ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

644024, г. Омск, ул. 10 лет Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №   А70-18082/2019

22 апреля 2021 года

город Омск

Резолютивная часть постановления объявлена  15 апреля 2021 года.

Постановление изготовлено в полном объеме  22 апреля 2021 года.

Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего  Брежневой О.Ю.

судей  Зориной О.В., Котлярова Н.Е.

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-2984/2021) Андреевой Светланы Михайловны на определение Арбитражного суда Тюменской области от 17 февраля 2021 года по делу № А70-18082/2019 (судья Поляков В.В.), вынесенное по результатам рассмотрения заявления финансового управляющего Ямщикова Дмитрия Валентиновича к Андреевой Светлане Михайловне о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) Андреева Александра Михайловича (ИНН 720700097286),

при участии в судебном заседании:  

представителя ФИО2 – ФИО5 по доверенности от 30.09.2020,

установил:

ФИО6 (далее – ФИО6, заявитель) обратилась 14.10.2019 в Арбитражный суд Тюменской области с заявлением о признании ФИО4 (далее – ФИО4, должник) несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 16.10.2019 заявление принято, возбуждено производство по делу № А70-18082/2019, назначено судебное заседание по проверке его обоснованности.

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 28.01.2020 (резолютивная часть объявлена 28.01.2020) требования ФИО6 признаны обоснованными, в отношении ФИО4 введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим должника утвержден ФИО3 (далее – ФИО3, финансовый управляющий, заявитель).

Сведения о введении процедуры реструктуризации долгов опубликованы в печатном издании «Коммерсантъ» от 01.02.2020 № 18.

Решением Арбитражного суда Тюменской области от 22.06.2020 ФИО4 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим должника утвержден ФИО3.

Сведения о признании должника несостоятельным (банкротом) и введении процедуры реализации имущества гражданина опубликованы в печатном издании «Коммерсант» от 27.06.2020 № 112.

Финансовый управляющий должника 20.11.2020 обратился в суд с заявлением (с учетом уточнений) о признании недействительной сделки, выразившейся в последовательном заключении ФИО4 и ФИО2 (далее – ФИО2, ответчик, податель жалобы) соглашения о разделе общего имущества от 28.12.2009, договора дарения доли в праве общей собственности на жилой дом и земельный участок от 29.01.2010, брачного договора от 10.08.2011, и применении последствий недействительности сделки. 

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 17.02.2021 заявление финансового управляющего ФИО3 удовлетворено частично, признана недействительной сделка, оформленная соглашением о разделе общего имущества от 28.12.2009, договором дарения доли в праве общей собственности на жилой дом и земельный участок от 29.01.2010, брачным договором от 10.08.2011, заключенными между ФИО4 и ФИО2

Применены последствия недействительности сделки: восстановлен режим совместной собственности ФИО4 и ФИО2 на имущество, указанное в пунктах 2.1, 2.2, 2.3, 2.4, 2.5, 2.6, 2.7, 2.8, 2.9, 3.1, 3.2 брачного договора от 10.08.2011, а также на имущество, являвшееся предметом соглашения о разделе общего имущества от 28.12.2009, либо производное от него. 

В удовлетворении остальной части заявления отказано.

С ФИО2 в доход федерального бюджета взыскана государственная пошлина в размере 6 000 руб. 

Не соглашаясь с принятым судебным актом, ФИО2 обратилась с апелляционной жалобой, в которой просит обжалуемое определение суда отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований в полном объеме, оставить заявление финансового управляющего без рассмотрения.

В обоснование апелляционной жалобы подателем указано, что на дату заключения сделок сумма задолженности перед ФИО6 составляла не более 2 700 000 руб., размер задолженности до 6 млн. руб. увеличен лишь в 2014 году; без проведения экспертизы невозможно утверждать о том, что стоимость оставшегося у должника имущества была недостаточной для погашения требований кредиторов; не может быть признана единой сделкой совокупность сделок, совершенных в разные годы в отношение различного имущества; суд первой инстанции необоснованно отклонил ходатайство о назначении судебной оценочной экспертизы, заявленное в связи с явной несоразмерностью требований финансового управляющего размеру требований кредиторов, имевшего место на момент заключения сделок.

