Арбитражный суд Сахалинской области

Коммунистический проспект, дом 28, Южно-Сахалинск, 693024, 

www.sakhalin.arbitr.ru 

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А59-6322/2021

05 декабря 2022 года

город Южно-Сахалинск

 

Резолютивная часть решения объявлена 28 ноября 2022 года.

Полный текст решения изготовлен 05 декабря 2022 года.

Арбитражный суд Сахалинской области в составе судьи Портновой О. А., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, 

с использованием средств аудиозаписи, рассмотрев в открытом судебном заседании дело 

по иску акционерного общества «Бамтоннельстрой-Мост» к обществу с ограниченной ответственностью «Тоннельно-мостовой отряд № 30» о взыскании 21 812 613 рублей 33 копеек неосновательного обогащения, 2 631 675 рублей 72 копеек процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 02.09.2019 по 17.11.2021 и по день фактического возврата неосновательного обогащения, 

встречному иску общества с ограниченной ответственностью «Тоннельно-мостовой отряд № 30» о взыскании с акционерного общества «Бамтоннельстрой-Мост» 33 576 768 рублей 87 копеек задолженности по договорам, 3 715 585 рублей 79 копеек неустойки,

третьи лица – ОАО «РЖД», ФИО2 (временный управляющий ТМО-30),

при участии представителей:

от истца в режиме онлайн-заседания – ФИО3 по доверенности от 05.10.2021 № 01812, личность удостоверена по паспорту, копия диплома представлена,

от ответчика – директор ФИО4, представители Ли Ок Тя по доверенности от 24.01.2022 личность удостоверена по паспорту, копия диплома представлена, ФИО5 по доверенности от 27.07.2022, личность удостоверена по паспорту,

от третьего лица ОАО «РЖД» - ФИО6 по  доверенности от 27.08.2020 года, личность удостоверена по паспорту, копия диплома представлена.

У С Т А Н О В И Л:

22.11.2021 года акционерное общество «Бамтоннельстрой-Мост» (далее – БТМ-Мост) обратилось в суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Тоннельно-мостовой отряд № 30» (далее – ТМО-30) о взыскании 21 812 613 рублей 33 копеек неосновательного обогащения, 2 631 675 рублей 72 копеек процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 02.09.2019 по 17.11.2021 и по день фактического возврата неосновательного обогащения.

В обоснование иска указано, что сторонами заключены договоры № 318/2018 от 10 августа 2018 года, № 319/2018 от 21 ноября 2018 года, № 320/2018 от 28 июля 2018 года, по условиям которых ответчик обязался выполнить для истцом строительно-монтажные работы.

Для исполнения договоров истец передал ответчику инвентарные пролетные строения (далее – ИПС) при отсутствии договора аренды, подписанного сторонами.

Факт передачи ИПС ответчику подтверждается актами № 1 от 29.09.18, № 2 от 11.11.2018, № 3 от 17.11.2018. № 4 от 18.11.2018,  № 5 от 20.11.2018, № 6 от 24.11.2018.

Факт возврата ответчиком ИПС подтверждается накладными № 01.09/19 от  01.09.2019. № 01.08/19 от 01.08.2019, №31.07/19 от 31.07.2019 года, а также актом от 03.04.2019. 

Стоимость пользования имуществом в период с 29.09.18 по 01.09.19 года составила 21 812 613,33 рубля.

Истцом начислены проценты на сумму неосновательного обогащения за период с 02.09.2019 по 16.11.2021 года в сумме 2 631 675,72 рубля и заявлено о взыскании процентов по день фактической оплаты долга.

Судом установлено, что 27.04.2021 года в отношении ответчика (ТМО 30) возбуждено дело № А59-1844/2021 о банкротстве, а 17.09.2021 года введено наблюдение (резолютивная часть определения).

Применительно к ст. 5 Закона о банкротстве, требования по первоначальному иску о взыскании задолженности, возникшей в период с 29.09.2018 по 01.09.2019 года, являются реестровыми (дата возбуждения банкротства 27.04.2021 года), заявлены в суд указанные требования 22.11.2021 года, то есть после ведения в отношении ТМО-30 наблюдения (17.09.2021 года). 

В силу абзаца второго пункта 1 статьи 5 Закона о банкротстве возникшие после возбуждения производства по делу о банкротстве требования кредиторов об оплате поставленных товаров, оказанных услуг и выполненных работ являются текущими.

По смыслу указанной нормы текущими являются любые требования об оплате товаров, работ и услуг, поставленных, выполненных и оказанных после возбуждения дела о банкротстве, в том числе во исполнение договоров, заключенных до даты принятия заявления о признании должника банкротом.

Согласно Постановлению Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 N 35 (ред. от 21.12.2017) "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве" в договорных обязательствах, предусматривающих периодическое внесение должником платы за пользование имуществом (договоры аренды, лизинга (за исключением выкупного)), длящееся оказание услуг (договоры хранения, оказания коммунальных услуг и услуг связи, договоры на ведение реестра ценных бумаг и т.д.), а также снабжение через присоединенную сеть электрической или тепловой энергией, газом, нефтью и нефтепродуктами, водой, другими товарами (за фактически принятое количество товара в соответствии с данными учета), текущими являются требования об оплате за те периоды времени, которые истекли после возбуждения дела о банкротстве.

В п. 27 указанного постановления Пленума ВАС РФ № 35 установлено, что с даты введения наблюдения, финансового оздоровления, внешнего управления и конкурсного производства требования кредиторов по денежным обязательствам и об уплате обязательных платежей, за исключением текущих платежей, могут быть предъявлены только в рамках дела о банкротстве в порядке статей 71 или 100 Закона.

В связи с этим все исковые заявления о взыскании с должника долга по денежным обязательствам и обязательным платежам, за исключением текущих платежей и неразрывно связанных с личностью кредитора обязательств должника-гражданина, поданные в день введения наблюдения или позднее во время любой процедуры банкротства, подлежат оставлению без рассмотрения на основании пункта 4 части 1 статьи 148 АПК РФ. 

Однако рассмотрение таких исковых заявлений и принятие по ним решения по существу само по себе не препятствует в дальнейшем включению соответствующего требования в реестр с учетом абзаца третьего пункта 1 статьи 142 Закона о банкротстве и пункта 24 настоящего постановления.

Учитывая, что первоначальный иск заявлен в суд 22.11.2021 года, когда в отношении первоначального ответчика было возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве), дата возбуждения дела -  27.04.2021 года, указанные в первоначальном иске требования возникли до даты возбуждения дела о банкротстве (с 29.09.2018 по 01.09.2019 года), указанные требования являются реестровыми, соответственно предъявление таких требований в суд после введения в отношении первоначального ответчика наблюдения, которое имело место 27.04.2021 года, влечет оставление заявленных требований по первоначальному иску без рассмотрения.

В то же время, согласно указанным выше разъяснениям, рассмотрение таких исковых заявлений и принятие по ним решения по существу само по себе не препятствует в дальнейшем включению соответствующего требования в реестр с учетом абзаца третьего пункта 1 статьи 142 Закона о банкротстве и пункта 24 настоящего постановления.

В этой связи исковое заявление рассмотрено судом.

27.12.2021 года ответчиком (должником) предъявлен встречный иск.

Во встречном иске ТМО-30 указывает на наличие у акционерного общества «Бамтоннельстрой-Мост» задолженности перед ООО «ТМО-30» по договорам подряда.

