﻿АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

04 октября 2021 года

Дело №

А56-109005/2018

 

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Яковлева А.Э., судей Богаткиной Н.Ю.,                       Каменева А.Л.,

при участии от Дьякова Олега Владимировича представителя    Матикайнена В.В. (доверенность от 27.09.2021), от общества с ограниченной ответственностью «КВК» представителя Козякова А.В. (доверенность от 13.01.2021),

рассмотрев 29.09.2021 в открытом судебном заседании кассационные жалобы Кима Кирилла Яковлевича и Дьякова Олега Владимировича на постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.06.2021 по делу № А56-109005/2018/суб.1, 

 

у с т а н о в и л:

общество с ограниченной ответственностью (далее – ООО) «НК-Ресурс», адрес: 197341, Санкт-Петербург, проспект Королева, дом 7, литера А, помещение 7Н, ОГРН 1147847543392, ИНН 7814161338, и ООО «Материальное снабжение нефтегазового комплекса», адрес: 197110, Санкт-Петербург, Левашовский проспект, дом 12, литера А, офис 600/10, ОГРН 1147847253058, ИНН 7813593656, обратились в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании ООО «КВК», адрес: 191002, Санкт-Петербург, улица Марата, дом 47/49, офис 303, ОГРН 1167847206548, ИНН 7840050842 (далее – Общество), несостоятельным (банкротом). 

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 09.09.2018 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) Общества. 

Определением от 27.11.2018 заявление признано обоснованным, в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден Сохен Алексей Юрьевич. 

Решением от 30.05.2019 Общество признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден Сохен А.Ю.

В рамках дела о банкротстве конкурсный управляющий 07.09.2020 обратился в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности Бахарева Александра Вадимовича, Гаврилова Алексея Олеговича, Дьякова Олега Владимировича, Кима Кирилла Яковлевича.

Определением суда первой инстанции от 03.03.2021 в удовлетворении заявления отказано.

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.06.2021 определение от 03.03.2021 отменено в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности Дьякова О.В. и Кима К.Я. В указанной части принят новый судебный акт. Установлены наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности Дьякова О.В. и Кима К.Я. по обязательствам Общества. Судом приостановлено рассмотрение вопроса по определению размера субсидиарной ответственности до окончания расчётов с кредиторами. В остальной части определение суда первой инстанции оставлено без изменения.

В кассационных жалобах Ким К.Я. и Дьяков О.В. просят отменить постановление от 18.06.2021, оставить в силе определение от 03.03.2021. 

По мнению Кима К.Я., выводы суда апелляционной инстанции не соответствуют фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам, вынесены с нарушением норм материального и процессуального права.

Податель кассационной жалобы считает, что он, являясь учредителем Общества, не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности по основанию непередачи документации должника, поскольку обязанность по обеспечению сохранности и передаче документов не вменяется участникам должника, а также последствия невключения требования Общества в реестр требований кредиторов ООО «Демидовский парк» не может рассматриваться как причиненные убытки, за негативный результат ненадлежащее проведенного процесса банкротства должен отвечать конкурсный управляющий.

Ким К.Я. указывает, что его действия не могли привести к объективному банкротству Общества, поскольку по состоянию на 31.12.2018 у должника не было признаков неплатежеспособности, в связи с чем отсутствуют составляющие элементы как деликтной ответственности, так и субсидиарной для целей квалификации противоправного поведения Кима К.Я.

Дьяков О.В. считает, что обжалуемое постановление вынесено с неправильным применением норм процессуального права, а именно судом второй инстанции неправильно распределено бремя доказывания между сторонами. Также выводы судов не соответствуют фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам, так как отсутствие документации должника не повлияло на возможность формирования конкурсной массы.

В отзыве, поступившем в суд в электронном виде, конкурсный управляющий Сохен А.Ю. возражает против удовлетворения кассационных жалоб.

В судебном заседании представитель Дьякова О.В. поддержал доводы кассационной жалобы, а представитель Общества возражал против удовлетворения кассационных жалоб Дьякова О.В. и Кима К.Я.

