ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 18АП-2435/2019

г. Челябинск

29 апреля 2019 года

Дело № А76-5566/2017

Резолютивная часть постановления объявлена 24 апреля 2019 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 29 апреля 2019 года.

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Забутыриной Л.В.,

судей Баканова В.В., Хоронеко М.Н., 

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,  рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу  ФИО2 на определение Арбитражного суда Челябинской области от 29.01.2019 по делу № А76-5566/2017 о признании сделки недействительной (судья Яшина Е.С.).

В судебном заседании приняли участие:

ФИО2 (паспорт);

конкурсный управляющий общества с ограниченной ответственностью «Сантехкомфорт-Сервис» ФИО3 (паспорт, определение Арбитражного суда Челябинской области от 11.04.2019 по делу № А76-5566/2017).

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 21.03.2017 возбуждено дело о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «Сантехкомфорт-Сервис» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, находящегося по адресу: 454084, 

<

...>, далее –

ООО «Сантехкомфорт-Сервис», должник).

Определением суда от 25.04.2017 в отношении ООО «Сантехкомфорт-Сервис» введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО3.

Решением суда от 24.08.2017 ООО «Сантехкомфорт-Сервис» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО3, член некоммерческого партнерства «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих Северо-Запада».

Конкурсный управляющий ООО «Сантехкомфорт-Сервис» - ФИО3 обратился в Арбитражный суд Челябинской области с заявлением о признании недействительными сделок по перечислению денежных средств должником на общую сумму 1 160 000 руб. в пользу ФИО2 (далее – ответчик), применить последствия недействительности сделки и взыскать с ФИО2 в пользу должника  денежные  средства в размере 1 160 000 руб. (вход. № 56768 от 30.11.2017, Сделка № 7).

Определением от 29.01.2019 (резолютивная часть от 22.01.2019) заявление конкурсного управляющего удовлетворено. Признаны недействительными сделки по перечислению денежных средств ООО «Сантехкомфорт-Сервис» в пользу ФИО2 по платежным поручениям №95 от 25.03.2014, № 152 от 29.04.2014, № 185 от 26.05.2014, № 236 от 30.06.2014, № 278 от 07.08.2014, № 315 от 26.08.2014, № 403 от 29.09.2014, № 460 от 30.10.2014, № 533 от 28.11.2014, № 592 от 29.12.2014, № 89 от 27.02.2015, № 150 от 06.05.2015, № 171 от 29.05.2015 на общую сумму 1 160 000 руб. Применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО2 в пользу ООО «Сантехкомфорт-Сервис» денежных средств в размере 1 160 000 руб. Взыскана с ФИО2 в доход федерального бюджета государственная пошлина в размере 6 000 руб.

С определением суда от 29.01.2019 не согласился ответчик, обратившись с апелляционной жалобой, в которой просил определение отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении требований.

Заявитель жалобы полагает, что заявление подано без предоставления каких-либо состоятельных доводов в обоснование своей позиции. Ответчиком представлен договор беспроцентного займа от 18.12.2013, в соответствии с которым ФИО2 (заимодавец), являющийся учредителем должника, передал в собственность должнику денежные средства в размере 1,2 млн.руб., возврат которого должен был быть осуществлен в срок до 15.12.2015. Поступившие в кассу средства были использованы для обеспечения дальнейшей хозяйственной деятельности должника, выдачу заработной платы сотрудникам должника, что подтверждается платежными ведомостями в 2014 году выдано на сумму 2 356 915 руб., в 2015 году – на сумму 3 038 099 руб., в 2016 году – на сумму 511 991,97 руб., всего на сумму 5 907 005,97 руб. Договор займа не оспорен. Иных источников поступления средств в кассу для выплаты заработной платы за период января-марта 2014 года конкурсный управляющий не представил, заявлять об отсутствии фактического исполнения договора займа со стороны ответчика управляющий не вправе. На момент возврата займа ответчику должник не отвечал признакам неплатежеспособности и недостаточности имущества должника, в результате возврата займа имущественные права кредиторов не пострадали. Ссылаясь на положения пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), податель отметил, что указанные управляющим обязательства возникли позднее с учетом момента принятия соответствующих решений судами о взыскании (27.03.2017, 11.05.2017), Размер задолженности перед ООО «Созидание» не подтверждает наличие у должника признаков банкротства, указанных в пункте 2 статьи 3 Закона о банкротстве (с учетом пункта 2 статьи 6 того же Закона): наличие просроченной свыше 3-х месяцев основной задолженности, размер которой бы превышал 300 тыс.руб. Отсутствие признаков неплатежеспособности, по мнению заявителя жалобы, подтверждается тем, что балансовая стоимость активов должника, согласно отчету от 01.01.2017 составляла 6,721 млн.руб., что свидетельствует о достаточности у должника средств для удовлетворения требований кредиторов, при наличии обоснованных требований в указанные периоды, по денежным обязательствам и отсутствие признаков банкротства, установленных статьей 3 Закона о банкротстве. Указывая на разъяснения, данные в пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63), заявитель полагает, что в подтверждение цели причинения вреда имущественным правам кредиторов конкурсным управляющим не приведено каких-либо обстоятельств, перечисленных в статье 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем, при отсутствии признака неплатежеспособности должника невозможно сделать вывод о наличии цели причинения вреда имущественным правам кредиторов ввиду отсутствия совокупности условий для установления данной цели. Суд вынес определение, не оценив должным образом представленные в материалы дела доказательства, в связи с чем, требования, как полагает податель, являются необоснованными.

