АРБИТРАЖНЫЙ СУД ОРЛОВСКОЙ ОБЛАСТИ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

РЕШЕНИЕ

Дело №А48-12417/2023

г. Орел

24 октября 2024 года

Резолютивная часть решения оглашена 11.10.2024.

Арбитражный суд Орловской области в составе судьи Подриги Н.В. при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Тереховой Г.В., рассмотрев в открытом судебном заседании исковое заявление Управления Федеральной налоговой службы по Орловской области (302000, 

<

...>, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) к 1) ФИО1 (г. Орел); 2) ФИО2 (г. Орел); 3) ФИО3 (г. Орел) о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Миди», взыскании денежных средств,

при участии в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчиков:

1) общество с ограниченной ответственностью «Миди» (302007, 

<

...>, ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>),

2) ФИО4 Слои (г. Орел);

3) ФИО5 (г. Орел),

при участии в судебном заседании:

от истца –  представители ФИО6 (доверенность от 26.03.2024, диплом, паспорт), ФИО7 (доверенность от 26.03.2024г., диплом),

от ответчика 1 – представитель ФИО8 (доверенность от 27.02.2024, диплом, паспорт),

от ответчика 2 – представитель ФИО9 (доверенность от 14.12.2023, удостоверение адвоката),

от ответчика 3 – представители ФИО10 (доверенность от 16.09.2024, диплом, паспорт), ФИО11 (доверенность от 19.12.2023 №57АА1366425, удостоверение адвоката),

от третьего лица 1 - представитель ФИО12 (доверенность от 28.02.2024, диплом, паспорт),

иные лица не явились, извещены надлежаще,

установил:

в судебном заседании 01.10.2024г. объявлялся перерыв до 11.10.2024г. 

Управление Федеральной налоговой службы по Орловской области (далее - истец, УФНС по Орловской области, Управление, уполномоченный орган) обратилось в Арбитражный суд Орловской области с исковым заявлением к ФИО1 (далее - ответчик 1, ФИО1), ФИО2 (далее - ответчик 2, ФИО2), ФИО3 (далее - ответчик 3, ФИО3) о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Миди» (далее - третье лицо 1, должник, Общество, ООО «Миди») на сумму 61 069 791,91 руб., а именно: 38 609 088,49 руб. – основной долг, 16 144 983,52 руб. – пени, 6 315 719,90 руб. – штраф (уточнение от 07.10.2024, принятое судом к рассмотрению протокольным определением от 01.-11.10.2024г.).

К участию в деле качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчиков привлечены ООО «Миди», ФИО4 Слои (третье лицо 2), ФИО5 (третье лицо 3).

В судебном заседании представители истца поддержали заявленные требования в полном объеме с учетом уточненной редакции от 07.10.2024.

Ответчики исковые требования не признали по доводам, изложенным в отзывах и письменных объяснениях, требования истца считают необоснованными и не подлежащими удовлетворению; заявлено об истечении срока исковой давности; полагают, что основания для взыскания штрафа, пени отсутствуют.

Должник заявленные требования не признал по доводам, изложенным в отзыве, полагает, что размер субсидиарной ответственности определён неверно.

Третьи лица 2 и 3 в судебное заседание не явились, извещены надлежаще, отзывы и ходатайства не представили.

Судебное заседание проведено в отсутствие надлежаще извещенных лиц, участвующих в деле, в порядке ст. 156 АПК РФ.

Арбитражный суд, оценив по правилам ст. 71 АПК РФ относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, пришел к выводу о том, что требования заявителя подлежат частичному удовлетворению. 

Данный вывод суда основан на нижеследующем.

Общество с ограниченной ответственностью «Миди» зарегистрировано в качестве юридического лица 29.11.2002 с присвоением ИНН 

<

***> и ОГРН 

<

***>, основной вид деятельности – производство кровельных работ. Место нахождения: 302007, 

<

...>.

Единственным участником ООО «Миди» с момента основания является ФИО3, владеющий 100% долей в уставном капитале Общества.

Руководителями ООО «Миди» согласно выпискам из ЕГРЮЛ в проверяемом периоде (2017-2019гг.) являлись:

- ФИО1 - с 11.03.2012г. по 07.02.2019г.; 

- ФИО2 - с 08.02.2019г. по 10.02.2020г.

ИФНС России по городу Орлу проведена выездная налоговая проверка ООО «Миди», в том числе по налогу на добавленную стоимость (далее – НДС) и налогу на прибыль организаций за период с 01.01.17 по 31.12.19, по результатам которой составлен акт от 18.08.2021 №1710/07 и принято решение от 05.03.2022 №17-10/06 о привлечении общества к ответственности по п. 3 ст. 122 НК РФ за умышленную неуплату НДС в виде штрафа в размере 5 665 148 руб.; по налогу на прибыль в федеральный бюджета в виде штрафа в размере 1 044 686 руб., по налогу на прибыль в бюджет субъекта РФ - 5 919 883 руб. 

Также указанным решением обществу доначислен НДС за 2017-2019 годы в общей сумме 18 900 616 руб., пени за несвоевременную уплату НДС в размере 7 338 059,05 руб.; налог на прибыль организаций за 2017-2019 годы в федеральный бюджет в размере 2 937 596 руб., в бюджет субъекта РФ в размере 16 646 376 руб. и пени за несвоевременную уплату налога на прибыль в федеральный бюджет - 1 166 566,63 руб., в бюджет субъекта РФ - 6 610 939,92 руб. 

Решением УФНС по Орловской области от 20.06.2022 № 190, решение ИФНС России по городу Орлу отменено в части привлечения к ответственности по п. 3 ст. 122 НК РФ в виде штрафа за неполную уплату НДС в размере 2 832 574 руб., за неполную уплату налога на прибыль в общей сумме 3 482 285 руб. и предложения уплатить его в этом размере, в остальной части решение инспекции от 05.03.2022 № 17-10/06 оставлено без изменения.

Согласно сведениям из Единого государственного реестра юридических лиц по состоянию на 29.08.2022 ИФНС России по городу Орлу реорганизована в форме присоединения к УФНС по Орловской области, о чем в ЕГРЮЛ внесены соответствующие записи, в том числе о прекращении деятельности инспекции.

Основанием доначисления вышеупомянутых сумм налогов, пени, штрафа послужил вывод уполномоченного органа о нарушении обществом пределов осуществления прав по исчислению налогов со ссылкой на установленные в ходе выездной налоговой проверки обстоятельства, свидетельствующие об отсутствии реальных хозяйственных операций с ООО «Агрозапчасти-Сервис-Кромы», ООО «Святки», ООО «Партнер», ИП ФИО13, ИП ФИО14, ИП ФИО15, ООО «Монолит Групп», ООО «Маркетинг», ООО «Барс», ООО «Мускат», ООО «Строительные технологии», ООО «Конвент», ООО «Торгсервис», ООО «Модус», ООО «Болхстройтех», ООО «Альтернатива» (далее - также спорные контрагенты), поскольку в действительности общество использовало формальный документооборот в целях получения налоговой экономии в виде неправомерного учета расходов по налогу на прибыль организаций и применения налоговых вычетов по НДС.

По мнению истца, установленные в ходе мероприятий налогового контроля факты в своей совокупности свидетельствуют о том, что в период осуществления ФИО1 полномочий руководителя должника (с 11.03.2012г. по 07.02.2019г.) им совершены неправомерные действия, причинившие вред имущественным интересам должника, в части заключения с ООО «Агрозапчасти-Сервис-Кромы», ООО «Святки», ООО «Партнер», ИП ФИО13, ИП ФИО14, ИП ФИО15, ООО «Монолит Групп», ООО «Маркетинг» сделок, являющихся формальными и направленными на получение необоснованной налоговой экономии в виде уменьшения налоговой обязанности по уплате НДС на основании счетов-фактур и первичных документов, не имеющих под собой фактов реальных хозяйственных отношений. 

В период осуществления ФИО2 полномочий руководителя должника (с 08.02.2019г. по 10.02.2020г.) им совершены неправомерные действия, причинившие вред имущественным интересам должника: заключены с ООО «Барс», ООО «Мускат», ООО «Строительные технологии», ООО «Конвент», ООО «Торгсервис», ООО «Модус», ООО «Болхстройтех», ООО «Альтернатива» сделки, являющиеся формальными и направленные на получение необоснованной налоговой экономии в виде уменьшения налоговой обязанности по уплате НДС на основании счетов-фактур и первичных документов, не имеющие под собой фактов реальных хозяйственных отношений. 

Единственным участником ООО «Миди» (доля участия - 100%) в период с 29.11.2002 по настоящее время является ФИО3. В период владения ФИО3 мажоритарной долей в уставном капитале осуществлены неправомерные действия, причинившие вред имущественным интересам должника: создан формальный документооборот по имитации расчетов ООО «Миди» с ООО «Альтернатива», ООО «Агрозапчасти-Сервис-Кромы», ООО «Святки», ООО «Партнер», ИП ФИО14, ИП ФИО13, ООО «Монолит Групп», ИП ФИО15, ООО «Мускат», ООО «Барс», ООО «Конвент», ООО «Торгсервис», ООО «Модус», ООО «Строительные технологии», ООО «Болхстройтех», ООО «Маркетинг». Фактически действия были направлены не на приобретение товаров и выполнение работ по ремонту кровли и устройству асфальтового покрытия, а на получение необоснованной налоговой выгоды. Действия руководящего состава ООО «Миди» по оплате фиктивных услуг ООО «Альтернатива», ООО «Агрозапчасти-Сервис-Кромы», ООО «Святки», ООО «Партнер», ИП ФИО14, ИП ФИО13, ООО «Монолит Групп», ИП ФИО15, ООО «Мускат», ООО «Барс», ООО «Конвент», ООО «Торгсервис», ООО «Модус», ООО «Строительные технологии», ООО «Болхстройтех», ООО «Маркетинг» в общей сумме 116 820 478 руб. направлены на вывод денежных средств, сэкономленных в результате незаконной оптимизации. Проверкой установлено, что наряду с руководителями, активное участие в финансово-хозяйственной деятельности должника принимал и учредитель, который не мог быть не осведомлен о заключаемых ООО «Миди» сделках.

