﻿

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

  г. Москва

06.07.2021

                 Дело № А40-205989/2017

 

Резолютивная часть постановления объявлена 29 июня 2021 года 

Полный текст постановления изготовлен 06 июля 2021 года 

 

            Арбитражный суд Московского округа

в составе: председательствующего судьи Е.Л. Зеньковой, 

судей: В.Л. Перуновой, Н.Я. Мысака, 

при участии в заседании: не явились, 

рассмотрев 29.06.2021 в судебном заседании кассационную жалобу 

Ким Виктора Аркадьевича  

на определение от 30.12.2020

Арбитражного суда города Москвы, 

на постановление от 01.04.2021 

Девятого арбитражного апелляционного суда,

об отказе в удовлетворении ходатайства финансового управляющего об определении жилого помещения, являющегося единственный жильем, 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) Ким Анастасии Романовны,  

 

 

установил:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 24.07.2018 Ким Анастасия Романовна (далее – Ким А.Р., должник) признана несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура банкротства – реализация имущества гражданина. Финансовым управляющим должника утвержден Литвинов Олег Геннадьевич.

            Финансовый управляющий должником обратился в Арбитражный суд города Москвы с ходатайством об определении жилого помещения, являющегося единственным жильем, исключении его из конкурсной массы.

            Определением Арбитражного суда города Москвы от 30.12.2020, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 01.04.2021, в удовлетворении ходатайства о назначении экспертизы отказано, в удовлетворении ходатайства финансового управляющего должником об определении жилого помещения, являющегося единственным жильем, отказано.

            Не согласившись с принятыми по обособленному спору судебными актами, Ким Виктор Аркадьевич (далее – Ким В.А.) обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит определение и постановление отменить, направить обособленный спор на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

            В обоснование кассационной жалобы конкурсный управляющий должником ссылается на нарушение судами норм материального и процессуального права, а также несоответствие выводов, изложенных в обжалуемых судебных актах, фактическим обстоятельствам по делу и имеющимся в деле доказательствам.

            Участвующие в деле лица  своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что согласно части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

          От Ким А.Р. поступило ходатайство об отложении судебного заседания.

          Суд  округа не нашел оснований для отложения судебного заседания по основаниям, изложенным в статье 158 АПК РФ, в связи с чем отказал в удовлетворении заявленного ходатайства.

          В порядке статьи 279 АПК РФ к материалам дела приобщен отзыв финансового управляющего Ким А.Р. Литвинова О.Г.

         В приобщении к материалам дела возражений Ким А.Р. на отзыв  финансового управляющего Литвинова О.Г.  судом округа отказано, поскольку данные возражения не были заблаговременно направлены лицам, участвующим  в деле.

            Обсудив доводы кассационной жалобы, проверив в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции пришел к следующим выводам.

            Как установлено судами, в заявлении финансовый управляющий  должником просил признать единственным жильем должника - 1/3 долю жилого дома, расположенного на земельном участке площадью 10 000 кв. м, кадастровый номер 50:27:0030201:197, находящемся по адресу: г. Москва, поселение Вороновское, д. Семенково, площадью 85,2 кв. м; исключить из конкурсной массы 1/3 долю жилого дома, расположенного на земельном участке площадью 10 000 кв. м, кадастровый номер 50:27:0030201:197, находящегося по адресу: г. Москва, поселение Вороновское, д. Семенково, площадью 85,2 кв. м; включить в конкурсную массу 1/2-ю долю квартиры, находящейся по адресу: г. Москва, ул. Саморы Машела, д. 4, корп. 6, кв. 31, кадастровый номер: 77:06:0006004:6818, площадью 76,7 кв. м.

            В качестве обоснования заявления финансовый управляющий должником ссылался на соблюдение баланса интересов, как кредитора, так и должника, в более полном объеме произвести расчеты с кредитором,  и в то же время соблюсти жилищные права должника и члена его семьи за счет иного жилого помещения, находящегося в конкурсной массе.

            Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суды исходили из того, что финансовым управляющим должником не представлены доказательства того, что данное имущество является единственно пригодным для проживания должника, а также доказательства того, что должник реально проживает в данном доме.

            Суды при этом приняли во внимание, что должник с 2004 года зарегистрирован по адресу г. Москва, ул. Саморы Машела, д. 4, корп. 6, кв. 31, каких-либо намерений на установление исполнительского иммунитета в отношении указанного дома никогда не выражала.

            Между тем судами не учтено следующее.

            Пунктами 1 и 3 статьи 213.25 Закона о банкротстве предусмотрено, что все имущество гражданина, имеющееся на дату принятия решения суда о признании гражданина банкротом и введении реализации имущества гражданина и выявленное или приобретенное после даты принятия указанного решения, составляет конкурсную массу, за исключением имущества, на которое не может быть обращено взыскание в соответствии с гражданским процессуальным законодательством.

            В силу пункта 4 вышеназванной статьи в конкурсную массу может включаться имущество гражданина, составляющее его долю в общем имуществе, на которое может быть обращено взыскание в соответствии с гражданским законодательством, семейным законодательством. Кредитор вправе предъявить требование о выделе доли гражданина в общем имуществе для обращения на нее взыскания.

            В соответствии с частью 1 статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации взыскание по исполнительным документам не может быть обращено на следующее имущество, принадлежащее гражданину-должнику на праве собственности: жилое помещение (его части), если для гражданина-должника и членов его семьи, совместно проживающих в принадлежащем помещении, оно является единственным пригодным для постоянного проживания помещением, за исключением указанного имущества, если оно является предметом ипотеки и на него в соответствии с законодательством об ипотеке может быть обращено взыскание.

            В соответствии с разъяснениями, изложенными в определении Конституционного Суда Российской Федерации от 04.12.2003 № 456-О, положения статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, запрещающие обращать взыскание не на любое принадлежащее должнику жилое помещение, а лишь на то, которое является для него единственным пригодным для проживания, направлены на защиту конституционного права на жилище не только самого должника, но и членов его семьи, в том числе находящихся на его иждивении несовершеннолетних, престарелых, инвалидов, а также на обеспечение охраны государством достоинства личности, как того требует статья 21 (часть 1) Конституции Российской Федерации, условий нормального существования и гарантий социально-экономических прав в соответствии со статьей 25 Всеобщей декларации прав человека.

            Исходя из того, что положение абзаца второго части первой статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, устанавливая соответствующий имущественный иммунитет, имеет конституционные основания и само по себе не посягает на конституционные ценности, Конституционный Суд Российской Федерации заключил, что назначение исполнительского иммунитета состоит не в том, чтобы в любом случае сохранить за гражданином-должником право собственности на жилое помещение, а в том, чтобы не допустить нарушения конституционного права на жилище в самом его существе, как и умаления человеческого достоинства, гарантируя гражданину-должнику и членам его семьи сохранение обеспеченности жильем на уровне, достаточном для достойного существования.

            Следовательно, запрет обращения взыскания на единственное пригодное для постоянного проживания гражданина-должника и членов его семьи жилое помещение конституционно оправдан постольку, поскольку он обеспечивает этим лицам сохранение жилищных условий, приемлемых в конкретной социально-экономической обстановке, от которой и зависят представления о том, какое жилое помещение можно или следует считать достаточным для удовлетворения разумной потребности человека в жилище.

            Кроме того в Постановлении от 26.04.2021 № 15-П по делу о проверке конституционности положений абзаца второго части первой статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и пункта 3 статьи 213.25 Закона о банкротстве в связи с жалобой гражданина И.И. Ревкова Конституционный Суд Российской Федерации указал на то, что пока и поскольку в таком абзац второй части первой статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации действует правовом регулировании без корректив, предписанных Конституционным Судом Российской Федерации в Постановлении от 14.05.2012 № 11-П, в законодательстве и практике нет ясных ориентиров, допускающих дифференцированное применение имущественного (исполнительского) иммунитета в отношении жилого помещения, принадлежащего на праве собственности гражданину-должнику. Это препятствует обращению взыскания по исполнительным документам на такие жилые помещения, объективные характеристики которых превышают разумно достаточные для удовлетворения потребности в жилище, притом что их стоимость может позволить удовлетворить имущественные притязания взыскателя (значительной их части) и при этом сохранить для гражданина-должника и членов его семьи возможность реализовать конституционное право на жилище.

