,

№ 09АП-61940/2023

Дело № А40-97933/19

г. Москва

27 октября 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 04 октября 2023 года 

Постановление

 изготовлено в полном объеме 27 октября 2023 года 

 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Р.Г. Нагаева,

судей О.В. Гажур, Е.А. Скворцовой

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,  

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы конкурсного управляющего должника ФИО2, ФИО3, на определение Арбитражного суда г. Москвы от 10.08.2023 по делу №А40-97933/19 о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «АвиаАльянс» контролирующих лиц ФИО3, ФИО4, об отказе в части привлечения к субсидиарной ответственности контролирующих лиц - ФИО5, ФИО6, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «АвиаАльянс»,

при участии в судебном заседании:

от ФИО5: ФИО7 по дов. от 16.10.2021

ФИО2 лично, паспорт

от ФИО3: ФИО8 по дов. от 01.10.2023

иные лица не явились, извещены 

 

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 26.04.2019 принято к производству заявление ООО «МЛК «Гермес» о признании несостоятельным (банкротом) ООО «АвиаАльянс» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), поступившее в суд 16.04.2019г., возбуждено производство по делу №А40-97933/19-187-104 «Б». Решением Арбитражного суда города Москвы от 16.06.2020 должник ООО «АвиаАльянс» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) признан несостоятельным (банкротом) введена процедура конкурсного производства сроком на шесть месяцев. Конкурсным управляющим утверждена ФИО2. Сообщение о введении в отношении должника процедуры конкурсного производства опубликовано временным управляющим в газете Коммерсантъ № 112 от 27.06.2020.

 

В Арбитражный суд города Москвы в электронном виде 07.07.2021 поступило заявление конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц – ФИО5, ФИО3, ФИО4, ФИО6.

 

Определением Арбитражного суда города Москвы от 10.08.2023 г. суд привлек к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «АвиаАльянс» контролирующих лиц ФИО3, ФИО4; отказал в части привлечения к субсидиарной ответственности контролирующих лиц - ФИО5, ФИО6; приостановил производство по заявлению конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц в части определения размера ответственности до окончания расчетов с кредиторами. Не согласившись с указанным определением, конкурсным управляющим должника ФИО2, ФИО3 поданы апелляционные жалобы. 

 

В судебном заседании ФИО2 и представитель ФИО3 поддержали доводы апелляционных жалоб. Представитель ФИО5 оставил вопрос рассмотрения апелляционной жалобы ФИО3 на усмотрение суда и возражал против удовлетворения апелляционной жалобы конкурсного управляющего должника ФИО2.

 

Иные лица, участвующие в деле, уведомленные судом о времени и месте слушания дела, в том числе публично, посредством размещения информации на официальном сайте в сети Интернет, в судебное заседание не явились, в связи с чем, апелляционная жалоба рассматривается в их отсутствие, исходя из норм статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 АПК РФ информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

 

Рассмотрев дело в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства в порядке статей 123, 156, 266, 268, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, выслушав объяснения представителей участников процесса, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены или изменения судебного решения, принятого в соответствии с действующим законодательством и обстоятельствами дела.

 

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 25.05.2023 приняты уточнения требований конкурсного управляющего ООО «АвиаАльянс». Как следует из уточненного заявления конкурсного управляющего ООО «АвиаАльянс», заявитель просил привлечь к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «АвиаАльянс» ФИО3, ФИО4, ФИО5. Требования конкурсного управляющего ООО «АвиаАльянс» основаны на положениях пп.1 и пп.2 п. 2 ст. 61.11, п.1 ст. 61.12, п.2 ст.126 Закона о банкротстве. Согласно материалам регистрационного дела в отношении ООО «Авиа Альянс» учредителями должника являлись:

 

В соответствии с пунктом 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве), статьей 223 Арбитражного процессуального кодекса РФ (далее - АПК РФ), дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

 

В соответствии с частью 1 статьи 61.10 Федерального закона от 26.10.2002 г. № 127-ФЗ, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

 

В силу пункта 22 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 1 июля 1996 г. N 6/8 "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (часть вторая пункта 3 статьи 56 Кодекса), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

 

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого невозможно полностью погасить требования кредиторов, не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в невозможности полного погашения требований кредиторов отсутствует. Такое лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности, если оно действовало согласно обычным условиям гражданского оборота, добросовестно и разумно в интересах должника, его учредителей (участников), не нарушая при этом имущественные права кредиторов, и если докажет, что его действия совершены для предотвращения еще большего ущерба интересам кредиторов (п. 10 ст. 61.11 Закона о банкротстве).