Участвующие в деле лица, надлежащим образом уведомленные о времени и месте судебного разбирательства, своих представителей для участия в судебном заседании кассационной инстанции не направили, что не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.

Законность обжалуемого судебного акта проверена в кассационном порядке.

Как следует из материалов дела, согласно данным Единого государственного реестра юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ) Бахарев А.В. являлся генеральным директором Общества в период с 11.04.2017 по 19.09.2017; Гаврилов А.О. являлся единоличным исполнительным органом Общества на протяжении периода с 11.11.2018 по дату открытия конкурсного производства; до назначения его руководителем Общества Дьяков О.В. исполнял функции единоличного исполнительного органа в период с 20.09.2017 по 11.11.2018; также на протяжении всего периода деятельности Общества              Ким К.Я. являлся участником должника, при этом до 19.09.2017 он являлся участником с долей 33%, а после указанной даты фактически является единственным участником Общества.

Обращаясь в суд с заявлением о привлечении Бахарева А.В.,               Гаврилова А.О., Дьякова О.В., Кима К.Я. к субсидиарной ответственности как лиц контролирующего должника, конкурсный управляющий сослался на основания субсидиарной ответственности, приведенные в статье 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Согласно позиции заявителя причиной невозможности формирования конкурсной массы должника и осуществления расчетов с кредиторами Общества явилась непередача конкурсному управляющему документации и имущества должника.

Суд первой инстанции, отказывая конкурсному управляющему в привлечении бывших руководителей и участника должника к субсидиарной ответственности указал, что в действиях ответчиков нет вины, а конкурсный управляющий не представил достаточных доказательств, свидетельствующих о том, что вследствие непередачи документации были затруднены проведение мероприятий, направленных на выявление имущественных и неимущественных активов должника, в том числе движимого и недвижимого имущества, дебиторской задолженности и прочего, проверка наличия оснований для оспаривания сделок должника и иных действий, предусмотренных в рамках процедуры конкурсного производства. 

Суд апелляционной инстанции не согласился с судом первой инстанции в части отказа в привлечении Кима К.Я. и Дьякова О.В. по обязательствам Общества, в этой части принял новый судебный акт. Удовлетворяя заявленное требование, суд апелляционной инстанции исходил из презумпции вины ответчиков как контролирующих должника лиц в невозможности осуществления расчетов с кредиторами по причине непредставления конкурсному управляющему документации и имущества Общества, что не было опровергнуто Кимом К.Я. и Дьяковым О.В.

Исследовав материалы дела, проверив доводы кассационных жалоб и возражения на них, суд кассационной инстанции приходит к следующему.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено названным Законом, под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо: являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника; извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

С учетом разъяснений пункта 3 постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53), при определении круга контролирующих должника лиц, суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.

Судебными инстанциями установлено, что определением Арбитражного суда Санкт-Петербурга и Ленинградской области по обособленному спору        № А56-109005/2018/истр.1 от 19.06.2019 удовлетворено заявление конкурсного управляющего об истребовании у Дьякова О.В. бухгалтерской и иной документации Общества, печатей, штампов, материальных и иных ценностей Общества. Дьяков О.В., будучи единоличным органом управления должника, с момента его учреждения должен был осознавать все правовые последствия, связанные с необходимостью обеспечения сохранности всей первичной документации должника, с обеспечением возможности ее последующей передачи иному генеральному директору в порядке, установленном законом. Ни в суд первой инстанции, ни в суд апелляционной инстанции указанных доказательств наличия причин, объективно препятствовавших осуществить передачу документации, представлено не было. 

При этом непредоставление документов и имущества должника конкурсному управляющему фактически привело к невозможности формирования конкурсной массы в том размере, в котором это позволило бы осуществить расчеты с кредиторами, а также погасить судебные расходы по делу о банкротстве.

