АРБИТРАЖНЫЙ СУД НОВОСИБИРСКОЙ ОБЛАСТИ

Именем Российской Федерации

Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А45-35685/2021

г. Новосибирск

20 сентября 2022  года

Резолютивная часть решения объявлена 13 сентября 2022 года

Решение изготовлено в полном объеме 20 сентября 2022  года

Арбитражный суд Новосибирской области в составе судьи  Рединой Н.А., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Санжиевой Ю.А., рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску ФИО1,  г. Новосибирск 

к обществу с ограниченной ответственностью «Строй-Плюс» (ОГРН 

<

***>), г. Новосибирск 

с участием третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора: 1)  общества с ограниченной ответственностью «Энерго-Плюс» (630108 

<

...>, этаж/офис цоколь/4, ОГРН 

<

***>) в лице конкурсного управляющего ФИО2 (630087 г. Новосибирск, а/я 23); 2) бывшего директора ООО «Строймаш» ФИО3 (6300027 

<

...>)

о взыскании 1 786 520, 55 руб. задолженности 

при участии представителей: 

от истца: до перерыва: не явился, извещён, после перерыва: ФИО4 (доверенность от 20.12.2021, диплом № 93ю от 25.06.2007, паспорт)

от ответчика: ФИО5 (доверенность от 15.02.2019, удостоверение адвоката)

от третьих лиц: 1) ФИО6 (доверенность от 16.04.2021, диплом № 11269 от 29.06.2012, паспорт); 2) не явился, извещён

установил:

ФИО1 обратился в арбитражный суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Строй-Плюс» с участием третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора,  общества с ограниченной ответственностью «Энерго-Плюс» в лице конкурсного управляющего ФИО2,  бывшего директора ООО «Строймаш» ФИО3 о взыскании 1 786 520, 55 руб. задолженности.

Ответчик, ООО  «Энерго-Плюс» отзывами на иск относительно удовлетворения исковых требований возражают, подробно излагая свои доводы в отзывах.

Исследовав материалы дела, заслушав в судебном заседании доводы представителей сторон, ООО  «Энерго-Плюс», суд приходит к выводу о том, что заявленные исковые требования удовлетворению не подлежат.

Истец, обосновывая иск, ссылается на то, что 11.01.2019 ФИО1 и ООО «Строймаш» заключен договор уступки права требования № 1, в соответствии с которым к ФИО1 перешло право требования ООО «Строймаш» к ООО «Строй-Плюс» об оплате задолженности в размере 1 786 520, 55 руб. на основании договора №2-П о переводе долга от 10.01.2019, заключенного между ООО «Строймаш» (кредитор), ООО «Энерго-Плюс» (должник) и ООО «Строй-Плюс» (новый должник), акта сверки взаимных расчетов за период с 01.01.2018 по 31.12.2018, подписанного между ООО «Строймаш» (кредитор) и ООО «Строй-Плюс» (должник).

Пунктом 2.1 договора уступки права требования № 1 от 11.01.2019 установлена обязанность ООО «Строймаш» уведомить должника о заключении договора.

Предметом договора №2-П о переводе долга от 10.01.2019 является перевод обязательств с ООО «Энерго-Плюс» перед ООО «Строймаш» на ООО «Строй-Плюс» по оплате задолженности в общей сумме 1 363 100, 55 руб., возникшей на основании договора организации услуг №28-12-/11 от 28.12.2011 в размере 1 123 749, 55 руб. и договора поставки свай, бетона от 28.12.2011 в размере 239 351 руб.

В соответствии с п.2.3. договора №2-П о переводе долга от 10.01.2019 за перевод долга ООО «Энерго-Плюс» оплачивает ООО «Строй-Плюс» сумму в размере 1 363 100, 55 руб. в срок до 30.12.2019 путем перечисления на расчетный счет или иным способом, не противоречащим действующему законодательству. ООО «Строй-Плюс» не произведен расчёт с истцом, в связи с чем заявлен настоящий иск. 

При рассмотрении спора суд исходит из того, что в соответствии со ст. 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. 

В соответствии со ст. ст. 309, 310 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства. Односторонний отказ от исполнения обязательства не допускается.

Суд, рассмотрев утверждения истца, проанализировав доводы ответчика, третьего лица, сопоставив между собой представленные лицами, участвующими в деле,  в материалы дела доказательства, обращает внимание на следующее.

Истец основывает иск на договоре о переводе долга №2-П от 10.01.2019 и договоре уступки права требования №1 от 11.01.2019.

В свою очередь, исходя из текста указанных договоров имеющаяся, по мнению истца,  у ООО «Энерго-Плюс» и ООО «Строй-Плюс» перед ООО «Строймаш» задолженность образовалась за поставленный товар (бетон и кладочная смесь) и оказанные услуги по доставке указанного товара за период 2017-2018 годов.