 

Исходя из разъяснений, содержащихся в пункте 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 6, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 8 от 01.07.1996 "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (часть вторая пункта 3 статьи 56 Гражданского кодекса Российской Федерации), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

 

 

Как следует из материалов настоящего дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «АвиаАльянс» и не оспаривается сторонами, учредителями ООО «АвиаАльянс» являлись:

- ФИО5 с 09.09.2016 по 14.11.2018;

- ФИО3 с 02.02.2018 по 13.05.2019 года;

- ФИО4 с 13.05.2019 по настоящее время. Генеральными директора ООО «АвиаАльянс» являлись:

- ФИО5 с 09.09.2016 по 14.11.2018;

- ФИО3 с 14.11.2018 по 31.05.2019;

- ФИО6 с 31.05.2019 года до признания ООО «АвиаАльянс» банкротом.

 

Также судом первой инстанции приняты во внимание пояснения конкурсного управляющего ООО «АвиаАльянс» указывающий, что ФИО4 и ФИО6 являются номинальными учредителем и руководителем.

 

Как следует из анализа ЕГРЮЛ, ФИО4 являлся руководителем ООО "АЛМАЗ" ликвидировано 3 февраля 2021 года; ООО «ЛУЧ» ликвидировано 3 февраля 2021 года; ООО «РИОЛИТ» ликвидировано 3 февраля 2021 года; ООО «РА «ГРАДИЕНТ» ликвидировано 04 сентября 2020 года; ООО «ИНВЕКС» ликвидировано 27.11.2019 года; при этом в этот период с апреля по май 2019 ФИО4 становится руководителем ООО «ИНВЕСТКОМ» ликвидировано 25.03.2021 года; ООО «ТРАНСАВТО» ликвидировано 17.09.2020 года; ООО «ГРИН ЛАЙН АЭРО», регистрирующим органом принято решение о предстоящем исключении юридического лица из ЕГРЮЛ (наличие в ЕГРЮЛ сведений о юридическом лице, в отношении которых внесена запись о недостоверности); ООО «АвиаАльянс» юридическое лицо признано несостоятельным (банкротом) и в отношении него открыто конкурсное производство. Таким образом, усматривается, что ФИО4 является массовым учредителем и руководителем организаций, которые в короткий промежуток времени были исключены из ЕГРЮЛ в связи с недостоверностью сведений.

 

ФИО6 также является массовым учредителем и руководителем организаций, которые в короткий срок после его назначения были ликвидированы как недействующие: ООО "АСПЕКТ М" не действующее; ООО "МЕРКАНТ" не действующее; ООО "Паркплэйс"; ООО "ГЛОБАЛ ЭКСПРЕСС" не действующее; ООО "ТРЕЙДСТАНДАРТ" не действующее; ООО "ЮНИКС" не действующее; ООО "ПОЛЯРИС" не действующее; ООО "ФИНИМОР" не действующее и др. Таким образом, усматривается, что ФИО6 также являлся массовым учредителем и руководителем организаций. 

 

Вместе с тем, следует учитывать, что наличие у юридического лица номинального руководителя, формально входящего в состав его органов, но не осуществлявшего фактическое управление, не является основанием для освобождения от ответственности фактического руководителя, оказывающего влияние на должника в отсутствие соответствующих формальных полномочий (пункт 1 статьи 1064 ГК ГФ). В этом случае, по общему правилу, номинальный и фактический руководители несут субсидиарную ответственность солидарно: необходимой причиной банкротства выступают как бездействие номинального руководителя, уклонившегося от осуществления обязанностей по выбору представителя и контролю за его действиями, обеспечению надлежащей работы системы управления юридическим лицом, так и действия фактического руководителя, оказавшего непосредственное влияние на имущественную сферу должника (абзац первый статьи 1080 ГК РФ).

