416/2023-17185(2) 

 

АРБИТРАЖНЫЙ СУД  ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Тюмень Дело № А75-19362/2020  

Резолютивная часть постановления объявлена 29 марта 2023 года.  Постановление изготовлено в полном объеме 05 апреля 2023 года.  

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе: председательствующего Ишутиной О.В., судей Бедериной М.Ю.,  ФИО1 – 

рассмотрел в судебном заседании с использованием средств аудиозаписи кассационные  жалобы ФИО2 и ФИО3 на определение  Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 22.06.2022 (судья  Бетхер В.А.) и постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 18.10.2022  (судьи Зюков В.А., Горбунова Е.А., Зорина О.В.) по делу № А75-19362/2020 о  несостоятельности (банкротстве) ФИО4 (далее – должник).  

Третье лицо, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета  спора, - публичное акционерное общество «Сбербанк России» (далее – банк).  

В заседании принял участие финансовый управляющий имуществом должника  ФИО5 (далее – финансовый управляющий).  

Суд установил: 

в деле о несостоятельности (банкротстве) должника финансовый управляющий обратился  в Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры с заявлением о  признании недействительными сделок дарения, совершенных между ФИО4 и  ФИО2, прикрываемых цепочкой последовательно  заключенных договоров купли-продажи (купчей) квартиры от 15.12.2017 между  

ФИО4 и ФИО3, от 15.03.2021 между ФИО3 и  ФИО2, в отношении следующего имущества:  

квартиры, площадью 41,50 кв. м, находящейся по адресу: Московская область,  Раменский район, сельское поселение Софьинское, 

<

...> (далее – квартира № 1);  

квартиры, площадью 38,10 кв. м, находящейся по адресу: Московская область,  Раменский район, сельское поселение Софьинское, 

<

...> (далее – квартира № 2),  

применении последствий недействительности сделок в виде возврата недвижимого  имущества в собственность должника.  

Определением Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 22.06.2022,  оставленным без изменения постановлением Восьмого арбитражного апелляционного  суда от 18.10.2022, заявление финансового управляющего удовлетворено; сделка по  отчуждению квартиры № 1, оформленная: договором купли-продажи от 15.12.2017,  заключенным между должником и ФИО3, и договором купли-продажи от 15.03.2021,  заключенным между ФИО3 и ФИО2, признана недействительной, применены  последствия недействительности сделки в виде обязания ФИО2 вернуть в  конкурсную массу должника квартиру № 1 с сохранением обременения в виде ипотеки в  силу закона в пользу банка; сделка по отчуждению квартиры № 2, оформленная:  договором купли-продажи от 15.12.2017, заключенным между должником и ФИО3 и  договором купли-продажи от 15.03.2021, заключенным между ФИО3 и ФИО2,  признана недействительной, применены последствия недействительности сделки в виде  обязания ФИО2 вернуть в конкурсную массу должника квартиру № 2 с сохранением  обременения в виде ипотеки в силу закона в пользу банка.  

В кассационных жалобах ФИО3 и ФИО2 просят отменить состоявшиеся  акты судов первой и апелляционной инстанций, принять новый судебный акт, которым  отказать в удовлетворении заявления финансового управляющего.  

В обоснование кассационной жалобы ФИО2 приведены следующие доводы: он  не аффилирован с должником по смыслу статьи 19 Федерального закона от 26.10.2002  

 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве); вывод  судов о его аффилированности с должником является неправильным, судами не учтено,  что брак между ним и должником расторгнут 13.04.2018; сделки, заключенные между ним  и ФИО3 являются реальными, банк проверил данные сделки; он не знал о цели  причинения вреда имущественным правам кредиторов и о признаках  неплатежеспособности должника; доказательств того, что все стороны оспариваемых  сделок преследовали единую цель - вывод спорного имущества из конкурсной массы  должника финансовым управляющим не представлено; государственная регистрация  перехода права собственности по спорным сделкам была осуществлена; в материалах дела  отсутствуют доказательства, подтверждающие, что должник фактически сохранил  контроль над выбывшим имуществом.  

ФИО3 в его кассационной жалобе приводит доводы, аналогичные доводам  кассационной жалобы ФИО2, ссылается не соответствие выводов судов  фактическим обстоятельствам, недоказанность наличия у совершенных им сделок  

признаков недействительности.  

Отзыв на кассационную жалобу, представленный финансовым управляющим, не  приобщен к материалам дела в связи с отсутствием надлежащих доказательств  направления лицам, участвующим в обособленном споре (части 1, 2 статьи 279  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ)).  

