56/2023-26035(1) 

 

ДВЕНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

410002, г. Саратов, ул. Лермонтова д. 30 корп. 2 тел: (8452) 74-90-90, 8-800-200-12-77; факс: (8452) 74-90-91,  

http://12aas.arbitr.ru; e-mail: info@12aas.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело №А12-3503/2021

г. Саратов

07 июня 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 05 июня 2023 года.  Полный текст постановления изготовлен 07 июня 2023 года.  

Двенадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:  председательствующего – судьи Н.А. Колесовой,  

судей Г.М. Батыршиной, Е.В. Яремчук, при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, 

рассмотрев в открытом судебном заседании с использованием системы веб-конференции  апелляционную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной  ответственностью «ПолимерБитумВолгоград» ФИО2 на  определение Арбитражного суда Волгоградской области об отказе в удовлетворении  заявления о признании сделки должника недействительной от 11 апреля 2023 года по делу   № А12-3503/2021 по заявлению конкурсного управляющего ФИО2 об оспаривании сделки должника  

к индивидуальному предпринимателю ФИО3, заинтересованные лица: финансовый управляющий ФИО4, финансовый управляющий ФИО5, 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной  ответственностью «ПолимерБитумВолгоград» (403020, Волгоградская область,  Городищенский район, р.п. Новый Рогачик, территория администрации, лит. Е, ком. 4,  ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>),  

при участии в судебном заседании: от заявителя апелляционной жалобы –  ФИО6, представителя, доверенность от 28.12.2022 (личность установлена,  оригинал доверенности обозревался, копия доверенности приобщена к материалам дела),  иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, извещены о времени и  месте судебного разбирательства надлежащим образом в порядке частей 1, 6 статьи 121,  части 1 статьи 122, части 1 статьи 123, части 1 статьи 186 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, что подтверждается отчетом о публикации судебных  актов от 06.05.2023,  

УСТАНОВИЛ:

15 февраля 2021 года в Арбитражный суд Волгоградской области поступило заявление  общества с ограниченной ответственностью «Евробитум» о признании общества с  

ограниченной ответственностью «ПолимерБитумВолгоград» несостоятельным  (банкротом).  

Определением Арбитражного суда Волгоградской области от 24 февраля 2021 года  заявление кредитора принято к производству суда, возбуждено производство по делу о  несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью  «ПолимерБитумВолгоград».  

Определением Арбитражного суда Волгоградской области от 07 октября 2021 года  заявление общества с ограниченной ответственностью «Евробитум» признано  обоснованным, в отношении общества с ограниченной ответственностью  «ПолимерБитумВолгоград» введена процедура наблюдения, временным управляющим  утверждена ФИО6  

Решением Арбитражного суда Волгоградской области от 11 марта 2022 года  общество с ограниченной ответственностью «ПолимерБитумВолгоград» признано  несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство.  

Определением Арбитражного суда Волгоградской области от 27 апреля 2022 года  конкурсным управляющим должника утверждена ФИО2.  

21 февраля 2023 года в Арбитражный суд Волгоградской области поступило  заявление конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью  «ПолимерБитумВолгоград» ФИО2 о признании  недействительным договора беспроцентного займа от 13.08.2018 № 13/2, заключенного  между обществом с ограниченной ответственностью «ПолимерБитумВолгоград» и  индивидуальным предпринимателем ФИО3, и применении  последствий недействительности сделки в виде обязания индивидуального  предпринимателя ФИО3 возвратить в конкурсную массу  должника денежные средства, полученные по данному договору в размере 1000000 руб.  

Определением Арбитражного суда Волгоградской области от 11 апреля 2023 года в  удовлетворении заявления конкурсного управляющего общества с ограниченной  ответственностью «ПолимерБитумВолгоград» ФИО2  отказано в полном объеме.  

