﻿АРБИТРАЖНЫЙ СУД

 ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тюмень	Дело № А70-17704/2018

Резолютивная часть постановления объявлена  29 июня 2020 года

Постановление изготовлено в полном объеме  07 июля 2020 года

 

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего			Малышевой И.А.,

судей							Лаптева Н.В.,

								Мелихова Н.В.-

при протоколировании судебного заседания с использованием средств аудиозаписи, рассмотрел в открытом судебном заседании кассационную жалобу публичного акционерного общества «Сбербанк России»                                на определение Арбитражного суда Тюменской области от 16.01.2020 (судья Скифский Ф.С.) и постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 20.03.2020 (судьи Бодункова С.А., Брежнева О.Ю., Зорина О.В.)                     по делу № А70-17704/2018  о несостоятельности (банкротстве) Исрафилова Акрема Исрафиль оглы, принятые по заявлению финансового управляющего Трапезникова Дмитрия Владимировича к Исрафилову Акрему Исрафиль оглы, Исрафилову Рафигу Исрафил оглы, Исрафилову Руслану Рамизовичу о признании недействительными договора дарения от 13.03.2013, договора купли-продажи квартиры от 16.04.2019, применении последствий недействительности сделок.

В судебном заседании принял участие представитель Исрафилова Рафига Исрафиль оглы – Дашко С.В. по доверенности от 27.11.2019.

Суд установил:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) Исрафилова Акрема Исрафиль оглы (далее – Исрафилов А.И.о, должник)  финансовый управляющий его имуществом обратился в арбитражный суд с заявлением к Исрафилову А.И.о, Исрафилову Рафигу Исрафил оглы (далее – Исрафилов Р.И.о), Исрафилову Руслану Рамизовичу (далее – Исрафилов Р.Р.) о признании недействительными договора дарения от 13.03.2013, договора купли-продажи квартиры от 16.04.2019, применении последствий недействительности сделок.

	Определением Арбитражного суда Тюменской области от 16.01.2020, оставленным без изменения постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 20.03.2020, в удовлетворении заявленных требований отказано. 

	Публичное акционерное общество «Сбербанк России» (далее – банк) обратилось с кассационной жалобой, в которой просит определение и постановление отменить, дело направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

	В обоснование кассационной жалобы заявителем приведены следующие доводы: вывод судов об отсутствии вреда кредиторам в результате заключения договора дарения от 13.03.2013 не соответствует фактическим обстоятельствам спора; материалами дела подтверждается осведомлённость должника о невозможности в дальнейшем исполнения обязательств перед банком; на момент дарения квартиры у должника имелись обязательства перед банком как у поручителя по обязательствам основного заёмщика – общества с ограниченной ответственностью «Сервисная буровая компания» (далее – общество «СБК»); Исрафилов А.И. о являлся акционером открытого акционерного общества «РУ-ЭНЕРДЖИ ГРУПП», которое в свою очередь являлось единственным участником ООО «СБК»; заключением временного управляющего обществом «СБК» подтверждено, что названное общество не отвечало критериям должной платежеспособности в период с 2011 года; Исрафилов А.И.о как поручитель не мог не знать о неудовлетворительном экономическом состоянии заёмщика и поэтому не имел разумных ожиданий относительно того, что кредитные обязательства будут исполнены основным должником, следовательно, даже при формальном отсутствии кредиторов лично у поручителя, его осведомлённость о скором банкротстве заёмщика изменяет стандарт добросовестного поведения поручителя, не позволяя ему выводить по неравноценным сделкам ликвидные активы из своей имущественной массы; сам факт того, что задолженность перед банком по кредитному договору от 09.07.2012 не была погашена и впоследствии включена в реестр требований кредиторов должника свидетельствует о наличии у последнего признаков объективного банкротства уже в 2013 году; осведомлённость должника на момент совершения сделки о безвозмездном отчуждении квартиры в пользу аффилированного лица (Исрафилова Р.И.) свидетельствует о недействительности сделки, её совершении со злоупотреблением правом  с целью сокрытия имущества от дальнейшего обращения взыскания со стороны кредиторов должника.

	От Исрафилова Р.И.о поступил отзыв на кассационную жалобу, в котором он просит обжалуемые судебные акты оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

	Представитель Исрафилова Р.И.о в судебном заседании отклонил доводы кассационной жалобы по основаниям, изложенным в отзыве на неё.