В соответствии с п. 24 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22.06.2021 N 18 "О некоторых вопросах досудебного урегулирования споров, рассматриваемых в порядке гражданского и арбитражного судопроизводства" соблюдение досудебного порядка урегулирования спора при подаче встречного иска не требуется, поскольку встречный иск предъявляется после возбуждения производства по делу и соблюдение такого порядка не будет способствовать достижению целей досудебного урегулирования (статья 138 ГПК РФ, часть 3 статьи 132 АПК РФ).

С учетом изложенного, суд приходит к выводу о том, что соблюдение досудебного порядка урегулирования спора в данном случае не требуется.

Судом также установлено, что согласно договорам подряда, о взыскании задолженности по которым заявлен встречный иск, подсудность споров установлена в Арбитражном суде г. Москвы.

В соответствии с п. 10 ст. 38 АПК РФ встречный иск независимо от его подсудности предъявляется в арбитражный суд по месту рассмотрения первоначального иска.

В этой связи встречный иск принят судом к производству в рамках настоящего дела.

При этом судом учтено, что по общему правилу, установленному в ст. 132 АПК РФ встречный иск принимается арбитражным судом в случае, если: встречное требование направлено к зачету первоначального требования; удовлетворение встречного иска исключает полностью или в части удовлетворение первоначального иска; между встречным и первоначальным исками имеется взаимная связь и их совместное рассмотрение приведет к более быстрому и правильному рассмотрению дела.

В силу п. 31 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.12.2021 N 46 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в суде первой инстанции" по смыслу части 3 статьи 132 АПК РФ встречный иск при условии выполнения установленных законом требований к его форме и содержанию принимается арбитражным судом при наличии хотя бы одного из условий, перечисленных в пунктах 1 - 3 данной части.

Судом установлено, что на дату принятия встречного иска к производству в отношении ТМО-30 введено наблюдение (определение от 23.09.2021 года), срок которого продлен до 22.11.2022 года, судебное заседание по результатам наблюдения отложено на 12.12.2022 года.

Дело о банкротстве в отношении ТМО-30 возбуждено 27.04.2021 года (А59-1844/2021).

Согласно п. 14 Информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.12.2001 N 65 "Обзор практики разрешения споров, связанных с прекращением обязательств зачетом встречных однородных требований" зачет встречного однородного требования не допускается с даты возбуждения в отношении одной из его сторон дела о банкротстве.

Изложенное означает, что рассмотрение первоначального иска о взыскании с ТМО-30 (должник в процедуре банкротства) спорной задолженности возможно в рамках настоящего дела, так как рассмотрение таких исковых заявлений и принятие по ним решения по существу само по себе не препятствует в дальнейшем включению соответствующего требования в реестр с учетом абзаца третьего пункта 1 статьи 142 Закона о банкротстве и пункта 24 настоящего постановления.

Рассмотрение встречного иска о взыскании с БТМ-Мост в пользу ТМО-30 задолженности в рамках настоящего дела с целью зачета встречных требований в случае удовлетворения встречного иска исключено в силу указанных выше разъяснений.

В то же время, учитывая, что сторонами заявлены первоначальный и встречный иски в рамках одного дела, рассмотрение дела осуществляется судом с ноября 2021 года, в связи с чем оставление без рассмотрения первоначального иска не будет соответствовать принципу реализации прав сторон на эффективную защиту, а между встречным и первоначальным исками имеется взаимная связь и их совместное рассмотрение приведет к более быстрому и правильному рассмотрению дела.

Рассмотрение исковых требований к ТМО-30 (должник в процедуре банкротства) в рамках настоящего дела возможно с целью констатации факта наличия или отсутствия у такого ответчика задолженности, равно, как и рассмотрение встречного иска ТМО-30 необходимо для разрешения вопроса о наличии или отсутствии задолженности БТМ-Мост перед ТМО-30.

Перспектива рассмотрения первоначального и встречного исков на стадии их принятия к производству неизвестна.

В любом случае, зачет таких требований невозможен, тогда как установление факта наличия или отсутствия задолженности сторон не препятствует последующему предъявлению требований к должнику в деле о банкротстве, но исключает проведение зачета встречных требований.

С учетом изложенного, суд рассматривает первоначальный и встречный иск.

В судебном заседании представитель БТС-Мост поддержала иск, пояснила, что фактически передача ИПС ответчику осуществлена по актам, равно как и имел место возврат ИПС истцу, при этом пользование ИПС ответчиком не было безвозмездным, указанные ИПС передавались не на давальческой основе, а за плату, стоимость платы за пользование ИПС включена в КС-акты ответчиком, то есть предъявлена к оплате в составе выполненных работ, в связи с чем с ответчика подлежит взысканию плата за пользование указанными ИПС, учтенными в качестве расходов ответчика при строительстве. Относительно договора аренды указывает на то, что он направлен ответчику, однако ответчиком не подписан, что не исключает возможности взыскания платы за пользование ИПС. В части стоимости работ, предъявленных ответчиком в рамках встречного иска к оплате, указала, что работы частично оплачены зачетом встречных требований, в том числе требований истца об оплате стоимости аренды ИПС. Поскольку зачеты, являющиеся односторонними сделками, не оспорены ответчиком, постольку они считаются принятыми им на условиях, указанных истцом в заявлениях о зачете.

Представители ответчика в судебном заседании иск не признали, указав на то, что ИПС, указанные в иске, переданы ответчику на давальческой основе, плата за пользование ими сторонами не согласована, а договор аренды ИПС направлен ответчику после предъявления им к истцу требований об оплате стоимости работ, выполненных ответчиком. Указывают на то, что ответчик не принимал зачеты истца в части стоимости пользования ИПС, направлял истцу письма об отказе в зачете встречных требований, так как ответчик не имел задолженности за пользование ИПС, стоимость пользования ИПС в КС-акты ответчиком не включена, указанные ИПС возвращены истцу, в стоимость работ включены только расходы на монтаж и демонтаж ИПС.

Представитель третьего лица пояснила, что строительство объектов (железнодорожные мосты) осуществлялось по заказу АО «РЖДСтрой», генеральным подрядчиком выступало АО «Строй-Трест», которое привлекло к выполнению работ БТС-Мост, работы для БТС-Мост выполняло ТМО-30, КС-акты о завершении строительства объектов подписаны.

Рассмотрев первоначальный иск, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для его удовлетворения, в силу следующего.

В первоначальном исковом заявлении БТС-Мост просит взыскать с ТМО-30 задолженность в виде платы за пользование ИПС.

Из материалов дела судом установлено, что сторонами заключены договоры:

- № 318/2018 от 10 августа 2018 года, 

- № 319/2018 от 21 ноября 2018 года, 

- № 320/2018 от 28 июля 2018 года,

- № 321/2018 от 21.11.2018 года,

 по условиям которых ТМО-30 обязалось выполнить для БТС-Мост (первоначальный заказчик работ по договорам - УСК-Мост, заменен на БТС-Мост) строительно-монтажные работы.

В п. 7.1 договоров субподрядчик (ТМО-30)  обязался обеспечить работы по строительству строительными материалами, изделиями, конструкциями, необходимыми для выполнения работ в соответствии с проектно-сметной документацией. 

В этом же пункте договоров указано, что подрядчик (БТС-Мост) может принять на себя обязательство по обеспечению объекта строительными материалами, изделиями, конструкциями в согласованные с субподрядчиком (ТМО-30) сроки в соответствии с номенклатурой, количеством и в порядке, указанными в дополнительных соглашениях. При этом стоимость строительства подлежит уменьшению на стоимость материалов, изделий, конструкций.