Ответчик указывает на то, что представленный в материалы дела истцом договор о переводе долга №2-П от 10 января 2019 г. не подписывался директором ответчика ФИО7

В  судебном заседании ответчиком заявлено о фальсификации указанного договора в части подписи директора ответчика ФИО7

Судом, рассматривавшим заявление о фальсификации, ФИО7, подписавший заявление, был допрошен в качестве свидетеля и в ходе допроса утверждал, что подпись в представленном истцом договоре о переводе долга №2-П от 10.01.2019, проставленная от его имени, выполнена не им и о существовании указанного договора он и ООО «Строй-Плюс» узнало только в ходе судебных заседаний по данному делу.

В судебном заседании представитель ответчика обратил внимание суда на следующие обстоятельства. ООО «Строй-Плюс» и ООО «Энерго-Плюс» являются организациями с одними и теми же учредителями, в дату указанную как дата заключения договора о переводе долга №2-П (10.01.2019) руководители данных организаций ФИО7 и ФИО8 осуществляли фактическое руководство данными организациями. В связи со служебной необходимостью по рабочим техническим строительным и организационным вопросам ФИО8 практически ежедневно появлялся в офисе ООО «Строй-Плюс» и имел доступ к печати ООО «Строй-Плюс», которая всегда находилась в свободном доступе на столе либо директора, либо в бухгалтерии.  К совместной работе с ООО «Строй-Плюс» и ООО «Энерго-Плюс» привлек ООО «Строймаш» именно ФИО8, который позиционировал данную организацию, как фактически принадлежащую его другу ФИО1 (истец). За весь период взаимоотношений с ООО «Строймаш» ФИО7 ни разу не видел директора ООО «Строймаш» ФИО3, в офисе ответчика он не появлялся. Все документы от имени ООО «Строймаш» всегда уже в подписанном и заверенном печатью виде приносил ФИО1, с которым решались все рабочие вопросы. Определенное время назад у учредителя ООО «Строй-Плюс» и ООО «Энерго-Плюс» по объективным причинам испортились личные взаимоотношения с ФИО8 и стало понятно, что скорее всего через определенное время с ним рабочее сотрудничество будет прекращено. Учитывая вышеизложенные обстоятельства, есть основание полагать, что находящиеся в дружеских отношениях ФИО8 (директор третьего лица) и истец ФИО1, желая незаконно обогатиться за счет ответчика, могли изготовить не соответствующий действительности и не согласованный с ответчиком договор о переводе долга №2-П от 10.01.2019, а ФИО8, имея свободный доступ к печати ответчика, в тайне от директора ответчика проставил на данный фальсифицированный договор указанную печать.

О том, что указанный договор фальсифицирован и появился только при подаче настоящего иска в суд, свидетельствует и то обстоятельство, что ни в бухгалтерском учете ООО «Строй-Плюс», ни в бухгалтерском учете ООО «Энерго-Плюс» (согласно отзыву третьего лица) факт существования указанного договора не отражен.

Таким образом, заявление о фальсификации договора о переводе долга №2-П от 10 января 2019 г. в части подписи директора ответчика ФИО7 является обоснованным.

Кроме того, договор о переводе долга №2-П от 10.01.2019 и основанный на нем договор уступки права требования №1 от 11.01.2019 являются мнимыми сделками.

Подпись в представленном истцом договоре о переводе долга №2-П от 10.01.2019, проставленная от имени директора ответчика ФИО7, выполнена не им, а неустановленным лицом.

Какими либо конклюдентными действиями ни прямо, ни косвенно ответчик факт существования и одобрения данного договора о переводе долга №2-П от 10.01.2019 не подтверждал.

В силу пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации  сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна. Указанная норма направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле, и суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168, 170 АПК РФ).

Характерной особенностью мнимой сделки является то, что стороны стремятся правильно оформить все документы, не намереваясь при этом создать реальных правовых последствий. Следует также учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение (пункт 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", далее - Постановление N 25).

Отсюда следует, что при наличии обстоятельств, очевидно указывающих на мнимость сделки, либо доводов стороны спора о мнимости, установление только тех обстоятельств, которые указывают на формальное исполнение сделки, явно недостаточно.

Следовательно, при рассмотрении вопроса о мнимости договора о переводе долга и договора уступки прав требования, суд не должен ограничиваться проверкой соответствия копий документов установленным законом формальным требованиям. Необходимо принимать во внимание и иные документы первичного учета, а также иные доказательства, свидетельствующие о мнимости данных договоров.

