ДВЕНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

410002, г. Саратов, ул. Лермонтова д. 30 корп. 2 тел: (8452) 74-90-90, 8-800-200-12-77; факс: (8452) 74-90-91,

http://12aas.arbitr.ru; e-mail: info@12aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело №А57-25402/2016

г. Саратов

22 января 2019 года

Резолютивная часть постановления объявлена  15 января 2019 года.

Полный текст постановления изготовлен  22 января 2019 года. 

 

Двенадцатый арбитражный апелляционный суд в составе

председательствующего судьи Борисовой Т.С.,

судей Антоновой О.И., Волковой Т.В.

при ведении протокола судебного заседания секретарём судебного заседания  ФИО1,  

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на решение Арбитражного суда Саратовской области от 02 ноября 2018 года по делу № А57-25402/2016 (судья Д.Р. Мамяшева)

по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью «Олеонафта»

к ФИО2, 

третье лицо: общество с ограниченной ответственностью «Энгельсская промышленная компания»,

о взыскании суммы ущерба в размере 24 278 995 руб. 72 коп., 

о взыскании суммы государственной пошлины в размере 144 394 руб. 98 руб.,

при участии в судебном заседании:

от ФИО2 – представитель ФИО3, действующий на основании доверенности от 19.01.2016,  представитель                      ФИО4,  действующая на основании доверенности от 13.01.2016, представитель ФИО5, действующая на основании доверенности от 13.01.2016,

от общества с ограниченной ответственностью «Олеонафта» - представитель ФИО6, действующая на основании доверенности от 09.10.2017,

от общества с ограниченной ответственностью «Энгельсская промышленная компания» – представитель ФИО6, действующая на основании доверенности от 28.11.2018,

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «Олеонафта» (далее - ООО «Олеонафта», истец) обратилось в Арбитражный суд Саратовской области с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, к ФИО2 (далее - ФИО2, ответчик) о взыскании суммы ущерба в размере 23 788 440,65 руб., расходов по оплате государственной пошлины в размере 144 394,98 руб.

Решением Арбитражного суда Саратовской области от 02 ноября 2018 года (с учетом определения об исправлении опечатки от 29 декабря 2018 года) с ответчика в пользу общества с ограниченной ответственностью «Энгельсская промышленная компания» взыскана сумма убытков в размере 11 894 220 руб. 32 коп., расходы по уплате государственной пошлины в размере 70971 руб.

В остальной части в удовлетворении исковых требований отказано.

ФИО2, не согласившись с принятым судебным актом,  обратился в Двенадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит решение суда первой инстанции отменить и принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении исковых требований.

В обоснование доводов жалобы её податель ссылается на отсутствие надлежащих доказательств, подтверждающих размер убытков, единственное доказательство убытков в ООО «Энгельсская промышленная компания» это сличительная ведомость, которая стала результатом инвентаризации, проведенной с грубейшими нарушениями Методических указаний по инвентаризации имущества и финансовых обязательств, утвержденных приказом Министерства финансов Российской Федерации от 13 июня 2015 года № 49.

Представители ответчика в судебном заседании поддержали доводы жалобы, просят решение суда отменить, в удовлетворении исковых требований отказать.

ООО «Олеонафта» представило письменный отзыв на апелляционную жалобу, в котором истец возражает против доводов жалобы, настаивает на законности и обоснованности обжалуемого судебного акта, просит обжалуемый судебный акт  оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения.

В судебном заседании представитель истца и третьего лица поддержал правовую позицию, изложенную в отзыве на жалобу, дал аналогичные пояснения.

  Законность и обоснованность принятого решения проверяются арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке и по основаниям, установленным статьями 258, 266 - 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

  Арбитражный апелляционный суд в порядке пункта 1 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации повторно рассматривает дело по имеющимся в деле и дополнительно представленным доказательствам.

  Заслушав представителей лиц, участвующих в деле, изучив и исследовав материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в пределах, установленных статьей 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, соответствие выводов, содержащихся в обжалуемом судебном акте, имеющимся в материалах дела доказательствам, правильность применения арбитражным судом норм материального и соблюдение норм процессуального права, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

 Как видно из материалов дела, ООО «Энгельсская промышленная компания» зарегистрировано в Едином государственном реестре юридических лиц 01.07.2009 года за ОГРН 

<

***>.

ООО «Олеонафта» является единственным участником ООО «Энгельсская промышленная компания», что следует из представленной в материалы дела выписки из ЕГРЮЛ от 12.10.2016.