Кроме того, апеллянт полагает, что суд первой инстанции вышел за рамки своей компетенции, восстановив режим совместной собственности ФИО4 и ФИО2 на спорное имущество, рассмотрев вопрос, не подведомственный арбитражному суду, при этом в Ленинском районном суде г. Тюмени рассматривается дело № 2-7388/2020 о разделе имущества супругов, включая, в том числе, спорные квартиры. Также был нарушен принцип состязательности сторон, проигнорирован довод о пропуске срока исковой давности, заявителю предложено уточнить требования.

ФИО2 отмечает, что должник никогда не являлся индивидуальным предпринимателем, соответствующий вывод сделан судом первой инстанции безосновательно. Также податель жалобы полагает, что брачный договор от 10.08.2011 не мог быть оспорен как сделка, в связи с чем не мог быть поставлен вопрос об оспаривании консолидированных сделок.

Финансовый управляющий ФИО3 в отзыве на апелляционную жалобу опровергает изложенные в ней доводы, просит оставить принятый судебный акт без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В заседании суда апелляционной инстанции представитель ФИО2 поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе, считал определение суда первой инстанции незаконным и необоснованным, просил его отменить, апелляционную жалобу – удовлетворить.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные в соответствии со статьей 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) о месте и времени рассмотрения апелляционной жалобы, явку своих представителей в заседание суда апелляционной инстанции не обеспечили.

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь частью 3 статьи 156, статьей 266 АПК РФ, рассмотрел апелляционную жалобу в отсутствие неявившихся представителей участвующих в деле лиц.

Законность и обоснованность определения Арбитражного суда Тюменской области от 17.02.2021 по настоящему делу проверены в порядке статей 266, 268 АПК РФ.

Повторно исследовав материалы обособленного спора в пределах доводов апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции не установил оснований для отмены или изменения определения суда первой инстанции.

Как следует из материалов спора и установлено судом первой инстанции, ФИО4 и ФИО2 вступили в брак 22.10.1977.

В период с 12.03.1999 до 01.01.2005 ФИО4 был зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя. Вопреки доводам апелляционной жалобы, данное обстоятельство подтверждается сведениями, размещенными на официальном сайте ФНС России, из которых следует, что ФИО4 зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя 12.03.1999 Администрацией г.Ялуторовска.

Соглашением о разделе общего имущества супругов от 28.12.2009 ФИО4 и ФИО2 определили их доли в праве общей собственности на жилой дом и земельный участок с кадастровым номером 72:26:0306001:7, расположенные по адресу: 

<

...>, равными, то есть по ½ доли каждой из сторон соглашения. 

В дальнейшем на основании договора дарения доли в праве общей собственности на жилой дом и земельный участок от 29.01.2010 ФИО4, действуя в качестве дарителя, безвозмездно передал ФИО2 (одаряемой) принадлежавшую ему ½ доли в праве общей собственности на указанные выше жилой дом и земельный участок. 

Кроме того, супругами А-выми 10.08.2011 заключен нотариально удостоверенный брачный договор, согласно пунктам 2.1-2.9, 3.1 и 3.2 которого: 

- внесенные супругами в период брака средства (вклад) в размере 2 641 800 руб. по договору, заключенному ЗАО «Проектно-строительная фирма «СТАР» и ФИО2 19.05.2004 № ЛФ-3.4/8 о совместной деятельности на долевое строительство многоквартирного кирпичного жилого дома по ГП-1, расположенного в квартале улиц Логунова-Федорова г. Тюмени, с последующим получением в собственность трехкомнатной квартиры в секции 3, 4 на пятом этаже, общей площадью 142,8 кв. м, являются в период брака и в случае его расторжения собственностью супруги ФИО2; после окончания строительства и регистрации права собственности на вышеуказанную квартиру на имя супруги она будет являться в период брака и в случае его расторжения собственностью супруги ФИО2; 

- приобретенный супругами в период брака автомобиль TOYOTA LAND CRUSER 120 (PRADO), идентификационный номер JTEBU29JX05122691, 2007 года выпуска, в период брака и в случае его расторжения является собственностью супруга ФИО4; 

- банковские вклады, сделанные супругами во время брака, а также проценты по ним являются во время брака и в случае его расторжения собственностью того из супругов, на которого они сделаны; 

- акции и другие ценные бумаги, приобретенные во время брака (кроме ценных бумаг на предъявителя), а также дивиденды по ним принадлежат во время брака и в случае его расторжения тому из супругов, на имя которого оформлено приобретение акций и других ценных бумаг; 

