﻿

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-2307/21 

Екатеринбург

25 июня 2021 г.

Дело № А76-2978/2020

Резолютивная часть постановления объявлена 24 июня 2021 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 25 июня 2021 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Вдовина Ю.В.,

судей Черкезова Е.О., Ященок Т.П.,

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу Челябинской таможни (далее – таможня, таможенный орган) на решение Арбитражного  суда Челябинской области от 12.11.2020 по делу № А76-2978/2020 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.02.2021 по тому же делу.

Определением Арбитражного суда Уральского округа от 27.05.2021 судебное заседание отложено на основании части 5 статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В судебном заседании 24.06.2021 приняли участие представители:

общества с ограниченной ответственностью «Ферроэкспорт» (далее – заявитель, общество) – Лесников П.А. (доверенность от 04.03.2020, диплом);

таможни – Цымбал Д.Н. (доверенность от 11.01.2021, диплом), Никитина М.П. (доверенность от 11.01.2021, диплом).

Общество обратилось в Арбитражный суд Челябинской области с заявлением к таможне о признании недействительными решений от 25.12.2019 о внесении изменений (дополнении) в сведения, заявленные в декларации на товары № 10504110/220618/0012982, № 10504110/180418/0007607, № 10504110/160318/0004971.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен Уполномоченный по защите прав потребителей по Челябинской области Гончаров А.Н.

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 12.11.2020 заявленные требования удовлетворены; решения таможни признаны недействительными. 

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.02.2021 решение суда оставлено без изменения.

В кассационной жалобе таможенный орган просит указанные судебные акты отменить, в удовлетворении требований общества отказать, ссылаясь на неправильное применение судами норм материального права, несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела.

Заявитель кассационной жалобы полагает, что фактически товар по спорным декларациям экспортировался по договору цессии от 20.07.2017, а не по контракту от 20.07.2017 № 78/14-Р-96/15-b; отмечает, что о фактическом исполнении договора цессии свидетельствует указание в экспортных документах реквизитов договора цессии, а не договора купли-продажи (№ 78/14-Р-96/15-Ь), на копию которого ссылается общество, а также уведомление об уступке права требования, направленное «HEG LIMITED».

По мнению таможенного органа, решение Международного коммерческого арбитражного суда при Торгово-промышленной палате Российской Федерации от 13.01.2020 по делу № М-140/2019, на которое ссылаются суды в обоснование факта заключения контракта от 20.07.2017 № 78/14-Р-96/15-b, не является доказательством, поскольку вынесено на основании недостоверной и неполной информации; документы в рамках указанного разбирательства представлены не в полном объеме, оценка договора цессии судом не производилась, также не производилась оценка товаротранспортных и коммерческих документов, и подтверждающих исполнение договора цессии.

Также, заявитель кассационной жалобы обращает внимание на то, что выводы судов об идентичности информации в представленных таможенному органу документах не соответствует материалам дела; информация в экспортных документах, в том числе инвойсах и упаковочных листах, не идентична в части условий сделки: в экспортных инвойсах и упаковочных листах имеется ссылка на договор цессии от 20.07.2017; сведения, указанные в декларациях, противоречат сведениям, заявленным при вывозе товаров из Индии, при этом оригиналы документов не представлены; таможенная стоимость товаров и сведения, относящиеся к ее определению, не основываются на достоверной и документально подтвержденной информации; продажа товаров или их цена зависит от условий, влияние которых не может быть количественно определено.

Кроме того, таможенный орган считает, что указанные судами характеристики: объем товара, продавец, не влияют на отнесение товаров к однородным и соответственно на возможность использования информации для целей определения таможенной стоимости по аналогичным товарам.

Общество представило отзыв на кассационную жалобу, в котором просит обжалуемые решение суда первой инстанции и постановление апелляционного суда оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения. 

При рассмотрении спора судами установлено, что в период с 16.03.2018 по 22.06.2018 общество осуществляло ввоз товара «электроды графитированные для электропечей марки UHP в комплекте с ниппелями» товарной подсубпозиции 8545110020 ТН ВЭД ЕАЭС, на территорию Российской Федерации из Индии в рамках контракта от 20.07.2017 № 78/14-Р-96/15-b, заключенного с «НЕG LIMITED», Индия по ДТ № 10504110/160318/0004971, 10504110/180418/0007607, 10504110/220618/0012982. 

Отправителем, согласно данным указанным в ДТ, является ЗАО «Ахлерс Клайпеда» (91184, LТ, Литва, Клайпеда, пр. Тайкос 52С/ул. Аглунос 1-1302).

Заявленная таможенная процедура – выпуск для внутреннего потребления.