В судебном заседании апелляционной инстанции ответчик поддержал доводы жалобы в полном объеме, конкурсный управляющий указал на отсутствие оснований для отмены судебного акта.

Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы уведомлены посредством размещения информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в судебное заседание не явились, представителей не направили, отзывы не представили.

В соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) дело рассмотрено судом апелляционной инстанции в отсутствие представителей иных лиц, участвующих в деле.

Арбитражный суд апелляционной инстанции проверил законность и обоснованность обжалуемого судебного акта в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Как установлено судом апелляционной инстанции и следует из материалов дела, определением суда от 21.03.2017 по заявлению Федеральной налоговой службы (далее – ФНС России, уполномоченный орган) возбуждено дело о банкротстве ООО «Сантехкомфорт-Сервис», определением суда от 25.04.2017 в отношении ООО «Сантехкомфорт-Сервис» по заявлению ФНС России введена процедура наблюдения, в реестр включены требования уполномоченного органа на сумму 40 369 руб. во вторую очередь, 450 612 руб. в третью очередь, временным управляющим утвержден ФИО3, решением суда от 24.08.2017 ООО «Сантехкомфорт-Сервис» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО3

В ходе введения процедуры наблюдения установлено, что согласно бухгалтерскому балансу должника на 31.12.2015  активы должника составляли 7 535 тыс. руб., из пояснений представителя заявителя и представленных документов следует, что на декабрь 2016 г. за должником было зарегистрировано три транспортных средства.

В ходе признания должника банкротом установлено, что в соответствии с выпиской из Единого государственного реестра юридических лиц (далее ЕГРЮЛ) учредителем должника и директором является ФИО2; в ходе проведения финансового анализа временным управляющим установлено, что восстановление платежеспособности должника невозможно, целесообразно признать должника несостоятельным (банкротом) и открыть в отношении него конкурсное производство, сделан вывод о возможности покрытия судебных расходов и расходов на выплату вознаграждения арбитражному управляющему за счет имущества должника, согласно отчету арбитражного управляющего и материалам дела у должника имеется на праве собственности два транспортных средства и дебиторская задолженность около 6 000 тыс. руб., временным управляющим сделаны выводы о не возможности подготовки заключения о наличии (отсутствии) признаков преднамеренного банкротства и об отсутствии оснований проверки признаков фиктивного банкротства, невозможность подготовки заключения обусловлена тем, что руководителем должника не переданы документы по сделкам должника, при этом, управляющий пояснил, что у него имеются сведения о совершенных сделках должника, которые он считает подозрительными и намерен оспаривать в суде.

На момент введения процедуры конкурсного производства сформирован реестр требований кредиторов, в котором по состоянию на 15.08.2017 включены требования шести кредиторов на общую сумму 10 318 600 руб. 

