ПЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД  

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27 

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/ 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 арбитражного суда апелляционной инстанции 

по проверке законности и обоснованности решений (определений)  

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А53-44326/2022

город Ростов-на-Дону

25 июля 2024 года

15АП-9610/2024  

Резолютивная часть постановления объявлена 16 июля 2024 года.  

Полный текст постановления изготовлен 25 июля 2024 года. Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Николаева Д.В., судей Гамова Д.С., Димитриева М.А., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания  Сейрановой А.Г.,  

в отсутствие лиц, участвующих в деле, 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Ростовской области от 15.04.2024 по делу   № А53-44326/2022 о завершении реализации имущества гражданина и неприменении  правила об освобождении гражданина от исполнения обязательств в рамках дела о  несостоятельности (банкротстве) ФИО1,  

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО1  (далее – должник) Арбитражный суд Ростовской области рассмотрел отчета финансового  управляющего должника о результатах процедуры реализации имущества гражданина.  

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 15.04.2024 по делу   № А53-44326/2022 суд завершил процедуру реализации имущества в отношении  ФИО1. Не применил в отношении ФИО1 правила об освобождении должника от исполнения обязательств перед АО  «Ингосстрах Банк» по кредитному договору 

<

***> от 02.11.2016.  Освободил ФИО1 от исполнения требований иных кредиторов, за  исключением требований кредиторов, предусмотренных пунктом 5 статьи 213.28  Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» № 127-ФЗ от 26.10.2002.  Полномочия финансового управляющего прекратил.  

ФИО1 обжаловала определение суда первой инстанции в  порядке, предусмотренном гл. 34 АПК РФ, и просила отменить судебный акт в части  неприменении правила об освобождении гражданина от исполнения обязательств перед  АО «Ингосстрах Банк», принять новый.  

Суд огласил, что от арбитражного управляющего ФИО2  через канцелярию суда поступил отзыв на апелляционную жалобу с ходатайством о  рассмотрении апелляционной жалобы в отсутствие представителя.  

Суд, совещаясь на месте, определил: приобщить отзыв на апелляционную жалобу к  материалам дела.  

Суд огласил, что от акционерного общества «Ингосстрах Банк» через канцелярию  суда поступил отзыв на апелляционную жалобу с ходатайством о приобщении к  материалам дела дополнительных документов, а именно: информация из банка  исполнительных производств.  

Суд, совещаясь на месте, определил: с учетом положения абзаца 2 части 2 статьи  268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, приобщить отзыв на  апелляционную жалобу и дополнительные документы к материалам дела, как  доказательства, представленные в обоснование возражений на доводы апелляционной  жалобы.  

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом уведомленные о времени и месте  судебного разбирательства, явку своих представителей в судебное заседание не  обеспечили.  

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями статьи 156  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, признал возможным  рассмотреть апелляционную жалобу без участия не явившихся представителей лиц,  участвующих в деле, уведомленных надлежащим образом.  

Возражения в части возможности применения положений части 5 статьи 268  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации от лиц, участвующих в  деле, не поступали.  

Поскольку определение суда первой инстанции оспаривается только в части и ни  одна из сторон в судебном заседании не заявила возражений в отношении применения  положений части 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации, законность и обоснованность судебного акта проверяется судом  апелляционной инстанции в обжалуемой части с учетом положений части 5 статьи 268  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Законность и обоснованность принятого судебного акта проверяется Пятнадцатым  арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном главой 34 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации обжалуемой части - в части не  применения в отношении ФИО1 правила об освобождении  должника от исполнения обязательств перед АО «Ингосстрах Банк».  

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, отзывов,  арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная  жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.  

Как следует из материалов дела, ФИО1 обратилась в  Арбитражный суд Ростовской области с заявлением о признании ее несостоятельной  (банкротом).  

Решением Арбитражного суда Ростовской области от 26.07.2023 должник признана  несостоятельной (банкротом), в отношении ФИО1 введена  процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим должника  утверждена ФИО2.  

Сведения о введении процедуры реализации имущества гражданина опубликованы  в газете «Коммерсантъ» № 142(7587) от 05.08.2023.  