Таможенная стоимость товара заявлена декларантом с использованием метода определения по стоимости сделки с ввозимыми товарами (первый метод определения таможенной стоимости).

К указанному контракту сторонами подписаны Приложение, Дополнительные соглашения от 30.09.2017 № 1, от 28.12.2017 № 2, от 28.12.2017 № 3, от 31.08.2018 № 4, от 31.08.2018 № 5, в соответствии с которыми установлена цена по данной поставке в размере 8000 USD за мт.

Южно-Уральским таможенным постом Челябинской таможни 18.03.2018, 21.04.2018, 26.06.2018 приняты решения – выпуск разрешен.

Главным государственным таможенным инспектором отдела таможенного контроля 21.11.2018 после выпуска товаров службы таможенного контроля таможни Овчинниковой Е.В. в отношении общества, проведен анализ возможных рисков нарушения международных договоров и актов, составляющих право Евразийского экономического союза, в сфере таможенного регулирования и (или) законодательства Российской Федерации по следующим направлениям (целям): контроль таможенной стоимости товаров, ввезенных за период с 01.03.2017 по 31.05.2018.

По результатам проведенной аналитической работы таможней принято решение о проведении таможенной проверки в отношении заявителя в рамках СКМ после получения информации, дополнительных документов по международному запросу.

На основании статьи 332 ТК ЕАЭС таможней проведена камеральная таможенная проверка по ДТ № 10504110/160318/0004971, 10504110/180418/0007607, 10504110/220618/0012982, по результатам составлен акт от 11.11.2019 № 10504000/210/111019/А000167, из которого следует, что в ходе контроля сведений по таможенной стоимости установлено значительное отличие цены сделки от ценовой информации, содержащейся в базах данных таможенных органов, по сделкам с идентичными или однородными товарами, ввезенными на таможенную территорию ЕАЭС в тот же период времени. Так, при сравнительном анализе стоимости однородных товаров индийского производства компании «НЕG LIMITED» установлено, что уровень заявленной обществом таможенной стоимости в три раза ниже уровня таможенной стоимости аналогичных товаров, ввозимых иными участниками ВЭД в Российскую Федерацию за период, не превышающий 90 дней, предшествующий регистрации ДТ.

Также при проведении камеральной таможенной проверки таможней установлено, что в представленных обществом по требованию таможенного органа документах (письмо от 31.01.2019 № 23) проверкой выявлены следующие несоответствия со сведениями, заявленными в декларациях на товары, а именно несоответствия между номерами и датами инвойсов, заявленных в момент таможенного декларирования товара «графитированные электроды» и представленных обществом  в ходе проведения камеральной таможенной проверки. В ответ на требование таможенного органа о предоставлении инвойсов, заявитель письмом от 03.07.2019 № 43 сообщил, что запрошенные инвойсы не могут быть предоставлены по причине их отсутствия.

Таможенный орган пришел к выводу, что товар, указанный в анализируемых ДТ, экспортировался из Индии в Россию по договору цессии от 20.07.2017 заключенному между «НЕG LIMITED», Индия (Цедент) и обществом, Россия (Цессионарий), согласно которому цедент уступает, а цессионарий принимает в полном объеме право требования по контракту от 06.02.2014 № 78/14-Р, заключенному между цедентом и должником – обществом с ограниченной ответственностью «Ростовский электрометаллургический завод» и по контракту от 07.10.2015 № 96/15-ВФ, заключенному между цедентом и должником – акционерным обществом «Волга-Фэст», являющимися покупателями по указанным контрактам. Право требования цедента к должникам по состоянию на дату подписания настоящего договора цессии составляет 1 185 441,66 долл. США. Уступка права требования цедента к должникам, осуществляемая по настоящему договору, является возмездной.

Наличие договора цессии по мнению таможенного органа, указывает на наличие условий, которые могли повлиять на цену сделки. Таким образом, проверкой установлено наличие дополнительных условий, которые влияют на величину таможенной стоимости товара.

Таможенный орган пришел к выводу, что выявленные обстоятельства не соответствуют условиям применения метода 1 согласно разделу 2 Правил применения первого метода определения таможенной стоимости, утвержденных Решением ЕАЭК от 20.12.2012 № 283.

В связи с вышеуказанным, таможней принято решение, что таможенная стоимость товара подлежит определению по «резервному методу» (метод 6) в соответствии со статьей 45 ТК ЕАЭС на основе метода по стоимости сделки с однородными товарами, указав, что определение таможенной стоимости товара может быть осуществлено в соответствии со статьей 45 ТК ЕАЭС на основе информации о таможенном декларировании однородных товаров по декларациям на товары.

