АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А32-55143/2017

г. Краснодар

24 декабря 2018 года

Резолютивная часть постановления объявлена 24 декабря 2018 года.

Постановление в полном объеме изготовлено  24 декабря 2018 года.

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Трифоновой Л.А., судей Кухаря В.Ф. и Чесняк Н.В., при участии в судебном заседании от истца – открытого акционерного общества «Ахтырский хлебозавод» (ИНН 2323009075,                                ОГРН 1022303383300) – Калиты Ю.А. (доверенность от 13.06.2018),в отсутствие  ответчика – общества с ограниченной ответственностью «СБ Инвест» (ИНН 6164300420, ОГРН 1106164005034) в лице ликвидатора Васильевой Елены Георгиевны (ИНН 614002166925),  третьего лица – Абинского районного отдела судебных приставов Управления Федеральной службы судебных приставов по Краснодарскому краю (ИНН 2309090532, ОГРН 1042304982499), извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения информации на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационную жалобу ликвидатора общества с ограниченной ответственностью «СБ Инвест» Васильевой Е.Г. на постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда   от    28.08.2018 (судьи Малыхина М.Н., Попов А.А., Сулименко О.А.) по делу № А32-55143/2017, установил следующее.

ОАО «Ахтырский хлебозавод» (далее – хлебозавод, залогодатель, истец) обратилось в Арбитражный суд Краснодарского края с иском к ООО «СБ Инвест»            (далее – общество, взыскатель, залогодержатель, ответчик) о признании прекращенным залога, возникшего на основании договоров залога, заключенных между                            ОАО «Акционерный коммерческий сберегательный банк Российской Федерации»               (далее – банк) и хлебозаводом от 28.10.2009 № 1468/8, 1468/9, 1468/10.

Исковые требования мотивированы тем, что на имущество, заложенное                     по указанным договорам, по иску залогодержателя в судебном порядке было обращено взыскание (дело № А32-2470/2011). Исполнительные листы на принудительное обращение взыскания на заложенное движимое и недвижимое имущество не предъявлены к исполнению до настоящего времени; 3-хлетний срок для предъявления исполнительного листа к исполнению истек;  за восстановлением пропущенного процессуального срока взыскатель не обращался, возможность принудительного исполнения решения утрачена, что должно влечь и прекращение права залога, обратное нарушает права истца.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен Абинский районный отдел судебных приставов УФССП России по Краснодарскому краю (определение от 14.02.2018).

Решением от 19.03.2018 (судья Любченко Ю.В.) в иске отказано, поскольку названное хлебозаводом обстоятельство в статье 352 Гражданского кодекса                 Российской Федерации (далее – Кодекс) не указано в числе оснований прекращения залога, не доказано ни наличие оснований к прекращению обязательства, ни исполнение обеспеченного залогом обязательства, ни утрата интереса залогодержателем.

Постановлением суда апелляционной инстанции от 28.08.2018 решение                        от 27.03.2018 отменено, иск удовлетворен, признаны  прекращенными:

– залог, возникший на основании договоров залога от 28.10.2009 № 1468/8, 1468/9, и ипотека, возникшая на основании договора ипотеки от 28.10.2009 № 1468/10 (запись                   о государственной регистрации от 18.11.2009 № 23-23-18/041/2009-188), заключенные между банком и хлебозаводом. Апелляционный суд счел, что прекращение права залога в рассматриваемой ситуации не противоречит правилам статьи 352 Кодекса, отказ в иске неправомерен.

В кассационной жалобе ликвидатор общества Васильева Е.Г. просит отменить апелляционное постановление и оставить в силе решение. Заявитель считает,                    что ответчик не не утратил интерес  в реализации своих прав и намерен восстанавливать срок для предъявления исполнительных листов к взысканию ввиду неисполнения истцом обязательства, обеспеченного залогом, и необходимости расчетов с кредиторами. Удовлетворение требований истца нарушает права общества, не получившего удовлетворение от реализации обеспеченного залогом имущества истца, поскольку основное обязательство не исполнено.

Возражая относительно доводов жалобы, хлебозавод в отзыве считает постановление законным и обоснованным.

Отзыв от третьего лица в суд не поступил.

Изучив материалы дела, доводы кассационной жалобы и отзыва, выслушав пояснения представителей сторон по делу, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа пришел к следующим выводам.

