АРБИТРАЖНЫЙ СУД СМОЛЕНСКОЙ ОБЛАСТИ

ул. Большая Советская, д. 30/11, г.Смоленск, 214001

http:// www.smolensk.arbitr.ru; e-mail: info@smolensk.arbitr.ru

тел.8(4812)24-47-71; 24-47-72; факс 8(4812)61-04-16

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Р Е Ш Е Н И Е

город Смоленск

18.07.2022                                                                         Дело № А62-10171/2020

                          Резолютивная часть решения оглашена 11.07.2022

                                   Полный текст решения изготовлен 18.07.2022

Арбитражный суд Смоленской области в составе судьи Яковлева Д.Е.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в судебном заседании дело по иску   

акционерного общества «АтомЭнергоСбыт» (ОГРН 

<

***>; ИНН 

<

***>) 

к ФИО2 и ФИО3,

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО4, ФИО5, ФИО6, общество с ограниченной ответственностью «Тагрис Молоко» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)

о привлечении к субсидиарной ответственности, 

при участии в судебном заседании: 

от истца: ФИО7 (представителя по доверенности от 29.03.2022, паспорт); 

ответчика: ФИО3 (паспорт);

от иных участников процесса: не явились, извещены надлежащим образом, 

У С Т А Н О В И Л:

акционерное общество «АтомЭнергоСбыт» (далее – истец, АО «АтомЭнергоСбыт») обратилось в арбитражный суд с иском к ФИО2 (далее – ФИО2) и ФИО3 (далее – ФИО3) (далее также – ответчики) о привлечении к субсидиарной ответственности по долгам общества с ограниченной ответственностью «Очистные системы» (далее - ООО «Очистные системы», ООО «ОС», общество) в общем размере 6213939,95 руб. в связи с недобросовестными действиями (бездействием) ответчиков.

Исковые требования мотивированы фактом наличия задолженности ООО «Очистные системы» перед истцом, взысканной на основании решений Арбитражного суда Смоленской области, исключением указанного юридического лица из Единого государственного реестра юридических лиц (далее - ЕГРЮЛ) в связи с внесением записи о недостоверности сведений об обществе (о единоличном исполнительном органе), что влечет возложение обязанности по возмещению задолженности в порядке субсидиарной ответственности на бывшего директора и учредителя (единственного участника) прекратившего деятельность общества с учетом его неразумных и недобросовестных действий. В процессе производства по делу ФИО3 (бывший участник общества) был по ходатайству истца привлечен в качестве соответчика, истец ссылался на неразумные (недобросовестные) действия данного лица по доводам, изложенным в дополнениях.

Ответчики возражали относительно удовлетворения иска по доводам, изложенным в отзывах, ссылаясь на отсутствие оснований для привлечения к ответственности.

Согласно части 6 статьи 121 АПК РФ лица, участвующие в деле, после получения определения о принятии искового заявления или заявления к производству и возбуждении производства по делу, а лица, вступившие в дело или привлеченные к участию в деле позднее, и иные участники арбитражного процесса после получения первого судебного акта по рассматриваемому делу самостоятельно предпринимают меры по получению информации о движении дела с использованием любых источников такой информации и любых средств связи. 

Суд рассматривает дело в отсутствие неявившихся участников процесса, извещенных надлежащим образом (статья 156 АПК РФ).

В соответствии с частями 1, 2 статьи 27 АПК РФ арбитражному суду подведомственны дела по экономическим спорам и другие дела, связанные с осуществлением предпринимательской и иной экономической деятельности. Арбитражные суды разрешают экономические споры и рассматривают иные дела с участием организаций, являющихся юридическими лицами, граждан, осуществляющих предпринимательскую деятельность без образования юридического лица и имеющих статус индивидуального предпринимателя, приобретенный в установленном законом порядке, а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом и иными федеральными законами, с участием Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований, государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц, образований, не имеющих статуса юридического лица, и граждан, не имеющих статуса индивидуального предпринимателя.

В установленных частью 6 статьи 27 АПК РФ и иными федеральными законами случаях рассмотрение дела относится к компетенции арбитражных судов независимо от того, являются ли участниками правоотношений, из которых возникли спор или требование, юридические лица, индивидуальные предприниматели или иные организации и граждане. К таким делам относятся споры по требованиям, указанным в пункте 3.1 статьи 3 Федерального закона от 8 февраля 1998 года № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (абзац третий пункта 4 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.12.2021 № 46 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в суде первой инстанции»). 

Истец в обоснование иска указал следующее.

В соответствии с приказом Министерства энергетики РФ № 311 от 23.05.2014 статус гарантирующего поставщика на территории Смоленской области с 01.06.2014 по настоящее время имеет акционерное общество «АтомЭнергоСбыт».

Согласно выписке из ЕГРЮЛ общество с ограниченной ответственностью «Очистные системы» зарегистрировано в качестве юридического лица 05.07.2012.

Между АО «АтомЭнергоСбыт» и ООО «Очистные системы» был заключен договор энергоснабжения № 6740101119 от 01.06.2014. Договор расторгнут путем подписания дополнительного соглашения от 28.01.2019.

Обязательства по оплате задолженности за потребленную электрическую энергию со стороны ООО «Очистные системы» надлежащим образом не исполнялись, в связи с чем АО «АтомЭнергоСбыт» неоднократно обращалось в суд с исковыми заявлениями о взыскании задолженности. 

Задолженность ООО «Очистные системы» по оплате электроэнергии составляет 6213939,95 руб. в том числе: 5753568, 32 руб. основного долга, 209056,21 руб. пени и 251315,42 руб. расходы по уплате государственной пошлины (взыскана в судебном порядке в рамках дел: №А62-940/2016, А62-2125/2016, А62-4629/2016, А62-5263/2016, А62-8714/2016, А62-10191/2017, А62-8137/2018, А62-8140/2018, А62-9582/2018, А62-10446/2018, А62-12110/2018, А62-1277/2019, А62-1708/2019, А62-2933/2019).