	Учитывая надлежащее извещение иных участвующих в обособленном споре и в деле о банкротстве лиц  о времени и месте проведения судебного заседания, кассационная жалоба рассмотрена в отсутствие их представителей в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

	Суд кассационной инстанции, проверив в соответствии с положениями статей 284, 286 АПК РФ правильность применения судами норм материального и процессуального права, изучив материалы дела, исходя из доводов кассационной жалобы, отзыва на неё, пояснений представителя Исрафилова Р.И.о, пришёл к выводу об отсутствии оснований для отмены обжалуемых судебных актов.

	Судами установлено, что между Исрафиловым А.И.о (даритель) и Исрафиловым Р.И.о (одаряемый) 13.03.2013 заключён договор дарения, согласно которому даритель подарил одаряемому трёхкомнатную квартиру № 146, общей площадью 92,8 кв. м, расположенную на 6 этаже жилого дома по адресу: г. Тюмень, ул. Евгения Богдановича, д. 11, корпус 3, кадастровый номер 72:23:0000000:9737 (далее – квартира).

	Согласно отметке Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Тюменской области на договоре дарения, право собственности одаряемого на вышеуказанную квартиру зарегистрировано 03.04.2013.

	Впоследствии, 16.04.2019 между Исрафиловым Р.И.о (продавец) и Исрафиловым Р.Р. (покупатель) заключён договор купли-продажи квартиры, согласно которому продавец передал в собственность покупателя квартиру.

	Согласно пункту 2 договора от 16.04.2019 стороны согласовали стоимость квартиры в размере 4 900 000 руб., расчёт между сторонами произведён полностью в день подписания договора.

	Указывая на совершение указанных сделок близкими родственниками, с целью вывода имущества из конкурсной массы, причинения вреда кредиторам должника, финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

	В качестве правового основания указаны положения статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

	Отказывая в удовлетворении заявления, суд первой инстанции исходил из недоказанности факта злоупотребления правом со стороны Исрафилова А.И.о и Исрафилова Р.И.о при заключении договора дарения, а также наличия признаков мнимой и притворной сделок.

	Суд апелляционной инстанции поддержал выводы суда первой инстанции, указав на то, что при недоказанности финансовым управляющим недобросовестного поведения со стороны должника и Исрафилова Р.И. отсутствуют основания для признания недействительными договора дарения от 13.03.2013 и договора купли-продажи квартиры от 16.04.2019 как цепочки сделок, направленных на вывод имущества должника.

	Выводы судов соответствуют установленным обстоятельствам дела и примененным нормам права.

	Исходя из содержания пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве, сделки, совершённые должником или другими лицами за счёт должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

	Согласно пункту 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или статьей 61.3 названного Закона, может быть подано, в том числе финансовым управляющим.

	Пунктом 13 статьи 14 Федерального закона от 29.06.2015 № 154-ФЗ «Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» установлено, что пункты 1 и 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве (в редакции названного Закона) применяются к совершённым с 01.10.2015 сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями.

	Поскольку совокупность взаимосвязанных сделок по выводу активов должника, была произведена 13.03.2013 (государственная регистрация перехода права собственности на объект недвижимости - 03.04.2013), то есть до 01.10.2015, стороной сделки являются граждане - физические лица, суды первой и апелляционной инстанций пришли к обоснованному выводу, что совершённая в указанный период совокупность сделок может быть оспорена лишь по общегражданским основаниям статей 10, 168, 170 ГК РФ.

	В силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

	По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

	Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 25), добросовестным поведением, является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

	Под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряжённое с нарушением установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

	Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права.

	Одной из форм негативных последствий является материальный вред, под которым понимается всякое умаление материального блага. В него могут быть включены уменьшение или утрата дохода, необходимость новых расходов. Злоупотребление правом может выражаться в отчуждении имущества с целью предотвращения возможного обращения на него взыскания.

	По своей правовой природе злоупотребление правом является нарушением запрета, установленного в статье 10 ГК РФ, в связи с чем злоупотребление правом, допущенное при совершении сделок, влечёт ничтожность этих сделок как не соответствующих закону (статьи 10, 168 ГК РФ).

	Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами при совершении сделок необходимы исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.

	По делам о признании сделки недействительной по причине злоупотребления правом одной из сторон при её совершении обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются: наличие или отсутствие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок; наличие или отсутствие действий сторон по сделке, превышающих пределы дозволенного гражданским правом осуществления правомочий; наличие или отсутствие негативных правовых последствий для участников сделки, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц; наличие или отсутствие у сторон по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создаёт или создаст в будущем препятствия.

