СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

№ 17АП-6130/2022-ГК

г. Пермь

20 июня 2022 года

Дело № А60-59539/2021

 

Резолютивная часть постановления объявлена 16 июня 2022 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 20 июня 2022 года.

 

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего судьи О.В. Лесковец, судей М.А. Поляковой, Э.А. Ушаковой, при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

при участии в судебном заседании:

от истца по первоначальному иску: ФИО2, предъявлен паспорт, доверенность от 01.06.2022, диплом;

от ответчика по первоначальному иску: ФИО3, предъявлен паспорт, доверенность от 16.12.2021, диплом,

рассмотрел в судебном заседании апелляционные жалобы истца по первоначальному иску, акционерного общества «КОНАР», и ответчика по первоначальному иску, общества с ограниченной ответственностью «Научно-производственная фирма «Металлургическое машиностроение», на решение Арбитражного суда Свердловской области от 01 апреля 2022 года по делу №А60-59539/2021

по первоначальному иску акционерного общества «КОНАР» (ИНН 

<

***>; ОГРН 

<

***>) 

к обществу с ограниченной ответственностью «Научно-производственная фирма «Металлургическое машиностроение» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) 

о взыскании неустойки за нарушение сроков выполнения работ,

по встречному иску общества с ограниченной ответственностью «Научно-производственная фирма «Металлургическое машиностроение» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) 

к акционерному обществу «КОНАР» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) 

о взыскании задолженности по договору на переработку давальческого сырья, неустойки за нарушение сроков оплаты выполненных работ, 

 

установил:

Акционерное общество «КОНАР» (далее – истец, АО, общество «КОНАР») обратилось в Арбитражный суд Челябинской области с иском  к обществу с ограниченной ответственностью «Научно-производственная фирма «Металлургическое машиностроение» (далее – ответчик, ООО, общество НПФ «МетМаш») о взыскании 998948 руб. 94 коп. неустойки за просрочку выполнения работ.

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 28.09.2021  дело передано по подсудности в Арбитражный  суд Свердловской области .

Общество НПО «МетМаш» обратилось в Арбитражный суд Свердловской области со встречным иском к обществу «КОНАР» о взыскании 63587 руб. 72 коп. неустойки за нарушение сроков оплаты выполненных работ по спецификации №7 от 12.02.2020, 811829 руб. 48 коп. неустойки за нарушение сроков оплаты выполненных работ по спецификации №8 от 12.08.2020 (с учетом уточнения заявленных требований, принятых судом в порядке ст. 49 АПК РФ).

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 01.04.2022 в удовлетворении первоначальных исковых требований отказано, встречные исковые требования удовлетворены частично, в размере 723851 руб. 10 коп. В удовлетворении остальной части встречных исковых требований отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, общество «КОНАР» обратилось с апелляционной жалобой, в которой просит отменить решение суда в части отказа в удовлетворении исковых требований АО «КОНАР», принять по делу новый судебный акт, которым исковые требования АО «КОНАР» удовлетворить в полном объеме. Оспаривая вывод суда о незаключенности спецификации №7 от 12.02.2020 ввиду отсутствия документального письменного подтверждения согласования условий о сроках выполнения работ, заявитель жалобы отмечает, что истец в качестве доказательств заключения спецификации №7 от 12.02.2020 предоставил оригинал подписанного сторонами документа, в п. 5 которого установлен срок выполнения работ - 15 рабочих дней с момента передачи давальческого материала заказчиком подрядчику; представленные ответчиком электронная переписка сторон и почтовые накладные об отправке спецификации и протокола разногласий к ней не имеют существенного значения при рассмотрении настоящего спора, поскольку спецификация №7 от 12.02.2020 не содержит указания на подписание ее со стороны ответчика с протоколом разногласий, без которого протокол разногласий не является неотъемлемой частью договора. Вывод суда о получении истцом протокола разногласий от ответчика основан на почтовых накладных Pony express 25-9374-4043 и           25-5510-5938, которые содержат рукописные приписки в графе «описание вложения», тогда как данная графа уже имеет впечатанный текст следующего содержания: «Документы/печатная продукция». Согласно имеющемуся у истца электронному письму от 03.11.2020 от ФИО4 ответчик сообщает о перечне вложенной документации по указанной накладной, в которой в перечне не значатся спецификации №7 и №8, а также протоколы разногласий; журнал входящей корреспонденции АО «КОНАР» также не подтверждает поступление данных документов в адрес истца. Не согласен истец и с выводом суда о незаключенности спецификации №8 от 12.08.2020, поскольку указанный вывод основан на неподписании истцом полученного от ответчика протокола разногласий. Однако, по утверждению истца, представленные ответчиком почтовые накладные Pony express 25-9374-4043 от 03.11.2020 и 26-0876-5445 от 17.12.2020 противоречат обстоятельствам дела, а протокол разногласий к спецификации №8 является недопустимым доказательством, поскольку взаимоотношения сторон сложились задолго до получения оригиналов спецификации №8 и протокола разногласий - в августе 2020 года. Ссылаясь на положения п. 3 ст. 434, п. 3 ст. 438, п. 3 ст. 432 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), правовую позицию Верховного Суда Российской Федерации, изложенную в определении №305-ЭС16-16563 от 16.12.2016 по делу №А40-137954/2015, истец полагает, что суд при принятии решения неправомерно не применил ч. 3 ст. 432 ГК РФ. При этом в материалы дела стороны представили оригиналы протоколов разногласий к спецификации №8 от 12.08.2020 в различных редакциях, которые являются недопустимыми доказательствами по делу. Вывод суда о том, что ООО НПФ «МетМаш» рассмотрело представленную редакцию спецификации №7 от 12.02.2020 в редакции АО «КОНАР» и, не согласившись со сроком выполнения работ, подписало спецификацию №7 от 12.02.2020 в редакции протокола разногласий, о чем сделало соответствующую отметку в вышеуказанной спецификации, по мнению апеллянта, противоречит материалам дела, поскольку в судебном заседании истцом представлен оригинал спецификации №7 от 12.02.2020, не содержащей отметки о протоколе разногласий. Истец также отмечает, что данная сторона отрицала получение протокола разногласий к спецификации №7 и поясняла, что действительно получал протокол разногласий в декабре 2020 года, но из текста протокола невозможно было определить, к какой именно спецификации данный документ относится.

От общества НПФ «МетМаш» поступил отзыв на апелляционную жалобу АО «КОНАР», в котором последнее просит оставить без изменения решение суда в части отказа в удовлетворении исковых требований АО «КОНАР» о взыскании с ООО НПФ «МетМаш» неустойки за нарушение сроков выполнения работ, а апелляционную жалобу АО «КОНАР» - без удовлетворения. Возражая против доводов апелляционной жалобы в части спецификации №7 от 12.02.2020, ООО НПФ «МетМаш» отмечает, что факт получения АО «КОНАР» протокола разногласий к спецификации №7 не отрицался представителем истца по первоначальному исковому заявлению в ходе всех судебных заседаний в суде первой инстанции; поскольку сторонами не достигнуто соглашение о существенном условии - сроке выполнения работ, суд сделал правомерный вывод о незаключенности спецификации №7 от 12.02.2020. В отношении спецификации №8 от 12.08.2020 ответчик также отмечает, что сторонами не согласовано существенное условие - срок выполнения работ, в связи с чем судом сделан правомерный вывод о незаключенности указанной спецификации. Довод АО «КОНАР» об отсутствии у него вышеуказанного протокола разногласий по спецификации №7 опровергается документами, имеющимися в материалах дела.