В ходе осуществления мероприятий в процедуре банкротства управляющим установлено, что в период с марта 2014 года по май 2015 года с расчетного счета должника на карту ФИО2 перечислены денежные средства в общем размере 1 160 000 руб., в том числе платежными поручениями:

- № 95 от 25.03.2014 в размере 90 000 руб.;

- № 152 от 29.04.2014 в размере 90 000 руб.;

- № 185 от 26.05.2014 в размере 90 000 руб.;

- № 236 от 30.06.2014 в размере 90 000 руб.;

- № 278 от 07.08.2014 в размере 90 000 руб.;

- № 315 от 26.08.2014 в размере 90 000 руб.;

- № 403 от 29.09.2014 в размере 90 000 руб.;

- № 460 от 30.10.2014 в размере 90 000 руб.;

- № 533 от 28.11.2014 в размере 90 000 руб.;

- № 592 от 29.12.2014 в размере 90 000 руб.;

- № 89 от 27.02.2015 в размере 90 000 руб.;

- № 150 от 06.05.2015 в размере 85 000 руб.;

- № 171 от 29.05.2015 в размере 85 000 руб.

На момент совершения вышеназванных сделок существовала задолженность перед:

- ФИО4 по договору уступки прав (цессии) от 17.09.2010 в размере 2 189 600 руб., которая была взыскана с должника решением Советского районного суда г. Челябинска от 27.03.2017 по делу № 2-894/2017 (л.д. 11-15), и установлена в деле о банкротстве определением от 06.07.2017 (л.д. 16);

- ООО «Созидание» по договору №74 от 17.12.2012 в размере основного долга 178 083,63 руб., 

- уполномоченным органом, что подтверждается постоянными принудительным взысканиями со счета должника.

Согласно данным, размещенным в отчете №052979 временного  управляющего по итогам процедуры наблюдения, по состоянию на 01.01.2017 балансовая стоимость имущества должника составляла 6 721 000 руб.

Между тем, в ходе процедуры конкурсного производства инвентаризация имущества не проведена, в связи с не предоставлением руководителем должника бухгалтерской документации, выявлено только залоговое имущество: легковой автомобиль - модель/марка: VOLVO XC70, идентификационный номер: (VIN) 

<

***>, номер двигателя: 959865, номер кузова: 

<

***>, год выпуска 2011, цвет черный; легковой автомобиль - модель/марка: ГАЗ-2752 грузовой фургон цельнометаллический (7 мест), идентификационный номер: (VIN) , X96275200C0745515, номер двигателя: 89563167, номер кузова: 275200С0522309, год выпуска 2012, цвет белый.

Поскольку в назначении вышеуказанных платежей отсутствовала информация для идентификации правоотношений, полагая, что в пользу руководителя должника без законных оснований перечислены денежные средства без равноценного встречного предоставления, сославшись на мнимость и злоупотребление правом и ст. 10, 168, 170 Гражданского кодекса РФ (далее – ГК РФ), конкурсный управляющий обратился в суд с настоящим заявлением.

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего поддержал заявленные требования, отметив, что имеются также основания для признания спорных платежей недействительными на основании п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Ответчик в судебном заседании просил отказать в удовлетворении заявления по доводам, изложенным в отзыве на заявление.

Возражая против доводов управляющего, ФИО2 представил в суд копию договора №1 беспроцентного займа от 18.12.2013, согласно которому займодавец, являющийся учредителем ООО «Сантехкомфорт-сервис», передает в собственность должника денежные средства в размере 1 200 000 руб. сроком до 15.12.2015 (л.д. 54).

Указанные денежные средства были внесены в кассу предприятия, в подтверждение чего представлена квитанция к приходному кассовому ордеру №25 от 18.12.2013 (л.д. 114).

Как пояснил ответчик, спорными платежами был осуществлен возврат заемных средств по указанному договору.

В подтверждение наличия у ФИО2 финансовой возможности предоставить указанную сумму должнику ответчик предоставил договор купли-продажи квартиры от 13.12.2013, из которого следует что им была продана 3-х комнатная квартира общей площадью 66,1 кв.м. за 2 700 000 руб. (л.д. 113).

В отзыве на заявление ФИО2 также указал, что в период с декабря 2013 по август 2015 года был совершен ряд сделок по отчуждению имущества должника (транспортных средств, л.д. 51-53).