Согласно пункту 9.1. Новой редакции Устава ООО «Энгельсская промышленная компания», утвержденной решением единственного участника от 01.06.2015, единоличным исполнительным органом общества является директор общества, который избирается Общим собранием участников.

В соответствии с пунктами 9.2. Новой редакции Устава ООО «Энгельсская промышленная компания» директор действует от имени общества без доверенности, самостоятельно заключает договоры за исключение случаев, предусмотренных действующим законодательством, принимает решения, необходимые для достижения целей общества, за исключением тех, которые относятся к исключительной компетенции Общего собрания участников общества и т.д.

Пунктом 9.4. Устава ООО «Энгельсская промышленная компания» в обязанности директора входило обеспечение прибыльности и доходности Общества, добросовестное и разумное руководство Обществом, обеспечение выполнения установленных для Общества основных экономических показателей, недопущение принятия решений, которые могут привести к неплатежеспособности (банкротству) Общества, незамедлительное уведомление участников в случае нестабильного финансового положения Общества и не допускать принятие решений, которые могут привести к нестабильному финансовому положению Общества, обеспечение сохранности и защиты собственности Общества, строгий контроль целесообразности расходов, осуществление строгого контроля за рациональным использованием материальных, трудовых и финансовых ресурсов.

Как следует из представленной в материалы дела выписки из ЕГРЮЛ, основным видом деятельности ООО «Энгельсская промышленная компания» является аренда и управление собственным или арендованным нежилым недвижимым имуществом.

Пунктом 1.3. трудового договора с руководителем от 05.09.2012 предусмотрено, что целью деятельности директора является обеспечение прибыльности и конкурентоспособности общества, его финансово-хозяйственной устойчивости, обеспечение прав и законных интересов участников общества.

В соответствии с пунктом 3.2. указанного трудового договора в обязанности директора входит: добросовестно и разумно руководить обществом, обеспечивать выполнение установленных для общества основных экономических показателей, не допускать принятие решений, которые могут привести к неплатежеспособности (банкротству) общества, обеспечивать сохранность и защиту собственности общества, контролировать целесообразность расходов, осуществлять строгий контроль за рациональным использованием материалов, трудовых и финансовых ресурсов, осуществлять руководство персоналом общества, обеспечивать его подбор, расстановку, обучение, аттестацию, повышение квалификации, а также рациональное использование и т.д.

Согласно пункту 3.3. указанного трудового договора, именно директор общества имел право подписывать от имени общества договоры, самостоятельно, в пределах своей компетенции, решать все вопросы производственно-хозяйственной деятельности общества, распоряжаться иным имуществом общества в порядке и пределах, установленных законодательством РФ, открывать расчетные счета, подписывать платежные документы, принимать и увольнять работников, принимать к ним меры поощрения или налагать взыскания, давать обязательные к исполнению всеми работниками общества указания по всем вопросам текущей деятельности, осуществлять контроль за их исполнением и т.д.

С 01 декабря 2003 года директором ООО «Энгельсская промышленная компания» являлся ФИО2

Решением единственного участника ООО «Энгельсская промышленная компания» - ООО «Олеонафта» от 29.09.2015 собственник решил прекратить полномочия директора ООО «Энгельсская промышленная компания» ФИО2 со 02.11.2015 и назначить с 03.11.2015 новым директором общества ФИО7

В соответствии с пунктом 3 решения единственного участника ООО «Энгельсская промышленная компания» - ООО «Олеонафта» от 29.09.2015 на ФИО2 была возложена обязанность провести инвентаризацию товарно-материальных ценностей, движимого и недвижимого имущества, документации (бухгалтерской, финансово-хозяйственной, кадровой) за весь период деятельности в срок с 29.09.2015 по 30.10.2015 и сдать по акту приема-передачи всю финансово-хозяйственную документацию общества, учредительные, правоустанавливающие документы, печать и штампы вновь назначенному директору общества ФИО7

На основании указанного решения ФИО2 был издан приказ от 29.09.2015 № вн о проведении в срок до 28.10.2015 инвентаризацию товарно-материальных ценностей, движимого и недвижимого имущества и документации, о подготовке акта приема-передачи, о назначении инвентаризационной комиссии.