Как следует из материалов дела, банк в лице Краснодарского отделения № 8619 (кредитор) и ООО «Росинтерагросервис» (заемщик) заключили договор об открытии невозобновляемой кредитной линии от 28.07.2009 № 1468, по условиям которого банк обязался предоставить заемщику  кредитную линию с лимитом в сумме 1,5 млрд рублей для пополнения оборотных средств, а заемщик – возвратить полученные денежные средства в срок до 21.01.2011 и уплатить проценты за пользование кредитом в размере 17% годовых (пункты 1.1, 2.6, 2.7 договора).

В обеспечение исполнения указанного договора в числе прочего банк и хлебозавод  заключили:

– договор ипотеки от 28.10.2009 № 1468/10, по которому истцом  банку передано в залог недвижимое имущество и права аренды на соответствующий земельный участок общей залоговой стоимостью 42 303 932 рубля 40 копеек (в ЕГРП 18.11.2009 внесена запись о регистрации № 23-23-18/041/2009-188);

– договор залога от 28.10.2009 № 1468/8, по которому  банку передано оборудование общей залоговой стоимостью 10 880 623 рубля 80 копеек;

– договор залога от 28.10.2009 № 1468/9 о передаче  банку транспортных средств общей залоговой стоимостью 2 502 310 рублей 30 копеек.

В связи с неисполнением обеспеченного указанными залогами обязательства банк обратился в арбитражный суд с иском об обращении взыскания на заложенное имущество (дело № А32-2470/2011).

Определением от 03.08.2012 по делу № А32-2470/2011 произведена процессуальная замена банка на общество, являющегося ответчиком по рассматриваемому  делу, в связи с уступкой последнему требований к хлебозаводу, вытекающих из договора ипотеки от 28.10.2009 № 1468/10  и договоров залога от 28.10.2009 № 1468/8 и 1468/9.

Решением от 13.11.2012 по делу № А32-2470/2011 обращено взыскание                         на переданное в залог по договорам ипотеки  от 28.10.2009 № 1468/10 и залога от 28.10.2009 № 1468/8, 1468/9 имущество, принадлежащее хлебозаводу,.

Заемщик – ООО «Росинтерагросервис» ликвидирован (завершено конкурсное производство, запись о прекращении деятельности внесена в ЕГРЮЛ 09.02.2017),                  что само по себе прав залогодержателя не прекращает.

Взыскателю (обществу) выданы 17.04.2013 исполнительные листы                            на принудительное исполнение решения от 13.11.2012 по делу № А32-2470/2011.

Суд апелляционной инстанции установил, что общество, являясь залогодержателем в отношении имущества, на которое  обращено взыскание, в сроки, установленные в части 1 статьи 321 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, исполнительные листы на принудительное исполнение решения по делу № А32-2470/2011 не предъявило; на момент рассмотрения данного  спора установленный в пункте 1 части 1 статьи 321 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации 3-хлетний срок для предъявления обществом исполнительных листов к исполнению истек; каких-либо действий, направленных на восстановление пропущенного процессуального срока  на предъявление исполнительных листов к взысканию, ответчик не предпринял.

Истец полагает, что ответчик утратил интерес к реализации принадлежащего ему права обратить взыскание на предмет залога и о прекращении у ответчика права залога (ипотеки) в отношении имущества истца. Сохранение регистрационной записи об ипотеке принадлежащего истцу имущества и статуса предмета залога у движимого имущества нарушает его интересы, поскольку лишает  истца возможности свободного распоряжения указанным имуществом.

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения хлебозавода в арбитражный суд с иском.

Рассматривая заявленные требования, суд апелляционной инстанции исходил из следующего.

Согласно  пункту 1 статьи 334 Кодекса в силу залога кредитор    по обеспеченному залогом обязательству (залогодержатель) имеет право в случае неисполнения должником этого обязательства получить удовлетворение из стоимости заложенного имущества преимущественно перед другими кредиторами лица, которому принадлежит это имущество (залогодателя), за изъятиями, установленными законом.

В случае неисполнения (ненадлежащего исполнения) обязательства, обеспеченного залогом, кредитор вправе получить удовлетворение своих требований из стоимости заложенного имущества путем обращения на него взыскания по решению суда.

В силу пунктов 1 и 2 статьи 348 Кодекса взыскание на заложенное имущество               для удовлетворения требований залогодержателя (кредитора) может быть обращено                в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения должником обеспеченного залогом обязательства.

В силу пункта 1 статьи 350 Кодекса реализация заложенного имущества,                 на которое взыскание обращено на основании решения суда, осуществляется путем продажи с публичных торгов в порядке, установленном настоящим Кодексом и процессуальным законодательством.