С целью дополнительного подтверждения обоснованности правовой позиции ответчика о мнимости договора о переводе долга №2-П от 10.01.2019 и основанного на нем договора уступки права требования №1 от 11.01.2019, а также доводов о том, что они заключены в счет несуществующих обязательств, судом истребована из Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 21 по Новосибирской области налоговая и бухгалтерская отчетность ООО «Строймаш».

Согласно информации, поступившей из налогового органа в период произведенных, по мнению истца,  ООО «СТРОЙМАШ» поставок товаров и оказания услуг в 2017-2018 годы, в штате данной организации был один человек - директор, не получавший при этом заработную плату, в собственности транспортные средства, товары и иное имущество отсутствовало, как и денежные средства.

Таким образом, в данной ситуации: в бухгалтерском учете ООО «СТРОЙМАШ» поставка товаров и оказание услуг, на которых основаны договор о переводе долга и договор уступки права требования, не отражены; в бухгалтерском учете ООО «СТРОЙМАШ» факт существования договора о переводе долга №2-П от 10.01.2019 и договора уступки права требования в пользу истца не отражены; в период произведенных, по мнению истца,  ООО «СТРОЙМАШ» поставок товаров и оказания услуг 2017-2018 гг. в штате данной организации был один человек — директор, при этом не получавший заработную плату; сведения о наличии в собственности транспортных средств отсутствуют; сведения об аренде транспортных средств отсутствуют; сведения о наличии оборудования для производства бетона и кладочного раствора отсутствуют; сведения о закупках бетона и кладочного раствора у третьих лиц отсутствуют.

То есть, из представленных из налогового органа сведений следует, что в спорный период у ООО «СТРОЙМАШ» в штате отсутствовали работники, необходимые для управления транспортными средствами, без которых невозможно оказание услуг по перевозке грузов и поставке товаров, а также отсутствовали сами товары, которые ООО «СТРОЙМАШ» поставляло, по мнению истца,  в ООО «ЭНЕРГО-Плюс» и ООО «Строй-Плюс».

В обоснование заявленных требований, истец представил в материалы дела товарные накладные и акты оказанных услуг. Ответчик заявил о том, что товар ему и ООО «Энерго-Плюс» не передавался, данные сделки являются мнимыми.

Пункт 3 Обзора судебной практики ВС РФ N 1 (2020), утв. Президиумом ВС РФ 10.06.2020, указывает на то, что при разрешении требований о взыскании по договору суд оценивает обстоятельства, свидетельствующие о его ничтожности.

В делах об оспаривании таких сделок заявление о фальсификации применительно к действительности совершенных на документах подписей не достигает цели, так как, совершая сделки лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18.10.2012 N 7204/12). Поэтому при рассмотрении вопроса о мнимости договора поставки и документов, подтверждающих передачу товара, суд не должен ограничиваться проверкой соответствия копий документов установленным   законом   формальным   требованиям.   При    оспаривании   товарных накладных необходимо принимать во внимание и иные документы первичного учета, а также иные доказательства.

Иных документов первичного учета, относящихся к поставкам товара по спорным товарным накладным, истец не представил.

Вместе с тем, согласно п. 2 ст. 785 Гражданского кодекса Российской Федерации заключение договора перевозки груза подтверждается составлением и выдачей отправителю груза транспортной накладной (коносамента или иного документа на груз, предусмотренного соответствующим транспортным уставом или ГК РФ).

На основании п. 6 Правил перевозок грузов автомобильным транспортом, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 15.04.2011 N 272, в соответствии с Федеральным законом от 08.11.2007 N 259-ФЗ "Устав автомобильного транспорта и городского наземного электрического транспорта" оформление транспортной накладной, составленной грузоотправителем (если иное не предусмотрено договором перевозки груза) по форме согласно Приложению N 4, необходимо для подтверждения заключения договора перевозки груза.

Товарно-транспортная накладная является доказательством, подтверждающим факт сдачи и получения ответчиком спорной продукции (пункт 2 приложения к письму Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 28.11.1996 N С2-7/ОП-706 "Обзор отдельных постановлений Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации по спорам, связанным с расчетами (без участия банков)").

В силу статьи 2 Федерального закона от 08.11.2007 N 259-ФЗ "Устав автомобильного транспорта и городского наземного электрического транспорта" путевой лист - документ, служащий для учета и контроля работы транспортного средства, водителя.

В соответствии с пунктом 2 статьи 6 Устава автомобильного транспорта запрещается осуществление перевозок грузов грузовыми автомобилями без оформления путевого листа на соответствующее транспортное средство.