Общая сумма таможенных платежей, подлежащих доначислению, согласно предварительному расчету таможенного органа, составила 49 885 552 руб. 63 коп., в том числе: ввозная таможенная пошлина – 6 245 061 руб. 67 коп., антидемпинговая пошлина – 20 034 157 руб. 84 коп., НДС – 23 606 333 руб. 12 коп.

Заинтересованным лицом 25.12.2019 вынесены решения о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларациях на товары.

Несогласие заявителя с вышеуказанными решениями о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларациях на товары от 25.12.2019, послужило основанием для обращения с настоящим заявлением в арбитражный суд.

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции пришел к выводу о несоответствии оспариваемых решений таможенного органа нормам действующего законодательства.

Выводы суда первой инстанции поддержаны апелляционным судом.

Суд округа соглашается с судами, которые обоснованно исходили из следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 38 ТК ЕАЭС, пунктом 3 статьи 1 Соглашения об определении таможенной стоимости товаров определение таможенной стоимости основано на общих принципах и правилах, установленных статьей VII Генерального соглашения по тарифам и торговле 1994 года и Соглашением по применению статьи VII Генерального соглашения по тарифам и торговле 1994 года.

В соответствии с частью 4 статьи 38 ТК ЕАЭС таможенная стоимость товаров, вывозимых с таможенной территории Союза, определяется в соответствии с законодательством о таможенном регулировании государства-члена, таможенному органу которого осуществляется таможенное декларирование товаров.

Таможенная стоимость товаров и сведения, относящиеся к ее определению, должны основываться на достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации (пункт 10 статьи 38 ТК ЕАЭС).

Пунктом 15 статьи 38 ТК ЕАЭС установлено, что основой таможенной стоимости ввозимых товаров должна быть в максимально возможной степени стоимость сделки с этими товарами в значении, определенном статьей 39 ТК ЕАЭС.

Согласно положениям пункта 1 статьи 39 ТК ЕАЭС таможенной стоимостью ввозимых товаров является стоимость сделки с ними, то есть цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за эти товары при их продаже для вывоза на таможенную территорию ЕАЭС при выполнении условий, названных в пункте 1 статьи 39 ТК ЕАЭС, и дополненная в соответствии со статьей 40 ТК ЕАЭС.

В соответствии с пунктом 2 статьи 39 ТК ЕАЭС, в случае если хотя бы одно из условий, указанных в пункте 1 настоящей статьи, не выполняется, цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате, не является приемлемой для определения таможенной стоимости ввозимых товаров и метод 1 не применяется.

Таким образом, первоосновой для определения таможенной стоимости товаров является стоимость сделки с ввозимыми товарами при условии выполнения требований о достоверности, количественной определенности и документальном подтверждении информации о цене, фактически уплаченной или подлежащей уплате за эти товары при их продаже для вывоза на единую таможенную территорию ЕАЭС с учетом положений статьи 40 ТК ЕАЭС о дополнительных начислениях к цене, фактически уплаченной или подлежащей уплате за товары.

Верховный Суд Российской Федерации в пункте 8 Постановления Пленум от 26.11.2019 № 49 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу ТК ЕАЭС» (далее – Постановление № 49) разъяснил, что принимая во внимание публичный характер таможенных правоотношений, при оценке соблюдения декларантом данных требований ТК ЕАЭС судам следует исходить из презумпции достоверности информации (документов, сведений), представленной декларантом в ходе таможенного контроля, бремя опровержения которой лежит на таможенном органе (часть 5 статьи 200 АПК РФ). При оценке выполнения декларантом требований пункта 10 статьи 38 ТК ЕАЭС судам следует принимать во внимание, что таможенная стоимость, определяемая исходя из установленной договором цены товаров, не может считаться количественно определяемой и документально подтвержденной, если декларант не представил доказательства совершения сделки, на основании которой приобретен товар, в любой не противоречащей закону форме, или содержащаяся в представленных им документах ценовая информация не соотносится с количественными характеристиками товара, или отсутствует информация об условиях поставки и оплаты товара (пункт 9 Постановления № 49).

В пункте 10 Постановления № 49 указано на то, что система оценки ввозимых товаров для таможенных целей, установленная ТК ЕАЭС и основанная на статье VII ГАТТ 1994, исходит из их действительной стоимости – цены, по которой такие или аналогичные товары продаются или предлагаются для продажи при обычном ходе торговли в условиях полной конкуренции, определяемой с использованием соответствующих методов таможенной оценки. При этом согласно пункту 15 статьи 38 ТК ЕАЭС за основу определения таможенной стоимости в максимально возможной степени должна приниматься стоимость сделки с ввозимыми товарами (первый метод).