 

В материалы дела не представлено относимых и допустимых доказательств, подтверждающих действия ФИО4 и ФИО6 по установлению и воспрепятствованию деятельности должника, приведшей к неплатежеспособности (банкротству).

 

Судом первой инстанции принято во внимание, что ФИО6 28.04.2020 умер, сведений о наследниках в материалы дела не представлены.

 

Учитывая исследованные обстоятельства, отсутствия возражений в этой связи, суд приходит к выводу, что контролирующими должника лицами являются ФИО5 с 09.09.2016 по 14.11.2018; ФИО3 с 02.02.2018 по 13.05.2019 года; ФИО4 с 13.05.2019 по настоящее время; ФИО6 с 31.05.2019 года до признания ООО «АвиаАльянс» банкротом.

 

Как установлено пунктом 2 статьи 61.11 ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" предусмотрено, что пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из обстоятельств, в том числе, причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;

 

Как разъяснено в пункте 16 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

 

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

 

Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства. Суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства.

 

Так, из пояснений заявителя следует, что основаниями для привлечения контролирующих должника лиц, являются сделки, совершенные должником, а именно с ООО «ЖИЛСТРОЙСЕРВИС» в период с 19.03.2018 по 12.07.2018 (определением Арбитражного суда г. Москвы от 01.07.2022 сделки с указанным юрлицом признаны недействительными); также с ООО «Консул» в период с 10.04.2018, 29.05.2018 (определением Арбитражного суда г. Москвы от 01.07.2022 сделки с указанным юрлицом признаны недействительными);с ООО ТК «ЯН» в период с 06.03.2018 по 13.12.2018 (определением Арбитражного суда г. Москвы от 01.07.2022 сделки с указанным юрлицом признаны недействительными). Также указала на сделки с ООО ТК «ДЕЛЬТА – САХАЛИН» в период с 06.12.2017 по 23.10.2018 ; вместе с тем отметила, что судебный акт об отказе в признании сделки с указанным юрлицом оспаривается в суд апелляционной инстанции.

 

Пунктом 57 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" разъяснено, что под основаниями требования о привлечении к субсидиарной ответственности, предполагающего обоснование статуса контролирующего должника лица, понимаются не ссылки на нормы права, а фактические обстоятельства спора, на которых основано притязание гражданско-правового сообщества, объединяющего кредиторов должника, о возмещении вреда, обращенное к конкретному лицу.

 

Суд принимает во внимание, что основанием для такого требования заявителя является отсутствие у конкурсного управляющего документации должника (в том числе, касающейся спорных хозяйственных операций с контрагентами), в связи с ее не передачей бывшим последним руководителем

 

Вместе с тем, вопреки доводам заявителя, установлено, что факт передачи документов ФИО5 последующему руководителю ФИО3 подтверждается представленной в материалы дела копии акта приема передачи документов от 08.11.2018г., согласно которому ФИО5 передала, а ФИО3 как вновь назначенный руководитель принял документы общества, в том числе в полном объеме бухгалтерскую, кадровую документацию, договоры с контрагентами, результаты последней инвентаризации. Доказательств обратного суду первой инстанции не представлено. Учитывая изложенное, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что доводы в исследованной части в отношении ФИО5 являются несостоятельными.

 

Между тем, ФИО3 в отзыве указала, что на дату введения в отношении должника процедуры конкурсного производства (11.06.2020) руководителем должника являлся ФИО6, при этом допустимых относимых и достаточных доказательств подтверждающих факт передачи документации ФИО6, ответчик не представила. Кроме того, принимая во внимание, что ФИО6 являлся номинальным руководителем, суд критически относится к доводам ФИО3 в исследуемой части.

 

В соответствии с пп. 2 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, в том числе. если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

 

Согласно абз. 2 п. 2 ст. 126 Закона о банкротстве руководитель должника в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязан обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

 

Учитывая установленные фактические обстоятельства дела в исследованной части, суд приходит к выводу о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по основаниям пп.1 и пп.2 п. 2 ст. 61.11, а также абз. 2 п. 2 ст. 126 Закона о банкротстве ФИО3 ФИО4, ФИО6 и как следствие их отсутствие в отношении ФИО5

 

Также заявитель просит привлечь к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «АвиаАльянс» контролирующих лиц должника по основаниям ст.61.12 Закона о банкротстве.