Таким образом, надлежащими доказательствами фактической передачи товара ООО «Энерго-Плюс» и ответчику в данном случае могли бы служить товарно-транспортные накладные, подтверждающие доставку истцом товара ответчику определенным видом транспорта или самовывоз ответчиком спорного товара, а также путевые листы.

Факт отсутствия товарно-транспортных накладных у истца, ООО «Энерго-Плюс» и ответчика, а также путевых листов у истца при наличии неразрешенного спора свидетельствует о формальном документообороте, без реального товарооборота.

Поскольку спорные товарные накладные не предусматривают в качестве способа доставки товара самовывоз, отсутствуют путевые листы, информация о транспортировке груза, учитывая значительный объем поставляемого товара, который требует к перевозке значительное количество спецавтотранспорта, а именно автобетоносмесителей, при отсутствии документов, подтверждающих транспортировку товара, это свидетельствует о недоказанности истцом реальности совершения спорных сделок.

Истцом не представлены документы, подтверждающие согласование объема каждой поставляемой партии, счета-отвесы, не представлены заявки ООО «Энерго-Плюс» и ответчика на каждую партию товара, либо отгрузочная разнарядка (ст. 509 ГК РФ) о поставке товара к определенной дате, нет данных о его транспортировке.

Кроме того, обязательным документом для поставки бетона является документ о качестве, согласно п. п. 6.2., 6.3. ГОСТа 7473-2010. Паспорта качества бетона истцом также не предоставлены.

Истцом не представлены письменные доказательства по периоду 2017-2018 годы: наличия у ООО «Строймаш» денежных средств, необходимых для приобретения бетона и кладочной смеси, а также аренды специальной техники (в собственности она отсутствовала) и оплаты привлеченных водителей, так как в штате организации они отсутствовали. Не представлены обязательные к оформлению в рассматриваемом случае и являющиеся надлежащими доказательствами фактической передачи товара ООО «Энерго-Плюс» и ответчику товарно-транспортные накладные с отражением данных автомобилей и водителей, подтверждающие поставку и доставку товара, путевые листы, паспорта качества бетона и кладочной смеси.

Согласно п. 32 Обзора судебной практики Верховного Суда РФ N 3 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 12.07.2017, пункт 10 Обзора судебной практики Верховного Суда РФ N 1 (2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 13.04.2016 г., при распределении бремени доказывания этих обстоятельств необходимо учитывать, что с точки зрения поддержания баланса процессуальных прав и гарантий их обеспечения возложение на ответчика бремени доказывания отрицательного факта недопустимо. В данной ситуации доказывание положительного факта возлагается на истца, который может представить необходимое обоснование и доказательства наличия правовой и фактической возможности исполнения обязательства по договору.

В рассматриваемом случае при заявлении ответчиком о мнимости сделок поставки само по себе наличие товарных накладных, в отсутствие иных объективных доказательств в подтверждение фактической передачи товара и реальной возможности ведения сторонами деятельности, не может с необходимой степенью достоверности и достаточности быть признано основанием для вывода об обоснованности требования истца.

Истец, не имеющий официального отношения к ООО «Строймаш», представил в дело не имеющие отношения к существу спора документы о работе данной организации за период по 2016 год включительно, однако за спорный период 2017-2018 годов документы не представлены. Данное обстоятельство подтверждает доводы Ответчика о том, что ООО «Строймаш» фактически в спорный период было подконтрольно истцу, фактическую деятельность по торговле товарами и оказанию услуг не оказывало и использовалось истцом исключительно для создания фиктивного документооборота с целью незаконно обогатиться за счет денежных средств ООО «Строй-Плюс».

В данной ситуации иск основан истцом на товарных накладных 2017 и 2018 годов, указанных  в представленных им актах сверок и представленных в материалы дела, так как в соответствии с пунктом 3 статьи 319.1 Гражданского кодекса Российской Федерации если иное не предусмотрено законом или соглашением сторон, в случаях, когда должник не указал, в счет какого из однородных обязательств осуществлено исполнение, преимущество имеет то обязательство, срок исполнения которого наступил или наступит раньше, либо, когда обязательство не имеет срока исполнения, то обязательство, которое возникло раньше. То есть, при частичном погашении задолженности оплата направляется на погашение накладных, актов оказанных услуг сформированных ранее (исходя из календарных дат их возникновения), а не оплаченными остаются накладные, акты оказанных услуг сформированные в более поздние календарные даты.

Исходя из текста договора перевода долга и договора уступки права требования, положенных истцом в обоснование иска следует, что суммы задолженности, указанные в иске, сформировались за период 2017 год по ООО «Энерго плюс» и за период 2018 г. по ООО «Строй плюс».

Кроме того, иные накладные, помимо 2017-2018 годов истцом в материалы дела не представлены.

