﻿﻿АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ДАЛЬНЕВОСТОЧНОГО ОКРУГА

 

Пушкина ул., д. 45, г. Хабаровск, 680000, официальный сайт: www.fasdvo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ Ф03-5216/2019

19 ноября 2019 года

г. Хабаровск

Резолютивная часть постановления объявлена 12 ноября 2019 года.

Полный текст постановления изготовлен 19 ноября 2019 года.

Арбитражный суд Дальневосточного округа в составе:

Председательствующего судьи: Никитина Е.О.

Судей: Лазаревой И.В., Сецко А.Ю.

при участии:

от Лукьянец В.А.: Карькова О.В., представителя по доверенности от 13.06.2018; 

от других участвующих в деле лиц представители не явились

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу публичного акционерного общества «Сбербанк России»

на определение Арбитражного суда Приморского края от 05.07.2019, постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 03.09.2019

по делу № А51-27808/2016

по заявлению публичного акционерного общества «Сбербанк России» (ОГРН: 1027700132195, ИНН: 7707083893; адрес: 117997, г. Москва,                             ул. Вавилова, д. 19)

к Дмитриеву Дмитрию Николаевичу, Лукьянец Виктору Алексеевичу

третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора: Белугин Виктор Владимирович

о признании сделок недействительными, применении последствий их недействительности 

в рамках дела о признании Дмитриева Дмитрия Николаевича несостоятельным (банкротом)

Решением Арбитражного суда Приморского края от 19.12.2016 Дмитриев Дмитрий Николаевич (далее – должник) признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура банкротства – реализация имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден Щеглов Павел Олегович.

В рамках данного дела о несостоятельности (банкротстве) должника, публичное акционерное общество «Сбербанк России» (далее –                         ПАО «Сбербанк России», банк, кредитор) обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными сделок, заключенных между Дмитриевым Д.Н. и Лукьянец Виктором Алексеевичем (далее – ответчик): договора займа от 30.06.2016 и передачи в качестве обеспечения по указанному договору транспортного средства; договора купли-продажи автомобиля от 19.09.2016; соглашения о зачете от 26.09.2019 и применении последствий недействительности сделок в виде обязания ответчика возвратить в конкурсную массу должника стоимость транспортного средства в размере 6 127 500 руб.

Судом к участию в обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен Белугин Виктор Владимирович.

Определением суда от 05.07.2019, оставленным без изменения постановлением Пятого арбитражного апелляционного суда от 03.09.2019, в удовлетворении заявления отказано.

Не согласившись с определением и апелляционным постановлением, ПАО «Сбербанк России» в кассационной жалобе просит их отменить и удовлетворить заявленные требования в полном объеме. По мнению заявителя жалобы, оспариваемые договоры являлись взаимосвязанными сделками, целью которых являлся вывод актива должника во избежание обращения на него взыскания. Полагает, что ответчиком не доказана возможность предоставления должнику займа и оплаты по договору купли-продажи. Считает противоречащим обстоятельствам дела вывод апелляционного суда о том, что денежные средства, полученные должником по договору купли-продажи автомобиля, направлены на погашение просроченных задолженностей. Ссылается на экономическую нецелесообразность заключения ответчиком договоров займа с                  Белугиным В.В. для предоставления заемных денежных средств должнику. Приводит доводы о заинтересованности Лукьянец В.А., Дмитриева Д.Н. и Белугина В.В. и осведомленности ответчика о неплатежеспособности должника. Указывает на получение ответчиком удовлетворения в большем размере, чем он мог получить от реализации предмета залога в рамках процедуры банкротства.

Представитель Лукьянец В.А. в отзыве на кассационную жалобу, в судебном заседании, не согласился с изложенными в ней доводами, просил оставить обжалуемые судебные акты без изменения, сославшись на то, что ответчик, доказывая финансовую возможность заключения договора займа, не должен нести негативные последствия при сокрытии должником информации о расходовании полученных по оспариваемым сделкам денежных средств.

Кассационная жалоба рассмотрена в порядке статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ, Кодекс) в отсутствие других участвующих в споре лиц. ПАО «Сбербанк России» представило ходатайство о рассмотрении кассационной жалобы без участия своего представителя.