БТС-Мост представлен договор аренды № 32/2019 от 01.09.2018 года, согласно которому БТС-Мост передает в аренду ТМО-30 имущество – подвесные пакеты в количестве 8 штук, арендная плата за каждый – 334 600 рублей в месяц. 

Договор и акты приема передачи к договору не подписаны ТМО-30 (арендатор).

За исх. № 1253 от 12.02.2019 года договор направлен ТМО-30 (доказательства направления отсутствуют).

По актам № 1 от 29.09.18, № 2 от 11.11.2018, № 3 от 17.11.2018. № 4 от 18.11.2018,  № 5 от 20.11.2018, № 6 от 24.11.2018 ТМО-30 принял ИПС в количестве 8 штук.

Возврат ИПС оформлен сторонами подписанием требований-накладных № 01.09/19 от  01.09.2019. № 01.08/19 от 01.08.2019, №31.07/19 от 31.07.2019 года, а также актом от 03.04.2019. 

Первоначальный истец настаивает на том, что передача ИПС имела место на условиях аренды (за плату), тогда как ТМО-30 указывает на то, что материал был давальческим и возвращен после расторжения договоров подряда без оплаты за пользование им.

В соответствии со ст. 307, 309, 310 Гражданского кодекса РФ в силу обязательства одно лицо (должник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определенное действие, как то: передать имущество, выполнить работу, оказать услугу, внести вклад в совместную деятельность, уплатить деньги и т.п., либо воздержаться от определенного действия, а кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности.

Обязательства возникают из договоров и других сделок, вследствие причинения вреда, вследствие неосновательного обогащения, а также из иных оснований, указанных в настоящем Кодексе.

Обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями.

Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами.

Согласно ст. 606 Гражданского кодекса РФ по договору аренды (имущественного найма) арендодатель (наймодатель) обязуется предоставить арендатору (нанимателю) имущество за плату во временное владение и пользование или во временное пользование.

Согласно статье 153 Гражданского кодекса Российской Федерации сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

В соответствии со статьей 154 Гражданского кодекса Российской Федерации сделки могут быть двух- или многосторонними (договоры) и односторонними. Для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон (двусторонняя сделка) либо трех или более сторон (многосторонняя сделка).

Сделки юридических лиц между собой должны совершаться в письменной форме (статья 161 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно статье 420 Гражданского кодекса Российской Федерации договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей.

Статьей 421 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

В соответствии со статьей 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение. Договор заключается посредством направления оферты (предложения заключить договор) одной из сторон и ее акцепта (принятия предложения) другой стороной.

Статьей 162 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что несоблюдение простой письменной формы сделки лишает стороны права в случае спора ссылаться в подтверждение сделки и ее условий на свидетельские показания, но не лишает их права приводить письменные и другие доказательства.

В подтверждение условий заключенных договоров возмездного пользования (аренды) БТС-Мост ссылается на акты передачи и акты возврата ИПС, подписанные сторонами.

В то же время из указанных актов не усматривается согласование сторонами условий договора аренды, то есть передача за плату указанного имущества.

Не представлено БТС-Мост также доказательств того, что ТМО-30 обращалось к БТС-Мост с предложением предоставить пролетные пакеты за плату, иные доказательства согласования условий пользования имуществом сторонами.

Согласно материалам дела, 09.01.2018 года БТС-Мост по договору аренды № 100/2018 приобрело право пользования спорными ИПС (приложение к отзыву БТМ-Мост от 06.10.2022). 

10.08.2018 года ТМО-30 указывало на необходимость выделения ему ИПС для строительства спорных объектов, ссылаясь на возможность их изготовления своими силами (письмо № 298 от 10.07.2018 года - приложение к отзыву БТС-Мост от 06.10.2022).

В период с 29.09.2018 по 24.11.2018 года БТС-Мост передало ТМО-30 по актам спорные ИПС (т. д. 1, л. д. 44-47).

12.12.2019 года, то есть после передачи ИПС, БТС-Мост направило в ТМО-30 проект договора аренды указанных ИПС от 01.09.2018 года (т. д. 1, л. д. 30-43), сведения о направлении и вручении договора отсутствуют, сопроводительное письмо от 12.12.2019 года (т. д. 1, л. д. 43).

В то же время, в письме от 07.07.2019 года ТМО-30 ссылается на имевший место 18.02.2019 года отказ в подписании договора аренды № 32 от 01.09.2018 года.

31.07.2019-01.09.2019 года ТМО-30 вернуло ИПС в БТС-Мост, о чем подписаны требования-накладные по форме М-11 (т.д. 1, л. д. 48,50,51).

Изложенное означает, что 09.01.2018 года БТС-Мост приобрело по договору аренды ИПС, в сентябре-ноябре 2018 года передало их в ТМО-30, составив 01.09.2018 года договор аренды ИПС, от подписания которого ТМО-30 отказалось 18.02.2019 года.

В период с 31.07.2019-01.09.2019 года ТМО-30 вернуло ИПС в БТМ-Мост.

По существу у сторон возник спор относительно оснований предоставления ИПС  – на условиях аренды или на безвозмездной основе, рассмотрев который суд установил следующее.

Согласно Приказу Минстроя России от 02.03.2017 N 597/пр (ред. от 04.07.2022) "О формировании классификатора строительных ресурсов» пролетные строения железнодорожных мостов являются строительными ресурсами.

Классификатор строительных ресурсов (далее - Классификатор) – это систематизированный перечень используемых при строительстве, реконструкции, капитальном ремонте, сносе объектов капитального строительства, выполнении работ по сохранению объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) народов Российской Федерации, материалов, изделий, конструкций, оборудования, машин и механизмов, каждому из которых присвоен определенный код, гармонизированный со Статистической классификацией продукции по видам деятельности в Европейском экономическом сообществе (КПЕС 2008) - Statistical Classification of Products by Activity in the European Economic Community, 2008 version (CPA 2008), и общероссийским классификатором продукции по видам экономической деятельности (ОКПД2) ОК 034-2014 (КПЕС 2008) путем привязки к кодам ОКПД2 (КПЕС 2008) (до девяти знаков включительно), который формируется Минстроем России и размещается в федеральной государственной информационной системе ценообразования в строительстве.

В этой связи суд не может признать обоснованными доводы ТМО-30 о том, что указанные пролетные пакеты являются давальческим материалом.

Давальческие материалы – это материалы, принятые организацией в переработку от заказчика. Собственники материалов (заказчики) передают их второму субъекту (производителю) для переработки, изготовления готовой продукции или иных работ на основе полученного сырья.

Сторонами отношения в части передачи давальческого материала урегулированы в п. 7.11 договоров с указанием на оформление сторонами унифицированной формы М-15 - Накладная на отпуск материалов на сторону (Типовая межотраслевая форма N М-15) (ОКУД 0315007).

Согласно Постановлению Госкомстата РФ от 30.10.1997 N 71а по учету материалов оформляются М-4 "Приходный ордер", М-7 "Акт о приемке материалов", М-8 "Лимитно-заборная карта", М-11 "Требование-накладная", М-15 "Накладная на отпуск материалов на сторону", М-17 "Карточка учета материалов", М-35 "Акт об оприходовании материальных ценностей, полученных при разборке и демонтаже зданий и сооружений".

