных средств в размере 1 710 965 рублей 75 копеек, из них: неосновательное обогащение (неосвоенный аванс по контракту) в сумме 1 483 281 рубля 20 копеек, пени в сумме 179 684 рублей 55 копеек, штраф в сумме 48 000 рублей.

Истец в судебном заседании поддержал ранее заявленное ходатайство об отказе от иска в части требования о признании муниципального контракта расторгнутым, в оставшейся части на удовлетворении исковых требований настаивал, ссылаясь на нарушение ответчиком сроков выполнения проектных работ, некачественность разработанной им проектной документации и отсутствие её потребительской ценности для заказчика.

Ответчик возражал против удовлетворения иска, в представленном ранее отзыве указал, что разработанная им проектная документация соответствует требованиям муниципального контракта и иным обязательным требованиям, предусмотренным законодательством, выявленные замечания к документации являются незначительными и устранимыми. Кроме того, указал, что получение положительного заключения государственной экспертизы в принципе не являлось возможным по причине отсутствия указания на санитарно-защитную зону Чунского ЛПХ, в которую попадает проектируемый объект.

Рассмотрев вопрос о принятии отказа от иска в части требования о признании муниципального контракта № 31 от 09.08.2018 на разработку проектной и сметной документации на реконструкцию стадиона «Юность» расторгнутым, суд пришел к следующим выводам.

В силу частей 2, 5 АПК РФ истец вправе до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу в арбитражном суде первой инстанции или в арбитражном суде апелляционной инстанции, отказаться от иска полностью или частично. Арбитражный суд не принимает отказ истца от иска, уменьшение им размера исковых требований, признание ответчиком иска, не утверждает мировое соглашение сторон, если это противоречит закону или нарушает права других лиц. В этих случаях суд рассматривает дело по существу.

Заявленный Администрацией частичный отказ от иска не противоречит закону и не нарушает прав иных лиц, в связи с чем принимается арбитражным судом. 

Согласно пункту 4 части 1 статьи 150 АПК РФ арбитражный суд прекращает производство по делу, если установит, что истец отказался от иска и отказ принят арбитражным судом.

В связи с изложенным производство по делу в части требования о признании муниципального контракта № 31 от 09.08.2018 расторгнутым подлежит прекращению судом на основании пункта 4 части 1 статьи 150 АПК РФ.

Исследовав имеющиеся по делу доказательства, заслушав пояснения сторон, суд установил следующее.

Между Администрацией (заказчиком) и ООО «ЗИТП» (подрядчиком) заключен муниципальный контракт № 31 от 09.08.2018 (далее – Контракт), по условиям которого заказчик поручает, а подрядчик принимает на себя обязательство по выполнению работ на разработку проектной и сметной документации  на реконструкцию стадиона «Юность», результатом которых является создание проектной документации с результатами инженерных изысканий (при наличии положительного заключения экспертизы проектной документации) (пункт 1.1) (т. 1 л.д. 13-28). 

Согласно пункту 1.2 Контракта подрядчику обязуется выполнить работы, указанные в пункте 1.1 Контракта, в соответствии с условиями Контракта, задагнием на разработку проектной документации (приложение № 1), сводным расчетом стоимости (приложением № 2), графиком выполнения работ (приложение № 3), являющимися неотъемлемой часть Контракта.

В соответствии с пунктами 2.1, 2.2 Контракта цена контракта является твердой, определяется на весь срок исполнения Контракта и составляет 1 600 000 рублей, НДС не предусмотрен.

Срок выполнения работ определён пунктом 3.1. Контракта: с момента заключения контракта до передачи проектной документации с положительным заключением государственной экспертизы, но не позднее 14.12.2018 в соответствии с графиком выполнения работ (приложение № 3).

Графиком выполнения работ предусмотрено, что работы по этапам 1-3 (выполнение изысканий) выполняются в срок до 13.09.2018, работы по этапам 4-19 (разработка разделов проектной документации и сметной документации) – в срок до 30.09.2018, этап 20 (сопровождение разработанной документации в экспертизе до получения положительного заключения) – в срок до 14.12.2018.

Пунктом 4.3 Контракта стороны предусмотрели порядок передачи разработанной подрядчиком проектной документации заказчику.

В рамках исполнения договора между сторонами подписаны акты сдачи-приемки выполненных работ: № 1 от 12.09.2018 на сумму 79 413 рублей (1 этап), № 2 от 12.09.2018 на сумму 241 257 рублей (2 этап), № 3 от 12.09.2018 на сумму 218 250 рублей (3 этап), № 4 от 06.12.2018 на сумму 23 343 рубля (4 этап), № 5 от 30.09.2018 на сумму 235 559 рублей (5 этап), № 6 от 30.09.2018 на сумму 199 483 рубля (6 этап), № 7 от 06.12.2018 на сумму 46 687 рублей 52 копейки (7 этап), № 8 от 06.12.2018 на сумму 61 542 рубля 64 копейки (8 этап), № 9 от 06.12.2018 на сумму 36 076 рублей 72 копейки (9 этап), № 10 от 06.12.2018 на сумму 36 076 рублей 72 копейки (10 этап), № 11 от 06.12.2018 на сумму 140 062 рубля 56 копеек (11 этап), № 12 от 06.12.2018 на сумму 31 832 рубля 40 копеек (12 этап), № 13 от 06.12.2018 на сумму 25 465 рублей 92 копейки (13 этап), № 15 от 06.12.2018 на сумму 50 931 рубль 84 копейки (15 этап), № 16 от 06.12.2018 на сумму 27 588 рублей 08 копеек (16 этап), № 17 от 06.12.2018 на сумму 21 221 рубль 60 копеек (17 этап), № 19 от 06.12.2018 на сумму 8 488 рублей 64 копейки (18 этап) (т. 1 л.д. 29-45).

Ответчик передал истцу разработанную им проектную документация по этапам №№ 4-18 по накладным №№ 4-18 от 06.12.2018 (т. 5 л.д. 13-26).

Истец произвел частичную оплату выполненных ответчиком работ на основании двусторонне подписанных актов сдачи-приемки в общей сумме 1 483 281 рубль 20 копеек платежными поручениями №№ 343571-343573 от 26.09.2018, №№ 834301, 834313 от 09.11.2018, №№ 368719-368732 от 14.12.2018, № 480602 от 12.12.2018, №№ 350558, 350559 от 20.05.2019 (т. 1 л.д. 46-65).

Истец решением от 31.07.2019 отказался от исполнения Контракта в одностороннем порядке в связи с нарушением срока выполнения работ. Указанное решение направлено ответчику посредством электронной почты и получено им 08.08.2019.

Ответчиком 20.08.2019 получено отрицательное заключение государственной экспертизы проектной документации и результатов инженерных изысканий по объекту «Реконструкция стадиона «Юность» (т. 2 л.д. 56-109).

Истцом в адрес ответчика направлена претензия от 19.09.2019 № 4510 о возвращении ранее перечисленной предоплаты по контракту, а также об оплате предусмотренной контрактом неустойки. 

Авансовый платеж истцу возвращен не был, что послужило основанием для обращения истца в суд с иском о принудительном взыскании суммы авансового платежа, пени и штрафа, начисленных на основании Контракта.