Исполнительные листы, полученные на основании вынесенных решений, были направлены на принудительное взыскание в службу судебных приставов-исполнителей.

Межрайонным отделом судебных приставов по особым исполнительным производствам управления Федеральной службы судебных приставов России по Смоленской области вынесены постановления об окончании исполнительных производств и возвращении исполнительных документов взыскателю. Согласно сведениям, содержащимся в выписке из ЕГРЮЛ в отношении ООО «Очистные системы», 09.10.2019 в адрес Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы №5 по Смоленской области  от ФИО2, являвшегося на дату подачи заявления единственным участником и единоличным исполнительным органом ООО «Очистные системы», поступило заявление о недостоверности сведений о нем как о руководителе ООО «Очистные системы», в связи с чем 16.10.2019 Межрайонной инспекцией Федеральной налоговой службы №5 по Смоленской области  в ЕГРЮЛ внесена запись о недостоверности сведений в указанной части.

После чего 18.08.2020 регистрирующим органом принято решение об исключении юридического лица – ООО «Очистные системы» из ЕГРЮЛ.

Согласно пункту 8.1 устава ООО «Очистные системы» высшим органом управления обществом является общее собрание участников общества, к его исключительной компетенции относится, в том числе:

-  определение основных направлений деятельности; 

-  принятие решения о реорганизации и ликвидации общества;

-  избрание генерального директора общества.

Согласно пункту 8.16 устава ООО «Очистные системы» единоличным исполнительным органом общества, осуществляющим управление текущей деятельностью общества, является генеральный директор общества.

В силу пункта 8.18 устава ООО «Очистные системы» генеральный директор наделен, в том числе, следующими полномочиями:

- без доверенности действовать от имени общества;

- подписывать финансовые и иные документы;

- открывать в банках и иных финансовых организациях счета, распоряжаться финансами и иным имуществом общества.

Истец указал, что согласно сведениям, содержащимся в выписке из ЕГРЮЛ в отношении ООО «Очистные системы», в период возникновения непогашенной задолженности перед АО «АтомЭнергоСбыт», а также исключения ООО «Очистные системы» из ЕГРЮЛ, лицами, имеющими право давать обязательные для общества указания, а также имеющими возможность определять его действия, то есть контролирующими общество лицами, являлись:

1. Генеральный директор:

- в период с 11.12.2017 по 12.05.2019 ФИО6;

- в период с 12.05.2019 по 09.10.2019 ФИО2.

2. Учредители:

- в период до 03.02.2018:

- с долей участия 34% - ФИО2;

- с долей участия 34% - ФИО4;

- с долей участия 33% - ФИО5.

- в период с 03.02.2018 с долей участия 67% - ФИО2;

- в период с 24.04.2019 с долей участия 100% - ФИО2.

С учетом неисполнения судебных актов истец, указывая на виновность и неправомерные действия (бездействие) ответчиков, обратился в суд с настоящим иском. 

Суд ознакомился с представленными доказательствами, и исследовал их в порядке, установленном статьей 162 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации; считает заявленные требования подлежащими удовлетворению в отношении ФИО2 на основании следующего.

В соответствии с пунктом 4 статьи 32 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» руководство текущей деятельностью общества осуществляется единоличным исполнительным органом общества или единоличным исполнительным органом общества и коллегиальным исполнительным органом общества. Исполнительные органы общества подотчетны общему собранию участников общества и совету директоров (наблюдательному совету) общества. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительным документом. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу (пункт 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

Согласно пунктам 1, 2 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, не исполнившее обязательства либо исполнившее его ненадлежащим образом, несет ответственность при наличии вины (умысла или неосторожности), кроме случаев, когда законом или договором предусмотрены иные основания ответственности. Лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства. Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство. Субсидиарная ответственность является частным видом гражданско-правовой ответственности, в силу чего возложение на лицо обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по общим правилам, установленным статьей 15 ГК РФ, с учетом специальных оснований, предусмотренных законодательством. 

Субсидиарная ответственность контролирующих общество лиц является мерой гражданско-правовой ответственности, функция которой заключается в защите нарушенных прав кредиторов общества, восстановлении их имущественного положения. При этом долг, возникший из субсидиарной ответственности, подчинен тому же правовому режиму, что и иные долги, связанные с возмещением вреда имуществу участников оборота (статья 1064 ГК Российской Федерации) (пункт 22 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №N 1 (2020), утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10.06.2020; определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 03.07.2020 № 305-ЭС19-17007(2). 

Статьей 64.2 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что считается фактически прекратившим свою деятельность и подлежит исключению из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном законом о государственной регистрации юридических лиц, юридическое лицо, которое в течение двенадцати месяцев, предшествующих его исключению из указанного реестра, не представляло  документы отчетности, предусмотренные законодательством Российской Федерации о налогах и сборах, и не осуществляло операций хотя бы по одному банковскому счету (недействующее юридическое лицо). 

Согласно пункту 1 статьи 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (далее - Закон № 129-ФЗ) юридическое лицо, которое в течение последних двенадцати месяцев, предшествующих моменту принятия регистрирующим органом соответствующего решения, не представляло документы отчетности, предусмотренные законодательством Российской Федерации о налогах и сборах, и не осуществляло операций хотя бы по одному банковскому счету, признается фактически прекратившим свою деятельность (далее - недействующее юридическое лицо). Такое юридическое лицо может быть исключено из Единого государственного реестра юридических лиц в порядке, предусмотренном настоящим Федеральным законом. 

При наличии одновременно всех указанных признаков недействующего юридического лица регистрирующий орган принимает решение о предстоящем исключении юридического лица из ЕГРЮЛ (пункт 2 статьи 21.1 Закона № 129-ФЗ). 