Накладная на отпуск материалов на сторону (форма N М-15) применяется для учета отпуска материальных ценностей хозяйствам своей организации, расположенным за пределами ее территории, или сторонним организациям, на основании договоров и других документов.

Накладную выписывает работник структурного подразделения в двух экземплярах на основании договоров (контрактов), нарядов и других соответствующих документов и предъявлении получателем доверенности на получение ценностей, заполненной в установленном порядке.

Первый экземпляр передают складу как основание для отпуска материалов, второй - получателю материалов.

Пунктом 13 Положения по ведению бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности в Российской Федерации, утвержденного Приказом Минфина России от 29.07.1998 N 34н, также предусмотрено, что первичные учетные документы принимаются к учету, если они составлены по форме, содержащейся в альбомах унифицированных (типовых) форм первичной учетной документации, а в документах, форма которых не предусмотрена в этих альбомах и утверждаемых организацией, должны содержаться обязательные реквизиты в соответствии с требованиями указанными в данном пункте.

В соответствии с пунктом 3 Указаний по применению и заполнению форм, утвержденных Постановлением Госкомстата России от 30.10.1997 N 71а "Об утверждении унифицированных форм первичной учетной документации по учету труда и его оплаты, основных средств и нематериальных активов, материалов, малоценных и быстроизнашивающихся предметов, работ в капитальном строительстве" накладная на отпуск материалов применяется для учета отпуска материальных ценностей хозяйствам своей организации, расположенным за пределами ее территории, или сторонним организациям, на основании договоров и других документов. Первый экземпляр передают складу как основание для отпуска материалов, второй - получателю материалов.

В данном случае отпуск ИПС осуществлен по актам произвольной формы, а не акту М-15, что исключает возможность квалификации ИПС, как давальческого материала.

Вместе с тем, возврат Пакетов осуществлен по форме М-11, то есть требование-накладная (форма N М-11), которая применяется для учета движения материальных ценностей внутри организации между структурными подразделениями или материально ответственными лицами.

Указанную накладную в двух экземплярах составляет материально ответственное лицо структурного подразделения, сдающего материальные ценности. Один экземпляр служит сдающему складу основанием для списания ценностей, а второй - принимающему складу для оприходования ценностей.

Этими же накладными оформляются операции по сдаче на склад или в кладовую остатков из производства неизрасходованных материалов, если они ранее были получены по требованию, а также сдача отходов и брака.

Накладную подписывают материально ответственные лица соответственно сдатчика и получателя и сдают в бухгалтерию для учета движения материалов.

В качестве первичного учетного документа, подтверждающего факт отпуска материалов со склада организации в ее подразделения, может использоваться требование-накладная, в том числе по форме М-11, утвержденной Постановлением Госкомстата РФ от 30.10.1997 N 71а, в котором указано, что требование-накладная применяется для учета движения материальных ценностей внутри организации между структурными подразделениями или материально ответственными лицами. Накладную в двух экземплярах составляет материально ответственное лицо структурного подразделения, сдающего материальные ценности. Один экземпляр служит сдающему складу основанием для списания ценностей, а второй - принимающему складу для оприходования ценностей.

Следовательно, требование-накладная, составленное по форме М-11, предусмотрена для внутреннего учета (см. Постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 13.05.2010 по делу N А41-16705/09).

Поскольку форма М-11 оформляет факт передачи материалов со склада во внутренние подразделения организации, постольку она не может подтверждать факт расходования материалов в производстве. 

Кроме того,  судом установлено, что согласованная генеральным заказчиком строительства Ведомость объемов строительных и монтажных работ, потребности материалов и оборудования по объекту «Реконструкция металлического моста на 8 км ПК 1,70 участка «Корсаков-Арсентьевка Дальневосточной железной дороги предусматривала выполнение на указанном объекте работ по устройству строительной площадки, устройству ж/д переезда, подходов к нем и площадки работ, устройству рабочего моста, СВСИУ (специальные вспомогательные сооружения и устройства) для сооружения опор, иные разделы.

Согласно разделу 4 «СВСИУ для сооружения опор» указанной ведомости, предусмотрены работы по изготовлению, транспортировке, монтажу, демонтажу, ИПС в количестве 2 шт. массой 38,404 тн (поз. 23).

В ЛСР ТМО-30 по указанному объекту включены разделы, аналогичные указанной выше Ведомости, в частности, в разделе 4 «СВСИУ для сооружения опор» включены в поз. 133 Пролетные строения из инвентарных пакетов для временных мостов (расчет объема: 38,404 * 0,64).

Таким образом, указанные ИПС включены в ведомость объемов строительных и монтажных работ и в смету на строительство в качестве СВСИУ для сооружения опор.

Аналогичным образом составлены ведомости объемов строительных и монтажных работ, потребности материалов и оборудования по остальным объектам (мосты на 11,19,37 км), в частности, по мосту на 11 км ИПС учтены в разделе 4 Ведомости «СВСИУ для сооружения опор» в поз. 27, в ЛСР в поз. 132, в отношении моста на 19 км – в Ведомости СВСИУ для сооружения опор» в поз. 31, в ЛСР в поз. 110, по мосту на 37  км – в Ведомости СВСИУ для сооружения опор» в поз. 23, в ЛСР в поз. 111.

В то же время, в представленных КС-актах о выполнении работ, стоимость ИПС (работы по изготовлению, транспортировке, монтажу, демонтажу ) или расходы на их аренду не включены, позиции 133, 132, 110, 111 отсутствуют в КС-актах.

Доводы истца о том, что указанные ИПС включены ТМО-30 в КС-акты под иными позициями, то есть предъявлены к оплате, суд признает необоснованными, так как, ссылаясь на указанные обстоятельства, представитель БТС-Мост указывает на позиции КС-актов, которыми действительны предусмотрены пролетные строения из инвентарных пакетов для временных мостов на автодорогах, однако, указанные расходы включены в раздел «Устройство рабочего моста», то есть не относятся к СВСИУ для сооружения опор, предусматривающего использование спорных ИПС.

Поскольку в представленных ТМО-30 КС-актах стоимость ИПС в составе СВСИУ для сооружения опор не включена, а отражены работы по монтажу и демонтажу указанных ИПС, суд приходит к выводу о том, что фактически ТМО-30 не предъявлены в составе работ расходы по изготовлению или аренде спорных ИПС.

С учетом указанных КС-актов и обстоятельств отображения факта их передачи и возврата (с составлением акта М-11), суд приходит к выводу о том, что фактически использование ИПС имело место по принципу передачи строительных ресурсов во внутреннее пользование организации без передачи на сторону.

При таких обстоятельствах суд не находит оснований для взыскания с ТМО-30 в пользу БТС-Мост неосновательного обогащения в виде платы за пользование спорными ИПС, в связи с чем в удовлетворении первоначального иска отказывает.

При отсутствии основания для взыскания неосновательного обогащения, суд отказывает во взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами.

Рассмотрев встречный иск, суд установил следующее.

Из материалов дела следует, что  по договору № 318 от 10.08.18 года ТМО-30 (ответчик-должник) обязалось выполнить для истца подрядные работы на выполнение комплекса строительно-монтажных работ по реконструкции  металлического моста на 8 км. ПК 1,7 м участка Корсаков-Арсентьевка Дальневосточной железной дороги.