 

В соответствии с п. 2 ст. 3 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» от 26.10.2002г. № 127-ФЗ юридическое лицо считается неспособным удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, если соответствующие обязательства и (или) обязанность не исполнены им в течение трех месяцев с даты, когда они должны были быть исполнены.

 

Из анализа реестра требований кредиторов было установлено, что обязательства возникли в следующие периоды:

 

Наименование кредитора

Основание возникновения задолженности

Дата возникновения просрочки выплат задолженности

ООО «МЛК «Гермес»

Договор №КАД00000081 от 05.10.2017

13.11.2017 в соответствии с решением Арбитражного суда Республики Татарстан по делу № А65-15628/2018

ЗАО «ИНСИСТЕМС»

Договор № 30/ПР-2016

09.10.2018 согласно заявлению

ООО ТК «Дельта-Сахалин»

Договора займа

27.02.2018

ООО «Эста»

Договор транспортной экспедиции № YS28/2015-CUS

28.08.2018

Инспекция ФНС РФ № 24 по г. Москве

Задолженность по НДФЛ

31.01.2019

ООО "НВЛ"

договор транспортной экспедиции от 23.08.2018 г. № 537; решение Арбитражного суда г. Москвы от 04.09.2019 по делу №А40-161923/2019

28.12.2018

АО "АВИАКОМПАНИЯ "АВРОРА"

Договор №№22.5/2014-0645 от 27.06.2014

31.12.2018

ООО ТК "БЕГУ"

Решение по делу № А40- 262633/18

27.10.2018

ООО "КАМЧАТКА ЛАЙНС"

Договор № КЛС 138/14 от 29.10.2014

4 кв. 2018

 

ФИО3 в мае 2019 года осознавая финансовую неплатёжеспособность организации ООО «АвиаАльянс» в целях исключения ответственности приняла решения:

- 29.04.2019 года принять в общество ФИО4 с размером доли 1000 рублей;

- 14.05.2019 года ФИО3 направила заявление о выходе из ООО «Авиа Альянс»;

- 19.05.2019 года ФИО4 на основании заявления ФИО3 принимает решение о внесении в ЕГРЮЛ сведений об изменении состава участников ООО «Авиа Альянс», а также освобождает от должности генерального директора ФИО3, и назначает генеральным директором ФИО6

 

Таким образом, руководитель должника-организации, осознавая и предвидя негативные последствия для О ООО «АвиаАльянс», в части ведения нормальной хозяйственной деятельности и возможности рассчитаться с кредитором, не исполнил предписания ст. 9 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» об обращении в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом, несмотря на наличие признаков неплатежеспособности должника.

 

В соответствии с п. 1 ст. 61.12 Федерального закона от 26.10.2002 г. №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 указанного Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

 

Согласно п. 2 ст. 61.12 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», бремя доказывания отсутствия причинной связи между невозможностью удовлетворения требований кредитора и нарушением обязанности, предусмотренной пунктом 1 настоящей статьи, лежит на привлекаемом к ответственности лице (лицах).

 

Таким образом, руководители и учредитель должника в срок, предусмотренный Закон о банкротстве, не обратился в Арбитражный суд с заявлением должника о банкротстве.

 

При этом, согласно п. 10 Постановления Пленума Верховного Суда от 21.12.2017 № 53 г., исполнение руководителем обязанности по обращению в суд с заявлением должника о собственном банкротстве, как следует из статьи 9 Закона о банкротстве, не ставится в зависимость от того, имеются ли у должника средства, достаточные для финансирования процедур банкротства. По смыслу пункта 5 статьи 61, пункта 2 статьи 62 ГК РФ при недостаточности имущества должника на эти цели необходимые расходы могут быть отнесены на его учредителей (участников).

 

Пунктом 12 указанного Постановления установлено, что согласно абзацу второму пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве презюмируется наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника, ликвидационной комиссией заявления о банкротстве и невозможностью удовлетворения требований кредиторов, обязательства перед которыми возникли в период просрочки подачи заявления о банкротстве.

 

Пунктом 2 статьи 61.12 ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" предусмотрено, что размер ответственности в соответствии с настоящим пунктом равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 настоящего Закона, и до возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признания должника банкротом).