ООО НПФ «МетМаш» также не согласно с принятым судебным актом в части встречного иска, в своей апелляционной жалобе просит отменить решение суда в части взыскания с АО «КОНАР» в пользу ООО НПФ «МетМаш» неустойки за нарушение сроков оплаты выполненных работ в размере 723851 руб. 10 коп., принять по делу новый судебный акт, которым встречные исковые требования ООО НПФ «МетМаш» к АО «КОНАР» удовлетворить в полном объеме, в размере 1447702 руб. 20 коп. Оспаривая в данной части решение суда, ООО НПФ «МетМаш», ссылаясь на разъяснения, содержащиеся в п. 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.07.1997 №17 «Обзор практики применения арбитражными судами ст. 333 Гражданского кодекса Российской Федерации», п. 71, 73, 77 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 №7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее - постановление Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 №7), правовые позиции, содержащиеся в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Российской Федерации от 13.01.2011 №11680/10 по делу №A41-13284/09, определении Конституционного Суда Российской Федерации №7-О от 15.07.2015, полагает, что оснований для снижения неустойки за нарушение сроков оплаты выполненных работ на основании ст. 333 ГК РФ не имелось, поскольку согласованный сторонами размер неустойки (0,1% за каждый день просрочки) является обычным в деловом обороте, соответствует сложившейся практике договорных отношений хозяйствующих субъектов, отвечает принципам разумности и соразмерности ответственности за нарушение обязательства и не считается чрезмерно высоким); значительное превышение суммы неустойки суммы возможных убытков, вызванных нарушением обязательств, не доказано обществом «КОНАР»; неисполнение обязанности по оплате выполненных работ было длительным и составило 304 дня; доказательств явной несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательств, получения кредитором необоснованной выгоды АО «КОНАР» не представило.

Обществом «КОНАР» представлены возражения на апелляционную жалобу ООО НПФ «МетМаш», в которых истец просит отказать в удовлетворении апелляционной жалобы, ссылаясь на невозможность применения договорной неустойки и отсутствие оснований для ее взыскания в связи с незаключенностью договора, и, как следствие, незаключенностью условий об ответственности сторон. При этом истец полагает, что в случае признания договора заключенным снижение неустойки является правом суда по своему внутреннему убеждению с учетом имеющихся в деле обстоятельств. Ссылаясь на то, что ООО «НПФ «МетМаш» для возможности проведения АО «КОНАР» финансовых оплат по спецификации №8 открыло специальный счет в ПАО Сбербанк 17.12.2020, тогда как неустойку по УПД №1268 от 28.09.2020 на сумму 709488 руб. стало начислять с 29.10.2020, общество «КОНАР» считает, что требование о начислении неустойки подлежит корректировке с учетом периода отсутствия специального счета (с 29.10.2020 по 17.12.2020). Истец также указывает, что ООО «НПФ «МетМаш», подписав дополнительное соглашение №1 от 20.01.2021 к спецификации № 8 от 12.08.2020 о смене банковских реквизитов с ПАО Сбербанк на ПАО «Промсвязьбанк», указало конкретный счет 40706810505000015688, на который АО «КОНАР» должен был осуществить оплату; фактически открытие счета в Промсвязьбанке ООО «НПФ «МетМаш» произвело только 04.03.2021; АО «КОНАР» пыталось 19.02.2021 произвести оплату в размере 1996680 руб., однако в оплате банком было отказано по причине - «счет 40706810505000015688 не найден», в связи с чем требование о начислении неустойки подлежит корректировке за период с 20.01.2021 по 04.03.2022 (включительно). С учетом приведенных доводов истец полагает, что суд правомерно снизил размер неустойки, с учетом обстоятельств дела. Кроме того истец отмечает, что первоначально заявленная сумма неустойки значительно превышала сумму основного долга к моменту принятия решения. Поскольку суд пришел к выводу о незаключенности спецификация № 8, следовательно, сторонами  не согласованны и условия о порядке оплаты (сроках оплаты), в связи с чем применению подлежит ст. 314 ГК РФ об исполнении обязательства по оплате в течение семи дней со дня предъявления такого требования кредитором.

Обществом НПФ «МетМаш» представлены возражения на отзыв общества «КОНАР», в которых ответчик отмечает, что в обжалуемом решении суд указывает только на то, что условия, относительно которых по заявлению ООО НПФ «МетМаш» должно было быть достигнуто соглашение, не согласованы сторонами, не делая при этом вывода о незаключенности договора подряда в целом; условие об ответственности заказчика за нарушение сроков оплаты работ, предусмотренное п. 5.1 договора подряда, является согласованным и применимым к отношениям сторон, в связи с чем ООО НПФ «МетМаш» правомерно заявило требование о взыскании с АО «КОНАР» неустойки на основании п. 5.1 договора. Общество НПФ «МетМаш» также полагает, что оснований для применения судом положений ст. 333 ГК РФ и уменьшения неустойки за нарушение сроков оплаты работ в 2 раза не имелось. Кроме того, ответчик полагает, что на обязательство АО «КОНАР» произвести оплату результатов работ по УПД №1268 от 28.09.2020 в срок, предусмотренный сторонами в спецификации №8 от 12.08.2020 (100% стоимости выполненных работ в течение 30 календарных дней с момента подписания сторонами акта сдачи-приемки работ без замечаний), не повлияло открытие спец счета только 17.12.2020, поскольку к моменту наступления срока по оплате результатов работ по вышеуказанному УПД сторонами еще не велись переговоры по открытию спецсчета и оплата могла быть произведена путем перечисления денежных средств на расчетный счет подрядчика; АО «КОНАР» не предприняло никаких действий по изменению условий но оплате результатов работ, тем самым не проявило в должной степени осмотрительности. Как указывает ответчик, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела доводы истца о невозможности оплаты работ в связи со сменой банковских реквизитов на основании дополнительного соглашения №1 к Спецификации №8 от 12.08.2020, о невозможности проведения 19.02.2021 банковской операции по оплате результатов работ в размере 1996680 руб., отмечая, что после открытия ООО НПФ «МетМаш» спецсчета в ПАО «Промсвязьбанк» АО «КОНАР» произвело оплату результатов работ в полном объеме только в марте 2022 года. В этой связи, по мнению ответчика, основания для исключения для расчета неустойки за нарушение сроков оплаты результатов работ периода с 20.01.2021 по 04.03.2021 отсутствуют. Кроме того, ответчик считает, что признание спецификаций незаключенными влечет для заказчика обязанность по оплате результатов работ на основании п. 1 ст. 711 ГК РФ, п. 8 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24.01.2000 № 51 «Обзор практики разрешения споров по договору подряда» (далее - информационное письмо Президиума ВАС РФ от 24.01.2000 № 51) непосредственно сразу после приемки результатов работ.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции 16.06.2022 представитель истца по первоначальному иску доводы своей апелляционной жалобы поддержал, просил отменить решение суда в части отказа в удовлетворении первоначального иска, против удовлетворения апелляционной жалобы противоположной стороны возражал по мотивам, приведенным в возражениях на апелляционную жалобу; представитель ответчика по первоначальному иску на удовлетворении своей апелляционной жалобы настаивал, просил отменить решение суда  в части взыскания с АО «КОНАР» в пользу НПФ «МетМаш» неустойки за нарушение сроков оплаты выполненных работ, принять новый судебных акт об удовлетворении встречного иска полностью, против удовлетворения апелляционной жалобы АО «КОНАР» возражал по мотивам, приведенным в отзыве на апелляционную жалобу.

Истцом к апелляционной жалобе приложены дополнительные доказательства (накладная №25-9374-4043 от 03.11.2020, скриншот с электронной почты ФИО4 от 03.11.2020), на приобщении которых к материалам дела представитель истца настаивал в судебном заседании суда апелляционной инстанции. 

В силу ч. 2 ст. 268 АПК РФ дополнительные доказательства принимаются арбитражным судом апелляционной инстанции, если лицо, участвующее в деле, обосновало невозможность их представления в суд первой инстанции по причинам, не зависящим от него, в том числе в случае, если судом первой инстанции было отклонено ходатайство об истребовании доказательств, и суд признает эти причины уважительными.

Как разъяснено в п. 29 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 №12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» (далее - постановление Пленума ВС РФ от 30.06.2020 №12), поскольку арбитражный суд апелляционной инстанции на основании ст. 268 АПК РФ повторно рассматривает дело по имеющимся в материалах дела и дополнительно представленным доказательствам, то при решении вопроса о возможности принятия новых доказательств, в том числе приложенных к апелляционной жалобе или отзыву на апелляционную жалобу, он определяет, была ли у лица, представившего доказательства, возможность их представления в суд первой инстанции или заявитель не представил их по независящим от него уважительным причинам. К числу уважительных причин, в частности, относятся: необоснованное отклонение судом первой инстанции ходатайств лиц, участвующих в деле, об истребовании дополнительных доказательств, о назначении экспертизы; наличие в материалах дела протокола, аудиозаписи судебного заседания, оспариваемых лицом, участвующим в деле, в части отсутствия в них сведений о ходатайствах или об иных заявлениях, касающихся оценки доказательств. Признание доказательства относимым и допустимым само по себе не является основанием для его принятия арбитражным судом апелляционной инстанции.