Выполнение работ на объекте подтверждено КС-актами сторон по форме КС-3 (справки о стоимости работ):

-№ 1 от 31.08.2018 года на сумму 6 392 500,14 рублей, счет № 91 от 31.08.2018 года, счет-фактура № 78 от 31.08.2018 года, указанный счет откорректирован с/ф № 158 от 31.12.2018 года с увеличением на 1 593 124,74 рубля, акт корректировки подписан сторонами (т. д. 3, л. д. 112), акт № 158 от 31.12.2018 года откорректирован с/ф № 29 от 30.04.2019 года в сторону уменьшения на 489 222,10 рублей (т. д. 4, л.д. 42), корректировочный акт подписан сторонами,

-№ 1 от 30.09.2018 года на сумму 9 902 738,18рублей, счет № 92 от 30.09.2018 года, счет-фактура № 92 от 30.09.2018 года, указанный счет откорректирован с/ф № 159 от 31.12.2018 года с увеличением на 2 475 683,66 рублей, акт корректировки подписан сторонами (т. д. 3, л. д. 121-127), уменьшен счет № 159 по с/ф № 30 от 30.04.2019 года на - 757 863,26 рублей (т. д. 4, л. д. 45).

-№ 3 от 30.11.2018 года на сумму 3 958 892,92 рублей, счет, счет-фактура № 121 от 30.11..2018 года, указанный счет откорректирован с/ф № 160 от 31.12.2018 года с увеличением на 989 723,82 рубля, акт корректировки подписан сторонами (т. д. 3, л. д. 128-142), а с/ф № 160 от 31.12.2018 года откорректирована с/ф № 8 от 01.03.2019 года с увеличением на 2 221 661,52 рубля, акт корректировки подписан сторонами (т. д. 3, л. д. 144-159) и с/ф № 31 от 30.04.2019 года на сумму уменьшения – 438 996,58 рублей,

-№ 4 от 31.12.2018 года на сумму 269 801,10 рублей, счет, счет-фактура № 154 от 31.12.2018 года, откорректирован по с/ф № 32 от 30.04.2019 года в сторону уменьшения на 16 520 рублей(т. д. 4л. д. 49),

-№ 5 от 01.03.2019 года на сумму 454 006.80 рублей, счет № 4 от 01.03.19 года, счет-фактура № 6 от 01.03.2019 года, откорректирован с/ф № 33 от 30.04.22019 года в сторону уменьшения на 27 796,80 рублей (т. д. 4, л.д. 51),

-№ 6 от 31.03.2019 года на сумму 7 836 298,80 рублей, счет № 15 от 31.03.2019 года, счет-фактура № 18 от 31.03.2019 года, откорректирован с/ф № 34 от 30.04.2019 года в сторону уменьшения на 479 773,20 рублей (т. д. 4, л. д. 53),

-№ 7 от 30.04.2019 года на сумму 523 352,40 рублей, счет № 19 от 30.04.2019 года, счет-фактура № 25 от 30.04.2019 года, 

-№ 8 от 31.05.2019 года на сумму 6 989 784 рубля, счет № 30 от 31.05.2019 года, счет-фактура № 50 от 31.05.2019 года, 

-КС№ 9 не принят заказчиком, счет № 68 от 30.09.2019 года на сумму 4 745 760 рублей, с/ф № 85 от 30.09.2019 года, снято корректировкой 4 745 760 рублей.

17.08.18, 06.09.18, 19.09.18 и 19.07.19 года истец оплатил за работы по договору № 318 от 10.08.18 года 31 500 000 рублей.

Таким образом, выполнение работ по договору № 318, а также имевшие место платежи по договору отражены в таблице:

сумма КС-акта

 

п/п 

сумма п/п

назначение п/п

 

 

6215 от 17.08.18

20000000

аванс по дог. 318

6392500,14

31.08.2018

 

 

1598124,74

31.12.2018

6888 от 06.09.18

5000000

аванс по дог. 319

-489222,1

 

7461 от 19.09.18

2500000

аванс по дог. 320

 

 

 

9902738,18

30.09.2018

 

 

2475683,66

31.12.2018

 

 

-757863,26

30.04.2019

 

 

 

 

3958892,92

30.11.2018

 

 

989723,82

31.12.2018

 

 

2221661,52

01.03.2019

 

 

-438996,58

30.04.2019

 

 

 

 

269801,1

31.12.2018

 

 

-16520

30.04.2019

 

 

 

 

 

454006,8

01.03.2019

 

 

-27796,8

30.04.2019

 

 

 

 

 

7836298,8

31.03.2019

 

 

-479773,2

30.04.2019

 

 

 

 

 

523352,4

30.04.2019

 

 

 

 

 

6989784

31.05.2019

 

 

 

7536 от 19.07.19

4000000

по сч. 30 от 31.05.19

4745760

30.09.2019

 

 

-4745760

30.09.2019

 

 

 

 

 

41402396,14

 

31500000

 

 

не плачено

9902396,14

 

По аналогичному договору № 319 от 21.11.2018 года сторонами подписаны КС-3 акты выполненных работ:

-№ 1 от 30.11.2018 года на сумму 12 958 679,76 рублей, счет 115, с/ф 122 от 30.11.2018 года,

-№ 2 от 31.12.2018 года на сумму 6 449 639,28 рублей, счет 133, с/ф 155 от 31.12.2018 года, откорректирован по с/ф № 20 от 01.03.2019 на увеличение в сумме 1 096 139,76 рублей,

-№ 3 от 01.03.2019 года на сумму 573 908,40 рублей, счет 5, с/ф 7 от 01.03.2019 года,

-№ 4 от 31.03.2019 года на сумму 6 022 708,80 рублей, счет № 16, с/ф № 19 от 31,03.2019 года,

-№ 5 от 31.05.2019 года на сумму 12 615 463,20 рублей, счет № 31. с/ф № 51 от 31.03.2019 года.

Платежными поручениями истец оплатил по договору № 319:

-6 205 748 205 рублей по п/п 1859 от 25.02.19 года – по сч. 115 от 30.11.2018,

-6 104 996,82 по п/п 2112 от 28.02.19 – по сч. 115 от 30.11.18 года,

-3 791 530 рублей по п/п 4097 от 07.05.19 года – по сч. 133 от 31.12.2018 года,

-545 212,98 рублей по п/п 4883 от 31.05.19 года – по сч. 5 от 01.03.18,

-1 041 332,77 рублей по п/п 4884 от 31.05.2019 года – по сч. 133 от 31.12.18 года,

-3 971 256 рублей по п/п № 4882 от 31.05.19 – по сч. № 16 от 31.03.19 года,

-1 930 317,36 рублей по п/п № 6115 от 24.06.2019 года – по сч. № 16 от 31.03.19 года,

-11 000 000 рублей по п/п № 7538 от 19.07.19 года – по сч. 31 от 31.05.19 года.

С учетом суммы КС-актов, работ выполнено на сумму 39 716 539,30 рублей,.

По платежным поручениям, имеющимся в деле, истцом оплачено ответчику  34 410 394,94 рубля, не оплаченной осталась сумма 5 306 144,36 рублей.

сумма кс-актов

сч, с/ф

п/п

сумма п/п

назначение п/п

12958679,76

115,122

1859 от 25.02.19

6205748,95

сч. 115

 

 

2112 от 28.02.19

6104996,82

сч. 115

6449639,38

133,155

4097 от 07.05.19

3791530,06

сч. 133

1096139,76

20

4884 от 31.05.19

1041332,77

133

573908,4

5,7

4883 от 31.05.19

545212,98

сч. 5

6022708,8

16,19

6115 от 24.06.19

1930317,36

сч. 16

 

 

3791256

сч.16

12615463,2

31,51

7530 от 19.07.19

11000000

сч. 31

 

 

 

 

 

 

39716539,3

 

34410394,94

 

5306144,36

 

По аналогичному договору № 320 от 28.07.18 года ТМО-30 указано об исполнении на сумму 39 715 539,20 рублей.