По результатам проведения мероприятий, предусмотренных процедурой  реализации имущества, финансовый управляющий должника представил в Арбитражный  суд Ростовской области отчет, а также заявил ходатайство о завершении процедуры  реализации имущества в отношении должника.  

Как следует из отчета управляющего, реестр требований кредиторов сформирован  в общей сумме 1 035 123, 27 руб. Кредиторы первой и второй очереди отсутствуют.  Требования кредиторов в ходе процедуры не погашались.  

Должник не является индивидуальным предпринимателем. 

Финансовым управляющим проведен анализ финансового состояния должника, по  результатам которого сделан вывод о невозможности восстановления  платежеспособности должника.  

Также на основании заключения о наличии (отсутствии) признаков фиктивного или  преднамеренного банкротства финансовым управляющим сделан вывод об отсутствии  оспоримых сделок заключенных должником, а также указал, что признаки фиктивного  (преднамеренного) банкротства в отношении должника отсутствуют.  

Как указал финансовый управляющий, им предприняты меры по выявлению,  формированию, оценке и реализации конкурсной массы.  

Финансовым управляющим направлены запросы во все регистрирующие органы, с  целью поиска имущества должника.  

Согласно выписке из Единого государственного реестра недвижимости о правах  отдельного лица за должником и супругом должника объекты недвижимости не  зарегистрированы.  

Из ответа МРЭО ГИБДД следует, что за должником и супругом должника в  настоящее время транспортные средства не зарегистрированы.  

Доказательства того, что у должника имеется какое-либо имущество, которое  может быть реализовано для получения средств, направляемых на погашение требований  кредиторов, в деле отсутствуют. Также отсутствуют доказательства наличия каких-либо  иных источников пополнения конкурсной массы.  

Рассмотрев отчет финансового управляющего, принимая во внимание, что все  мероприятия в процедуре реализации имущества должника завершены, дальнейшее  проведение процедуры банкротства нецелесообразно и приведет только к увеличению  расходов в деле о банкротстве, суд первой инстанции пришел к выводу о наличии  оснований для завершения процедуры реализации имущества гражданина в отношении  ФИО1  

В указанной части судебный акт не обжалуется, апелляционная жалоба не  содержит доводов о незаконности судебного акта в части завершения процедуры  реализации имущества гражданина.  

Рассмотрев ходатайство о не применении правила об освобождении должника от  исполнения обязательств перед АО «Ингосстрах Банк», суд первой инстанции  обоснованно руководствовался следующим.  

В силу пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве после завершения расчетов с  кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего  исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных  при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества  гражданина (далее - освобождение гражданина от обязательств).  

Освобождение гражданина от обязательств не распространяется на требования  кредиторов, предусмотренные пунктами 4 и 5 настоящей статьи, а также на требования, о  наличии которых кредиторы не знали и не должны были знать к моменту принятия  определения о завершении реализации имущества гражданина.  

Институт банкротства граждан предусматривает иной - экстраординарный -  механизм освобождения лиц, попавших в тяжелое финансовое положение, от погашения  требований кредиторов, - списание долгов. При этом целью института потребительского  банкротства является социальная реабилитации гражданина - предоставление ему  возможности заново выстроить экономические отношения, законно избавившись от  необходимости отвечать по старым обязательствам, чем в определенной степени  ущемляются права кредиторов, рассчитывавших на получение причитающегося им  (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ  от 25.01.2018 № 310-ЭС17-14013 по делу № А48-7405/2015).  

Согласно пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве, освобождение гражданина  от обязательств не допускается, в том числе, в случае, если доказано, что при  

возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или  уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина,  гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно  уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и  (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при  получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.  

В этом случае арбитражный суд в определении о завершении реализации  имущества гражданина указывает на неприменение в отношении гражданина правила об  освобождении от исполнения обязательств либо выносит определение о неприменении в  отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств, если эти  случаи выявлены после завершения реализации имущества гражданина.  

Из содержания данной нормы можно сделать вывод о направленности  рассматриваемых положений на предотвращение освобождения гражданина от  исполнения тех обязательств (обязанностей), которые стали следствием совершения им  деяний, представляющих собой общественную опасность и наказуемых в соответствии с  Уголовным кодексом Российской Федерации.  