В соответствии с частью 1 статьи 16 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации вступившие в законную силу судебные акты арбитражного суда являются обязательными для органов государственной власти, органов местного самоуправления, иных органов, организаций, должностных лиц и граждан и подлежат исполнению на всей территории Российской Федерации.

Исполнение вступивших в законную силу судебных актов обеспечивается принудительной силой государства.

Согласно статье 318 Арбитражного процессуального кодекса                          Российской Федерации судебные акты арбитражных судов приводятся в исполнение после вступления их в законную силу, за исключением случаев немедленного исполнения, в порядке, установленном данным Кодексом и иными федеральными законами, регулирующими вопросы исполнительного производства. Принудительное исполнение судебного акта производится на основании выдаваемого арбитражным судом исполнительного листа (части 1 и 2).

Срок, в течение которого государство обеспечивает возможность принудительного исполнения вступившего в силу судебного акта, порядок его исчисления, перерыва и восстановления регламентированы положениями статей 321 – 327 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В силу части 1 статьи 321 Арбитражного процессуального кодекса              Российской Федерации, по общему правилу, исполнительный лист может быть предъявлен к исполнению в течение трех лет со дня вступления судебного акта в законную силу, или со следующего дня после дня принятия судебного акта, подлежащего немедленному исполнению, или со дня окончания срока, установленного при отсрочке или рассрочке исполнения судебного акта.

Кроме того, если срок предъявления исполнительного листа к исполнению                   был взыскателем пропущен, но был восстановлен судом по заявлению взыскателя,                  то у взыскателя имеется еще три месяцев на его предъявление со дня вынесения определения о восстановлении пропущенного срока. Если же исполнение судебного акта было приостановлено, время, на которое исполнение приостанавливалось,                         не засчитывается в срок, установленный для предъявления исполнительного листа                  к исполнению. Также срок предъявления исполнительного листа к исполнению прерывается предъявлением его к исполнению, а в случае возвращения исполнительного листа взыскателю в связи с невозможностью его исполнения новый срок                          для предъявления исполнительного листа к исполнению исчисляется со дня его возвращения.

В случае утраты исполнительного листа арбитражный суд, принявший судебный акт, может по заявлению взыскателя или судебного пристава-исполнителя выдать дубликат исполнительного листа. Заявление о выдаче дубликата исполнительного листа может быть подано до истечения срока, установленного для предъявления исполнительного листа к исполнению, за исключением случаев, если исполнительный лист был утрачен судебным приставом-исполнителем или другим осуществляющим исполнение лицом и взыскателю стало об этом известно после истечения срока, установленного для предъявления исполнительного листа к исполнению.

Апелляционным судом установлено, что до истечения трехлетнего срока                         со дня вступления в законную силу решения от 13.11.2012 по делу № А32-2470/2011 исполнительные листы, полученные 17.04.2013,  не были предъявлены взыскателем (обществом) к исполнению. Взыскатель не обращался в суд за восстановлением пропущенного срока, не заявлял об утрате исполнительных листов и не обращался за выдачей дубликатов.

Суд апелляционной инстанции установил, что поданное взыскателем заявление от 12.04.2018 о выдаче исполнительных листов оставлено судом первой инстанции без удовлетворения ввиду того, что исполнительные листы  выданы 17.04.2013, с заявлением о выдаче дубликатов  исполнительных листов и о восстановлении срока для предъявления их к исполнению общество не обращалось.

Истец, полагая, что в настоящее время возможность принудительного исполнения решения от 13.11.2012 по делу № А32-2470/2011 утрачена и, следовательно, прекращено  материальное право залогодержателя, обратился с рассматриваемыми требованиями в суд.

Согласно статье 352 Кодекса залог прекращается:

1) с прекращением обеспеченного залогом обязательства;

2) если заложенное имущество возмездно приобретено лицом, которое не знало и не должно было знать, что это имущество является предметом залога;

3) в случае гибели заложенной вещи или прекращения заложенного права, если залогодатель не воспользовался правом, предусмотренным пунктом 2 статьи 345  Кодекса;

4) в случае реализации заложенного имущества в целях удовлетворения требований залогодержателя в порядке, установленном законом, в том числе                         при оставлении залогодержателем заложенного имущества за собой, и в случае,                        если он не воспользовался этим правом (пункт 5 статьи 350.2 Кодекса);

5) в случае прекращения договора залога в порядке и по основаниям, предусмотренным законом, а также при признании договора залога недействительным;

6) по решению суда в случае, предусмотренном пунктом 3 статьи 343  Кодекса;

7) в случае изъятия заложенного имущества (статьи 167, 327 Кодекса),                          за исключением случаев, предусмотренных пунктом 1 статьи 353  Кодекса;

8) в случае реализации заложенного имущества в целях удовлетворения требований предшествующего залогодержателя (пункт 3 статьи 342.1 Кодекса);

9) в случаях, указанных в пункте 2 статьи 354 и статье 355  Кодекса;

10) в иных случаях, предусмотренных законом или договором.