 Не согласившись с принятым по делу судебным актом, конкурсный управляющий  ООО «ПолимерБитумВолгоград» ФИО6 обратилась в Двенадцатый  арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит указанное  определение отменить, заявление о признании недействительным договора  беспроцентного займа от 13.08.2018 № 13/2 и применении последствий  недействительности сделки удовлетворить.  

 В обоснование указанной позиции апеллянт настаивает на том, что указанный  договор займа является притворной сделкой, прикрывающей договор дарения. Так,  апеллянт указывает, что заем является беспроцентным, что не типично для обычной  хозяйственной деятельности предприятия, в чистом виде целями которого является  извлечение прибыли, ИП ФИО3 действий по возврату заемных средств не  предпринимал, а ООО «ПБВ» исполнения обязательств не требовало, то есть, реальная  воля сторон была направлена на безвозмездную передачу предпринимателю денежных  средств. Кроме того, оспариваемый договор займа заключен в условиях наличия  неисполненных обязательств перед кредиторами (с августа 2019 года в отношении  должника возбуждено 55 исполнительных производств на сумму 8021169 руб.).  

Письменные отзывы на апелляционную жалобу в материалы дела не представлены.  

Дела о несостоятельности (банкротстве) в силу части 1 статьи 223 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации и пункта 1 статьи 32 Федерального  закона от 26 октября 2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности банкротстве)» (далее – Закон о  банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным  Арбитражным процессуальным кодексом Российско Федерации с особенностями,  

установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности  (банкротства).  

Арбитражный апелляционный суд в порядке части 1 статьи 268 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации повторно рассматривает дело по  имеющимся в деле и дополнительно представленным доказательствам.  

Проверив обоснованность доводов, изложенных в апелляционной жалобе,  заслушав представителя конкурсного управляющего, исследовав материалы дела,  арбитражный апелляционный суд не считает, что судебный акт подлежит изменению или  отмене по следующим основаниям.  

Как следует из материалов дела, 13.08.2018 между  ООО «ПолимерБитумВолгоград» (займодавец) и ИП ФИО3 (заемщик) заключен  договора беспроцентного займа № 13/2, в соответствии с условиями которым займодавец  передает в собственность заемщику денежную сумму в размере 1000000 руб. со сроком  возврата 17.08.2018.  

 Денежные средства в общем размере 1000000 руб. перечислены на расчетный счет  ИП ФИО3 платежными поручениями от 13.08.2018 № 331, от 16.08.2018 № 337.  

В результате проверки условий указанного договора конкурсный управляющий  пришел к выводу о подозрительности совершенной сделки между заинтересованными  лицами при наличии признаков злоупотребления правом по основаниям пункта 2 статьи  61.2 и статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, в связи с чем  обратился с настоящим заявлением в арбитражный суд.  

Отказывая в удовлетворении заявленного требования, суд первой инстанции  исходил из отсутствия в представленных в дело доказательств, что у ИП ФИО3  было намерение получить денежные средства от должника в качестве дара на  безвозвратной основе. Суд первой инстанции указал на то, что ИП ФИО3 не  является заинтересованным лицом, а беспроцентный характер займа, отсутствие  доказательств возврата денежных средств, при том, что договор займа не оспаривается по  его безденежности, подтверждают лишь неисполнение заемщиком обязательств по  возврату займа и не достаточны для вывода о безвозмездности совершенной сделки.  

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции,  при этом исходит из следующего.  

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные  должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны  недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а  также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.  

В соответствии с пунктом 17 Постановления Пленума Высшего арбитражного суда  Российской Федерации от 23 декабря 2010 года № 63 в порядке главы III.1 Закона о  банкротстве (в силу пункта 1 статьи 61.1) подлежат рассмотрению требования  арбитражного управляющего о признании недействительными сделок должника как по  специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве (статьи 61.2 и 61.3 и  иным содержащимся в этом Законе помимо главы III.1 основаниям), так и по общим  основаниям, предусмотренным гражданским законодательством (в частности, по  основаниям, предусмотренным ГК РФ или законодательством о юридических лицах).  

Сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в  силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого  признания (ничтожная сделка).  

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть  предъявлено лицами, указанными в настоящем Кодексе (статья 166 Гражданского кодекса  Российской Федерации).  

В силу положений статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации  сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна,  если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных  последствий нарушения.  

Согласно положениям статьи 129 Федерального закона «О несостоятельности  (банкротстве)» конкурсный управляющий является лицом, уполномоченным подавать  заявления об оспаривании сделки должника по основаниям, предусмотренным статьей  61.2 или 61.3 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».  

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная  должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть  признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в  течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после  принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред  имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной  цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается,  что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если  она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о  признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.  

Для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо,  чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих  обстоятельств:  

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам  кредиторов;  

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам  кредиторов;  

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника  к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).  

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в  признании сделки недействительной по данному основанию.  

Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель  причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо  одновременно два следующих условия:  

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности  или недостаточности имущества;  

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами  вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о  банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не  доказано другой стороной сделки.  

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности  имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать  третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения  содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве  презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства,  указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия  признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.  

В силу статьи 2 Закона о банкротстве под недостаточностью имущества  понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате  обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; под  неплатежеспособностью – прекращение исполнения должником части денежных  обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное  недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств  предполагается, если не доказано иное.  

По смыслу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве без установления признака  неплатежеспособности или недостаточности имущества должника в момент заключения  сделки невозможно установление цели причинения вреда имущественным правам  кредиторов.  

Исходя из изложенных в пункте 7 Постановления Пленума Высшего  Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 декабря 2010 года № 63 «О некоторых  вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О  несостоятельности (банкротстве)» разъяснений, в силу абзаца первого пункта 2 статьи  61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении  сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана  заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была  знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках  неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции  являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной  сделки.  

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об  указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя  разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность,  установить наличие этих обстоятельств.  

В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать  обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и  возражений.  

Установленные абзацами вторым-пятым пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона  «О несостоятельности (банкротстве)» презумпции являются опровержимыми – они  применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.  

Согласно статье 2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  одной из задач судопроизводства в арбитражных судах является защита нарушенных или  оспариваемых прав и законных интересов лиц, осуществляющих предпринимательскую и  иную экономическую деятельность.  

В соответствии с положениями статьи 8 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе  равноправия сторон. Стороны пользуются равными правами на представление  доказательств, участие в их исследовании, осуществление иных процессуальных прав и  обязанностей, предусмотренных настоящим Кодексом. Арбитражный суд не вправе  своими действиями ставить какую-либо из сторон в преимущественное положение, равно  как и умалять права одной из сторон.  

В силу статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности.  Каждому лицу, участвующему в деле, гарантируется право представлять доказательства  арбитражному суду и другой стороне по делу, обеспечивается право заявлять ходатайства,  высказывать свои доводы и соображения, давать объяснения по всем возникающим в ходе  рассмотрения дела вопросам, связанным с представлением доказательств. Лица,  участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения  ими процессуальных действий. Арбитражный суд, сохраняя независимость,  объективность и беспристрастность, оказывает содействие в реализации лицами,  участвующими в деле, их прав, создает условия для всестороннего и полного  исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного  применения законов и иных нормативных правовых актов при рассмотрении дела.  

В силу закрепленного в Арбитражном процессуальном кодексе Российской  Федерации принципа состязательности задача лиц, участвующих в деле, собрать и  представить в суд доказательства, подтверждающие их правовые позиции, арбитражный  суд не является самостоятельным субъектом собирания доказательств.  

При таких обстоятельствах, арбитражный суд не может обязать сторону спора  представлять доказательства, как в обоснование своей позиции, так и в обоснование  правовой позиции другой стороны, поскольку в силу статьи 65 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле,  

самостоятельно доказывает обстоятельства, на которых основывает свои требования и  возражения.  

