ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-110034/2018

18 марта 2022 года

г. Санкт-Петербург

/сд.12

Резолютивная часть постановления объявлена     10 марта 2022 года

Постановление изготовлено в полном объеме  18 марта 2022 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего судьи Тойвонена И.Ю.

судей  Барминой И.Н., Сотова И.В.

при ведении протокола судебного заседания: секретарем ФИО1,

при участии:  

от финансового управляющего должником: ФИО2 по доверенности от 09.03.2022,

от ФИО3: ФИО4 по доверенности от 30.07.2021,

от ООО «Банк Оранжевый»: ФИО5 по доверенности от 02.12.2021,

от иных лиц: не явились, извещены,

 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер  13АП-339/2022) ООО «Банк Оранжевый» на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 21.12.2021 по обособленному спору № А56-110034/2018/сд. 12 (судья Д.В. Лобова), принятое по заявлению ООО «Банк Оранжевый» к ФИО3 о признании сделки должника недействительной в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО6, 

третье заинтересованное лицо: ФИО7, 

 

установил:

В Арбитражный суд города Санкт-Петербургу и Ленинградской области (далее – арбитражный суд) поступило заявление ФИО8 о признании гражданина ФИО6 несостоятельным (банкротом). 

Определением арбитражного суда от 08.10.2018 указанное заявление принято к производству.

Определением арбитражного суда от 13.11.2018 в отношении гражданина ФИО6 введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утвержден член Союза «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих Северо-Запад» ФИО9. 

Решением арбитражного суда от 18.03.2019 гражданин ФИО6 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина. Финансовым управляющим утвержден ФИО9

В арбитражный суд 28.06.2021 поступило заявление общества с ограниченной ответственностью «Банк Оранжевый» (далее – ООО «Банк Оранжевый», Банк) о признании сделки должника недействительной, в котором Банк просит: 

1. Признать недействительными: договор займа №3 от 21.12.2015 (с учетом дополнительного соглашения №1 от 22.12.2016, дополнительного соглашения №2 от 10.03.2017), заключенный между ФИО6 и ФИО3; договор займа №6/1 от 20.09.2015, заключенный между ФИО7 и ФИО6, и договор №9 уступки права требования от 03.07.2017, заключенный между ФИО7 и ФИО3. 

2. Применить последствия недействительности сделки: исключить из реестра требований кредиторов ФИО6 требование ФИО3 в размере 72 165 673,50 руб., из которых 51 609 000 руб. основной долг, 20 556 673,50 руб. проценты за пользование чужими денежными средствами, установленное определением арбитражного суда от 02.04.2019 по обособленному спору № А56-110034/2018/тр.2.

Определением арбитражного суда от 21.12.2021 в удовлетворении заявления отказано.

Не согласившись с указанным определением, ООО «Банк Оранжевый» обратился с апелляционной жалобой, в которой просит обжалуемое определение отменить, принять новый судебный акт, которым удовлетворить заявленные требования. В обоснование указывает, что к требованию о признании мнимой сделки недействительной применим трехлетний, а не годичный срок исковой давности. По существу отметил, что в ситуации со спорными займами стороны с самого начала не имели намерения создать реальные правовые последствия, соответствующие тем, что указаны в составленных ими документах.

От ФИО3 поступил отзыв, в котором он просит обжалуемый судебный акт оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Информация о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы опубликована на официальном сайте Тринадцатого арбитражного апелляционного суда. Надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства иные лица, участвующие в деле, своих представителей в судебное заседание не направили,  в связи с чем, в порядке статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) дело рассмотрено в их отсутствие.

В судебном заседании представители Банка и финансового управляющего должником поддержали доводы, изложенные в апелляционной жалобе.

Представитель ФИО3 против доводов, изложенных в апелляционной жалобе, возражал.

Законность и обоснованность определения проверены в апелляционном порядке.

Как следует из материалов обособленного спора, между ФИО3 (займодавец) и ФИО6 (заемщик) подписан договор займа №3 от 21.12.2015, по условиям которого займодавец передает в собственность заемщика, а заемщик принимает от займодавца и обязуется возвратить в установленный договором срок денежную сумму в размере 10 000 000 руб. 

Согласно условиям договора займа за пользование займом заемщик выплачивает займодавцу проценты из расчета 18% годовых (пункт 2); стороны подтверждают, что передача суммы займа займодавцем заемщику состоялась до заключения настоящего договора в полном объеме (пункт 4); срок возврата займа – 31.12.2016 года (пункт 5).