Налоговым органом принято решение № 1336 от 27.04.2020 о предстоящем исключении общества с ограниченной ответственностью «Очистные системы» из ЕГРЮЛ.

18.08.2020 общество исключено из ЕГРЮЛ, о чем внесена запись ГРН 2206700229877.

Из материалов дела следует, что единственным участником решение о ликвидации не принималось, заявление о банкротстве общества не подавалось. При этом на момент прекращения деятельности у общества имелись долги, в том числе на основании вступивших в силу судебных актов, о чем ФИО2 было известно.

В связи со значительной задолженностью, длительное время не погашавшейся обществом, ФИО2 должен был направить в суд заявление о банкротстве, вместо чего он подал сам себе заявление об увольнении, устранившись от дальнейшего управления и участия в деятельности ООО «ОС». 

Неосуществление контролирующими лицами ликвидации общества с ограниченной ответственностью при наличии на момент исключения из единого государственного реестра юридических лиц долгов общества перед кредиторами, тем более в случаях, когда исковые требования кредитора к обществу уже удовлетворены судом, может свидетельствовать о намеренном, в нарушение предписаний статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, пренебрежении контролирующими общество лицами своими обязанностями, попытке избежать рисков привлечения к субсидиарной ответственности в рамках дела о банкротстве общества, приводит к подрыву доверия участников гражданского оборота друг к другу, дестабилизации оборота (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 21 мая 2021 года № 20-П/2021).

Довод ФИО2 в качестве возражений по иску в части необращения с заявлением в налоговый орган в целях создания в дальнейшем предпосылки для инициирования кредитором процедуры банкротства в отношении должника отклоняется судом, так как само по себе то обстоятельство, что кредиторы общества не воспользовались подобной возможностью для пресечения исключения общества из единого государственного реестра юридических лиц, не означает, что они утрачивают право на возмещение убытков на основании пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью».

Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно обращал внимание на недобросовестность предшествующего исключению юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц поведения тех граждан, которые уклонились от совершения необходимых действий по прекращению юридического лица в предусмотренных законом процедурах ликвидации или банкротства, и указывал, что такое поведение может также означать уклонение от исполнения обязательств перед кредиторами юридического лица (определения от 13 марта 2018 года № 580-О, № 581-О и № 582-О, от 29 сентября 2020 года № 2128-О и др.).

В отношении общества какой-либо процедуры банкротства не применялось, оно исключено из ЕГРЮЛ в административном порядке по правилам статьи 21.1 Закона о государственной регистрации.

ФИО2 в отзыве на исковое заявление указал, что задолженность перед истцом у ООО «Очистные системы» образовалась до назначения ФИО2 на должность директора.

Вместе с тем данное обстоятельство не имеет существенного правового значения, так как в вину данному лицу вменяются неразумные действия по фактическому оставлению общества без руководства (а также непосредственно до указанных обстоятельств), что привело в дальнейшем исключение ООО «Очистные системы» из ЕГРЮЛ как недействующего лица.

Истец пояснил по данному доводу следующее.

Статьей 45 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» установлено, что контролирующим лицом признается лицо, имеющее право прямо или косвенно (через подконтрольных ему лиц) распоряжаться в силу участия в подконтрольной организации и (или) на основании договоров доверительного управления имуществом, и (или) простого товарищества, и (или) поручения, и (или) акционерного соглашения, и (или) иного соглашения, предметом которого является осуществление прав, удостоверенных акциями (долями) подконтрольной организации, более 50 процентами голосов в высшем органе управления подконтрольной организации либо право назначать (избирать) единоличный исполнительный орган и (или) более 50 процентов состава коллегиального органа управления подконтрольной организации. Подконтрольным лицом (подконтрольной организацией) признается юридическое лицо, находящееся под прямым или косвенным контролем контролирующего лица. 

В соответствии с представленной АО «Атомэнергосбыт» справкой-расчетом задолженности указанная в исковом заявлении сумма задолженности за электроэнергию по основному долгу в размере 5753568,32 руб., а также по пени в размере 197478,55 руб. образовалась у ООО «ОС» в период с августа 2018 по январь 2019 года включительно. При этом, начиная с февраля 2018 года доля участия ФИО2 в ООО «ОС» составила 67%. Согласно п. 8.1 устава ООО «ОС» высшим органом управления обществом является общее собрание участников общества, к его исключительной компетенции относится, в том числе: определение основных направлений деятельности; принятие решения о реорганизации и ликвидации общества; образование исполнительных органов. Таким образом, именно ФИО2 на момент образования задолженности являлся контролировавшим должника лицом, имевшим право давать обязательные для должника указания, в том числе имел возможность принимать на общем собрании решение о ликвидации юридического лица, а также об инициировании процедуры обращения в суд с заявлением о признании должника банкротом.

При этом АО «АтомЭнергоСбыт» обращает внимание на то, что какие-либо действия со стороны заявителя не могли по существу повлиять на исход исключения из ЕГРЮЛ общества, т.к. действиями заявителя не могли быть устранены обстоятельства, которые являются основанием для принятия регистрирующим органом решения об исключении из ЕГРЮЛ в дальнейшем, а именно, заявитель не вправе и не может осуществлять хозяйственную деятельность, в том числе, ведение и сдачу бухгалтерской отчетности за ООО «ОС», равно как не может за ООО «ОС» осуществлять расчеты с его контрагентами с его банковского счета. Таким образом, АО «АтомЭнергоСбыт» считает, что бездействие ФИО2 по неосуществлению каких-либо мер по формированию единоличного исполнительного органа общества, по приостановлению или отмене решения уполномоченного органа об исключении ООО «ОС» из ЕГРЮЛ, являются недобросовестными, неразумными, не соответствуют обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску. Более того, ситуация, когда ООО «ОС» фактически прекратило свою хозяйственную деятельность, при которой не представляется возможным оценить имущественное положение ООО «ОС» в целях инициирования процедуры банкротства, является ситуацией, искусственно созданной лицом, формирующим и выражающим волю юридического лица, преследующим своей целью причинение вреда заявителю.