Судом установлено, что о выполнении работ сторонами подписаны КС-3 акты:

-№ 1 от 31.08.2018 на сумму 4 828 049,06 рублей, счет № 31 от 31.10.18, с/ф № 112 от 31.10.18 года, корректировка по с/ф № 177 от 30.11.18 с увеличением на 1 207 013,74 рубля (т. д. 4, л. д. 139), корректировка 30.04.18 года по с/ф № 36 (т. д. 5, л. д. 24) с уменьшением – 369 493,40 рублей,

-№ 2 от 30.11.218 на сумму 4 083 377,02 рубля, счет № 117 от 30.11.18 года, счет-фактура № 123 от 30.11.2018, имела место корректировка счета № 123 по с/ф № 178 от 30.11.2018 с увеличением на 1 020 843,96 рублей (т. д. 4, л. д. 148), корректировка с/ф 178 от 30.11.2018 года имела место по с/ф 37 от 30.04.2019 года с уменьшением – 312 502,94 рубля,

-№ 3 от 31.12.2018 года на сумму 3 419 314,32 рубля, счет  счет-фактура № 156 от 31.12.2018 года, откорректирован по с/ф № 30 от 30.04.19 года с уменьшением на 209 344,98 рублей (т. д. 5, л. д. 42),

-№ 4 от 31.03.2019 года на сумму 3 385 735,20 рублей, счет счет-фактура № 16 от 31.03.2019, откорректирован по с/ф 39 от 30.04.19 года с уменьшением на 207 290,40 рублей,

-№ 5 от 30.04.19 года на сумму 1 455 451,20 рублей, счет№ 20 от 30.04.19, с/ф № 35 от 30.04.2019 года, 

-№ 6 от 31.05.19 на сумму 8 964 490,80 рублей, счет № 32 от 31.05.19, с/ф № 49 от 31.05.19 года, 

КС3 № 7 от 30.06.19 года на сумму 123 540 не подписан сторонами, выставлена с/ф № 56 от 30.06.19 года.

Таким образом, по данным истца по встречному иску (ТМО-30) выполнение по договору 320 имело место на сумму 27 389 183,58 рублей, по КС-актам, подписанным сторонами – на сумму 27 265 643,58 рублей (без КС-акта № 7 от 30.06.19 года на сумму 123 540 рублей).

По данным платежных поручений со ссылкой на договор № 320 оплачено истцом по делу 21 900 350,83 рубля (истцом по встречному иску не учтен платеж на 5 000 000 рублей по п/п от 17.12.2018 года – аванс по договору № 320, за минусом которого сумма платежей составит 16 900 350,83 рубля).

С учетом подписанных сторонами КС-актов и представленных со ссылкой на договор № 320 платежных поручений, задолженность истца по договору составила 10 488 832,75 рублей.

сумма кс-актов

счета , с/ф №

дата п/п

сумма п/п

назн. п/п

 

 

4828049,06

31,112

 

 

1207013,74

177

 

 

-369493,4

36

 

 

 

 

 

4083377,02

117,123

4100 от 07.05.19

475160,28

сч. 117 от 30.11.18

1020843,96

178

4878 от 31.05.19

3404047,89

сч. 117 от 30.11.18

-312502,94

37

 

 

 

 

 

3419314,32

156

 

 

-209344,98

30

 

 

 

 

 

3385735,2

16

 

 

-207290,4

39

 

 

 

 

 

1455451,2

20,35

6114 от 24.06.19

896934,33

сч. 20 от 30.04.19

 

 

 

8964490,8

32,49

 

 

 

 

 

123540

 

4099 от 07.05.19

1146663,05

сч. 3 от 31.12.18

 

 

4098 от 07.05.19

4586646,61

сч. 108 от 31.10.18

 

 

4877 от 31.05.19

969801,76

сч.1 от 31.12.18

 

 

4879 от 31.05.19

3248348,6

сч.134 от 31.12.18

 

 

6116 от 2406.19

2172748,31

сч. № 13 от 31.03.18

27389183,58

 

16900350,83

 

10488832,75

 

По аналогичному договору № 321 ТМО-30 указало об исполнении на сумму 48 194 659,28 рублей, в дело представлены подписанные сторонами КС-3 акты:

-№ 1 от 30.11.2018 года на сумму 19 783 422,16 рублей, счет № 118, с/ф № 124 от 30.11.2018 года,

-№ 2 от 31.12.2018 года на сумму 7 061 301,72 рубля, счет 131, с/ф 153 от 31.12.2018 года,

-№ 3 от 31.03.2019 года на сумму 4 997 236,80 рублей, с/ф № 15 от 31.03.1019,

-№ 4 от 31.05.19 года на сумму 15 465 574,40 рублей, счет 33, с/ф № 52 от 31.03.2019 года, 

-акт № 5 на сумму 886 123,20 не подписан, счет № 39, с/ф № 57 от 30.06.2019 года.

Платежными поручениями истец по делу оплатил ответчику – ТМО-30:

-№11116 от 29.12.2018 года – 500 000 рублей по сч. 118 от 30.11.2018,

-№10941 от 27.12.2018 – 4 500 000 рублей по дог. 321,

-№ 582 от 25.01.19 года – 5 000 000 рублей по сч. 118 от 30.11.2018,

-№ 953 от 01.02.19 – 5 000 000 по сч. 118 от 30.11.18,

-№ 1858 от 25.02.19 – 3 794 251,05 рублей по сч. 118 от 30.11.18 года.

Задолженность составила 24 400 408,23 рубля:

сумма Кс-акта

сч, с/ф

п/п

сумма п/п

назн. п/п

 

 

10941 от 27.12.18

4500000

по догвору 321

19783422,16

сч. 131, с/ф 153

 

 

 

 

 

7061302,72

сч. 118, с/ф 124

1116 от 29.12.18

500000

сч.118

 

 

582 от 30.11.18

5000000

сч. 118

 

 

953 от 01.02.19

5000000

сч. 118

 

 

1858 от 25.02.19

3794251,05

сч. 118

4997236,8

с/ф 15

 

 

15466574,4

сч. 33, с/ф 52

 

 

 

 

5000000

уточнение платежа 10473 от 17.12.18

886123,2

сч.39, с/ф 57

 

 

48194659,28

 

23794251,05

 

Доводы БТС-Мост о том, что КС-акты на сумму 886 123,2 рубля и 123 540 рублей не получены БТС-Мост, так как не направлены ему по адресу, указанному в ЕГРЮЛ, в связи с чем работы не могут считаться принятыми по односторонним актам, судом отклоняются.

Согласно представленному в материалы дела письму ТМО-30 № 157 от 03.07.2019 года акты на сумму 123 540 рублей и 886 123,20 рублей вручены УСК-Мост под вх. № 6820 от 04.07.2019 года (т. д. 5, л. д. 89), то есть правопредшественнику БТС-Мост по спорным договоам.

Таким образом, материалами дело подтверждено выполнение ТМО-30 для БТС-Мост по договорам № 318, 319, 320 и 321  оплата выполнения:

-договор 318 выполнено- 41 402 396, 14 рублей, оплачено п/п 31 500 000, долг 9 902 396,14 рублей.