 Дополнительным соглашением №1 к договору займа №3 от 21.12.2015, подписанным ФИО3 и ФИО6 22.12.2016, стороны согласовали передачу займа в сумме 24 000 000 руб. (пункт 1), передача суммы займа займодавцем заемщику состоялась до заключения дополнительного соглашения в полном объеме (пункт 2); срок возврата суммы займа – 31.12.2017 года (пункт 3). 

Дополнительным соглашением №2 к договору займа №3 от 21.12.2015, подписанным ФИО3 и ФИО6 10.03.2017, стороны согласовали передачу займа еще одной суммы 10 000 000 руб. (пункт 1), передача суммы займа займодавцем заемщику состоялась до заключения дополнительного соглашения в полном объеме (пункт 2); срок возврата суммы займа – 31.12.2017 года (пункт 3). 

Кроме того, между ФИО7 (займодавец) и ФИО6 (заемщик) подписан договор займа №6/1 от 20.09.2015, по условиям которого займодавец передает в собственность заемщика, а заемщик принимает от займодавца и обязуется возвратить в установленный договором срок денежную сумму в размере 100 000 евро. 

Согласно условиям договора займа за пользование займом заемщик выплачивает займодавцу проценты из расчета 18% годовых (пункт 2); стороны подтверждают, что передача суммы займа займодавцем заемщику состоялась до заключения настоящего договора в полном объеме (пункт 4); срок возврата займа – 31.12.2016 года (пункт 5). 

В соответствии с договором №9 уступки права требования от 03.07.2017 ФИО7 уступил ФИО3 права требования к должнику – ФИО6 из договора займа №6/1 от 20.09.2015 на сумму 100 000 евро. Стоимость переданного права требования определена в размере 5 000 000 руб. 

Решением Куйбышевского районного суда от 20.02.2019 по делу №2-307/19 с ФИО6 в пользу ФИО3 в возмещение долга по договорам займа взысканы 51 795 000 руб., проценты за пользование денежными средствами в сумме 18 859 950 руб. 98 коп., штраф в размере 2 000 000 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 3 201 890 руб., в возмещение расходов по государственной пошлине 60 000 руб., а всего – 75 916 840 руб. 

Апелляционным определением Санкт-Петербургского суда от 10.10.2019 рег. №33-23673/2019, вынесенным по апелляционной жалобе ООО «Банк Оранжевый», решение Куйбышевского районного суда Санкт-Петербурга от 20.02.2019 отменено, исковое заявление ФИО3 к ФИО6 оставлено без рассмотрения. 

Определением арбитражного суда от 02.04.2019 по обособленному спору№ А56-110034/2018/тр.2 требования ФИО3 в размере 72 165 673,50 руб., из которых 51 609 000 руб. основной долг, 20 556 673,50 руб. проценты за пользование чужими денежными средствами признаны обоснованными и включены в третью очередь реестра требований кредиторов. 

Таким образом, в настоящее время в реестр кредиторов ФИО6 включены требования ФИО3 на сумму 72 165 673,50 руб., при этом указанные требования основаны на договорах займа, заключенных ФИО6 

Проанализировав сведения, собранные в рамках дела о банкротстве, ООО «Банк Оранжевый» считает, что указанные сделки имеют признаки безденежности, мнимости, по существу направлены на создание фиктивной задолженности перед ФИО3 и совершены сторонами со злоупотреблением правом.

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении заявленных требований, исходил из пропуска срока исковой давности на обращение с настоящим заявлением.

Исследовав и оценив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в порядке статей 266 - 272 АПК РФ правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции пришел к следующему.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Банкротство гражданина регулируется специальными нормами главы X Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI названного Закона.

Во избежание нарушения имущественных прав кредиторов, вызванных противоправными действиями должника-банкрота по искусственному уменьшению своей имущественной массы ниже пределов, обеспечивающих выполнение принятых на себя долговых обязательств, законодательством предусмотрен правовой механизм оспаривания сделок, совершенных в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (далее также сделки, причиняющие вред). Подобные сделки могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее – ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве (пункт 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве), пункт 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление №63).

Отказывая в удовлетворении заявления Банка, суд первой инстанции исходил из пропуска годичного срока исковой давности, установленного частью 2  статьи 181 ГК РФ. 