ФИО3 с 24.04.2019 прекратил статус участника (т.д. 3, л.д. 145). ФИО2 назначен генеральным директором 13.06.2019 (т.д. 3, л.д. 130), 09.10.2019 направил заявление в общество (по сути в своем собственном лице как 100% участник и единственный руководитель) об увольнении по собственному желанию, а также в налоговый орган относительно недостоверности сведений о нем как о генеральном директоре (т.д. 3, л.д. 124, 125), в связи с чем 16.10.2019 были внесены сведения о недостоверности сведений о нем. 29.04.2020 по указанной причине налоговым органом были внесены сведения о предстоящем исключении юридического лица, а 18.08.2020 общество исключено из ЕГРЮЛ (т.д. 3, л.д. 114, 123).

В заявлении в налоговый орган о недостоверности сведений о себе как о генеральном директоре ФИО2 указал, что он с 09.10.2019 уволен с должности генерального директора и представил заявление об обращении к обществу (в лице себя лично) с заявлением об увольнении по собственному желанию (т.д. 3, л.д. 125), заявление получено ФИО2 При этом корпоративный контроль над долей в уставном капитале в размере 100% оставался у ФИО2, то есть никто, кроме него, не мог избрать другого директора.

В связи с чем указанные действия являются злоупотреблением правом, так как заведомо влекут парализацию деятельности организации и соответствующие последствия для третьих лиц. С учетом того, что данная ситуация распространяется не только на внутренние отношения в организации, но и предполагает негативные последствия для кредиторов, подобное поведение существенным образом отклоняется от разумного и добросовестного, так как обычно предпринимаемыми действиями в данном случае является избрание другого генерального директора, обращение в суд с заявлением о банкротстве в целях взыскания дебиторской задолженности и пропорционального удовлетворения требований кредиторов.

Ответчик являлся директором и единственным участником ООО «ОС», при этом приобретение доли в целях единоличного контроля ФИО2 над обществом осуществлялось в тот период, когда, как заявляет данный ответчик, общество уже имело финансовые трудности и не могло исполнять в полном объеме финансовые обязательства. Пояснений относительно необходимости полного контроля над обществом при указанных обстоятельствах не приведено.

В связи с бездействием в отношении ООО «ОС» и отсутствием документации об имуществе должника, отраженном в его бухгалтерской отчетности (в том числе, о дебиторской задолженности), в целях обращения на него взыскания для удовлетворения требований кредиторов, вышеназванные действия не могут быть признаны разумными.

Согласно статье 32 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» общее собрание участников общества с ограниченной ответственностью является его высшим органом, которому подотчетны исполнительные органы общества, к которым относится и руководитель общества. 

На основании статей 33 и 40 данного Федерального закона к компетенции общего собрания участников общества относятся: образование исполнительных органов общества и досрочное прекращение их полномочий, а также принятие решения о передаче полномочий единоличного исполнительного органа общества управляющему, утверждение такого управляющего и условий договора с ним, если уставом общества решение указанных вопросов не отнесено к компетенции совета директоров (наблюдательного совета) общества; утверждение годовых отчетов и годовых бухгалтерских балансов; принятие решения о реорганизации или ликвидации общества. Единоличный исполнительный орган общества (генеральный директор, президент и другие) избирается общим собранием участников общества на срок, определенный уставом общества, если уставом общества решение этих вопросов не отнесено к компетенции совета директоров (наблюдательного совета) общества. Единоличный исполнительный орган общества может быть избран также не из числа его участников. Единоличный исполнительный орган общества: без доверенности действует от имени общества, в том числе представляет его интересы и совершает сделки; выдает доверенности на право представительства от имени общества, в том числе доверенности с правом передоверия; издает приказы о назначении на должности работников общества, об их переводе и увольнении. 

При этом статьей 34 указанного Федерального закона установлено, что очередное общее собрание участников общества проводится в сроки, определенные уставом общества, но не реже чем один раз в год; статьей 48 предусмотрено, что для проверки и подтверждения правильности годовых отчетов и бухгалтерских балансов общества. 

Таким образом, ответчик, как единственный участник должника, являлся высшим органом управления общества, имевшим полномочия по назначению руководителя должника, определению порядка его деятельности, а также по контролю за деятельностью организации. 

Согласно статьям 7, 13 Федерального закона от 06.12.11 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» ответственность за организацию бухгалтерского учета, соблюдение законодательства при выполнении хозяйственных операций несут руководители организаций. Организации обязаны хранить первичные учетные документы, регистры бухгалтерского учета и бухгалтерскую отчетность в течение сроков, устанавливаемых в соответствии с правилами организации государственного архивного дела, но не менее пяти лет. Ответственность за организацию хранения учетных документов, регистров бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности несет руководитель организации. 

ООО «ОС» на протяжении длительного времени существовало в отсутствие руководителя (10 месяцев с 09.10.2019 по 18.08.2020, то есть вплоть до исключения общества из ЕГРЮЛ). При этом обязанность по назначению руководителя общества лежала на ФИО2 как на его единственном участнике.

Данным лицом со ссылкой на допустимые доказательства не подтверждено, какие меры он принимал как единственный участник ООО «ОС» к назначению нового руководителя, а также к обеспечению исполнения требований действующего законодательства по ведению и хранению бухгалтерской отчетности об экономической деятельности ООО «ОС».

Неисполнение данных обязанностей препятствуют в настоящее время в полной мере оценить действия ФИО2 как добросовестные и разумные, на что он ссылается в обоснование своих возражений по иску (соответственно, перекладывает бремя доказывания наличия таковых на ответчика).