	На основании пункта 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания её таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

	Статьёй 168 ГК РФ (в редакции, действовавшей в марте 2013 года, на дату заключения договора дарения от 13.03.2013) было установлено, что сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

В новой актуальной редакции  пункта 2 статьи 168 ГК РФ (с учётом изменений, внесённых Федеральным законом от 07.05.2013 № 100-ФЗ «О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и статью 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации»), действовавшей на дату совершения сделки купли-продажи квартиры от 16.04.2019, ничтожность сделки, нарушающей требования закона или иного правового акта, предписывается при посягательстве на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц. По общему же правилу п. 1 этой статьи сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой (если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки).

	В рассматриваемом случае финансовый управляющий, а также банк в обоснование наличия оснований недействительности спорных сделок ссылались на то, что при заключении цепочки последовательных сделок - договора дарения, договора купли-продажи в условиях наличия у должника признаков неплатежеспособности стороны преследовали цель причинение вреда имущественным правам кредиторов посредством вывода имущества должника.

	Оценив представленные в материалы дела доказательства наличия у должника признаков неплатежеспособности на дату заключения договора дарения, а именно, договор поручительства от 09.07.2012                                           № 124471/12/121244, заключённый между банком и Исрафиловым А.И.о в обеспечение исполнения обязательств основного заёмщика – общества «СБК», а также вступившее в законную силу решение Савеловского районного суда города Москвы от 11.08.2015 по гражданскому делу № 2-3311/15 о взыскании в солидарном порядке, в том числе с Исрафилова А.И.о,  задолженности, суды пришли к обоснованному выводу о том, что принятие Исрафиловым А.И.о на себя обязательств по договору поручительства за общество «СБК» перед банком само по себе не свидетельствует о наличии у должника неисполненных обязательств на дату совершения оспариваемой сделки, поскольку безвозмездная передача имущества по договору дарения совершена должником 13.03.2013, то есть по истечении восьми месяцев с даты принятия на себя обязательств по договору поручительства от 09.07.2012 перед банком по обязательствам общества «СБК». Доказательств наличия у должника неисполненных обязательств перед кредиторами на момент заключения договора дарения в материалы дела не представлены. 

	Утверждение финансового управляющего о том, что Исрафилов А.И.о, осуществляя корпоративный контроль над обществом «СБК» через общество «РУ-ЭНЕРДЖИ ГРУПП», был осведомлён о финансовом состоянии основного заёмщика по обязательствам перед банком, обоснованно отклонены судами с указанием на отсутствие сведений о том, что на дату отчуждения должником имущества в пользу Исрафилова Р.И.о (13.03.2013) обществом «СБК» уже не исполнялись обязательства по кредитному договору, в результате чего исполнение обязательств перешло на поручителей основного заёмщика, в том числе Исрафилова А.И.о. 

	Вместе с тем суды правомерно сочли выводы об отсутствии у общества «СБК» должной платежеспособности, сделанные временным управляющим в представленном в рамках дела № А81-6181/2013 заключении о наличии признаков фиктивного и преднамеренного банкротства общества «СБК» за период с 2011 года по 2014 год, не свидетельствующими о признаках неплатежеспособности Исрафилова А.И.о как поручителя общества. Согласно представленного расчёта размера задолженности заёмщика – общества «СБК» по договору о предоставлении кредита от 09.07.2012 по состоянию на дату 03.04.2013 какая-либо просроченная задолженность отсутствует.

	Кроме того, судами верно отмечено, что в обоснование довода о наличии у Исрафилова А.И.о неисполненных обязательств по причине принятия на себя заведомо неисполнимых обязательств контролируемого им общества «СБК» в рамках договора поручительства финансовый управляющий не представил доказательств проведения анализа периодов возникновения долгов общества «СБК», из которого бы следовало, что указанное общество в принципе не осуществляло исполнение своих обязательств перед банком.

	Ввиду отсутствия доказательств, свидетельствующих о наличии у должника признаков неплатежеспособности либо недостаточности имущества на дату совершения сделки дарения (13.03.2013), суды сделали обоснованный вывод об отсутствии оснований для признания данной сделки (договора дарения от 13.03.2013) недействительной, как совершённой при злоупотреблении правом (статья 10 ГК РФ).

	В соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. Данная норма подлежит применению в том случае, если все стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений её исполнять или требовать ее исполнения.