При этом, как указано заявителем и следует из материалов дела, в состав комиссии для проведения инвентаризации включен заведующий складом, являющийся материально-ответственным лицом, в подотчете у которого находится имущество, непосредственно подлежащее инвентаризации.

Кроме того, как указывает заявитель, 30.10.2015 ФИО2 оформлен больничный, на котором он находился с 30.09.2015 по 14.10.2015, затем с 16.10.2015 по 30.10.2015, и с 31.10.2015 по 23.11.2015.

В связи с уклонением ФИО2 от передачи дел новому директору решением ООО «Олеонафта» от 13.10.2015 была назначена комиссия по передаче дел при смене директора.

В процессе проведения комиссией проверки документации, подлежащей передаче вновь назначенному директору общества, было установлено, что в обществе отсутствовали договоры подряда, заключенные между ООО «Энгельсская промышленная компания» и третьими лицами, акты производства скрытых работ, акты приемки выполненных работ, справки о стоимости выполненных работ, акты о передаче материалов подрядчикам, иные договоры и документация за период с 01.01.2011 по 31.12.2013.

По факту отсутствия документов в адрес ФИО2 представителем собственника было направлено письменное требование от 14.10.2015 № 36 о предоставлении письменных объяснений о местонахождении указанных документов, которое оставлено адресатом без ответа.

В связи с уклонением ФИО2 от проведения инвентаризации решением ООО «Олеонафта» № 4 от 16.10.2015 была назначена проверка финансово-хозяйственной деятельности ООО «Энгельсская промышленная компания» (ревизия-инвентаризация). Ее проведение было поручено ревизору ООО «Энгельсская промышленная компания» ФИО8 

Срок ревизии-инвентаризации: с 19.10.2015 до 28.10.2015.

В связи с невозможностью прекращения полномочий директора ООО «Энгельсская промышленная компания» ФИО2 по причине его длительного нахождения на больничном, невыполнения его обязанностей по передаче дел новому директору общества, ООО «Олеонафта» было принято решение от 22.11.2015 о переносе даты прекращения полномочий директора ООО «Энгельсская промышленная компания» ФИО2 и о признании вышеуказанного приказа директора ООО «Энгельсская промышленная компания» ФИО2 № вн от 29.09.2015 о проведении инвентаризации не соответствующим Методическим указаниям по инвентаризации имущества и финансовых обязательств, утвержденным приказом Минфина РФ от 13.06.1995          № 49.

Впоследствии ФИО2 был уволен с должности директора ООО «Энгельсская промышленная компания» 10.12.2015 на основании решения собственника от 09.10.2015.

В результате ревизии-инвентаризации товарно-материальных ценностей ООО «Энгельсская промышленная компания», проведенной за период с 19.02.2015 по 28.10.2015 по решению единственного участника ООО «Энгельсская промышленная компания» - ООО «Олеонафта» № 4 от 16.10.2015, комиссией была выявлена недостача товарно-материальных ценностей ООО «Энгельсская промышленная компания» в размере 24 278 995,72 руб. по состоянию на 16.10.2015 по значительному количеству наименований имущества ООО «Энгельсская промышленная компания».

Результаты инвентаризации зафиксированы в сличительной ведомости № 1 от 28.10.2015, в соответствии с которой недостача товарно-материальных ценностей составила 24 278 995,72 руб.

В ходе инвентаризации товарно-материальных ценностей комиссия пришла к выводу, что хранение материально-производственных запасов в ООО «Энгельсская промышленная компания» организовано с нарушением «Методических указаний по бухгалтерскому учету материально-производственных запасов», утвержденных Приказом Минфина РФ от 28.12.2001 № 119н.

Как указывает истец, в нарушение норм действующего законодательства и возложенных на директора как на единоличный исполнительный орган уставными документами и трудовым договором обязанностей, ФИО2, занимая должность директора общества, не организовал надлежащим образом работу по подбору кадров (персонала), не принял своевременные меры к найму квалифицированных работников, в том числе новых работников на должность заведующего склада, на должность охранников, не контролировал выполнение работниками общества своих трудовых обязанностей, не обеспечил надлежащую систему управления и контроля за персоналом, не организовал надлежащую систему учета, хранения и охраны товарно-материальных ценностей,            не принимал меры по инвентаризации имущества общества, по устранению факта пропажи товарно-материальных ценностей и выявлению виновных лиц.