При этом суд учитывает, что согласно бухгалтерской отчетности за 2018 год (т.д. 1, л.д. 61) дебиторская задолженность ООО «ОС» составляла 32 273 000 руб. (по сравнению с декабрем предыдущего года увеличилась практически на миллион), что в нарушение статьи 65 АПК РФ не опровергнуто ответчиком. 

Доказательств предпринятых мер по взысканию дебиторской задолженности с целью погашения кредиторской задолженности (запросы к агентам по агентским договорам на наличие судебных решений о взыскании задолженности с потребителей коммунальных услуг, работа по взысканию задолженности в судебном порядке и со службой судебных приставов по исполнению судебных актов и т.п.) в материалы дела не представлено. В настоящее время в связи с указанными действиями ФИО2 взыскание дебиторской задолженности невозможно. Правоспособность юридического лица прекращается в момент внесения в указанный реестр сведений о его прекращении (пункт 3 статьи 49 ГК РФ).

Пунктом 1 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» установлена основная обязанность единоличного исполнительного органа - действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно. Согласно пунктам 3 и 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения. В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права. В целях реализации указанного правового принципа абзацем 1 пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации установлена недопустимость осуществления гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действий в обход закона с противоправной целью, а также иного заведомо недобросовестного осуществления гражданских прав (злоупотребление правом). В случае несоблюдения данного запрета суд на основании пункта 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Как разъяснено в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» добросовестным поведением, является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации (пункт 1).

Злоупотребление правом может быть вызвано такими действиями лица, которые ставили другую сторону в положение, когда она не могла реализовать принадлежащие ей права. Непосредственной целью санкции, содержащейся в статье 10 Гражданского кодекса РФ, а именно отказа в защите права лицу, злоупотребившему правом, является не наказание лица, злоупотребившего правом, а защита прав лица, потерпевшего от этого злоупотребления. Следовательно, для защиты нарушенных прав потерпевшего суд может не принять доводы лица, злоупотребившего правом, ссылающегося на соответствие своих действий по осуществлению принадлежащего ему права формальным требованиям законодательства. Поэтому упомянутая норма закона может применяться как в отношении истца, так и в отношении ответчика (пункт 5 информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»). Указанная правовая позиция сформулирована в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 21.05.2013 № 17388/12.

Доля ФИО2 с 03.04.2018 в ООО «ОС» составила 67%. C 24.04.2019 он обладал 100% уставного капитала общества.

В данному случае ФИО2 как единственный участник и генеральный директор не мог не осознавать последствий поведения в виде отстранения от руководства обществом при неизбрании нового директора (а именно, в виде исключения юридического лица из ЕГРЮЛ), так как никто, кроме него, не имел права действовать от имени юридического лица без доверенности в качестве руководителя, а также не мог назначить другого генерального директора.

В Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.04.2011 № 15201/10 указано, что добросовестность и разумность при исполнении возложенных на единоличный исполнительный орган общества с ограниченной ответственностью обязанностей заключаются не только в принятии им всех необходимых и достаточных мер для достижения максимального положительного результата от предпринимательской и иной экономической деятельности общества, но и в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на него действующим законодательством.

Последствием такого поведения является также отсутствие контроля за сдачей документов в архив, предоставлением бухгалтерской отчетности, расчетов с кредиторами, а также за взысканием имеющейся дебиторской задолженности.

Указанные обстоятельства явным образом указывают на неразумное и недобросовестное поведение данного лица, существенно отклоняющееся от обычно принятого в хозяйственной деятельности.

ФИО2 в судебных заседаниях не участвовал, ограничиваясь представлением правовых позиций со ссылками на отсутствие оснований для привлечения его к ответственности. Согласно правовой позиции, изложенной в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 06.03.2012 № 12505/11: в соответствии с частью 1 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности. Следовательно, нежелание представить доказательства должно квалифицироваться исключительно как отказ от опровержения того факта, на наличие которого аргументированно со ссылкой на конкретные документы указывает процессуальный оппонент. Участвующее в деле лицо, не совершившее процессуальное действие, несет риск наступления последствий такого своего поведения. Сторона при уклонении от явки в судебные заседания, от представления каких-либо доказательств, подтверждающих отсутствие своей вины в тех действиях, о которых заявляет истец и при этом подтверждает это соответствующими достаточными доказательствами, не может считаться добросовестной, оценка чему должна быть дана судом в решении (Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 12.04.2011 № 15201/10). 

Гражданское законодательство, регламентируя правовое положение коммерческих корпоративных юридических лиц, к числу которых относятся общества с ограниченной ответственностью, также четко и недвусмысленно определяет, что участие в корпоративной организации приводит к возникновению не только прав, но и обязанностей (пункт 4 статьи 65.2 ГК Российской Федерации).

Корпоративные обязанности участников сохраняются до прекращения юридического лица - внесения соответствующей записи в единый государственный реестр юридических лиц. Ряд из них непосредственно связан с самим завершением деятельности организации - это обязанности по надлежащему проведению ликвидации юридического лица.

Завершение деятельности юридических лиц представляет собой протяженные во времени, многостадийные ликвидационные процедуры, направленные в том числе на обеспечение интересов их кредиторов. Указанные процедуры, как правило, связаны со значительными временными и финансовыми издержками, желание освободиться от которых побуждает контролирующих общество лиц к уклонению от исполнения установленных законом обязанностей по ликвидации юридического лица.

В пункте 2 статьи 62 ГК Российской Федерации закреплено, что учредители (участники) юридического лица независимо от оснований, по которым принято решение о его ликвидации, в том числе в случае фактического прекращения деятельности юридического лица, обязаны совершить за счет имущества юридического лица действия по ликвидации юридического лица; при недостаточности имущества юридического лица учредители (участники) юридического лица обязаны совершить указанные действия за свой счет.

