АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-8337/19 

Екатеринбург

11 декабря 2023 г.

 

Дело № А47-4476/2019

Резолютивная часть постановления объявлена 05 декабря 2023 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 11 декабря 2023 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Пирской О. Н.,

судей Калугина В. Ю., Савицкой К. А.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Абросимовой К.Д. рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Веланд» ФИО1 на постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.10.2023 по делу № А47-4476/2019 Арбитражного суда Оренбургской области.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании в режиме веб-конференции принял участие представитель  конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Веланд» ФИО1 – ФИО2 (доверенность от 10.01.2023, паспорт). 

Судом округа также удовлетворено ходатайство ФИО3 об участии в судебном заседании по рассмотрению его кассационной жалобы путем использования системы веб-конференции. Однако ФИО3 к судебному заседанию посредством веб-конференции в установленное судом время не подключился, о наличии технических неполадок, ограничивающих возможность такого подключения, не уведомил, об отложении судебного заседания не завил. 

 

ФИО4 08.04.2019 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Веланд» (далее – должник, общество «Веланд»).

Решением Арбитражного суда Оренбургской области от 19.08.2019 общество «Веланд» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим должника утверждена ФИО1 (далее – конкурсный управляющий, податель кассационной жалобы). 

Конкурсный управляющий 03.08.2021 обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении бывшего руководителя должника ФИО3 (далее – ответчик) к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, взыскания с него в порядке привлечения к субсидиарной ответственности 621 786 500 руб. 42 коп. (с учетом уточнений, принятых судом в порядке, предусмотренном статьей 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). 

Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 29.11.2021 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен финансовый управляющий имуществом ФИО3 – ФИО5.

Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 19.05.2023 заявление конкурсного управляющего удовлетворено частично: ФИО3 привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «Веланд» в виде взыскания с него в пользу должника денежных средств в сумме 125 188 474 руб. 20 коп., в удовлетворении остальной части требований отказано.

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.10.2023 определение суда первой инстанции изменено: в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности отказано, с ФИО3 взысканы убытки в сумме 11 361 868 руб. 88 коп.

Не согласившись с указанным постановлением суда апелляционной инстанции, конкурсный управляющий обратился в Арбитражный суд Уральского округа с кассационной жалобой, в которой просит обжалуемое постановление апелляционного суда отменить, определение суда первой инстанции оставить в силе. 

В обоснование доводов кассационной жалобы ее податель ссылается на то, что судом первой инстанции дана всесторонняя и надлежащая оценка всем имеющимся в деле доказательствам. Конкурсный управляющий указывает на наличие в материалах дела доказательств, подтверждающих недобросовестное исполнение ответчиком обязанности по предоставлению документации должника, поскольку База 1-С следственными органами не изымалась, а изъятие иных документов не препятствовало ФИО3  как лицу, фактически контролирующему всю деятельность должника, представить истребуемые документы. При этом точная сумма дебиторской задолженности и дебиторы ответчиком не раскрыты. Конкурсный управляющий также находит неверными выводы суда относительно момента появления у должника признаков банкротства, ссылаясь на то, что финансовое состояние должника последовательно ухудшалось в течение трех лет (с 2012 по 2014 год). Кроме того, податель кассационной жалобы отмечает, что действия ФИО3 являлись объектом исследования правоохранительных органов на предмет наличия в них признаков уголовно-наказуемого деяния, уголовное дело прекращено в связи с истечением сроков давности привлечения к ответственности, то есть по не реабилитирующим основаниям. 

ФИО3 в отзыве просит обжалуемое постановление в части взыскания убытков изменить, в удовлетворении требований конкурсного управляющего отказать. Указанный отзыв судом округа приобщается, однако доводы, изложенные в нем, не рассматриваются, поскольку ФИО3 с самостоятельной жалобой на постановление апелляционного суда не обращался.

 Законность обжалуемых судебных актов проверена судом округа в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов кассационной жалобы в части отказа в удовлетворении требований конкурсного управляющего о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности. Кассационная жалоба не содержит доводов относительно взыскания с ответчиков убытков, в связи с чем судебный акт в обозначенной части судом округа не проверяется и не оценивается. 

Как следует из материалов дела и установлено судами, общество «Веланд» зарегистрировано в Едином государственном реестре юридических лиц 28.11.2002. Единственным руководителем и учредителем общества «Веланд» с 28.11.2002 до введения в отношении должника процедуры конкурсного производства являлся ФИО3

Ссылаясь на то, что ФИО3 не обратился в суд с заявлением о банкротстве должника и в полном объеме не передал документацию общества, что затруднило проведение процедур банкротства, конкурсный управляющий обратился с заявлением о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности. 