Оценив представленные доказательства каждое в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ, суд пришел к следующим выводам.

Проанализировав условия представленного муниципального контракта № 31 от 09.08.2018, суд считает, что по своей правовой природе указанный договор является договором на выполнение проектных и изыскательских работ, заключенным в форме муниципального контракта.

Следовательно, правоотношения сторон в рассматриваемом случае регулируются положениями параграфов 1, 4, 5 главы 37 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), а также нормами Федерального закона от 05 апреля 2013 года № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее – Закон о контрактной системе).

Согласно статье 763 ГК РФ проектные и изыскательские работы, предназначенные для удовлетворения государственных или муниципальных нужд, осуществляются на основе государственного или муниципального контракта на выполнение подрядных работ для государственных или муниципальных нужд.

По государственному или муниципальному контракту на выполнение подрядных работ для государственных или муниципальных нужд подрядчик обязуется выполнить строительные, проектные и другие связанные со строительством и ремонтом объектов производственного и непроизводственного характера работы и передать их государственному или муниципальному заказчику, а государственный или муниципальный заказчик обязуется принять выполненные работы и оплатить их или обеспечить их оплату.

В соответствии со  статьей 758 ГК РФ по договору подряда на выполнение проектных и изыскательских работ подрядчик (проектировщик, изыскатель) обязуется по заданию заказчика разработать техническую документацию и (или) выполнить изыскательские работы, а заказчик обязуется принять и оплатить их результат.

По пункту 2 статьи 702 ГК РФ к отдельным видам договора подряда (бытовой подряд, строительный подряд, подряд на выполнение проектных и изыскательских работ, подрядные работы для государственных нужд) положения, предусмотренные настоящим параграфом, применяются, если иное не установлено правилами Гражданского кодекса об этих видах договоров.

Пунктом 1 статьи 708 ГК РФ установлено, что в договоре подряда указываются начальный и конечный сроки выполнения работы. По согласованию между сторонами в договоре могут быть предусмотрены также сроки завершения отдельных этапов работы (промежуточные сроки).

Кроме того, в силу пункта 1 статьи 766 ГК РФ государственный или муниципальный контракт должен содержать условия об объеме и о стоимости подлежащей выполнению работы, сроках ее начала и окончания, размере и порядке финансирования и оплаты работ, способах обеспечения исполнения обязательств сторон.

Согласно пункту 1 статьи 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. 

Оценив условия муниципального контракта № 31 от 09.08.2018, суд пришел к выводу о согласовании сторонами его существенных условий:

- предмет договора, объем работы согласованы сторонами в пунктах 1.1, 1.2 Контракта и приложении № 1 к Контракту (техническом задании),

- стоимость контракта, размер и порядок финансирования и оплаты работ установлены в разделе 2 Контракта и приложении № 2 к нему (сводном расчете стоимости),

- сроки выполнения работ установлены в пункте 3.1 Контракта и приложении № 3 к нему (графике выполнения работ),

- способы обеспечения исполнения обязательств сторон предусмотрены разделом 7 Контракта.

При таких обстоятельствах суд считает муниципальный контракт № 31 от 09.08.2018 заключенным, порождающим права и обязанности сторон. 

Из материалов дела следует, что контракт исполнялся сторонами, спорная проектная документация и результаты изысканий передавались подрядчиком заказчику и приняты последним без замечаний и возражений, в свою очередь заказчик производил оплату выполненных работ на основании подписанных сторонами актов сдачи-приемки.

Вместе с тем условия Договора в полном объеме ООО «ЗИТП» не выполнены, заказанная проектная документация в полном объеме, включая положительное заключение государственной экспертизы, не разработана и не передана Администрации, что не оспаривается сторонами.

Кроме того, означенный результат работ направлен самим ответчиком в ГАУИО «Ирэкспертиза» для прохождения государственной экспертизы, по результатам которой получено отрицательное заключение.

Ввиду несоблюдения подрядчиком срока выполнения работ по разработке документации (до 12.12.2018) Администрация 31.07.2019 уведомила ООО «ЗИТП» об одностороннем отказе от исполнения Контракта. 

В силу статьи 450.1 ГК РФ предоставленное ГК РФ, другими законами, иными правовыми актами или договором право на односторонний отказ от договора (исполнения договора) (статья 310) может быть осуществлено управомоченной стороной путем уведомления другой стороны об отказе от договора (исполнения договора). Договор прекращается с момента получения данного уведомления, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором. 

В случае одностороннего отказа от договора (исполнения договора) полностью или частично, если такой отказ допускается, договор считается расторгнутым или измененным.

Согласно части 9 статьи 95 Закона о контрактной системе заказчик вправе принять решение об одностороннем отказе от исполнения контракта по основаниям, предусмотренным Гражданским кодексом Российской Федерации для одностороннего отказа от исполнения отдельных видов обязательств, при условии, если это было предусмотрено контрактом.

Аналогичное условие предусмотрено пунктом 11.3 Контракта.

Согласно пункту 2 статьи 715 ГК РФ, если подрядчик не приступает своевременно к исполнению договора подряда или выполняет работу настолько медленно, что окончание ее к сроку становится явно невозможным, заказчик вправе отказаться от исполнения договора и потребовать возмещения убытков.

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Иркутской области от 17.02.2020 по делу № А19-24218/2019 преюдициально установлено обстоятельство о том, что решение об одностороннем отказе от исполнения контракта направлено в адрес ООО «ЗИТП» посредством электронной почты 31.07.2019 и получено последним 08.08.2019.

Согласно части 13 статьи 95 Закона о контрактной системе, решение заказчика об одностороннем отказе от исполнения контракта вступает в силу и контракт считается расторгнутым через десять дней с даты надлежащего уведомления заказчиком поставщика (подрядчика, исполнителя) об одностороннем отказе от исполнения контракта.

Таким образом, решение заказчика об одностороннем отказе от исполнения контракта вступило в силу, и контракт считается расторгнутым с 18.08.2019 (стр. 9 решения суда).

Ответчиком 07.08.2019 посредством почтовой связи направлялись недостающие разделы проектной документации по 14 и 19 этапам, в связи с чем ответчик просил отменить не вступившее в законную силу решение заказчика об одностороннем отказе от исполнения контракта в порядке части 15 статьи 95 Закона о контрактной системе (т. 2 л.д. 154-169).

Вместе с тем на указанное письмо Администрацией дан мотивированный отказ от приемки выполненных работ по этапам 14, 19 в связи с выявленными в ходе проведения государственной экспертизы проектной документации замечаниями и недостоверностью сметной документации с учетом данных замечаний.

Данный мотивированный отказ ответчиком не оспаривался, доводы, по которым заказчик отказал в приемке выполненных работ нашли впоследствии свое подтверждение как в отрицательном заключении государственной экспертизы проектной документации и результатов инженерных изысканий, так и в ходе судебного разбирательства.

Кроме того, на момент направления подрядчиком указанных разделов проектной документации, равно как и на момент вступления в силу решения об одностороннем отказе от исполнения контракта подрядчиком не было получено положительное заключение государственной экспертизы проектной документации, что также является неотъемлемой частью результата работ по Контракту.