- доля в имуществе и (или) доходах коммерческой организации, приобретенная во время брака, является во время брака и в случае его расторжения собственностью того из супругов, на имя которого оформлено приобретение указанной доли; 

- ювелирные украшения, приобретенные супругами во время брака, являются во время брака и в случае его расторжения собственностью того из супругов, который ими пользовался; 

- полученные супругами или одним из них во время брака подарки, предназначенные для пользования обоих супругов (кроме недвижимого имущества и транспортных средств) в период брака являются общей совместной собственностью супругов, а в случае расторжения брака – собственностью того из супругов, чьими родственниками (друзьями, знакомыми, сослуживцами и т.п.) эти подарки были сделаны; 

- приобретенные супругами во время брака посуда, кухонная утварь, кухонная бытовая техника, мебель, являются в период брака и в случае расторжения брака собственностью ФИО2; 

- имущество, в том числе недвижимое, которое будет приобретено супругами после заключения данного брачного договора, в период брака, а также в случае его расторжения будет являться раздельной собственностью супругов, а именно собственностью того супруга, на чье имя оно приобретено и/или зарегистрировано в установленном порядке; в случае приобретения имущества, документы на которое не требуют оформления или которое не подлежит регистрации, оно будет являться собственностью того супруга, который вносил денежные средства в оплату этого имущества; 

- в соответствии с установленным подпунктом 1.2 пункта 1 данного брачного договора режимом раздельной собственности каждый супруг вправе самостоятельно без согласия второго супруга приобретать в собственность любое имущество, в том числе недвижимое, а также распоряжаться в полном объеме принадлежащим ему имуществом, в том числе недвижимым, приобретенным во время брака, а также совершать любые предусмотренные действующим законодательством действия и сделки, в том числе по приобретению и отчуждению в любой форме любого имущества, сдаче его в наем, аренду, залог, заключать любые договоры, в том числе займа, поручительства, кредитные и иные договоры; 

- имущество, принадлежащее одному из супругов по закону или в соответствии с положениями данного договора, не может быть признано совместной собственностью супругов на том основании, что во время брака за счет общего имущества супругов или личного имущества одного супруга были произведены вложения, значительно увеличивающие стоимость этого имущества. 

Наставая на том, что перечисленные соглашение и договоры представляют собой единую сделку, совершенную в целях причинения вреда кредиторам должника, финансовый управляющий обратился в суд с настоящим заявлением.

Удовлетворяя требования финансового управляющего, суд первой инстанции исходил из того, что оспариваемые соглашения являются единой консолидированной сделкой, направленной на прикрытие сделки по трансформации совместной собственности супругов в единоличную собственность ответчика.

Судебная коллегия вывод арбитражного суда поддерживает на основании следующего.

Согласно части 1 статьи 223 АПК РФ и статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с пунктом 7 статьи 213.9 Закона о банкротстве финансовый управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени гражданина заявления о признании недействительными сделок по основаниям, предусмотренным статьями 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона, а также сделок, совершенных с нарушением настоящего Федерального закона. 

В силу пункта 2 статьи 213.11 Закона о банкротства с даты вынесения арбитражным судом определения о признании обоснованным заявления о признании гражданина банкротом и введении реструктуризации его долгов наступают, в том числе, следующие последствия – требования о признании недействительными сделок и о применении последствий недействительности ничтожных сделок могут быть предъявлены только в порядке, установленном настоящим Федеральным законом.

Согласно части 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (часть 4 статьи 1 ГК РФ).

В силу абзаца первого части 1 статьи 10 ГК РФ не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения данного запрета суд на основании части 2 статьи 10 ГК РФ с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Согласно части 1 статьи 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. В силу части 2 статьи 168 ГК РФ, если из закона не следует иное, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна.

Злоупотребление правом при совершении сделки нарушает запрет, установленный статьей 10 ГК РФ, поэтому такая сделка признается недействительной на основании статей 10 и 168 ГК РФ (Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2015), утвержденный Президиумом Верховного Суда РФ 04.03.2015).

Пунктом 10 постановления Пленума ВАС РФ от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» (далее по тексту – Постановление № 32) разъяснено, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

Исходя из изложенного, при установлении того заключена ли сделка с намерением причинить вред другому лицу, суду надлежит установить, имелись ли у сторон сделки намерения причинить вред имущественным правам кредиторов, то есть была ли сделка направлена на уменьшение конкурсной массы. 

