ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 18АП-15929/2022

г. Челябинск

12 декабря 2022 года

Дело № А76-32466/2021

 

Резолютивная часть постановления объявлена 07 декабря 2022 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 12 декабря 2022 года.

 

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Калиной И.В., 

судей Журавлева Ю.А., Курносовой Т.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Челябинской области от 17.10.2022 по делу № А76-32466/2021 об отказе в удовлетворении заявления о включении требования в реестр требований кредиторов должника.

В судебном заседании приняли участие представители:

Федеральной налоговой службы - ФИО3 (паспорт, доверенность от 21.06.2022);

акционерного общества «Кредит Урал Банк» - ФИО4 (паспорт, доверенность от 05.10.2021);

ФИО2 - ФИО5 (паспорт, доверенность от 09.04.2021).

 

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 18.10.2021 возбуждено дело о признании несостоятельным (банкротом) ФИО2 (ИНН 

<

***>). 

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 25.01.2022 в отношении ФИО2 введена процедура реструктуризации долгов, финансовым управляющим утвержден ФИО6, член ассоциации «Межрегиональная саморегулируемая организация профессиональных арбитражных управляющих». 

Информационное сообщение о введении в отношении должника процедуры реструктуризации долгов опубликовано в официальном издании газеты «Коммерсантъ» №21 от 05.02.2022.

ФИО2 14.03.2022 обратилась в арбитражный суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в сумме 199 694 902 руб. 60 коп. 

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 17.10.2022 (резолютивная часть от 05.10.2022) в удовлетворении заявленного требования отказано в полном объеме.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО2 обратилась с апелляционной жалобой, в которой просила отменить определение суда от 17.10.2022.

В обоснование доводов апелляционной жалобы заявитель указывает, что предоставление в залог денежных средств на основании договоров от 30.10.2019 №№ 2848,2849, от 20.02.2020 №№ 2894, 2895, от 03.03.2020 №№ 2933, 2934 и от 23.03.2020 №№ 2945, 2946 производилось задолго до обращения должника в суд с заявлением о признании его банкротом (07.09.2021) и принятия данного заявления к производству (18.10.2021). Указанные обстоятельства свидетельствуют о неправомерности вывода суда о том, что целью заключения этих договоров и сохранения в депозите денежных средств являлось исполнение обязательств ФИО2 как поручителя перед Банком (абз.9 на стр.3 определения). ФИО2, являясь сестрой ФИО2, не ведет и не вела с последним общего бизнеса и не участвовала в распределении выручки (прибыли) от какой-либо совместной с должником деятельности. Денежные средства на банковских счетах Кредитора, в последующем, переданные в залог Банку, размещались на депозитных счетах, приносящих Кредитору доход в виде начисляемых процентов. Лицами, участвующим в деле, не были опровергнуты объяснения Кредитора о том, что предоставление депозитов в залог было обусловлено исключительно родственными связями Кредитора и должника. Как суброгационные (в сумме 169 694 902 руб. 60 коп.), так и регрессные требования (в сумме 30 000 000 руб.) перешли к ФИО2 31.07.2020 в результате списания Банком денежных средств с депозитных счетов. Кредитор не принимал участия в формировании данных требований, поскольку денежные средства с депозитных счетов кредитора были списаны банком самостоятельно в одностороннем порядке. При этом, условия договоров залога депозитов предусматривали возможность как судебной, так и внесудебной процедуры обращения взыскания на предмет залога. Таким образом, как дата списания денежных средств (погашение требований основного должника), так и механизм данного списания (погашения) в полной мере зависел от воли Банка и не был связан с действиями, либо волей Кредитора. При указанных обстоятельствах, выводы суда первой инстанции о наличии у Кредитора цели и интереса в оказании влияния на ход процедуры банкротства, а также направленности воли Кредитора на достижение этой цели, является необоснованным и противоречит фактическим обстоятельствам дела. В материалах дела отсутствуют доказательства того, что из имущественной сферы должника происходил вывод активов в пользу Кредитора, которые были переданы им в залог Банку и списаны последним в счет погашения задолженности АО «ПО Монтажник». При указанных обстоятельствах, денежные средства Кредитора, предоставленные в залог Банку и в последующем списанных Банком в счет погашения обязательств АО «ПО Монтажник», не могут быть отождествлены с имущественной массой должника или имущественной массой группы, к которой должник относится по формальным критериям родства. Источник происхождения денежных средств, переданных в залог Банку, Кредитором был раскрыт (собственные денежные средства Кредитора, полученные в дар от отца). Указанное обстоятельство лицами, участвующими в деле не было опровергнуто. Перечисленные обстоятельства исключают возможность применения к требованиям Кредитора разъяснений, отраженных в пункте 5 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 29.01.2020. Реальность требования Кредитора подтверждена определением Арбитражного суда Челябинской области от 02.04.2021 и постановлением Арбитражного суда Уральского округа от 12.10.2021 по делу № А76-15892/2020 о несостоятельности (банкротстве) АО «ПО Монтажник» (основного должника). Требование Кредитора также подтверждено вступившим в законную силу определением Арбитражного суда города Москвы от 10.10.2022 по делу № А40-30651/2022-66-75 (банкротство ФИО7 – второго поручителя). Учитывая указанные обстоятельства, установленные преюдициальными судебными актами, вывод суда первой инстанции об отсутствии у должника обязательств перед Кредитором и создание последним видимости наличия такого обязательства является необоснованным. Судом первой инстанции также не учтено, что в результате списания Банком денежных средств с депозитов, Кредитором были приобретены требования к нескольким солидарным должникам: АО «ПО Монтажник» (основной должник), ФИО2 (поручитель) и ФИО7 (поручитель). Предъявление требований к должнику произведено Кредитором не избирательно (аналогичные требования предъявлены к АО «ПО Монтажник» - основной должник и ФИО7 – второй поручитель). В условиях реально существующей задолженности, подтвержденной судебными актами, осуществления действий по предъявлению требований ко всем без исключения солидарным должникам в делах о банкротстве не могло быть признано судом первой инстанции недобросовестным поведением.