Согласно пункту 5 статьи 213.28 Закона о банкротстве требования кредиторов по  текущим платежам, о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью, о выплате  заработной платы и выходного пособия, о возмещении морального вреда, о взыскании  алиментов, а также иные требования, неразрывно связанные с личностью кредитора, в том  числе требования, не заявленные при введении реструктуризации долгов гражданина или  реализации имущества гражданина, сохраняют силу и могут быть предъявлены после  окончания производства по делу о банкротстве гражданина в непогашенной их части в  порядке, установленном законодательством Российской Федерации.  

Данная норма направлена на предотвращение освобождения гражданина от  исполнения тех обязательств (обязанностей), которые стали следствием совершения им  деяний, представляющих собой общественную опасность и наказуемых в соответствии с  Уголовным кодексом Российской Федерации.  

Согласно разъяснениям, данным в пункта 45 Постановления Пленума Верховного  Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 "О некоторых вопросах, связанных с  введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве)  граждан", согласно абзацу 4 пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение  должника от обязательств не допускается, если доказано, что при возникновении или  исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган  основывал свое требование в деле о банкротстве должника, последний действовал  незаконно, в том числе совершил действия, указанные в этом абзаце. Соответствующие  обстоятельства могут быть установлены в рамках любого судебного процесса  (обособленного спора) по делу о банкротстве должника, а также в иных делах.  

Таким образом, завершение процедуры реализации имущества должника не  сводится к автоматическому освобождению должника от обязательств перед его  кредиторами.  

Исходя из задач арбитражного судопроизводства (статья 2 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации), целей реабилитационных процедур,  применяемых в деле о банкротстве гражданина и последствий признания гражданина  банкротом (абзацы семнадцать и восемнадцать статьи 2 и статьи 213.30 Закона о  банкротстве), возможности заключения мирового соглашения на любой стадии  рассмотрения спора (статей 138, 139 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации, абзац девятнадцать статьи 2, статьи 213.31 Закона о банкротстве), а также с  учетом разъяснений пунктов 45, 46 8 постановления Пленума Верховного Суда  Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 "О некоторых вопросах, связанных с  введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве)  граждан", в процедуре банкротства граждан, с одной стороны, добросовестным  

должникам предоставляется возможность освободиться от чрезмерной задолженности, не  возлагая на должника большего бремени, чем он реально может погасить, а с другой  стороны, у кредиторов должна быть возможность удовлетворения их интересов,  препятствуя стимулированию недобросовестного поведения граждан, направленного на  получение излишних кредитов без цели их погашения в надежде на предоставление  возможности полного освобождения от задолженности посредством банкротства.  

По общему правилу, закрепленные в законодательстве о несостоятельности  граждан положения о неосвобождении от обязательств недобросовестных должников  направлены на исключение возможности получения должником несправедливых  преимуществ и обеспечение защиты интересов кредиторов.  

Согласно пункту 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, при  установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских  обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать  добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации  никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного  поведения.  

В пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от  23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой  Гражданского кодекса Российской Федерации", даны следующие разъяснения: оценивая  действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из  поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права  и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении  необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса  Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и  разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.  

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при  наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если  усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от  добросовестного поведения.  

Из приведенных разъяснений также следует, что если будет установлено  недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с  учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего  ей права полностью или частично.  

Институт банкротства граждан предусматривает исключительный механизм  освобождения лиц, попавших в тяжелое финансовое положение, от погашения требований  кредиторов, - списание долгов, который позволяет гражданину заново выстроить  экономические отношения, законно избавившись от необходимости отвечать по старым  обязательствам, но при этом в определенной степени ущемляет права кредиторов,  рассчитывавших на получение причитающегося им удовлетворения.  

В связи с этим к гражданину-должнику законодателем предъявляются повышенные  требования в части добросовестности, подразумевающие помимо прочего честное  сотрудничество с финансовым управляющим и кредиторами, открытое взаимодействие с  судом.  

Пунктом 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве установлен перечень признаков  недобросовестного поведения гражданина, исключающих возможность использования  особого порядка освобождения от погашения задолженности через процедуры  банкротства, к числу которых относится непредставление гражданином необходимых  сведений (представление заведомо недостоверных сведений) финансовому управляющему  или арбитражному суду, рассматривающему дело о банкротстве.  