В связи с изложенным суд не квалифицирует означенные действия ООО «ЗИТП» как основание для отмены не вступившего в законную силу решения заказчика об одностороннем отказе от исполнения контракта в порядке части 15 статьи 95 Закона о контрактной системе.

ООО «ЗИТП», оспаривая факт невыполнения контрактных обязательств, указало на то, что не может считаться нарушившим его условия ввиду недостоверных исходных данных, переданных Администрацией, а именно: отсутствием в градостроительном плане земельного участка указания на санитарно-защитную зону АО «Чунский ЛПК».

Указанный довод судом отклоняется ввиду следующего. 

Согласно пункту 8 технического задания (приложения № 1 к Контракту) в состав исходно-разрешительной документации, предоставляемой заказчиком, входят: свидетельство о государственной регистрации права собственности, кадастровые планы земельных участков, утвержденный градостроительный план земельного участка, предоставленного для размещения объекта.

Первоначально означенные исходные данные переданы заказчиком подрядчику в ответ на его запрос от 06.08.2018 № 123 (т. 2 л.д. 109, 112-120), что сторонами не оспаривается. Кроме того, указанные данные повторно представлены истцом ответчику на его запрос 29.04.2019 (т. 2 л.д. 139-153).

Вместе с тем ответчик письмом от 09.08.2019 № 57 (т. 2 л.д. 110) сообщил истцу, что представленный ранее градостроительный план не содержит информацию о наличии санитарно-защитной зоны Чунского лесозаготовительного комбината, о чем указано в справках государственной экспертизы Иркутской области, в связи с чем просил сообщить о дате представления корректного градостроительного плана.

Суд отмечает, что указанный запрос направлен подрядчиком спустя более чем полгода со дня окончания срока выполнения работ, установленного Контрактом (14.12.2018).

Вместе с тем в соответствии с условиями пунктов 5.4.2, 5.4.5 Контракта подрядчик обязан своевременно (в течение 3 рабочих дней) сообщать заказчику информацию об обстоятельствах, препятствующих выполнению работ. Письмом от 14.08.2019 № 3927 (т. 2 л.д. 137-138) Администрация указала, что запрос об актуальности санитарно-защитной зоны Чунского ЛПК должен был возникнуть у подрядчика на стадии разработки документации, т.е. еще в 2018 году либо во врем устранения замечаний экспертизы, полученных в мае 2019 года. Заявляя о недостатках исходных данных в августе 2019 года, т.е. после принятого решения об одностороннем отказе от исполнения контракта, подрядчик, по мнению истца, поступил недобросовестно.

Суд отмечает, что в силу статьи 719 ГК РФ подрядчик вправе не приступать к работе, а начатую работу приостановить в случаях, когда нарушение заказчиком своих обязанностей по договору подряда, в частности непредоставление материала, оборудования, технической документации или подлежащей переработке (обработке) вещи, препятствует исполнению договора подрядчиком, а также при наличии обстоятельств, очевидно свидетельствующих о том, что исполнение указанных обязанностей не будет произведено в установленный срок.

Между тем из материалов дела следует и сторонами не оспаривается, что подрядчик, несмотря на заявленные им недостатки исходных данных, приступил к выполнению работ по контракту, выполнял их, получал от заказчика запрошенные документы и осуществлял приемку-сдачу части выполненных работ. Уведомлений о приостановлении выполнения работ на основании указанной статьи заказчиком подрядчику не направлялось. Между тем подрядчик обязан уведомить заказчика о том, что он приостанавливает работы вследствие неисполнения последним встречных обязательств по договору.

Ответчик, не имея возможности своевременно выполнить работы (по его утверждению) по вине истца, не приостановил работы по договору с уведомлением об этом последнего, вследствие чего он не вправе ссылаться на указанные обстоятельства (постановления Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 18.10.2017 по делу № А74-10258/2016, Арбитражного суда Дальневосточного округа от 23.09.2019 по делу № А51-25132/2018, Арбитражного суда Поволжского округа от 17.01.2017 по делу № А57-25227/2014).

Кроме того, в соответствии с пунктом 1 статьи 716 ГК РФ подрядчик обязан немедленно предупредить заказчика и до получения от него указаний приостановить работу при обнаружении: непригодности или недоброкачественности предоставленных заказчиком материала, оборудования, технической документации или переданной для переработки (обработки) вещи; возможных неблагоприятных для заказчика последствий выполнения его указаний о способе исполнения работы; иных не зависящих от подрядчика обстоятельств, которые грозят годности или прочности результатов выполняемой работы либо создают невозможность ее завершения в срок.

Подрядчик, не предупредивший заказчика об обстоятельствах, указанных в пункте 1 настоящей статьи, либо продолживший работу, не дожидаясь истечения указанного в договоре срока, а при его отсутствии разумного срока для ответа на предупреждение или несмотря на своевременное указание заказчика о прекращении работы, не вправе при предъявлении к нему или им к заказчику соответствующих требований ссылаться на указанные обстоятельства (пункт 2 статьи 716 ГК РФ).

Означенных действий истцом не выполнено, доказательства, подтверждающие неполучение от заказчика каких-либо ранее запрошенных документов, необходимых для выполнения спорных работ, а равно уведомлений о приостановлении выполнения работ по контракту в связи с невозможностью их завершения в установленный контрактом срок, истцом также в материалы дела не представлено.

ООО «ЗИТП» не представлено доказательств уведомления заказчика о наличии обстоятельств, которые, помешают исполнению обязательств по контракту.

Проявляя должную степень заботливости и осмотрительности, истец должен был в порядке статьи 716 ГК РФ приостановить выполнение работ и затребовать разъяснений о возможности выполнения оставшейся части работ либо запросить у заказчика документацию, необходимую для выполнения работ по договору, однако указанных действий не совершил.

Таким образом, применительно к положениям пункта 2 статьи 716 ГК РФ, ответчик не вправе утверждать, что его вины в невыполнении работ по контракту в предусмотренный срок не имеется. 

Кроме того, как пояснено самими сторонами в ходе судебного разбирательства, санитарно-защитная зона Чунского ЛПК снята 30.01.2020, что, по мнению суда, дополнительно свидетельствует о возможности выполнения работ по Контракту в установленные сроки при проявлении подрядчиком должной степени заботливости и осмотрительности.

Направление подрядчиком предложений о внесении изменений в градостроительную документацию на основании заключения кадастрового инженера от 21.08.2019 № 310, письмо негосударственной экспертной организации ЗАО «ПРИНЦЭПС» от 26.11.2019 № 120 (т. 2 л.д. 121-131) не свидетельствуют о надлежащем исполнении своих обязательств ООО «ЗИТП», поскольку означенные уведомления направлены Администрации после окончания срока выполнения работ и уже после вступления в силу решения заказчика об одностороннем отказе от исполнения Контракта.

Кроме того, при выявлении данных обстоятельств подрядчик обязан был приостановить выполнения работ по Контракту в силу прямого указания пункта 1 статьи 716 ГК РФ, чего им сделано не было.