-договор 319 выполнено 39 716 539,20 рублей, оплачено п/п 34 410 394 рубля, долг 5 306 144 рубля,

-договор 320 выполнено 27 389 183,58 рублей, оплачено п/п 16 900 350,83 рубля, долг 10 488 832,75 рублей,

-договор 320 выполнено 48 194 658,28 рублей, оплачено п/п 23 794 251,05 рублей, долг 24 400 408,23 рубля.

Итоговое выполнение на сумму 156 702 778,30 рублей, оплата п/п 106 604 996 рублей, долг – 50 097 781, 48 рублей.

Кроме того, по с/ф № 73 от 31.08.2019 года ТМО-30 поставило БТС-Мост топливо на сумму 15 300 рублей.

Итого неоплаченной осталась сумма задолженности БТС-Мост перед ТМО-30 в размере 50 113 081,48 рублей.

Далее, в качестве оплаты, БТС-Мост представлены заявления о зачете от 17.04.2019 года и  от 09.10.2019 года.

Уведомление о зачете сделано правопредшественником БТС-Мост (УСК-Мост), то есть сумма задолженности по указанным договором определены заявителем зачета.

В дело представлено уведомление о зачете от 17.04.19 года, в котором указаны встречные задолженности сторон:

-задолженность БТС-Мост перед ТМО-30 по договорам 

№ 318 в сумме 6 794 460,08 рублей, 

№ 319 в сумме 13 435 276,43 рубля, 

№ 321 в сумме 10 116 639,27 рублей,

-задолженность ТМО-30 перед БТС-Мост по договорам:

№ 16 от 01.11.19 в сумме 6 141 300 рублей,

№ 32 от 01.09.2018 в сумме 13 068 300 рублей

№ 37 от 30.01.2019 года в сумме 37 026,61 рубль.

Согласно договору № 16 от 01.11.2018 года УСК «Мост» (правопредшественник БТС-Мост) обязалось поставить ТМО-30 товар, а ТМО-30 оплатить его авансом 50% и 50% в течение 20 календарных дней с даты, указанной в сопроводительной документации на отгрузку.

Спецификацией № 1, 2 к договору согласован товар:

– балка пролетного строения, стоимость 3 022 420 рублей, указан срок поставки – до 31.01.2019, срок оплаты – до 20.02.2019 года,

– балка пролетного строения, стоимость 3 118 800 рублей, указан срок поставки – до 31.01.2019, срок оплаты – до 20.02.2019 года,

По УПД от 23.01.2019 года УСК-Мост передал, а ТМО-30 принял имущество на сумму 6 141 300 рублей.

Соответственно, через 20 календарных дней, то есть к 20.02.2019 года у ТМО-30 возникла задолженность перед УСК-Мост в сумме 6 141 300 рублей, как указано в заявлении о зачете от 17.04.2019 года.

По договору № 37 от 30.01.2019 года УСК-Мост обязалось оказать ТМО-30 агентские услуги, а ТМО-30 оплатить их в 10 банковских дней с момента выставления счета и Отчета, подтверждающего факт оказания услуг.

Согласно отчету комитента № 11 от 01.02.2019 года УСК-Мост оказал агентские услуги ТМО-30 в сумме 33 660,55 рублей, согласно акту № 11 от 01.02.2019 года агентское вознаграждение составило 3 566,06 рублей.

В зачете указана задолженность в сумме 37 026,61 рубль, срок оплаты истек в феврале 2019 года, на дату зачета (17.04.2019 года) имела место.

Таким образом, судом установлено, что указанная в зачете задолженность ТМО-30 и УСК-Мост существовала к 17.04.2019 года в следующих размерах:

-задолженность БТС-Мост перед ТМО-30 по договорам 

№ 318 в сумме 6 794 460,08 рублей, 

№ 319 в сумме 13 435 276,43 рубля, 

№ 321 в сумме 10 116 639,27 рублей, 

всего 30 256 375,78 рублей,

-задолженность ТМО-30 перед БТС-Мост по договорам:

№ 16 от 01.11.19 в сумме 6 141 300 рублей,

№ 37 от 30.01.2019 года в сумме 37 026,61 рубль, 

всего - 6 178 326,61 рубль.

В то же время, ТМО-30 отказало в зачете встречных требований на предложенных БТС-Мост основаниях, то есть с учетом зачета задолженности ТМО-30 за аренду ИПС.

Об этом свидетельствует акт сверки, подписанный ТМО-30 на 31.12.2019 года (представлен БТС-Мост в суд с пояснениями 28.07.2022 года), согласно которому ТМО-30 учтена в качестве оплаты по договору № 318 сумма 3 842 699,35 рублей на основании зачета от 17.04.2019 года, по договору № 319 сумма 2335 627,26 рублей, а в графе взаиморасчетов по договору аренды № 32 от 01.09.2019 года позиции не указаны (ни начисления, ни оплата).

Об отсутствии долга по договору аренды № 32 от 01.09.2019 года и непринятии зачетов посредством списания задолженности с ТМО-30 по указанному договору, ТМО-30 указывало в направленных в адрес БТС-М письмах и в судебном заседании.

В этой связи доводы представителя БТС-М о том, зачет от 17.04.2019 года не оспорен ТМО-30 и, соответственно, считается принятым на указанных в нем условиях, суд признает необоснованными.

Действительно, согласно ст. 410 Гражданского кодекса РФ обязательство прекращается полностью или частично зачетом встречного однородного требования, срок которого наступил либо срок которого не указан или определен моментом востребования. В случаях, предусмотренных законом, допускается зачет встречного однородного требования, срок которого не наступил. Для зачета достаточно заявления одной стороны.

Указанный зачет заявлен БТС-М 17.04.2019 года, то есть до введения в отношении ТМО-30 наблюдения (дата наблюдения – 17.09.2021 года), зачет до указанной даты допускается.

В то же время, односторонний зачет, как сделка, прекращающая обязательства сторон, возможен по заявлению любой их сторон отношений.

Как указано в п. 10,14,17 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 11.06.2020 N 6 "О некоторых вопросах применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о прекращении обязательств" для прекращения обязательств зачетом, по общему правилу, необходимо, чтобы требования сторон были встречными, их предметы были однородными и по требованию лица, которое осуществляет зачет своим односторонним волеизъявлением (далее - активное требование), наступил срок исполнения. 

Согласно статье 410 ГК РФ для зачета необходимо и достаточно заявления одной стороны. 

Зачет как односторонняя сделка (пункт 2 статьи 154 ГК РФ) может быть признан судом недействительным, в частности, по основаниям, предусмотренным главой 9 ГК РФ.

При этом в п. 18 указанного постановления разъяснено, что в случаях, предусмотренных статьей 411 ГК РФ, зачет не влечет юридических последствий, на которые он был направлен, в частности, если зачет противоречит условиям договора либо по активному требованию истек срок исковой давности. При истечении срока исковой давности по активному требованию должник по нему, получивший заявление о зачете, не обязан в ответ на него сообщать о пропуске срока исковой давности кредитору (пункт 3 статьи 199 ГК РФ). В то же время истечение срока исковой давности по пассивному требованию не является препятствием для зачета.

В данном случае, активным требованием в заявлении о зачете от 17.04.2019 года БТС-М указывает на требование о взыскании долга за аренду ИПС, а пассивным, соответственно, является требование ТМО-30 об оплате за работы до договорам № 318,319,320,321.