В процедурах банкротства на гражданина-должника возлагаются обязательства по  предоставлению информации о его финансовом положении, в том числе сведений об  источниках доходов (пункт 3 статьи 213.4, пункт 6 статьи 213.5 Закона о банкротстве).  

Неисполнение данной обязанности создает препятствия для максимально полного  удовлетворения требований кредиторов, свидетельствует о намерении получить не  вытекающую из закона выгоду за счет освобождения от обязательств перед лицами,  имеющими к нему требования.  

Таким образом, разрешение вопроса о наличии либо отсутствии обстоятельств, при  которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, во многом  зависит от добросовестности должника.  

В обоснование ходатайства о неприменении правил освобождения должника от  исполнения обязательств перед АО «Ингосстрах Банк», финансовый управляющий  должника указывал на следующие обстоятельства.  

02.11.2016 г. между ПАО «Плюс Банк» (первоначальный кредитор) и должником  заключен Кредитный договор 

<

***>, согласно которому последнему  предоставлен кредит в размере 452 040 руб. на срок 60 мес. под 22 % годовых на  приобретение транспортного средства RENAULT DUSTER, VIN: X7LHSRDJN49011808,  год выпуска 2013.  

02.11.2016 г. между ПАО «Плюс Банк» (первоначальный залогодержатель) и  должником в обеспечение исполнения обязательств последнему по кредитному договору  заключен договор залога указанного выше транспортного средства. Заключение  указанных договоров оформлено в виде «Индивидуальных условий», носящих характер  смешанного договора (кредитного договора и договора залога).  

25.05.2017 г. права кредитора и залогодержателя перешли от ПАО «Плюс Банк» к  АО Ингосстрах Банк (ранее Банк СОЮЗ (АО)) согласно договору уступки прав  (требований) от 22.05.2017 г. и выписке из акта. После предоставления кредита должнику  и заключения кредитного договора и договора залога 02.11.2016 г. в Реестр уведомлений о  залоге движимого имущества были внесены сведения о возникновении залога на  транспортное средство в пользу Банка, что подтверждается уведомлением о  возникновении залога движимого имущества.  

В нарушение заключенного договора залога должник ФИО1 продала  заложенное транспортное средство 12.01.2019 г., что подтверждается проверкой на сайте  ГИБДД и решением Первомайского районного суда г. Ростова-на-Дону от 21.10.2019 по  делу № 2-4498/2019 и сразу же прекратила исполнять свои обязательства по кредитному  договору, что подтверждается выпиской по счету.  

Как установлено судом первой инстанции, определением суда от 16.10.2023  требования акционерного общества «Ингосстрах Банк» в размере 835 221, 57 руб., из них:  312 833, 55 руб. - основной долг, 302 680, 08 руб. – проценты, 6 627 руб. – госпошлина,  213 080, 94 руб. – неустойка, включены в третью очередь реестра требований кредиторов  ФИО1.  

Требования кредитора основаны на вступившем в законную силу судебном акте -  решении Первомайского районного суда г. Ростова-на-Дону от 21.10.2019 по делу   № 2-4498/2019, которым с должника в пользу заявителя взыскана задолженность по  кредитному договору 

<

***> от 02.11.2016 по состоянию на 07.08.2019 в  сумме 312 833, 55 руб. – основой долг, 29 884, 45 руб. – проценты, 6 627 руб. - расходы по  уплате государственной пошлины, обращено взыскание на предмет залога. При подаче  заявления кредитор указал, что на момент подачи заявления о включении в реестр  транспортное средство RENAULT DUSTER, VIN: X7LHSRDJN49011808 отчуждено  должником.  

В пояснениях должник указывал, что реализацию должником залогового  имущества без согласия залогодержателя нельзя признать безусловным основанием  недобросовестности должника и не освобождении должника от исполнения обязательств.  Продажа автомобиля должником являлась вынужденной мерой в связи с  нетрудоспособностью супруга должника, который находился на стационарном лечении  из-за проблем со здоровьем, в период с 04.03.2019г. по 15.03.2019г.  