ООО «Миди» обратилось в Арбитражный суд Орловской области к УФНС по Орловской области с заявлением о признании недействительным решения Инспекции ФНС РФ по г.Орлу от 05.03.2022 №17-10/06 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения (с учетом решения Управления от 20.06.2022 №190). 

Решением суда первой инстанции от 02.03.2023г по делу №А48-8144/2022, оставленным без изменения постановлениями Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.01.2024 и Арбитражного суда Центрального округа от 13.06.2024, в удовлетворении требований Общества отказано.

Федеральная налоговая служба России 06 декабря 2022 года обратилась в Арбитражный суд Орловской области с заявлением о признании ООО «Миди» несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре отсутствующего должника в соответствии со ст.230 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)». Просила включить сумму задолженности, подтвержденную решениями о взыскании задолженности за счет денежных средств или иного имущества должника, в третью очередь реестра требований кредиторов ООО «Миди» в размере 60 034 954,42 руб., в том числе: во вторую очередь - 2 553,09 руб. (основной долг); в третью очередь - 60 032 401,33 руб., в том числе основной долг — 38 606 761,11 руб., пени - 15 110 782,22 руб., штраф - 6 314 858 руб.

Определением Арбитражного суда Орловской области от 16 января 2023 года по делу №А48-10720/2022 заявление кредитора принято к производству, назначено судебное заседание по проверке обоснованности заявленных требований.

Определением от 28 апреля 2023 года производство по делу №А48-10720/2022 прекращено на основании абз. 8 п. 1 ст. 57 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве).

Судом установлено, что по данным последней бухгалтерской отчетности за 2021 год, представленной в налоговый орган 13.03.2022, балансовая стоимость активов ООО «Миди» составила 15 756 тыс. руб., в том числе запасы - 10 354 тыс. руб., дебиторская задолженность - 5 111 тыс. руб., денежные средства - 291 тыс. руб. Основные средства по данным бухгалтерской отчетности за 2021 год отсутствуют. Актуальные сведения об активах должником не представлены, срок сдачи бухгалтерской отчетности за 2022 год - 30.03.2023. По данным бухгалтерской отчетности по состоянию на 01.01.2023, представленной в налоговый орган 19.02.2023, активы ООО «Миди» составили 4 758 тыс. руб., в т. ч. дебиторская задолженность - 4 758 тыс. руб. По данным Росреестра, СМЭВ ГИБДД, Управления по государственному надзору за техническим состоянием самоходных машин и других видов техники, движимое и недвижимое имущество ООО «Миди» не зарегистрировано. 

Таким образом, в целях финансирования процедуры банкротства у должника недостаточно имущества, за счёт которого могут быть покрыты расходы по делу о банкротстве, либо на основании п. 13 Постановления Пленума ВАС РФ от 17.12.2009 №91 «О порядке погашения расходов по делу о банкротстве».

В соответствии с п. 1 ст. 61.19 Закона о банкротстве если после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве лицу, которое имеет право на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности в соответствии с пунктом 3 статьи 61.14 настоящего Федерального закона и требования которого не были удовлетворены в полном объеме, станет известно о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 61.11 настоящего Федерального закона, оно вправе обратиться в арбитражный суд с иском вне рамок дела о банкротстве.

В связи с прекращением производства по делу о банкротстве ООО «Миди» и непогашением задолженности перед уполномоченным органом, Управление Федеральной налоговой службы по Орловской области обратилось в суд с рассматриваемым иском о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.

Истец в качестве правового обоснования заявленных требований приводит положения пункта 1 статьи 61.14 Закона о банкротстве и разъяснения, изложенные в п. 31 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве».

Подпунктом 3 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презюмируется, что действия (бездействие) контролирующего лица стали необходимой причиной объективного банкротства при доказанности следующей совокупности обстоятельств:

- должник привлечен к налоговой ответственности за неуплату или неполную уплату сумм налога (сбора, страховых взносов) в результате занижения налоговой базы (базы для исчисления страховых взносов), иного неправильного исчисления налога (сбора, страховых взносов) или других неправомерных действий/ бездействий); 

- доначисленные по результатам мероприятий налогового контроля суммы налога/сбора страховых взносов составили более 50 процентов совокупного размера основной задолженности перед реестровыми кредиторами третьей очереди удовлетворения. 

Презумпция, установленная подпунктом 3 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, является материально-правовой, что предопределяется природой отношений, возникающих в рамках привлечения к субсидиарной ответственности, имеющих в своей основе доказывание наличия гражданско-правового деликта. Закрепление в законе презумпций, которые, пока не доказано обратное, предполагают наличие в действиях контролирующего лица таких элементов состава как противоправность и вина, в каждом случае является реакцией законодателя на выявленные практикой типичные способы причинения вреда кредиторам. В то же время отсутствие указанной презумпции на момент совершения вменяемых действий, не должно исключать возможность доказывания наличия оснований для привлечения к субсидиарной ответственности на общих основаниях.

Указанные факторы, свидетельствующие о создании контролирующими лицами ситуации, при которой должник не может исполнить свои публично-правовые обязанности, по уплате налогов в пользу единственного кредитора, могут проявляться при выстраивании такой модели ведения бизнеса, при которой юридическое лицо, предпринимает действия по уклонению от уплаты налогов либо уменьшению суммы налогов, подлежащих уплате в бюджет, погашает задолженность перед контрагентами в рамках построенных на началах эквивалентности и взаимности гражданско-правовых отношений, и, в то же время, намеренно не осуществляет уплату налогов, наращивая задолженность перед бюджетом, совершая действия по выводу имущества, денежных средств, заключая мнимые сделки и пр.

Требование истца о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности основано на обстоятельствах, установленных в рамках налоговой проверки, имевших место в 2017-2019 гг.

Как было установлено Инспекцией, в период осуществления ФИО1 полномочий руководителя должника (с 11.03.2012г. по 07.02.2019г) им совершены неправомерные действия, причинившие вред имущественным интересам должника, в части заключения с ООО «Агрозапчасти-Сервис-Кромы», ООО «Святки», ООО «Партнер», ИП ФИО13, ИП ФИО14, ИП ФИО15, ООО «Монолит Групп», ООО «Маркетинг» сделок, являющимися формальными и направленными на получение необоснованной налоговой экономии в виде уменьшения налоговой обязанности по уплате НДС. Размер выведенных под его контролем денежных средств составил 42,8 млн. руб.

В период осуществления ФИО2 полномочий руководителя должника (с 08.02.2019г. по 10.02.2020г) им совершены неправомерные действия, причинившие вред имущественным интересам должника: заключение с ООО «Барс», ООО «Мускат», ООО «Строительные технологии», ООО «Конвент», ООО «Торгсервис», ООО «Модус», ООО «Болхстройтех», ООО «Альтернатива» сделок, являющимися формальными и направленными на получение необоснованной налоговой экономии в виде уменьшения налоговой обязанности по уплате НДС. Размер выведенных под его контролем денежных средств составил 73 млн. руб.

В период владения ФИО3 мажоритарной долей в уставном капитале ООО «Миди» осуществлены неправомерные действия, причинившие вред имущественным интересам должника, состоящие в том, что обществом создан формальный документооборот по имитации расчетов ООО «Миди» с ООО «Альтернатива», ООО «Агрозапчасти-Сервис-Кромы», ООО «Святки», ООО «Партнер», ИП ФИО14, ИП ФИО13, ООО «Монолит Групп», ИП ФИО15, ООО «Мускат», ООО «Барс», ООО «Конвент», ООО «Торгсервис», ООО «Модус», ООО «Строительные технологии», ООО «Болхстройтех», ООО «Маркетинг». Фактически действия направлены не на приобретение товаров и выполнение работ по ремонту кровли и устройству асфальтового покрытия, а на получение необоснованной налоговой выгоды.

Действия руководящего состава ООО «Миди» по оплате фиктивных услуг ООО «Альтернатива», ООО «Агрозапчасти-Сервис-Кромы», ООО «Святки», ООО «Партнер», ИП ФИО14, ИП ФИО13, ООО «Монолит Групп», ИП ФИО15, ООО «Мускат», ООО «Барс», ООО «Конвент», ООО «Торгсервис», ООО «Модус», ООО «Строительные технологии», ООО «Болхстройтех», ООО «Маркетинг» в общей сумме 116 820 478 руб. направлены на вывод денежных средств, сэкономленных в результате незаконной налоговой оптимизации. 

Так, в актах выполненных работ ООО «Агрозапчасти-Сервис-Кромы» и ООО «Святки» указана одна и та же площадь, одни и те же работы, из чего следует, что ни одна, ни другая организация не выполняла вышеуказанные работы, так как в ходе проверки установлено, что данные работы выполнялись ООО «Миди».