Поскольку истцом не приведены причины, по которым он не представил соответствующие доказательства суду первой инстанции, которые могли бы быть признаны уважительными судом апелляционной инстанции, представленные обществом «КОНАР» дополнительные доказательства судом апелляционной инстанции не принимаются (ч. 2 ст. 268 АПК РФ), к материалам дела не приобщаются.

Согласно ч. 5 ст. 268 АПК РФ в случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть судебного акта, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность судебного акта только в обжалуемой части, если при этом лица, участвующие в деле, не заявят возражений.

В п. 27 постановления Пленума ВС РФ от 30.06.2020 № 12 разъяснено, что при применении ч. 5 ст. 268 АПК РФ необходимо иметь в виду следующее: если заявителем подана жалоба на часть судебного акта, суд апелляционной инстанции в судебном заседании выясняет мнение присутствующих в заседании лиц относительно того, имеются ли у них возражения по проверке только части судебного акта, о чем делается отметка в протоколе судебного заседания. При непредставлении лицами, участвующими в деле, указанных возражений до начала судебного разбирательства суд апелляционной инстанции начинает проверку судебного акта в оспариваемой части и по собственной инициативе не вправе выходить за пределы апелляционной жалобы, за исключением проверки соблюдения судом норм процессуального права, приведенных в ч. 4 ст. 270 АПК РФ.

С учетом положений ст. 266, ч. 5 ст. 268 АПК РФ и п. 27 постановления Пленума ВС РФ от 30.06.2020 № 12, а также отсутствия соответствующих возражений лиц, участвующих в деле, законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции только в обжалуемых частях.

Как следует из материалов дела, АО «КОНАР» (заказчик) и ООО НПФ «МетМаш» (подрядчик) подписан договор №ДП1 на переработку давальческого сырья от 27.06.2018 (далее - договор) (л. д. 23-27 т. 1).

По условиям названного договора подрядчик принял на себя обязательство выполнить работы по переработке давальческого сырья (далее по тексту - материалы), а заказчик обязался принять и оплатить данные работы в объеме, в количестве и по стоимости, указанной в спецификациях, являющихся неотъемлемой частью договора. Форма спецификации приведена в приложении №1 к настоящему договору (п. 1.1). 

В соответствии с п. 1.2, 1.3 договора подрядчик обязался выполнить работы собственными силами из материалов заказчика в соответствии с согласованными чертежами (если это необходимо), требованиями ТУ, утвержденными строительными нормами и правилами (СНиП) и т.д. и сдать результат работ заказчику. Сроки выполнения работ – начальный и конечный – определяются в спецификациях. 

Объем и стоимость работ, составляющих предмет настоящего договора, определяются в спецификациях, являющихся приложениями к настоящему договору. Спецификации приобретают силу и становятся неотъемлемой частью настоящего договора с момента подписания их сторонами (п. 2.1 договора). 

Заказчик вправе требовать оплаты неустойки за нарушение сроков выполнения работ подрядчиком в размере 0,1% от стоимости не выполненных в установленный договором срок (п. 5.2 договора). 

Как указывает истец, в рамках договора сторонами подписаны спецификация №7 от 12.02.2020, а также спецификация №8 от 12.08.2020. Заказчик передал подрядчику давальческий материал для производства работ по чистовой механической обработке. Срок выполнения работ по обработке материала в силу п. 5 спецификации установлен: 

- по условиям спецификации №7 - 15 рабочих дней с момента передачи давальческого сырья (л. д. 33 т. 1);

 - по условиям спецификации №8 - 90 рабочих дней с момента передачи давальческого сырья (л. д. 34 т. 1). 

Истец указывает, что обязательства подрядчика выполнены с нарушением сроков. По его расчету общая сумма неустойки по обеим спецификациям составила 998948 руб. 94 коп. В ответ на претензию (№ К18-02/6 от 07.04.2021) ответчик указал, что отказывается оплачивать сумму неустойки в связи с незаключенностью договора по причине неподписания заказчиком протокола разногласий. При этом истец полагает, что позиция другой стороны о незаключенности  договора  не соответствует действительности и нормам материального права, отмечая, что стороны приступили к исполнения договора и исполнили его, разногласий и сомнений по предмету и иным существенным условиям договора при подписании договора и его исполнении у сторон не имелось, в связи с чем отказ общества НПФ «МетМаш» в удовлетворении претензионных требований общества «КОНАР» является необоснованным. 

Изложенное явилось основанием для обращения общества «КОНАР» в арбитражный суд с первоначальным иском о взыскании неустойки за просрочку выполнения работ.

Возражая против удовлетворения иска, общество НПФ «МетМаш» указало, что в июне 2018 года АО «КОНАР» (заказчик) направило в адрес ООО НПФ «МетМаш» (подрядчик) на согласование и подписание проект договора подряда№ ДП1 на переработку давальческого сырья от 27.06.2018, однако ООО НПФ «МетМаш», не согласившись с рядом условий, подписало договор в редакции протокола разногласий, направив подписанный договор с протоколом разногласий на согласование в адрес АО «КОНАР», которое протокол разногласий не подписало и уклонилось от согласования разногласий, в связи с чем существенные условия договора, а также условия, относительно которых по заявлению ООО НПФ «МетМаш» должно было быть достигнуто соглашение, не согласованы сторонами. Кроме того ответчик полагает, что в рамках договора сторонами не согласована в полном объеме спецификация №7 от 12.02.2020 к договору подряда, в связи с чем она является незаключенной. Так, согласно п. 5 спецификации №7 срок выполнения работ - 15 рабочих дней с момента передачи давальческих материалов заказчиком подрядчику, однако ООО НПФ «МетМаш», рассмотрев представленную редакцию спецификации №7 в редакции АО «КОНАР» и не согласившись со сроком выполнения работ, подписало указанную спецификацию в редакции протокола разногласий (согласно которому п. 5 спецификации предложено изложить в следующей редакции: «Срок выполнения работ: в течение 90 календарных дней с момента подписания спецификации обеими сторонами и наличия давальческих материалов (Таблица №2) на складе у Подрядчика»), о чем сделало соответствующую отметку; ответчик направил подписанную спецификацию с протоколом разногласий на согласование в адрес АО «КОНАР», который представленный протокол разногласий не подписал и уклонился от согласования разногласий. Ссылаясь на положения п. 1 ст. 432, ст. 708 ГК РФ ответчик полагает, что спецификация №7 от 12.02.2020 является незаключенной ввиду отсутствия между сторонами соглашения о сроке выполнения работ.

В то же время ответчик отметил, что им выполнены работы на общую сумму 6814656 руб., в подтверждение чего представлены универсальные передаточные документы, подписанные сторонами; результаты работ по переработке давальческого сырья приняты заказчиком без предъявления претензий, в том числе по срокам выполнения работ, то есть срок, в который фактически уложился подрядчик, заказчика устроил, в связи с чем у него отсутствуют правовые основания для возложения на ООО НПФ «МетМаш» ответственности за нарушение сроков выполнения работ.

Спецификация №8 от 12.08.2020, по мнению ответчика, также является незаключенной (п. 1 ст. 432 ГК РФ), поскольку между сторонами не достигнуто соглашение о существенном условии - сроке выполнения работ. Так, в августе 2020 года АО «КОНАР» направило в адрес ООО НПФ «МетМаш» на согласование и подписание проект спецификации №8; в ноябре 2020 года между заказчиком и подрядчиком достигнуто соглашение об объеме и стоимости выполнения работ, что нашло отражение в новой редакции спецификации №8 от 12.08.2020, согласно которой на подрядчика возлагалась обязанность по выполнению работ на общую сумму 6814656 руб.; ООО НПФ «МетМаш», не согласившись со сроком выполнения работ согласно предложенной АО «КОНАР» редакции (п. 5 - срок выполнения работ - 90 (Девяносто) календарных дней с момента передачи давальческих материалов, указанных в Таблице №2, заказчиком подрядчику), подписало спецификацию в редакции протокола разногласий от 20.11.2020, направив их на согласование в адрес АО «КОНАР». Согласно указанному протоколу разногласий п. 5 спецификации предложено изложить в следующей редакции: «Срок выполнения работ: в течение 90 календарных дней с момента подписания спецификации обеими сторонами и наличия давальческих материалов (Таблица № 2) на складе у Подрядчика». Однако АО «КОНАР» представленный протокол разногласий не подписало и уклонилось от согласования разногласий. При этом подрядчиком выполнены работы на общую сумму 6814656 руб., что подтверждается универсальными передаточными документами, подписанными сторонами; результаты работ по переработке давальческого сырья приняты заказчиком без предъявления подрядчику претензий, в том числе по срокам выполнения работ, следовательно, срок, в который фактически уложился подрядчик, заказчика устроил, поэтому у АО «КОНАР» отсутствуют правовые основания для возложения на ООО НПФ «МетМаш» ответственности за нарушение сроков выполнения работ.