В подпункте 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве закреплена презумпция наличия причинно-следственной связи между несостоятельностью должника и действиями (бездействием) контролирующего лица при непередаче им документов бухгалтерского учета и (или) отчетности, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Как разъяснено в пункте 24 Постановления № 53, лицо, обратившееся в суд с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности, должно представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. В свою очередь, привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась. При этом под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в частности, невозможность определения и идентификации основных активов должника.

Конкурсный управляющий указал, что по состоянию на последнюю отчетную дату до признания должника банкротом (31.12.2018) у Общества имелись активы в размере 10 682 000 руб. В отсутствие какой-либо документации, в том числе, сведений о составе, характере и местонахождении имущества должника, конкурсный управляющий лишен возможности установления соответствующего имущества в натуре, соответственно, требования кредиторов не могут быть исполнены.

Привлекая Дьякова О.В. (бывшего руководителя должника) к субсидиарной ответственности по данному основанию, апелляционный суд правомерно учел, что данная презумпция надлежащими доказательствами не опровергнута, какие-либо документы в подтверждение реальной возможности удовлетворить требования кредиторов отсутствуют.

На основании изложенного суд апелляционной инстанции пришел к верному выводу о привлечении Дьякова О.В. к субсидиарной ответственности по заявленным основаниям Закона о банкротстве.

Вывод суда основывается на оценке совокупности обстоятельств, выявленных по результатам оценки материалов дела. Доказательств, опровергающих эти выводы, не представлено.

Доводы кассационной жалобы Дьякова О.В. о том, что отсутствие документов не повлияло на процедуру несостоятельности не находят подтверждения в материалах дела. При этом отсутствие документации Общества в распоряжении конкурсного управляющего исключает возможность последнего требовать у третьих лиц возврата имущества должника, взыскать задолженность, либо оспорить сделки имуществом должника, соответственно, не позволяет сформировать конкурсную массу в каком-либо размере для расчетов с кредиторами Общества.

Само по себе несогласие подателя жалобы с результатами оценки судом имеющихся в материалах настоящего дела доказательств и с выводами, сделанными на их основе, об отсутствии в данном случае правовых оснований для удовлетворения требований, достаточным основанием к отмене состоявшихся по делу судебных актов являться не может, поскольку такая позиция заявителей по сути направлена на переоценку имеющихся в деле доказательств и установленных судами фактических обстоятельств, что в силу положений статьи 286 АПК РФ в суде кассационной инстанции недопустимо.

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно части 4 статьи 288 АПК РФ в любом случае основаниями для отмены обжалуемого судебного акта, судом кассационной инстанции не установлено.

В этой связи обжалуемое постановление в части привлечения к субсидиарной ответственности Дьякова О.В. надлежит оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Вместе с тем, суд кассационной инстанции приходит к выводу о несоответствии выводов суда апелляционной инстанций о применении нормы права установленным ими по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам в части привлечения Кима К.Я. к субсидиарной ответственности по заявленным основаниям. 

По общему правилу Законом о банкротстве не предусмотрена обязанность учредителя (участника) должника обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника конкурсному управляющему. При этом доказательств, подтверждающих фактическое наличие документов у Кима К.Я., не представлено.

Согласно выписке из ЕГРЮЛ с 19.09.2017 доля в размере 1/3 участия должника принадлежала Киму К.Я., а в размере 2/3 принадлежали Обществу, что дает Киму К.Я. эффективный контроль над должником. 

В качестве основания для привлечения Кима К.Я. к субсидиарной ответственности судом апелляционной инстанции положен платеж 2017 года в размере 280 627 руб., который повлек за собой убытки для Общества.

В своих возражениях Ким К.Я. указывал, что спорный и другие заявленные конкурсным управляющим платежи не ухудшили состояние должника и были осуществлены в процессе обычной хозяйственной деятельности.

В силу пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица).

При доказанности обстоятельств, составляющих опровержимые презумпции доведения до банкротства, закрепленные в пункте 2 указанной статьи Закона о банкротстве, предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной объективного банкротства. Указанные презумпции являются опровержимыми.