В отношении ООО «Агрозапчасти-Сервис-Кромы», ООО «Святки», ООО «Партнер», ИП ФИО13, ИП ФИО14, ИП ФИО15, ООО «Монолит Групп», ООО «Маркетинг» по договорам субподряда налоговым органом установлено, что данные лица не имели права проводить работы, которые влияют на безопасность объектов капитального строительства.

Показаниями свидетелей, представителей заказчиков, установлено, что строительные работы на объектах выполнены работниками ООО «Миди», оформленными в соответствии с законодательством и работниками, нанятыми Обществом без оформления трудовых отношений.

Анализ расчетного счета ООО «Миди» показал, что оно перечисляет денежные средства ООО «Агрозапчасти-Сервис-Кромы» (руководитель ФИО16) за формально оформленные договоры субподряда и участвуют в схеме по обналичиванию денежных средств через ООО «Барон Мюнхаузен» (учредитель ФИО16), ИП ФИО16, КПК «ФЕНИКС.РУ» (учредители ФИО16, ООО «Агрозапчасти-Сервис-Кромы»), ООО «СтройКонсалтТрейдинг» (руководитель/учредитель ФИО17 (бывшая жена ФИО16), физических лиц.

Согласно анализу расчетных счетов ООО «Святки», денежные средства, полученные от ООО «Миди», переведены в адрес ООО МКК «ВераЗаймГрупп» с назначением платежа «Пополнение оборотных средств на ведение хозяйственной деятельности». ООО «Святки» и ООО «Барон Мюнхаузен» являются учредителями МКК «ВераЗаймГрупп» с долей в уставном капитале 50%/50% соответственно. 

Таким образом, учредителем ООО «ВераЗаймГрупп» являются ООО «Святки», а руководителем и 5% учредителем КПК «ФЕНИКС.ру» является ФИО18, который также является руководителем ООО «Святки». В свою очередь, данная организация переводит денежные средства с назначением «Заем по договору займа» в адрес физических лиц, что свидетельствует об обналичивании денежных средств.

Анализ выписок по расчетному счету ИП ФИО13, ИП ФИО14, ИП ФИО15 за 2018 год показал, что денежные средства, перечисленные ООО «Миди», в дальнейшем перечисляются в адрес физических лиц, индивидуальных предпринимателей, а также осуществляется снятие наличных денежных средств самими индивидуальными предпринимателями.

По расчетному счету операции, свойственные предприятиям, ведущим обычную финансово-хозяйственную деятельность (затраты на коммунальные услуги, услуги телефонной связи, канцелярские товары и иные расходы), ООО «Агрозапчасти-Сервис-Кромы», ООО «Святки», ООО «Партнер», ИП ФИО13, ИП ФИО14, ИП ФИО15, ООО «Монолит Групп», ООО «Маркетинг» не производили, что свидетельствует об отсутствии ведения реальной финансово-хозяйственной деятельности; отсутствуют платежи, связанные с оплатой по привлечению трудовых ресурсов, перевозки, аутсорсинга, аутстаффинга, аренды транспортных средств, техники, необходимой для выполнения строительных работ, аренда которой была необходима.

ООО «Миди» не представило доказательств выяснения налогоплательщиком вопросов о наличии у контрагентов материальной базы, штатной численности работников, деловой репутации и опыта.

Указанные факты в совокупности свидетельствуют о том, что заключенные с ООО «Агрозапчасти-Сервис-Кромы», ООО «Святки», ООО «Партнер», ИП ФИО13, ИП ФИО14, ИП ФИО15, ООО «Монолит Групп», ООО «Маркетинг» сделки являются формальными и направлены на получение необоснованной налоговой экономии в виде уменьшения налоговой обязанности по уплате НДС на основании счетов-фактур и первичных документов, не имеющих под собой фактов реальных хозяйственных отношений.

Действия ООО «Миди» и его контрагентов являются согласованными и направлены на создание видимости соблюдения требований статей 169, 171, 172 Налогового кодекса РФ с целью предъявления к вычету НДС, путем создания фиктивного документооборота.

Совокупность собранных в ходе выездной налоговой проверки обстоятельств свидетельствует о том, что вышеуказанные контрагенты фактически не осуществляли реальной хозяйственной деятельности, а являлись участниками цепочки фирм, расчетные счета которых использовались для транзитных операций в схемах ухода от налогообложения и легализации денежных средств.

В отношении ООО «Барс», ООО «Мускат», ООО «Строительные технологии», ООО «Конвент», ООО «Торгсервис», ООО «Модус», ООО «Болхстройтех», ООО «Альтернатива» установлено, что они не имели право проводить работы, которые влияют на безопасность объектов капитального строительства.

Показаниями свидетелей, представителей ФИО19, установлено, что строительные работы на объектах выполнены работниками ООО «Миди», оформленными в соответствии с законодательством и работниками, нанятыми Обществом без оформления трудовых отношений.

Кроме того, истец обращает внимание, что при анализе IP-адресов контрагентов (субподрядчиков) в ходе проверки установлено следующее:

- ООО «Модус», ООО «Торгсервис», ООО «Маркетинг» имеют одинаковые IP адрес 95.107.2.63, 77.235.218.245, при этом у юридических лиц адреса мест регистрации различаются;

- ООО «Строительные технологии», ООО «Моноит-Групп» имеют одинаковые IP адрес 95.107.57.206, адреса мест регистрации различны;

- ООО «Партнер» и ИП ФИО15 имеют одинаковые IP адреса 188.116.186.164, при этом у юридического и физического лица адреса мест регистрации различаются;

- ООО «Агрозапчасти-Сервис-Кромы», ООО «Святки» имеют одинаковые IP адрес 217.174.7.159 и разные места регистрации;

- ООО «Агрозапчасти-Сервис-Кромы», ООО «Барс» имеют один адрес IP 176.192.59.146, при этом у юридических лиц адреса мест регистрации различаются.

Из анализа расчетных счетов вышеуказанных налогоплательщиков следует, что в проверяемом периоде (за 2017-2019гг.) поступившие от ООО «Миди» денежные средства перечислялись на расчетные счета транзитных организаций, а в дальнейшем - индивидуальных предпринимателей.

В последующем поступившие денежные средства обналичивались, в частности, ФИО16, ФИО20, ФИО17, ФИО21, ФИО18, ФИО22, ФИО13, ФИО23, ФИО24, ФИО25, ФИО14, в том числе и по договорам займа, при этом возвраты денежных средств по договорам займов от физических лиц отсутствуют.

Материалами выездной налоговой проверки установлено, что все вышеуказанные лица не осуществляли финансово-хозяйственную деятельность в проверяемом периоде, что дает основания полагать, что они были зарегистрированы в налоговом органе с целью создания видимости финансово-хозяйственных отношений путем формального оформления сделок и участвовали в схеме по обналичиванию денежных средств.

При этом, в ходе допроса получателей денежных средств установлено, что ряд из них денежные средства вообще не получал, кто-то после получения сразу их отдавал ФИО16, а тот через месяц выдавал справку о погашении займа, который фактически не возвращался получателем, трое из свидетелей указывали, что в запрошенный период 2017-2018 годы меняли паспорта (утерян/похищен/испорчен под дождём), но свои данные для получения займов никому добровольно не передавали. Супруга ФИО16 поясняла, что она денежные средства не получала, картой пользовался супруг. Некоторые свидетели пояснили, что заключить договор займа им предлагали за вознаграждение в размере от 500 до 1000 руб. 

Перечисленные факты указывают, что ФИО16, ФИО20, ФИО17, ФИО21, ФИО18, ФИО22, ФИО13, ФИО23, ФИО24, ФИО25, ФИО14 являлись заинтересованными лицами в осуществлении схемы незаконной минимизации налоговых обязательств ООО «Миди» и действовали совместно с руководством проверяемого налогоплательщика с целью получения экономии.

В ходе выездной налоговой проверки также установлено, что согласно условиям договоров подряда, заключенным ООО «Миди» с заказчиками на выполнение работ на строительных объектах в 2017-2019гг., в основном использовался материал подрядчика. Стоимость материалов, использованных для выполнения работ, включена ООО «Миди» в акты выполненных работ, выставленные в адрес заказчиков в 2017-2019гг.

В отношении работ, выполняемых на объектах заказчиков ООО «Миди» субподрядными организациями, налоговым органом установлено, что материалы для выполнения работ на 90% принадлежали ООО «Миди», а указания по ведению финансово-хозяйственной деятельности давали руководители ООО «Миди» ФИО1, ФИО2 (протокол допроса свидетеля от 17.06.2021г. № 17-10/274, протокол допроса свидетеля от 01.06.2021г. № 17-10/223). При этом ФИО2 до назначения на должность в качестве руководителя ООО «Миди (с 08.02.2019) уже получал доход в данной организации (согласно справкам 2-НДФЛ), что в совокупности с протоколами допроса подтверждает факт осведомленности последнего о финансово-хозяйственной деятельности должника.

Работникам ООО «Миди» в ряде организаций-заказчиков выдавались временные пропуска.

Так, в частности, в ходе проверки взаимоотношений должника с ООО «Мускат» при проведении работ на объекте ПАО «Линейный» установлено, что согласно представленным ООО «Миди» письмам пропуск на территорию ПАО «Линейный» (Заказчик) имели как сотрудники, так и работники должника. Среди них указаны: ФИО2 как директор, ФИО3 – заместитель директора, ФИО1 – работник ООО «Миди».