 Представленные истцом фотографии автомобиля с государственным регистрационным номером 444 не являются доказательствами отгрузки бетона и не могут подменять собой первичные документы. Кроме того, ФИО1 не имел каких-либо договорных отношений с ООО «Строймаш», принадлежащий ему автомобиль на основании договора аренды или по иному договору ООО «Строймаш» в пользование не передавал, то есть на нем от имени ООО «Строймаш» не мог перевозиться товар для ответчика и ООО «Энерго-Плюс».

По ходатайству истца в качестве свидетелей были допрошены бывшие работники ООО «Энерго-Плюс» ФИО8, ФИО9 и ФИО10 Целью допроса свидетелей итстец указал подтверждение фактов поставок товара.

В соответствии с положениями статьи 68 АПК РФ обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами; свидетельские показания не могут заменить письменные доказательства, необходимые для подтверждения факта поставки товара и оказания транспортных услуг. (Постановление Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 25.06.2021 N Ф04-2666/2021 по делу N А46-24700/2019).

Статьями 2, 5, 9 Закона о бухгалтерском учете установлено, что каждый факт хозяйственной жизни экономического субъекта подлежит оформлению первичным учетным документом, который не может быть заменен свидетельскими показаниями.

При этом свидетели дали общие показания, указав, что от ООО «Строймаш» они знают лишь одного человека - исца ФИО1, по чьему приглашению они и явились. Сам данный факт говорит о личных неформальных отношениях истца и свидетелей. 

Вместе с тем, все свидетели пояснили, что при реальной поставке бетона в обязательном порядке оформляются и передаются покупателю с бетоном паспорт качества бетона, товарно-транспортная накладная с отражением данных автомобилей и водителей и путевой лист.

Истцом указанные документы в материалы дела не представлены.

Также свидетели подтвердили пояснения ответчика о том, что руководитель ответчика ФИО7 сам никогда не выезжал на строительную площадку для приемки бетона и подписанные им накладные без накладных, подписанных прорабами, паспортов качества бетона, товарно-транспортных накладных с отражением данных автомобилей и водителей и путевых листов не могут свидетельствовать о реальности поставок бетона.

Опрошенный в судебном заседании бывший директор ООО «Строймаш» ФИО3 на вопросы представителя ответчика по деятельности ООО «Строймаш» в 2017-2018 годах: не смог пояснить адрес офиса; пояснил, что в штате организации помимо него было еще два человека, но не смог назвать их фамилии; пояснил, что организация арендовала установку по производству бетона, но не смог назвать адрес, где она находилась (при этом в штате организации не было работников для работы на данной установке); пояснил, что специальной техники в собственности организации не было и техника арендовалась у частных лиц за наличные денежные средства, при этом он не мог назвать данные ни одного водителя и ни одного транспортного средства; на вопрос за счет каких денежных средств оплачивалась аренда установки по производству бетона, а также арендовалась техника для перевозки бетона, пояснил, что за счет его личных денежных средств, при этом их источник назвать не смог (согласно налоговой отчетности заработную плату в данный период он не получал); пояснил, что фактически всей деятельностью, связанной с поставкой и доставкой бетона, занимался истец ФИО1, не имеющий официального отношения к ООО «Строймаш», а он только подписывал документы, которые ему приносил Липских, сам в офисе ООО «Строй-Плюс» никогда не был, директора ООО «Строй-Плюс» также никогда не видел. 

Таком образом, ФИО3 подтвердил, что фактически в спорный период ООО «Строймаш» находилось под контролем истца ФИО1; по договорам перевода долга и уступки права требования пояснил, что ему на подпись их принес ФИО1, он их только подписал. 

При этом ФИО3 пояснил, что по договору уступки права требования ФИО1 рассчитался с ним лично как с физическим лицом, а не с ООО «Строймаш», но пояснить как именно произведен расчет и в какой сумме ФИО3 не смог.

Также опрошенный в судебном заседании бывший директор ООО «Строймаш» ФИО3 на вопросы представителя ответчика по деятельности ООО «Строймаш» в 2017-2018 годах назвал единственного конкретного поставщика, у которого ООО «Строймаш» якобы приобретало бетон для поставки в ООО «Энерго-Плюс» и ООО «Строй-Плюс» - ООО «ПТК ЗЖБИ-4». На аудиозаписи судебного заседания от 06.07.2022 (с 39 минуты 36 секунды записи по 40 минуту 03 секунду) зафиксированы данные пояснения ФИО3, а также его пояснения о том, что в случае направления запроса ООО «ПТК ЗЖБИ-4» подтвердит данные обстоятельства.