Согласно пункту 11 Постановления № 49 отсутствие подтверждения сведений о таможенной стоимости, заявленных в таможенной декларации, а также выявление таможенным органом признаков недостоверного определения таможенной стоимости само по себе не может выступать основанием для вывода о неправильном определении таможенной стоимости декларантом, а является основанием для проведения таможенного контроля таможенной стоимости товаров в соответствии со статьей 313, пунктом 4 статьи 325 ТК ЕАЭС.

При проведении такой проверки таможенный орган, осуществляя публичные полномочия, обязан предоставить декларанту реальную возможность устранения возникших сомнений в достоверности заявленной им таможенной стоимости, в связи с чем не может произвольно отказаться от использования закрепленного в пункте 15 статьи 325 ТК ЕАЭС права на запрос у декларанта документов и (или) сведений, в том числе письменных пояснений, необходимых для установления достоверности и полноты проверяемых сведений, заявленных в таможенной декларации, и (или) сведений, содержащихся в иных документах.

В целях надлежащей реализации права декларанта на предоставление документов, сведений и пояснений таможенный орган в соответствии с пунктом 15 статьи 325 ТК ЕАЭС извещает его об основаниях, по которым предоставленные документы и сведения о товаре не устраняют имеющиеся сомнения в достоверности заявленной таможенной стоимости, в том числе с учетом иных собранных таможенным органом документов и полученных сведений (например, сведений, полученных от лиц, имеющих отношение к производству, перемещению и реализации ввозимых (идентичных, однородных) товаров, контрагентов декларанта, иных государственных органов, таможенных органов иностранных государств, транспортных и страховых компаний и т.п.).

В порядке реализации положений пункта 2 статьи 313, пункта 15 статьи 325 ТК ЕАЭС декларант вправе предоставить пояснения об экономических и иных разумных причинах значительного отличия стоимости сделки с ввозимыми товарами от ценовой информации, имеющейся у таможенного органа, которые должны быть приняты во внимание при вынесении окончательного решения.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке статей 65, 71 АПК РФ, суды пришли к верному выводу, что таможенным органом не доказана невозможность использования документов, представленных декларантом при таможенном оформлении в обоснование таможенной стоимости товара, в их совокупности. 

Доказательств несоблюдения обществом установленного 325 ТК ЕАЭС условия о документальном подтверждении, количественной определенности и достоверности стоимости сделки с ввозимыми товарами, таможенным органом не представлено.

Таможенным органом в решениях от 25.12.2019 о внесении изменений (дополнении) в сведения, заявленные в декларации на товары, не приведены достаточные доводы, исключающие возможность применения обществом метода по стоимости сделки с ввозимыми товарами. 

Так, из материалов дела следует, что согласно пояснениям таможенного органа, само существование и исполнение контракта поставлено под сомнение ввиду непредставления его оригинала.

Вместе с тем, судами верно отмечено, что отсутствие оригинала контракта (т.е. единого документа, содержащего оригинальные подписи и печати сторон) само по себе не свидетельствует о том, что такой контракт не был заключен и не исполнялся; из пункта 10.8 Контракта следует, что факсовые копии документов, подписанные уполномоченными лицами, имеют законную силу до получения оригиналов.

Кроме того, наличие заключенного контракта и его исполнение в спорной части, подтверждены и иными доказательствами (паспорт сделки от 04.08.2017 № 17080001/2209/0014/2/1 на контракт, платежные поручения об оплате, ответ поставщика на претензию покупателя от 29.03.2019).

Судами также принято во внимание решение Международного коммерческого Арбитражного суда при Торгово-промышленной палате Российской Федерации по делу от 13.01.2020 № М-140/2019, при рассмотрении которого было установлено, что между сторонами – общество и компанией ХЕГ Лтд, Национальный столичный округ Дели, Республика Индия был заключен контракт от 20.07.2017 № 78/14-Р-96/15-b. При исследовании обстоятельств исполнения условий контракта судом не было установлено факта заключения сторонами договора цессии, при том, что таможней в материалы дела соответствующая информация была направлена и исследована судом.  

Более того, судами также учтены представленные таможенным органом в материалы дела ведомости банковского контроля, из которых следует, что сумма перечислений в пользу поставщика, почти в три раза превышает сумму по договору цессии. Фактически, ведомость банковского контроля подтверждает, что заявителем в адрес «НЕG LIMITED» перечислено 3 220 000 долл. США  в виде авансовых платежей во исполнение пункта 3.1 контракта от 20.07.2017 № 78/14-Р-96/15-В, пункта 2 приложения к контракту в целях соблюдения графика поставок закрепленного пунктом 8 приложения к контракту.