За счет денежных средств, полученных от реализации транспортных средств, а также полученных от ответчика заемных средств должник погашал задолженность по заработной плате.

Удовлетворяя требования, суд первой инстанции исходил из того, что ФИО2, как руководитель должника, осуществляя погашение собственной задолженности по договору займа, не мог не знать о наличии у должника признаков неплатежеспособности; в результате совершения спорных платежей в пользу заинтересованного лица, независимые кредиторы утратили возможность получить удовлетворение своих требований за счет имущества должника; платежи совершены с целью причинения вреда правам и законным интересам кредиторов должника, о чем ФИО2 не мог не знать, в связи с чем, сделка подлежит признанию недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Доводы управляющего о мнимости операции по возврату займа отклонены за недоказанностью

Оснований для отмены судебного акта суд апелляционной инстанции не усматривает в силу следующего.

В соответствии со статьей 223 АПК РФ, пункта 1 статьи 32 Закона о банкротстве дела о банкротстве юридических лиц рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации с особенностями, установленными настоящим Федеральным законом. 

Полномочия на оспаривание сделок должника предоставлены конкурсному управляющему статьями 61.9, 129 Закона о банкротстве.

Исходя из пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

При этом, исходя из части 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве, правила настоящей главы могут применяться к оспариванию действий, направленных на исполнение обязательств и обязанностей, в том числе возникающих в соответствии с гражданским законодательством. 

Заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника (часть 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве).

        Статья 61.2 Закона о банкротстве определяет условия признания недействительными подозрительных сделок, как совершенных при неравноценном встречном предоставлении (пункт 1), так и с целью причинения вреда кредиторам (пункт 2). 

Исходя из пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий: стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок; должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы; после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Согласно разъяснениям, данным в пунктах 5, 6, 7, 8, 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества (пункт 5).

Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества (пункт 6).

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств (пункт 7).

Пункт 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки.

Для признания сделки недействительной на основании указанной нормы не требуется, чтобы она уже была исполнена обеими или одной из сторон сделки, поэтому неравноценность встречного исполнения обязательств может устанавливаться исходя из условий сделки.

В соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота (пункт 8).

При определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем, наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 настоящего Постановления).

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (пункт 9).

Согласно пункту 4 постановления № 63 наличие в Законе о  банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статья 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

Согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

В соответствии с пунктом 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

По общему правилу, добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (пункт 5 статьи 10 ГК РФ).

Согласно пункту 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

Следовательно, для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что, совершая оспариваемую сделки, стороны или одна из них намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес.

Поскольку договор займа и залога оспаривается в рамках дела о банкротстве, то при установлении того, заключена ли сделка с намерением причинить вред другому лицу, следует установить, имелось у сторон сделки намерение причинить вред имущественным правам кредиторов, то есть, была ли сделка направлена на уменьшение конкурсной массы.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

В силу пунктов 1, 2 статьи 19 Закона о банкротстве  в целях настоящего Федерального закона заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются: лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника; заинтересованными лицами по отношению к должнику – юридическому лицу признаются руководитель должника, лица, признаваемые заинтересованными в совершении должником сделок в соответствии с гражданским законодательством о соответствующих видах юридических лиц.

Судом апелляционной инстанции установлено, что ФИО2, является взаимосвязанным с должником лицом, так как на момент совершения спорных платежей являлся и руководителем должника и его учредителем, в связи с чем, ответчик, обладал информацией о финансовом состоянии должника, наличии неисполненных обязательств перед кредиторами, чьи требования включены в реестр.

Как следует из материалов дела, сделки совершены в период  с марта 2014 года по май 2015 года, дело о банкротстве возбуждено 21.03.2017, то есть в течение 3 лет до принятия заявления о признании должника банкротом.

На момент совершения оспариваемой сделки у должника имелись неисполненные обязательства, которые впоследствии включены в реестр.