Довод ответчика о несвоевременном представлении иных исходных данных также не подтверждается материалами дела, поскольку сдача-приемка ответчиком разработанной документации в сентябре-декабре 2018 года сама по себе означает надлежащее исполнение истцом своего встречного обязательства, без которого у подрядчика отсутствовала возможность приступить к выполнения спорных работ.

Кроме того, ООО «ЗИТП» направило разработанную проектную документацию и результаты инженерных изысканий в ГАУИО «Ирэкспертиза» 27.12.2018 (т. 2 л.д. 42-48), что также свидетельствует о полноте выполнения работ, по мнению подрядчика.

В связи с изложенным довод ООО «ЗИТП» о просрочке предоставления исходных данных и об их неполноте со ссылкой на положения пункта 3 статьи 405, пункта 1 статьи 406 ГК РФ не является обоснованным и подлежит отклонению.

В силу статьи 708 ГК РФ подрядчик несет ответственность за нарушение как начального и конечного, так и промежуточных сроков выполнения работы. Указанные в пункте 2 статьи 405 настоящего Кодекса последствия просрочки исполнения наступают при нарушении конечного срока выполнения работы, а также иных установленных договором подряда сроков.

Согласно пунктам 2, 3 статьи 715 ГК РФ если подрядчик не приступает своевременно к исполнению договора подряда или выполняет работу настолько медленно, что окончание ее к сроку становится явно невозможным, заказчик вправе отказаться от исполнения договора и потребовать возмещения убытков.

Учитывая, что пунктом 3.1 Контракта предусмотрен конечный срок выполнения работ – до 14.12.2018, а также то обстоятельство, что к 31.07.2019 означенная документация в полном объеме подрядчиком не разработана и не передана заказчика вместе с положительным заключением государственной экспертизы, суд полагает, что у Администрации имелись основания для заявления одностороннего отказа от исполнения контракта. Обратного ответчиком не доказано.

Принимая во внимание вышеизложенное, учитывая наличие в материалах дела доказательств нарушения срока выполнения работ ответчиком и выполнение работ с нарушением условий Контракта, суд считает доказанным факт наличия обстоятельств для принятия истцом решения об одностороннем отказе от исполнения договора на основании статей 450.1, 715 ГК РФ.

В силу статьи 711, 762 ГК РФ оплате подлежат лишь работы, выполненные надлежащим образом. Согласно пункту 5 статьи 720 ГК РФ при возникновении между заказчиком и подрядчиком спора по поводу недостатков выполненной работы или их причин по требованию любой из сторон должна быть назначена экспертиза. Расходы на экспертизу, по общему правилу, несет подрядчик.

Отказ от исполнения договоров подряда заявлен Администрацией на основании пункта 2 статьи 715 ГК РФ, согласно которому заказчик вправе отказаться от исполнения договора, если подрядчик выполняет работу настолько медленно, что окончание ее к сроку становится явно невозможным. В этом случае подрядчик обязан возместить заказчику убытки. В то же время прекращение договора подряда не должно приводить и к неосновательному обогащению заказчика – к освобождению его от обязанности по оплате выполненных до прекращения договора работ, принятых заказчиком и представляющих для него потребительскую ценность (статья 1102 ГК РФ). Таким образом, прекращение договора подряда порождает необходимость соотнесения взаимных предоставлений сторон по этому договору и определения завершающей обязанности одной стороны в отношении другой.

Означенная позиция изложена в пункте 19 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2018).

Кроме того, суд считает необходимым отметить, что в соответствии с правовой позицией, изложенной в пункте 12 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24.01.2000 № 51 «Обзор практики разрешения споров по договору строительного подряда», наличие акта приемки работ, подписанного заказчиком, не лишает заказчика права представить суду возражения по нему

Таким образом, в предмет доказывания по настоящему делу входят обстоятельства объема, стоимости, качества фактически выполненных ответчиком работ по Контракту, а также потребительская ценность переданного заказчику результата выполненных работ, что и подлежит проверке.

В целях проверки качества выполненных субподрядчиком работ, их потребительской ценности для заказчика, по ходатайству ответчика назначена судебная техническая экспертиза по делу, проведение которой поручено эксперту ФИО2.

Определены объекты, подлежащие исследованию: 

- проектно-сметная документация на реконструкцию стадиона «Юность», разработанная ООО «ЗИТП» и переданная Администрации, на бумажном носителе и в электронном виде;

- проектно-сметная документация на реконструкцию стадиона «Юность», представленная ГАУИО «Ирэкспертиза» в электронном виде.

На разрешение эксперта поставлены следующие вопросы:

1) Соответствует ли проектно-сметная документация на реконструкцию стадиона «Юность», разработанная ООО «ЗИТП», условиям муниципального контракта № 31 от 09.08.2018 и действующим нормативно-техническим документам?

2) Какова стоимость фактически качественно выполненных ООО «ЗИТП» работ по разработке проектно-сметной документации на реконструкцию стадиона «Юность» исходя из условий муниципального контракта № 31 от 09.08.2018?

3) Возможно ли получение положительного заключения государственной экспертизы проектной документации, изготовленной по муниципальному контракту № 31 от 09.08.2018 с учетом представленной заказчиком в соответствии с п. 8 технического задания исходно-разрешительной документации? Мог ли проектировщик приступить к разработке проектно-сметной документации при отсутствии утвержденного проекта санитарно-защитной зоны ОАО «Чунский ЛПК»?

4) Имеет ли проектно-сметная документация на реконструкцию стадиона «Юность», разработанная ООО «ЗИТП» и переданная Администрации, потребительскую ценность для заказчика и в каком объеме? Имеются ли замечания к указанной проектно-сметной документации, которые при устранении могут повлиять на уже разработанные проектные решения? Какова действительная стоимость разработки документации, имеющей потребительскую ценность для заказчика?

По результатам проведения экспертизы в материалы дела представлено экспертное заключение (т. 5 л.д. 75-226), которым установлено следующее.

На первый вопрос суда: дан ответ, что проектно-сметная документация на реконструкцию стадиона «Юность», разработанная ООО «ЗИТП» не соответствует условиям муниципального контракта № 31 от 09.08.2018 и действующим нормативно-техническим документам. Проектно-сметная документация получила отрицательное заключение государственной экспертизы ГАУИО «Ирэкспертиза», что не соответствует пункту 1.1 Контракта.

Кроме того, проектно-сметная документация не соответствует действующим нормативно-техническим документам. Проведя анализ документации экспертом выявлено более 60 замечаний по следующим разделам документации: инженерно-геодезические изыскания, инженерно-геологические изыскания,  инженерно-экологические изыскания, схема планировочной организации земельного участка, архитектурные решения, конструктивные и объемно-планировочные решения, система водоснабжения, система водоотведения, проект организации строительства, перечень мероприятий по охране окружающей среды, мероприятия по обеспечению доступа инвалидов, требования к обеспечению безопасной эксплуатации объектов капитального строительства, мероприятия по соответствию санитарно-эпидемиологической безопасности (т. 5 л.д. 189-197).

