ДВЕНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

410002, г. Саратов, ул. Лермонтова д. 30 корп. 2 тел: (8452) 74-90-90, 8-800-200-12-77; факс: (8452) 74-90-91,

http://12aas.arbitr.ru; e-mail: info@12aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело №А12-25765/2023

г. Саратов

11 сентября 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 09 сентября 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен 11 сентября 2024 года. 

 

Двенадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего – судьи Н.А. Колесовой,  

судей Г.М. Батыршиной, Е.В. Яремчук,   

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Т.П. Осетровой,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу акционерного общества «ТБанк» на определение Арбитражного суда Волгоградской области о завершении процедуры реализации имущества гражданина от 08 июля 2024 года по делу № А12-25765/2023 о несостоятельности (банкротстве) гражданина ФИО1 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, место рождения – г. Волжский Волгоградская область, место регистрации (жительства): 

<

...>; ИНН 

<

***> СНИЛС 

<

***>) ,

при участии в судебном заседании: без сторон, лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, извещены о времени и месте судебного разбирательства надлежащим образом в порядке частей 1, 6 статьи 121, части 1 статьи 122, части 1 статьи 123, части 1 статьи 186 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, что отчетом о публикации судебных актов от 15.08.2024,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Волгоградской области от 16 января 2024 года ФИО1 (далее – ФИО1, должник) признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим утверждена ФИО2 (далее – ФИО2, финансовый управляющий).

            Определением Арбитражного суда Волгоградской области от 08 июля 2024 года завершена процедура реализации имущества гражданина в отношении ФИО1, ФИО1 освобожден от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реализации имущества гражданина, полномочия финансового управляющего ФИО2 прекращены.

Не согласившись с принятым по делу судебным актом в части применения к должнику правил об освобождении от обязательств перед акционерным обществом «ТБанк» (далее – АО «ТБанк»),  последнее обратилось с апелляционной жалобой, в которой просит определение арбитражного суда первой инстанции отменить в данной обжалуемой части.

В обоснование апелляционной жалобы её податель указывает на то, что ФИО1 в нарушение условий заключенного с АО «ТБанк» кредитного договора после получения денежных средств не представил банку в залог приобретенный за счет полученного кредита автомобиль. По мнению апеллянта, заключая кредитный договор, ФИО1  не имел намерения исполнять принятые на себя обязательства, действовал недобросовестно, что является основанием для отказа в применении в отношении должника правил об освобождении от исполнения обязательств.

Финансовым управляющим ФИО2 в материалы дела представлен отзыв на апелляционную жалобу, в котором указанное лицо возражает против доводов апелляционной жалобы, просит оставить судебный акт в обжалуемой части без изменения, а апелляционную жалобу без удовлетворения.

Дела о несостоятельности (банкротстве) в силу части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и пункта 1 статьи 32 Федерального закона от 26 октября 2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российско Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Арбитражный апелляционный суд в порядке части 1 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации повторно рассматривает дело по имеющимся в деле и дополнительно представленным доказательствам.

Как разъяснено в пункте 27 Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30 июня 2020 года № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» при применении части 5 статьи 268 АПК РФ необходимо иметь в виду следующее: если заявителем подана жалоба на часть судебного акта, арбитражный суд апелляционной инстанции в судебном заседании выясняет мнение присутствующих в заседании лиц относительно того, имеются ли у них возражения по проверке только части судебного акта, о чем делается отметка в протоколе судебного заседания. 

Отсутствие в данном судебном заседании лиц, извещенных надлежащим образом о его проведении, не препятствует арбитражному суду апелляционной инстанции в осуществлении проверки судебного акта в обжалуемой части. 

При непредставлении лицами, участвующими в деле, указанных возражений до начала судебного разбирательства арбитражный суд апелляционной инстанции начинает проверку судебного акта в оспариваемой части и по собственной инициативе не вправе выходить за пределы апелляционной жалобы, за исключением проверки соблюдения судом норм процессуального права, приведенных в части 4 статьи 270 АПК РФ.

Из апелляционной жалобы кредитора следует, что он не согласен с принятым по делу судебным актом в части применения к должнику правил об освобождении от обязательств перед АО «ТБанк», следовательно, судебный акт подлежит пересмотру только в обжалуемой части.   

Проверив обоснованность доводов, изложенных в апелляционной жалобе, отзыве на неё, исследовав материалы дела, арбитражный апелляционный суд считает, что судебный акт не подлежит изменению или отмене в обжалуемой части по следующим основаниям.