Процессуальные права лиц, участвующих в деле, определены в части 1 статьи 41  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Лица, участвующие в деле, должны добросовестно пользоваться всеми  принадлежащими им процессуальными правами (часть 2 статьи 41 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации).  

Реализация процессуальных прав, предусмотренных Арбитражным  процессуальным кодексом Российской Федерации, отнесена на усмотрение стороны спора  и риск наступления последствий несовершения процессуальных действий также  возлагается на нее (статья 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации).  

Как следует из материалов дела, дело о банкротстве должника возбуждено  определением суда от 24.02.2021. Оспариваемая сделка совершена должником 13.08.2018,  следовательно, она подлежит оценке применительно к положениям пункта 2 статьи 61.2  Закона о банкротстве.  

Согласно выработанной в судебной практике позиции, аффилированность  (заинтересованность участников сделки) может носить фактический характер без наличия  формально-юридических связей между ними (определение Верховного Суда Российской  Федерации от 13.07.2018 N 308-ЭС18-2197 и определение Верховного Суда Российской  Федерации от 15.06.2016 N 308-ЭС16-1475).  

О наличии такого рода аффилированности (заинтересованности) может  свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение  между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным  (независимым) участникам рынка. При выдвижении доводов заинтересованности сторон  сделки на последних перекладывается обязанность раскрыть разумные экономические  мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже  заключенного соглашения (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам  Верховного Суда РФ от 26.05.2017 N 306-ЭС16-20056(6) по делу N А12-45751/2015).  

 Следовательно, аффилированными лицами также признаются стороны, в  действиях которых прослеживается фактическая заинтересованность без прямых  корпоративных связей.  

Вместе с тем, доказательств, свидетельствующих об аффилированности  контрагентов сделки, материалы дела не содержат.  

Спорный договор заключен на непродолжительный срок, должником принимались  меры к истребованию задолженности, в адрес заемщика была направлена претензия.  

По общему правилу сделка, совершенная исключительно с намерением причинить  вред другому лицу, является злоупотреблением правом и квалифицируется как  недействительная по статьям 10 и 168 ГК РФ.  

Как разъяснено в пунктах 7 и 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от  23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой  Гражданского кодекса Российской Федерации» если совершение сделки нарушает запрет,  установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая  сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 ГК РФ).  

К сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат  применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была  совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на  основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 ГК РФ. При наличии в  законе специального основания недействительности такая сделка признается  недействительной по этому основанию (например, по правилам статьи 170 ГК РФ).  

В равной степени такая квалификация недобросовестного поведения применима и  к нарушениям, допущенным должником-банкротом в отношении своих кредиторов, в  частности к сделкам по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника  

третьим лицам, направленным на уменьшение конкурсной массы.  

В то же время, законодательством о банкротстве установлены специальные  основания для оспаривания сделки, совершенной должником-банкротом в целях  причинения вреда имущественным правам кредиторов.  

Такая сделка оспорима и может быть признана арбитражным судом  недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в котором указаны  признаки, подлежащие установлению (противоправная цель, причинение вреда  имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны об указанной цели  должника к моменту совершения сделки), а также презумпции, выравнивающие  процессуальные возможности сторон обособленного спора.  

 Баланс интересов должника, его контрагента по сделке и кредиторов должника, а  также стабильность гражданского оборота достигаются определением критериев  подозрительности сделки и установлением ретроспективного периода глубины ее  проверки, составляющего в данном случае три года, предшествовавших дате принятия  заявления о признании должника банкротом.  

Таким образом, законодательство пресекает возможность извлечения сторонами  сделки, причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного поведения (пункт 4  статьи 1 ГК РФ), однако наличие схожих по признакам составов правонарушения не  говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть  квалифицирована как по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по статьям 10 и  168 ГК РФ.  

Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный  состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве  (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10 и 168  ГК РФ возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков  подозрительной сделки.  