В судебном заседании финансовый управляющий просил оставить без изменения  обжалуемые судебные акты.  

Учитывая надлежащее извещение иных лиц, участвующих в обособленном споре, о  времени и месте проведения судебного заседания, кассационная жалоба рассматривается в  отсутствие их представителей в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 284 АПК РФ.  

Законность обжалуемых судебных актов проверена судом округа в пределах доводов  кассационных жалоб.  

Как следует из материалов дела, определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 15.01.2021 принято заявление Федеральной  налоговой службы о признании ФИО4 банкротом, возбуждено производство по делу,  определением того же суда от 10.02.2021 в отношении должника введена процедура  реструктуризации долгов гражданина, а решением от 13.07.2021 должник признан  банкротом, открыта процедура реализации имущества гражданина, утвержден  финансовый управляющий.  

Между ФИО4 (продавец) и ФИО3 (покупатель) заключены договоры  купли-продажи квартир от 15.12.2017, по условиям которых продавец продал, а  покупатель купил принадлежащие продавцу на праве собственности квартиры № 1 и № 2  (пункты 1.1 договоров).  

Согласно пункту 2.1 договоров, стоимость квартир № 1 и № 2 определена сторонами  в размере 990 000 руб. за каждую.  

В пункте 2.3 договоров стороны установили, что расчет между сторонами  производится до подписания настоящих договоров.  

Квартиры № 1 и № 2 переданы продавцом покупателю по передаточным актам  от 15.12.2017.  

Переход права собственности на основании договоров зарегистрирован  Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии  по Московской области 02.02.2018.  

В отношении заключения обоих договоров купли-продажи супругом должника –  ФИО2 дано нотариально заверенное согласие от 24.01.2018.  

В дальнейшем, между ФИО3 (продавец) и ФИО2 (покупатель)  заключены договоры купли-продажи квартиры от 15.03.2021, по условиям которых  продавец продал, а покупатель купил в собственность недвижимое имущество – квартиры   № 1 и № 2 (пункты 1.1 договоров).  

Согласно пункту 2.1 договоров стоимость квартир № 1 и № 2 определена сторонами  в размере 990 000 руб. за каждую.  

В соответствии с пунктом 2.2 договоров объекты оплачивается покупателем  продавцу за счет собственных и кредитных средств, предоставленных покупателю на  приобретение объектов с неотделимыми улучшениями банком на основании кредитных  договоров от 15.03.2021 № 212848 и от 15.03.2021 № 226336.  

Пунктом 3.1 договоров предусмотрено, что с момента государственной регистрации  ипотеки в Едином государственном реестре недвижимости объект находится в залоге  (ипотеке) у банка на основании статьи 77 Федерального закона от 16.07.1998 № 102-ФЗ  «Об ипотеке (залоге недвижимости)».  

Квартиры № 1 и № 2 переданы продавцом покупателю по передаточным актам от 15.03.2021. Согласно выпискам из Единого государственного реестра недвижимости 

от 27.05.2021 спорные квартиры № 1 и № 2 в настоящее время принадлежат ФИО2  на праве собственности и обременены ипотекой в силу закона в пользу банка.  

Полагая, что договоры купли-продажи от 15.12.2017 и от 15.03.2021 направлены на  безвозмездное отчуждение квартир, на причинение вреда имущественным правам  кредиторов должника, являются недействительными сделками, финансовый управляющий  со ссылками на статью 61.2 Закона о банкротстве и статьи 10, 170 Гражданского кодекса  Российской Федерации (далее – ГК РФ), обратился в арбитражный суд с настоящим  заявлением.  

Удовлетворяя заявление, суд первой инстанции пришел к выводу о доказанности  подозрительного характера сделок по отчуждению квартир ФИО2  

Апелляционный суд поддержал выводы суда первой инстанции. 

По итогам рассмотрения кассационной жалобы суд округа пришел к следующим  выводам.  

В силу положений пунктов 1 и 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве с даты введения  реструктуризации долгов гражданина управляющий вправе оспорить сделки должника-гражданина по специальным основаниям, предусмотренным законодательством о  банкротстве.  

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная  должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть  признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в  течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после  принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред  имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной  цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).  

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, в том  

числе, если на момент совершения сделки должник отвечал или признаку  неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена  безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.  

Соответствующие разъяснения приведены, в частности, в пунктах 6 и 7  постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от  23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1  Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63).  

