АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-3086/22 

Екатеринбург

23 июня 2022 г.

 

Дело № А60-30879/2021

Резолютивная часть постановления объявлена 20 июня 2022 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 23 июня 2022 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Сафроновой А.А.,

судей Громовой Л.В., Черемных Л.Н.,

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу акционерного общества «Облкоммунэнерго» на решение Арбитражного суда Свердловской области от 17.11.2021 по делу № А60-30879/2021 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.02.2022 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании принял участие представитель отрытого акционерного общества «Межрегиональная распределительная сетевая компания Урала»  – ФИО1 (доверенность от 01.01.2022                           № 17/2022).

Акционерное общество «Облкоммунэнерго» (далее – общество «Облкоммунэнерго», истец) обратилось в Арбитражный суд Свердловской области с исковым заявлением к отрытому акционерному обществу «Межрегиональная распределительная сетевая компания Урала» (далее – общество «МРСК Урала», ответчик) об урегулировании разногласий, возникших при заключении дополнительного соглашения от 10.03.2021 № 74 к договору оказания услуг по передаче электрической энергии и мощности от 30.07.2014 № 309-ПЭ, в следующей редакции: «Настоящее дополнительное соглашение вступает в силу с 01 февраля 2021 года».

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены: акционерное общество «Энергопромышленная компания», Региональная энергетическая комиссия Свердловской области.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 17.11.2021 в удовлетворении исковых требований общества «Облкоммунэнерго» отказано. Суд первой инстанции изложил пункт 4 дополнительного соглашения № 74 к договору оказания услуг по передаче электрической энергии и мощности от 30.07.2014 № 309-ПЭ в редакции протокола урегулирования разногласий от 12.05.2021, а именно: «Настоящее дополнительное соглашение вступает в силу с момента подписания его сторонами и распространяет своё действие на отношения сторон, возникшие с 01 февраля 2021 года. Обязанность заказчика по оплате услуг исполнителя при передаче электрической энергии по точкам отпуска (поставки), указанным в приложении № 2.1, № 2.2, № 2.3 к настоящему дополнительному соглашению, возникает с момента учета региональной энергетической комиссией Свердловской области объектов электросетевого хозяйства, указанных в пункте 1, в индивидуальных тарифах на услуги по передаче электрической энергии, утвержденных для взаиморасчетов между обществом «Облкоммунэнерго» и обществом «МРСК Урала».

В целях подтверждения обстоятельства учета объектов электросетевого хозяйства, указанных в пункте 1, в индивидуальных тарифах на услуги по передаче электрической энергии для взаиморасчетов между обществом «Облкоммунэнерго» и обществом «МРСК Урала», исполнитель обязуется представить Заказчику документальное подтверждение в течение 5-ти рабочих дней с момента принятия Региональной энергетической комиссией Свердловской области соответствующего решения.».

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.02.2022 решение суда оставлено без изменения.

Общество «Облкоммунэнерго» обратилось с кассационной жалобой, в которой, ссылаясь на несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела и неправильное применение судами норм материального права, просит указанные судебные акты отменить, принять по делу новый судебный акт, которым изложить пункт 4 дополнительного соглашения от 10.03.2021 № 74 к договору оказания услуг по передаче электрической энергии и мощности от 30.07.2014 № 309-ПЭ в следующей редакции: «Настоящее дополнительное соглашение вступает в силу с 01.02.2021».

Заявитель жалобы указывает на то, что руководствуясь пунктом 6.20 договора оказания услуг по передаче электрической энергии и мощности                от 30.07.2014 № 309-ПЭ истец, принимая в периоде регулирования новые электросетевые объекты, получал оплату за фактически переданные объемы электрической энергии не по 2 ставкам тарифа, а только по ставке на оплату потерь электроэнергии, оплата за мощность не производилась ввиду неизменности величины заявленной мощности в периоде регулирования для избегания дисбаланса котловой выручки.

Истец указывает, что поскольку суды урегулировали порядок оплаты за услуги по передаче электрической энергии не в соответствии с условиями действующего между сторонами договора и не в соответствии с нормой пункта 15(1) Правил недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии и оказания этих услуг, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 27.12.2004 № 861, истец не получит оплату за оказанные услуги в части фактических объемов передачи электрической энергии. На получение указанной оплаты истец, действуя добросовестно, вправе рассчитывать, принимая в эксплуатацию в период регулирования новые объекты.