ООО «НПФ «МетМаш», в свою очередь, обратилось со встречным иском о взыскании с АО «КОНАР» 635872 руб. 72 коп. неустойки за нарушение сроков оплаты выполненных работ по спецификации №7 от 12.02.2020, 811829 руб. 48 коп. неустойки за нарушение сроков оплаты выполненных работ по спецификации №8 от 12.08.2020 (с учетом уменьшения размера исковых требований в связи с оплатой истцом суммы долга  по спецификации №8 в размере 998948 руб. 94 коп. в ходе рассмотрения дела, л. д. 67-68 т. 2).

В обоснование встречного иска ответчик сослался на то, что на основании спецификации №7 от 12.02.2020 подрядчик принял па себя обязательство по выполнению работ по переработке давальческого сырья заказчика на сумму 6814656 руб., на основании спецификации №8 от 12.08.2020 – на сумму 6814656 руб. при условии оплаты 100% стоимости выполненных работ в течение 30 календарных дней с момента подписания сторонами акта сдачи-приемки работ без замечаний (п. 6 и п. 7 спецификаций №7 и №8 соответственно). Руководствуясь положениями ст. 307, 314 ГК РФ, ссылаясь на то, что результаты работ по переработке давальческого сырья приняты заказчиком, однако не оплачены в предусмотренные договором (п. 5.1), а также спецификациями сроки, общество НПФ «МетМаш» обратилось в арбитражный суд со встречным иском о взыскании неустойки за нарушение сроков оплаты выполненных работ.

Истец против удовлетворения встречного иска возражал, ссылаясь на незаключенность договора, в частности, относительно условий об ответственности за ненадлежащее исполнение обязательств. 

Отказывая в удовлетворении первоначального иска, суд первой инстанции руководствовался положениями ст. ст. 153, 309, 310, п. 2 ст. 314, п. 1 ст. 329, п. 1 ст. 330, п. 1 ст. 432, п. 1 ст. 506, ст. 708, 711, п. 1 ст.  740, п. 1 ст. 746, п. 1, 4 ст. 753 ГК РФ, и исходил из отсутствия у АО «КОНАР» правовых оснований для возложения на ООО НПФ «МетМаш» ответственности за нарушение сроков выполнения работ, придя к выводу о незаключенности спецификаций №7 от 12.02.2020, а также №8 от 12.08.2020 ввиду недостижения сторонами соглашения о существенном условии - сроках выполнения работ, принятия заказчиком результатов работ по переработке давальческого сырья без предъявления подрядчику претензий, в том числе по срокам выполнения работ. 

Удовлетворяя встречное требование общества НПФ «МетМаш» о взыскании неустойки за нарушение сроков оплаты выполненных работ по спецификациям №7 от 12.02.2020 и №8 от 12.08.2020, суд первой инстанции установил факт принятия заказчиком результата работ без замечаний, признав требование о взыскании неустойки предъявленным обоснованно (ст. 309, 330, 331, п. 3 ст. 401 ГК РФ), а расчет неустойки - верным. В то же время суд, руководствуясь правовыми позициями, изложенными в п. 69, 70, 71, 75, 77 постановления Пленума ВС РФ от 24.03.2016 №7, в п. 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.12.2011 №81 «О некоторых вопросах применения ст. 333 Гражданского кодекса Российской Федерации», в определении Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2000 №263-О, с учетом конкретных обстоятельств настоящего дела, учитывая компенсационный характер природы неустойки, счел возможным применить положения ст. 333 ГК РФ и снизить размер неустойки в два раза до суммы 723851 руб. 10 коп., установив явную несоразмерность неустойки последствиям нарушения обязательства, а также учитывая соотношение имущественной выгоды заказчика и исчисленного подрядчиком размера неустойки, отсутствие в материалах дела доказательств наличия на стороне подрядчика имущественных потерь, размер которых превышает присужденную судом сумму.

Изучив материалы дела, исследовав доводы апелляционных жалоб, отзывов на них, заслушав пояснения представителей истца и ответчика, суд апелляционной инстанции оснований для отмены (изменения) решения суда в обжалуемых сторонами частях не установил.

Проанализировав материалы дела, суд первой инстанции верно определил, что  между сторонами сложились правоотношения, вытекающие из смешанного договора  - поставки и подряда, регулируемые нормами гл. 30 и 37 ГК РФ.

В силу ст. 421 ГК РФ к отношениям сторон по смешанному договору применяются в соответствующих частях правила о договорах, элементы которых содержатся в смешанном договоре, если иное не вытекает из соглашения сторон или существа смешанного договора.

Предметом спора по первоначальному иску является требование о взыскании неустойки за нарушение сроков выполнения работ.

В силу ст. 702 ГК РФ по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.

При этом в соответствии с п. 1 ст. 708 ГК РФ в договоре подряда указываются начальный и конечный сроки выполнения работы. По согласованию между сторонами в договоре могут быть предусмотрены также сроки завершения отдельных этапов работы (промежуточные сроки).

Если иное не установлено законом, иными правовыми актами или не предусмотрено договором, подрядчик несет ответственность за нарушение как начального и конечного, так и промежуточных сроков выполнения работы.

Согласно ст. 309, 310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами.

Как установлено судом первой инстанции, в рамках договора сторонами не согласована в полном объеме спецификация №7 от 12.02.2020 к договору подряда. 

При этом судом установлено, что в феврале 2020 года АО «КОНАР» направило в адрес ООО НПФ «МетМаш» на согласование и подписание проект спецификации № 7 от 12.02.2020, на основании которой на подрядчика возлагалась обязанность по выполнению работ на общую сумму 6814656 руб. (п. 1) со сроком выполнения работ - 15 рабочих дней с момента передачи давальческих материалов, указанных в Таблице № 2, заказчиком подрядчику (п. 5). Рассмотрев представленную обществом «КОНАР» редакцию спецификации № 7, ООО НПФ «МетМаш» не согласилось со сроком выполнения работ, подписав спецификацию №7 от 12.02.2020 в редакции протокола разногласий, о чем сделало соответствующую отметку в вышеуказанной спецификации (л. д. 77 т. 1), и направило подписанную спецификацию с протоколом разногласий на согласование в адрес АО «КОНАР», предложив п. 5 спецификации изложить в следующей редакции: «Срок выполнения работ: в течение 90 календарных дней с момента подписания спецификации обеими сторонами и наличия давальческих материалов на складе у подрядчика». 

Необходимость изложения п. 5 спецификации в редакции протокола разногласий, как указывает ООО НПФ «МетМаш», обусловлена объективными причинами: объемом работ (подрядчик до начала работ понимал, что за 15 рабочих дней выполнить работы в полном объеме не представляется возможным); длительным процессом передачи давальческих материалов, что подтверждается: накладной № МК14/02-001 на отпуск материалов на сторону от 14.02.2020; накладной № MK03/03-011 на отпуск материалов на сторону от 03.03.2020; накладной № МК 19/03-002 на отпуск материалов на сторону от 19.03.2020; накладной № МК 18/05-015 на отпуск материалов на сторону от 18.05.2020. ООО НПФ «МетМаш» также указало, что условие, предложенное подрядчиком в спецификации №7 о сроке выполнения работ, полностью соответствует условиям технико-коммерческого предложения №200212-014 от 12.02.2020, направленного в адрес АО «КОНАР». 

Учитывая, что общество «КОНАР» протокол разногласий не подписало, однако факт его получения не отрицало, ответных действий на указанные документы, направленных на урегулирование разногласий в части срока выполнения работ, не предприняло (иного из материалов дела не следует), в этой связи отклонив ссылку истца на наличие у него оригинала спецификации №7, подписанной сторонами (ст. 9, 65, 71 АПК РФ), суд первой инстанции пришел к выводу о том, что спецификация № 7 от 12.02.2020 является незаключенной в части срока выполнения работ, поскольку сторонами не достигнуто соглашение о существенном условии (сроке выполнения работ). 