Для признания сделки ничтожной в связи с ее противоречием статье 10 ГК РФ необходимо установить сговор всех сторон договора на ее недобросовестное совершение с умышленным нарушением прав иных лиц или другие обстоятельства, свидетельствующие о направленности воли обеих сторон сделки на подобную цель, понимание и осознание ими нарушения при совершении сделки принципа добросовестного осуществления своих прав, а также соображений разумности и справедливости, в том числе по отношению к другим лицам, осуществляющим свои права с достаточной степенью разумности и осмотрительности. 

С учетом изложенного, злоупотребление правом должно иметь место в действиях обеих сторон сделки, что соответствует правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.09.2011 № 1795/11.

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (пункт 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»). 

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление № 25), оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. 

В рассматриваемом случае суд первой инстанции указал, что имеют место следующие юридические значимые обстоятельства, установленные постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 14.05.2019 по делу № А70-14025/2017 по результатам рассмотрения вопроса о привлечении ФИО4 к субсидиарной ответственности.

Так, апелляционным судом установлено, что ФИО4 занимал должность председателя правления ТСЖ «Перспектива» в период с 18.05.2005 до 25.05.2012, а также являлся ликвидатором ТСЖ «Перспектива» – 31.01.2016. 

31.07.2006 между ТСЖ «Перспектива» (продавец) в лице председателя правления ФИО4 и ФИО6 (покупатель) заключен договор купли-продажи доли с уступкой прав и обязанностей дольщика в долевом строительстве в виде четырехкомнатной квартиры № 37, проектной площадью 122,75 кв. м, расположенной на втором этаже второго подъезда, второй очереди незавершенного строительством жилого многоквартирного дома в кирпичном исполнении в квартале улиц Н. Федорова – ФИО7 – пр. 9 Мая в г. Тюмени. 

По данному договору ФИО6 оплатила в кассу ТСЖ «Перспектива» 2 640 000 руб., что подтверждено квитанцией к приходному кассовому ордеру от 01.08.2006 № 88. 

Вместе с тем, на дату заключения вышеуказанного договора право собственности на эту квартиру признано за ФИО8 решением Ленинского районного суда г. Тюмени от 31.08.2004, вынесенным по иску ФИО8 к ОАО ТСО «Тюменьстрой», ЗАО «Тюменьцементсервис». 

Решением Ленинского районного суда города Тюмени от 08.08.2007 по делу № 2-533/2007 по иску ФИО8 к ТСЖ «Перспектива» установлено, что квартира (доля №37) в строящемся доме решением общего собрания участников строительства от 20.05.2006 признана свободной и общим имуществом ТСЖ «Перспектива», поскольку ФИО8 отказалась заключать договор долевого участия с товариществом собственников жилья. 

Судом указано, что руководствуясь указанным решением ТСЖ «Перспектива» незаконно распорядилось долей ФИО8, заключив договор от 31.07.2006 с ФИО6 

Суд отменил решение общего собрания членов ТСЖ «Перспектива» от 20.05.2006 в части включения доли в виде четырехкомнатной квартиры № 37 в общее имущество ТСЖ «Перспектива». 

Вступившим в законную силу определением Центрального районного суда г.Тюмени от 30.09.2008 по гражданскому делу № 2/2686-08 утверждено мировое соглашение, заключенное между ФИО6 и ТСЖ «Перспектива», согласно которому ТСЖ «Перспектива» в срок до 31.03.2009 обязалось приобрести в собственность ФИО6 квартиру в Тюменском микрорайоне г. Тюмени в микрорайоне, общей площадью от 100 кв. м до 122,75 кв. м в кирпичном исполнении на среднем этаже (от второго до четвертого этажа) в чистовой отделке, готовую для проживания в следующем состоянии: настил линолеума в комнате, кухне и коридорах, плитка в санузле, наклейка обоев в комнатах и коридоре, установка керамической плитки в санузле, покраска стен на кухне, установка внутренних дверей, разводка электропроводки и монтаж конечных электрических устройств (розетки, выключатели, патроны в осветительных приборах); установка пластиковых окон; остекление балкона/лоджии; установка сантехнического оборудования; установка входных облагороженных металлических дверей, с указанием на наличие у ФИО6 права окончательного выбора варианта квартиры. Производство по делу № 2/2686-08 прекращено. 