 

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 9 Постановления Пленума ВС ВФ от 21.12.2017 № 53, обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

 

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.

 

По смыслу приведенных разъяснений, неподача заявления после возникновения обстоятельств, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве, влечет привлечение к субсидиарной ответственности исключительно в случае, если: эти обстоятельства в действительности совпадают с моментом объективного банкротства должника; и эти обстоятельства как внешние признаки объективного банкротства воспринимаются любым добросовестным и разумным руководителем, находящимся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, именно как признаки объективного банкротства.

 

При этом согласно пункту 4 Постановления N 53 под объективным банкротством понимается момент, в который должник стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе об уплате обязательных платежей, из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его активов.

 

В соответствии со статьей 2 ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

 

Таким образом, для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности необходимо установить неисполнение им обязанности по несвоевременной подаче заявления о признании должника банкротом. Субсидиарная ответственность может иметь место только в том случае, если между несостоятельностью (банкротством) должника и неправомерными действиями руководителя должника имеется непосредственная причинно-следственная связь.

 

Следовательно, для привлечения виновного лица к гражданско-правовой ответственности необходимо доказать наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившими последствиями, вину причинителя вреда. Бремя доказывания наличия этих условий лежит на заявителе, при этом для удовлетворения требований о взыскании убытков необходима доказанность наличия всей совокупности этих фактов. Недоказанность одного из перечисленных составляющих исключает возможность удовлетворения исковых требований.

 

Как указывает заявитель, обстоятельства недостаточности имущества должника возникли в период с 13.11.2017 по 13.02.2018 год, при этом ни генеральный директор, ни учредители должника с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом) не обратился.

 

ФИО3 ФИО4, ФИО6 осуществляющие полномочия исполнительного органа должника, являющиеся лицами контролирующими деятельность, не могли не знать о том, что должник в указанный период отвечал признакам недостаточности имущества, однако, в нарушение ст.9 Закона о банкротстве не обратилась в арбитражный с соответствующим заявлением. Соответственно, руководителями должника не была соблюдена обязанность, предусмотренная п.2 ст.9 Закона о банкротстве, по подаче в установленные сроки в Арбитражный суд.

 

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 9 Постановления Пленума ВС ВФ от 21.12.2017 № 53, обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

 

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.

 

По смыслу приведенных разъяснений, неподача заявления после возникновения обстоятельств, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве, влечет привлечение к субсидиарной ответственности исключительно в случае, если: эти обстоятельства в действительности совпадают с моментом объективного банкротства должника; и эти обстоятельства как внешние признаки объективного банкротства воспринимаются любым добросовестным и разумным руководителем, находящимся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, именно как признаки объективного банкротства.

 

При этом согласно пункту 4 Постановления Пленума ВС ВФ от 21.12.2017 № 53под объективным банкротством понимается момент, в который должник стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе об уплате обязательных платежей, из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его активов.

 

В соответствии со статьей 2 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

 

С учетом изложенного, суд приходит к выводу об удовлетворении требований конкурсного управляющего ООО «АвиаАльянс» о привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника частично.

 

Согласно пункту 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

 

Таким образом, размер субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц, в том числе руководителя должника, зависит от размера не погашенных в ходе конкурсного производства требований конкурсных кредиторов. В силу приведенных норм Закона о банкротстве и разъяснений Пленума ВАС РФ привлечение таких лиц к субсидиарной ответственности возможно лишь в случае, когда конкурсной массы недостаточно для удовлетворения всех требований конкурсных кредиторов, и при этом все возможности для формирования конкурсной массы исчерпаны.

 

В соответствии с пунктом 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве, если на момент рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 настоящего Федерального закона, невозможно определить размер субсидиарной ответственности, арбитражный суд после установления всех иных имеющих значение для привлечения к субсидиарной ответственности фактов выносит определение, содержащее в резолютивной части выводы о доказанности наличия оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности и о приостановлении рассмотрения этого заявления до окончания расчетов с кредиторами либо до окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов с кредиторами.

 

Аналогичное правило о приостановлении рассмотрения заявления о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности до окончания расчетов с кредиторами либо до окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов с кредиторам, было установлено и абзацем 6 пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции до внесения изменений Федеральным законом от 28.12.2016 N 488-ФЗ.