Заслушав представителя ответчика, изучив материалы дела, проверив законность определения от 05.07.2019 и постановления от 03.09.2019, с учетом доводов кассационной жалобы и отзыва на нее, Арбитражный суд Дальневосточного округа считает, что предусмотренных статьей 288 АПК РФ оснований для их отмены (изменения) не имеется.

Согласно положениям части 1 статьи 223 АПК РФ, статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Пунктом 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве предусмотрено, что отношения связанные с банкротством граждан, урегулированы главой Х «Банкротство граждан», а при отсутствии специальных правил, регламентирующих особенности банкротства этой категории должников – главами I – III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее – ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве. 

Заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 данного Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц (пункт 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве).

Поскольку требования ПАО «Сбербанк России» составляют более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов Дмитриева Д.Н., банк наделен правом на оспаривание сделок должника.

В силу пункта 13 статьи 14 Федерального закона от 29.06.2015 № 154-ФЗ «Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» абзац второй пункта 7 статьи 213.9 и пункты 1 и 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве (в редакции от 29.06.2015) применяются к сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями, совершенным с 01.10.2015. 

Сделки указанных граждан, совершенные до 01.10.2015 с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 ГК РФ по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3 – 5 статьи 213.32 Закона о банкротстве.

Оспариваемые сделки совершены должником 30.06.2016, 19.09.2016 и 26.09.2016, следовательно, могут быть признаны недействительными по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве. 

Как установлено арбитражными судами из материалов дела, 30.06.2016 между Лукьянец В.А. (займодавец) и Дмитриевым Д.Н. (заемщик) заключен договор займа, по условиям которого заемщик принимает у займодавца денежную сумму в размере 3 000 000 руб. и при этом обязуется обеспечить своевременный возврат денежной суммы в срок, предусмотренный данным договором. Договор вступает в силу в момент передачи денег и подписания сторонами и действует до 31.12.2016 (пункт 2.1 договора). В случае расторжения договора по инициативе займодавца, заемщик возвращает денежные средства в течение 30 календарных дней с момента получения от займодавца письменного уведомления о расторжении (пункт 2.3 договора).  В качестве обеспечения исполнения обязательства по возврату суммы займа заемщик предоставляет займодавцу в залог бортовой грузовик DAEWOO PRIMA, 2014 г.в., г/н О77МЕ125 (раздел 3 договора займа).

Дмитриевым Д.Н. 15.08.2016 получено уведомление Лукьянца В.А. от 12.08.2016 о досрочном расторжении договора займа и возврате денежных средств. 

Впоследствии между Лукьянец В.А. (покупатель) и Дмитриевым Д.Н. (продавец) 19.09.2016 заключен договор купли-продажи автомобиля, по условиям которого продавец продает (передает в собственность) покупателю, а покупатель обязуется принять и оплатить на условиях данного договора следующее имущество: бортовой грузовик с манипулятором DAEWOO PRIMA, 2014 г.в., г/н О77МЕ125, VIN KLTHC6HTDFK000003.                          Цена продаваемого имущества составляет 6 127 500 руб. и соответствует уровню рыночных цен, действующих в Приморском крае, что подтверждается отчетом об оценке от 12.09.2016 № 244 (пункт 2.1 договора). Цену бортового грузовика покупатель обязуется оплатить продавцу в срок до 22.09.2016, но не ранее, чем в момент фактической передачи продавцом бортового грузовика, путем передачи наличных денежных средств, которая оформляется актом, подписываемым сторонами (пункты 3.1 и 3.2 договора). 

Стороны 21.09.2016 подписали передаточный акт, в соответствии с которым продавец фактически передал, а покупатель фактически принял спорное имущество. 

Между Дмитриевым Д.Н. и Лукьянец В.А. 26.09.2016 также заключено соглашение о зачете и прекращении обязательства из залога, в соответствии с которым, с учетом наличия у каждой из сторон встречного однородного требования к другой стороне в размере 3 000 000 руб. (у Дмитриева Д.Н. перед Лукьянец В.А. по договору займа, у Лукьянец В.А. перед               Дмитриевым Д.Н. по договору купли-продажи), стороны решили прекратить указанные встречные требования зачетом, а именно: требование займодавца к заемщику по возврату полученных в заем 3 000 000 руб. прекращаются зачетом встречного требования продавца к покупателю по оплате                 3 000 000 руб. за переданный в собственность покупателя бортовой грузовик. 