В случае недостаточности имущества организации для удовлетворения всех требований кредиторов ликвидация юридического лица может осуществляться только в порядке, предусмотренном законодательством о несостоятельности (банкротстве) (пункт 6 статьи 61, абзац второй пункта 4 статьи 62, пункт 3 статьи 63 ГК Российской Федерации). На учредителей (участников) должника, его руководителя и ликвидационную комиссию (ликвидатора) (если таковой назначен) законом возложена обязанность по обращению в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом (статья 9, пункты 2 и 3 статьи 224 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»).

Исключение недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц является вынужденной мерой, приводящей к утрате правоспособности юридическим лицом, минуя необходимые, в том числе для защиты законных интересов его кредиторов, ликвидационные процедуры. Она не может служить полноценной заменой исполнению участниками организации обязанностей по ее ликвидации, в том числе в целях исполнения организацией обязательств перед своими кредиторами, тем более в случаях, когда исковые требования кредитора к организации уже удовлетворены судом и, соответственно, включены в исполнительное производство.

Распространенность случаев уклонения от ликвидации обществ с ограниченной ответственностью с имеющимися долгами и последующим исключением указанных обществ из единого государственного реестра юридических лиц в административном порядке побудила федерального законодателя в пункте 3.1 статьи 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» (введенном Федеральным законом от 28 декабря 2016 года № 488-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации») предусмотреть компенсирующий негативные последствия прекращения общества с ограниченной ответственностью без предваряющих его ликвидационных процедур правовой механизм, выражающийся в возможности кредиторов привлечь контролировавших общество лиц к субсидиарной ответственности, если их недобросовестными или неразумными действиями было обусловлено неисполнение обязательств общества.

В силу пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона от 8 февраля 1998 года № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» исключение общества с ограниченной ответственностью из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации для отказа основного должника от исполнения обязательства; в данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК Российской Федерации, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

Как следует из пояснений бывшего руководителя ООО «Очистные системы» ФИО6 в судебном заседании 23.04.2021, в адрес ООО «Очистные системы» в начале декабря 2018 поступили сведения о намерении Администрации муниципального образования «Вяземский район» Смоленской области расторгнуть договоры аренды с ООО «Очистные системы».

В соответствии с документами, представленными в суд, а именно, протоколом собраний участников ООО «Очистные системы» от 03.12.2018 (т.д. 7, л.д. 84, 85, данные обстоятельства не оспорены в установленном порядке) были приняты следующие решения: 

- ввести с 01.12.2018 в штатное расписание должности: начальник службы безопасности и специалист по антикризисному управлению; 

- назначить с 03.12.2021 на вышеуказанные должности ФИО2 и ФИО3 соответственно; 

- установить с 03.12.2018 ежемесячную персональную надбавку по обеим должностям в размере 102 775,00 руб. 

Вышеуказанные решения были приняты 100% числом голосов, в том числе 67% - доля ФИО2, 33% - доля ФИО3. 

По итогам реализации данных мероприятий со счета ООО «Очистные системы», открытого в АО «ГазЭнергоБанк», в период с 01.02.2019, то есть после прекращения по пояснениям ФИО2 хозяйственной деятельности ООО «Очистные системы», в адрес ФИО2 были перечислены денежные средства в размере 160402,56 руб. Кроме того, в декабре 2018 года с расчетных счетов, открытых в ПАО «Сбербанк» и АО «ГазЭнергоБанк», в адрес ФИО2 были перечислены денежные средства в размере 75051,51 руб. 

Также после прекращения ООО «Очистные системы» хозяйственной деятельности с расчетных счетов должника были списаны денежные средства в счет погашения заработной платы на общую сумму 375622,55 руб. 

Суд учитывает, что введение в штат должности начальник службы безопасности, которую занял ФИО2, не укладывается в логику его возражений, согласно которым к указанному периоду общество испытывало финансовые затруднения в связи с предстоящим расторжением договора аренды. При этом введение должности специалиста по антикризисному управлению (на которую назначен второй ответчик – ФИО3) в данном случае не может рассматриваться как злоупотребление правом, в материалы дела представлены доказательства осуществления ФИО3 соответствующих действий в пределах компетенции.

В последующем сведения в отношении оплат (исчисленных и уплаченных сумм НДФЛ за 2019 год) в уполномоченный орган не представлялись (т.д. 7, л.д. 26), в связи с чем достоверно установить фактически выплаченные средства ФИО2 (в том числе по кассе) не представляется возможным также по вине указанного лица, ответственного за представление соответствующих сведений.

В соответствии с протоколом № 3 общего собрания участников ООО «Очистные системы» от 20.03.2019 (т.д. 7, л.д. 80, копия сверена с оригиналом в судебном заседании) в составе: 67% - доля ФИО2, 33% - доля ФИО3 были приняты следующие решения: об одобрении крупной сделки ООО «Очистные системы» с ООО «Городской водоканал» на выполнение проектных работ по снижению негативного воздействия на окружающую среду, сумма договора 1524557,50 руб., поручено генеральному директору ФИО6 подписать вышеуказанный договор. На основании протокола общего собрания участников ООО «ОС» 21.03.2019 данный договор был подписан. При этом в материалах дела отсутствуют сведения о том, что на момент подписания договора ООО «Городской водоканал» состояло в СРО и имело возможность оказания услуг выполнения проектных работ по снижению негативного воздействия на окружающую среду.

Предъявление требований, связанных с доказыванием обусловленности причиненного вреда поведением контролировавших должника лиц, заведомо влечет неравенство процессуальных возможностей истца и ответчика, так как от истца требуется предоставление доказательств, о самом наличии которых ему может быть неизвестно в силу его невовлеченности в корпоративные правоотношения.

Суд принимает во внимание, что решающим голосом при принятии решений обладал ФИО2 как мажоритарный участник с долей 67%.

В соответствии с пунктом 2 статьи 64.2 Гражданского кодекса Российской Федерации исключение недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц влечет правовые последствия, предусмотренные настоящим Кодексом и другими законами применительно к ликвидированным юридическим лицам. 