 

Учитывая, что в рамках дела о банкротстве не завершены мероприятия конкурсного производства, суд приходит к выводу о приостановлении производства по настоящему заявлению, исходя из того, что установить размер ответственности контролирующих должника лиц по обязательствам ООО «АвиаАльянс» не представляется возможным до окончания указанных мероприятий.

 

Кроме того, в силу норм ст. 146 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд возобновляет производство по делу по заявлению лиц, участвующих в деле, или по своей инициативе после устранения обстоятельств, вызвавших его приостановление, либо до их устранения по заявлению лица, по ходатайству которого производство по делу было приостановлено.

 

Верховный суд Российской Федерации в определении от 30.08.2017 N 305-КГ17-1113 указал, что не отражение в судебных актах всех имеющихся в деле доказательств либо доводов стороны не свидетельствует об отсутствии их надлежащей судебной проверки и оценки.

Что касается доводов апелляционной жалобы. То суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

 

Согласно материалам регистрационного дела в отношении ООО «Авиа Альянс» учредителями должника являлись ФИО5 в период с 09.09.2016 по 14.11.2018; ФИО3 в период с 02.02.2018 по 13.05.2019 года; ФИО4 в период с 13.05.2019 по настоящее время; генеральными директорами являлись ФИО5 в период с 09.09.2016 по 14.11.2018; ФИО3 в период с 14.11.2018 по 31.05.2019; ФИО6 в период с 31.05.2019 года до признания ООО «Авиаальянс» банкротом.

 

Согласно п. 2. ст. 129 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закона о банкротстве), конкурсный управляющий с даты утверждения конкурсного управляющего до даты прекращения производства по делу о банкротстве обязан принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц, предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном Законом о банкротстве.

 

В ходе исполнения своих обязанностей конкурсным управляющим был проведен анализ финансового состояния должника и было сделано заключение о наличии (отсутствии) признаков преднамеренного и фиктивного банкротства. Таким образом, признаки неплатежеспособности появились 13.11.2017 + 3 месяца просрочки = 13.02.2018 – объективное банкротство. Соответственно контролирующие должника лица обязаны были обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом не позднее 13.03.2018 года.

 

В соответствии с п.1 ст. 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

 

При нарушении указанной обязанности несколькими лицами эти лица отвечают солидарно.

 

В период неплатежеспособности контролирующими должника лицами являлись:

 

Учредители:

ФИО5 с 09.09.2016 по 14.11.2018

ФИО3 с 02.02.2018 по 13.05.2019 года;

ФИО4 с 13.05.2019 по настоящее время

 

Генеральные директора:

ФИО5 с 09.09.2016 по 14.11.2018

ФИО3 с 14.11.2018 по 31.05.2019

ФИО6 с 31.05.2019 года до признания ООО «Авиаальянс» банкротом.

 

На момент подачи заявления о признании должника несостоятельным (банкротом), руководителем должника являлся ФИО6.

 

Дело о банкротстве должника возбуждено на основании заявления Общества с ограниченной ответственностью «МЛК Гермес». Таким образом, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6 не исполнили обязанность по подаче заявления в суд о признании должника банкротом. В заявлении конкурсного управляющего признаки банкротства появились еще 13.11.2017 года + 3 месяца просрочки = 13.02.2018 года объективное банкротство. ФИО3 в мае 2019 года осознавая финансовую неплатёжеспособность организации ООО «Авиа Альянс» в целях избежания ответственности приняла решение: 29.04.2019 года принять в общество ФИО4 с размером доли 1000 руб. 14.05.2019 года ФИО3 направила заявление о выходе из ООО «Авиа Альянс». 19.05.2019 года ФИО9 на основании заявления ФИО3 принимает решение о внесении в ЕГРЮЛ сведений об изменении состава участников ООО «Авиа Альянс», а также освобождает от должности генерального директора ФИО3, и назначает генеральным директором ФИО6. Указанные лица массово назначались в период апреля – мая 2019 года директорами и учредителями обществ, которые впоследствии в короткий промежуток времени исключались налоговым органом из ЕГРЮЛ.