Полагая, что сумма ущерба по своей природе является убытками и подлежит взысканию с ФИО2, истец обратился в арбитражный суд с настоящими требованиями.

Суд первой инстанции, частично удовлетворяя заявленные требования, руководствовался положениями статей 15, 53, Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), положениями Федерального закона от 08.02.1998                № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» и правомерно исходил из следующего.

Согласно пункту 3 статьи 53 ГК РФ единоличный исполнительный орган общества - генеральный директор должен действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно, так как он несет ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу его виновными действиями (бездействием).

В пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее - Пленум № 62) разъяснено, что в силу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Привлечение руководителя юридического лица к ответственности зависит от того, действовал ли он при исполнении своих обязанностей разумно и добросовестно, то есть, проявил ли он заботливость и осмотрительность и принял ли все необходимые меры для надлежащего исполнения своих обязанностей.

Согласно позиции, изложенной в пункте 3 постановления Пленума № 62 неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах. Арбитражным судам следует давать оценку тому, насколько совершение того или иного действия входило или должно было, учитывая обычные условия делового оборота, входить в круг обязанностей директора, в том числе с учетом масштабов деятельности юридического лица, характера соответствующего действия и т.п.

В случаях недобросовестного и (или) неразумного осуществления обязанностей по выбору и контролю за действиями (бездействием) представителей, контрагентов по гражданско-правовым договорам, работников юридического лица, а также ненадлежащей организации системы управления юридическим лицом директор отвечает перед юридическим лицом за причиненные в результате этого убытки.

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 8 постановления Пленума № 62, удовлетворение требования о взыскании с директора убытков не зависит от того, имелась ли возможность возмещения имущественных потерь юридического лица с помощью иных способов защиты гражданских прав.

В соответствии с пунктом 1 статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Согласно пункту 2 статьи 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Для привлечения виновного лица к гражданско-правовой ответственности необходимо доказать наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, вину причинителя вреда.

Отсутствие одного из вышеуказанных оснований влечет отказ в удовлетворении требования о взыскании убытков.

Ответчику вменяется причинение ущерба ООО «Энгельсская промышленная компания» по причине недостачи товарно-материальных ценностей, принадлежащих юридическому лицу, возникших в результате ненадлежащего исполнения директором своих обязанностей.

Из материалов дела следует, что ООО «Энгельсская промышленная компания» является профессиональным участником хозяйственных правоотношений, связанных с арендой и управлением собственным или арендованным нежилым недвижимым имуществом; выращиванием сельскохозяйственных культур; производство продуктов мукомольной и крупяной промышленности; передаче электроэнергии и технологического присоединения к распределительным электросетям; торговли оптовой зерном, мукой и макаронными изделиями, крупами, прочей торговли в неспециализированных магазинах; деятельностью автомобильного грузового транспорта и услуг по перевозкам; прочей вспомогательной деятельностью, связанной с перевозками, что усматривается из выписки из ЕГРЮЛ, устава общества.

В силу изложенного, единоличный исполнительный орган - директор общества должен обладать специальными познаниями в указанных областях.

При необходимости, с учетом характера и масштаба хозяйственной деятельности, единоличный исполнительный орган вправе привлекать третьих лиц (по трудовым или гражданско-правовым договорам) и предоставлять им полномочия действовать от имени общества, например, при формировании представительств или филиалов (абзац второй пункта 3 статьи 55 ГК РФ). 

Ответчик исполнял функции единоличного исполнительного органа, обладал требуемыми познаниями, привлекал третьих лиц для осуществления юридическим лицом соответствующей хозяйственной деятельности.

В обоснование пределов полномочий бывшего директора ООО «Энгельсская промышленная компания» ФИО2 истцом представлены Устав ООО «Энгельсская промышленная компания», трудовые договоры, заключенные с ФИО2

Как следует из материалов дела и не оспорено ответчиком, 29.09.2015 ФИО2 был издан приказ от 29.09.2015 № вн о проведении в срок до 28.10.2015 инвентаризации товарно-материальных ценностей, движимого и недвижимого имущества и документации, о подготовке акта приема-передачи, и о назначении инвентаризационной комиссии.