Вместе с тем, приведенный перечень является открытым.

Суд апелляционной инстанции согласился с доводами истца о том, что несмотря на неисполнение истцом обеспеченного залогом обязательства и отсутствие специальных прямо установленных законом оснований для прекращения залога как акцессорного обязательства, утрата процессуальной возможности принудительного исполнения решения суда оставляет истца в перманентном состоянии неопределенности, поскольку залог является обременением, препятствующим свободному распоряжению имуществом,                   а именно –  создающим у контрагентов сомнения в полноте приобретаемых прав, отсутствии рисков, а, соответственно, влияющим на формирование условий сделки, диктуемых рыночными ценами.

Между тем положения пункта 6 статьи 350.2 Кодекса свидетельствуют о намерении законодателя исключить такое длительное состояние неопределенности для залогодателя (если залогодержатель не воспользуется правом оставить за собой предмет залога в течение месяца со дня объявления повторных торгов несостоявшимися, договор залога прекращается).

В целях разрешения судом коллизий интересов взыскателей и должников это означает, в частности, что установленные федеральным законодателем сроки предъявления исполнительных документов к исполнению должны отвечать интересам защиты конституционных прав взыскателя, однако они не могут затрагивать основное содержание конституционных прав должника, существо которых ни при каких обстоятельствах не должно быть утрачено (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 14.05.2012 № 11-П).

За пределами трехлетнего срока, предназначенного для конкретного процессуального действия – предъявления взыскателем выданного ему судом исполнительного листа к исполнению, исполнительное производство согласно пункту 3 части 1 статьи 31 Федерального закона «Об исполнительном производстве» не может быть возбуждено и взыскатель лишается возможности принудительно исполнить решение суда.

Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно отмечал,                         что материально-правовой природой субъективных прав, подлежащих судебной защите, обусловлено диспозитивное начало гражданского судопроизводства; диспозитивность означает, что процессуальные отношения возникают, изменяются и прекращаются, главным образом, по инициативе непосредственных участников спора, которые имеют возможность с помощью суда распоряжаться процессуальными правами и спорным материальным правом, а принцип диспозитивности в совокупности с другими принципами гражданского судопроизводства, в том числе закрепленными Конституцией Российской Федерации равенством всех перед законом и судом, состязательностью и равноправием сторон, выражают цели правосудия по гражданским делам, прежде всего конституционную цель защиты прав и свобод человека и гражданина (постановления                от 14.02.2002 № 4-П, от 16.07.2004 № 15-П, от 30.11.2012 № 29-П и др.).

Принцип диспозитивности, по общему правилу, распространяется и                            на процессуальные отношения, связанные с принудительным исполнением судебных актов, принятых в рамках гражданского судопроизводства. Это означает, что стороны исполнительного производства – взыскатель и должник самостоятельно определяют, воспользоваться или нет правами, предоставленными им статьей 50 Федерального закона «Об исполнительном производстве».

Исходя из этого, установленный законом срок предъявления исполнительного листа к исполнению позволяет заинтересованным лицам – взыскателю и должнику – избежать неопределенности в вопросе о том, в течение какого времени заложенное имущество, на которое судебным актом было обращено взыскание, будет находиться под угрозой совершения в отношении него мер принудительного исполнения, и, ориентируясь на этот срок, соответствующим образом планировать свое поведение в отношении этого имущества, руководствуясь принципом солидаризма, т.е. действуя добросовестно, учитывая права и законные интересы друг друга, взаимно оказывая необходимое содействие для достижения цели обязательства, а также предоставляя друг другу необходимую информацию (пункт 3 статьи 307 Кодекса).