Согласно представленному финансовым управляющим отчету в ходе процедуры банкротства в реестр требований кредиторов должника включены требования АО «Тинькофф банк» (в настоящее время - АО «ТБанк»), ПАО «Сбербанк», АО «Альфа-Банк», ПАО «МТС Банк» на общую сумму  1 880 318,16 руб.

Требования кредиторов не погашены ввиду отсутствия у должника имущества, подлежащего включению в конкурсную массу должника и достаточного для погашения заявленных требований кредиторов.

Пунктом 1 статьи 213.28 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» предусмотрено, что после завершения расчетов с кредиторами финансовый управляющий обязан представить в арбитражный суд отчет о результатах реализации имущества гражданина с приложением копий документов, подтверждающих продажу имущества гражданина и погашение требований кредиторов, а также реестр требований кредиторов с указанием размера погашенных требований кредиторов. 

По итогам рассмотрения отчета о результатах реализации имущества гражданина арбитражный суд выносит определение о завершении реализации имущества гражданина (пункт 2 статьи 213.28 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»). 

В связи с проведением в ходе реализации финансовым управляющим всех необходимых мероприятий в процедуре реализации имущества гражданина судом принято решение о завершении процедуры реализации имущества гражданина, в указанной части определение суда не оспаривается. 

Согласно абзацу 1 пункта 3 статьи 213.28 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина. 

Вместе с тем, освобождение гражданина от обязательств не допускается в случае, если доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором основано требование в деле о банкротстве гражданина, последний действовал незаконно (пункт 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве). Соответствующие обстоятельства могут быть установлены в рамках любого судебного процесса (обособленного спора) по делу о банкротстве должника, а также в иных делах (пункт 45 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13 октября 2015 года № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан»).

В силу положений пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение гражданина от обязательств не допускается в случае, если:

вступившим в законную силу судебным актом гражданин привлечен к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве, преднамеренное или фиктивное банкротство при условии, что такие правонарушения совершены в данном деле о банкротстве гражданина;

гражданин не предоставил необходимые сведения или предоставил заведомо недостоверные сведения финансовому управляющему или арбитражному суду, рассматривающему дело о банкротстве гражданина, и это обстоятельство установлено соответствующим судебным актом, принятым при рассмотрении дела о банкротстве гражданина;

доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.

В этих случаях арбитражный суд в определении о завершении реализации имущества гражданина указывает на неприменение в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств либо выносит определение о неприменении в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств, если эти случаи выявлены после завершения реализации имущества гражданина.

Суд первой инстанции, завершая процедуру реализации имущества гражданина в отношении ФИО1, а также освобождая его от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реализации имущества гражданина, исходил из отсутствия оснований для продления процедуры реализации имущества должника, поскольку финансовым управляющим выполнены все мероприятия, предусмотренные Законом о банкротстве, а также из отсутствия конкурсной массы и невозможности ее пополнения для удовлетворения требований кредиторов и отсутствия оснований для неосвобождения должника от имеющихся обязательств, в том числе отсутствия доказательств недобросовестного поведения.

Апеллянт указывает на то, что ФИО1 в нарушение условий заключенного с АО «ТБанк» кредитного договора после получения денежных средств не представил банку в залог приобретенный за счет полученного кредита автомобиль. По мнению апеллянта, заключая кредитный договор, ФИО1 не имел намерения исполнять принятые на себя обязательства, действовал недобросовестно, что является основанием для отказа в применении в отношении должника правил об освобождении от исполнения обязательств.

Отклоняя указанные доводы, судебная коллегия исходит из следующего.

Исходя из задач арбитражного судопроизводства, целей реабилитационных процедур, применяемых в деле о банкротстве гражданина, и последствий признания гражданина банкротом, возможности заключения мирового соглашения на любой стадии рассмотрения спора, а также с учетом приведенных разъяснений в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13 октября 2015 года № 45, в процедуре банкротства граждан, с одной стороны, добросовестным должникам предоставляется возможность освободиться от чрезмерной задолженности без возложения на должника большего бремени, чем он реально может погасить, а с другой стороны, у кредиторов должна быть возможность удовлетворения их интересов, при этом создаются препятствия стимулированию недобросовестного поведения граждан, направленного на получение излишних кредитов без цели их погашения в надежде на предоставление возможности полного освобождения от задолженности посредством банкротства.