Устанавливая наличие оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о банкротстве должника, исходя из обстоятельств, установленных в рамках выездной налоговой проверки общества «Веланд», результаты которой оформлены решением от 28.09.2018 № 11-01-07/258, и учитывая, что самым ранним периодом налоговых доначислений стал первый квартал 2015 года, суд первой инстанции пришел к выводу, что заявление о признании должника банкротом следовало подать не позднее 05.05.2015, что ответчиком исполнено не было. Определяя размер субсидиарной ответственности по данному основанию, суд первой инстанции исключил из него задолженность перед обществом с ограниченной ответственностью «Нива» (правопредшественник акционерного общества «Россельхозбанк») в сумме 488 840 568 руб. 92 коп. по договору поручительства, поскольку обстоятельства, касающиеся имущественной базы поручителя, обеспечивающей выплату основного долга перед банком, конкурсный управляющий не выяснял, в связи с чем суд первой инстанции заключил, что ответчик подлежит привлечению к субсидиарной ответственности по названному основанию в сумме 125 188 474 руб. 20 коп. 

Признавая доказанным наличие оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности в связи с непередачей документации должника, суд первой инстанции исходил из недоказанности того, что следственными органами были изъяты именно истребованные документы, имелась объективная возможность их представления ввиду того, что База 1-С не изымалась. 

Повторно рассмотрев спор, суд апелляционной инстанции признал ошибочными выводы суда первой инстанции о наличии оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности ввиду того, что согласно бухгалтерской документации должника за 2015 года с учетом доначисленных налоговым органом обязательных платежей размер кредиторской задолженности должника не превышал его активов, а в момент, когда руководитель мог увидеть неудовлетворительное состояние должника (после 31.03.2019), ФИО4 уже обратился с заявлением о признании его банкротом. 

Исходя из недоказанности того, что документация (имущество) должника находятся в фактическом владении ответчика, а непередача документов по дебиторской задолженности затруднила проведение процедуры банкротства должника, суд апелляционной инстанции не усмотрел оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности в связи с непередачей документации. 

Вместе с тем, учитывая, что решением налогового органа о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 28.09.2018 установлено использование должником формального документооборота в целях неправомерного заявления налоговых вычетов по спорным сделкам (операциям), в связи с чем общество «Веланд» привлечено к налоговой ответственности, ему начислены суммы налога, штрафов в размере 2 142 560 руб. и пени в сумме 9 219 308 руб. 88 коп., суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что причинно-следственная связь между возникшими у должника убытками вследствие неправомерных действий ФИО3 по уклонению от уплаты налогов подтверждена, данные действия причинили вред должнику в виде взыскания с него штрафных санкций, в связи с чем взыскал с ответчика убытки в сумме 11 361 868 руб. 88 коп.

При этом суд апелляционной инстанции руководствовался следующим. 

Субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью гражданско-правовой ответственности, поэтому материально-правовые нормы о порядке привлечения к субсидиарной ответственности применяются на момент совершения вменяемых ответчикам действий (возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к ответственности (определение Верховного Суда Российской Федерации от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757 (2,3)). 

Руководитель должника может быть привлечен к субсидиарной ответственности по правилам пункта 2 статьи 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве; в редакции, действовавшей до вступления в силу Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях»), статьи 61.12 названного Закона (вступившей в силу с 30.07.2017), если он не исполнил обязанность по подаче в суд заявления должника о собственном банкротстве в месячный срок, установленный пунктом 2 статьи 9 данного Закона.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в абзаце первом пункта 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53), обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

В рассматриваемом случае конкурсный управляющий ссылался на наличие обязанности бывшего руководителя должника обратиться с заявлением о банкротстве последнего не позднее 23.01.2017, мотивируя это тем, что уже в 2016 году возникла задолженность перед ФИО4 и налоговым органом. 

Проанализировав бухгалтерскую отчетность общества «Веланд», суд апелляционной инстанции установил, что согласно бухгалтерской отчетности за 2015 год активы должника составили 135 175 тыс. руб., а кредиторская задолженность – 75 452 тыс. руб. Из бухгалтерского баланса должника следует, что стоимость активов должника за 2016 год составила 189 млн руб., кредиторская задолженность – 83 млн руб., нераспределенная прибыль – 69 млн руб. В 2017 году стоимость активов была 168 млн руб., кредиторская задолженность – 25 млн руб., нераспределенная прибыль – 93 млн руб. 

Из бухгалтерского баланса за 2018 год следует, что размер кредиторской задолженности (76 643 млн руб.) превысил активы (64 млн руб.). 

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства, установив, что в 2015, 2016, 2017 гг. признаки неплатежеспособности отсутствовали, даже с учетом налоговых платежей, доначисленных обществу «Веланд» по результатам налоговой проверки, стоимость активов должника превышала размер кредиторской задолженности, учитывая, что согласно бухгалтерскому балансу должника признаки превышения кредиторской задолженности над стоимостью активов возникли по итогам 2018 года, принимая во внимание сроки сдачи отчетности за 2018 год (31.03.2019), по итогам которой руководитель мог увидеть неудовлетворительное финансовое состояние должника и дату, когда ФИО4 обратился с заявлением о банкротстве должника (08.04.2019), суд апелляционной инстанции пришел к правильному выводу, что обязанность ФИО3 по обращению в арбитражный суд с заявлением о банкротстве должника в указанные конкурсным управляющим даты не подтверждается финансовой и бухгалтерской отчетностью общества. 