Полагая, что договоры займа, купли-продажи и соглашение о зачете являются недействительными на основании статей 61.2, 61.3 Закона о банкротстве и статей 10, 168, 170 ГК РФ, ПАО «Сбербанк России» обратилось в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Исходя из разъяснений, изложенных в абзаце втором пункта 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление Пленума № 63), если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Арбитражными судами установлено, что оспариваемые сделки совершены 30.06.2016, 19.09.2016 и 26.09.2016 в течение года до принятия заявления о признании Дмитриева Д.Н. банкротом (23.11.2016), т.е. в пределах периода подозрительности, определенного пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки. При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота (пункт 8 постановления Пленума № 63).

По смыслу названного разъяснения могут оспариваться в качестве неравноценных в том числе сделки, стороны которых заведомо рассматривали условие о размере стоимости предоставления контрагента должника как фиктивное, заранее осознавая, что оно не будет исполнено в полном объеме. По сути, такое условие соглашения о полном размере стоимости прикрывает (пункт 2 статьи 170 ГК РФ) собою условие о фактической (меньшей) стоимости предоставления контрагента, и содержание прикрываемого условия охватывается волей обеих сторон сделки.

Обосновывая недействительность договора займа от 30.06.2016, банк указывает на его безденежность ввиду отсутствия у Лукъянца В.А. достаточных денежных средств для предоставления займа.

Между тем в подтверждение финансовой возможности предоставить заем должнику, Лукьянец В.А. представил договоры займа, заключенные между ним и Белугиным В.В., а также отчет по карте последнего за период с 10.02.2015 по 20.12.2016, согласно которому, за период с 10.02.2015 по 16.09.2016 через банкоматы Белугиным В.В. сняты денежные средства в сумме 11 612 600 руб. (в том числе: 3 102 000 руб. в период с 29.06.2016 по 16.09.2016).

Исследовав и оценив по правилам статьи 71 АПК РФ представленные в материалы дела доказательства, суд первой инстанции, с которым согласился апелляционный суд, установив, что отчетом по карте Белугина В.В. подтверждается совершение операций по снятию денежных средств в указанной сумме до момента предоставления займа, пришел к выводу об отсутствии наличия совокупности условий для признания договора займа от 30.06.2016 недействительной сделкой по основаниям, предусмотренным пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Кроме того, установив, что цена оспариваемого договора купли-продажи от 19.09.2016 составляет 6 127 500 руб., что соответствует рыночной стоимости транспортного средства на дату его отчуждения (отчет об оценке от 12.09.2016 № 244), суды первой и апелляционной инстанций не усмотрели оснований для признания договора купли-продажи недействительным при неравноценном встречном исполнении обязательств.

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В пунктах 5, 6 и 7 постановления Пленума № 63 также разъяснено, что  для признания сделки недействительной по основанию, предусмотренному пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым – пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Установленные абзацами вторым – пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми – они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором – пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки. При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

В соответствии с положениями статьи 2 Закона о банкротстве под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника. Неплатежеспособность определяется как прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Проверив возможность признания сделок недействительными по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и наличие совокупности обстоятельств, предусмотренных пунктом 5 постановления Пленума № 63, суды посчитали, что в рассматриваемом случае отсутствует как цель причинения вреда кредиторам, так и само по себе причинение вреда кредиторам.

Ссылаясь на недействительность договора купли-продажи транспортного средства от 19.09.2016, кредитор указывает на формальный характер данной сделки, поскольку при его заключении стороны действовали без намерения создать соответствующие правовые последствия – отчуждение ликвидного имущества без получения должником денежных средств от его реализации.

Однако в связи с наличием встречного исполнения по договору купли-продажи, цель причинения вреда кредиторам отсутствует. Стороны при заключении договора руководствовались принципом свободы договора и их действительная воля была направлена на его исполнение на возмездной основе. Заключение должником с ответчиком договора купли-продажи также не было направлено на причинение имущественного вреда кредиторам, поскольку не привело к уменьшению конкурсной массы должника.