Между тем, Банком были заявлены суду первой инстанции доводы о мнимости оспариваемой сделки.

Суд апелляционной инстанции учитывает, что общий срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено, согласно статьям 195 и 196 ГК РФ устанавливается в три года. В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 181 названного Кодекса срок исковой давности по требованию о применении последствий недействительности ничтожной сделки составляет три года.

По смыслу пункта 1 статьи 181 ГК РФ начало течения срока исковой давности определяется моментом, с которого обычный независимый кредитор узнал или должен был узнать о формальном характере начала исполнения мнимого договора.

Суд первой инстанции связал начало течения срока исковой давности с днем включения требования ФИО3 (определение арбитражного суда от 02.04.2019 по обособленному спору № А56-110034/2018/тр.2). 

Принимая во внимание, что заявление Банка основано на общих положениях недействительности сделки (мнимости договора), трехлетний срок исковой давности для оспаривания займов истекает 02.04.2022 и заявителем не пропущен.

Несмотря на это судебная коллегия полагает, что допущенная судом первой инстанции ошибка не привела к принятию неправильного судебного акта, поскольку судом апелляционной инстанции не установлено оснований для признания оспариваемых сделок мнимыми. 

Суд апелляционной инстанции, действуя в пределах полномочий, определенных статьей 269 АПК РФ, вправе не согласиться с мотивировочной частью обжалуемого судебного акта, которая, однако, не повлекла принятия неправильного решения или определения, и, не отменяя этот судебный акт, привести иную мотивировочную часть. На такое право суда апелляционной инстанции указывает и Пленум Верховного Суда Российской Федерации (пункт 39 постановления от 30 июня 2020 года N 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции»).

Принимая во внимание, что вывод суда первой инстанции о пропуске срока исковой давности не привел к принятию неправильного судебного акта, суд апелляционной инстанции полагает возможным привести иную мотивировочную часть.

Оценив доводы Банка о мнимости оспариваемых сделок, суд апелляционной инстанции пришел к следующему. 

Пунктом 1 статьи 10 ГК РФ предусмотрено, что не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Пункт 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 N 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 60) разъясняет, что, исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

Исходя из содержания пункта 1 статьи 10 ГК РФ, под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

В силу пункта 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон.

Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле, и суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168, 170 АПК РФ).

В Определении Верховного Суда РФ N 305-ЭС16-2411 от 25.07.2016 сформулирован подход к рассмотрению вопроса о мнимости договора, согласно которому суд не должен ограничиваться проверкой того, соответствуют ли копии документов формальным требованиям, которые установлены законом. Необходимо принимать во внимание и другие документы, иные доказательства. Суд не вправе уклониться от оценки таких доказательств.

Из материалов обособленного спора следует, что в обоснование своего заявления Банк указал, что сторонами не представлены расписки о передаче наличных, платежные поручения, подтверждающие перечисление денежных средств в безналичном порядке, не доказана финансовая возможность ФИО3 и ФИО7 на выдачу займов, как и не подтверждается расходование ФИО6 заемных денежных средств, при этом в договорах займа не предусмотрен периодический возврат займов и уплаты процентов, отсутствуют меры по обеспечению возвратов займов (залог, поручительство, банковская гарантия, страхование), не предусмотрена возможность досрочного возврата займов при наличии таких факторов как просрочка со стороны заемщика, ухудшение его финансового положения. Кроме того Банк ссылается на то, что ФИО3 и ФИО6 хорошо знакомы, являются бизнес-партнерами.

Вопреки указанным доводам, суд апелляционной инстанции принимает во внимание, что обоснованность требований ФИО3 по спорным договорам неоднократно исследовалась судами как при рассмотрении дела о возмещении долга по договорам займа, так и при включении требования ФИО3 в реестр требований кредиторов должника ФИО6

Согласно части 2 статьи 69 АПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Между тем, возражений по требованиям ФИО3 заявлено не было, апелляционных жалоб на определение о включении требования ФИО3 подано не было, при том, что требование Банка включено в реестр требований кредиторов должника также 02.04.2019, тогда как возражения по требованиям иных лиц кредитор имеет право заявлять с момента принятия соответствующего заявления о включении требования в реестр до проверки его обоснованности.