При выполнении работ на объекте АО «Автоком» ФИО3 был заявлен как работник ООО «Миди», при этом руководитель АО «Автоком» при даче показаний относил его к руководящему составу ООО «Миди», а на работах по заказу АО «Агрегат» сведения о нём подавались как на водителя.

На объектах СХП «Колпнянское» и СХП «Свердловское», по показаниям инженера-строителя по техническому надзору ООО «Авангард-Агро-Орел», работами руководили ФИО1 либо ФИО38

На объекте ООО «Проминвест» за инструктаж на рабочем месте в 2017 году стоит подпись ФИО1 как руководителя должника.

В письме от 14.05.2018, направленном в ПАО «Наугорский», ФИО1 заявил в числе работников, выполняющих работы на объекте, ФИО3, а контроль выполнения и приёмка работ осуществлялась им самим.

Налоговым органом установлено, что в проверяемом периоде и после ФИО2 приобрел в собственность: самоходную машину СР-563С, VIN 5KN00106, 1996 года выпуска, дата регистрации - 19.12.2018г.; самоходную машину ГС-14.02, VIN 120746, 2012 года выпуска, дата регистрации - 20.02.2019г.; легковой автомобиль TOYOTA CAMRY, VIN 

<

***>, 2020 года выпуска, дата регистрации - 07.11.2020г.

ФИО1 приобрел: прочие самоходные машины - TEREX TLB890SM, дата регистрации 03.06.2019, VIN 

<

***>, мощностью 101,29 л.с. (примерная стоимость 3 250 000 руб.); прочие самоходные машины - MST М542 PLUS, дата регистрации 29.03.2023, VIN 

<

***>, мощностью 101,29 л.с. (примерная стоимость 9 900 000 руб.); легковой автомобиль BMW 520D XDRIVE, дата регистрации 29.10.2022, VIN 

<

***>, мощностью 190,3 л.с. (примерная стоимость 4 450 000 руб.); легковой автомобиль ВАЗ 21053, дата регистрации 06.08.2022, VIN 

<

***>, мощностью 71.4 л.с. (примерная стоимость 70 000 руб.)

ФИО26 Аджамовича - ФИО4 Слои (дата заключения брака 28.05.2010) приобрела: 15.03.2021 (на основании справки ЖСК «Эталон-Сити 5» от 10.02.2021) зарегистрирована квартира, площадью 92,6 кв.м, расположенная по адресу: 

<

...> кадастровой стоимостью 12 689 222,46 руб.; 20.01.2022 зарегистрировано машино-место площадью 22,5 кв.м, кадастровый номер: 57:25:0010610:1465, расположено по адресу: 

<

...>, кадастровой стоимостью 669 118,2 руб.

ФИО3 приобрел: легковой автомобиль HYUNDAI SOLARIS, дата регистрации 27.03.2020, VIN 

<

***>, мощностью - 122,6 л.с; легковой автомобиль MERCEDES-BENZ E-CLASS, дата регистрации 25.12.2020, VTN W1K2130871A880700, мощностью 197,1 л.с.

ФИО27 Шарифовна (дата заключения брака 19.10.2001) приобрела: 10.02.2020 (на основании справки ЖСК «Эталон-Сити 5» от 12.07.2019) зарегистрирована квартира, площадью 92,6 кв.м, расположенная по адресу: 

<

...> кадастровой стоимостью 12 661 815,94 руб.; 07.02.2020 (на основании справки ЖСК «Эталон-Сити 5» от 12.07.2019) зарегистрирована квартира, площадью 52,6 кв.м, расположенная по адресу: 

<

...> кадастровой стоимостью 7 207 916,86 руб.

При этом, по данным налогового органа, несопоставим объем и стоимость имущества семьи с размером доходов согласно официальным источникам.

Кроме того, в период проведения налоговой проверки ООО «Миди» установлено отчуждение легкового автомобиля TOYOTA CAMRY, VIN 

<

***>, 2020 года выпуска (дата регистрации - 24.03.2020г., дата отчуждения - 19.02.2021г.)

ООО «Миди» был заключен договор лизинга данного автомобиля с АО «ВТБ-Лизинг» от 17.03.2020г. № АЛ 157845/01-20 ОРЛ. Согласно данному договору АО «ВТБ Лизинг» предоставило автомобиль ООО «Миди» во временное пользование и пользование за плату в общем размере ежемесячных лизинговых платежей 2 944 574,92 руб. Выкупная стоимость автомобиля TOYOTA CAMRY, уплачиваемая по окончании срока лизинга, – 1166,67 руб. Срок действия договора - до 28.02.2021г.

Согласно выписке банка по расчетным счетам ООО «Миди» сумма лизинговых платежей по договору лизинга №АЛ 157845/01-20 ОРЛ уплачена налогоплательщиком в полном объеме, после чего ООО «Миди» вернуло АО «ВТБ-Лизинг» автомобиль TOYOTA CAMRY согласно дополнительному соглашению № 1 от 15.02.2021г. к договору лизинга. 19.02.2021г. права на автомобиль у АО «ВТБ-Лизинг» выкупил ФИО28 (ИНН 

<

***>), цена сделки - 1 000 руб.

Отчуждение транспортного средства в период проведения выездной налоговой проверки при отсутствии у должника иного имущества причинило вред ФНС России. ФИО3, будучи единоличным участником ООО «Миди», не мог не знать о негативных последствиях в результате отчуждения имущества в период проведения выездной налоговой проверки.

По данным Управления ЗАГС по Орловской области, ФИО28 является сыном единственного участника ООО «Миди» ФИО3.

Иной источник для приобретения имущества в период осуществления контролирующими должника лицами в ООО «Миди», кроме выгоды от реализации схемы по занижению налоговой базы с последующим выводом денежных средств, не выявлен.

Помимо того, налоговым органом установлено, что 24.03.2020 в налоговом органе зарегистрирована организация ООО «Инфотехсервис» (ИНН 

<

***>), основной вид деятельности - «Производство кровельных работ». ФИО28 является генеральным директором и единственным участником (доля участия - 100%) ООО «Инфотехсервис» за период с 24.03.2020 по настоящее время. Как ранее было указано, ФИО28 является сыном единственного участника ООО «Миди» ФИО3. Основной вид деятельности ООО «Инфотехсервис» аналогичен виду деятельности ООО «Миди» (производство кровельных работ).

Адреса регистрации ООО «Миди» и ООО «Инфотехсервис»: 302005, 

<

...>. Также установлено совпадение IP-адреса ООО «Миди» и ООО «Инфотехсервис»: 109.61.135.55.

При изучении работников, осуществляющих свою деятельность в данных организациях, установлено, что с момента начала выездной налоговой проверки 24.12.2020 из ООО «Миди» в ООО «Инфотехсервис» перешёл 1 сотрудник (ФИО29 – ранее работала в должности бухгалтера и инженера-сметчика), при этом одновременно в 2021 году свою деятельность в вышеуказанных организациях осуществляли следующие сотрудники: ФИО30, ФИО31, ФИО32, ФИО33, ФИО34, ФИО35, ФИО36

Анализ справок 2-НДФЛ, с учетом основного вида деятельности двух организаций, позволяет прийти к выводу, что вышеуказанные лица не являлись постоянными сотрудниками, а привлекались по мере необходимости (в справках о доходах отражены лишь конкретные месяцы работы, а не весь год или полугодие).

Таким образом, ООО «Инфотехсервис» является аффилированной к ООО «Миди» организацией.

При анализе бухгалтерских балансов должника за 2017 - 2019 год установлено следующее:

- балансовая стоимость активов должника за 2017 год составила 23 809 000 руб. при этом количество денежных средств, перечисленных контрагенту ООО «Агрозапчасти-Сервис-Кромы»– 12 818 036 руб., что в свою очередь составляет 53,8% от балансовой стоимости активов должника;

- балансовая стоимость активов должника за 2018 год составила 12 993 000 руб., а количество денежных средств, перечисленных контрагентам,– 31 322 773 руб., что более чем в два раза превышает балансовую стоимость активов должника;

- балансовая стоимость активов должника за 2019 год составила 31 731 000 руб., количество денежных средств, перечисленных контрагентам,–72 679 669 руб.

Необходимо отметить, что ФИО3 помимо того, что являлся бессменным учредителем должника, также согласно протоколу допроса свидетеля от 21.04.2021 №17-10/130 работал в 2018-2019 году в ООО «Миди» мастером, что свидетельствует о его фактическом участии в деятельности должника, осведомленности о деятельности руководителей ФИО1 и ФИО2 по заключению фиктивных договоров с субподрядными организациями.

Как разъяснено в пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Ответственность, предусмотренная ст.10 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», является гражданско-правовой и при ее применении должны учитываться общие положения глав 25 и 59 Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушения обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда в части, не противоречащей специальным нормам Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (п Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.11.2012 г. №9127/12).

По правилам ст.15 Гражданского кодекса Российской Федерации для наступления гражданско-правовой ответственности необходимо доказать противоправный характер поведения лица, на которое предполагается возложить ответственность, наличие у потерпевшего лица убытков, причинную связь между противоправным поведением нарушителя и наступившими вредоносными последствиями.

Таким образом, для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности доказыванию в силу ст. 65 АПК РФ подлежит состав правонарушения, включающий наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом. 

По смыслу норм п. 2 ст. 401, п. 2 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации отсутствие вины доказывается лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности.