Суд первой инстанции также пришел к выводу о незаключенности спецификации №8 от 12.08.2020 к договору подряда. 

В данной части судом установлено, что в августе 2020 года АО «КОНАР» направило в адрес ООО НПФ «МетМаш» на согласование и подписание проект спецификации №8 от 12.08.2020 к договору подряда. В период с августа 2020 года по ноябрь 2020 года подрядчик и заказчик вели длительные переговоры по согласованию объема работ, стоимости работ и изменению  условий сотрудничества в связи с заключением государственного контракта, указанного в п. 6 спецификации, что подтверждается перепиской сторон. В ноябре 2020 года между заказчиком и подрядчиком достигнуто соглашение об объеме и стоимости выполнения работ, что нашло отражение в новой редакции спецификации №8 от 12 августа 2020 года, на основании которой на подрядчика возлагалась обязанность по выполнению работ на общую сумму 6814656 руб. (п. 1) со сроком выполнения работ - 90 календарных дней с момента передачи давальческих материалов (п. 5). Рассмотрев представленную обществом «КОНАР» новую редакцию спецификации №8 от 12.08.2020, ООО НПФ «МетМаш» не согласилось со сроком выполнения работ, подписав спецификацию №8 в редакции протокола разногласий от 20.11.2020, о чем сделало соответствующую отметку в вышеуказанной спецификации (л. д. 84-85 т. 1), и направив подписанную спецификацию с протоколом разногласий на согласование в адрес АО «КОНАР».

При этом согласно протоколу разногласий от 20.11.2020 к спецификации №8 от 12.08.2020 п. 5 спецификации предложено изложить в следующей редакции: «Срок выполнения работ: в течение 90 календарных дней с момента подписания спецификации обеими сторонами и наличия давальческих материалов (Таблица № 2) на складе у подрядчика». 

Необходимость в изложении п. 5 спецификации в редакции протокола разногласий, по утверждению ответчика, обусловлена объективными причинами: заказчик еще до согласования сторонами условий выполнения работ, в том числе об их стоимости (ноябрь 2020 года) по спецификации № 8 от 12.08.2020, осуществил передачу подрядчику давальческих материалов, указанных в Таблице № 2 (накладная № МКОЗ/09-003 на отпуск материалов на сторону от 03.09.2020; накладная № MK06/10-029 на отпуск материалов на сторону от 06.10.2020; накладная № МК19/11-016 на отпуск материалов на сторону от 19.11.2020; накладная № МК19/1 1-019 на отпуск материалов на сторону от 19.11.2020; накладная № МК19/1 1-017 на отпуск материалов на сторону от 19.11.2020). Кроме того, ООО НПФ «МетМаш» отметило, что условие, предложенное подрядчиком в спецификации №8 о сроке выполнения работ, полностью соответствует условиям технико-коммерческого предложения №200812-028 от 12.08.2020, направленного в адрес АО «КОНАР». 

Поскольку общество «КОНАР» представленный протокол разногласий не подписало и уклонилось от согласования разногласий, однако факт получения протокола разногласий к спецификации №8 не отрицало и доказательств совершения ответных действий на указанные документы со не представило, суд первой инстанции пришел к выводу о незаключенности спецификации № 8 от 12.08.2020 в части срока выполнения работ ввиду недостижения сторонами соглашения о существенном условии (сроке выполнения работ). 

В этой связи, установив на основании представленных в материалы дела подписанных в двустороннем порядке универсальных передаточных документов, что в рамках спецификации № 7 подрядчик выполнил работы на общую сумму 6814656 руб., в рамках спецификации № 8 – на общую сумму 6814656 руб. (что не оспаривается истцом), а АО «КОНАР» не предъявляло ООО НПФ «МетМаш» требований об исполнении обязательства и не отказывалось от принятия результатов работ в связи с утратой интереса к ним, приняв результаты работ по переработке давальческого сырья без предъявления подрядчику претензий, в том числе по срокам выполнения работ, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии у АО «КОНАР» правовых оснований для возложения на ООО НПФ «МетМаш» ответственности за нарушение сроков выполнения работ (п. 1, 2 ст. 432, п. 1 ст. 433, п. 1, 3 ст. 438 ГК РФ, п. 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора» (далее - постановление Пленума ВС РФ от 25.12.2018 № 49), постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 23.02.1999 № 4-П), отказав в удовлетворении первоначальных исковых требований.

При оценке доводов апелляционной жалобы истца, оспаривающих выводы суда первой инстанции о незаключенности спорных спецификаций в части сроков выполнения работ, со ссылками на наличие в материалах дела оригиналов спецификаций, подписанных сторонами, без указания в спецификациях на их подписание с протоколом разногласий, а также на неполучение заказчиком протоколов разногласий, суд апелляционной инстанции исходит из следующего.

Статья 8 ГК РФ в качестве оснований возникновения гражданских прав и обязанностей предусматривает договоры и иные сделки, предусмотренные законом, а также договоры и сделки, хотя и не предусмотренные договором, но не противоречащие ему. При этом в соответствии со ст. 153 ГК РФ в качестве сделки могут быть квалифицированы действия граждан и юридических лиц, которые направлены на установление гражданских прав и обязанностей.

Договор считается заключенным, если между сторонами в требуемой в подлежащих случаях форме достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. К ним относятся условия о предмете договора, условия, которые в законе или иных правовых актах определены как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение (п. 1 ст. 432 ГК РФ, п. 1, 2 постановления Пленума ВС РФ от 25.12.2018 №49).

В соответствии с п. 2 ст. 432 ГК РФ договор заключается посредством направления оферты (предложения заключить договор) одной из сторон и ее акцепта (принятия предложения) другой стороной.

В силу п. 3 указанной статьи сторона, принявшая от другой стороны полное или частичное исполнение по договору либо иным образом подтвердившая действие договора, не вправе требовать признания этого договора незаключенным, если заявление такого требования с учетом конкретных обстоятельств будет противоречить принципу добросовестности (п. 3 ст. 1).

Договор может быть заключен в любой форме, предусмотренной для совершения сделок, если законом для договоров данного вида не установлена определенная форма (п. 1 ст. 434 ГК РФ).

Согласно п. 2 ст. 434 ГК РФ договор в письменной форме может быть заключен путем составления одного документа, подписанного сторонами, а также путем обмена письмами, телеграммами, телексами, телефаксами и иными документами, в том числе электронными документами, передаваемыми по каналам связи, позволяющими достоверно установить, что документ исходит от стороны по договору.

Офертой признается адресованное одному или нескольким конкретным лицам предложение, которое достаточно определенно и выражает намерение лица, сделавшего предложение, считать себя заключившим договор с адресатом, которым будет принято предложение. Оферта должна содержать существенные условия договора (п. 1 ст. 435 ГК РФ).

Акцептом признается ответ лица, которому адресована оферта, о ее принятии (п. 1 ст. 438 ГК РФ).

Договор признается заключенным в момент получения лицом, направившим оферту, ее акцепта (п. 1 ст. 433 ГК РФ).

Соглашение сторон может быть достигнуто путем принятия (акцепта) одной стороной предложения заключить договор (оферты) другой стороны (пункт 2 статьи 432 ГК РФ), путем совместной разработки и согласования условий договора в переговорах, иным способом, например, договор считается заключенным и в том случае, когда из поведения сторон явствует их воля на заключение договора (пункт 2 статьи 158, пункт 3 статьи 432 ГК РФ) (п. 1 постановления Пленума ВС РФ от 25.12.2018 № 49).

По смыслу разъяснений, изложенных в п. 4 информационного письма Президиума ВАС РФ от 24.01.2000 № 51, а также п. 6  информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации», для договора подряда условие о сроках выполнения работ является существенным, в связи с чем отсутствие указанных условий в договоре свидетельствует о его незаключенности.

Поскольку между сторонами имеется спор по вопросу о заключенности/незаключенности спецификаций №7 и №8, к предмету доказывания относится факт согласования истцом и ответчиком сроков выполнения работ по спецификациям, оформленным в рамках договора. 

Действительно, условие о сроках проведения работ является существенным условием договора подряда и должно быть согласовано в письменной форме, однако само по себе отсутствие существенного согласованного условия не может являться безусловным основанием для признания договора незаключенным. В каждом конкретном случае суд исходит их имеющихся в деле доказательств, учитывает фактические обстоятельства, а также доводы  и возражения обеих сторон спора.