Общество «Облкоммунэнерго» полагает, что из пункта 7 Основ ценообразования в области регулируемых цен (тарифов) в электроэнергетике, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 29.12.2011 № 11-78 следует, что выпадающие доходы общества «МРСК Урала», возникшие в 2021 году, будут учтены Региональной энергетической комиссией Свердловской области при установлении тарифов на 2022 год при условии, если общество «МРСК Урала» проявит соответствующую инициативу и представит в Региональную Энергетическую комиссию Свердловской области обосновывающие документы.

Заявитель жалобы считает, что в действиях общества «Облкоммунэнерго» отсутствуют признаки злоупотребления правом.

От общества «МРСК Урала» поступил отзыв на кассационную жалобу, в котором ответчик просит оставить обжалуемые судебные акты оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Проверив в соответствии с положениями статей 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами норм материального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и представленным доказательствам, суд кассационной инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения кассационной жалобы.

Как следует из материалов дела и установлено судами при рассмотрении спора, между обществом «Облкоммунэнерго» и обществом «МРСК Урала» заключен договор оказания услуг по передаче электрической энергии и мощности от 30.07.2014 № 309-ПЭ (далее – договор).

В соответствии с пунктом 2.1 договора исполнитель (истец) обязуется оказывать услуги по передаче электрической энергии и мощности от точек приема до точек отпуска (поставки) путем осуществления комплекса организационно и технологически связанных действий, обеспечивающих передачу электрической энергии и мощности через технические устройства электрических сетей, принадлежащих исполнителю на праве собственности или на ином законном основании в пределах пропускной способности данных объектов, а заказчик (ответчик) обязуется оплачивать эти услуги.

Согласно пункту 1.3. договора в редакции дополнительного соглашения  от 01.01.2016 № 3 стороны обязуются в срок не позднее 15 дней с момента изменения правомочий исполнителя в отношении сетевого имущества, задействованного в ходе исполнения настоящего договора, оформить соответствующее дополнительное соглашение к договору со сроком его действия с даты изменения правомочий.

Письмом от 17.02.2021 № 01-01-09/13-02/и-929 истец уведомил ответчика о принятии с 01.02.2021 во владение и пользование следующего электросетевого имущества: публичного акционерного общества «Ревдинский завод по обработке цветных металлов»: ПС ГПП 110/6кВ «ОЦМ», расположенное по адресу: Свердловская обл., г. Ревда, пос. СУМЗ; акционерного общества «Сафьяновская медь»: двухцепная воздушная линия ВЛ-110кВ, ПС 110/6кВ «Сафмедь», расположенное по адресу: Свердловская обл., Режевской район, г. Реж; акционерного общества «Богословское рудоуправление»: ПС 110/бкВ «Северопесчанская», расположенное по адресу: «Свердловская обл., Карпинский лесхоз, Воронцовское лесничество

<

...>.

Обществом «Облкоммунэнерго» в адрес общества «МРСК Урала» направлены правоустанавливающие документы на указанные объекты электросетевого хозяйства и акты об осуществлении технологического присоединения (письмо от 25.02.2021 № 01-01-09/13-02/и-1082).

Письмом от 16.03.2021 № СЭ/01/12/2200 ответчик направил в адрес истца проект дополнительного соглашения от 10.03.2021 № 74 (далее – дополнительное соглашение № 74).

Согласно пункту 4 указанного проекта, настоящее дополнительное соглашение вступает в силу и распространяет свое действие на обязанность заказчика по оплате услуг исполнителя по передаче электрической энергии по точкам отпуска (поставки), указанным в приложении № 2.1, № 2.2, № 2.3 к настоящему дополнительному соглашению, с момента учета Региональной энергетической комиссией Свердловской области объектов электросетевого хозяйства, указанных в пункте 1, индивидуальных тарифах на услуги по передаче электрической энергии, утвержденных для взаиморасчетов между обществом «Облкоммунэнерго» и обществом «МРСК Урала».

В целях подтверждения обстоятельства учета объектов электросетевого хозяйства, указанных в пункте 1, в индивидуальных тарифах на услуги по передаче электрической энергии для взаиморасчетов между обществом «Облкоммунэнерго» и обществом «МРСК Урала», исполнитель обязуется представить заказчику документальное подтверждение в течение 5-ти рабочих дней с момента принятия Региональной энергетической комиссией Свердловской области соответствующего решения.