Однако, как указал финансовый управляющий, что реализация должником  транспортного средства RENAULT DUSTER, VIN: X7LHSRDJN49011808, год выпуска  2013, находящегося в залоге у кредитора, а также неисполнение вступившего в законную  силу судебного акта (Первомайского районного суда г. Ростова-на-Дону от 21.10.2019 по  делу № 2-4498/2019) в отсутствие каких-либо доказательств, свидетельствующих об  объективной невозможности его неисполнения, свидетельствует о ненадлежащем  исполнении должником своих процессуальных обязанностей.  

В соответствии с пунктом 2 статьи 346 Гражданского кодекса Российской  Федерации, залогодатель не вправе отчуждать предмет залога без согласия  залогодержателя, если иное не предусмотрено законом или договором и не вытекает из  существа залога.  

В случае отчуждения залогодателем заложенного имущества без согласия  залогодержателя применяются правила, установленные подпунктом 3 пункта 2 статьи 351,  подпунктом 2 пункта 1 статьи 352, статьей 353 названного Кодекса. Залогодатель также  обязан возместить убытки, причиненные залогодержателю в результате отчуждения  заложенного имущества.  

Таким образом, по общему правилу, передача имущества в залог в обеспечение  исполнения обязательства, предполагает запрет на отчуждение такого имущества третьим  лицам, в отсутствие согласие залогодержателя.  

В соответствии с пунктом 6 раздела 2 кредитного договора 

<

***> от  02.11.2016, должник обязался без предварительного письменного согласия банка не  распоряжаться каким-либо образом предметом залога.  

В рассматриваемом случае должник не представил суду и залоговому кредитору  доказательства, что транспортное средство выбыло из его владения помимо его воли; не  представило гражданско-правовой договор, на основании которого транспортное средство  было отчуждено третьему лицу; не известило залогового кредитора о факте и основаниях  выбытия транспортного средства из владения должника.  

Закрепленные в законодательстве о несостоятельности граждан положения о  неосвобождении от обязательств недобросовестных должников направлены на  исключение возможности получения должником несправедливых преимуществ,  обеспечивая тем самым защиту интересов кредиторов.  

Таким образом, устанавливается баланс между социально-реабилитационной  целью потребительского банкротства, достигаемой путем списания непосильных  долговых обязательств гражданина с одновременным введением в отношении него  ограничений, установленных статьей 213.30 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ  "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве), и необходимостью  защиты прав кредиторов.  

Законом о банкротстве установлены случаи, когда суд не вправе освободить  должника от требований кредиторов, поскольку это нарушает права и законные интересы  кредиторов.  

Соответственно, подобное поведение неприемлемо для получения привилегий  посредством банкротства и является обстоятельством, препятствующим освобождению  гражданина от обязательств (абзац третий пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве).  

Суд первой инстанции верно указал, что отчуждение залогодателем предмета  залога, а именно его утилизация, без согласия кредитора и в отсутствие компенсации его  имущественных потерь является обстоятельством, свидетельствующим о  противозаконности действий такого лица, направленности на причинение вреда  кредитору, поскольку в связи с невозможностью обращения взыскания на предмет залога  в результате недобросовестных действий должника не была погашена задолженность  перед Банком по соответствующему кредитному договору.  

Право Банка как залогодержателя проверять наличие и состояние заложенного  имущества не создают для должника правовой основы для отчуждения имущества  

(продажа в настоящем случае), являющегося предметом залога, без согласия  залогодержателя, в ином случае залог утрачивает функцию гарантирования исполнения  обязательств перед кредиторами, на что разумно рассчитывал Банк при вступлении в  правоотношения с должником.  

Должник ФИО1 вследствие своего недобросовестного и противоправного  поведения воспрепятствовала АО «Ингосстрах Банк» в погашении задолженности, при  этом формальное наличие права на обращение взыскания на заложенное имущество не  восстанавливает и не защищает права кредитора с учетом всех обстоятельств дела.  