Согласно имеющимся в деле доказательствам в редакции заказчика срок выполнения работ по спецификации №7 - 15 рабочих дней с момента передачи давальческих материалов подрядчику; в редакции протокола разногласий подрядчика - в течение 90 календарных дней с момента подписания спецификации обеими сторонами и наличия давальческих материалов на складе у подрядчика. В редакции заказчика срок выполнения работ по спецификации №8 - 90 календарных дней с момента передачи давальческих материалов подрядчику; в редакции протокола разногласий подрядчика - в течение 90 календарных дней с момента подписания спецификации обеими сторонами и наличия давальческих материалов на складе у подрядчика.

Как разъяснено в п. 44 постановления Пленума ВС РФ от 25.12.2018 №49, при наличии спора о действительности или заключенности договора суд, пока не доказано иное, исходит из заключенности и действительности договора и учитывает установленную в п. 5 ст. 10 ГК РФ презумпцию разумности и добросовестности участников гражданских правоотношений.

В соответствии со ст. 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно (пункт 3). Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (пункте 4).

В п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что при оценке действий сторон как добросовестных или недобросовестных следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей.

Если сторона приняла от другой стороны полное или частичное исполнение по договору либо иным образом подтвердила действие договора, она не вправе недобросовестно ссылаться на то, что договор является незаключенным (п. 3 ст. 432 ГК РФ) (п. 6 постановления Пленума ВС РФ от 25.12.2018 № 49).

В рассматриваемом случае, принимая во внимание, что предмет спецификаций сторонами был согласован и разногласий не вызывал, учитывая фактическое выполнение работ по спецификациям и принятие заказчиком выполненных работ с их последующей оплатой, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для вывода о незаключенности указанных спецификаций.

Вместе с тем, апелляционной коллегией отклоняются возражения истца о том, что между сторонами достигнуто соглашение о сроках выполнения работ в рамках спорных спецификаций. 

Как указывает ответчик и следует из материалов дела, после подготовки протокола разногласий к спецификации №7 он направил подписанную спецификацию с протоколом разногласий на согласование в адрес АО «КОНАР», что подтверждается документами, имеющимися в материалах дела (перепиской сторон от 18.03.2020, от 20.04.2020, от 28.05.2020; почтовой квитанцией экспресс почты от 22.06.2020 (идентификационный номер 25-5510- 5938) и уведомлением о вручении письма; почтовой квитанцией экспресс почты от 03.11.2020  (идентификационный номер 25-9374-4043) и уведомлением о вручении письма; почтовой квитанцией экспресс почты от 17.12.2020 (идентификационный номер 26-0876-5445) и уведомлением о вручении письма) (оборот л. д. 73 т. 2; л. д. 88-90 т. 2).

Представленный в материалы дела ответчиком экземпляр спецификации №7 от 12.02.2020 содержит отметку данной стороны «с протоколом разногласий» (л. д. 77 т. 1). 

Кроме того, вопреки указанию АО «КОНАР», в материалах дела имеется оригинал спецификации №7 от 12.02.2020, содержащий отметку «с протоколом разногласий» (л. д. 31-32 т. 2), а также протокол разногласий от 23.03.2020 (л. д. 33 т. 2), который заказчиком не подписан, в связи с чем указание истца на отсутствие в материалах дела оригинала спецификации с соответствующей отметкой несостоятельно.

Как следует из решения суда и пояснений представителя ответчика, факт получения обществом «КОНАР» протокола разногласий к спецификации №7 не отрицался представителем истца по первоначальному исковому заявлению в ходе всех судебных заседаний в суде первой инстанции.

Таким образом, при наличии в материалах дела двух различных редакций спорных спецификаций, представленных сторонами, доказательств направления ответчиком в адрес истца протоколов разногласий, которые заказчиком не подписаны, а также в отсутствие иных доказательств (в том числе деловой переписки), подтверждающих, что между сторонами было достигнуто соглашение о сроках выполнения работ, при наличии доказательств обоюдного исполнения спецификаций суд апелляционной инстанции приходит к выводу о несогласованности условий спецификаций о сроках выполнения работ. Иного истцом не доказано (ст. 9, 65 АПК РФ).

При указанных обстоятельствах, а также учитывая, что АО «КОНАР» не предъявляло обществу НПФ «МетМаш» требований об исполнении обязательства по выполнению работ, а также претензий по срокам выполнения работ и не отказывалось от принятия результатов работ в связи с утратой интереса к ним, суд первой инстанции правомерно не установил оснований для взыскания с ответчика неустойки за нарушение срока выполнения работ, условие о котором сторонами спора не согласовано.

Указание истца на наличие в материалах дела доказательств заключенности спецификации №8 до момента получения истцом протокола разногласий о неправомерности отказа во взыскании с подрядчика неустойки не свидетельствует.

Совершение лицом, получившим оферту, в срок, установленный для ее акцепта действий по выполнению указанных в ней условий (отгрузка товара, предоставление услуг, выполнение работ, оплата соответствующей суммы и т.п.) считается акцептом, если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или не указано в оферте (п. 3 ст. 438 ГК РФ).

По смыслу п. 3 ст. 438 ГК РФ, для целей квалификации конклюдентных действий в качестве акцепта достаточно того, что лицо, которому была направлена оферта, приступило к исполнению предложенного договора на условиях, указанных в оферте, и в установленный для ее акцепта срок. При этом не требуется выполнения всех условий оферты в полном объеме. В этом случае договор считается заключенным с момента, когда оферент узнал о совершении соответствующих действий, если иной момент заключения договора не указан в оферте и не установлен обычаем или практикой взаимоотношений сторон (п. 1 ст. 433, п. 3 ст. 438 ГК РФ) (п. 13 постановления Пленума ВС РФ от 25.12.2018 № 49).

Как указывает ответчик, заказчик в период с 03 сентября 2020 года по 19 ноября 2020 года, то есть до согласования сторонами условий выполнения работ, в том числе об их стоимости (ноябрь 2020 года), осуществил передачу подрядчику давальческих материалов по спецификации № 8, а подрядчик часть работ выполнил и передал заказчику (УПД № 1268 от 28.09.2020).

Однако материалами дела подтверждается, что переговоры по согласованию объема работ, стоимости работ и изменению условий сотрудничества в связи с заключением государственного контракта велись сторонами в период с августа 2020 года по ноябрь 2020 года, на что указывает переписка сторон от 26.08.2020, 27.08.2020, 08.10.2020, 02.11.2020; лист согласования спецификации, согласно которому спецификация подписана со стороны АО «КОНАР» лишь в конце ноября 2020 года, а не в августе 2020 года, как указано в преамбуле спецификации. После подготовки протокола разногласий к спецификации №8 ответчик направил подписанную спецификацию с протоколом разногласий на согласование в адрес АО «КОНАР», что подтверждается перепиской сторон от 18.12.2020; почтовой квитанцией экспресс почты от 17.12.2020 (идентификационный номер 26- 0876-5445) и уведомлением о вручении письма; фактическим открытием спецсчета, реквизиты которого указаны в п. 6 Спецификации, только 17.12.2020 (оборот л. д. 73 т. 2; л. д. 78-87 т. 2).

Из материалов дела следует, что АО «КОНАР» представленный ответчиком протокол разногласий к спецификации №8 не подписало, оснований полагать, что сторонами достигнуто соглашение по поводу разногласий (в части срока выполнения работ), не имеется.

При этом в рассматриваемом случае сам по себе факт передачи заказчиком и принятия подрядчиком давальческого материала, приступившего к выполнению работ до возникновения разногласий по сроку выполнения работ, не свидетельствует о полном и безоговорочном акцептовании подрядчиком оферты заказчика. Представитель ответчика суду апелляционной инстанции пояснил, что передача давальческого материала проходила не разово, а в течение длительного срока. Выполненные работы переданы заказчику по УПД однократно в порядке исключения по личной просьбе руководства. 