Отвечая на второй вопрос суда, эксперт указал, что стоимость фактически качественно выполненных ООО «ЗИТП» работ по разработке документации составила 223 887 рублей 88 копеек, исходя из стоимости каждого этапа работ, предусмотренного Контрактом, и отсутствия замечаний по разделам проектной документации: технологические решения, система электроснабжения, отопление, вентиляция и кондиционирования, сети связи, мероприятия по обеспечению пожарной безопасности, мероприятия по обеспечению соблюдения требований энергетической эффективности, пояснительная записка и смета на строительство.

Экспертом отмечено, что стоимость качественно разработанной документации рассчитана в отрыве от недоработанных разделов документации, однако её использование в отдельности от иных разделов, в т.ч. недоработанных невозможно, поскольку проектная документация оценивается либо как готовая и годная для применения в следующем цикле строительства, либо как отсутствующая.

По третьему вопросу эксперт пояснил, что получение положительного заключения государственной экспертизы проектной документации, изготовленной по муниципальному контракту № 31 от 09.08.2018 с учетом представленной заказчиком в соответствии с п. 8 технического задания исходно-разрешительной документации, возможно. Результат работы ответчика практически не применим для целей строительства объекта без устранения выявленных замечаний  и выполнения требований ГАУИО «Ирэкспертиза» по согласованию проекта санитарно-защитной зоны АО «Чунский ЛПК», что также требует переработки принятых проектных решений, поскольку их реализация в текущем виде может создать угрозу жизни и здоровья. Проектировщик мог приступить к разработке проектно-сметной документации при отсутствии утвержденного проекта санитарно-защитной зоны АО «Чунский ЛПК».

На четвертый вопрос экспертом дан ответ, что разработанная ООО «ЗИТП» и переданная Администрации проектно-сметная документация содержит недостатки, большинство из разделов проектной документации не завершено и не применимо к дальнейшему использованию, в связи с чем документация не имеет потребительской ценности до момента получения положительного заключения ГАУИО «Ирэкспертиза».

Имеются замечания, которые при устранении могут повлиять на уже разработанные проектные решения. Работы, выполненные ООО «ЗИТП» в рамках муниципального контракта № 31 от 09.08.2018, не являются окончательными, т.к. до разработки документации в соответствии с требованиями действующего законодательства и нормативно-технических документов и до получения положительного заключения государственной экспертизы документация имеет нулевую потребительскую ценности и применению не подлежит.

Кроме того, определением суда от 26.10.2020 в судебное заседание вызван эксперт ФИО2, которым даны ответы на вопросы суда и сторон. Ответы эксперта зафиксированы аудиозаписью судебного заседания 25.11.2020.

Так, экспертом указано, что им были исследованы все представленные судом документы, из чего и был сделан вывод, что наличие санитарно-защитной зоны ОАО «Чунский ЛПК» само по себе не являлось препятствием к началу выполнения работ. Разработанные проектировщиком отдельные раздела проектной документации, по которым не выявлено замечаний, сами по себе не представляют какой-либо потребительской ценности, поскольку примененные в них проектные решения подлежали бы изменению в случае внесения изменений в иные разделы документации, т.к. проектная документация является собой стройную систему, в которой каждые элементы взаимосвязаны. Кроме того, использование отдельных разделов документации иными проектировщиками также не представляется возможным, т.к. у каждого проектировщика имеется свое видение путей решения поставленных задач по проектированию и имеются собственные наработки в части разработки проекта.

Ответчик указал на множественность нарушений проведенного экспертом ФИО2 исследования, в подтверждение чего представил отзыв на экспертное заключение, выполненный директором ООО «Прайс Хаус ТВ’с» ФИО3 (т. 6 л.д. 9-20), а также рецензию на экспертное заключение, выполненную генеральным директором ООО «Перспектива+» ФИО4 (т. 6 л.д. 21-30).

Из отзыва ФИО5 усматривается, что, по мнению рецензента, экспертное исследование проведено неполно: не исследовано содержание представленных на экспертизу документов, не дана оценка достоверности и полноты информации, представленной в задании на проектирование; экспертом не устанавливалась возможность либо невозможность устранения выявленных замечаний к проектной документации; оценка качества исследованной документации дана на основе заключения государственной экспертизы и не отражает условий муниципального контракта; эксперт не вправе устанавливать рыночную стоимость выполненных ответчиком работ, а также допущены методические ошибки проведения оценочной экспертизы; ответы на вопросы суда №№ 3 и 4 противоречат друг другу.

Рассмотрев изложенные доводы, суд не находит  оснований для их учета в связи со следующим.

Возражения относительно неполноты экспертного исследования представленных документами и непроведения экспертом оценки достоверности данных технического задания опровергаются пояснениями эксперта ФИО2, данными в ходе судебного заседания 25.11.2020 и зафиксированными средствами аудиозаписи судебного заседания.

Кроме того, в том же судебном заседании эксперт ФИО2, отвечая на вопрос ответчика пояснил, что при исследовании качества проектной документации им учитывались все представленные судом документы, в том числе муниципальный контракт и заключение государственной экспертизы.

Относительно замечания, что экспертом не устанавливалась возможность либо невозможность устранения выявленных замечаний к проектной документации, суд отмечает, что данный вопрос не ставился перед экспертом, следовательно, его выяснения не является обязательным для настоящего дела, учитывая, что муниципальный контракт расторгнут, а заказчиком заявлено об отказе от принятия исполненного.

Относительно замечаний об отсутствии у эксперта права устанавливать рыночную стоимость выполненных ответчиком работ и методических ошибок проведения оценочной экспертизы, суд отмечает, что вопрос компетентности эксперта рассматривался при назначении экспертизы по делу, по результатам чего суд пришел к выводу о возможности назначения экспертизы эксперту ФИО2 Кроме того, назначенная экспертиза не является оценочной, в связи с чем возражения о несоблюдении методики оценочной экспертизы не принимаются судом.

Противоречий в ответах на вопросы суда №№ 3 и 4 судом не выявлено, поскольку в рамках ответа на вопрос № 3 необходимо было установить потенциальную возможность получения положительного заключения государственной экспертизы с учетом представленной заказчиком исходно-разрешительной документации. Тогда как в рамках ответа на вопрос № 4 требовалось определить потребительскую ценность фактически выполненных работ и их стоимость.

Из представленной ответчиком рецензии ФИО4, усматривается, что рецензент отмечает методическую невыстроенность выводов эксперта, малую насыщенность исследования содержательными элементами, несоблюдение методов исследования, недостаточную квалификацию эксперта ФИО2, малозначительность выявленных замечаний проектной документации, недостаточность исследования представленных судом документов, недостоверность и произвольность избранной методики расчета действительной стоимости выполненных работ, отсутствие объективности исследования.

Означенные доводы также не могут быть приняты судом в связи со следующим.

Доводы о неполноте проведенной экспертизы и неисследовании всех представленных судом документов опровергнут пояснениями самого эксперта, данными в ходе судебного заседания 25.11.2020.

Вопрос квалификации эксперта ФИО2 для проведения экспертизы по делу, как отмечено выше, разрешен судом при назначении экспертизы и выборе эксперта. Суд отмечает, что из представленной рецензии не усматривается, что рецензент обладает большей квалификацией чем назначенный судом эксперт, в частности в сфере ценообразования и сметного нормирования. В связи с чем к доводу о недостоверности избранной экспертом методики суд относится критически как к неподтвержденному.