В противном случае оспаривание сделки по статьям 10 и 168 ГК РФ при наличии  признаков ее подозрительности в соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о  банкротстве открывает возможность для обхода сокращенного срока исковой давности,  установленного для оспоримых сделок, и периода подозрительности, что не соответствует  действующему правовому регулированию.  

В силу изложенного, заявление об оспаривании сделки может быть удовлетворено  только в том случае, если заявитель доказал наличие в оспариваемой сделке пороков,  выходящих за пределы подозрительной сделки. В отношении данного подхода  сформирована устойчивая судебная практика (постановление Президиума Высшего  Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11 по делу № А3226991/2009, определения Верховного Суда Российской Федерации от 28.04.2016 № 306- ЭС15-20034, от 29.04.2016 № 304-ЭС15-20061, от 31.08.2017 № 305-ЭС17-4886).  

Из содержания приведенных норм и разъяснений, изложенных в пунктах 5-7  Постановления № 63, следует, что такие обстоятельства, как противоправность цели  совершения сделки, осведомленность контрагента об этой цели и отсутствие по сделке  встречного предоставления охватываются составом подозрительной сделки и не требуют  самостоятельной квалификации по статье 10 ГК РФ.  

По мнению судебной коллегии, факт заключения спорной сделки в условиях  неисполнения существовавших обязательств перед кредитором, совершение сделки в  отсутствии реального встречного предоставления и аффилированность контрагента, на  которые ссылается апеллянт, – в своей совокупности являлись обстоятельствами,  достаточными для определения того, что у должника имелась цель причинения вреда  своим кредиторам в результате совершения названной сделки, что свидетельствует о  наличии у оспариваемой сделки состава подозрительности, предусмотренного пунктом 2  статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

В рассматриваемом случае приведенные в основание заявления доводы не  свидетельствовали о наличии у сделки пороков, выходящих за пределы дефектов сделок с  

предпочтением или подозрительных сделок, в связи с чем и не имелось оснований для  применения положений статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации о  злоупотреблении правом.  

В соответствии с абзацем четвертым пункта 4 Постановления № 63 наличие в  Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных  статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при  совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168  ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.  

Злоупотребление правом при совершении сделки является нарушением запрета,  установленного в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в связи с чем  такая сделка должна быть признана недействительной в соответствии со статьями 10 и  168 Гражданского кодекса Российской Федерации как нарушающая требования закона.  

Указанная норма закрепляет принцип недопустимости (недозволенности)  злоупотребления правом и определяет общие границы (пределы) гражданских прав и  обязанностей: каждый субъект гражданских прав волен свободно осуществлять права в  своих интересах, но не должен при этом нарушать права и интересы других лиц.  

Действия в пределах предоставленных прав, но причиняющие вред другим лицам,  являются недозволенными (неправомерными) и признаются злоупотреблением правом.  При этом основным признаком наличия злоупотребления правом является намерение  причинить вред другому лицу, намерение употребить право во вред другому лицу.  

В силу разъяснений Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской  Федерации, данным в пункте 10 Постановления от 30.04.2009 № 32 «О некоторых  вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным  Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», исходя из недопустимости  злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости  защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию  арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной  совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника,  направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности  направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо  заниженной цене имущества должника третьим лицам.  

Исходя из вышеизложенных норм права, разъяснений Пленума ВАС РФ и позиции  Президиума ВАС РФ в предмет доказывания по требованию о ничтожности сделки на  основании статьи 10 ГК РФ входит установление судом обстоятельств, которые  свидетельствовали бы о наличии сговора между сторонами сделки, либо о направленности  действий руководителя должника при совершении оспариваемой сделки на причинение  ущерба должнику при осведомленности другой стороны сделки об этом.  

Для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно  быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное,  целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом  должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в  истинной цели совершения сделки.  

Материалами дела подтверждено, что на момент совершения оспариваемых сделок  у должника не имелось неисполненных обязательств перед кредиторами.  