Определением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.11.2022 апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание назначено на 07.12.2022.

Судебной коллегией на основании статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации приобщены к материалам дела отзывы на апелляционную жалобу, поступившие от ФНС России (вх.№67307 от 02.12.2022), акционерного общества «Кредит Урал Банк» (вх.№66793 от 30.11.2022).

В судебном заседании 07.12.2022 представитель ФИО2 поддерживал доводы апелляционной жалобы, просил удовлетворить заявленные требования.

Представители ФНС России и Банка возражали по доводам апелляционной жалобы, просили оставить без изменения определение суда от 17.10.2022.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте слушания дела на интернет-сайте суда, в судебное заседание представителей не направили.

В соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) дело рассмотрено судом апелляционной инстанции в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле.

Законность и обоснованность судебного акта проверена судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, между акционерным обществом «Производственное объединение Монтажник» (далее – общество «ПО Монтажник») и Банком заключены кредитные соглашения от 30.10.2019 № 3495 (на сумму 150 000 000 руб.), от 20.02.2020 № 3521 (на сумму 137 000 000 руб.), от 03.03.2020 № 3524 (на сумму 100 000 000 руб.), а также договор банковской гарантии от 23.03.2020 № 671. 

Исполнение обязательств общества «ПО Монтажник» перед Банком было обеспечено поручительством ФИО2 

ФИО2 (залогодатель) и Банк (залогодержатель) заключили ряд договоров залога, по условиям которых в обеспечение возврата кредита, выданного Банком обществу «ПО Монтажник», уплаты процентов за его использование и других обязательств в залог передаются права залогодателя по двум договорам банковского счета от 17.10.2019: 

- договоры залога от 30.10.2019 №№ 2848, 2849 к кредитному соглашению от 30.10.2019 № 3495; - договоры залога от 20.02.2020 №№ 2894, 2895 к кредитному соглашению от 20.02.2020 № 3521; - договоры залога от 03.03.2020 №№ 2933, 2934 к кредитному соглашению от 03.03.2020 № 3524; - договоры залога от 23.03.2020 №№ 2945, 2946 к договору банковской гарантии от 23.03.2020 № 671. 

Банк в соответствии с договорами залога депозита от 31.07.2020 произвел списание денежных средств с депозитных счетов ФИО2 в счет погашения обязательств общества «ПО Монтажник» перед Банком в размере 199 694 902 руб. 60 коп. (л.д. 14-116). 

Таким образом, ФИО2 в полном объеме исполнены обязательства АО «ПО Монтажник» как должника-принципала по банковской гарантии № 1944 от 23.03.2020, выданной в рамках договора о выдаче банковской гарантии № 671 от 23.03.2020. Частично исполнены обязательства по кредитному соглашению № 3495 от 30.10.2019, кредитному соглашению № 3521 от 20.02.2020, кредитному соглашению № 3524 от 03.03.2020.