 

Таким образом, исходя из правовой позиции сформированной Верховым Судом Российской Федерации в определении от 23 января 2023 года № 305-ЭС21-18249 (2, 3) по делу А40-303933/2018, конкурсный управляющий считает, что ФИО3 также подлежит привлечению к ответственности за непередачу бухгалтерской и иной документацией должника в связи со следующим:

 

Исходя из сложившееся судебной практики, это предполагает наличие у участников корпораций, а также лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений и по общему правилу исключает возможность привлечения упомянутых лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам юридического лица перед иными участниками оборота.

 

В то же время из существа конструкции юридического лица (корпорации) вытекает запрет на использование его правовой формы для причинения вреда независимым участникам оборота (пункты 3-4 статьи 1, пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации), на что обращено внимание в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление № 53).

 

Следовательно, в исключительных случаях участник корпорации и иные контролирующие лица (пункты 1-3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации) могут быть привлечены к ответственности перед кредитором данного юридического лица, если неспособность удовлетворить требования кредитора спровоцирована волеизъявлением контролирующих лиц, поведение которых не отвечало критериям добросовестности и разумности, и не связано с рыночными или иными объективными факторами, деловым риском, присущим ведению предпринимательской деятельности (статья 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, статья 61.11 Закона о банкротстве, пункт 3.1 статьи 3 Закона об обществах с ограниченной ответственностью).

 

Процесс доказывания того, что требования кредиторов стало невозможным погасить в результате действий ответчиков, упрощен законодателем для истцов посредством введения соответствующих опровержимых презумпций (пункт 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), при подтверждении которых предполагается наличие вины ответчика в доведении должника до банкротства, и на ответчика перекладывается бремя доказывания отсутствия оснований для удовлетворения иска.

 

По смыслу подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве отсутствие (непередача руководителем арбитражному управляющему) финансовой и иной документации должника, существенно затрудняющее проведение процедур банкротства, предполагает наличие вины руководителя.

 

Смысл этой презумпции состоит в том, что руководитель, уничтожая, искажая или производя иные манипуляции с названной документацией, скрывает данные о хозяйственной деятельности должника. Предполагается, что целью такого сокрытия является лишение арбитражного управляющего и конкурсных кредиторов возможности установить факты недобросовестного осуществления руководителем или иными контролирующими лицами своих обязанностей по отношению к должнику. К таковым, в частности, могут относиться сведения о заключении заведомо невыгодных сделок, выводе активов и т.п., что само по себе позволяет применить иную презумпцию субсидиарной ответственности (подпункт 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве). Кроме того, отсутствие определенного вида документации затрудняет наполнение конкурсной массы, например, посредством взыскания дебиторской задолженности, возврата незаконно отчужденного имущества.

 

Именно поэтому предполагается, что непередача документации указывает на наличие причинно-следственной связи между действиями руководителя и невозможностью погашения требований кредиторов (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079).

 

Законодательством о банкротстве, действительно, предусмотрена возможность привлечения к ответственности как фактических (теневых), так и номинальных контролирующих лиц (пункт 9 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

 

Смысл и предназначение номинального контролирующего лица (в частности, руководителя) состоят в том, чтобы обезопасить действительных бенефициаров от негативных последствий принимаемых по их воле недобросовестных управленческих решений, влекущих несостоятельность организации. В результате назначения номинальных руководителей создается ситуация, при которой имеются основания для привлечения к ответственности лиц, формально совершивших недобросовестное волеизъявление. При этом внешне условия для возложения ответственности на теневых руководителей (иного контролирующего лица) не формируются по причине отсутствия как информации об их личности, так и письменных доказательств их вредоносного поведения.

 

Тем самым происходит перекладывание ответственности с реально виновных лиц на номинальных, что в конечном итоге нарушает права кредиторов на получение возмещения, поскольку номинальные руководители не являются инициаторами действий, повлекших банкротство, и, как правило, не имеют имущества, достаточного для погашения причиненного ими вреда. При этом бенефициары, избежавшие ответственности, подобным способом извлекают выгоду из своего недобросовестного поведения.

 

Очевидно, что такое положение дел не может являться допустимым. Именно поэтому к субсидиарной ответственности подлежат привлечению как теневые, так и номинальные контролирующие лица солидарно (абзац второй пункта 6 постановления Пленума ВС ВФ от 21.12.2017 № 53). Первые – поскольку в результате именно их виновных действий стало невозможным погасить требования кредиторов, вторые – поскольку они своим поведением содействовали сокрытию личности действительных правонарушителей.