С учётом абз.7 п.4 ст.10 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», заявитель должен доказать наличие неправомерных действий контролирующего лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности на основании п.4 ст. 10 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», а лицо, привлекаемое к субсидиарной ответственности, должно доказать, что оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника, и отсутствие своей вины и причинной связи с последующим затруднением проведения процедуры несостоятельности (банкротства), в том числе формирования и реализации конкурсной массы.

Пунктом 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 20.12.2016, разъяснено, что материалы проведенных в отношении должника или его контрагента мероприятий налогового контроля могут быть использованы в качестве средств доказывания фактических обстоятельств, на которые ссылается уполномоченный орган, при рассмотрении в рамках дела о банкротстве обособленных споров, а также при рассмотрении в общеисковом порядке споров, связанных с делом о банкротстве.

Согласно п.21 постановления Пленума №53, если необходимой причиной объективного банкротства явились сделка или ряд сделок, по которым выгоду извлекло контролирующее должника лицо, такой контролирующий выгодоприобретатель несет субсидиарную ответственность, солидарно с руководителем должника (абзац 1 статьи 1080 Гражданского кодекса Российской Федерации). Презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными (пункт 23 постановления Пленума № 53).

Судом достоверно установлено, что ФИО1 являлся руководителем должника в проверяемый налоговый период 2017-2019 годы.

Установленные в ходе мероприятий налогового контроля факты в своей совокупности свидетельствуют о том, что в период осуществления ФИО1 полномочий руководителя должника (с 11.03.2012г. по 07.02.2019г) им совершены неправомерные действия, причинившие вред имущественным интересам должника в части заключения с ООО «Агрозапчасти-Сервис-Кромы», ООО «Святки», ООО «Партнер», ИП ФИО13, ИП ФИО14, ИП ФИО15, ООО «Монолит Групп», ООО «Маркетинг» сделок, являющимися формальными и направленными на получение необоснованной налоговой экономии в виде уменьшения налоговой обязанности по уплате НДС на основании счетов-фактур и первичных документов, не имеющих под собой фактов реальных хозяйственных отношений. Размер выведенных под его контролем денежных средств составил 42,8 млн. руб.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в Определении Верховного суда Российской Федерации от 31.03.2016 №309-ЭС15-16713, исходя из положений статьи 10 ГК РФ, руководитель хозяйственного общества обязан действовать добросовестно не только по отношению к возглавляемому им юридическому лицу, но и по отношению к такой группе лиц как кредиторы. Это означает, что он должен учитывать права и законные интересы последних, содействовать им, в том числе в получении необходимой информации.

При установлении того, повлекло ли поведение ответчиков банкротство должника, необходимо принимать во внимание следующее:

1) наличие у ответчика возможности оказывать существенное влияние на деятельность должника (что, например, исключает из круга потенциальных ответчиков рядовых сотрудников, менеджмент среднего звена, миноритарных акционеров и т.д., при условии, что формальный статус этих лиц соответствует их роли и выполняемым функциям);

2) реализация ответчиком соответствующих полномочий привела (ведет) к негативным для должника и его кредиторов последствиям; масштаб негативных последствий соотносится с масштабами деятельности должника, то есть способен кардинально изменить структуру его имущества в качественно иное - банкротное - состояние (однако не могут быть признаны в качестве оснований для субсидиарной ответственности действия по совершению, хоть и не выгодных, но несущественных по своим размерам и последствиям для должника сделки);

3) ответчик является инициатором такого поведения и (или) потенциальным выгодоприобретателем возникших в связи с этим негативных последствий (далее - критерии; пункты 3, 16, 21, 23 Постановления № 53).

ФИО1 осуществлял руководство Обществом, то есть в силу имевшегося у него статуса имел возможность оказывать существенное влияние на деятельность должника.

Показаниями свидетелей также подтверждается, что ФИО1 контролировал проведение работ на спорных объектах своими сотрудниками, направлял письма заказчикам на выдачу пропусков. При этом, заключал договоры с лицами, которые фактически работы на объектах заказчика не выполняли.

Сам ФИО1 факты подписания договоров оспаривал, но об их фальсификации в порядке ст. 161 АПК РФ не заявил. Такое заявление было сделано ФИО2, который в последующем его не поддерживал.

ФИО1 утверждал, что на должность директора его пригласил ФИО3, который является родным братом его жены. Должность директора ФИО1 считает, что занимал номинально.

Вместе с тем, вышеуказанные договоры помимо подписи ФИО1 имеют и печать Общества.

Заверение печатью организации подписи конкретных лиц подтверждает правомочность лица на совершение данного действия. При этом из правовой позиции, сформулированной в постановлениях Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 03.07.2012 № 3170/12 и № 3172/12, следует, что при отсутствии доказательств иного наличие полномочий представителя стороны, подписавшего юридически значимый для правоотношения документ, на представление интересов этой стороны в правоотношении, предполагается.

Создавая или допуская создание обстановки, свидетельствующей о наличии полномочий у представителя, представляемый сознательно входит в гражданский оборот в лице такого представителя, поэтому не вправе ссылаться на отсутствие трудовых или гражданско-правовых отношений с представителем, так как обстановка как основание представительства не только заменяет собой письменное уполномочие (доверенность), но и возможна в отсутствие каких-либо надлежащим образом оформленных правоотношений между представителем и представляемым. 

К одному из признаков подобной обстановки судебная практика относит наличие у представителя печати юридического лица, о потере которой или ее подделке этим представителем юридическое лицо в судебном процессе не заявляло (определения Верховного Суда Российской Федерации от 09.03.2016 №303- ЭС15-16683, от 24.12.2015 №307-ЭС15-11797, от 23.07.2015 №307-ЭС15-9787, от 28.04.2014 № ВАС-4971/14).

В период подписания договоров и актов выполненных работ ФИО1 занимал должность руководителя должника, сведения о нём были внесены в ЕГРЮЛ.

ФИО1 неоднократно подавал документы в регистрирующий орган лично, а также выдавал доверенность на сдачу документов по внесению изменений в учредительные документы, что также следует из материалов регистрационного дела должника (том 5).

Таким образом, ФИО1 имел свободный доступ к печати должника, подписывал договоры с ООО «Агрозапчасти-Сервис-Кромы», ООО «Святки», ООО «Партнер», ИП ФИО13, ИП ФИО14, ИП ФИО15, ООО «Монолит Групп», ООО «Маркетинг», находился на объектах заказчиков, контролируя проведение работ, расписывался за проведение инструктажей на объектах, вел переписку с заказчиками, подавал документы в регистрирующий орган, что не соответствует признакам, отличающим номинального руководителя должника.

Более того, в соответствии с пунктом 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», руководитель, имеющий признаки номинального, не утрачивает статуса контролирующего лица, так как не утрачивает возможности оказания влияния на должника, не освобождается от надлежащего выполнения обязанностей по управлению юридическим лицом, организации его бухгалтерского учета, обеспечению законности распоряжения его активами, принятию мер к привлечению к ответственности лиц, виновных в их утрате.

Тем более, что термин «номинальный руководитель» ранее использовался в работе налоговых органов для целей проверки достоверности сведений, содержащихся в Едином государственном реестре юридических лиц, и отражал только один из возможных признаков номинального руководителя (одновременное исполнение обязанности директора в нескольких организациях). В то время как ФИО1 занимал должность руководителя ООО «Земдорстрой» (ИНН 

<

***>) начиная с 21.11.2019, т.е. только после окончания его полномочий как руководителя должника.

Вторым признаком номинального руководителя является неполучение оплаты труда, однако ФИО1 подтвердил в судебном заседании, что зарплату он получал.

Третьим признаком может служить плохая осведомленность о деятельности компании, тогда как с учётом вышеприведенных фактов, ФИО1 не только был осведомлён о такой деятельности, но и выступал инициатором и исполнителем.

Пока не доказано иное, презюмируется, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц в случае, если вред имущественным правам кредиторов причинен в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

В соответствии с абзацами 1 и 2 пункта 1 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 06.07.2016, при наличии доказательств, свидетельствующих о существовании причинно-следственной связи между действиями контролирующего лица и банкротством подконтрольной организации, контролирующее лицо несет бремя доказывания обоснованности и разумности своих действий и их совершения без цели причинения вреда кредиторам подконтрольной организации. Субсидиарная ответственность участника наступает тогда, когда в результате его поведения должнику не просто причинен имущественный вред, а он стал банкротом, то есть лицом, которое не может удовлетворить требования кредиторов и исполнить публичные обязанности вследствие значительного уменьшения объема своих активов под влиянием контролирующего лица.

Показаниями свидетеля ФИО37 (т.2, л.д. 11-39) также подтверждается, что ФИО1 давал указания по ведению финансово-хозяйственной деятельности должника.

В отношении довода Управления о получении выгоды, ответчик 1 объяснил, что указанное истцом имущество он мог приобрести на доходы от деятельности ООО «Земдорстрой» (ИНН 

<

***>), в котором он был руководителем, но соответствующих доказательств в суд не представил.

Таким образом, достаточных и достоверных доказательств, позволяющих освободить его от субсидиарной ответственности, ФИО1 не представлено.

ФИО2 занимал должность руководителя должника в период с 08.02.2019г. по 10.02.2020г.