Ответчик с целью проверить вышеуказанные пояснения ФИО3  направил запрос в адрес ООО «ПТК ЗЖБИ-4» и получил ответ от 12.07.2022 о том, что в период 2016-2018 годов ООО «ПТК ЗЖБИ-4» поставки в адрес ООО «Строймаш» не производило.

Учитывая изложенное, суд критически относится к его показаниям в части утверждения о реальности поставок бетона в адрес ООО «Энерго-Плюс» и ООО «Строй-Плюс» в 2017-2018 годах.

Вышеуказанные ответы ФИО3 на вопросы представителя ответчика очевидно указали на то, что в спорный период 2017-2018 годов он являлся номинальным директором ООО «Строймаш» и фактически деятельность ООО «Строймаш» не осуществляло, использовалось для создания фиктивного документооборота.

Указанные выводы ответчика подтверждаются также следующим: в ходе рассмотрения дела истец, фактически контролирующий ООО «Строймаш» и представивший в дело документы по работе организации за период по 2016 год включительно, не смог предоставить первичных документов, подтверждающих приобретение или производство ООО «СТРОЙМАШ» товара (бетон), отпуск товара со склада и документы о транспортировке товара за период 2017-2018 годов. Таким образом, материалами дела установлено, что ООО «СТРОЙМАШ» фактически осуществляло деятельность в области торговли и оказания услуг по 2016 год, после чего стало использоваться истцом совместно с ФИО3 и ФИО8 для создания фиктивного документооборота.

Доводы истца о признании ответчиком долга путем подписания иных, не имеющих к данному делу отношения договоров о переводе долга, являются несостоятельными.

 Во – первых, любые договоры перевода долга и уступки права требования основаны на фактах хозяйственной деятельности и являются производными от них. В рамках настоящего спора ответчик заявил о мнимости самих сделок поставки и оказания слуг. Кроме того, подписывая иные, не имеющие к данному делу отношения договоры о переводе долга (на которые ссылается истец), ответчик был лишен возможности проверить реальность сделок между третьими лицами ООО «Строймаш» и ООО «Энерго-Плюс» и исходил из презюмируемой добросовестности указанных юридических лиц, закрепленной в ГК РФ. Ознакомившись с информацией, поступившей в рамках данного дела от налогового органа, ответчик высказал обоснованные сомнения в реальности вышеуказанных сделок и данные сомнения подтвердились при дальнейшем рассмотрении дела.

Совокупность обстоятельств, установленных в рамках настоящего дела, свидетельствует, что документы, положенные в основу заявленного требования, были смоделированы стороной с целью незаконного получения денежных средств от ООО «Строй-Плюс», а именно: в нарушение п 2.1 договора уступки права требования № 1 от 11.01.2019 ООО «Строймаш» не уведомило о состоявшееся уступке;  требованием о взыскании задолженности с ООО «Строй-Плюс» ФИО1 обратился по истечению почти трех лет после заключения уступки.

Указанные обстоятельства вызывают обоснованные сомнения, поскольку поведение истца отличается от стандартного поведения лица, не требующего в течении длительного периода времени исполнения обязательств со стороны должника. Принимая во внимание тот факт, что картотека арбитражных дел содержит сведения о неоднократных попытках кредиторов ООО «Строй-Плюс» возбудить в отношении указанного лица дело о банкротстве (дела № А45-21019/2020, №А45-3833/2021, А45-25722/2021); письмо директору ООО «Энерго-Плюс» и ООО «Строй-Плюс» исх. №15-07/2020 было направлено ООО «Строймаш» 15.07.2020 после своей ликвидации (ООО «Строймаш» было ликвидировано 24.03.2020); директор ООО «Строй-Плюс» ФИО7 в судебном заседании пояснил, что представленный договор №2-П о переводе долга от 10.01.2019 им не подписывался; бывший директор ООО «Энерго-Плюс» ФИО8 подтвердил, что привлекался к ответственности за создание фиктивного документооборота (ООО «Энерго-Плюс» было привлечено к административной ответственности за совершение налоговых правонарушений, ФИО8 привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Энерго-Плюс» (определение арбитражного суда Новосибирской области от 24.12.2021 по делу № А45-38557/2019); договор №2-П о переводе долга от 10.01.2019 не исполнялся сторонами: оплата за перевод долга от ООО «Энерго-Плюс» не производилась, договор конкурсному управляющему не передавался, в налоговой отчетности ООО «Строймаш» сведения о заключении договора №2-П о переводе долга от 10.01.2019 отсутствуют.