Письмом от 28.04.2021 № 01-01 -09/18-01/и-2590 истец направил в адрес ответчика протокол разногласий к дополнительному соглашению со ссылкой на пункт 1.3 договора в редакции дополнительного соглашения                               от 01.01.2016 № 3, в котором изложил пункт 4 дополнительного соглашения в следующей редакции: «Настоящее дополнительное соглашение вступает в силу с 01 февраля 2021 года».

Общество «МРСК Урала» направило в адрес истца письмо от 18.05.2021 № СЭ/01/12/4073 с протоколом урегулирования разногласий, в котором настаивал на первоначальной редакции пункта 4 дополнительного соглашения.

Учитывая, что стороны не пришли к соглашению относительно редакции пункта 4 дополнительного соглашения, общество «Облкоммунэнерго» обратилось в Арбитражный суд Свердловской области с исковым заявлением об урегулировании разногласий, возникших между обществом «Облкоммунэнерго» и обществом «МРСК Урала» при заключении дополнительного соглашения от 10.03.2021 № 74 к договору оказания услуг по передаче электрической энергии и мощности                               от 30.07.2014 № 309-ПЭ. Истец просит изложить пункт 4 дополнительного соглашения от 10.03.2021 № 74 в следующей редакции: «Настоящее дополнительное соглашение вступает в силу с 01 февраля 2021 года».

Разрешая спор, суд первой инстанции признал, что установленный в пункте 4 дополнительного соглашения от 10.03.2021 № 74 в редакции протокола урегулирования разногласий от 12.05.2021 срок возникновения обязанности заказчика по оплате услуг исполнителя соответствует требованиям действующего законодательства, в связи с чем, счёл исковые требования общества «Облкоммунэнерго» не подлежащими удовлетворению.

Суд апелляционной инстанции решение суда поддержал, признал его законным и обоснованным. 

Выводы судов первой и апелляционной инстанций соответствуют установленным по делу фактическим обстоятельствам и действующему законодательству.

На основании части 1 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами достигнуто соглашение по всем существенным условиям. 

В силу пункта 1 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена Гражданским кодексом Российской Федерации, законом или добровольно принятым обязательством.

Пунктом 4 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами. В силу статьи 422 данного Кодекса договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения.

В соответствии с нормой статьи 446 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае передачи разногласий, возникших при заключении договора, на рассмотрение суда на основании статьи 445 названного Кодекса либо по соглашению сторон условия договора, по которым у сторон имелись разногласия, определяются в соответствии с решением суда.

В рассматриваемом случае разногласия сторон сводятся к моменту возникновения обязанности ответчика (заказчика) по оплате услуг истца (исполнителя) по передаче электрической энергии по точкам отпуска (поставки), указанным в приложении № 2.1, № 2.3, № 2.4 к дополнительному соглашению.

Гражданско-правовые отношения, связанные с поставкой и передачей электрической энергии на розничном рынке электрической энергии, регулируются Федеральным законом от 26.03.2003 № 35-ФЗ «Об электроэнергетике» (далее – Закон об электроэнергетике), Правилами недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии и оказания этих услуг, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 27.12.2004 № 861 (далее – Правила № 861), иными нормативными правовыми актами.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 29.12.2011                   № 1178 утверждены Основы ценообразования в области регулируемых цен (тарифов) в электроэнергетике (Основы ценообразования) и Правила государственного регулирования (пересмотра, применения) цен (тарифов) в электроэнергетике (далее – Правила государственного регулирования).

Цены (тарифы) применяются в соответствии с решениями регулирующих органов, в том числе с учетом особенностей, предусмотренных нормативными правовыми актами в области электроэнергетики (пункт 35 Правил государственного регулирования).

В соответствии с пунктом 36 Правил государственного регулирования в случае перехода от одного лица к другому права собственности или иного предусмотренного законом права на объекты электроэнергетики до истечения срока, предусмотренного пунктом 7 настоящих Правил, при поставке товаров (оказании услуг) с использованием указанных объектов до начала очередного годового периода регулирования применяются регулируемые цены (тарифы), установленные для прежнего владельца таких объектов электроэнергетики.