Доводы заявителя жалобы об отсутствии обязательств не соответствуют фактическим обстоятельствам и основаны на неверном толковании норм действующего законодательства. Так, исходя из анализа судебных актов о взыскании долга, следует, что обязательства перед ФИО4 возникли из договора уступки права от 17.09.2010 (средства должнику внесены 17.09.2010; договор уступки не был зарегистрирован, объект долевого строительства должником передан не был), впоследствии замененные на заемное обязательство (соглашение от 05.12.2013), общий размер обязательств составляет 2 189 600 рублей; обязательства перед ООО «Созидание» возникли в период сентября, ноября, декабря 2013 года, февраля 2014 года (произведено перечисление средств в пользу должника  счет оплаты за товар по договору поставки от 17.12.2012), задолженность, взысканная решением суда составила 178 083,63 руб. основной долг, 47 548,33 рублей неустойка за период 08.04-31.12.2014, 37 597,78 руб. проценты за пользование чужими денежными средствами  за период 01.01.2015-25.04.2017. То обстоятельство, что взыскание произведено решениями в 2017 году, правового значения не имеет, поскольку не изменяет момента возникновения обязательства (17.09.2010 и 2013-2014 годы). Ссылка на то, что сумма основного долга перед ООО «Созидание» недостаточная для определения признаков банкротства (статья 3 Закона о банкротстве) не принимается, поскольку не имеет правового значения, с учетом того, что проверяется не наличие признаков банкротства, а наличие признаков неплатежеспособности и/или недостаточности имущества должника.

Поскольку обязательства не исполнены, предполагается (пока указанное не опровергнуто), что должник прекратил исполнение денежных обязательств.

Ссылки на данные балансов должника, отражающих наличие активов, не принимаются, поскольку имущества, помимо 2 единиц транспортных средств не выявлено, конкурсному управляющему документация должника не передана (документы истребовались в судебном порядке, управляющим заявлено о продлении срока проведения инвентаризации с учетом факта не передачи документов; на сайте ЕФРСБ 21.11.2017 размещено сообщение о невозможности проведения инвентаризации в связи с не передачей имущества и документов). Что ставит под сомнение достоверность сведений, отраженных в балансе относительно активов. Кроме того, вышеназванные обязательства так и не были удовлетворены за счет имущества, которое отражено в балансе.

Следовательно, следует признать, что должник обладал признаками недостаточности имущества.

При этом, управляющим поставлен под сомнение факт внесения средств в кассу и проведения расчетов за счет данных средств с работниками, исходя из того, что документация не передана, установлен факт отчуждения иного имущества, за счет реализации которого могли быть удовлетворены требования по выплате заработной платы. 

Поскольку оспариваемые сделки совершены в период неплатежеспособности должника в отношении заинтересованного по отношению к нему лица, то в силу абзаца второго пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве наличие цели причинения вреда имущественным правам кредиторов и информированности ответчика об указанной цели считается доказанным.  Учитывая, что требования кредиторов остались неудовлетворенными, а в конкурсной массе отсутствует имущество в размере, достаточном для удовлетворения требований кредиторов, следует признать, что в  результате спорных сделок кредиторам был причинен вред.

Следовательно, доводы жалобы об отсутствии совокупности условий для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, противоречат фактическим обстоятельствам и представленным доказательствам.

Апелляционный суд отмечает, что даже если признать факт внесения ответчиком средств должнику и погашения за счет внесенных средств задолженности по заработной плате, оснований для возврата средств в условиях доказанности признаков неплатежеспособности и недостаточности его имущества для расчетов с кредиторами, ответчик, как контролирующее должника лицо, до проведения расчетов с внешними кредиторами не мог рассчитывать на возмещение себе понесенных расходов в силу следующего.

В частности, предоставление должнику денежных средств в форме займа  может при определенных обстоятельствах свидетельствовать о намерении заимодавца временно компенсировать негативные результаты своего воздействия на хозяйственную деятельность должника. В такой ситуации заем может использоваться вместо механизма увеличения уставного капитала. С учетом конкретных обстоятельств дела суд вправе переквалифицировать заемные отношения в отношения по поводу увеличения уставного капитала по правилам пункта 2 статьи 170 ГК РФ либо при установлении противоправной цели - по правилам об обходе закона (пункт 1 статьи 10 ГК РФ, абзац 8 статьи 2 Закона о банкротстве), признав за прикрываемой сделкой статус корпоративной, что является основанием для отказа в праве на компенсацию внесенных средств до момента расчета со всеми внешними кредиторами. Ответчик обязан был раскрыть разумные экономические мотивы выбора конструкции займа, привлечения займа именно от аффилированного лица.