В материалах дела также отсутствуют доказательства, которые бы подтверждали реальность возникших у ООО «СТРОЙ-ПЛЮС» или ООО «ЭНЕРГОПЛЮС» долговых обязательств перед ООО «СТРОЙМАШ» в заявленный период, а именно: из пояснений бывшего руководителя ООО «Строймаш» ФИО3 очевидно усматривался факт его номинального участия в обществе (не смог вспомнить ФИО бухгалтера, отказался пояснять каким образом и с какого компьютера ООО «Строймаш» производило платежи, не смог дать внятные пояснения где приобретался обществом бетон, а также по какому адресу ООО «Строймаш» занималось собственным производством и др.); в материалы дела не были представлены доказательства наличия у ООО «Строймаш» работников, силами которых было возможно оказания услуг; в материалы дела не были представлены доказательства наличия у ООО «Строймаш» спецтехники, используемой при оказании услуг. Сам факт наличия одной единицы спецтехники непосредственно у ФИО1 не может свидетельствовать о возможности ООО «Строймаш» оказывать соответствующие услуги, так как ФИО1 в штате ООО «Строймаш» не состоял, наличие гражданско-правовых отношений надлежащими и допустимыми доказательствами (договорами, актами, оплатами) не подтвердил; в материалы дела не были представлены доказательства приобретения/изготовления бетона ООО «Строймаш». Доводы ООО «Строй-Плюс» о фальсификации товарных накладных с ООО «СибирьБетонСервис» не были опровергнуты. Указанные товарные накладные в разделе получателя содержат подписи ФИО10, который допрашивался в качестве свидетеля и пояснял, что являясь работником ООО «Строй-Плюс», по доверенности получал товарно-материальные ценности для ООО «Строй-Плюс» от ООО «Строймаш», при этом ФИО10 не говорил, что он также получал товарно-материальные ценности для ООО «Строймаш» от контрагентов ООО «Строймаш». Данные обстоятельства позволяют критически отнестись к показаниям свидетеля ФИО10

Кроме того, в материалы дела представлен ответ от указанного ФИО3 поставщика об отсутствии правоотношений с ООО «Строймаш»; в материалы дела не были представлены доказательства доставки бетона на объекты ООО «Строй-Плюс» (товарно-транспортные накладные, паспорта качества на бетон и др.). В опровержение указанных доводов истцом были представлены фотографии нахождения спецтехники, принадлежащей ФИО1, на строительной площадке из сети Интернет, которые не могут достоверно (в отсутствии первичной документации) подтверждать ни факт оказания ООО «Строймаш» услуг, ни их реальность. Указанные обстоятельства также не могут подтверждаться свидетельскими показаниями. Обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами (ст. 68 АПК РФ). Свидетели: бывший  прораб ООО «Строй-Плюс» ФИО10, бывший прораб, начальник участка ФИО9 находились в служебной подчиненности у ФИО8; в материалы дела не были представлены иные документы, которые бы подтверждали реальность отношений по оказанию услуг ООО «Строймаш» в период с 2017 по 2018 гг. (иной период возникновения спорной задолженности, исходя из акта сверки, не усматривается). Представленные истцом документы, относятся к иному периоду, а соответственно не опровергают возникшие сомнения в реальности отношений между сторонами, и, как следствие, не подтверждают факт наличия задолженности в заявленном размере.

Кроме того, в нарушение определения арбитражного суда от 27.07.2022 истцом не был представлен прозрачный расчет исковых требований (с учетом заявленного периода возникновения задолженности и предоставляемых первичных документов, относящихся к иному периоду).

В отсутствие надлежащих и достоверных доказательств со стороны истца, которые подтверждали бы реальность правоотношений, положенных в основу спорных договоров, в материалах дела имеются сведения, представленные налоговым органом, из которых следует, что в бухгалтерском учете ООО «Строймаш» договор поставки товаров и оказания услуг, на котором основан договор №2-П о переводе долга от 10.01.2019 не отражен; в период произведенных, по мнению истца,  ООО «Строймаш» поставок товаров и оказания услуг в штате данной организации был один человек - директор; сведения о наличии в собственности транспортных средств отсутствуют; сведения об аренде транспортных средств отсутствуют; сведения о наличии оборудования для производства бетона и кладочного раствора отсутствуют; сведения о закупках бетона и кладочного раствора у третьих лиц отсутствуют.

Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - постановление Пленума ВС РФ № 25), при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

27.07.2022 ответчиком  согласно ст. 161 АПК РФ заявлено о фальсификации доказательств – товарных накладных от 14.05.2018, 17.05.2018, 18.05.2018, от 23.05.2018, 25.05.2018.