Ссылка истца в опровержение факта получения им протокола разногласий по спецификации №8 на электронное письмо от 03.11.2020 от ФИО4, согласно которому ответчик сообщает о перечне вложенной документации по почтовым №25-9374-4043 и № 25-5510-5938, в числе которых спорные спецификации, а также протоколы разногласий в перечне не значатся, а также на накладную от 03.11.2020 №25-9374-4043 судом апелляционной инстанции во внимание не принимается, поскольку соответствующие доказательства суду первой инстанции не представлялись, в их приобщении к материалам дела на стадии апелляционного производства обществу «КОНАР» отказано. При этом истец не заявлял о прочности почтовой квитанции в суде первой инстанции.

Кроме того, предметом оценки суда апелляционной инстанции явились технико-коммерческие предложения (л. д. 114 т. 1, л. д. 77 т. 2), в которых условия выполнения работ обществом НПФ «МетМаш» соответствуют условиям, указанным данной стороной в протоколах разногласий.

Таким образом, доводы апелляционной жалобы общества «КОНАР» не свидетельствуют о достижении сторонами спора согласия по сроку выполнения работ на предложенных заказчиком условиях, в связи с чем отказ в удовлетворении первоначального иска признается правомерным.

По изложенным основаниям апелляционная жалоба истца удовлетворению не подлежит.

Удовлетворяя встречное исковое требование частично, суд исходил из того, что оплата выполненных работ произведена истцом с нарушением срока, признав требование о неустойке правомерным. 

Как следует из решения суда, расчет неустойки, представленный ООО НПФ «МетМаш», согласно которому ее размер составил 1447702 руб. 20 коп., в том числе 635872 руб. 72 коп. – по спецификации №7 от 12.02.2020 и 811829 руб. 48 коп. – по спецификации №8 от 12.08.2020, судом проверен и признан верным. Однако, приняв во внимание заявление АО «КОНАР» о применении ст. 333 ГК РФ к сумме неустойки, суд первой инстанции счел предъявленный к взысканию в данном конкретном случае размер начисленной неустойки чрезмерным и, руководствуясь ст. 333 ГК РФ, снизил его в два раза, до 723851 руб. 10 коп.  

Статьей 329 ГК РФ в качестве способов обеспечения исполнения обязательств предусмотрены неустойка, залог, удержание имущества должника, поручительство, банковская гарантия, задаток и другие способы, предусмотренные законом или договором.

Согласно п. 1 ст. 330 ГК РФ неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства.

Соглашение о неустойке должно быть совершено в письменной форме независимо от формы основного обязательства. Несоблюдение письменной формы влечет недействительность соглашения о неустойке (ст. 331 ГК РФ).

Пунктом 5.1 договора предусмотрено, что в случае ненадлежащего исполнения заказчиком обязательств по оплате последний уплачивает подрядчику неустойку в размере 0,1% от суммы просроченного платежа за каждый день просрочки исполнения своих обязательств.

При этом согласно условиям спецификаций № 7 и 8 порядок оплаты (п. 6 и п. 7 соответственно) предусматривает 100%-ю оплату стоимости выполненных работ в течение 30 календарных дней с момента подписания  сторонами  акта сдачи-приемки  работ без замечаний заказчика.

Материалами дела подтверждается, что 01.03.2021 АО «КОНАР» погасило задолженность по оплате выполненных подрядчиком работ по спецификации № 8  и принятых заказчиком по УПД № 220 от 05.03.2021 на сумму 998948 руб. 94 коп. 

Принимая во внимание установленный судами факт просрочки исполнения истцом обязательства по оплате выполненных работ, проанализировав представленный ответчиком расчет неустойки, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о наличии оснований для привлечения АО «КОНАР» к ответственности за нарушение обязательства.

Доводы АО «КОНАР» о незаключенности сторонами договора в части ответственности сторон и, соответственно, о невозможности применения условий о договорной неустойке не могут быть признаны обоснованными, поскольку вывод о незаключенности в целом договора подряда на переработку давальческого сырья суд в обжалуемом судебном акте не сделал, указав лишь на то, что условия, относительно которых по заявлению ООО НПФ «МетМаш» должно было быть достигнуто соглашение, не согласованы сторонами. 

Проанализировав всю совокупность имеющихся в деле доказательств (ст. 71 АПК РФ), суд апелляционной инстанции не установил оснований полагать, что между сторонами спора имелись разногласия по вопросу о сроке оплаты выполненных и принятых работ, о размере ответственности. Пункт 5.1 договора, предусматривающий ответственность заказчика за ненадлежащее исполнение обязательств по оплате, в виде неустойки в размере 0,1% от суммы просроченного платежа за каждый день просрочки исполнения обязательств, принят в редакции договора, при заключении которого подрядчик не выразил волеизъявления на его изменение. Все имеющиеся в деле редакции спецификаций предусматривают условие о 100%-й оплате стоимости выполненных работ в течение 30 календарных дней с момента подписания  сторонами акта сдачи-приемки абот без замечаний заказчика.

Аналогичное условие об оплате предложено обществом НПФ «МетМаш» обществу «КОНАР» в технико-коммерческих предложениях от 12.02.2020 и от 12.08.2020 (л. д. 114 т. 1, л. д. 77 т. 2).

В соответствии с указанным порядком оплаты ответчик и произвел расчет неустойки (л. 

<

...> т. 2).

Следовательно, условие об ответственности заказчика за нарушение сроков оплаты работ, предусмотренное п. 5.1 договора подряда № ДП1 на переработку давальческого сырья от 27.06.2018, является согласованным и применимым к отношениям сторон, в связи с чем ООО НПФ «МетМаш» правомерно обратилось в суд с требованием о взыскании с АО «КОНАР» неустойки на основании п. 5.1 договора. 

С учетом изложенного оснований для вывода о незаключенности (несогласованности) в данной части условий договора, спецификаций, а также для применения положений ст. 314 ГК РФ, вопреки позиции истца, не имеется.

При оценке доводов АО «КОНАР» о необходимости корректировки расчета неустойки за нарушение сроков оплаты работ на период с 29.10.2020 по 17.12.2020, когда специальный счет в ПАО Сбербанк  подрядчик открыл лишь 17.12.2020 (однако неустойка по УПД №1268 от 28.09.2020 на сумму 709488 руб. начислена с 29.10.2020), а также на период с 20.01.2021 по 04.03.2022 (включительно), в течение которого АО «КОНАР» не смогло произвести оплату в размере 1996680 руб. в связи с отказом банка 19.02.2021 в оплате ввиду отсутствия счета, указанного обществом «НПФ «МетМаш» в дополнительном соглашении от 20.01.2021 №1 к спецификации №8 о смене банковских реквизитов с ПАО Сбербанк на ПАО «Промсвязьбанк», который фактически был открыт обществом НПФ «МетМаш» лишь 04.03.2021, суд апелляционной инстанции исходит из следующего.

Поскольку к моменту наступления срока по оплате результатов работ по вышеуказанному УПД сторонами еще не велись переговоры по открытию спецсчета и оплата могла быть произведена путем перечисления денежных средств на расчетный счет подрядчика, АО «КОНАР» не было лишено возможности изменить срок оплаты работ путем оформления протокола разногласий к спецификации №8 от 12.08.2020 или дополнительного соглашения к ней. При этом на момент возникновения обязанности по оплате результатов работ по вышеуказанному УПД спецификация находилась в стадии согласования (согласно листу согласования спецификации она подписана со стороны АО «КОНАР» в конце ноября 2020 года, л. д. 83 т. 2). В этой связи суд апелляционной инстанции полагает, что на обязательство АО «КОНАР» произвести оплату результатов работ по УПД №1268 от 28.09.2020 в предусмотренный спецификацией срок (100% стоимости выполненных работ в течение 30 календарных дней с момента подписания сторонами акта сдачи-приемки работ без замечаний) не повлияло открытие спецсчета лишь 17.12.2020.

По мнению суда апелляционной инстанции, основания для исключения из расчета неустойки за нарушение сроков оплаты результатов работ периода с 20.01.2021 по 04.03.2021 также отсутствуют. При этом судом апелляционной инстанции признаны обоснованными и подтвержденными материалами дела пояснения общества НПФ «МетМаш» о том, что в действительности 20.01.2021 соглашение не было подписано сторонами. Фактически, как усматривается из материалов дела, данное соглашение подписано сторонами 16.02.2021 посредством обмена документами по электронной почте сторон (л. д. 88-104 т. 2), оригинал дополнительного соглашения получен ООО НПФ «МетМаш» только 24.02.2021 (л. д. 105-107 т. 2). В дальнейшем ПАО «Промсвязьбанк» запросило у ООО НПФ «МетМаш» реквизиты ранее открытого спец счета АО «КОНАР» в ПАО Сбербанк, так как частичное исполнение обязательства по оплате выполненных работ произведено через спец счет в ПАО «Сбербанк»; АО «КОНАР» предоставило запрашиваемые реквизиты 03.03.2021, после чего 04.03.2021 ООО НПФ «МетМаш» смогло открыть спецсчет в ПАО «Промсвязьбанк» (л. д. 108-112 т. 2).