В период осуществления ФИО2 полномочий руководителя должника им совершены неправомерные действия, причинившие вред имущественным интересам должника: заключены сделки с ООО «Барс», ООО «Мускат», ООО «Строительные технологии», ООО «Конвент», ООО «Торгсервис», ООО «Модус», ООО «Болхстройтех», ООО «Альтернатива», являющиеся формальными и направленными на получение необоснованной налоговой экономии в виде уменьшения налоговой обязанности по уплате НДС на основании счетов-фактур и первичных документов, не имеющих под собой фактов реальных хозяйственных отношений. Размер выведенных под его контролем денежных средств составил 73 млн. руб.

ФИО2 факты подписания договоров оспаривал, сделал заявление об их фальсификации в порядке ст. 161 АПК РФ, которое в итоге просил не рассматривать.

ФИО2 пояснил, что является племянником ответчика ФИО3, который является родным братом отца ФИО2 – ФИО38 В феврале 2019 года ответчик ФИО2 занял должность руководителя ООО «Миди» именно по просьбе своего дяди ФИО3, т.к. до этого был трудоустроен в данной организации в должности менеджера, а фактически выполнял функции одного из производителя работ (прораб).

На момент трудоустройства ФИО2 в ООО «Миди» в должности заместителя руководителя уже работал ФИО37, который совместно с ФИО3 осуществлял фактическое руководство организацией и являлся близким другом ФИО3 В дальнейшем ФИО2 за период с февраля 2019 года по февраль 2020 года не принимал участия в руководстве ООО «Миди». 

ФИО2 указал, что он не имел доступ к расчетному счету ООО «Миди» и не мог осуществлять перечисление денежных средств на расчетные счета, так как электронный ключ доступа к расчетному счету ООО «Миди» находился в пользовании иных лиц.

Вместе с тем, показаниями свидетеля ФИО37 (т.2, л.д. 11-39) подтверждается, что ФИО2 давал указания по ведению финансово-хозяйственной деятельности должника. ФИО37 подтверждал, что решение по вопросу одобрения того или иного контрагента принималось коллегиально (ФИО2 и ФИО1), они же выбирали поставщиков услуг, контролировали процесс выполнения работ, давали указания, следили за сроками, подписывали договоры субподряда.

На объектах СХП «Колпнянское» и СХП «Свердловское», по показаниям инженера-строителя по техническому надзору ООО «Авангард-Агро-Орел», работами руководили ФИО1 либо ФИО38

Руководитель ООО «Маркетинг» ФИО39 подтверждала, что по поставкам общалась непосредственно с директором Максимом. Подписание договора с ООО «Модус» именно ФИО38 подтверждал ФИО40 Аналогично руководители ООО «Строительные технологии» и ООО «Конвент» в своих показаниях ссылались на работу с ФИО38.

В банковском досье ООО «Миди», представленном ПАО «Райффайзен Банк», имеется нотариальная доверенность от директора ООО «Миди» ФИО2 на бухгалтера ФИО29, по которой ей полностью доверяется производить все действия, связанные с банковскими счетами и финансовыми операциями организации.

На ФИО2 в ПАО «ВТБ 24» оформлена ЭЦП, что подтверждает осуществление им полномочий единоличного исполнительного органа должника в спорный период. При этом сведения об изменениях в отношении телефонного номера, который принадлежит ФИО3, вносились по письменному заявлению ответчика 2 об изменении логина, о чем стоит отметка Банка и подпись сотрудника. Тот факт, что ответчиком ФИО2 в добровольном порядке указан данный телефонный номер свидетельствует лишь о его согласии с отправлением соответствующих сообщений на указанный номер, но не с передачей в пользование ЭЦП ФИО3

Если заявитель не осуществлял полномочия руководителя должника, то должен был отозвать свою ЭЦП либо аннулировать данный сертификат электронной подписи, чтобы исключить использование личного ЭЦП другими лицами в противоправных целях. Однако таких действий осуществлено не было.

При этом, ФИО3 подтверждал, что ответчик 2 не являлся номинальным директором, а указанный ФИО2 телефонный номер использовался для управления расчётными счетами (данный довод также подтвердило ООО «Миди»), следовательно, по мнению суда, ФИО2, изменяя номер телефона, не мог не знать о возможностях его использования.

В своем отзыве ответчик 2 также указывает, что часть имущества была приобретена им в период до момента назначения на должность руководителя ООО «Миди», однако не отрицает, что свою деятельность ФИО2 осуществлял в ООО «Миди» и в 2018 году в должности менеджера по снабжению (ФИО3 в отзыве подтвердил данный факт), при этом возможность приобретения данного имущества не подтверждена. Приобретение автомобиля «Тойота Камри» с помощью средств родственника (отца) документально не подтверждено. Факт того, что отец ответчика зарегистрирован в качестве предпринимателя, не подтверждает возможность приобретения указанного транспортного средства за его счет.

ФИО2, также как и ФИО1, получал заработную плату за деятельность в Обществе, что также опровергает довод ответчика 2 о нём как номинальном руководителе.

По совокупности вышеизложенного суд пришел к выводу о том, что убедительных доказательств, позволяющих освободить его от субсидиарной ответственности, ФИО2 не представлено.

Единственным участником ООО «Миди» с момента основания является ФИО3, владеющий 100% долей в уставном капитале Общества.

В период владения ФИО3 мажоритарной долей в уставном капитале им осуществлены неправомерные действия, причинившие вред имущественным интересам должника, в частности, установленные в ходе мероприятий налогового контроля факты в своей совокупности свидетельствуют о том, что обществом создан формальный документооборот по имитации расчетов ООО «Миди» с ООО «Альтернатива», ООО «Агрозапчасти-Сервис-Кромы», ООО «Святки», ООО «Партнер», ИП ФИО14, ИП ФИО13, ООО «Монолит Групп», ИП ФИО15, ООО «Мускат», ООО «Барс», ООО «Конвент», ООО «Торгсервис», ООО «Модус», ООО «Строительные технологии», ООО «Болхстройтех», ООО «Маркетинг». Фактически действия были направлены не на приобретение товаров и выполнение работ по ремонту кровли и устройству асфальтового покрытия, а на получение необоснованной налоговой выгоды.

По мнению суда, из материалов дела следует, что наряду с руководителями, активное участие в финансово-хозяйственной деятельности должника принимал и учредитель, который не мог быть не осведомлен о заключаемых ООО «Миди» сделках.

Судебная практика выработала совокупность косвенных признаков, свидетельствующих о наличии группы и подконтрольности её единому центру. В частности, об этом могут свидетельствовать следующие обстоятельства: действия названных субъектов синхронны в отсутствие к тому объективных экономических причин; они противоречат экономическим интересам одного члена группы и одновременно ведут к существенной выгоде другого члена этой же группы; данные действия не могли иметь место ни при каких иных обстоятельствах, кроме как при наличии подчиненности одному и тому же лицу и т.д. (Определение Верховного суда Российской Федерации от 31.08.2020 г. по делу №305-ЭС19-24480).

Установление фактического контроля не всегда обусловлено наличием юридических признаков аффилированности (пункт 3 постановления № 53). Напротив, конечный бенефициар, не имеющий соответствующих формальных полномочий, в раскрытии своего статуса контролирующего лица не заинтересован и старается завуалировать как таковую возможность оказания влияния на должника. Следовательно, статус контролирующего лица устанавливается, в том числе через выявление согласованных действий между бенефициаром и подконтрольной ему организацией, которые невозможны при иной структурированности отношений. При ином недопустимом подходе бенефициары должника в связи с подконтрольностью им документооборота организации имели бы возможность в одностороннем порядке определять субъекта субсидиарной ответственности выгодным для них образом и уходить от ответственности.

В своих объяснениях свидетель ФИО37 (т.2, л.д. 12) назвал ФИО3 как лицо, дававшее указание по ведению финансово-хозяйственной деятельности ООО «Миди». 

В дополнение к изложенному в своих письменных отзывах по настоящему делу ФИО2 и ФИО1 указали, что в ООО «Миди» их пригласил на работу ФИО3, по его приказам данные лица были назначены на свои должности, учредителем устанавливалась заработная плата, он же их и освобождал от должности руководителя должника.

ФИО1 утверждал, что ФИО3 является родным братом его жены. ФИО2 пояснил, что является племянником ответчика ФИО3. ФИО2 подтверждал, что фактическое руководство Обществом осуществлял именно его дядя.

При анализе деятельности ответчика 3 в ООО «Миди» усматривается, что без его ведома не могли быть осуществлены выявленные уполномоченным органом схемы ухода от налогообложения.

В ходе проверки взаимоотношений должника с ООО «Мускат» при проведении работ в ПАО «Линейный» установлено, что согласно представленным ООО «Миди» письмам пропуск на территорию ПАО «Линейный» (заказчик) имели как сотрудники, так и работники должника, в том числе ФИО2 как директор, ФИО3 – заместитель директора, ФИО1 – работник ООО «Миди».

При выполнении работ на объекте АО «Автоком» ФИО3 был заявлен как работник ООО «Миди», при этом руководитель АО «Автоком» при даче показаний относил его к руководящему составу ООО «Миди», а на работах по заказу АО «Агрегат» сведения о нём подавались как на водителя.

В письме от 14.05.2018, направленном в ПАО «Наугорский», ФИО1 заявил в числе работников, выполняющих работы на объекте, ФИО3

Сам ФИО3 на допросе давал показания, что в период 2018-2019гг. работал мастером.

Сведения об изменениях в отношении телефонного номера, который принадлежит ФИО3, хотя и вносились по письменному заявлению ответчика 2 об изменении логина, но не могли происходить без согласия самого владельца.