В случаях, когда при рассмотрении дела о банкротстве будут установлены признаки преднамеренного или фиктивного банкротства либо иные обстоятельства, свидетельствующие о злоупотреблении должником своими правами и ином заведомо недобросовестном поведении в ущерб кредиторам (принятие на себя заведомо не исполнимых обязательств, предоставление банку заведомо ложных сведений при получении кредита, сокрытие или умышленное уничтожение имущества, вывод активов, неисполнение указаний суда о предоставлении информации и тому подобное), суд, руководствуясь статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, вправе в определении о завершении конкурсного производства указать на неприменение в отношении данного должника правила об освобождении от исполнения обязательств.

Банкротство граждан, по смыслу Закона о банкротстве, является механизмом нахождения компромисса между должником, обязанным и стремящимся исполнять свои обязательства, но испытывающим в этом объективные затруднения, и его кредиторами, а не способом для избавления от накопленных долгов.

Таким образом, процедура банкротства гражданина, как и в целом институт несостоятельности, не ставит цель быстрого списания долгов в отсутствие достаточных для этого оснований, поскольку это приведет к неизбежному нарушению прав кредиторов должника.

Разрешение вопроса о наличии либо отсутствии обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, во многом зависит от добросовестности должника.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Определении от 27 марта 2018 года № 683-О пункт 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве, определяя основания, при которых освобождение гражданина от обязательств не допускается, предусматривает, в частности, что такое освобождение от обязательств не допускается в случае, если доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество; в этих случаях арбитражный суд в определении о завершении реализации имущества гражданина указывает на неприменение в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств либо выносит определение о неприменении в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств, если эти случаи выявлены после завершения реализации имущества гражданина.

Данные законоположения направлены в том числе на недопустимость использования механизма освобождения гражданина от обязательств в случаях, когда при возникновении или исполнении обязательства имело место поведение гражданина-должника, не согласующееся с требованиями статей 15 (часть 2) и 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации об обязанности граждан и их объединений соблюдать Конституцию Российской Федерации и законы и о неприемлемости осуществления прав и свобод человека и гражданина в нарушение прав и свобод других лиц, а также с требованиями статьи 1 ГК Российской Федерации, согласно которым при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно и никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (пункты 3 и 4).

По общему правилу обычным способом прекращения гражданско-правовых обязательств и публичных обязанностей является их надлежащее исполнение (пункт 1 статьи 408 Гражданского кодекса Российской Федерации, статья 45 Налогового кодекса Российской Федерации и т.д.).

Институт банкротства граждан предусматривает иной - экстраординарный -механизм освобождения лиц, попавших в тяжелое финансовое положение, от погашения требований кредиторов, - списание долгов. При этом целью института потребительского банкротства является социальная реабилитации гражданина - предоставление ему возможности заново выстроить экономические отношения, законно избавившись от необходимости отвечать по старым обязательствам, чем в определенной степени ущемляются права кредиторов, рассчитывавших на получение причитающегося им.

Вследствие этого к гражданину-должнику законодателем предъявляются повышенные требования в части добросовестности, подразумевающие помимо прочего честное сотрудничество с финансовым управляющим и кредиторами, открытое взаимодействие с судом.

Вопрос о наличии либо отсутствии обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, по общему правилу разрешается судом при вынесении определения о завершении реализации имущества должника (абзац пятый пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве) и зависит, как уже отмечалось, от добросовестности должника.

Таким образом, законодатель предусмотрел механизм освобождения гражданина, признанного банкротом от обязательств, одним из элементов которого является добросовестность  поведения  гражданина,  в  целях недопущения злоупотребления  в применении в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств как результата банкротства. Исходя из установленного законодателем условия применения механизма освобождения гражданина, признанного банкротом от обязательств, следует отметить, что освобождение должника от исполнения обязательств не является правовой целью банкротства гражданина, напротив данный способ прекращения исполнения обязательств должен применяться в исключительных случаях.

Иное толкование противоречит основным началам гражданского законодательства, закрепленным в статье 1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно статье 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

Из приведенных разъяснений указанного Постановления также следует, что если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично.

Как разъяснено в абзацах 4-5 пункта 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», поведение стороны может быть признано недобросовестным по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если другие стороны на них не ссылались. Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения применяет меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны.

Указанная правовая позиция подтверждена в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 25 января 2018 года № 310-ЭС17-14013.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. При этом добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (пункт 5 статьи 10 ГК РФ).