В связи с неисполнением ТСЖ «Перспектива» условий мирового соглашения, Центральным районным судом г.Тюмени 26.03.2013 взыскателю выдан исполнительный лист. 

Вступившим в законную силу определением Центрального районного суда города Тюмени от 17.05.2013 по гражданскому делу № 2/2686-08 изменен способ исполнения определения Центрального районного суда г.Тюмени от 30.09.2008 на взыскание с ТСЖ «Перспектива» в пользу ФИО6 денежных средств в размере 6 000 000 руб. 

Обращение ФИО6 с заявлением об изменении способа исполнения судебного акта обусловлено его длительным неисполнением, а также тем, что ТСЖ «Перспектива» находилось в стадии ликвидации.

Удовлетворяя заявление ФИО6 об изменении способа исполнения решения, суд отклонил доводы представителя ТСЖ «Перспектива» об установлении стоимости квартиры в размере стоимости доли, указанной в договоре уступки права от 31.07.2006 в размере 2 640 000 руб., поскольку истицей представлены сведения о стоимости квартиры в размере 6 000 000 руб. 

Постановлением РОСП Ленинского административного округа города Тюмени УФССП по Тюменской области от 19.08.2014 на основании определения Центрального районного суда города Тюмени от 17.05.2013 по гражданскому делу № 2/2686-08, а также исполнительного листа № 2-2686/2008 от 25.05.2014 в отношении ТСЖ «Перспектива» возбуждено исполнительное производство. 

Фактические обстоятельства указанного судебного дела, как следует из судебного акта суда апелляционной инстанции, свидетельствуют об осведомленности ФИО4 как председателя правления ТСЖ «Перспектива» на дату заключения договора с ФИО6 о наличии прав на квартиру № 37 у иного лица – ФИО9, что прямо следует из акта приема-передачи документов, подписанного между ТСЖ «Перспектива» и конкурсным управляющим ЗАО «Тюменьцементсервис» ФИО10 

Приходя к выводу о наличии оснований для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности, суд апелляционной инстанции в постановлении от 14.05.2019 по делу № А70-14025/2017 отметил доказанность его недобросовестных действий по введению кредитора ФИО6 в заблуждение относительно возможного удовлетворения ее требований первоначально в натуральном виде в соответствии с условиями мирового соглашения, а затем денежных требований в процедуре добровольной ликвидации. 

Суд первой инстанции заключил, что по состоянию на 2009-2010 годы действовала статья 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ, позволявшая привлекать контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, что и было реализовано в рамках дела № А70-14025/2017, в связи с чем ФИО4, по убеждению арбитражного суда, не только мог, но и должен был предвидеть возможность своей субсидиарной ответственности по долгам ТСЖ «Перспектива».

Доводов, опровергающих указанный вывод суда первой инстанции, апелляционная жалоба не содержит.

При этом факт наличия обязательств к должнику перед ФИО6 на даты совершения оспариваемых в настоящем случае сделок, ответчиком не отрицается.

Суд первой инстанции также верно отметил, что на момент совершения оспариваемых сделок ФИО4 и ФИО2 состояли в браке, что презюмирует их обоюдную осведомленность о финансовом состоянии и заинтересованность в деятельности друг друга.

Довод ФИО2 о том, что брачный договор не может быть оспорен в арбитражном суде, судебной коллегией отклоняется, поскольку в соответствии с абзацами 2, 5 пункта 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан» (далее – Постановление № 48) финансовый управляющий, кредиторы должника, чьи требования признаны арбитражным судом, рассматривающим дело о банкротстве, обоснованными и по размеру отвечают критерию, указанному в пункте 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве, вправе оспорить в рамках дела о банкротстве внесудебное соглашение супругов о разделе их общего имущества (пункт 2 статьи 38 СК РФ) по основаниям, связанным с нарушением этим соглашением прав и законных интересов кредиторов (статьи 61,2, 61.3 Закона о банкротстве, статьи 10, 168, 170, пункта 1 статьи 174.1 ГК РФ). Данные разъяснения подлежат применению и при изменении законного режима имущества супругов брачным договором.

В силу приведенных в пункте 1 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63) разъяснений, по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут в частности оспариваться брачный договор, соглашение о разделе общего имущества супругов.

С учетом этого финансовый управляющий имеет право на оспаривание, в том числе, брачного договора в судебном порядке в рамках данного обособленного спора, как по общим основаниям, предусмотренным ГК РФ, так и по специальным основаниям, предусмотренным главой III.1 Закона о банкротстве.