В настоящем деле судами установлено, что оспариваемые договоры заключены в  период подозрительности, установленный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

При этом суды с учетом правовой позиции, приведенной в определении Верховного  Суда Российской Федерации от 17.10.2016 № 307-ЭС15-17721(4), приняли во внимание не  дату заключения договоров, а дату государственной регистрации перехода права  собственности на квартиры (02.02.2018).  

На дату совершения спорных сделок у должника имелись неисполненные  обязательства перед кредитором Федеральной налоговой службой, требования которой  включены в реестр.  

 При этом судами в отношении задолженности должника перед Федеральной  налоговой службой установлены следующие обстоятельства:  

ФИО4 с 25.02.2011 по 16.05.2018 являлась индивидуальным  предпринимателем;  

у должника образовалась задолженность по налогам и сборам в следующем размере:  7 136 822,66 руб., из которой – 5 442 977,96 руб. налог, - 1 056 444,55 руб. пени,637 400,15 руб. штраф;  

ИП ФИО4 привлечена к ответственности за совершение налогового  правонарушения решением от 28.09.2018 № 16-12;  

дата начала налоговой проверки – 02.04.2018, дата окончания – 29.06.2018; 

в ходе проверки была установлена недоимка по налогам и страховым взносам за  2015 - 2017 годы;  

проверка выявила ряд умышленных нарушений требований законодательства о  налогах и сборах, ФИО4 не могла не осознавать неизбежное доначисление сумм  налогов, страховых взносов, пени и штрафов.  

По смыслу правовой позиции, приведенной в определении Верховного Суда  Российской Федерации от 12.02.2018 № 305-ЭС17-11710(3), наличие у должника в  спорный период неисполненных обязательств, вытекающие из которых требования в  настоящее время включены в реестр, подтверждают факт его неплатежеспособности в  период заключения оспариваемой сделки.  

В период возникновения существенной по размеру налоговой задолженности  должник, помимо квартир, произвела отчуждение другого ликвидного имущества.  

По итогам исследования доказательств, представленных в подтверждение рыночной  стоимости квартир, суды пришли к выводу о том, что цена договоров купли-продажи  существенно ниже рыночной.  

В материалы дела не представлены доказательства, безусловно подтверждающие  передачу должнику наличных денежных средств в счет оплаты квартир.  

ФИО3 не представлено обоснование цели приобретения квартир, доказательства  реализации ею полномочий собственника имущества.  

Кроме того, право собственности на квартиры в результате совершения спорных  сделок перешло к супругу должника ФИО2, заинтересованному лицу с учетом  положений статьи 19 Закона о банкротстве.  

Суды критично отнеслись к обстоятельствам инициирования расторжения брака  супругами ФИО6 в марте 2018 года – в период проведения налоговой проверки и  отчуждения имущества, и его дальнейшего юридического прекращения.  

Оформление ФИО2 ипотечных кредитных договоров не исключает пороки  спорных сделок.  

Из условий кредитных договоров, индивидуальных условий к ним (пункты 2.3  договоров от 20.03.2021), следует, что конструкция предоставления денежных средств не  предусматривала их перечисление на счет продавца недвижимого имущества: деньги  предоставляются покупателю через индивидуальный банковский сейф, а последующая их  передача продавцу оформляется распиской, подтверждающей «полный и окончательный  расчет за объект» (пункты 2.3 договоров).  

С учетом установленных обстоятельств, суды сделали вывод о том, что получение  кредитов в банке направлено на создание видимости добросовестного приобретения  квартир, создания препятствий для возврата имущества в конкурсную массу.  

Вся совокупность установленных судами обстоятельств свидетельствует о  подозрительном характере сделок по безвозмездному отчуждению квартир должником  ФИО2, прикрываемых сделками купли-продажи.  

С учетом изложенного суды правомерно признали спорные сделки  недействительными.  

Финансовый управляющий не оспаривает правильность примененных судами  последствий недействительности сделок.  

Доводы, изложенные в кассационных жалобах, выражают несогласие их подателей с  выводами судов об оценке установленных обстоятельств, не указывают на неправильное  применение судами положений законодательства об оспаривании сделок должника и  подлежат отклонению.  

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4  статьи 288 АПК РФ основаниями для отмены судебных актов, судом кассационной  

инстанции не установлено.  

Руководствуясь статьями 287, 289 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского  округа  

постановил:

определение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры  от 22.06.2022 и постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 18.10.2022  по делу № А75-19362/2020 оставить без изменения, кассационные жалобы – без  удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда  Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в  порядке, предусмотренном статьей 291.1 АПК РФ.  

Председательствующий О.В. Ишутина 

Судьи М.Ю. Бедерина 

 ФИО1