По смыслу приведенных норм права и разъяснений высших судебных инстанций, отказ в освобождении должника от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами. К таковым относится действия заемщика по предоставлению банку заведомо ложных сведений и (или) недостоверных сведений с целью получения денежных средств при заведомом отсутствии возможности, а также намерения возвратить их в соответствии с условиями заключенного договора.

Доводы АО «ТБанк» о недобросовестности действий должника, выразившихся в неисполнении условий кредитного договора и непредоставлении автомобиля в залог банку в обеспечение обязательств по кредиту, судебная коллегия отклоняет.

Из заявления АО «ТБанк» о включении требований в реестр требований кредиторов ФИО1 следует, что между банком и должником заключен универсальный договор. При таких обстоятельствах условие о необходимости предоставления автомобиля в залог само по себе не свидетельствует о целевом характере предоставления денежных средств и, как следствие, о нарушении должником условия о целевом расходовании кредитных средств.

Условиями примененного по договору тарифного плана предусмотрено взимание ежемесячной платы за непредоставление залога, в том числе при непредставлении клиентом автомобиля в залог банку или предоставлении в залог автомобиля, не соответствующего требованиям банка, а также в случае, когда договор залога не заключен.

С учетом конструкции кредитного договора данное условие носит компенсационный характер и направлено на возмещение банку его возможных убытков в случае неисполнения заемщиком обязанности передать имущество в залог. В связи с этим из условий кредитного договора следует допущение банком возможности непередачи заемщиком имущества в залог и установление им в связи с этим дополнительной платы за пользование кредитом.

Доказательств того, что действия должника по непредоставлению автомобиля в залог банку носили противоправный, не предусмотренный законом и договором характер, достаточный для вывода о наличии оснований для неосвобождения его от обязательств, материалы дела не содержат.

Суд апелляционной инстанции принимает во внимание, что условиями кредитного договора предусмотрена возможность банка в случае обнаружения факта невыполнения заемщиком условия кредитного договора, нецелевого использования кредитных средств, заявить о расторжении кредитного договора. Данное право АО «ТБанк» не реализовало. Банк не представил доказательств направления должнику каких-либо требований о предоставлении доказательства приобретения автомобиля, обратившись лишь впоследствии с требованием о включении задолженности в реестр требований кредиторов.

Неисполнение принятых на себя обязательств в отсутствие доказательств представления недостоверных сведений может указывать лишь на неверную оценку финансовых возможностей должника как со стороны кредитных организаций, так и со стороны самого должника.

Анализ финансового состояния должника признаков преднамеренного и фиктивного банкротства не выявил, сокрытие или уничтожение принадлежащего должнику имущества, равно как сообщение им недостоверных сведений финансовому управляющему также не установлено.

С учетом изложенного, проанализировав фактические обстоятельства и имеющиеся в материалах дела доказательства, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что материалы дела не содержат доказательств, объективно свидетельствующих о злоупотреблении должником своими правами и ином заведомо недобросовестном поведении должника в ущерб интересам кредиторов, в связи с чем правомерно освободил должника от обязательств.

Ссылка апеллянта на то, что суд первой инстанции в нарушение норм процессуального права не рассмотрел ходатайство АО «ТБанк» о неприменении в отношении должника правила об освобождении от исполнения обязательств от       10.07.2024, несостоятельна.

Из материалов дела следует, что указанное ходатайство было отправлено кредитором в адрес суда 15.07.2024 (отметка на почтовом конверте) и поступило в суд первой инстанции 19.07.2024 (штамп входящей корреспонденции суда), то есть после судебного заседания (08.07.2024).

Соответственно данное ходатайство объективно не могло быть рассмотрено судом первой инстанции.

Надлежащих доказательств, свидетельствующих о наличии в действиях должника умышленного уклонения от уплаты задолженности перед кредиторами, о злоупотреблении должником своими правами и ином заведомо недобросовестном поведении в ущерб кредиторам, кредиторами не представлено.

Доказательств того, что при заключении кредитного договора должник принял на себя заведомо неисполнимые обязательства, что свидетельствовало бы о его заведомо недобросовестном поведении, в материалы дела не представлено.

Банки, являясь профессиональными участниками кредитного рынка, имеют широкие возможности для оценки кредитоспособности гражданина, в том числе посредством разработки стандартных форм кредитных анкет-заявок для заполнения их потенциальным заемщиком на стадии обращения в кредитную организацию с указанием сведений о его имущественном и социальном положении, ликвидности предлагаемого обеспечения и т.п., а также посредством проверки предоставленного им необходимого для получения кредита пакета документов.