В пункте 16 Постановления № 53 сказано, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

В пункте 17 Постановления № 53 указано, что контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника. Указанное означает, что по общему правилу контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем.

Если из-за действий (бездействия) контролирующего лица, совершенных после появления признаков объективного банкротства, произошло несущественное ухудшение финансового положения должника, такое контролирующее лицо может быть привлечено к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков по иным, не связанным с субсидиарной ответственностью основаниям.

Таким образом, для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по данному основанию достаточно установить факт существенной убыточности совершенной им сделки, при этом судам следует исходить из конкретных фактических обстоятельств дела, размера сделки применительно к масштабам деятельности должника, а также специфики оспариваемой сделки.

Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Суд апелляционной инстанции усмотрел прямую причинно-следственную связь между действиями Кима К.Я., которые привели к объективному банкротству должника.

Кассационная инстанция полагает, что суд в данном случае не определил степень вовлеченности Кима К.Я. в деятельность Общества и то, действительно ли спорный платеж стал единственной причиной несостоятельности. С учетом этого, суду следовало предложить Киму К.Я. раскрыть все обстоятельства спорного платежа. 

Факт существенной убыточности сделок судом применительно к масштабам деятельности должника судами не установлен.

При таких обстоятельствах суд кассационной инстанции приходит к выводу о том, что суд апелляционной инстанции не полностью исследовал обстоятельства, имеющие значение для рассматриваемого спора, не дал надлежащей оценки доводам сторон и представленным в материалы дела доказательствам, в связи с чем обжалуемое постановление суда апелляционной инстанций подлежит отмене в соответствующей части.

Полномочия по установлению обстоятельств, имеющих значение для правильного и всестороннего рассмотрения дела, а также по оценке доказательств, доводов и возражений лиц, участвующих в деле, у суда кассационной инстанции отсутствуют в силу положений главы 35 АПК РФ, в связи с чем допущенные арбитражными судами нарушения не могут быть восполнены на стадии кассационного рассмотрения дела.

Согласно части 1 статьи 288 АПК РФ основаниями для изменения или отмены решения, постановления арбитражного суда первой и апелляционной инстанций являются несоответствие выводов суда, содержащихся в решении, постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным арбитражным судом первой и апелляционной инстанций, и имеющимся в деле доказательствам, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

При указанных обстоятельствах, принимая во внимание, что судом не установлены все обстоятельства дела, имеющие существенное значение для правильного разрешения спора и необходимые для принятия законного и обоснованного судебного акта, постановление апелляционной инстанции подлежат отмене в части отказа в привлечении Кима К.Я. к субсидиарной ответственности с направлением дела на новое рассмотрение в арбитражный суд первой инстанции.

При новом рассмотрении суду следует учесть изложенное в мотивировочной части постановления и устранить допущенные нарушения, а также предпринять меры для полного и всестороннего исследования доказательств и обстоятельств дела по правилам статьи 71 АПК РФ, в частности, установить наличие или отсутствие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности или для взыскания убытков.

По результатам оценки относимости, допустимости, достоверности каждого доказательства в отдельности, а также достаточности и взаимной связи доказательств в их совокупности принять законное и обоснованное решение, надлежащим образом применив нормы материального и процессуального права.

Руководствуясь статьями 286 - 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа 

 

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 03.03.2021 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.06.2021 по делу № А56-109005/2018/суб.1 в части удовлетворения заявления конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «КВК» Сохена Алексея Юрьевича о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника Кима Кирилла Яковлевича отменить.

В остальной части постановление от 18.06.2021 оставить без изменения, а кассационные жалобы Кима Кирилла Яковлевича и Дьякова Олега Владимировича – без удовлетворения.

Дело в отмененной части направить в Арбитражный суд города                     Санкт-Петербурга и Ленинградской области на новое рассмотрение.

 

Председательствующий

А.Э. Яковлев

Судьи

 

Н.Ю. Богаткина

А.Л. Каменев