Кроме того, довод АО «КОНАР» о невозможности проведения 19.02.2021 банковской операции по оплате результатов работ в размере 1996680 руб. также не может быть принят судом во внимание, поскольку в материалах дела отсутствуют доказательства (ответ Банка), подтверждающее данное обстоятельство (ст. 9, 65, 67, 68, 71 АПК РФ).

Более того, АО «КОНАР» не предприняло попыток по оплате работ непосредственно после открытия ООО НПФ «МетМаш» спецсчета в ПАО «Промсвязьбанк», о чем заказчик был проинформирован подрядчиком, а произвел оплату результатов работ в полном объеме лишь в марте 2022 года, то есть спустя более одного года с момента выражения намерения об оплате результатов работ.

С учетом изложенного представленный ответчиком расчет неустойки за нарушение сроков оплаты работ признан судом апелляционной инстанции правомерным. 

Доводы апелляционной жалобы общества НПФ «МетМаш» относительного необоснованного частного удовлетворения встречного иска о взыскании неустойки за нарушение сроков оплаты работ, необоснованного снижения размера неустойки также не могут быть признаны правомерными, свидетельствующими о наличии оснований для изменения решения суда в соответствующей части.  

Из материалов дела следует, что истцом в ходе рассмотрения дела заявлено ходатайство о применении к размеру неустойки положений ст. 333 ГК РФ (дополнительные пояснения, л. д. 62-65 т. 2).

В силу п. 1 ст. 333 ГК РФ если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку. Если обязательство нарушено лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, суд вправе уменьшить неустойку при условии заявления должника о таком уменьшении.

Согласно разъяснениям, данным в постановлении Пленума ВС РФ от 24.03.2016 №7, если должником является коммерческая организация, индивидуальный предприниматель, а равно некоммерческая организация при осуществлении ею приносящей доход деятельности, снижение неустойки судом допускается только по обоснованному заявлению такого должника, которое может быть сделано в любой форме. Бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. При оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (п. 71, 73, 74, 75).

Из вышеприведенных положений следует, что коммерческая организация вправе подать заявление об уменьшении неустойки, но она обязана доказать несоразмерность неустойки последствиям допущенного ею нарушения исполнения обязательства, размер которой был согласован сторонами при заключении договора (п. 29 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №1 (2020), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 10.06.2020).

Как разъяснено в п. 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.07.1997 №17 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации», основанием для применения ст. 333 ГК РФ может служить только явная несоразмерность неустойки последствиям нарушения обязательств. Критериями для установления несоразмерности в каждом конкретном случае могут быть: чрезмерно высокий процент неустойки; значительное превышение суммы неустойки над суммой возможных убытков, вызванных нарушением обязательств; длительность неисполнения обязательств и др.

Исходя из принципа осуществления гражданских прав своей волей и в своем интересе (ст. 1 ГК РФ), неустойка может быть снижена судом на основании ст. 333 ГК РФ при наличии соответствующего заявления со стороны ответчика. При этом бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (ч. 1 ст. 65 АПК РФ).

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 21.12.2000 № 263-О, суд обязан установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения.

По смыслу ст. 333 ГК РФ понятие явной несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательств является оценочным. Оценка указанного критерия отнесена к компетенции суда и производится им исходя из своего внутреннего убеждения, основанного на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании всех обстоятельств дела. Признание несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства является правом суда, принимающего решение. При этом в каждом конкретном случае суд оценивает возможность снижения санкций с учетом конкретных обстоятельств дела и взаимоотношений сторон, компенсационной природы взыскиваемой неустойки в целях недопущения явной несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства.

Таким образом, суд с учетом предоставленных ему полномочий, исходя из доводов и возражений сторон, вправе дать оценку фактическим обстоятельствам конкретного дела и определить, насколько заявленная кредитором договорная неустойка обеспечивает защиту его имущественных интересов от допущенного должником правонарушения и компенсирует его потери в результате нарушения обязательства. 

Уменьшая размер неустойки в два раза, суд первой инстанции установил явную несоразмерность предъявленной к взысканию неустойки последствиям нарушения обязательства, исходя из отсутствия доказательств несения обществом НПФ «МетМаш» убытков в связи с ненадлежащим исполнением обществом «КОНАР» договорных обязательств, принял во внимание соотношение имущественной выгоды заказчика и исчисленного подрядчиком размера неустойки, отсутствие в материалах дела доказательств наличия на стороне подрядчика имущественных потерь, размер которых превышает присужденную судом сумму, а также учитывая компенсационный характер природы неустойки.

Поскольку в силу ст. 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно, положения ст. 333 ГК РФ направлены на необходимость установления баланса между применяемой к нарушителю мерой ответственности и отрицательными последствиями, наступившими для кредитора в результате нарушения обязательства, гражданско-правовая ответственность должна компенсировать потери кредитора, а не служить его обогащению, непредставление ответчиком доказательств явной несоразмерности взыскиваемой неустойки последствиям нарушения обязательства, не лишает суд права оценки доводов ответчика о чрезмерности неустойки применительно к обстоятельствам иска.

По мнению суда апелляционной инстанции, заявленная к взысканию сумма неустойки 1447702 руб. 20 коп. является чрезмерной относительно последствий нарушения обязательства. Рассмотрев ходатайство общества «КОНАР» об уменьшении размера неустойки, учитывая конкретные обстоятельства дела, компенсационную природу неустойки, которая способствует обеспечению баланса интересов заинтересованных сторон, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о несоразмерности начисленной неустойки последствиям допущенной просрочки платежа, поскольку из материалов дела каких-либо существенных негативных последствий для ООО НПФ «МетМаш» в связи с неисполнением обязанности истом не усматривается.

Руководствуясь указанными положениями, учитывая изложенные в дополнительных пояснениях доводы АО «КОНАР» о несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства, а также принимая во внимание размер основного долга, размер испрашиваемой истцом неустойки, период просрочки по каждой УПД (незначительный), поведение сторон, отсутствие доказательств каких-либо неблагоприятных последствий на стороне общества НПФ «МетМаш», суд апелляционной инстанции полагает, что присужденная ответчику неустойка в сумме 723851 руб. 10 коп. является соразмерной последствиям нарушения истцом договорных обязательств и достаточной для обеспечения восстановления нарушенных прав ООО НПФ «МетМаш», соответствует принципам гражданского законодательства (добросовестности, разумности и справедливости), направленным, прежде всего, на защиту и восстановление нарушенного права.

Апелляционным судом в рассматриваемом случае при оценке соразмерности суммы неустойки последствиям неисполнения денежного обязательства учтено также, что истец предпринимал возможные меры по погашению задолженности перед ответчиком как до, так и после предъявления иска и полностью погасил долг в ходе рассмотрения спора. 

При указанных обстоятельствах оснований для изменения решения суда в указанной части суд апелляционной инстанции не установил, апелляционная жалоба общества НПФ «МетМаш» удовлетворению не подлежит.

По изложенным основаниям суд апелляционной инстанции считает, что все имеющие существенное значение для рассматриваемого дела обстоятельства судом первой инстанции установлены правильно, выводы, изложенные в судебном акте, основаны на имеющихся в деле доказательствах, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и действующему законодательству.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу ч. 4 ст. 270 АПК РФ основанием для отмены судебного акта, судом первой инстанции не допущено. Оснований для отмены решения суда первой инстанции и удовлетворения апелляционных жалоб с учетом приведенных в них доводов не имеется.

Решение суда первой инстанции следует оставить без изменения, а апелляционные жалобы - без удовлетворения.

В соответствии со ст. 110 АПК РФ судебные расходы по уплате государственной пошлины за подачу апелляционных жалоб относятся на заявителей.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 258, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд  

 

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Свердловской области от 01 апреля 2022 года по делу №А60-59539/2021 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

 

Председательствующий

 

О.В. Лесковец 

 

Судьи

 

   М.А. Полякова

 

 

Э.А. Ушакова