При наступлении обстоятельств (невозможность дальнейшего осуществления нормальной хозяйственной деятельности по экономическим причинам, в связи с чем, возникает обязанность обратиться в суд с заявлением о банкротстве, статья 9 Закона о банкротстве) добросовестный руководитель должника вправе предпринять меры, направленные на санацию должника, если он имеет правомерные ожидания преодоления кризисной ситуации в разумный срок, прилагает необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план (абзац второй пункта 9 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»).

Поскольку случаи невозможности продолжения хозяйственной деятельности в обычном режиме, как правило, связаны с недостаточностью денежных средств, экономически обоснованный план преодоления тяжелого финансового положения предусматривает привлечение инвестиций в бизнес, осуществляемый должником, в целях пополнения оборотных средств, увеличения объемов производства (продаж), а также докапитализации на иные нужды. Соответствующие вложения могут оформляться как увеличение уставного капитала, предоставление должнику займов и иным образом.

При этом, если мажоритарный участник вкладывает свои средства через корпоративные процедуры, соответствующая информация раскрывается публично и становится доступной кредиторам и иным участникам гражданского оборота. В этом случае последующее изъятие вложенных средств также происходит в рамках названных процедур (распределение прибыли, выплата дивидендов и т.д.). Когда же мажоритарный участник осуществляет вложение средств с использованием заемного механизма, финансирование публично не раскрывается. При этом оно позволяет завуалировать кризисную ситуацию, создать перед кредиторами и иными третьими лицами иллюзию благополучного положения дел в хозяйственном обществе.

Однако обязанность контролирующего должника лица действовать разумно и добросовестно в отношении как самого должника (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ), так и гражданско-правового сообщества, объединяющего кредиторов должника, подразумевает содействие кредиторам в получении необходимой информации, влияющей на принятие ими решений относительно порядка взаимодействия с должником (абзац третий пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой ГК РФ»).

Поэтому в ситуации, когда одобренный мажоритарным участником план выхода из кризиса, не раскрытый публично, не удалось реализовать, на таких участников относятся убытки, связанные с санационной деятельностью в отношении контролируемого хозяйственного общества, в пределах капиталозамещающего финансирования, внесенного ими при исполнении упомянутого плана. Именно эти участники, чьи голоса формировали решения высшего органа управления хозяйственным обществом (общего собрания участников), под контролем которых находился и единоличный исполнительный орган (в данном случае совпадение – ФИО2 являлся и участником и руководителем должника), ответственны за деятельность самого общества в кризисной ситуации и, соответственно, несут риск неэффективности избранного плана непубличного дофинансирования.

Изъятие вложенного названным мажоритарным участником не может быть приравнено к исполнению обязательств перед независимыми кредиторами (пункт 4 статьи 1 ГК РФ).

Возврат приобретшего корпоративную природу капиталозамещающего финансирования не за счет чистой прибыли, а за счет текущей выручки должника необходимо рассматривать как злоупотребление правом со стороны мажоритарного участника. Соответствующие действия, оформленные в качестве возврата займов, подлежат признанию недействительными по правилам ст. 10, 168 ГК РФ как совершенные со злоупотреблением правом (пункт 15 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 2 (2018), утв. Президиумом Верховного Суда РФ 04.07.2018).

Принимая во внимание изложенное, оснований для отмены определения и удовлетворения жалобы, исходя из доводов жалобы, не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта в соответствии с пунктом 4 статьи 270 АПК РФ, судом апелляционной инстанции не установлено. 

Поскольку оснований для удовлетворения жалобы не имеется, расходы по уплате государственной пошлины за ее рассмотрение относятся на заявителя жалобы (ответчика по обособленному спору) в силу статьи 110 АПК РФ.

Руководствуясь статьями 176, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Челябинской области от 29.01.2019 по делу № А76-5566/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу  ФИО2  – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение одного месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции. 

Председательствующий судья        Л.В. Забутырина

Судьи:  В.В. Баканов   

М.Н. Хоронеко