	Для признания сделки недействительной на основании указанной нормы необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из её сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений её исполнять либо требовать её исполнения.

	Таким образом, доказыванию подлежат обстоятельства того, что при совершении спорной сделки стороны не намеревались ее исполнять; оспариваемая сделка действительно не была исполнена, не породила правовых последствий для третьих лиц.

	Согласно пункту 86 Постановления № 25 стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида её формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ.

	Норма пункта 1 статьи 170 ГК РФ направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота.

	Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у её сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника либо для создания искусственных оснований для получения и удержания денежных средств должника.

	В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

	Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих её сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся.

	Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путём анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств.

	Исследовав материалы дела, суды установили, что на основании договора дарения от 13.03.2013 Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Тюменской области 03.04.2013 в ЕГРП внесена запись о регистрации права собственности Исрафилова Р.И.о на спорную квартиру.

	Как верно отмечено судами, несоответствие действительной воли сторон оспариваемых договоров дарения и купли-продажи волеизъявлению сторон оспариваемой сделки, а также совершение сторонами оспариваемой сделки формального документооборота для целей сохранения контроля Исрафиловым А.И.о над спорным объектом недвижимости материалами дела не подтверждается, учитывая при этом, что спорная квартира выбыла из собственности одаряемого Исрафилова Р.И.о спустя шесть лет с момента получения имущества, Исрафилов Р.И. (29.08.1977 г.р.), будучи дееспособным лицом на дату принятия имущества в дар, фактически пользовался указанным имуществом, нёс расходы на его содержание по оплате жилищно-коммунальных услуг. Обстоятельства того, что после передачи спорного имущества в дар и перерегистрации права собственности должник фактически сохранил контроль над указанным имуществом, материалами дела не подтверждено.

	При указанных обстоятельствах выводы судов о недоказанности наличия признаков мнимой сделки в спорных договорах дарения, купли-продажи являются обоснованными.

	Исходя из пункта 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учётом существа сделки, применяются относящиеся к ней правила.

	В пункте 87 Постановления № 25 разъяснено, что в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

	Таким образом, для признания сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 170 ГК РФ необходимо установить, что на момент её совершения стороны не намеревались создать правовые последствия, характерные для сделок данного вида, и совершали её с целью прикрыть другую сделку. Обязательным условием признания сделки притворной является порочность воли каждой из её сторон.

	При этом субъектный состав последовательно совершавшихся сделок не является основополагающим условием для их квалификации в качестве сделок, прикрывающих фактическую сделку, или для констатации отсутствия такого прикрытия. Решающим обстоятельством для квалификации является направленность воли участвующих в сделках лиц, которая раскрывается в их конкретном поведении относительно предмета прикрываемой сделки.

	С учётом установленного фактического владения и пользования приобретённым имуществом, несения бремени расходов по содержанию жилого помещения, суды правильно указали на отсутствие у сторон спорных сделок фактической воли на приобретение прав собственности в отношении спорного объекта.

	При указанных обстоятельствах суды пришли к обоснованному выводу об отсутствии оснований, предусмотренных статьями 10, 170 ГК РФ, для признания договора дарения от 13.03.2013, договора купли-продажи квартиры от 16.04.2019 недействительными сделками.

	Суд кассационной инстанции считает, что фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены судами на основании полного, всестороннего и объективного исследования имеющихся в деле доказательств с учётом всех доводов и возражений участвующих в деле лиц, а окончательные выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам и представленным доказательствам, основаны на правильном применении норм материального и процессуального права.

	Нарушений норм процессуального права, предусмотренных в части 4 статьи 288 АПК РФ, судами первой и апелляционной инстанций не допущено.

	Само по себе несогласие с судебными актами не означает судебной ошибки (статья 71 АПК РФ).

	Пределы рассмотрения дела в суде кассационной инстанции ограничены проверкой правильности применения судами норм материального и процессуального права, а также соответствия выводов о применении нормы права установленным по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам (часть 1, 3 статьи 286 АПК РФ).

	При таких обстоятельствах суд округа не находит оснований для удовлетворения кассационной жалобы.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 289, 290 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа 

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда Тюменской области от 16.01.2020 и постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 20.03.2020 по делу № А70-17704/2018 оставить без изменения, кассационную жалобу публичного акционерного общества «Сбербанк России» – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1                 АПК РФ.

председательствующий							       И.А. Малышева

судьи											Н.В. Лаптев

												Н.В. Мелихов