 

Предусмотренная абзацем вторым пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве обязанность руководителя передать документацию должника конкурсному управляющему в равной степени (солидарно) распространяется как на номинального, так и на фактического руководителя. Неисполнение этой обязанности влечет возможность впоследствии применить презумпцию доведения до несостоятельности, предусмотренную подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

 

Таким образом, ФИО3 подлежит привлечению к ответственности за непередачу документации должника наравне с номинальными учредителями и руководителями должника – ФИО4 и ФИО6

 

Последняя финансовая отчетность сдавалась в 2018 году.

 

Согласно указанной отчетности у предприятия имелись 

 

Код

Показатель

 

2018

2017

2016

Ф1.1110

Нематериальные активы

тыс.

0

0

0

Ф1.1120

Результаты исследований и разработок

тыс.

0

0

0

Ф1.1130

Нематериальные поисковые активы

тыс.

0

0

0

Ф1.1140

Материальные поисковые активы

тыс.

0

0

0

Ф1.1150

Основные средства

тыс.

214

338

0

Ф1.1160

Доходные вложения в материальные ценности

тыс.

0

0

0

Ф1.1170

Финансовые вложения

тыс.

2067

686

443

Ф1.1180

Отложенные налоговые активы

тыс.

0

0

0

Ф1.1190

Прочие внеоборотные активы

тыс.

0

0

0

Ф1.1100

Итого по разделу I - Внеоборотные активы

тыс.

2281

1024

443

Код

Показатель

 

2018

2017

2016

Ф1.1210

Запасы

тыс.

394

687

265

Ф1.1220

Налог на добавленную стоимость по приобретенным ценностям

тыс.

0

0

0

Ф1.1230

Дебиторская задолженность

тыс.

1206

2268

367

Ф1.1240

Финансовые вложения (за исключением денежных эквивалентов)

тыс.

0

0

0

Ф1.1250

Денежные средства и денежные эквиваленты

тыс.

8

28

439

Ф1.1260

Прочие оборотные активы

тыс.

0

0

0

Ф1.1200

Итого по разделу II - Оборотные активы

тыс.

1608

2983

1071

Ф1.1600

БАЛАНС (актив)

тыс.

3889

4007

1513

 

Ввиду отсутствия бухгалтерской документации должника невозможно установить состав и местонахождение основных средств, запасов, финансовых вложений и дебиторской задолженности. Указанное обстоятельство причиняет вред имущественным правам кредиторов. Таким образом, ФИО3, ФИО6, ФИО4 подлежат привлечению к субсидиарной ответственности за непередачу документации должника. ФИО3 не представила доказательств, которые бы свидетельствовали о несоответствии выводов суда первой инстанции фактическим обстоятельствам дела, неправильном применении норм материального или процессуального права, и т.д.

 

Доводы апелляционной жалобы не опровергают выводы суда первой инстанции, а выражают лишь несогласие с ними, направлены на переоценку установленных судом первой инстанции обстоятельств. Указанные доводы жалобы являлись основанием процессуальной позиции ответчика, были приведены в ходе разбирательства дела, являлись предметом рассмотрения в суде, исследованы судом и изложены в принятом определении. Суд апелляционной инстанции считает, что доводы, изложенные в апелляционной жалобе, по существу направлены на переоценку установленных по настоящему делу обстоятельств и фактических отношений сторон, которые являлись предметом исследования по делу и получили надлежащую правовую оценку в соответствии со ст. 71 АПК РФ. При таких обстоятельствах, арбитражный суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем доказательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм процессуального права.

 

На основании изложенного и руководствуясь статьями 176, 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации Девятый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 10.08.2023 по делу №А40-97933/19 оставить без изменения, а апелляционные жалобы конкурсного управляющего должника ФИО2, ФИО3 - без удовлетворения.

 

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.

 

Председательствующий судья:                                                                  Р.Г. Нагаев 

Судьи:                                                                                                           О.В. Гажур 

                                                                                                                       Е.А. Скворцова 

 

 

 

Телефон справочной службы суда – 8 (495) 987-28-00.