С учетом изложенных обстоятельств, не имеет правового значения довод банка о заинтересованности Лукьянца В.А. по отношению к главному бухгалтеру общества с ограниченной ответственностю «Про-Тек», единственным учредителем и руководителем которого является                        Дмитриев Д.Н.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции, принимая во внимание разъяснения, изложенные в пункте 4 Постановления № 63, о том, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке, пришел к верному выводу о том, что необходимые для разрешения рассматриваемого спора условия – установление наличия цели причинения вреда кредиторам, в том числе осведомленность сторон о неудовлетворительном финансовом состоянии должника, добросовестность продавца и покупателя, безвозмездность сделки – находят отражение в диспозиции статьи 61.2 Закона о банкротстве, иных обстоятельств, позволяющих оценить сделку по общим основаниям недействительности кредитором не приведено.

Относительно довода банка о формальном характере оспариваемых сделок, поскольку при их заключении стороны действовали без намерения создать соответствующие правовые последствия, суды пришли к следующим выводам.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. При совершении мнимой сделки стороны не преследуют цели совершения какой-либо сделки вообще, не намереваются совершить какие-либо действия, влекущие соответствующие данной сделке правовые последствия.

В пункте 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» указано, что стороны мнимой сделки могут осуществить для вида ее формальное исполнение.

Вопреки доводу кредитора, при разрешении данного обособленного спора установлено, что при заключении договора займа от 30.06.2016 и договора купли-продажи от 19.09.2016. действительная воля сторон была направлена на их исполнение, в связи с чем правовые основания для квалификации оспариваемых сделок в качестве мнимых на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ не имелось. В этой связи, отсутствуют основания для вывода о том, что целью заключения договоров с обеих сторон являлось искусственное создание кредиторской задолженности.

Оспаривая соглашение о зачете и прекращении обязательства из залога от 26.09.2019, кредитор ссылается на нарушение очередности удовлетворения требований кредиторов должника.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в отношении отдельного кредитора или иного лица, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований, в частности при наличии одного из следующих условий: сделка направлена на обеспечение исполнения обязательства должника или третьего лица перед отдельным кредитором, возникшего до совершения оспариваемой сделки; сделка привела или может привести к изменению очередности удовлетворения требований кредитора по обязательствам, возникшим до совершения оспариваемой сделки; сделка привела или может привести к удовлетворению требований, срок исполнения которых к моменту совершения сделки не наступил, одних кредиторов при наличии не исполненных в установленный срок обязательств перед другими кредиторами; сделка привела к тому, что отдельному кредитору оказано или может быть оказано большее предпочтение в отношении удовлетворения требований, существовавших до совершения оспариваемой сделки, чем было бы оказано в случае расчетов с кредиторами в порядке очередности в соответствии с законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве).

Сделка, указанная в пункте 1 указанно статьи и совершенная должником в течение шести месяцев до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом, может быть признана арбитражным судом недействительной, если в наличии имеются условия, предусмотренные абзацами вторым и третьим пункта 1 настоящей статьи, или если установлено, что кредитору или иному лицу, в отношении которого совершена такая сделка, было известно о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества либо об обстоятельствах, которые позволяют сделать вывод о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества (пункт 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве).

В пункте 29.3 постановления Пленума № 63 разъяснено, что при оспаривании на основании статьи 61.3 Закона о банкротстве сделок по удовлетворению требования, обеспеченного залогом имущества должника, - уплаты денег (в том числе вырученных посредством продажи предмета залога залогодателем с согласия залогодержателя или при обращении взыскания на предмет залога в исполнительном производстве) либо передачи предмета залога в качестве отступного (в том числе при оставлении его за собой в ходе исполнительного производства) – необходимо учитывать следующее. Такая сделка может быть признана недействительной на основании абзаца пятого пункта 1 и пункта 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве, лишь если залогодержателю было либо должно было быть известно не только о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества заемщика, но и о том, что вследствие этой сделки залогодержатель получил удовлетворение большее, чем он получил бы при банкротстве по правилам статьи 138 Закона о банкротстве, а именно хотя бы об одном из следующих условий, указывающих на наличие признаков предпочтительности: а) после совершения оспариваемой сделки у должника не останется имущества, достаточного для полного погашения имеющихся у него обязательств, относящихся при банкротстве к первой и второй очереди, и (или) для финансирования процедуры банкротства за счет текущих платежей, указанных в статье 138 Закона о банкротстве; б) оспариваемой сделкой прекращено в том числе обеспеченное залогом обязательство по уплате неустоек или иных финансовых санкций, и после совершения оспариваемой сделки у должника не останется имущества, достаточного для полного погашения имеющихся у должника обязательств перед другими кредиторами в части основного долга и причитающихся процентов.