Таким образом, вне зависимости от занимаемой должности в ООО «Миди» ФИО3 находился на многих объектах заказчиков в момент выполнения работ и не мог не знать, что лица, выполняющие работы, являются сотрудниками должника, а не субподрядчиков.

По инициативе ФИО3 менялся адрес места нахождения должника, вносились изменения в Устав, заключался договор аренды на помещение, в котором находился должник, а 12.04.2019 произошло увеличение уставного капитала.

Согласно протоколам допроса свидетелей ФИО41 и ФИО42, фактическим руководителем должника работники считали именно ФИО3

Доводы ответчика 3 о том, что работы выполнялись субподрядчиками, а не работниками ООО «Миди», опровергаются судебными актами по делу №А48-8144/2022.

Так, в постановлении Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда отражено, что наряду с обстоятельствами, опровергающими реальность выполнения субподрядных работ для ООО «Миди» спорными контрагентами ввиду отсутствия у последних соответствующих материальных и трудовых ресурсов, неподтверждения их участия в выполнении работ на объектах заказчиками налогоплательщика, противоречивости сведений в представленных первичных документах по приемке-передаче работ, выявления схемы по осуществлению незаконной банковской деятельности с использованием расчетных счетов спорных подрядчиков, налоговым органом также установлено наличие у заявителя возможности самостоятельного выполнения данных работ. 

В частности, ООО «Миди» имело свидетельство СРО о допуске к работам, которые оказывают влияние на безопасность объектов капитального строительства, обладало необходимыми трудовыми ресурсами (что подтверждается как данными о выплате работникам вознаграждения и представлением сведений по форме 2-НДФЛ, так и показаниями свидетелей (как со стороны самих работников, так и со стороны заказчиков) о привлечении физических лиц без оформления трудовых отношений с осуществлением расчетов наличными денежными средствами; обладало специальной техникой для выполнения работ. Таким образом, фактически спорные работы выполнялись самим налогоплательщиком без привлечения заявленных субподрядных организаций. 

Ответчики обращали внимание на то, что выводы судебных актов по делу №А48-8144/2022 для них не могут иметь преюдициальное значение, поскольку они не участвовали в названном деле. Однако никаких доказательств, позволяющих суду прийти к иному выводу– о выполнении подрядных работ силами контрагентов, ими в материалы настоящего дела не представлено.

Проверяя довод ФИО3 о том, что приобретение имущества осуществлено по договорам паенакопления, суд проанализировал условия данных договоров и периоды оплат (т.13, л.д. 5-30), и соглашается с истцом в том, что совокупный доход семьи ответчика 3 не позволял ему приобрести недвижимость за счёт официального дохода и реальных сделок, даже с учётом продажи 20.12.2018 квартиры на сумму 4400000 руб. При этом, продажа 14.10.2023 и 25.06.2020 по договорам купли-продажи автомобилей не относится к спорному периоду. Внесение паевых взносов на суммы 12059186 руб. и 6350283 руб. происходило 06.12.2017-28.12.2018, именно в проверяемый налоговым органом период 01.01.2017-31.12.2019гг. Доказательства наличия иных источников получения дохода для внесения семьёй таких сумм в течение года ответчиком 3 не представлены.

Суд также установил перевод деятельности должника в другую организацию - ООО «Инфотехсервис» (ИНН 

<

***>), созданную 24.03.2020г., с тем же основным видом деятельности - «производство кровельных работ». 

ФИО28 является генеральным директором и единственным участником ООО «Инфотехсервис» в период с 24.03.2020 по настоящее время и является сыном единственного участника ООО «Миди» ФИО3.

Адреса регистрации ООО «Миди» и ООО «Инфотехсервис»: 302005, 

<

...>. Также установлено совпадение IP-адреса ООО «Миди» и ООО «Инфотехсервис»: 109.61.135.55.

При изучении работников, осуществляющих свою деятельность в данных организациях, установлено, что с момента начала проведения выездной налоговой проверки 24.12.2020 из ООО «Миди» в ООО «Инфотехсервис» перешёл 1 сотрудник (ФИО29 – ранее работала в должности бухгалтера и инженера-сметчика), при этом одновременно в 2021 году свою деятельность в вышеуказанных организациях осуществляли ФИО30, ФИО31, ФИО32, ФИО33, ФИО34, ФИО35, ФИО36

Анализ справок 2-НДФЛ, с учетом основного вида деятельности двух организации, позволяет прийти к выводу, что вышеуказанные лица не являлись постоянными сотрудниками, а привлекались по мере необходимости (в справках о доходах отражены лишь конкретные месяцы работы, а не весь год или полугодие).

Анализ выписок по расчетным счетам ООО «Миди» показывает, что после начала проведения контрольных мероприятий организация постепенно в 2021 год прекращает свою деятельность путем выполнения ранее подписанных договоров и отсутствии вновь заключенных.

Данный вывод также следует из сопоставления выручки двух организаций.

ООО «Миди»

ООО «Инфотехсервис»

Выручка от продажи товаров, работ, услуг,тыс.руб.

2019

100 266

 

2020

64 458

2020

14 535

2021

26 355

2021

59 825

2022

0

2022

88 616

Создание иной организации, располагающейся по тому же адресу, что и должник, с аналогичным видом деятельности, периодическим привлечением работников свидетельствует о нежелании лиц, контролирующих ООО «Миди», продолжать  деятельность должника  и намерении продолжить деятельность во вновь образованной организации.

Должник после раскрытия налоговым органом используемой схемы по уклонению от уплаты налогов, фактически перевёл свою деятельность в аффилированное ООО «Инфотехсервис».

В соответствии с пунктом 4 статьи 32 Федерального закона от 8 февраля 1998 года №14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Закон об обществах с ограниченной ответственностью) руководство текущей деятельностью общества осуществляется единоличным исполнительным органом общества или единоличным исполнительным органом общества и коллегиальным исполнительным органом общества. Исполнительные органы общества подотчетны общему собранию участников общества и совету директоров (наблюдательному совету) общества.

ФИО3 являлся единственным участником должника и не мог не знать о прекращении основного направления деятельности.

Права ФИО3, предоставленные ему Уставом ООО «Миди», предполагали широкий перечень возможностей для проведения тщательного контроля деятельности Общества, однако явно усматривается устранение единственного участника от проверки законности принимаемых решений, выводу имущества и переводу деятельности в фирму сына, что в конечном итоге повлекло неспособность должника отвечать по своим обязательствам.

ФИО3 ни привел ни одного доказательства того, что после выявления схемы ухода от налогообложения, им были предприняты какие-либо конкретные меры для поддержания нормального функционирования деятельности ООО «Миди», кадровые перестановки, способствующие финансовому улучшению, привлечение бывших руководителей к субсидиарной ответственности и пр.

Вместо этого ООО «Миди» произвело фактическое отчуждение автомобиля TOYOTA CAMRY, уплатив по договору лизинга от 17.03.2020г. № АЛ 157845/01-20 ОРЛ в полном объеме денежные средства, после чего ООО «Миди» вернуло АО «ВТБ-Лизинг» автомобиль TOYOTA CAMRY согласно дополнительному соглашению № 1 от 15.02.2021г. (период проведения проверки) к договору лизинга, а 19.02.2021г. права на автомобиль у АО «ВТБ-Лизинг» выкупил ФИО28 (сын) за 1 000 руб.

По совокупности вышеизложенных обстоятельств суд пришел к выводу о том, что ФИО1, ФИО2 и ФИО3 являются контролирующими должника лицами, чьи действия привели к его несостоятельности, материалами дела подтверждается причинно-следственная связь между совершенными ими действиями и невозможностью удовлетворения требований кредитора.

Ссылка ответчиков на постановление об отказе в возбуждении уголовного дела от 02 мая 2024г. (т.12 л.д.30-50), которым, по их мнению, подтверждается вина только ФИО37 в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.199 УК РФ,  на исход спора не влияет.

Согласно указанному процессуальному документу, принятому в рамках предварительной проверки в порядке статей 144 - 145 Уголовного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - УПК РФ), уголовное дело в отношении ФИО37 прекращено по основанию, предусмотренному пунктом 3 части 1 статьи 24 УПК РФ, в связи с истечением срока давности. Объяснения, полученные в рамках предварительной проверки, не являлись предметом оценки в рамках судебного следствия.

Процессуальное законодательство не предоставляет арбитражному суду право устанавливать обстоятельства на основании пояснений, данных в рамках другого дела, в том числе уголовного, по которому, по результатам предварительной проверки, вынесено постановление о прекращении уголовного дела. Постановление о прекращении уголовного дела не имеет преюдициального значения при рассмотрении дела арбитражным судом (статья 69 АПК РФ).