            Обусловленные конституционно значимыми ценностями границы института исполнительского иммунитета в отношении жилых помещений, как они вытекают из Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 14.05.2012 № 11-П, состоят в том, чтобы гарантировать гражданам уровень обеспеченности жильем, необходимый для нормального существования без умаления достоинства человека. Это, однако, не должно исключать ухудшения жилищных условий гражданина-должника и членов его семьи на том лишь основании, что жилое помещение, принадлежащее ему на праве собственности, - независимо от его количественных и качественных характеристик, включая стоимостные, - является для этих лиц единственным пригодным для постоянного проживания. Такое ухудшение жилищных условий тем более не исключено для тех случаев несостоятельности (банкротства), когда права кредиторов нарушает множественное и неоднократное (систематическое) неисполнение должником обязательств при общих размерах долга, явно несоразмерных имущественному положению гражданина.

            Назначение судом по ходатайству кредиторов оценки рыночной стоимости жилого помещения, подпадающего под исполнительский иммунитет, Конституционный Суд Российской Федерации признает предпочтительным либо необходимым в зависимости от обстоятельств дела, поскольку установление этой стоимости может иметь решающее значение в определении оснований к применению указанного исполнительского иммунитета либо к отказу от его применения. Вместе с тем, в частности, должно быть учтено соотношение рыночной стоимости жилого помещения с величиной долга, погашение которого в существенной части могло бы обеспечить обращение взыскания на жилое помещение, поскольку отказ от исполнительского иммунитета должен иметь реальный смысл именно как способ и условие удовлетворения требований кредиторов, а не карательная санкция (наказание) за неисполненные долги и не средство устрашения должника угрозой отобрания у него и членов его семьи единственного жилища. Соответственно, решающее значение имеют также перспективы и гарантии обеспечения гражданину-должнику и членам его семьи возможности реализации права на жилище без посягательств на достоинство этих лиц, что вместе с тем не означает отказ от законного принуждения к исполнению обязательств.

            В продолжение своих позиций, высказанных в ранее принятых решениях, Конституционный Суд Российской Федерации установил в названном Постановлении, что отказ при определенных обстоятельствах от применения исполнительского иммунитета не может приводить к нарушению предусмотренного статьей 27 (часть 1) Конституции Российской Федерации права каждого, кто законно находится на территории Российской Федерации, выбирать место пребывания и жительства. Ухудшение жилищных условий вследствие отказа в применении исполнительского иммунитета не может вынуждать гражданина-должника к изменению места жительства (поселения), что, однако, не препятствует ему согласиться с последствиями, допустимыми по соглашению участников исполнительного производства и (или) производства по делу о несостоятельности (банкротстве).

            Таким образом, полагая по-прежнему необходимым предписанное ранее изменение законодательного регулирования, Конституционный Суд Российской Федерации пришел к выводу, что со вступлением в силу итогового решения по настоящему делу (Постановление от 26.04.2021 № 15-П) абзац второй части первой статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в дальнейшем не может служить нормативно-правовым основанием безусловного отказа в обращении взыскания на жилые помещения, в нем указанные, если суд считает необоснованным применение исполнительского иммунитета, в том числе при несостоятельности (банкротстве) гражданина-должника, поскольку отказ в применении этого иммунитета не оставит его без жилища, пригодного для проживания самого должника и членов его семьи, площадью по крайней мере не меньшей, чем по нормам предоставления жилья на условиях социального найма (поскольку законодателем во исполнение Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 14.05.2012 № 11-П не установлено иное, а наличие хотя бы таких - близких по своему назначению и установленных жилищным законодательством - критериев принятия соответствующего решения необходимо для защиты прав должника и кредитора в их балансе), и в пределах того же поселения, где эти лица проживают. Это условие может быть обеспечено, в частности, если соответствующее жилое помещение предоставляет гражданину-должнику кредитор (взыскатель) в порядке, который установит суд, в том числе в процедуре несостоятельности (банкротства).