Суд согласно ч. 2 ст. 161 АПК РФ, отражая результат рассмотрения заявления о фальсификации доказательств указывает на то, что в целях проверки заявления о фальсификации доказательств суд: обязал истца представить суду пояснения в письменном виде о том, за счет каких денежных средств приобретался полученный по указанным накладным бетон, на каком автотранспорте и кем он перевозился получателю с подтверждающими документами: договорами займа денежных средств в пользу ООО «Строймаш», приходными кассовыми ордерами об оплате за бетон, оформленными ООО «СибирьБетонСервис», договорами аренды спецавтотехники, заключенными ООО «Строймаш» как арендатором, либо договорами оказания услуг на перевозку бетона, заключенными ООО «Строймаш» как заказчиком, доказательствами оплаты по данным договорам; истребовал у ООО «СибирьБетонСервис» информацию о том, имели ли место в 2018 году отгрузки бетона от ООО «СибирьБетонСервис» в ООО «Строймаш» по предлагающимся к данному запросу товарным накладным от 14.05.2018, 17.05.2018, 18.05.2018, от 23.05.2018, 25.05.2018. Если да, то сообщить как происходил расчет за отгруженный товар с приложением платежных документов (платежные поручения, приходные кассовые ордеры), а также сообщить какое отношение к ООО «СтройМаш» имело физическое лицо, получившее товар; определил ответчику, ООО «Энерго-Плюс»   представить товарные накладные, паспорта качества на бетон.

 Ни истец, ни ООО «СибирьБетонСервис» истребованные судом доказательства в целях исполнения определения суда по проверке обоснованности заявления о фальсификации доказательств, в дело не представили.

Таким образом, заявление о фальсификации товарных накладных от 14.05.2018, 17.05.2018, 18.05.2018, от 23.05.2018, 25.05.2018 об отгрузке бетона от ООО «СибирьБетонСервис» в 2018 году ООО «СтройМаш» является обоснованным.

В соответствии с ч. 1, 2 ст. 65, ч. 1 ст. 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, определяются арбитражным судом на основании требований и возражений лиц, участвующих в деле, в соответствии с подлежащими применению нормами материального права. Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Доказательства представляются лицами, участвующими в деле.

 В соответствии с ч. 1 ст. 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при принятии решения арбитражный суд оценивает доказательства и доводы, приведенные лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений; определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены и какие обстоятельства не установлены, какие законы и иные нормативные правовые акты следует применить по данному делу. 

Согласно ч. 1, 2, 4, 5 ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами. Никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы. 

При этом одной из основных задач арбитражного судопроизводства (ст. 2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) является защита нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов лиц, осуществляющих предпринимательскую или иную экономическую деятельность. В силу статьи 2, части 3 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд, сохраняя независимость, объективность и беспристрастность, осуществляет руководство процессом, создает условия для правильного применения законов и иных нормативных правовых актов при рассмотрении дела, что необходимо для достижения такой задачи судопроизводства в арбитражных судах, как защита нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов лиц, осуществляющих предпринимательскую и иную экономическую деятельность, а также прав и законных интересов других участников гражданских и иных правоотношений. 

При рассмотрении настоящего дела судом в порядке части 3 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации были созданы условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств, истец извещен надлежащим образом о дате и времени судебных заседаний, что позволяло истцу совершить процессуальные действия (в том числе ознакомиться с материалами дела; ходатайствовать о фальсификации доказательств либо подать иные процессуальные заявления; предоставить дополнительные доказательства, опровергающие доводы ответчика). 

Исходя из принципа состязательности судопроизводства риск наступления последствий несовершения истцом процессуальных обязанностей по доказыванию своих доводов лежит на нем (часть 2 статьи 9 АПК РФ). 

Согласно части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. 

При таких обстоятельствах, исследовав и оценив все имеющиеся в материалы дела доказательства и пояснения лиц, участвующих в деле, в их совокупности и взаимной связи по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а также учитывая положения статей 309, 310 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения иска. 

Распределение судебных расходов производится по правилам статей 102, 104, 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 167-171, 176, 110, 319 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

в удовлетворении исковых требований отказать.

Вернуть ФИО7 денежные средства в размере 22 000 руб., перечисленные на депозит Арбитражного суда Новосибирской области согласно чеку - ордеру от 23.03.2022.

Решение вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия.

Решение, не вступившее в законную силу, может быть обжаловано в течение месяца после его принятия в Седьмой арбитражный апелляционный суд.

Решение может быть обжаловано в Арбитражный суд                     Западно-Сибирского округа  при условии, если оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал  в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.  

Жалобы подаются через Арбитражный суд Новосибирской области.

Арбитражный суд разъясняет лицам, участвующим в деле, что настоящее решение выполнено в форме электронного документа, и считается направленным лицам, участвующим в деле, посредством размещения на официальном сайте суда в сети "Интернет" в соответствии со статьей 177 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Судья                                                                                              Н.А.Редина