В соответствии с пунктом 1.4. Методических указаний по инвентаризации имущества и финансовых обязательств, утвержденных Приказом Минфина РФ от 13.06.1995 № 49, одной из основных целей инвентаризации является сопоставление фактического наличия имущества с данными бухгалтерского учета. 

Осуществление такой проверки лицом, которым и ведется проверяемая деятельность, существенно снижает эффективность инвентаризации как контрольного мероприятия ввиду возможной личной заинтересованности данного лица в результате инвентаризации. 

Следовательно, включение материально-ответственного лица в состав членов инвентаризационной комиссии, если инвентаризации подлежат материальные ценности, находящиеся у него в подотчете, является нецелесообразным. 

В соответствии с пунктом 2 статьи 12 Федерального закона от 21.11.1996 №129-ФЗ «О бухгалтерском учете» (действовавшего до 01.01.2013) для обеспечения достоверности данных бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности организации обязаны проводить инвентаризацию имущества и обязательств, в ходе которой проверяются и документально подтверждаются их наличие, состояние и оценка. Порядок и сроки проведения инвентаризации определяются руководителем организации, за исключением случаев, когда проведение инвентаризации обязательно. 

В соответствии с пунктом 2 этой же статьи проведение инвентаризации обязательно, в том числе, при смене материально ответственных лиц. 

Такое же требование о проведении инвентаризации содержится и в статье 11 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете».

Изучением названного выше приказа суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что приказ № вн от 29.09.2015 по ООО «Энгельсская промышленная компания» о проведении инвентаризации и назначении комиссии для ее проведения, подписанный директором ООО «Энгельсская промышленная компания» ФИО2, согласно которому в состав комиссии для проведения инвентаризации включен заведующий складом, являющийся материально-ответственным лицом, в подотчете у которого находится имущество, непосредственно подлежащее инвентаризации, издан с нарушением Методических указаний по инвентаризации имущества и финансовых обязательств. 

Вопреки требованиям процессуального закона ответчик не предоставил в  материалы  доказательств в обоснование необходимости и законности включения в комиссию материально-ответственного лица, равно как не обосновал, по какой причине ФИО2 не привел в соответствие с законом приказ о проведении инвентаризации, уклонился от проведения инвентаризации и передаче дел новому директору. 

Как установлено судом первой инстанции, все время проведения инвентаризации ФИО2 находился на больничном с 30.09.2015 по 14.10.2015, затем с 16.10.2015 по 30.10.2015, и с 31.10.2015 по 23.11.2015.

Инвентаризация проводилась с 19.10.2015 на основании решения участника № 4 от 16.10.2015 и была завершена 18.11.2015, при этом с 20.10.2015 по 29.10.2015 инвентаризация не проводилась в связи с болезнью ФИО9, в связи с чем, срок проведения инвентаризации был продлен (решение участника от 20.10.2015г.).

Учитывая, что первоначальные сроки окончания инвентаризации приходились на 28.10.2015 в сличительной и инвентаризационной ведомостях была допущена техническая ошибка (вместо 18.11.2015 были проставлены даты 28.10.2015), о чем было указано в протоколе заседания ревизионно-инвентаризационной комиссии от 08.12.2015.

Данные обстоятельства апеллянтом не опровергнуты.

Судом первой инстанции установлено и объективно следует из совокупности  представленных в дело доказательств, в том числе сличительной и инвентаризационной ведомостей, что в период осуществления функций единоличного исполнительного органа ФИО2 допустил недостачу материальных ценностей в ООО «Энгельсская промышленная компания».

Довод апеллянта о том, что единственным доказательством убытков служит сличительная ведомость, не является основанием для отмены обжалуемого судебного акта. 

Установлено, что в обоснование заявленных требований истцом представлены письменные пояснения, опросы свидетелей, в том числе проводивших инвентаризацию - ФИО10, ФИО11, письменные заявления Волкова, Шпака, подписи которых нотариально удостоверены, которые подтвердили факт участия в инвентаризации, проведенной в ООО «Энгельсская промышленная компания», а также факт недостачи материальных ценностей в ООО «Энгельсская промышленная компания». 