В отношении общества «ПО Монтажник» открыто конкурсное производство (решение Арбитражного суда Челябинской области от 17.06.2021 по делу № А76-15892/2020). 

Определением от 02.04.2021 по делу № А76-15892/2020 требование ФИО2 признано обоснованным и подлежащим удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты, в размере 415 976 881 рубль 87 копеек, в том числе основанное на рассматриваемых в настоящем требовании обстоятельствах в размере 199 694 902 руб. 60 коп. 

Постановлением Арбитражного суда Уральского округа от 12.10.2021 определение от 02.04.2021 оставлено без изменения. 

Указанные обстоятельства явились основанием для предъявления требований в сумме 199 694 902 руб. 60 коп. в рамках дела о банкротстве ФИО2. По мнению кредитора ФИО2, реальность предоставления денежных средств подтверждена письменными доказательствами и установлена вступившими в законную силу судебными актами, в связи с чем, требование является обоснованным и подлежит включению в реестр требований кредиторов. 

Уполномоченный орган и Банк в свою очередь заявили возражения, поскольку предъявление рассматриваемого требования в деле о банкротстве ФИО2 является недобросовестным.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из следующего.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно статье 213.8 Закона о банкротстве в рамках процедуры реструктуризации долгов требования кредиторов рассматриваются в порядке, установленном статьей 71 настоящего Федерального закона.

В соответствии с пунктом 1 статьи 71 Закона о банкротстве для целей участия в первом собрании кредиторов кредиторы вправе предъявить свои требования к должнику в течение тридцати календарных дней с даты опубликования сообщения о введении наблюдения. Указанные требования направляются в арбитражный суд, должнику и временному управляющему с приложением судебного акта или иных документов, подтверждающих обоснованность этих требований. Указанные требования включаются в реестр требований кредиторов на основании определения арбитражного суда о включении указанных требований в реестр требований кредиторов.

Согласно разъяснениям Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, данным в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

В деле о банкротстве кредитор в соответствии с процессуальными правилами доказывания обязан подтвердить допустимыми доказательствами правомерность своих требований к должнику, вытекающих из неисполнения последним своих обязательств.

Согласно подпункту 3 пункта 1 статьи 387 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) права кредитора по обязательству переходят к другому лицу на основании закона вследствие исполнения обязательства поручителем должника или не являющимся должником по этому обязательству залогодателем. 

К отношениям, связанным с переходом прав на основании закона, применяются правила настоящего Кодекса об уступке требования (статьи 388-390), если иное не установлено настоящим Кодексом, другими законами или не вытекает из существа отношений (пункт 2 статьи 387 ГК РФ). 

Таким образом, залогодатель, исполнивший обязательства за должника, приобретает право требования к должнику, в рассматриваемом случае – к акционерному обществу «Монтажник», что послужило основанием для включения требования ФИО2 в реестр. 

Отношения исполнившего обязательство залогодателя с другими выдавшими обеспечение должниками регулируются положениями пункта 2 статьи 325 ГК РФ. 

По смыслу пункта 2 статьи 325 ГК РФ, если иное не установлено соглашением между солидарными должниками и не вытекает из отношений между ними, должник, исполнивший обязательство в размере, превышающем его долю, имеет право регрессного требования к остальным должникам в соответствующей части, включая возмещение расходов на исполнение обязательства, предусмотренных статьей 309.2 ГК РФ (п. 53 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.11.2016 № 54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении», п. 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.12.2020 № 45 «О некоторых вопросах разрешения споров о поручительстве»). 

ФИО2 (залогодатель) предъявила требование в деле о банкротстве ФИО2 (поручителя) в полном размере произведенного исполнения в пользу Банка. При этом, ФИО2 является родной сестрой должника ФИО2, что сторонами не оспаривается.

Из пункта 5 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 29.01.2020 следует, что в случае заявления лицом, исполнившим перед внешним кредитором обязательство должника, требования о включении исполненного в реестр требований кредиторов должника, при условии, что исполнивший и должник входят в одну группу лиц, судам необходимо учитывать, что правила о суброгации не подлежат применению, если будет установлено, что отношения между исполнившим и должником регулируются договором о покрытии (даже если таковой юридически не оформлен), конструкция которого предполагает предоставление должнику компенсации за изъятый у него актив путем совершения аффилированным лицом исполнения в пользу внешнего кредитора, и для которого характерно свободное перемещение активов внутри группы (в том числе в отсутствие юридического оформления оснований такого движения) в целях максимального удовлетворения интересов их участников. 