В случае перехода от одного лица к другому права собственности на объекты электроэнергетики в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации в порядке универсального правопреемства долгосрочные параметры, установленные на долгосрочный период регулирования, в течение которого осуществлен указанный переход, пересматриваются в отношении организации-правопреемника с учетом непревышения таких долгосрочных параметров регулирования деятельности территориальных сетевых организаций в части величины базового уровня операционных (подконтрольных) расходов над совокупной величиной базового уровня операционных (подконтрольных) расходов, ранее установленных для реорганизованных организаций.

Указанная норма внесена в Правила государственного регулирования цен (тарифов) Постановлением Правительства Российской Федерации                   от 27.12.19 № 1892 «О внесении изменений в некоторые акты Правительства Российской Федерации по вопросам государственного регулирования цен (тарифов)» и вступила в силу с 30.12.2019.

В соответствии с пунктом 35 Правил государственного регулирования тарифы подлежат применению в соответствии с решениями регулирующих органов, в том числе с учетом особенностей, предусмотренных нормативными правовыми актами в области электроэнергетики. Тарифы устанавливаются на период регулирования (как правило, не менее чем на календарный год) исходя из характеристик объектов электросетевого хозяйства, находившихся в законном владении сетевой организации на момент принятия тарифного решения, и плановых объемов перетока электроэнергии через эти объекты. В условиях котловой экономической модели все потребители услуг по передаче электроэнергии, относящиеся к одной группе, оплачивают эти услуги по единому (котловому) тарифу, за счет которого осуществляется сбор необходимой валовой выручки сетевых организаций, входящих в «котел».

Впоследствии котловая выручка распределяется между «котлодержателем» и смежными сетевыми организациями через индивидуальные тарифы, обеспечивая тем самым необходимую валовую выручку каждой из сетевых организаций (пункт 3 Основ ценообразования, пункты 49, 52 Методических указаний по расчету регулируемых тарифов и цен на электрическую (тепловую) энергию на розничном (потребительском) рынке, утвержденных приказом Федеральной службы по тарифам от 06.08.2004 № 20-э/2 (далее – Методические указания № 20-э/2).

Таким образом, в тарифном решении, представляющем собой по существу план экономической деятельности электросетевого хозяйства региона и включающем как котловой, так и индивидуальные тарифы устанавливается баланс интересов всех электросетевых организаций, входящих в «котел», а также учитываются все объекты электросетевого хозяйства, которые планируются к использованию сетевыми организациями региона в течение периода регулирования. Разумные ожидания сетевых организаций в условиях добросовестного исполнения ими своей деятельности сводятся к получению той необходимой валовой выручки и тем способом, которые запланированы при утверждении тарифа.

Закон не запрещает сетевым организациям передавать друг другу сетевые объекты в течение периода регулирования, однако как профессиональные участники рынка электроэнергетики они должны соотносить экономические последствия своих действий с установленной моделью взаиморасчетов, так как свобода их деятельности ограничена государственным регулированием.

При этом способ передачи сетевых объектов – с использованием разного рода договоров или с использованием процедур реорганизации юридических лиц – не имеет правового значения для сохранения в тарифном периоде соответствующей модели расчетов.

Таким образом, принятие объектов электросетевого хозяйства одной сетевой организацией от другой в течение периода регулирования не является основанием для определения стоимости услуг по тарифу нового владельца. Иное приведет к нарушению прав участников котловой модели регулирования и конечных потребителей электроэнергии.

Кроме того, если новые точки поставки или новые объекты электросетевого хозяйства появились у сетевой организации в результате перераспределения точек, учтенных в тарифном решении (при том, что котловая выручка не изменилась), то расчет держателя котла с сетевой организацией должен быть произведен таким образом, чтобы оплата не внесла дисбаланс в распределение котловой выручки и не повлекла с неизбежностью убытки для держателя котла. В частности, допускается возможность оплаты по индивидуальному тарифу, установленному для расчетов с прежней сетевой организацией (определение Верховного Суда Российской Федерации от 04.09.2017 № 307-ЭС17-5281).

При рассмотрении споры суды, исследовав материалы дела, в том числе пояснения Региональной энергетической комиссии Свердловской области, до принятия истцом во владение на основании договоров аренды объектов электросетевого хозяйства, указанных в пункте 1 дополнительного соглашения, данные объекты находились у публичного акционерного общества «Ревдинский завод по обработке цветных металлов», акционерного общества «Сафьяновская медь», акционерного общества «Багословское рудоуправление», которые являлись иными владельцами объектов электросетевого хозяйства, и которым не утвержден тариф на услуги по передаче электрической энергии.

