Арбитражный суд

 Западно-Сибирского округа

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тюмень                                                                                                   Дело № А27-7788/2021

Резолютивная часть постановления объявлена 16 июля 2025 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 28 июля 2025 года.

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего                                   Ишутиной О.В.,

судей                                                                  Лаптева Н.В.,

ФИО1 –

при ведении протокола помощником судьи Мальковым М.И. рассмотрел в судебном заседании с использованием систем видеоконференц-связи и веб-конференции кассационную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Кемеровской области от 18.12.2024 (судья Лазарева М.В.) и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 21.03.2025 (судьи Фролова Н.Н., Дубовик В.С., Логачев К.Д.) по делу № А27-7788/2021 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Бавария» (652385, 

<

...>, ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, далее – общество «Бавария», должник).

В судебном заседании с использованием систем видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Оренбургской области (судья Кузахметова О.Р.) принял участие представитель ФИО2 – ФИО3 по доверенности от 26.10.2024.

В судебном заседании с использованием системы веб-конференции принял участие представитель конкурсного управляющего должником ФИО4 (далее – конкурсный управляющий) – ФИО5 по доверенности от 07.08.2024.

Суд установил:

в деле о несостоятельности (банкротстве) должника его конкурсный управляющий обратился в Арбитражный суд Кемеровской области с заявлением о привлечении ФИО6, ФИО2, ФИО7  к субсидиарной ответственности по обязательствам должника и приостановлении производства по заявлению до окончания расчетов с кредиторами.

Определением Арбитражного суда Кемеровской области от 18.12.2024, оставленным без изменения постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 21.03.2025, признано доказанным наличие оснований, предусмотренных подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), для привлечения ФИО6, ФИО7, ФИО2 к субсидиарной ответственности по должника; рассмотрение заявления конкурсного управляющего о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности приостановлено до окончания расчетов с кредиторами должника.

Ссылаясь на несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам, недоказанность оснований для его привлечения к субсидиарной ответственности, в кассационной жалобе ФИО2 просит отменить состоявшиеся акты судов первой и апелляционной инстанций, отказать в привлечении его к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

В письменных пояснениях (отзыве) на кассационную жалобу конкурсный управляющий просит оставить обжалуемые судебные акты без изменения как соответствующие действующему законодательству.

В судебном заседании представитель ФИО2 поддержал доводы кассационной жалобы; представитель конкурсного управляющего просил в удовлетворении кассационной жалобы отказать.

Учитывая надлежащее извещение иных лиц, участвующих в обособленном споре, о времени и месте проведения судебного заседания, кассационная жалоба рассматривается в отсутствие их представителей в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ),

Законность определения суда и постановления апелляционного суда проверена судом округа в обжалуемой части в соответствии со статьями 286, 288 АПК РФ.

Определением Арбитражного суда Кемеровской области от 28.04.2021 возбуждено производство по делу о банкротстве общества «Бавария» на основании публичного акционерного общества Банк «Финансовая Корпорации Открытие»; решением того же суда от 31.05.2021 должник признан банкротом по упрощенной процедуре банкротства ликвидируемого должника, в отношении него открыто конкурсное производство.

Общество «Бавария» зарегистрировано в Едином государственном реестре юридических лиц 10.11.2011.

Единственным участником должника с даты создания является ФИО6

Должность генерального директора должника занимали: ФИО7 с 03.12.2015 по 04.02.2020; ФИО2 с 05.02.2020 по 07.09.2020.

Полагая, что сделки должника по перечислению денежных средств аффилированным лицам в течение 2019 - 2021 годов в общей сумме 199 577 866,59 руб., являлись существенными для должника и причинившими вред кредиторам, ссылаясь на подпункт 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, конкурсный управляющий обратился в суд с настоящим заявлением.

Суд первой инстанции, удовлетворяя заявление, исходил из доказанности оснований, установленных подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Апелляционный суд поддержал выводы суда первой инстанции.

По результатам рассмотрения кассационной жалобы суд округа пришел к следующим выводам.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Законом, в целях настоящего Закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

ФИО2, занимал должность генерального директора должника, следовательно, подпадает под признаки контролирующего должника лица, указанные в     статье 61.10 Закона о банкротстве.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 названного Федерального закона (подпункт 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Пунктом 23 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации          от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53) разъяснено, что согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. В соответствии с подпунктом 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее должника лицо несет субсидиарную ответственность в случае, если должник стал отвечать признакам неплатежеспособности не вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, однако после этого оно совершило действия и (или) бездействие, существенно ухудшившие финансовое положение должника.