Вопреки доводам ответчика все остатки имуществ к началу инвентаризации были зафиксированы в инвентаризационной ведомости, подписанной всеми членами комиссии. 

Доводы апеллянта о том, что инвентаризация проводилась не всеми членами комиссии, несостоятельны. Установлено, что на инвентаризационной и сличительной ведомостях проставлены подписи всех членов комиссии. Более того, в материалах дела имеются письменные показания Шпака, подпись которого удостоверена нотариально, который подтвердил свое участие в инвентаризации. Кроме того, в материалы дела представлена справка по месту работы Шпака, из которой следует, что в заявленный ФИО2 период на момент проведения инвентаризации Шпак не находился на больничном и больничный лист не предоставлял. Доказательств обратного не представлено.

Сличительная ведомость подписана заведующей склада ФИО9 без замечаний и возражений (т. 1, л.д. 139).

Следует отметить, что по результатам инвентаризации ни кем из лиц, принимавших участие в инвентаризации и подписавших инвентаризационную и сличительную ведомости, не представлено ни одного возражения. 

Таких возражений по результатам проведенной ревизии-инвентаризации до момента рассмотрения в суде настоящего дела не было предоставлено и от ФИО2

Доводы апеллянта о невозможности определения, на каком из складов установлена недостача ввиду указания товарно-материальных ценностей в алфавитном порядке в инвентаризационной ведомости, не свидетельствуют о порочности инвентаризационной и сличительной ведомостей и носят неподтвержденный характер.

Последовательность инвентаризации складов отражена комиссией в акте работы комиссии за период с 19.10.2015 по 18.11.2015. Итог работы комиссии с отражением инвентаризируемых мест хранения и даты инвентаризации был зафиксирован комиссией в табеле проведения инвентаризации.

Довод ответчика о наличии в деле документов, на которых нет никаких подписей (товарная накладная № С13917 от 05.10.2015г.), не опровергает факт недостачи, а лишь свидетельствует об отсутствии должного контроля со стороны ФИО2 в отношении работников, составляющих документы с нарушением требования закона. 

Сам по себе факт ненадлежащего составленного документа, не опровергает факт приобретения данного товара. Заявляя о ненадлежаще оформленной накладной, ответчик не указал, соответствует ли указанный товар какому-либо первичному документу (например, платежному поручению) на приобретение товарно-материальных ценностей, указанных в накладной.

Возражая против доводов апеллянта о несоответствии указанных в сличительной ведомости сведений фактическим обстоятельствам дела на примере «извещателя ИП-212», истец в отзыве на апелляционную жалобу указал следующее.

Для определения недостачи комиссия устанавливала количество приобретенных товарно-материальных ценностей (за минусом тех, которые были переданы фактически подрядчику) с товарно-материальными ценностями, которые должны были остаться на складе.

Между тем, апеллянт сравнивает карточки счета и количество «извещателей», которые необходимо было передать подрядчику согласно сметному расчету к договору подряда, не указывая при этом, были ли фактически переданы подрядчику указанные извещатели и в каком количестве.

Данные обстоятельства апеллянтом не опровергнуты.

Такая же ситуация и с «блоком индексации С2000-би». Так, апеллянт со ссылкой на таблицу эксперта указывает, что указанный блок был подрядчиком использован, при этом не представлено ни одного относимого и допустимого доказательства, подтверждающего, что указанный блок был передан ООО «Энгельсская промышленная компания» подрядчику в работу и действительно был использован.

Довод апеллянта о порочности сличительной ведомости со ссылкой на то, что истец уменьшил исковые требования на стоимость излишков 490 555,07 руб., несостоятелен. 

В соответствии с пунктом 5.3 Методических указаний по инвентаризации имущества и финансовых обязательств, взаимный зачет излишков и недостачи в результате пересортицы может быть допущен только в виде исключения за один и тот же проверяемый период, у одного и того же проверяемого лица, в отношении товарно-материальных ценностей одного и того же наименования и в тождественных количествах.

Как пояснил в судебном заседании представитель истца, последним был произведен взаимозачет стоимости излишков и выявленной недостачи товарно-материальных ценностей по сходным, но не идентичным позициям, как об этом указано в пункте 5.3 Методических указаний по инвентаризации имущества и финансовых обязательств.