Конституционный Суд Российской Федерации, давая толкование нормам права, определяющим необходимость соблюдения баланса интересов взыскателя и должника                 в рамках исполнительного производства, также учитывал логику правового регулирования, заложенную в пункте 6 статьи 350.2 Кодекса, в частности, отмечая,                что если же взыскатель в течение месяца после объявления повторных публичных торгов несостоявшимися не оставит заложенное имущество за собой, что влечет прекращение договора залога (пункт 6 статьи 350.2 Кодекса, пункт 5 статьи 58 Федерального закона «Об ипотеке (залоге недвижимости)»), то он может получить удовлетворение обязательства, обеспеченного залогом, в общем порядке, хотя и без преимущества перед требованиями любых других взыскателей. Негативные последствия затягивания течения срока предъявления исполнительного документа к исполнению испытывают и должники. Это обязывает федерального законодателя при регулировании сроков исполнительного производства распределять сопутствующие возможным рискам обременения таким образом, чтобы, не нарушая баланс их прав и законных интересов и при безусловном соблюдении принципа преимущественной защиты интересов взыскателя, учитывался также принцип правовой справедливости, который, хотя и предполагает определенное смещение соответствующих обременений в сторону должника, тем не менее не допускает, чтобы они были переложены на него полностью.

Конституционный Суд Российской Федерации признал недопустимым толкование законодательства, приводящее к неопределенному по длительности фактическому выведению имущества должника из сферы гражданского оборота и ограничению                    его права собственности на это имущество.

Апелляционный суд установил, что взыскатель не совершил предписанных процессуальным законом действий (предъявление исполнительного листа к исполнению, обращение с заявлением о восстановлении пропущенного процессуального срока                    на предъявление исполнительного листа к исполнению, обращение с заявлением о выдаче дубликата исполнительного листа) не только в течение 5 лет с момента выдачи исполнительного листа, но и в период рассмотрения спора в судах двух инстанций, будучи в полной мере информированным о намерениях истца.

Такое поведение ответчика создает для истца правовую неопределенность, нарушая законные права и интересы последнего.

С учетом изложенного добровольный отказ взыскателя от возможности получить исполнение за счет заложенного имущества, на которое в судебном порядке было обращено взыскание, ввиду нереализации в течение установленного срока права                     на предъявление исполнительного листа к взысканию, суд апелляционной инстанции                   исходя из единства логики и целей правового регулирования указанных ситуаций, счел влекущим прекращение права залога, поскольку возможность получения исполнения за счет такого имущества утрачена.

При этом специфика залоговых отношений не позволяет залогодержателю самостоятельно преодолеть последствия такого поведения взыскателя, в силу присущего залогу права следования, а также требования о публичном отражении сведений о залоге недвижимого имущества в ЕГРН. Истцу требуется судебная констатация признания права залога отсутствующим, как для корректировки реестровой записи, так и для достижения определенности в правоотношениях с залогодателем.

Возможность применения такого способа защиты, как признание права отсутствующим, разъяснена в пункте 52 совместного постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда                     Российской Федерации от 29.04.2010 № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих                  в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», согласно которому в случаях, когда запись в ЕГРП нарушает право истца, которое не может быть защищено путем признания права или истребования имущества из чужого незаконного владения (право собственности на один и тот же объект недвижимости зарегистрировано за разными лицами, право собственности на движимое имущество зарегистрировано как на недвижимое имущество, ипотека или иное обременение прекратились), оспаривание зарегистрированного права или обременения может быть осуществлено путем предъявления иска о признании права или обременения отсутствующими.

В данном случае у истца отсутствует возможность предъявления иного иска, нежели иска, нацеленного на судебную констатацию прекращения залога. Данный способ защиты суд счел применимым и по отношению к движимому имуществу, поскольку констатация наличия либо отсутствия права вносит определенность в спорные правоотношения сторон.

Установив значимые для дела обстоятельства, суд апелляционной инстанции учел приведенные нормы права, сделал обоснованный вывод о том,   что прекращение права залога в рассматриваемой ситуации не противоречит правилам статьи 352 Кодекса. 

На момент рассмотрения кассационной жалобы доказательств обращения ответчика в суд за восстановлением срока и выдачей дубликатов исполнительных листов не представлено.

Суд апелляционной инстанции правильно удовлетворил иск.

Нарушения процессуальных норм права, предусмотренные в части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не установлены.

Руководствуясь статьями 274, 286 – 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.08.2018                             по делу № А32-55143/2017 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения. 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Председательствующий

                                              Л.А. Трифонова

 

Судьи

                                       В.Ф. Кухарь   

                                       Н.В. Чесняк