Из специального нормативно-правового регулирования и экономической сущности отношений в сфере потребительского кредитования следует, что при решении вопроса о предоставлении конкретному физическому лицу денежных средств кредитная организация оценивает его личные характеристики, в том числе кредитоспособность, финансовое положение, возможность предоставления обеспечения по кредиту, наличие или отсутствие ранее предоставленных кредитов, степень их погашения и т.д.

Таким образом, при заключении договоров кредитования, действуя с должной осмотрительностью и добросовестностью, банк имел возможность проверить финансовое состояние и представленные документы должника и при наличии сомнений в финансовых возможностях должника, отказать в выдаче кредита заемщику, что сделано не было, при том, что какие-либо препятствия к проведению проверки названных обстоятельств у него отсутствовали.

В настоящее время правоприменительная практика, сформированная в Верховном Суде Российской Федерации и Арбитражном суде Поволжского округа (определение Верховного Суда Российской Федерации от 03.06.2019 № 305-ЭС18-26429, определение Верховного Суда Российской Федерации от 19.04.2021 № 306-ЭС20-20820, определение Верховного Суда Российской Федерации от 24.10.2022 № 307-ЭС22-12512, постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 29.03.2022 по делу № А12-2803/2020, постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 20.02.2023 по делу № А12-25658/2020) исходит из того, что совершение должником неразумных действий не является основанием для его неосвобождения от обязательств перед кредиторами и лишь установление судами в различных обособленных спорах злоупотребления правом должником, совершение им злонамеренных действий, влечет его неосвобождение от обязательств перед кредиторами.

Доказательств введения банка в заблуждение при заключении кредитного договора не представлено, равно как не имеется доказательств наличия обстоятельств, свидетельствующих о злоупотреблении должником своими правами и ином заведомо недобросовестном поведении должника в ущерб кредиторам.

С учетом изложенного поведение должника не может быть квалифицировано в качестве злонамеренного противоправного поведения, направленного на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами. Наличие в действиях должника умысла причинить ущерб кредиторам, умышленного намеренного предоставления должником неполных или недостоверных сведений с целью получения кредита без намерения его выплаты, ни судом первой, ни судом апелляционной инстанции не установлено.

Каких-либо доводов, основанных на доказательствах, которые имели бы правовое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли бы на оценку законности и обоснованности обжалуемого судебного акта, либо опровергали выводы арбитражного суда первой инстанции, апелляционная жалоба не содержит.

Всем доводам, содержащимся в апелляционной жалобе, арбитражный суд первой инстанции дал надлежащую правовую оценку при разрешении спора по существу заявленных требований в соответствии с положениями статей 67, 68, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, оценив все доказательства по своему внутреннему убеждению и с позиций их относимости, допустимости, достоверности, достаточности и взаимной связи в их совокупности, правовые основания для переоценки доказательств отсутствуют.

В порядке пункта 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 года № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», пункта 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» в соответствии со статьей 148 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации или статьей 133 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации на стадии подготовки дела к судебному разбирательству суд должен определить, из какого правоотношения возник спор, и какие нормы права подлежат применению при разрешении дела.

По смыслу статьи 6, части 1 статьи 168, части 4 статьи 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд не связан правовой квалификацией спорных отношений, которую предлагают стороны, и должен рассматривать заявленное требование по существу, исходя из фактических правоотношений, определив при этом, круг обстоятельств, имеющих значение для разрешения спора и подлежащих исследованию, какие законы и иные нормативные правовые акты подлежат применению в конкретном спорном правоотношении (Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2010 года № 8467/10, Определение Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 1 марта 2013 года № ВАС-1877/13).

Представленные в материалы дела доказательства исследованы полно и всесторонне, оспариваемый судебный акт принят при правильном применении норм материального права, выводы, содержащиеся в определении, не противоречат установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся доказательствам, не установлено нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта в обжалуемой части.

При таких обстоятельствах у арбитражного суда апелляционной инстанции не имеется правовых оснований для изменения или отмены состоявшегося по делу судебного акта в обжалуемой части в соответствии с положениями статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.         

Руководствуясь статьями 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Волгоградской области от 08 июля 2024 года по делу № А12-25765/2023 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

            Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объёме через арбитражный суд первой инстанции, принявший определение.

 

Председательствующий                                                                 Н.А. Колесова

 

Судьи                                                                                               Г.М. Батыршина

 

Е.В. Яремчук