Апеллянт в свою очередь не представил документально подтвержденных доказательств наличия оснований для взаимного зачета излишков и недостачи, выявленных в процессе инвентаризации, а равно своего контррасчета со ссылками на соответствующие доказательства. В этой связи, указание в апелляционной жалобе о том, что суд оставил без внимания доводы ответчика о неприменении взаимного зачета излишков и недостачи, суд апелляционной инстанции отклоняет.

Кроме того, в ходе рассмотрения дела истец до разрешения спора по существу воспользовался процессуальным правом, предоставленным пунктом                1 статьи 49 АПК РФ, что, по сути, не влияет на результаты проведенной ревизии-инвентаризации.

Доводы апеллянта о том, что экспертным заключением от 25.08.2018                 № 18/17-172 установлена невозможность по имеющимся в материалах дела документам сделать вывод о наличии недостачи в ООО «Энгельсская промышленная компания», не являются безусловным основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

Действительно, судом первой инстанции была назначена судебная экспертиза, производство которой было поручено обществу с ограниченной ответственностью «Лаборатория Независимой Судебной Экспертизы».

В материалы дела представлено экспертное заключение от 25.08.2018                 № 18/17-172 (т. 164, л.д. 66-108).

В силу положений статьи 71, части 3 статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заключение эксперта является одним из доказательств по делу, не имеет заранее установленной силы, не носит обязательного характера и подлежит исследованию и оценке судом наравне с другими представленными доказательствами. 

В этой связи, суд первой инстанции обоснованно отметил, что экспертное исследование, проведенное в рамках судебного процесса, не может рассматриваться в качестве предопределяющего для итогового судебного акта, выводы, изложенные в экспертном заключении трактуются судом с учетом их правового значения, закрепленного положениями Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, наряду с иными доказательствами по делу, фактическими обстоятельствами, а также их совокупной правовой оценки. 

Суд оценивает доказательства, в том числе заключение эксперта, исходя из требований частей 1 и 2 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и по результатам оценки доказательств приводит в решении мотивы, по которым он принимает или отвергает имеющиеся в деле доказательства (часть 7 статьи 71, пункт 2 части 4 статьи 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

 Изучением и исследованием экспертного заключения от 25.08.2018                 № 18/17-172 суд первой инстанции установил, что экспертное заключение фактически не содержит выводов по поставленным судом вопросам. 

Кроме того, из содержания исследовательской части не представляется возможным сделать вывод об изучении и исследовании экспертами непосредственно первичной бухгалтерской документации, в заключении не указано, какие объекты исследовались, по каким адресам, какие измерения проводились, каким образом это фиксировалось, фотографии к заключению не приложены.

Под отсутствующими документами эксперт подразумевает аудиторское заключение, журналы учета выполненных работ (КС-6а). Однако эксперт не указал, какой нормой закона предусмотрено, что при установлении факта недостачи эксперт должен руководствоваться указанными документами.

При проведении экспертизы эксперт не воспользовался правом обратиться в суд с ходатайством о предоставлении конкретных первичных документов.

Между тем, отсутствие в экспертном заключении выводов по поставленным судом вопросам, не является безусловным основанием для отказа в удовлетворении исковых требований.

В абзаце втором пункта 6 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62, сказано, что арбитражный суд не может полностью отказать в удовлетворении требования о возмещении директором убытков, причиненных юридическому лицу, только на том основании, что размер этих убытков невозможно установить с разумной степенью достоверности (пункт 1 статьи 15 ГК РФ). В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципа справедливости и соразмерности ответственности.

Судом первой инстанции установлено и не опровергнуто апеллянтом, что инвентаризационная и сличительная ведомости отвечают принципу относимости и допустимости доказательств, правовых оснований для их исключения из числа надлежащих доказательств ответчиком не представлено.

Судом установлено, что в деле отсутствуют доказательства того, что ООО «Энгельсская промышленная компания» при прекращении полномочий ФИО2  последнему чинились препятствия в проведении инвентаризации и передачи документов обществу.

Также отсутствуют доказательства того, что общество не допускало ответчика к участию в инвентаризации организованной истцом.