Положение, предусматривающее право кредитора исключенного юридического лица обратиться с подобным требованием, было введено Федеральным законом от 26.12.2016 № 488, вступившим в силу 30.07.2017.

В связи с чем указанные нормы применимы к ФИО2

Довод данного ответчика о пропуске срока исковой давности отклоняется судом, так как указанная ответственность связана с прекращением деятельности организации (когда было нарушено право кредитора на получение средств, соответственно, после чего он узнал о наступивших для него негативных последствиях). Иск предъявляется к ФИО2, а не к обществу, утратившему правоспособность по вине данного лица.

ООО «Очистные системы» прекратило деятельность 18.08.2020, иск подан в суд в ноябре 2020 года, в связи с чем трехлетний срок исковой давности не пропущен.

Как разъяснено в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. 

По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное. 

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пунктах 2, 3 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее – постановление Пленума № 62), недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор: 1) действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке; 2) скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки; 3) совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица; 4) после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица; 5) знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.). 

Суд учитывает, что действия ФИО2 привели к тому, что дебиторская задолженность общества не была взыскана в целях последующего погашения кредиторской задолженности. 

АО «АтомЭнергоСбыт» был проведен анализ деятельности ООО «ОС» на основании материалов исполнительного производства, по результатам которого выявлено, что в рамках исполнительного производства, возбужденного на основании исполнительного документа о взыскании в с ООО «ОС» задолженности по электроэнергии 09.10.2018, был представлен агентский договор № 2 от 01.10.2014, заключенный между ООО «Очистные системы» и ООО «Водоканал Вязьма», по условиям которого последнее обязуется осуществлять с населения сбор платежей за жилищно-коммунальные услуги. 

В соответствии с п. 5.2 договора предусмотрено, что в случае отсутствия возражения сторон действие договора продлевается на каждый последующий год. Учитывая, что договор представлен в материалы исполнительного производства за № 835 от 09.10.2018, то на дату предоставления он являлся действующим. Сведениями о расторжении данного договора АО «АтомЭнергоСбыт» не располагает. Согласно сведениям из ЕГРЮЛ, размещенным на сервисе проверки контрагентов КЕЙСBOOK в период с 28.02.2017 по 10.09.2020, учредителем ООО «Водоканал Вязьма» с долей участия 100%, а также руководителем, начиная с 25.04.2019 являлся ФИО2 Проанализировав представленные в материалы дела выписки о движении по счетам ООО «Водоканал Вязьма», выявлено следующее. Движение по счету, открытому в АО «ГАЗЭНЕРГОБАНК» №40702810308210125444 и указанному в агентском договоре, заключенному с ООО «Очистные системы» за запрошенный период: поступили денежные средства на общую сумму 9 780 932,31 руб. Расходные операции по указанному счету составили 9 645 256,48 руб. Из данной выписки усматривается, что все денежные средства поступали от населения в рамках действовавшего агентского договора. При этом на счет должника были сделаны перечисления на общую сумму 1 786 593,96 руб., в адрес АО «АтомЭнергоСбыт» с назначением платежа за предшествующие периоды были перечислены денежные средства в размере 1 534 138,01 руб. Иные расходные операции на общую сумму 6 324 524, 51 руб. были совершены в адрес иных контрагентов с назначением платежа «за очистные системы». Все вышеуказанное свидетельствует, что ФИО2 через подконтрольное аффилированное лицо производил сбор дебиторской задолженности и осуществлял в заявленный период расчеты с кредиторами, минуя счет ООО «Очистные системы» (в связи с тем, что по нему имелась картотека неисполненных обязательств). 

В связи с указанными действиями ФИО2 по выводу дебиторской задолженности на расчетный счет должника не были перечислены денежные средства на общую сумму 6 324 524,51 руб., которые могли пойти на погашение задолженности, в том числе, перед АО «АтомЭнергоСбыт» в соответствии с очередностью и периодами их возникновения. Учитывая, что сбор доказательств независимым кредитором в отношении деятельности должника, исключенного из ЕГРЮЛ, затруднен и установить в данном деле все факты деятельности аффилированных между собой лиц не представляется возможным (по вине ответчика, действия которого привели к исключению правоспособности организации в административном порядке), то считается доказанной неправомерность действий ФИО2 по выводу актива должника в виде дебиторской задолженности на общую сумму 6 324 524,51 руб., не оспоренная в установленном порядке допустимыми доказательствами.

При этом суд при оценке действий ФИО2 также принимает во внимание, что в отношении аффилированного лица - ООО «Водоканал Вязьма» (ИНН 

<

***>) о ФИО2 как генеральном директоре в настоящее время также внесена запись о недостоверности сведений о единоличном исполнительном органе.

Лицо, контролирующее общество, не может быть привлечено к субсидиарной ответственности, если докажет, что при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по обычным условиям делового оборота и с учетом сопутствующих деятельности общества с ограниченной ответственностью предпринимательских рисков, оно действовало добросовестно и приняло все меры для исполнения обществом обязательств перед своими кредиторами (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 21.05.2021 № 20-П «По делу о проверке конституционности пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» в связи с жалобой гражданки Г.В. Карпук»).

ФИО2 не представил доказательств того, что предпринял действия для взыскания дебиторской задолженности, иные действия по расчету с кредиторами, наоборот, его поведение фактически было направлено на прекращение правоспособности организации в административном порядке (минуя установленный порядок расчета с кредиторами при недостаточности средств должника).

Действительно, наличие кредиторской задолженности в определенный момент само по себе не подтверждает наличия у руководителя обязанности обратиться в арбитражный суд с заявлением о банкротстве (пункт 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих лиц к ответственности при банкротстве»).