Относительно довода о малозначительности выявленных замечаний проектной документации суд отмечает, что в задачу эксперта входила проверка качества всей выполненной проектной документации на соответствие условиям контаркта и обязательным нормам и правилам.

Довод об отсутствии объективности исследования также не находит своего подтверждения, поскольку экспертом проверена вся документация с учетом представленных судом документов и сделаны соответствующие выводы о её качестве и потребительской ценности.

Иные замечания рецензента о методической невыстроенности выводов, малой насыщенности исследования содержательными элементами, несоблюдении методов исследования носят, по существу, формальный характер и не влияют на достоверность проведенной экспертизы.

Отмеченные рецензентом недостатки исходных данных документально не подтверждены, равно как и не нашли своего подтверждения в ходе судебной экспертизы.

Учитывая пояснения эксперта, суд констатирует, что возражения ответчика в отношении экспертного заключения по делу необоснованны, не аргументированы, противоречат требованиям АПК РФ и носят формальный характер.

Кроме того, ответчиком заявлено ходатайство о назначении по делу повторной экспертизы.

Определением от 29.12.2020 в удовлетворении ходатайства о назначении по делу повторной экспертизы отказано.

Заявленные ответчиком доводы сами по себе не свидетельствуют о наличии в экспертном заключении противоречий, неясностей и не вызывают сомнений в его обоснованности. Заключение содержит ответы на поставленные вопросы, выполнено с достаточной степенью полноты и достоверности. 

Кроме того, суд отмечает, что эксперт ФИО2 в силу части 5 статьи 55 АПК РФ предупреждались об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного экспертного заключения, о чем свидетельствует имеющаяся в составе экспертного заключения подписка (т. 5 л.д. 76).

Доказательства, опровергающие выводы эксперта, суду и в материалы дела не представлены. При этом само по себе несогласие с экспертными заключениями в отсутствие надлежащих доказательств, опровергающих выводы эксперта, не свидетельствует о недостоверности экспертных заключений.

Истцом и ответчиком каких-либо возражений по выводам, сделанным экспертам в ходе производства экспертизы и дополнительных исследований, не заявлено.

Таким образом, оценив заключение судебной экспертизы, письменные пояснения к экспертному заключению, наряду с другими доказательствами по делу, суд считает их отвечающим критериям относимости, допустимости и достоверности.

Экспертному исследованию был подвергнут необходимый и достаточный материал, проведенное исследование, ход которого подробно указан в исследовательской части заключения, и методы, использованные при экспертном исследовании, а также сделанные на их основе выводы научно обоснованы и не противоречат другим исследованным по делу доказательствам.

Таким образом, экспертное заключение ФИО2, является достоверным и допустимым доказательством по делу.

Исследовав экспертное заключение и заслушав пояснения эксперта, суд пришел к выводу о том, что экспертом достоверно установлено несоответствие спорной проектной документации и результатов изысканий требованиям Контракта и общеустановленным нормам и правилам законодательства РФ в соответствующей сфере. 

При этом суд считает, что установленные судом недостатки документации в совокупности, а равно и каждый из выявленных недостатков в отдельности является необходимым и достаточным основанием для признания некачественным результата проектно-изыскательских работ, выполненных истцом

Суд отмечает, что выявленные экспертом ФИО2 недостатки проектной документации также подтверждаются иными доказательствами по делу, в частности отрицательным заключением ГАУИО «Ирэкспертиза» от 20.08.2019, а также письмами ГАУИО «Ирэкспертиза» с указанием отдельных недостатков разработанной ответчиком документации (т. 2 л.д. 56-67, т. 3 л.д. 51-57).

Сопоставив и оценив имеющиеся в материалах дела доказательства, суд пришел к выводу о том, что экспертным заключением и иными доказательствами по делу (перепиской сторон) подтверждено некачественное выполнение работ ООО «ЗИТП» по муниципальному контракту № 31 от 09.08.2018.

Доводы ответчика о невозможности выполнения спорных работ в соответствии с условиями Контракта по причине установления санитарно-защитной зоны АО «Чунский ЛПК» отклоняются судом по изложенным выше основаниям. Кроме того, результатами судебной экспертизы установлена возможность такого получения с учетом своевременного снятия данной санитарно-защитной зоны.

Суд отмечает, что и ГАУИО «Ирэкспертиза» и экспертом ФИО2 выявлено более 60 замечаний к практически всем разделам проектно-сметной документации, лишь 2 из которых касаются отсутствия указания на санитарно-защитную зону. В оставшейся части замечания никоим образом не связаны с санитарно-защитной зоной АО «Чунский ЛПК», в связи с чем ссылка на неё в обоснование некачественности выполненных работ не принимается судом.

Кроме того, вопреки доводам ответчика вступившими в законную силу судебными актами по делу № А19-24218/2019 не устанавливались обстоятельства невозможности выполнения работ по контракту. В рамках означенного дела судами проверялась лишь добросовестность подрядчика в целях решения вопроса о его включении (невключении) в реестр недобросовестных поставщиков.

Являясь субъектом профессиональной деятельности, ответчик был осведомлен об объемах и сроках выполнения работ. Принимая на себя обязательства, предусмотренные контрактом, ООО «ЗИТП», действующему разумно и добросовестно, следовало надлежащим образом оценить свои профессиональные возможности, необходимые для своевременного выполнения работ, а также учитывать предпринимательские риски в целях исполнения взятых на себя обязательств по контракту надлежащим образом и в разумные сроки.

Необходимо также отметить, что ссылаясь на невозможность выполнения спорных работ, ответчик тем не менее в письме от 07.08.2019 № 54 просил истца отменить решение об одностороннем отказе от исполнения контракта, указав, что положительное заключение государственной экспертизы будет получено ориентировочно 19.08.2019 (т. 2 л.д. 154). Подобное противоречивое поведение не соответствует требованиям добросовестности участников гражданского оборота.

Заявляя о просрочке кредитора при исполнении контрактного обязательства, истец не учитывает, что в соответствии с абзацем 3 пункта 1 статьи 406 ГК РФ кредитор не считается просрочившим в случае, если должник был не в состоянии исполнить обязательство, вне зависимости от того, что кредитором не были совершены действия, предусмотренные контрактом.

При этом доводы ответчика о том, что выявленные недостатки носят несущественный и устранимый характер, в настоящем случае не имеют правового значения, поскольку до отказа от спорного контракта они не были устранены ООО «ЗИТП», а ввиду его расторжения заказчик утратил интерес к исполнению обязательства.

Администрация в ходе судебного разбирательства также неоднократно указывала на то, что работы, выполненные истцом в представленной для приемки комплектации и содержании, не представляют для заказчика какой-либо ценности и не пригодны для непосредственного дальнейшего использования в целях выполнения работ по реконструкции стадиона «Юность».

Из пояснений сторон, экспертного заключения и пояснений эксперта следует, что разработанные ответчиком разделы проектно-сметной документации, даже не имеющие замечаний эксперта, сами по себе в отрыве от иных разделов не представляют потребительской ценности, поскольку подлежат изменению при корректировке иных разделов.