Возбуждение через один год после совершения оспариваемой сделки 55  исполнительных производств не свидетельствует об осведомленности ИП ФИО3 о  наличии у должника в момент заключения договора неисполненных обязательств.  

Конкурсный управляющий не представил доказательств наличия умысла у  участников сделок на причинение вреда имущественным интересам третьих лиц.  

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении заявленных требований,  проанализировав представленные доказательства и обстоятельства спора, не установил  совокупности условий, необходимых для признания оспариваемой сделки  

недействительной как по общим, так и по специальным основаниям законодательства о  банкротстве.  

В соответствии с частью 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской  Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения  создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.  

Как следует из пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации  притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в  том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна. В связи с  притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая  направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех  участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для  применения указанной нормы недостаточно.  

К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с  учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2  статьи 170 ГК РФ).  

Гражданский кодекс исходит из ничтожности притворных сделок (статья 170 ГК  РФ).  

Совершая мнимые (притворные) сделки их стороны, заинтересованные в сокрытии  от третьих лиц истинных мотивов своего поведения, как правило, верно оформляют все  деловые бумаги, но создавать реальные правовые последствия, соответствующие тем, что  указаны в составленных ими документах, не стремятся, поэтому при наличии в деле о  банкротстве возражений о мнимости (притворности) договора суд не должен  ограничиваться проверкой соответствия документов, представленных кредитором,  формальным требованиям закона, суду необходимо принимать во внимание и иные  свидетельства, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или  отсутствия фактических отношений по сделке.  

Апеллянт настаивает на том, что спорный договор займа является притворной  сделкой прикрывающей договор дарения. Так апеллянт указывает, что заем является  беспроцентным, что не типично для обычной хозяйственной деятельности предприятия, в  чистом виде целями которого является извлечение прибыли, ИП ФИО3 действий по  возврату заемных средств не предпринимал, а ООО «ПБВ» исполнения обязательств не  требовало, то есть, реальная воля сторон была направлена на безвозмездную передачу  предпринимателю денежных средств.  

Для признания сделки притворной необходимо установить, какую цель  преследовали обе стороны при ее заключении и на что была направлена действительная  воля каждой из сторон. Чтобы определить, был ли между сторонами заключен договор,  каковы его условия и как они соотносятся между собой, совпадает ли волеизъявление  сторон с их действительной общей волей, а также является ли договор мнимой или  притворной сделкой, необходимо применить правила толкования договора,  установленные в статье 431 ГК РФ (Определение Верховного Суда Российской  Федерации от 29.10.2013 № 5-КГ13-113).  

Согласно пункту 2 статьи 572 ГК РФ обязательным признаком договора дарения  является вытекающее из договора очевидное намерение передать имущество в качестве  дара.  

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, условия  договора беспроцентного займа № 13/2 от 13.08.2018 (пункты 2.1 - 2.3) предусматривают  возврат заемщиком суммы займа в срок до 17.08.2018 (с правом пролонгации) либо  досрочно, что не свидетельствует о ее безвозмездном характере.  

Доказательства того, что у ИП ФИО3 было намерение получить денежные  средства от должника именно в качестве дара - на безвозвратной основе, а у должника  соответственно передать денежные средства в дар, в материалах дела отсутствуют, к  апелляционной жалобе не приложены.  

Ссылка апеллянта на то, что заем является беспроцентным, что не типично для  обычной хозяйственной деятельности предприятия, сама по себе не влечёт признание  недействительным спорного договора.  

Суд первой инстанции, основываясь на положениях пункта 1 статьи 809 ГК РФ,  верно указал, что установление условия об уплате процентов на сумму займа является  правом сторон договора и отсутствие такого условия не является отклонением от обычной  практики при заключении договоров такого рода и само по себе не свидетельствует о  недобросовестности заключивших его лиц, в том числе и с учетом срока предоставления  займа.  