При этом рассмотрение судом общей юрисдикции заявления о разделе имущества супругом не препятствует разрешению по существу настоящего заявления финансового управляющего о признании недействительными сделок должника.

Вопреки доводам апелляционной жалобы возможность оспаривания цепочки взаимосвязанных сделок, совершенных должником, гражданским законодательством не исключена, при этом не может быть определяющим критерием для признания сделок консолидированными тождество предметов сделки, тем более в рассматриваемом случае предметом всех оспариваемых финансовым управляющим в рамках настоящего спора соглашений является имущественная масса должника и ее правовой режим.

Убежденность подателя жалобы в обратном в отсутствие документального подтверждения правового значения не имеет.

При этом подлежит отклонению довод о нарушении судом первой инстанции принципа состязательности сторон, поскольку согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 1 постановления Пленума ВАС РФ № 65 от 20.12.2006 «О подготовке дела к судебному разбирательству» подготовка дела к судебному разбирательству является самостоятельной и обязательной стадией арбитражного процесса, согласно статье 133 АПК РФ проводится судьей единолично по каждому делу, находящемуся в производстве арбитражного суда первой инстанции, независимо от степени его сложности, срока рассмотрения и других обстоятельств и представляет собой совокупность организационных мер и процессуальных действий судьи, направленных на обеспечение правильного и своевременного рассмотрения дела.

Суд первой инстанции пришел к выводу, что в результате заключения соглашения о разделе общего имущества от 28.12.2009, договора дарения доли в праве общей собственности на жилой дом и земельный участок от 29.01.2010, брачного договора от 10.08.2011 произошло перераспределение общего имущества должника и ответчика, в результате которого на стороне ФИО2 было сосредоточено все недвижимое имущество, в том числе право требования такового, тогда как ФИО4 получил лишь транспортное средство, отчужденное им спустя 8 лет по цене 1 050 000 руб. 

Доказательства наличия у должника по состоянию на 10.08.2011 какого-либо иного имущества либо перспектив приобретения такого имущества (например, доход), денежный эквивалент которого позволял бы должнику произвести расчет с ФИО6, суду заинтересованными лицами не представлены. 

Доводы ФИО2 о необоснованном отклонении судом первой инстанции ходатайства о назначении судебной экспертизы суд апелляционной инстанции признает несостоятельными, поскольку данный спор подлежит разрешению по имеющимся в деле доказательствам, без назначения судебной экспертизы, поскольку обстоятельства, имеющие существенное значение для настоящего дела, могут быть установлены без применения специальных познаний в какой-либо области, кроме правовой.

Ссылка апеллянта на то, что после заключения брачного договора у должника имелось имущество в размере, достаточном для погашения имеющейся кредиторской задолженности, суд апелляционной инстанции отклоняет, так как ФИО4 в любом случае мер по погашению задолженности предпринято не было, обратное не доказано, из материалов спора не следует. 

К моменту заключения брачного договора долг перед ФИО6 погашен не был, возможные источники погашения такового после совершения оспариваемой сделки ФИО4 перед судом не раскрыты. 

При этом, принимая во внимание, что внесудебный раздел имущества, как правило, сопряжен со стремлением сторон обособить за каждой из них определенный объем имущества в целях исключения обращения взыскания на долю второго супруга, суд первой инстанции определением от 16.12.2020 предложил ответчику представить доказательства наличия объективных экономических предпосылок для раздела имущества с должником.

Во исполнение названного судебного акта суду представлены медицинские документы ФИО4, по мнению представителя ответчика, подтверждающие неудовлетворительное состояние здоровья должника. В связи с этим, по заверению ФИО2, раздел имущества был обусловлен стремлением должника обеспечить ее финансовое благосостояние при наличии вероятности смерти супруга. 

Приведенным пояснениям дана критическая оценка, поскольку любое юридически значимое действие должно соответствовать критерию добросовестности, в том числе учитывать интересы кредиторов должника, обеспечивать баланс интересов всех заинтересованных лиц. В контексте данного суждения институт наследования как по закону (с учетом степени свойства А-вых), так и по завещанию беспрепятственно гарантировал бы ответчику получение причитающейся ему доли совместной собственности, а также наследственной массы, одновременно обеспечивая интересы кредиторов на удовлетворение своих требований за счет последней. 