Кроме того, приведенные Банком доводы о мнимости договоров займа могли быть заявлены при пересмотре определения о включении ФИО3 в реестр требований кредиторов по заявлению финансового управляющего в связи с отменой решения Куйбышевского районного суда и оставлению иска ФИО3 без рассмотрения ввиду возбуждения процедуры банкротства в отношении ФИО6 (Определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 14.01.2020 по дела № А56-110034/2018/тр.2/пересмотр).

Согласно части 2 статьи 9 АПК РФ, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий. 

Между тем, ответчиком в материалы обособленного спора представлены копии первичных документов, подтверждающие возникновение задолженности, которые также были оценены судом при проверке обоснованности его требования.

Из материалов обособленного спора следует, что договоры, на которых основано требование ФИО3 к должнику, содержат сведения о передаче денежных средств до подписания сторонами договора и не предполагают наличие расписки о передаче денежных средств, тогда как сама передача денежных средств подтверждается подписанием сторонами соответствующих договоров, что не противоречит положениям части 2 статьи 808 ГК РФ.

Письменные пояснения ФИО3, раскрывающие обстоятельства передачи денежных средств и экономическая целесообразность совершения сделки нотариально удостоверены, копия заявления представлена в материалы дела.

При этом вопреки доводам Банка, договоры займа между ФИО3 и ФИО6 предполагали начисление процентов за пользование займом: договор займа № 3 от 21.12.2015, дополнительные соглашения к нему и договор займа №6/1 от 20.09.2015, предусматривают проценты за пользование денежными средствами в размере 18% годовых, что сопоставимо с ключевой ставкой ЦБ РФ и средней ставкой по вкладам физических ли по Северо-Западному Федеральному округу в соответствующий период.

Представленными в материалы дела налоговыми декларациями и выпиской по расчетному счету ИП ФИО3 подтверждается высокий уровень дохода ответчика от предпринимательской деятельности и финансовая состоятельность последнего. 

Достаточных оснований полагать, что договор займа, совершенный между должником и ФИО7, право требования по которому было приобретено ФИО3 по возмездному договору цессии, отвечает признакам мнимости судом апелляционной инстанции также не установлено, притом, что последующий цессионарий не может в полной мере отвечать за недействительность переданного ему требования согласно положениям статьи 390 ГК РФ, в условиях несения ответственности цедента перед цессионарием за действительность переданного права требования.

В подтверждение расходования полученных должником денежных средств, последним даны пояснения, что денежные средства вносились должником в качестве вклада в ООО «СМТ-СПб», что также подтверждается договорами займа и приходными кассовыми ордерами (т.д. № 36, стр. 121-127).

В отношении довода о том, что должник и ФИО3 являются заинтересованными лицами, суд отмечает, что само по себе ведение хозяйственной либо иной предпринимательской деятельности между сторонами не свидетельствует о недобросовестности сторон сделки и ее мнимости.

Вопреки доводам статьи 65 АПК РФ Банком не доказано, что на момент заключения спорных договоров в 2015 году стороны имели намерение причинить вред имущественным правам кредиторов.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что представленные в материалы дела доказательства свидетельствуют об отсутствии оснований для признания оспариваемых сделок ничтожными на основании статей 10 и 170 ГК РФ.

Фактически требование Банка о признании недействительными сделок направлено на преодоление вступивших в законную силу судебных актов о включении требований ФИО3 в реестр кредиторов и о последующем пересмотре. 

Нарушений или неправильного применения норм процессуального права, в том числе являющихся в соответствии с частью 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием к отмене обжалуемого судебного акта, при вынесении определения от 21.12.2021 судом первой инстанции не допущено, вывод суда о пропуске Банком срока на оспаривание сделок не привел в итоге к принятию неправильного судебного акта (пункт 39 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.06.2020 N 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции»), а потому у апелляционного суда не имеется достаточных правовых оснований для удовлетворения апелляционной жалобы.

Судебные расходы по уплате государственной пошлины распределены в соответствии со статьей 110 АПК РФ.

Руководствуясь статьями 176, 223, 268, пунктом 1 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

Определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  от 21.12.2021 по делу №  А56-110034/2018/сд.12 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения. 

Постановление  может быть  обжаловано  в  Арбитражный  суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

 

Председательствующий

 

И.Ю. Тойвонен

 

Судьи

 

И.Н. Бармина

 

 И.В. Сотов