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

Как разъяснено в пунктах 16 и 17 Постановления № 53, под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Как следует из материалов дела, денежные средства должника необоснованно перечислялись аффилированным лицам, находящимся под контролем ФИО6 Так, в 2019 году перечислено 184 374 707,85 руб., в 2020 года составили 15 213 377 руб., ,jkmifz часть rоторых совершена в период руководства ФИО2

Общая сумма выведенных активов должника за период 2019 - 2021 годов составила 199 577 866,59 руб., что превышает общий размер кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов и не обеспеченной залогом имущества должника (135 421,9 тысяч руб.).

За период 2018 - 2019, в 2020 годах при осуществлении хозяйственной деятельности путем переноса выручки на подконтрольные лица должником занижался налог на добавленную стоимость и налог на прибыль, что привело к их доначислению по результатам выездной налоговой проверки и последующему включению в реестр требований ФНС России в размере 42 965 364 руб. (определение суда от 16.04.2022), а также к доначислению налога на прибыль организаций за 2020 год с последующим включением в реестр требований ФНС России в размере 4 791 175 руб. (определение         от 23.12.2022).

За период 2017 - 2020 года, предшествующие возбуждению дела о банкротстве, должник осуществлял деятельность в условиях дефицита собственных средств, а также с превышением обязательств должника над стоимостью его активов, то есть в состоянии объективного банкротства.

В частности, в 2020 году активы должника составили 564 854 тысяч руб., обязательства – 526 156 тысяч руб., в том числе займы 203 909 тысяч руб., кредиторская задолженность 215 930 тысяч руб., стоимость чистых активов 115 742 тысяч руб.

Данные бухгалтерской отчетности должника свидетельствуют о росте активов должника за счет увеличения запасов и дебиторской задолженности, а рост обязательств обусловлен значительной закредитованностью должника.

Представленными банками доказательствами подтверждается, что ФИО2, имел право подписи платежных документов должника и сертификат ЭЦП.

Таким образом, ФИО2 причастен к выводу денежных средств должника, ухудшению его финансового положения и, как следствие, невозможности погашения требований кредиторов.

Довод ФИО2 о том, что суммы, перечисленные в период осуществления им руководства должником, не могли существенно повлиять на финансовое положение должника, обоснованно не приняты судами во внимание.

Приступив к должности генерального директора должника в феврале 2020 года, ФИО2 был осведомлен о финансовом положении вверенного ему общества, имеющихся трудностях с исполнением обязательств перед кредиторами, необоснованности перечислений денежных средств должника в пользу аффилированных лиц, усугубляющих проблемы при погашении кредиторской задолженности.

Довод ФИО2 о том, что ключевые решения принимал ФИО6, не исключает его ответственность, противоречит правовому статусу руководителя должника.

ФИО2 не опровергнута презумпция наличия причинно-следственной связи между несостоятельностью должника и его действиями, связанными с выводом денежных средств должника.

В этой связи суды правомерно признали доказанным наличие оснований для привлечения ФИО2, наряду с ФИО6, ФИО7, к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Аргументы ФИО2 о соотношении платежей, совершенных в период осуществления им руководства должником, с общим размером выведенных активов должника, подлежат оценке при определении размера его ответственности с учетом разъяснений, приведенных в пункте 22 Постановления № 53, согласно которым если несколько контролирующих должника лиц действовали независимо и действий каждого из них, существенно повлиявших на положение должника, было недостаточно для наступления объективного банкротства, но в совокупности их действия привели к такому банкротству, данные лица подлежат привлечению к субсидиарной ответственности в долях (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, пункт 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Доводы, изложенные в кассационной жалобе ФИО2, выражают несогласие ее подателя с выводами судов двух инстанций об оценке установленных обстоятельств, не указывают на неправильное применение судами положений законодательства об ответственности контролирующих должника лиц и подлежат отклонению.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 288 АПК РФ основаниями для отмены судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

Руководствуясь статьями 287, 289 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

определение Арбитражного суда Кемеровской области от 18.12.2024 и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 21.03.2025 по делу № А27-7788/2021 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 АПК РФ.

Председательствующий                                                                                   О.В. Ишутина

Судьи                                                                                                                 Н.В. Лаптев

ФИО1