Кроме того, в названном постановлении не конкретизировано, в чем состоит вина ФИО37 во вменяемом преступлении, никаких объяснений указанного лица постановление не содержит, а преимущественно сводится к  заимствованию текста постановления Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда по делу №А48-8144/2022, согласно которому среди лиц, участвующих в деятельности ООО «Миди» по созданию схемы уклонения от уплаты налогов названы ФИО1, ФИО3, ФИО2

Одновременно суд учёл, что ходатайство о согласии с вынесением постановления об отказе в возбуждении уголовного дела подано ФИО37 24.01.2023г., умершим 29.06.2023г. от неизлечимого заболевания. Учитывая факт нахождения в родственных отношениях всех соответчиков, крайне доверительные отношения между ними и ФИО37, что подтверждается, в частности и допрошенной в рамках рассмотрения дела бывшим бухгалтером ООО «Миди»– ФИО29,– суд не может признать приоритетное значение постановления об отказе в возбуждении уголовного дела по сравнению с иными имеющимися в материалах дела доказательствами. К последним, в частности, относится протокол допроса ФИО37 сотрудником налогового органа 17.06.2021г. (т.2, л.д.11-39), полученным в рамках проведения выездной налоговой проверки даже до составления акта этой проверки. В нем ФИО37 относит всех соответчиков к лицам, дающим указания по ведению финансово-хозяйственной деятельности ООО «Миди» в 2017-2019 годах.

Определяя размер ответственности, суд исходит из следующего.

В связи с частичным погашением задолженности по основному долгу в размере 225,71 руб. предъявленная истцом сумма составляет 61 069 791,91 руб., в том числе основной долг - 38 609 088,49 руб., пени - 16 144 983,52 руб., штраф - 6 315 719,90 руб.

Недоимка ООО «Миди» по налогам и сборам составляет 38 609 088,49 руб., из них:

1) доначисления по решению ИФНС России по г. Орлу №17-10/06 от 05.03.2022 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения - 38 346 123,29 руб. (НДС, налог на прибыль);

2) представленные налогоплательщиком налоговые декларации и расчеты -262 965,20 руб., из них:

- НДС консолидированный за 4 квартал 2021 года по срокам уплаты: 25.02.2022 на сумму 106 669,18 руб., 25.03.2022 на сумму 152 471 руб.;

- страховые взносы за 1 квартал 2022 по сроку уплаты 15.02.2022 на сумму 3 825,02 руб.

Сумма задолженности ООО «Миди» по пени составляет 16 144 983,52 руб., из них:

1) доначисления по решению ИФНС России по г. Орлу №17-10/06 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения - 15 108 666,18 руб.

2) начисленные в связи с неуплатой налога (на дату прекращения производства по делу №А48-10720/2022) - 1 036 317,34 руб.

Сумма задолженности ООО «Миди» по штрафам составляет 6 315 719,90 руб., из них:

1) по решению ИФНС России по г. Орлу №17-10/06 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения - 6 314 858 руб.

2) по решению о привлечении к налоговой ответственности за совершение налогового правонарушения №2590 от 14.07.2022 - 861,90 руб.

В связи с наличием задолженности налоговым органом в соответствии со ст.69 НК РФ в адрес ООО «Миди» направлено требование об уплате налога, сбора, пени, штрафа №154527 от 17.08.2023 на сумму 63 899 198,07 руб., в т.ч. основной долг - 38 609 088,49 руб., пени - 18 974 389,68 руб. (из них сумма пени, указанная в заявлении о привлечении к субсидиарной ответственности от 22.11.2023 №19-45/100908 - 16 144 983,52 руб.), штрафы - 6 315 719,90 руб.

В связи с ежедневной актуализацией сведений сумма решения о взыскании задолженности №5316 от 14.10.2023, размещенного в реестре решений о взыскании задолженности, и сумма поручения в банк на списание сумм задолженности равна сумме отрицательного сальдо единого налогового счета должника на 14.10.2023 и составляет 64 828 390,14 руб., в т.ч. основной долг - 38 609 088,49 руб., пени -19 903 581,75 руб. (из них сумма пени, указанная в заявлении о привлечении к субсидиарной ответственности,–16144 983,52 руб.), штрафы-6 315 719,90 руб.

Из чего следует, что вся задолженность ООО «Миди», отраженная в заявлении о привлечении к субсидиарной ответственности от 22.11.2023 в размере 61 069 791,91 руб. включена в решение о взыскании за счет денежных средств должника в соответствии со ст.46 НК РФ. Однако в рамках применения мер принудительного взыскания задолженность ООО «Миди» в полном объеме не погашена.

Согласно абз.1 и 3 п. 11 ст.61.11 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

Не включаются в размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица требования, принадлежащие этому лицу либо заинтересованным по отношению к нему лицам. Такие требования не подлежат удовлетворению за счет средств, взысканных с данного контролирующего должника лица.

Следовательно, в размер субсидиарной ответственности подлежат включению не только требования налогового органа, возникшие в связи с привлечением ООО «Миди» к налоговой ответственности, но и иные требования, которые остались непогашенными вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц.

Таким образом, в размер субсидиарной ответственности включается сумма недоимки по налогам и взносам– 38 609 088,49 руб. и пени в сумме 16 144 983,52 руб.

При этом Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 30.10.2023 №50-П указал, что пункт 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования не может использоваться для взыскания с лица, контролирующего должника, в составе субсидиарной ответственности суммы штрафов за налоговые правонарушения, наложенных на организацию-налогоплательщика.

Таким образом, из размера субсидиарной ответственности следует исключить сумму штрафов за налоговые правонарушения – 6 315 719,90 руб.

Общий размер удовлетворённых требований составит 54 754 072 руб. 01 коп. В остальной части в удовлетворении искового заявления следует отказать.

Довод ответчиков о том, что пени также подлежат исключению из суммы ответственности, суд отклоняет, поскольку в Постановлении Конституционного Суда РФ от 08.12.2017 № 39-П указано, что неуплата налога в срок должна быть компенсирована погашением задолженности по налоговому обязательству, полным возмещением ущерба, понесенного государством в результате несвоевременного внесения налога; поэтому к сумме собственно не внесенного в срок налога (недоимки) федеральный законодатель вправе добавить дополнительный платеж - пеню как компенсацию потерь государственной казны в результате недополучения налоговых сумм в срок в случае задержки уплаты налога; что касается взыскания различного рода штрафов за нарушение налогового законодательства, то они выходят за рамки налогового обязательства как такового.

Доказательства наличия оснований для снижения размера субсидиарной ответственности ответчиками по правилам ст.65 АПК РФ не представлены. По результатам анализа материалов дела судом такие основания также не установлены, принимая во внимание, что ответчики подлежат привлечению к субсидиарной ответственности за совершение налоговых правонарушений. 

Утверждение ФИО2 о том, что он не может быть привлечен к субсидиарной ответственности наравне с ФИО1, поскольку занимал должность директора ООО «Миди» 1 год, а ФИО1– 7 лет, юридического значения не имеет. В период занятия должности ФИО2 Обществом не уплачены налоги в общей сумме 24 269 753 руб., в период занятия должности ФИО1– 14 214 835 руб. Учитывая реализацию общего для родственников намерения по созданию такой модели ведения бизнеса, которая позволяет минимизировать налоговую нагрузку, суд не считает возможным снижать размер ответственности для кого-то из ответчиков.

Довод ответчиков об истечении срока исковой давности, судом также отклонен.

Согласно пункту 58 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 №53, срок подачи заявления о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности ограничен объективными обстоятельствам и не может превышать трех лет со дня признания должника банкротом (прекращения производства по делу о банкротстве либо возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом и десяти лет со дня совершения противоправных действий (бездействия).

Таким образом, срок исковой давности для подачи заявления о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности истекает 28.04.2026 и не зависит от периода, в котором было выявлено налоговое нарушение, как необоснованно указывают ответчики. Заявление о привлечении к субсидиарной ответственности подано в установленные сроки.

Разрешая вопрос о распределении судебных расходов, суд пришел к следующему.

В соответствии с ч.1 ст.110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Истец освобожден от уплаты государственной пошлины в силу закона.

Общая сумма требований составила 61 069 791,91 руб., размер государственной пошлины от которой – 200 000 руб. (согласно НК РФ в редакции на момент поступления иска в суд); истцом также подано заявление об обеспечении иска,  облагаемое государственной пошлиной в размере 3 000 руб., которое судом удовлетворено и касается каждого из соответчиков (установлены ограничения в отношении каждого). Таким образом, общий размер государственной пошлины по делу составляет 203 000 руб.

Поскольку иск был удовлетворен судом частично (89,66%), то пошлина подлежит определению пропорционального размеру удовлетворённых требований, что составит 182 010 руб. Данную сумму следует отнести в равном размере на трёх ответчиков: по 60 670 руб. с каждого.

Руководствуясь ст.ст. 110, 167-171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, 

РЕШИЛ:

Исковые требования Управления Федеральной налоговой службы России по Орловской области удовлетворить частично:

Привлечь ФИО1 (г. Орел), ФИО2 (г. Орел), ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Миди» (302007, 

<

...>, ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>).

Взыскать солидарно с ФИО1 (г. Орел), ФИО2 (г. Орел), ФИО3 в пользу Управления Федеральной налоговой службы России по Орловской области (302000, 

<

...>, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) 54 754 072 руб. 01 коп., в том числе налоги- 38 609 088,49 руб., пени- 16 144 983 руб. 52 коп.

В остальной части в удовлетворении искового заявления отказать.

Выдать исполнительные листы по заявлению взыскателя по вступлении решения в законную силу.

Взыскать с ФИО1 (г. Орел) в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 60 670 рублей.

Взыскать с ФИО2 (г. Орел)  в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 60 670 рублей.

Взыскать с ФИО3 (г.Орел) в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 60 670 рублей.

Исполнительные листы выдать налоговому органу по вступлении решения в законную силу.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд в г. Воронеже в течение одного месяца со дня его принятия через Арбитражный суд Орловской области.

 

    Судья                                                                                                             Н.В. Подрига