            Конституционный Суд Российской Федерации напомнил, кроме того, что суды - согласно положениям статьи 17 Конституции Российской Федерации, которым корреспондируют и положения пунктов 1 и 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, - вправе отказать гражданам-должникам в защите прав, образующих исполнительский иммунитет согласно абзацу второму части первой статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в его взаимосвязи с пунктом 3 статьи 213.25 Закона о банкротстве, если по делу установлено, что само приобретение жилого помещения, формально защищенного таким иммунитетом, состоялось со злоупотреблениями, наличие которых позволяет применить к должнику предусмотренные законом последствия злоупотребления. Среди обстоятельств, которые могли бы иметь значение в соответствующей оценке поведения должника, предшествующего взысканию долга, суды, помимо прочего, вправе учесть и сопоставить, с одной стороны, время присуждения долга этому гражданину, в том числе момент вступления в силу соответствующего судебного постановления, время возбуждения исполнительного производства, а также извещения должника об этих процессуальных событиях и, с другой стороны, время и условия, в том числе суммы (цену) соответствующих сделок и других операций (действий), если должник вследствие их совершения отчуждал деньги, имущественные права, иное свое имущество, с тем чтобы приобрести (создать) объект, защищенный исполнительским иммунитетом.

            Как следует из пункта 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан» при наличии у должника нескольких жилых помещений, принадлежащих ему на праве собственности, помещение, в отношении которого предоставляется исполнительский иммунитет, определяется судом, рассматривающим дело о банкротстве, исходя из необходимости как удовлетворения требований кредиторов, так и защиты конституционного права на жилище самого гражданина-должника и членов его семьи, в том числе находящихся на его иждивении несовершеннолетних, престарелых, инвалидов, обеспечения указанным лицам нормальных условий существования и гарантий их социально-экономических прав.

            Рассматривая заявление об исключении имущества из конкурсной массы должника, суд должен учитывать, что механизм банкротства граждан является правовой основой для чрезвычайного (экстраординарного) способа освобождения должника от требований (части требований кредиторов), как заявленных в процедурах банкротства, так и не заявленных. При этом должник, действующий добросовестно, должен претерпеть неблагоприятные для себя последствия признания банкротом, выражающиеся, прежде всего, в передаче в конкурсную массу максимально возможного по объему имущества и имущественных прав в целях погашения (частичного погашения) требований кредиторов, обязательства перед которыми должником надлежащим образом исполнены не были. Механизм банкротства граждан не может быть использован в ущерб интересов кредиторов, необходимо соблюдение разумного баланса.

Статус банкрота подразумевает весьма существенные ограничения гражданина в правах, как личных, так и имущественных.

            Признание гражданина банкротом и введение процедуры реализации имущества должника означает, что арбитражный суд при рассмотрении вопроса об исключении имущества гражданина из конкурсной массы обязан соблюсти минимально возможный стандарт обеспечения достаточной жизнедеятельности должника.

            При этом, исходя из позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении № 305-ЭС18-15724 от 29.11.2018, тот факт, что жилое помещение является единственным жильем, не является безусловным основанием для исключения данного имущества из конкурсной массы, а исследованию подлежат обстоятельства добросовестности должника (с учетом повышенного стандарта доказывания), которые в своей совокупности, могли привести к тому, что иное имущество, в т.ч. жилые помещения, выбыли из собственности должника, что и привело к тому, что спорное имущество приобрело статус единственного.

            Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения (пункт 1 названного постановления).

            В данном случае суды, Ооказывая в удовлетворении заявленных требований, исходили из того, что должник с 2004 года зарегистрирован по адресу г. Москва, ул. Саморы Машела, д. 4, корп. 6, кв. 31, каких-либо намерений на установление исполнительского иммунитета в отношении испрашиваемого дома не выражала.

          Вместе с тем суды не приняли во внимание, что ранее определением суда первои? инстанции от 05.04.2019, оставленным без изменения постановлениями судов апелляционнои? инстанции от 04.06.2019 и округа от 15.08.2019, а также Определением Верховного Суда Российской Федерации от 07.11.2019,  уже было отказано в исключении из конкурсной массы жилого помещения – квартиры, как единственного жилья, в которой зарегистрирован должник.

            Таким образом, суды сделали противоречивые выводы относительно единственного пригодного жилого помещения, одновременно отказав ранее в исключении квартиры, расположенной по адресу: по адресу г. Москва, ул. Саморы Машела, д. 4, корп. 6, кв. 31, из конкурной массы должника,  и отказав в обжалуемых судебных актах в признании единственным жильем должника и исключении из конкурсной массы 1/3 доли жилого дома, расположенного на земельном участке площадью 10 000 кв. м., кадастровый номер 50:27:0030201:197, находящемся по адресу: г. Москва, поселение Вороновское, д. Семенково, площадью 85,2 кв. м.

           Следовательно, возникла правовая неопределенность в отношении вопроса, какое же жилье является единственно пригодным для проживания должника и членов ее семьи, и какое подлежит исключению из конкурсной массы должника.

            В этой связи суды должны учитывать правовую позицию, изложенную в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 26.04.2021 № 15-П.

            Согласно пункту 2 части 4 статьи 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации мотивировочная часть решения должна содержать доказательства, на которых основаны выводы суда об обстоятельствах дела и доводы в пользу принятого решения; мотивы, по которым суд отверг те или иные доказательства, принял или отклонил приведенные в обоснование своих требований и возражений доводы лиц, участвующих в деле.

            Аналогичные требования предъявляются и к содержанию постановления суда апелляционной инстанции (пункт 12 части 2 статьи 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

            Учитывая указанное, суд округа пришел к выводу, что судами не применены нормы права с учетом изложенных выше разъяснений высшей судебной инстанции, и, соответственно, не установлены обстоятельства, имеющие существенное значение для рассматриваемого спора. Допущенные нарушения не устранены и судом апелляционной инстанции.

            Суд кассационной инстанции полагает, что обжалуемые судебные акты подлежат отмене, поскольку выводы судов первой и апелляционной инстанций сделаны при неполном установлении фактических обстоятельств дела и оценки представленных сторонами доказательствам, что в соответствии с частью 1 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации является основанием для отмены судебных актов.

            Поскольку для принятия обоснованного и законного судебного акта требуется установление всех имеющих значение для дела обстоятельств, что невозможно в арбитражном суде кассационной инстанции в силу предоставленных ему полномочий, обособленный спор в соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежит передаче на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

            При новом рассмотрении спора арбитражному суду с учетом изложенного в мотивировочной части настоящего постановления надлежит устранить отмеченные недостатки, полно и всесторонне исследовать доводы и возражения участвующих в споре лиц и представленные ими доказательства, дать им надлежащую правовую оценку, правильно определив предмет судебного исследования и распределив бремя доказывания между участниками спора, указать мотивы, по которым суд отверг те или иные доказательства, принял или отклонил доводы и возражения лиц, участвующих в деле, и принять законный и обоснованный судебный акт в соответствии с нормами материального и процессуального права.

            Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда города Москвы от 30.12.2020 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 01.04.2021 по  делу №40-205989/17 отменить, обособленный спор направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.  

            Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

            Председательствующий-судья                          Е.Л. Зенькова                       

            Судьи:                                                                     В.Л. Перунова  

                                                                                  Н.Я. Мысак