Индивидуальные тарифы на услуги по передаче электрической энергии, оказываемые обществом «Облкоммунэнерго», на 2021 год установлены постановлением Региональной энергетической комиссии Свердловской области от 29.12.2020 № 272-ПК.

Истец получил во владение спорные объекты электросетевого оборудования по договорам аренды от 21.01.2021 № 61-2021, от 26.01.2021 № 64-2021, от 26.01.2021 № 65-2021, после принятия Региональной экономической комиссии Свердловской области тарифного решения на 2021 год, а потому при утверждении тарифов для общества «Облкоммунэнерго» на 2021 год затраты на содержание спорного электросетевого оборудования Региональной энергетической комиссии Свердловской области не учитывались, что истцом не оспаривается.

Арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании оценки представленных доказательств (часть 1 статьи 64, статьи 67, 68, 71 и 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Исследовав и оценив в порядке, предусмотренном статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, представленные в материалы дела доказательства, суды первой и апелляционной инстанций пришли к обоснованному выводу о том, что оплата заказчиком услуг исполнителя до момента, когда спорное электросетевое оборудование будет учтено Региональной энергетической комиссией Свердловской области при установлении индивидуальных тарифов на услуги по передаче электрической энергии для взаиморасчётов между обществом «МРСК Урала» и обществом «Облкоммунэнерго», противоречит нормам действующего законодательства, а также нарушает права и законные интересы субъектов электроэнергетики, в связи с чем отказали в удовлетворении исковых требований.

Как верно отметил суд апелляционной инстанции, объективные обстоятельства, связанные с экономическим смыслом приобретения объектов электросетевого хозяйства в межтарифном периоде регулирования, у истца отсутствовали, доказательства изменения технических характеристик спорного электросетевого оборудования, равно как и существенного изменения обстоятельств, принятых во внимание органом исполнительной власти в области регулирования тарифов, влияющих на цену услуг (тариф), сторонами в материалы дела не предоставлены (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Довод истца о том, что общество «Облкоммунэнерго» действовало добросовестно, в связи с чем, экономические риски, связанные с оплатой стоимости услуг по передаче электрической энергии по объектам электросетевого хозяйства, не учтенным в тарифно-балансовом решении, должны возлагаться на ответчика, являлся предметом рассмотрения суда апелляционной инстанции и признан им необоснованным. 

Как верно указал суд апелляционной инстанции, в условиях котловой модели взаиморасчетов по принципу «котел сверху» все потребители, относящиеся к одной группе, оплачивают котлодержателю услуги по передаче электроэнергии по единому (котловому) тарифу. За счет этого котлодержатель собирает необходимую валовую выручку сетевых организаций, входящих в «котел», и распределяет ее между смежными сетевыми организациями через индивидуальные тарифы, обеспечивая тем самым необходимую валовую выручку каждой из сетевых организаций для покрытия их производственных издержек и формирования прибыли (пункт 3 Основ ценообразования, пункты 49, 52 Методических указаний по расчету регулируемых тарифов и цен на электрическую (тепловую) энергию на розничном (потребительском) рынке, утвержденных Приказом Федеральной службы по тарифам России от 06.08.2004 № 20-э/2).

Суд апелляционной инстанции верно указал, что решение органа исполнительной власти субъекта Российской Федерации в области государственного регулирования тарифов об установлении тарифа (тарифное решение), включающее как котловой, так и индивидуальные тарифы, учитывает экономически обоснованные интересы всех электросетевых организаций, входящих в «котел». В силу нормативного характера тарифного решения оно обязательно для смежных сетевых организаций и в соответствии с пунктом 35 Правил регулирования тарифов оно должно применяться в расчетах по тем же правилам, по которым устанавливался тариф.

Подлежащие судебной защите разумные ожидания сетевых организаций, осуществляющих регулируемую деятельность, сводятся к получению той необходимой валовой выручки и тем способом (то есть посредством использования тех объектов электросетевого хозяйства), которые оценены и признаны экономически обоснованными при утверждении тарифа.

В условиях взаиморасчетов в рамках котловой модели несоблюдение этого правила и использование сетевой организацией по своей воле дополнительных объектов электросетевого хозяйства, не учтенных в тарифном решении, с требованием об оплате дополнительного объема услуг может повлечь дисбаланс в распределении котловой выручки и, как следствие, нарушение прав прочих участников котловой модели.