Проанализировав представленный в материалы дела договор цессии, суды пришли к выводу, что оснований для определения указанной сделки, как заключенной и исполняемой нет. 

Основания и доказательства того, что сделка по уступке была заключена и стороны приступили к ее исполнению, отсутствуют. 

Анализ условий договора цессии и фактических правоотношений сторон (в том числе, по поставке товара, предварительной оплате товара) позволяет сделать вывод о том, что предмет договора не согласован, денежные средства во исполнение договора цессии не перечислялись, документы не передавались, акт приема-передачи не представлен, должники по договору о состоявшейся уступке, не уведомлялись (доказательств обратного в материалы дела не представлено).

Таким образом, проанализировав все изложенные выше обстоятельства, в их совокупности и взаимосвязи, суды пришли к выводу о доказанности факта заключения контракта от 20.07.2017 и недоказанности таможенным органом, в нарушение статьи 65 АПК РФ, факта заключения и исполнения договора цессии. 

Доводы относительно отсутствия инвойсов, на основании которых выдан сертификат происхождения товара, а также о том, что к таможенному оформлению представлены другие инвойсы, отсутствует экспортная декларация, рассмотрены судами и правомерно отклонены на основании следующего.

Судами установлено, что из пояснений общества следует, что в его распоряжении, действительно, отсутствуют инвойсы, на основании которых выдан сертификат происхождения товара, так как контрагентом в адрес декларанта направлены именно и только инвойсы, представленные при декларировании, из которых следует, что инвойсы, на основании которых выдан сертификат происхождения товара являются – счет фактура перед отгрузкой, аналог проформа-инвойс.

Однако, проведя анализ представленных документов (инвойсов, проформ-инвойсов, экспортных деклараций), суды пришли к выводу об идентичности, содержащейся в них, информации. Так, действительно, в представленных экспортных декларациях не указаны ни номер, ни дата контракта, однако, указаны вес товара (брутто, нетто) и его стоимость и эта информация совпадает с информацией, в отношении веса товара и его стоимость в инвойсе и проформе.

Таким образом, сведения, указанные в экспортной декларации, полностью соответствуют сведениям о товаре, заявленном декларантом.

Судами также приняты во внимание доводы общества о том, что при сопоставлении с имеющимися в отношении ввозимых товаров сведениями, таможенным органом не было учтено, что контракт обществом был заключен на приобретение товара непосредственно у его производителя (тогда как учтенные при сопоставлении контракты заключены с посредниками, их количество не установлено); факт изменения цены на товар; объем ввозимого по контракту товара и объем товара, ввозимового по декларациям, используемым для сопоставления. Следовательно, условия ввоза являются несопоставимыми.

С учетом данных положений примененная сторонами внешнеторговой сделки цена ввозимых товаров не может быть отклонена по мотиву одного лишь несогласия таможенного органа с ее более низким уровнем в сравнении с ценами на однородные (идентичные) ввозимые товары или ее отличия от уровня цен, установившегося во внутренней торговле.

Таким образом, исследовав и оценив представленные обществом при декларировании и в ходе таможенного контроля документы, суды пришли к выводу о том, что они содержали количественно определенную информацию о цене сделки, достоверность которой таможней не опровергнута, следовательно, представленные документы подтверждали заявленные декларантом сведения, в связи с чем, являлись достаточными для подтверждения заявленной при таможенном оформлении стоимости ввезенного товара по спорным ДТ.

Учитывая установленные обстоятельства, правильно применив нормы действующего законодательства, суды сделали верные выводы о наличии оснований для удовлетворения заявленного обществом требования.

Доводы таможенного органа, изложенные в кассационной жалобе, тождественны тем доводам, которые являлись предметом рассмотрения судов обеих инстанций и получили надлежащую правовую оценку.

Положениями главы 35 АПК РФ не предусмотрены полномочия суда кассационной инстанции по установлению иных фактических обстоятельств дела и переоценке доказательств.

Нормы материального права судами применены правильно. Нарушений норм процессуального права, влекущих отмену обжалуемых судебных актов, в том числе в соответствии с частью 4 статьи 288 АПК РФ, судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба - без удовлетворения. 

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 АПК РФ, суд 

П О С Т А Н О В И Л:

решение Арбитражного  суда Челябинской области от 12.11.2020 по делу № А76-2978/2020 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.02.2021 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу Челябинской таможни – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий							Ю.В. Вдовин 

Судьи							Е.О. Черкезов 

								Т.П. Ященок