Доказательств использования Администрацией переданной ООО «ЗИТП» документации в материалы дела не представлена, ссылка на это безосновательна.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что проектно-сметная документация на реконструкцию стадиона «Юность», разработанная ООО «ЗИТП» и переданная Администрации, потребительскую ценность для неё не имеет. Обратного ответчиком не доказано.

Согласно пункту 1 статьи 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество  за счет другого лица, обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение).

Пункт 4 статьи 453 ГК РФ устанавливает, что стороны не вправе требовать возвращения того, что было исполнено ими по обязательству до момента изменения или расторжения договора, если иное не установлено законом или соглашением сторон.

В случае, когда до расторжения или изменения договора одна из сторон, получив от другой стороны исполнение обязательства по договору, не исполнила свое обязательство либо предоставила другой стороне неравноценное исполнение, к отношениям сторон применяются правила об обязательствах вследствие неосновательного обогащения (глава 60), если иное не предусмотрено законом или договором либо не вытекает из существа обязательства.

При расторжении договора сторона не лишена права истребовать ранее исполненное, если другая сторона неосновательно обогатилась.

Как установлено судом, договор расторгнут по требованию Администрации. До расторжения договора истец перечислил ответчику денежные средства в счет оплаты будущих выполненных работ, однако работы выполнены не были.

Положения пункта 4 статьи 453 ГК РФ и абзаца второго статьи 806 ГК РФ не исключают возможности истребовать в качестве неосновательного обогащения полученные до расторжения договора денежные средства, если встречное удовлетворение получившей их стороной не было предоставлено и обязанность его предоставить отпала.

При ином подходе на стороне ответчика имела бы место необоснованная выгода.

Основания для удержания перечисленных заказчиком денежных средств отпали при расторжении договора, поскольку в связи с этим прекратилась обязанность ответчику  по выполнению работ по спорному контракту. 

В данном случае получатель средств, уклоняясь от их возврата истцу несмотря на отпадение основания для удержания, должен рассматриваться как лицо, неосновательно удерживающее средства.

Данная правовая позиция отражена в Информационном письме Президиума ВАС РФ от 11.01.2000 № 49 «Обзор практики рассмотрения споров, связанных с применением норм о неосновательном обогащении»

С учетом установленных обстоятельств, свидетельствующих об отказе истца от исполнения Контракта, отсутствии потребительской ценности результата выполненных работ, суд пришел к выводу о доказанности неосновательного обогащения на стороне ООО «ЗИТП» в сумме неосвоенного аванса по Контракту - 1 483 281 рубль 20 копеек; в связи с чем суд считает заявленные требования о взыскании неосновательного обогащения подлежащими удовлетворению.

Администрация также просила взыскать с ООО «ЗИТП» пени за нарушение сроков выполнения работ по договору в сумме 179 684 рубля 55 копеек, из которых 61 382 рубля 98 копеек – за нарушение сроков выполнения работ по 1-3 этапам, 118 301 рубль 57 копеек – за нарушение сроков выполнения работ по 4-19 этапам.

В соответствии с частью 1 статьи 329 ГК РФ исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием имущества должника, поручительством, банковской гарантией, задатком и другими способами, предусмотренными законом или договором.   

В силу пункта 1 статьи 330 ГК РФ неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков. 

В соответствии с пунктом 8.3 Контракта в случае просрочки исполнения подрядчиком обязательства, предусмотренного контрактом, подрядчик оплачивает заказчику пеню. Пеня начисляется за каждый день просрочки исполнения обязательства, предусмотренного контрактом, начиная со дня, следующего после дня истечения установленного контрактом срока исполнения обязательства, и устанавливается контрактом в размере одной трехсотой действующей на дату уплаты пени ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации от цены контракта, уменьшенной на сумму, пропорциональную объему обязательств, предусмотренных контрактом и фактически исполненных подрядчиком.

Аналогичное условие о неустойке установлено частью 7 статьи 34 Закона о контрактной системе.

Судом установлено, что ответчик нарушил условия Контракта в части исполнения пункта 3.1., а также графика выполнения работ (приложения № 3), не предоставив надлежащим образом разработанную проектную документацию и результаты инженерных изысканий в установленный договором срок. 

Суд отмечает, что выявленная в ходе судебного разбирательства некачественность выполненной подрядчиком работы дезавуирует обстоятельства приемки части проектной документации в соответствии с актами сдачи-приемки №№ 1-18.

При таких обстоятельствах истец вправе требовать от ответчика уплаты пени за просрочку выполнения работ.

Истец начислил ответчику неустойку по договору в общей сумме 179 684 рубля 55 копеек, исходя из стоимости просроченных этапов: 538 920 рублей (1-3 этапы), 1 061 080 рублей (4-19 этапы); периода просрочки: 14.09.2018-25.11.2020 (1-3 этапы), 01.10.2018-25.11.2020 (4-19 этапы) и размера неустойки – 1/300 от ключевой ставки Банка России – 4,25%

Судом проверен расчет неустойки (т. 6 л.д. 3) и установлено, что истцом неправильно определен период просрочки исполнения обязательств.

Срок окончания 4-19 этапов по контракту – 30.09.2018 (график выполнения работ – приложение № 3 к Контракту).

В силу статьи 193 ГК если последний день срока приходится на нерабочий день, днем окончания срока считается ближайший следующий за ним рабочий день.

Поскольку 30.09.2018 является выходным днем (воскресенье), первый рабочий день – 01.10.2018, просрочка исполнения подрядчиком обязательств началась с 02.10.2018.

Кроме того, учитывая установленный судом факт прекращения действия Контракта ввиду одностороннего отказа заказчика от его исполнения с 18.08.2019, начисление неустойки после указанной даты неправомерно, так как после прекращения действия контракта у подрядчика прекращается и обязанность выполнения работ по контракту, следовательно, право заказчика на начисление неустойки за просрочку исполнения данной обязанности подрядчиком также прекращается.

Таким образом, правильным будет следующий расчет неустойки: 

- за просрочку выполнения работ по 1-3 этапам: за период с 14.09.2018 по 18.08.2019 (339 дней), неустойка составляет 538 920 рублей*4,25%*1/300*339 = 25 881 рубль 63 копейки;

- за просрочку выполнения работ по 4-19 этапам: за период с 02.10.2018 по 18.08.2019 (321 день), неустойка составляет 1 061 080 рублей*4,25%*1/300*321 = 48 252 рубля 61 копейка.

Общая сумма неустойки, таким образом, составляет 74 134 рубля 24 копейки.

Вместе с тем истцом также не учтено, что ответчик в добровольном порядке уплачивал пени за просрочку выполнения работ по Контракту, что подтверждается платежными поручениями № 111 от 09.11.2018, № 133 от 21.12.2018 (с учетом возврата денежных средств платежным поручением № 642251 от 28.12.2018), № 24 от 04.02.2019 (т. 1 л.д. 68, 72, 73, 77).

Общая сумма добровольно уплаченной ответчиком пени составила 13 564 рубля 58 копеек (6 103,86 + 11 167,33 – 5 063,47 + 1 356,86).

Следовательно, размер взыскиваемой истцом пени подлежит уменьшению на уже оплаченную ответчиком до момента подачи иска в суд.