Установленные обстоятельства фактического сокрытия должником залогового  имущества, в результате которого последний лишился возможности получить  удовлетворение своих требований за счет стоимости предмета залога в ходе процедуры  банкротства должника, правомерно суду квалифицированы действия ФИО1, как  недобросовестные, направленные на причинение ущерба Банку в виде утраты  возможности получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за  счет денежных средств, поступивших от реализации залогового имущества, что  фактически свидетельствует об умышленном уклонении от погашения кредиторской  задолженности, сокрытии принадлежащего должнику имущества и, следовательно,  препятствует в соответствии с пунктом 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве  освобождению перед АО «Ингосстрах Банк».  

Аналогичная правовая позиция изложена в Определении Верховного Суда РФ  от 15.02.2023 № 308-ЭС22-28779 по делу № А53-27181/2021, постановлениях  Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 02.02.2022 № Ф08-14824/2021 по делу   № А32-45111/2018, Арбитражного суда Московского округа от 25.10.2022   № Ф05-17873/2021 по делу № А40-162340/2019 от 12.07.2023 г. по делу   № А41-22569/2021, Арбитражного суда Центрального округа от 11.09.2023   № Ф10-3405/2023 по делу № А35-2073/2018, Арбитражного суда Северо-Западного округа  от 27.09.2023 № Ф07-12730/2023 по делу № А56-61925/2022, Арбитражного суда Северо-Западного округа от 05.02.2024 № Ф07-19589/2023 по делу № А56-81557/2022,  от 02.11.2022 г. по делу № А46-10806/2021, Арбитражного суда Уральского округа  от 28.09.2023 № Ф09-7281/22 по делу № А50-12684/2021, Арбитражного суда  Поволжского округа от 02.02.2023 г. № Ф06-26374/2022 по делу № А65-7176/2021.  

Довод заявителя апелляционной жалобы о несогласии с вышеуказанным выводом  суда первой инстанции подлежит отклонению, поскольку не опровергает законный и  обоснованный вывод суда первой инстанции, сделанный на основании надлежащей  оценки, представленных в материалы дела доказательств, при правильном применении  норм права.  

При этом должником не представлены достаточные и достоверные доказательства  того, что денежные средства, полученные от реализации предмета залога, были  направлены на погашение задолженности перед Банком, и что данная задолженность  погашена в полном объеме.  

В свою очередь, условиями предоставления кредита под залог транспортного  средства установлена обязанность залогодателя принимать меры, необходимые для  обеспечения сохранности предмета залога, в том числе для защиты его от посягательств и  требований со стороны третьих лиц, а также обязанность немедленно уведомлять Банк о  возникновении угрозы утраты или повреждения предмета залога. Если предмет залога  погиб или поврежден, либо право собственности на него прекращено по основаниям,  установленным законом, заемщик обязан в десятидневный срок заменить его другим  равноценным имуществом либо в тот же срок досрочно исполнить обеспеченное залогом  обязательство. Без предварительного письменного согласия Банка не распоряжаться  каким-либо образом предметом залога, а именно: не осуществлять его продажу, мену,  дарение, сдачу в аренду, передачу в качестве вклада в уставной капитал юридических лиц,  а также не совершать уступки или последующий залог предмета залога третьим лицам.  

Уплачивать налоги, сборы и иные платежи. Как установлено судом, предмет залога  продан.  

Доказательства, подтверждающие замену утраченного / не переданного залогового  имущества на равноценное имущество в равной сумме, приобретения иного имущества  взамен утраченного / не переданного в материалы дела не представлены.  

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в любом случае  основаниями для отмены судебного акта, судом не допущено.  

Оснований для отмены или изменения обжалованного судебного акта по доводам,  приведенным в апелляционной жалобе, у судебной коллегии не имеется.  

С учетом изложенного, основания для удовлетворения апелляционной жалобы  отсутствуют.  

На основании изложенного, руководствуясь статьями 258, 268 – 272 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ростовской области от 15.04.2024 по делу   № А53-44326/2022 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу –  без удовлетворения.  

В соответствии с частью 5 статьи 271, частью 1 статьи 266 и частью 2 статьи 176  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации постановление  арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его  принятия.  

Постановление может быть обжаловано в месячный срок в порядке, определенном  статьей 188 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,  в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа.  

Председательствующий Д.В. Николаев 

Судьи Д.С. Гамов 

 М.А. Димитриев