Напротив, из материалов дела следует, что ответчик при прекращении полномочий фактически уклонился от исполнения своей обязанности по инвентаризации имущества.

Возражая относительно сведений, содержащихся в инвентаризационной и сличительной ведомостях, ответчик о фальсификации указанных документов в установленном законом порядке не заявил (статья 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), равно как не представил доказательств наличия (отсутствия) недостачи в ином (меньшем) размере.

Таким образом, приведенные ответчиком возражения не опровергают установленного в ходе инвентаризации факта недостачи товарно-материальных ценностей в ООО «Энгельсская промышленная компания» на сумму 23 788 440,65 руб.

Довод ФИО2 о том, что судом большое внимание уделено судебным актам по делам №№ А57-28694/2015 и А57-78411/2016 и о том, что эти акты не доказывают наличие недостачи в ООО «Энгельсская промышленная компания», суд апелляционной инстанции отклоняет, поскольку при рассмотрении данных дел судами была установлена недобросовестность бывшего директора ООО «Энгельсская промышленная компания» при осуществлении руководства обществом и неразумность действий (бездействия) при принятии им управленческих решений.

Доводы ответчика, что исковые требования заявлены о взыскании убытков в пользу ООО «Энгельсская промышленная компания», в то время как в резолютивной части решения указано о взыскании убытков в пользу ООО «Олеофанта», суд апелляционной инстанции не принимает, поскольку данное обстоятельство является опечаткой, которая исправлена определением суда первой инстанции от 29 декабря 2018 года.

Оценив вышеизложенные обстоятельства, в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в совокупности с представленными доказательствами, руководствуясь статьями 15, 53 ГК РФ, статьей 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», положениями Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», суд первой инстанции сделал правомерный вывод о наличии оснований для удовлетворения исковых требований, поскольку в материалы дела представлено достаточно доказательств, подтверждающих, что ФИО2 действовал недобросовестно, неразумно и вопреки интересам общества. 

Истцом доказана совокупность обстоятельств (виновные действия (бездействие) ФИО2, наличие неблагоприятных последствий для общества и причинно-следственной связи между действиями (бездействием) ФИО2 и наступившими последствиями в виде недостачи товарно-материальных ценностей (ущерба), при наличии которых в силу статьи 15 ГК РФ бывший директор обязан возместить обществу убытки.

Учитывая изложенное, основываясь на положениях статей 242, 243, 244 Трудового кодекса Российской Федерации, установив, что к заведующему складом, который наряду с директором являлся материально ответственным лицом, требований истцом не предъявлено, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том,, что сумма ущерба (убытков) подлежит взысканию с ФИО2 в размере 11 894 220 руб. 32 коп.

Правовых оснований для переоценки выводов суда первой инстанции апелляционной коллегией не установлено.

Разрешая спор, суд первой инстанции полно и всесторонне исследовал представленные доказательства, установил все имеющие значение для дела обстоятельства, сделал правильные выводы по существу требований заявителя, не допустил при этом неправильного применения норм материального права и процессуального права. 

Оценивая изложенные в апелляционной жалобе доводы, суд апелляционной инстанции считает, что в ней отсутствуют ссылки на факты, которые не были предметом рассмотрения в суде первой инстанции, имели бы юридическое значение и могли бы повлиять в той или иной степени на принятие законного и обоснованного судебного акта при рассмотрении заявленных требований по существу. Податель апелляционной жалобы не ссылается на доказательства, опровергающие выводы суда  первой инстанции, и таких доказательств к апелляционной жалобе не прилагает. В целом, доводы, изложенные в апелляционной жалобе, направлены на переоценку выводов суда первой инстанции, поскольку, не опровергая их, они сводятся исключительно к несогласию с оценкой представленных в материалы дела доказательств, что в силу положений статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является основанием для отмены либо изменения обжалуемого судебного акта.

Апелляционную жалобу следует оставить без удовлетворения.

Руководствуясь статьями  268-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд  

 

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Саратовской области от 02 ноября 2018 года по делу № А57-25402/2016 оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения.

            Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме через арбитражный суд первой инстанции. 

 

Председательствующий судья                                                          Т.С. Борисова

 

Судьи                                                                                                          О.И. Антонова 

 

Т.В. Волкова