В определении от 02.04.2021 и постановлении Арбитражного суда Уральского округа от 12.10.2021 по делу № А76-15892/2020 установлены следующие имеющие для рассматриваемого обособленного спора обстоятельства: - ФИО2 предоставил поручительство в условиях имущественного кризиса подконтрольного ему общества «ПО Монтажник»; - денежные средства на заложенный депозит ФИО2 вносила за счет денежных средств, поступивших от ее отца ФИО8, то есть за счет денежных средств аффилированного с должником лица; - перечисление денежных средств ФИО8 в пользу ФИО2 и в последующем погашение требования Банка были связаны единой целью компенсационного финансирования должника в условиях имущественного кризиса; - действия ФИО2 следует расценивать не как приобретение требования к акционерному обществу «ПО Монтажник», а как фактическое совершение обеспечительных сделок (договоров поручительства). При этом, совершая такие сделки, стороны, по сути, осуществили компенсационное финансирование с использованием денежных средств контролирующих должника лиц, т.е. исполнили именно ту цель, которая и подразумевалась при заключении таких обеспечительных сделок (договоров поручительства).

Основания для иных выводов в рассматриваемом обособленном споре отсутствуют. 

Судом первой инстанции сделан обоснованный вывод о том, что ФИО2 не обладала собственным экономическим интересом в предоставлении находящихся в депозите денежных средств в залог, целью заключения этих договоров и сохранения в депозите денежных средств являлось исполнение обязательств ФИО2 как поручителя перед Банком. 

Доводы ФИО2 о том, что кредитор и должник, несмотря на родство, не связаны общими экономическими интересами и не входят в группу лиц, отклонены арбитражным судом, поскольку сами по себе обстоятельства предоставления в залог денежных средств, находящихся на депозитных счетах в банке, заключения договоров залога в один день с кредитными договорами и договорами поручительства, а также отсутствие доказательств возмездности предоставления залога для ФИО2, свидетельствуют о согласованности поведения кредитора и должника и о наличии у них общих экономических интересов. 

Названная цель была достигнута, поскольку независимый кредитор получил удовлетворение своих требований, а исполнение обязательств со стороны ФИО2 в пользу «родственного» кредитора не предполагалось. Распределение денежных средств внутри группы и их передача для погашения задолженности перед независимым кредитором ФИО2, а не ФИО2, зависело исключительно от воли членов группы и не было обусловлено никакими объективными причинами. Интерес в сохранении вытекающего из кредитных договоров и договоров поручительства права требования к ФИО2 мог заключаться в оказании определяющего влияния на ход процедуры, применяемой в деле о банкротстве. 

В ситуации, когда средства группы используются не для погашения долга, а для приобретения права требования с целью фактического исполнения обязательств поручителя, но сохранения видимости наличия таких обязательств для сторонних кредиторов, следует исходить из того, что поведение исполнившего лица, предъявляющего требование в деле о банкротстве поручителя, является недобросовестным (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации). Такое требование не может быть противопоставлено независимым кредиторам (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 21.04.2022 № 305-ЭС21-15871(2)).

Таким образом, суд первой инстанции обоснованно отказал в удовлетворении заявленных требований, принимая во внимание то обстоятельство, что кредитор и должник являются аффилированными лицами, поскольку приходятся по отношению друг к другу сестрой и братом; кредитор и должник являются аффилированными лицами по отношению к основанному заемщику - общество «ПО Монтажник», и иным лицам, входящим в одну группу компаний; в действиях кредитора имеются признаки недобросовестности, поскольку целью заключения договоров залога депозита и сохранения в депозите денежных средств являлось исполнение обязательств ФИО2 как поручителя перед Банком.

Всем представленным в материалы дела документам судом дана надлежащая оценка. Доводы апелляционной жалобы повторяют пояснения кредитора, предъявляемые в суд первой инстанции, оснований для переоценки выводов суда первой инстанции у суда апелляционной инстанции не имеется.

С учетом изложенного обжалуемый судебный акт подлежит оставлению без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта на основании части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не установлено.

При подаче апелляционных жалоб на определения, не перечисленные в подпункте 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, государственная пошлина не уплачивается.

Руководствуясь статьями 176, 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Челябинской области от 17.10.2022 по делу № А76-32466/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение одного месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий судья                                                         И.В. Калина

 

Судьи:                                                                                                    Ю.А. Журавлев

 

Т.В. Курносова