Какие-либо иные аргументы должником либо ответчиком в этой части не заявлены. 

В силу пункта 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила. 

Из разъяснений, содержащихся в пунктах 87, 88 Постановления № 25, в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Применяя правила о притворных сделках, следует учитывать, что для прикрытия сделки может быть совершена не только одна, но и несколько сделок. 

В таком случае прикрывающие сделки являются ничтожными, а к сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ). 

В рассматриваемой ситуации продолжительность периода совершения юридически значимых действий (с 2009 по 2011 годы), выразившихся в заключении договоров различной правовой природы, не может препятствовать квалификации их в качестве притворных, поскольку с учетом всего вышеизложенного конечной целью подобного положения дел в отсутствие разумного экономического обоснования является лишь создание видимости эквивалентности и справедливости раздела имущества при отсутствии такового в действительности. 

С учетом приведенных норм материального права и разъяснений, а также установленных фактических обстоятельств, в том числе аффилированности должника и ответчика, суд первой инстанции пришел к выводу, что соглашение о разделе общего имущества от 28.12.2009, договор дарения доли в праве общей собственности на жилой дом и земельный участок от 29.01.2010, брачный договор от 10.08.2011 представляют собой притворные сделки, квалифицируемые в качестве ничтожных, направленные на прикрытие сделки по трансформации совместной собственности супругов в единоличную собственность ответчика. 

В итоге в результате заключения спорной сделки, оформленной заключением перечисленных соглашений, на стороне ответчика сосредоточено все ликвидное имущество супругов, ранее обладавшее статусом совместного, тогда как должник обособил за собой лишь несоразмерную его часть, за счет которой невозможно было удовлетворить требование кредитора. 

С учетом изложенного в отсутствие доказательств обратного суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о наличии оснований для признания сделки, оформленной соглашением о разделе общего имущества от 28.12.2009, договором дарения доли в праве общей собственности на жилой дом и земельный участок от 29.01.2010, брачным договором от 10.08.2011, заключенными между ФИО4 и ФИО2, недействительной. 

В силу разъяснения, приведенного в абзаце третьем пункта 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан» (далее – Постановление № 48), если во внесудебном порядке осуществлены раздел имущества, определение долей супругов в общем имуществе, кредиторы, обязательства перед которыми возникли до такого раздела имущества, определения долей и переоформления прав на имущество в публичном реестре (пункт 6 статьи 8.1 ГК РФ), изменением режима имущества супругов юридически не связаны (статья 5, пункт 1 статьи 46 Семейного кодекса Российской Федерации). 

В силу пункта 7 статьи 213.26 Закона о банкротстве это означает, что как имущество должника, так и перешедшее вследствие раздела супругу общее имущество включаются в конкурсную массу должника. 

Несмотря на это, интерес финансового управляющего в признании сделки недействительной заключается в оптимизации реабилитационных процедур, применяемых в отношении ФИО4, в том числе посредством исключения инициирования иных споров (абзац пункта 9 указанного постановления).

Пунктом 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве предусмотрено, что все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу. 

Системный анализ законоположений, содержащихся в статье 254 ГК РФ, статье 38 Семейного кодекса Российской Федерации (далее – СК РФ), пункта 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 05.11.1998 № 15 «О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака» свидетельствует о том, что расторжение брака не является юридическим фактом, влекущим прекращение режима совместной собственности уже бывших супругов. 

Учитывая же, что брак между ФИО11 не расторгнут, исходя из положений 167 ГК РФ, суд применяет последствия недействительности сделки в виде восстановления режима совместной собственности ФИО4 и ФИО2 на объекты гражданских прав, поименованные в соглашении о разделе общего имущества от 28.12.2009 и брачном договоре от 10.08.2011. 

Доводы апелляционной жалобы относительно выхода суда первой инстанции за пределы компетенции судебной коллегией отклоняются, поскольку применение последствий недействительности сделки предусмотрено нормами гражданского законодательства.

Кроме того, суд первой инстанции, учитывая, что часть из вышеуказанного имущества уже реализована ответчиком, тогда как за счет вырученных от продажи средств, на основании пункта 2 статьи 34 СК РФ поступивших в совместную собственность супругов приобретено иное имущество, пришел к обоснованному выводу, что на таковое как производное также должен быть распространен режим совместной собственности супругов А-вых. 