Порядок удовлетворения требований кредиторов гражданина, в том числе правила распределения денежных средств, вырученных от реализации предмета залога, предусмотрен статьей 213.27 Закона о банкротстве.

Не удовлетворенные за счет стоимости предмета залога требования кредиторов по обязательствам, обеспеченным залогом имущества гражданина, удовлетворяются в составе требований кредиторов третьей очереди.

Суд первой инстанции, с которым согласился апелляционный суд, установив, что в результате заключения оспариваемой сделки Лукьянец В.А. не получил большего удовлетворения своих требований, чем получил бы в результате реализации предмета залога в процедуре банкротства должника; договор займа не предусматривал начисление неустоек и санкций, залог обеспечивал только обязательство по возврату суммы займа; требования первой и второй очереди погашены, в связи с чем отсутствует факт, который должен был быть известен ответчику вследствие предполагаемой заинтересованности, пришел к выводу об отсутствии условий для признания соглашения о зачете недействительным в силу статьи 61.3 Закона о банкротстве.

Оснований не согласиться с выводами суда у кассационной инстанции не имеется.

Довод о получении ответчиком удовлетворения в большем размере, чем он мог получить от реализации предмета залога в рамках процедуры банкротства, отклоняется судом округа, так как представленный кредитором расчет сделан исходя из стоимости имущества, определенного условиями оспариваемого договора купли-продажи. При этом банком не учтено, что по общим правилам реализация имущества должника осуществляется посредством торгов, на которых формируется цена активов должника не всегда соответствующая рыночной стоимости. Таким образом, в отсутствие доказательств возможности реализации спорного транспортного средства по цене договора купли-продажи, утверждение банка о том, что полученное ответчиком удовлетворение больше, чем он мог бы получить, носит предположительный характер и, безусловно, не подтверждает ошибочность выводов судов в данной части. Кроме того, при законности сделки по продаже спорного транспортного средства, указанное имущество не могло составить конкурсную массу должника и в последствии быть реализовано в целях погашения требований кредиторов.

Как указано самим банком в марте 2017 года Лукьянец В.А. продал приобретенное у Дмитриева Д.Н. транспортное средство Орленцову А.Л. по цене 4 000 000 руб.; полученные ответчиком денежные средства переданы Белугину В.В. в счет погашения задолженности по договорам займа. При таких обстоятельствах, доводы о совершении спорных сделок с намерением вывода активов должника является несостоятельным, поскольку кредитором не оспаривается тот факт, что конечный приобретатель не заинтересован по отношению к Дмитриеву Д.Н., следовательно, конечная цель – избежание обращения взыскания на имущество должника отсутствует.

В целом доводы кассационной жалобы не опровергают выводов судов первой и апелляционной инстанций, являлись предметом их рассмотрения и направлены на переоценку фактических обстоятельств спора, а также представленных в материалы дела доказательств.

Нормы материального права применены судами правильно по отношению к установленным фактическим обстоятельствам. Нарушений норм процессуального права, влекущих отмену определения и постановления по безусловным основаниям, судами не допущено.

При таких обстоятельствах обжалуемые судебные акты отмене, а кассационная жалоба удовлетворению, не подлежат.

Руководствуясь статьями 286-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Дальневосточного округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Приморского края от 05.07.2019, постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 03.09.2019 по делу № А51-27808/2016 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий судья                                           Е.О. Никитин

Судьи                                                                                    И.В. Лазарева

А.Ю. Сецко