Вместе с тем согласно бухгалтерской отчетности кредиторская задолженность составляла более 63 млн. руб.; период неисполнения обязательств и постоянное увеличение кредиторской задолженности свидетельствовали о необходимости обращения с заявлением о банкротстве, вместо чего ФИО2 принял решение самоустраниться от руководства и участия в обществе. Кроме того, аналогичное поведение прослеживается также с взаимосвязанным (аффилированным) юридическим лицом, с которым у ООО «Очистные системы» был заключен агентский договор, - ООО «Водоканал Вязьма» (ИНН 

<

***>), - в отношении ФИО2 как генерального директора также внесена запись о недостоверности сведений о единоличном исполнительном органе.

Данные действия привели к невозможности проанализировать ситуацию в полном объеме, оценить бухгалтерские и иные документы организации, которые должны были храниться в обществе (что производится в рамках дела о банкротстве, при котором проводится инвентаризация имущества должника), риск данных действий, в том числе в части перераспределения бремени доказывания, возлагается на ФИО2

Исходя из доказательств, представленных в материалы дела, следует, что в период исполнения обязанностей директора указанное лицо не осуществляло действий, направленных на урегулирование ситуации в части кредиторской задолженности (допустимых доказательств обратного в нарушение статьи 65 АПК РФ не представлено), а фактическое снятие ответственности предполагалось посредством прекращения деятельности ООО «Очистные системы», что являлось неминуемым следствием оставления общества без руководителя на длительный период времени.

Суд учитывает, что преюдициальность других решений с иным составом участников процесса и объемом представленных и исследованных доказательств в отношении ответчика и его деятельности в ООО «Очистные системы» в полном объеме отсутствует. У общества может быть значительное количество кредиторов, требования которых в связи с прекращением деятельности организаций могут рассматриваться к контролирующим лицам в пределах срока исковой давности. Равно как и основания иска (фактические обстоятельства, в связи с которыми истец считает действия (бездействие) контролирующего лица неразумными и недобросовестными) будут отличаться.

При этом каждый из кредиторов может представлять различные доказательства, а судебные процессы будут отличаться в части основных доводов, положенных в основу предъявленных требований, а также от оценки собранных доказательств в совокупности. Соответственно, выводы относительно добросовестности/недобросовестности действий контролирующего лица строятся на основе доводов истца и полученных по делу доказательств в их подтверждение.

Иное означало бы, что при обращении одного из кредиторов с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности по долгам общества по основанию исключения его из ЕГРЮЛ в административном порядке по определенному обстоятельству, это создавало бы преюдицию для всех иных кредиторов вне зависимости от доводов и истребованных по делу доказательств.

В рамках настоящего дела на основании истребованных истцом доказательств установлены недобросовестные и неразумные действия, в том числе в связи с отсутствием должной работы с дебиторской задолженностью (с подтверждением доказательствами), введением в штат должности начальника службы безопасности (для ФИО2) с установлением необоснованно высокой надбавки, перечислением на счет организации значительных средств при отсутствии подтверждения возможности выполнения ею соответствующих работ (с учетом отсутствия членства в СРО), отсутствием организации работы руководителем с бухгалтерскими документами, а также действия в рамках расчетов, минуя расчетный счет должника, в целях исключения обращения взыскания средств в случае их поступления (с анализом выписок по расчетному счету). Также по результатам истребованного регистрационного дела установлено отклоняющееся от нормального (обычно принятого в хозяйственной практике) поведение ФИО2 при подаче заявлений об увольнении и недостоверности сведений о руководителе (то есть изначально планировалось административное прекращение деятельности организации без необходимых установленных процедур), а также отсутствие обоснования ответчиком необходимости получения полного контроля над обществом (при его возражениях относительно неблагоприятного финансового состояния общества), вместе с тем установлена аффилированность ФИО2 с лицом, заключившим с ООО «ОС» агентский договор.

При указанных обстоятельствах иные доводы в обоснование требований (возражений) не имеют существенного правового значения.

На основании совокупности вышеуказанных исследованных по настоящему делу доказательств и обстоятельств исковые требования в отношении ФИО2 подлежат удовлетворению, суд взыскивает с него 6213939,95 руб. в порядке привлечения к субсидиарной ответственности.

С учетом того, что действия ФИО3 не привели к последствиям, связанным с прекращением деятельности организации (не являлся ни участником, ни директором на указанную дату), достаточных доказательств для привлечения его к субсидиарной ответственности (в том числе с учетом обладания статусом немажоритарного участника, то есть не определяющего основные направления деятельности организации) не представлено, иск к нему не подлежит удовлетворению. Основания привлечения к ответственности данного лица истцом в нарушение статьи 65 АПК РФ не доказаны.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны. 

Требования удовлетворены в полном объеме к ФИО2 в сумме 6213939,95 руб.

Расходы по уплате государственной пошлины по делу в размере 54070,00 руб. относятся на ФИО2 в порядке статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Руководствуясь статьями 110, 167 – 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

взыскать с ФИО2 в пользу акционерного общества «АтомЭнергоСбыт» (ОГРН 

<

***>; ИНН 

<

***>) 6213939,95 руб. в порядке привлечения к субсидиарной ответственности и 54070,00 руб. в возмещение судебных расходов по уплате государственной пошлины.

Исполнительный лист выдать после вступления решения в законную силу по заявлению взыскателя.

В удовлетворении исковых требований к ФИО3 отказать.

Лица, участвующие в деле, вправе обжаловать настоящее решение суда в течение месяца после его принятия в апелляционную инстанцию – Двадцатый арбитражный апелляционный суд (г.Тула), в течение двух месяцев после вступления решения суда в законную силу в кассационную инстанцию – Арбитражный суд Центрального округа (г. Калуга) при условии, что решение суда было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.  Апелляционная и кассационная жалобы подаются через Арбитражный суд Смоленской области.

 

Судья       Д.Е. Яковлев