Использование сетевой организацией дополнительных объектов электросетевого хозяйства (в том числе посредством аренды) после утверждения тарифа само по себе не является противозаконным. Однако, сетевая организация как профессиональный участник рынка электроэнергетики должна соотносить экономические последствия своих действий с правилами взаиморасчетов за услуги по передаче электрической энергии, так как свобода ее деятельности ограничена государственным регулированием, и не должна нарушать права иных участников котловой модели. Риск наступления неблагоприятных последствий экономических решений сетевой организации, своей волей принявшей в пользование дополнительные сети, должен лежать на этом лице.

При этом, суды первой и апелляционной инстанций обосновано отметили, что законодательством предусмотрена возможность компенсации понесенных истцом в 2021 году расходов при установлении тарифов на последующие периоды регулирования, а ссылки истца на наличие специального механизма корректировки излишне полученных (недополученных) доходов (абзац 10 пункта 7 Основ ценообразования), противоречат содержанию соответствующих норм права. 

Законодательством действительно предусмотрены механизмы компенсации недостатка средств сетевых организаций (пункт 7 Основ ценообразования, пункты 19, 20 Методических указаний № 20-э/2), однако, как видно из содержания и целевой направленности соответствующих правовых норм, обстоятельства, служащие основанием для такой компенсации, должны не зависеть от действий сетевых организаций, а могут возникать только по объективным причинам (ввод в эксплуатацию новых в существующей энергосистеме объектов, ремонт существующих в целях реализации нужд потребителей электрической энергии, незапланированный рост цен на продукцию и т.п.). Наличие указанных обстоятельств истцом не доказано (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Отклоняя доводы ответчика о заключении с ответчиком в период действия договора дополнительных соглашений, связанных с приемом новых электросетевых объектов, с отсутствием условия об оплате оказанных услуг, отличного от положений пункта 6.20 договора от 30.07.2014 № 309-ПЭ, суды верно отметили, что заключение обществом «МРСК Урала» и обществом «Облкоммунэнерго» дополнительных соглашений от 30.01.2019 № 40,                 от 30.04.2021 № 77, от 24.05.2021 № 78, от 27.05.2021 № 79 осуществлено при иных фактических обстоятельствах.

При таких обстоятельствах, вывод судом о принятии  условия пункта 4 дополнительного соглашения в редакции ответчика является правомерным.

Иные доводы заявителя, изложенные в кассационной жалобе, судом кассационной инстанции отклоняются как основанные на ошибочном толковании положений действующего законодательства применительно к конкретным обстоятельствам рассматриваемого спора. Кроме того, указанные доводы являлись предметом рассмотрения суда апелляционной инстанций, им дана надлежащая правовая оценка и сводятся, по сути, лишь к переоценке установленных по делу обстоятельств. При этом заявитель фактически ссылается не на незаконность обжалуемых судебных актов, а выражает несогласие с произведенной судами оценкой доказательств, просит еще раз пересмотреть данное дело по существу, переоценить имеющиеся в деле доказательства.

Как разъяснено в пункте 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции», при проверке соответствия выводов арбитражного суда первой и апелляционной инстанций о применении нормы права установленным ими по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам (часть 3 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) необходимо исходить из того, что суд кассационной инстанции не вправе устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены в решении или постановлении либо были отвергнуты судом первой или апелляционной инстанции (часть 2 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). С учетом того, что наличие или отсутствие обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения дела, устанавливается судом на основании доказательств по делу (часть 1 статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), переоценка судом кассационной инстанции доказательств по делу, то есть иные по сравнению со сделанными судами первой и апелляционной инстанций выводы относительно того, какие обстоятельства по делу можно считать установленными исходя из иной оценки доказательств, в частности, относимости, допустимости, достоверности каждого доказательства в отдельности, а также достаточности и взаимной связи доказательств в их совокупности (часть 2 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), не допускается.

Суд кассационной инстанции полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судом установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда кассационной инстанции не имеется (статья 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь ст. 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

 

П О С Т А Н О В И Л:

решение Арбитражного суда Свердловской области от 17.11.2021 по делу                         № А60-30879/2021 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.02.2022 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                             А.А. Сафронова 

 

Судьи                                                                          Л.В. Громова 

 

                                                                                      Л.Н. Черемных