Учитывая, что в материалы дела не представлено доказательств, достоверно свидетельствующих о наличии у общества «Веланд» признаков объективного банкротства в названные конкурсным управляющим периоды и подтверждающих обязанность ФИО3 обратиться в суд с соответствующим заявлением ранее даты подачи такого заявления ФИО4, а причинно-следственная связь между необращением руководителя должника с заявлением о банкротстве последнего и невозможностью удовлетворения требований кредиторов не доказана, суд апелляционной инстанции обоснованно отказал в удовлетворении требований конкурсного управляющего в данной части. 

В отношении требования конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности за непередачу документации суд апелляционной инстанции исходил из следующего. 

В силу пункта 3.2 статьи 64, абзаца четвертого пункта 1 статьи 94, абзаца второго пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве на руководителе должника лежат обязанности по представлению арбитражному управляющему документации должника для ознакомления или по ее передаче управляющему.

По смыслу подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве отсутствие (непередача руководителем арбитражному управляющему) финансовой и иной документации должника, существенно затрудняющее проведение процедур банкротства, предполагает наличие вины руководителя.

Согласно положениям подпунктов 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, а также разъяснениям, приведенным в пункте 24 Постановления № 53, такая причинно-следственная связь предполагается в случае непередачи, сокрытия, утраты или искажения документации руководителем должника, а также другими лицами, у которых документация фактически находится. Управляющий должен представить суду объяснения, как отсутствие документов повлияло на проведение процедур банкротства, а привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации. При этом под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в частности, невозможность определения и идентификации основных активов должника. Упомянутая презумпция наличия причинно-следственной связи не может быть применена, если необходимая документация (информация) передана арбитражному управляющему в ходе рассмотрения судом заявления о привлечении к субсидиарной ответственности.

В данном случае конкурсный управляющий ссылался на непередачу имущества – основных средств на сумму 2245 тыс. руб. и документов по дебиторской задолженности на сумму 21 466 тыс. руб.

Судом апелляционной инстанции установлено, что основными средствами на сумму 2245 тыс. руб. являются автофургоны, приобретенные у общества с ограниченной ответственностью «Оренбургский хладокомбинат», данная сделка впоследствии была признана недействительной в рамках дела о банкротстве названного общества (дело № А47-9717/2018).

Общество с ограниченной ответственностью «Оренбургский хладокомбинат»  также является дебитором на сумму 21 466 тыс. руб., при этом в рамках дела о его банкротстве обществом «Веланд» были заявлены требования о включении задолженности на общую сумму 158 523 685 руб. в реестр требований кредитором, в удовлетворении которых было отказано в связи с пропуском срока исковой давности, аффилированностью сторон, отсутствием оригиналов документов, а не в связи с отсутствием документального подтверждения в целом.

Принимая во внимание указанные обстоятельства, а также учитывая, что документация, переданная конкурсному управляющему при введении процедуры банкротства, была им использована, в результате чего требования перед кредиторами были погашены на сумму 9 097 784 руб. 97 коп., апелляционный суд пришел к обоснованную выводу о том, что конкурсным управляющим не доказаны наличие документации и имущества должника в фактическом владении ответчика и совершение бывшим руководителем должника действий, направленных на уклонение от передачи документов и имущества,  а также не доказано, что отсутствие документов и имущества существенным образом затруднило проведение процедуры банкротства должника, не позволило сформировать конкурсную массу.

При этом, учитывая обстоятельства, установленные решением от 28.09.2018 №11-01-07/258 о привлечении общества «Веланд» к налоговой ответственности, принимая во внимание доказанность причиненно-следственной связи между действиями ФИО3 по уклонению от уплаты налогов и взысканием с должника штрафов за совершение налогового правонарушения и пени, руководствуясь разъяснениями, данными в абзаце четвертом пункта 20 Постановления № 53, суд апелляционной инстанции пришел к правильному выводу о наличии оснований для взыскания с ответчика убытков в сумме 11 361 868 руб. 88 коп.

Указанные выводы суда апелляционной инстанции являются правильными, оснований не согласиться с ними суд округа не находит.

Доводы кассационной жалобы судом округа отклоняются, так как они были предметом исследования и оценки суда апелляционной инстанции, не свидетельствуют о нарушении апелляционным судом норм права и сводятся к переоценке установленных по делу обстоятельств. При этом податель кассационной жалобы фактически ссылается не на незаконность обжалуемого судебного акта, а выражает несогласие с произведенной судом оценкой доказательств, просит еще раз пересмотреть данное заявление по существу и переоценить имеющиеся в деле доказательства.

Суд округа полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судом апелляционной инстанции установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда кассационной инстанции не имеется (статья 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного обжалуемый судебный акт подлежит оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

П О С Т А Н О В И Л:

постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.10.2023 по делу № А47-4476/2019 Арбитражного суда Оренбургской области оставить без изменения, кассационную жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Веланд» ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

 

Председательствующий                                             О.Н. Пирская 

 

Судьи                                                                          В.Ю. Калугин 

 

                                                                                     К.А. Савицкая