Таким образом, правомерным будет являться требование о взыскании пени в сумме 60 569 рублей 66 копеек (74 134,24 – 13 564,58), в удовлетворении остальной части требований о взыскании пени надлежит отказать.

Кроме того, Администрация просила взыскать с ООО «ЗИТП» штраф за факт неисполнения ответчиком условия контракта в сумме 48 000 рублей.

Рассмотрев указанное требование, суд пришел к следующим выводам.

Согласно пункту 5.4.1 Контракта подрядчик обязан своевременно и надлежащим образом выполнить работы и представить заказчику отчетную документацию по итогам исполнения контракта.

Форма и порядок представления документации с учетом получения положительного заключения государственной экспертизы определены пунктом 4.3 Контракта.

Обязанность подрядчика передать проектную документацию в полном объеме при наличии положительного заключения государственной экспертизы предусмотрена и пунктами 1.1, 1.2 Контракта.

В соответствии с пунктом 8.4 Контракта за каждый факт неисполнения или ненадлежащего исполнения подрядчиком обязательств, предусмотренных контрактом, за исключением просрочки исполнения обязательств, предусмотренных контрактом, устанавливается штраф в размере 48 000 рублей.

Ранее судом установлено, что установленная Контрактом обязанность подрядчика по разработке и передаче проектной документации, соответствующей условиям контракта и получившей положительное заключение государственной экспертизы, не выполнена.

В пункте 36 Обзора судебной практики применения законодательства Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 28.06.2017) разъяснено, что пеня за просрочку исполнения обязательств по государственному (муниципальному) контракту подлежит начислению до момента прекращения договора в результате одностороннего отказа заказчика от его исполнения. Одновременно за факт неисполнения государственного (муниципального) контракта, послужившего основанием для одностороннего отказа от договора, может быть взыскан штраф в виде фиксированной суммы.

В рассматриваемом случае фактическое неисполнение обязательства не означает невозможность начисления пени за просрочку поставки, поскольку неисполнение поставщиком обязательств по поставке товара в установленный срок свидетельствует как о нарушении условий договора в целом (выполнение работ не осуществлено), так и о просрочке исполнения обязательства (нарушение срока выполнения работ), которая имела место с момента наступления срока выполнения работ до момента расторжения договора в связи с односторонним отказом заказчика от него.

Восстановительный характер гражданско-правовой ответственности предполагает, что кредитор будет поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы обязательство было исполнено надлежащим образом (пункт 2 статьи 393 ГК РФ).

При изложенных обстоятельствах, учитывая установленный факт неисполнения ответчика установленного контрактом обязательства по выполнению работ надлежащего качества и в полном объеме, суд приходит к выводу о правомерности взыскания штрафа в заявленном размере.

Согласно статье 333 ГК РФ если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку.

ООО «ЗИТП» ходатайства о снижении пени, штрафа не заявило, равно как не представило доказательств их несоразмерности последствиям нарушения обязательства. 

Поэтому у суда отсутствует право на уменьшение неустойки судом в рамках своих полномочий, так как это вступает в противоречие с принципом осуществления гражданских прав своей волей и в своем интересе (статья 1 ГК РФ), а также с принципом состязательности (статья 9 АПК РФ), что соответствует правовой позиции, изложенной  в Постановлении Президиума ВАС РФ от 13.01.2011 № 11680/10 по делу № А41-13284/09.

Принимая во внимание изложенное, арбитражный суд считает исковые требования истца о взыскании 1 710 965 рублей 75 копеек, подлежащими удовлетворению частично в размере 1 591 850 рублей 86 копеек, из которых: 1 483 281 рубль 20 копеек – неосновательное обогащение, 60 569 рублей 66 копеек – пени, 48 000 рублей – штраф. В удовлетворении оставшейся части иска суд отказывает.

Всем существенным доводам, пояснениям и возражениям сторон судом дана соответствующая оценка, что нашло отражение в данном решении; иные доводы и пояснения несущественны и на выводы суда не влияют.

При принятии решения арбитражный суд в силу положений части 2 статьи 168 АПК РФ решает вопросы о сохранении действия мер по обеспечению иска или об отмене обеспечения иска либо об обеспечении исполнения решения; при необходимости устанавливает порядок и срок исполнения решения; определяет дальнейшую судьбу вещественных доказательств, распределяет судебные расходы, а также решает иные вопросы, возникшие в ходе судебного разбирательства.

Как предусматривает статья 101 АПК РФ, судебные расходы состоят из  государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела арбитражным судом. К судебным издержкам относятся, в том числе, денежные суммы, подлежащие выплате экспертам (статья 106 АПК РФ). 

В соответствии с частями 1, 3 статьи 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны. Государственная пошлина, от уплаты которой в установленном порядке истец был освобожден, взыскивается с ответчика в доход федерального бюджета пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований, если ответчик не освобожден от уплаты государственной пошлины.

Администрация при обращении с иском в суд государственную пошлину не уплачивала, освобождена от её уплаты, так как является органом местного самоуправления.

Размер государственной пошлины, подлежащей уплате при цене иска - 1 710 965 рублей 75 копеек (с учетом уточнения), составляет 30 110 рублей

Исковые требования удовлетворены частично, в сумме 1 591 850 рублей 86 копеек, что составляет 93,04% от заявленных.

Принимая внимание вышеизложенное, государственная пошлина в сумме 28 014 рублей 34 копейки (30 110*93,04%) подлежит взысканию с ответчика в доход бюджета.

Кроме того, ООО «ЗИТП» понесены судебные расходы на оплату судебной экспертизы по делу в сумме 60 000 рублей.

В случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований (часть 1 статьи 110 АПК РФ).

При таких обстоятельствах судебные расходы ООО «ЗИТП» по оплате судебной экспертизы в сумме 4 176 рублей (60 000*6,96%) подлежат возмещению Администрацией, в оставшейся части расходы остаются на ответчике.

Руководствуясь пунктом 4 части 1 статьи 150, статьями 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

решил:

принять частичный отказ от иска;

производство по делу в части требований муниципального казенного учреждения «Администрация Чунского муниципального образования» к обществу с ограниченной ответственностью «Забайкальский институт территориального планирования» о признании муниципального контракта № 31 от 09.08.2018 расторгнутым – прекратить;

исковые требования удовлетворить частично;

взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Забайкальский институт территориального планирования» в пользу муниципального казенного учреждения «Администрация Чунского муниципального образования» 1 591 850 рублей 86 копеек, из них: 1 483 281 рубль 20 копеек – неосновательное обогащение, 60 569 рублей 66 копеек – пени, 48 000 рублей – штраф;

в удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Взыскать с муниципального казенного учреждения «Администрация Чунского муниципального образования» в пользу общества с ограниченной ответственностью «Забайкальский институт территориального планирования» 4 176 рублей – судебных расходов по оплате судебной экспертизы по делу.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Забайкальский институт территориального планирования» в доход федерального бюджета государственную пошлину в сумме 28 014 рублей 34 копейки.

Решение может быть обжаловано в Четвертый арбитражный апелляционный суд в течение месяца после его принятия через Арбитражный суд Иркутской области. 

Судья                                                                                                            Н.А. Курц