Также суд первой инстанции обоснованно отметил, что применительно к  настоящему спору то обстоятельство, что ИП ФИО3 не возвратил заем, влечет  правовые последствия в связи с ненадлежащим исполнением обязательств, регулируемые  статьями 309, 310, 807-811 ГК РФ, которые не содержат норм, позволяющих признать  договор займа ничтожной сделкой на основании отсутствия доказательств возврата займа.  

Указание в апелляционной жалобе на то, что ООО «ПБВ» исполнения обязательств  не требовало также не влечёт признание обжалуемого договора недействительным по  смыслу положений пункта 2 статьи 170 ГК РФ. Обращение в суд с иском о взыскании  задолженности по договору является правом стороны договора. А утрата взыскания  дебиторской задолженности влечет иные правовые последствия в делах о банкротстве.  

Каких-либо доводов, основанных на доказательствах, которые имели бы правовое  значение для вынесения судебного акта по существу, влияли бы на оценку законности и  обоснованности обжалуемого судебного акта, либо опровергали выводы арбитражного  суда первой инстанции, апелляционная жалоба не содержит.  

Всем доводам, содержащимся в апелляционной жалобе, арбитражный суд первой  инстанции дал надлежащую правовую оценку при разрешении спора по существу  заявленных требований в соответствии с положениями статей 67, 68, 71 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, оценив все доказательства по своему  внутреннему убеждению и с позиций их относимости, допустимости, достоверности,  достаточности и взаимной связи в их совокупности, правовые основания для переоценки  доказательств отсутствуют.  

В порядке пункта 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской  Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля  2010 года № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при  разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав»,  пункта 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня  2015 года № 25 «О применении некоторых положений раздела I части первой  Гражданского кодекса Российской Федерации» в соответствии со статьей 148  Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации или статьей 133  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации на стадии подготовки  дела к судебному разбирательству суд должен определить, из какого правоотношения  возник спор, и какие нормы права подлежат применению при разрешении дела.  

По смыслу статьи 6, части 1 статьи 168, части 4 статьи 170 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд не связан правовой  квалификацией спорных отношений, которую предлагают стороны, и должен  рассматривать заявленное требование по существу, исходя из фактических  правоотношений, определив при этом, круг обстоятельств, имеющих значение для  разрешения спора и подлежащих исследованию, какие законы и иные нормативные  правовые акты подлежат применению в конкретном спорном правоотношении  (Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 16  ноября 2010 года № 8467/10, Определение Высшего Арбитражного Суда Российской  Федерации от 1 марта 2013 года № ВАС-1877/13).  

Представленные в материалы дела доказательства исследованы полно и  всесторонне, оспариваемый судебный акт принят при правильном применении норм  материального права, выводы, содержащиеся в решении, не противоречат установленным  по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся доказательствам, не установлено  нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием  для отмены судебного акта.  

При таких обстоятельствах у арбитражного суда апелляционной инстанции не  имеется правовых оснований для изменения или отмены состоявшегося по делу судебного  акта в соответствии с положениями статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации.  

Руководствуясь статьями 268-272 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Волгоградской области от 11 апреля 2023 года по делу   № А12-3503/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.  

 Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную  силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского  округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объёме  через арбитражный суд первой инстанции, принявший определение.  

Председательствующий Н.А. Колесова 

Судьи Г.М. Батыршина 

 Е.В. Яремчук 

Электронная подпись действительна.Данные ЭП:Удостоверяющий центр Казначейство РоссииДата 03.03.2023 7:25:00Кому выдана Яремчук Елена ВладимировнаЭлектронная подпись действительна.Данные ЭП:Удостоверяющий центр Казначейство РоссииДата 16.02.2023 4:44:00Кому выдана Колесова Надежда АлексеевнаЭлектронная подпись действительна.Данные ЭП:Удостоверяющий центр Казначейство РоссииДата 16.02.2023 3:38:00

 Кому выдана Батыршина Гюзяль Мутасимовна