При этом согласно пунктам 7 и 8 Постановления № 48 супруг (бывший супруг), полагающий, что реализация общего имущества в деле о банкротстве не учитывает заслуживающие внимания правомерные интересы этого супруга и (или) интересы находящихся на его иждивении лиц, в том числе несовершеннолетних детей, вправе обратиться в суд с требованием о разделе общего имущества супругов до его продажи в процедуре банкротства (пункт 3 статьи 38 СК РФ); супруг (бывший супруг) должника, не согласный с применением к нему принципа равенства долей супругов в их общем имуществе, вправе обратиться в суд с требованием об ином определении долей (пункт 3 статьи 38 СК РФ). 

Такие требование подлежат рассмотрению судом общей юрисдикции с соблюдением правил подсудности. 

К участию в указанном деле привлекается финансовый управляющий. 

Все кредиторы должника, требования которых заявлены в деле о банкротстве, вправе принять участие в рассмотрении данного иска в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора (статья 43 ГПК РФ). 

При этом вопреки доводам апелляционной жалобы, заявление ответчика о пропуске финансовым управляющим срока исковой давности, рассмотрено судом первой инстанции и отклонено за необоснованностью.

Так, ФИО2 приведена ссылка на определение Верховного Суда Российской Федерации от 05.11.2015 № 305-ЭС14-1540, на применении к спорным отношениям пункта 1 статьи 181 ГК РФ до внесения в него изменений Федеральным законом от 07.05.2013 № 100-ФЗ «О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и статью 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Закон № 100-ФЗ). 

Вместе с тем переходными положениями (пункт 9 статьи 3 Закона № 100-ФЗ) предусмотрено, что новые сроки исковой давности и правила их исчисления применяются к требованиям, сроки предъявления которых были предусмотрены ранее действовавшим законодательством и не истекли до 01.09.2013. 

Принимая во внимание, что совершение спорной сделки окончено не ранее 10.08.2011, а предусмотренный трехгодичный срок исковой давности до 01.09.2013 не истек, в настоящем случае должны применятся правила пункта 1 статьи 181 ГК РФ в редакции Закона № 100-ФЗ. 

Кроме того, арбитражным судом принят во внимание правовой подход Арбитражного суда Западно-Сибирского округа, изложенный в постановлении от 25.09.2020 по делу № А46-21920/2018, согласно которому в условиях заинтересованности сторон сделки по разделу имущества супругов, в том числе в сокрытии факта совершения таковой, юридическое исполнение этой сделки не может начаться ранее вступления в названные правоотношения независимого лица. 

Этот подход обусловлен, прежде всего, особенностями ведения публичного реестра недвижимости, учета транспортных средств, не позволяющими отразить сведения о нахождении имущества в совместной собственности нескольких лиц, что предопределяет наделение статусом титульного собственника только одного из сособственников. 

В связи с этим внешняя смена титульного собственника для независимых кредиторов не влечет в их восприятии трансформацию совместной собственности в единоличную, не может породить у них обоснованные сомнения как в совершении сделки с этим имуществом, так и в ее исполнении. 

В данном случае началом исполнения спорной сделки судом первой инстанции признан март 2014 года, когда ФИО2 реализовала жилой дом и земельный участок с кадастровым номером 72:26:0306001:7, расположенные по адресу: 

<

...>, в пользу третьего лица. 

Доводов, опровергающих указанный вывод суда первой инстанции, апелляционная жалоба не содержит.

Учитывая изложенное, доводы апелляционной жалобы признаются несостоятельными, поскольку не содержат фактов, которые не были учтены, проверены судом при рассмотрении дела, имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли бы на обоснованность и законность обжалуемого судебного акта либо опровергали выводы суда.

Таким образом, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены обжалуемого определения Арбитражного суда Тюменской области.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, суд апелляционной инстанции не установил.

Апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 269, 270, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Тюменской области от 17 февраля 2021 года по делу № А70-18082/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Cибирского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме.

Выдача исполнительных листов осуществляется судом первой инстанции после поступления дела из Восьмого арбитражного апелляционного суда.

При условии предоставления копии настоящего постановления, заверенной в установленном порядке, в суд первой инстанции взыскатель вправе подать заявление о выдаче исполнительного листа до поступления дела из Восьмого арбитражного апелляционного суда.

Председательствующий

О.Ю. Брежнева

Судьи

О.В. Зорина

 Н.Е. Котляров