Применительно к указанным разъяснениям, отсутствие у ТМО-30 задолженности по активному требованию, как в случае с истечением срока исковой давности по активному требованию, влечет отсутствие юридических последствий такого зачета, что исключает необходимость оспаривания такого зачета.

В свою очередь направленный ТМО-30 акт сверки на 31.12.2019 года, в котором указано на зачет встречных требований по заявлению о зачете от 17.04.2019 года на сумму 3 842 699,35 рублей и 2 335 627,26 рублей, а всего на сумму 6 178 326,61 рублей свидетельствует о том, что со стороны ТМО-30 заявлено о зачете встречных требований, из которых активным является требование ТМО-30 о взыскании с БТС-Мост задолженности по договорам подряда, а пассивным – требования БТС-Мост о взыскании с ТМО-30 задолженности по договорам № 16 от 01.11.19 в сумме 6 141 300 рублей и № 37 от 30.01.2019 года в сумме 37 026,61 рубль.

Указанные суммы зачтены в акте сверки от 31.12.2019 года со ссылками на перечисленные договоры с указанием даты зачета – 17.04.2019 года.

При таких обстоятельствах, учитывая подтвержденное документально наличие встречных требований сторон на указанные суммы, суд приходит к выводу о том, что фактически зачетом от 17.04.2019 года прекращены обязательства БТС-Мост перед ТМО-30 на сумму 6 178 326,612 рубль, то есть по договору  № 318 в сумме 3 842 699,35 рублей и по договору № 319 в сумме 2 335 627,26, а обязательства ТМО-30 перед БТС-Мост по договору № 16 погашено на сумму 6 141 300 рублей, по договору № 37 – на сумму 37 026,61 рубль.

Далее, БТС-Мост заявило о зачете от 09.10.2019 (до банкротства – 27.04.2021), к зачету предъявлены суммы:

-задолженность БТС-Мост перед ТМО-30:

по договору № 318 – 1 037 816,24 рубля,

по договору № 319 – 984 690,04 рубля,

по договору № 320 – 9 002 010,57 рублей,

по договору № 321 – 14 046 410,56 рублей,

за топливо 15 300 рублей, 

всего – 22 086 227,41

-задолженность ТМО-30 перед БТС-Мост:

по договору № 69 – 16 414,74 рубля,

по договору № 1 от 14.01.2019 – 3 697 983 рубля,

по договору № 79 от 31.03.2019 года – 6 601 010,66 рублей,

по договору № 32 от 01.09.2018 – 8 744 213,33 рубля.

ТМО-30 относительно зачета от 09.10.2019 года в акте сверки на 31.12.2019 года отказало в зачете полностью, отразив в акте нулевое значение по зачету от 09.10.2019 года.

При отсутствии у ТМО-30 задолженности перед БТС-Мост по договору аренды № 32 от 01.09.2018 года, зачет от 19.10.2019 года состоялся по заявлению БТС-Мост на сумму 10 315 408,40 рублей.

При этом, в качестве зачтенных исполнением БТС-Мост указало обязательства по оплате:

по договору № 318 – 1 037 816,24 рубля,

по договору № 319 – 984 690,04 рубля,

по договору № 320 – 9 002 010,57 рублей,

по договору № 321 – 14 046 410,56 рублей,

за топливо 15 300 рублей, 

всего – 22 086 227,41 рублей.

С учетом указанных БТС-Мост назначений платежа, погашенными суд признает зачетом от 09.10.2019 года обязательства БТС-Мост пол договорам:

по договору № 318 – 1 037 816,24 рубля,

по договору № 319 – 984 690,04 рубля,

по договору № 320 – 8 292 902,12 рублей, а всего - 10 315 408,40 рублей.

Судом также установлено, что по условиям договоров № 318, 319, 320, 321 в п. 3.2 договоров предусмотрено гарантийное удержание, предоставляющее БТС-Мост не производить оплату 5% от стоимости выполненных работ, при наличии дефектов выполненных работ, зафиксированных актом о недостатках, до момент устранения недостатков.

Указанным пунктом договора также установлено, что гарантийное удержание при расторжении договоров сохраняет свою силу до полного завершения работ и ввода объекта в эксплуатацию.

Как установлено судом, спорные договоры расторгнуты БТС-Мост в одностороннем порядке в марте 2020 года.

При этом в деле имеются письма БТС-Мост о наличии на объектах недостатков, связанных с ненадлежащим оформлением исполнительной документации, а также недостатков строительных работ, в частности письма от 24.01.2020, 16.01.2019, 01.04.2019, 16.04.2019 (т. д. 8 л. 

<

...>, 75).

Относительно недостатков выполненных работ БТС-Мост направило ТМО-30 претензию (т. д. 7, л. д. 88), согласно которой недостатки выявлены по договорам № 318, 319 и 320.

15.02.2022 года БТС-Мост заявило о проведении удержания из стоимости выполненных работ (т. д. 8, л. д. 108), из которого следует, что денежные средства в размере 5% от стоимости выполненных работ удерживаются в счет требований БТС-Мост:

-по договору № 318 по возмещению понесенных БТС-Мост расходов на устранение недостатков в сумме 2 070 119,82 рубля,

-по договору № 319 по возмещению расходов БТС-Мост на устранение недостатков в сумме 1 985 826,96 рублей, 

-по договору № 320 по возмещению расходов БТС-Мост на устранение недостатков в сумме 1 363 282,18 рублей.

В силу пункта 1 статьи 721 Кодекса качество выполненной подрядчиком работы должно соответствовать условиям договора подряда, а при отсутствии или неполноте условий договора требованиям, обычно предъявляемым к работам соответствующего рода. Если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или договором, результат выполненной работы должен в момент передаче заказчику обладать свойствами, указанными в договоре или определенными обычно предъявляемыми требованиями. В пределах разумного срока результат работ должен быть пригодным для установленного договором использования, а если такое использование договором не предусмотрено, для обычного использования результата работы такого рода.

В пункте 1 статьи 723 Кодекса установлено, что в случаях, когда работа выполнена подрядчиком с отступлениями от договора подряда, ухудшающими результат работы, или с иными недостатками, которые делают его непригодным для предусмотренного в договоре использования, заказчик вправе, если иное не установлено законом или договором, по своему выбору потребовать от подрядчика: безвозмездного устранения недостатков в разумный срок; соразмерного уменьшения установленной за работу цены; возмещения своих расходов на устранение недостатков, когда право заказчика устранять их предусмотрено в договоре подряда.

Из статей 15, 393, 723 Кодекса, разъяснений, изложенных в Постановлении N 7, в Обзоре N 2 (2017), следует, что в случае неисполнения ответчиком обязательств по устранению недостатков выполненных работ истец не лишен права самостоятельно устранить недостатки выполненных работ с возложением на ответчика обязанности по возмещению в связи с этим расходов.

Ссылаясь на то, что в связи с ненадлежащим исполнением ответчиком обязательств по договору, невыполнением требований об устранении недостатков БТС-Мост понесло убытки, связанные с устранением недостатков своими силами, БТС-Мост заявило об удержании  стоимости работ по устранению недостатков из гарантийной суммы.

В правоотношениях, возникших из договора подряда, в силу положений ст. 702, 740 ГК РФ, обязанность заказчика по уплате определенных сумм в пользу должника представляет собой обязательство, исполнение которого обусловлено исполнением подрядчиком встречного обязательства по выполнению работ и предоставлению их результата заказчику, которое подлежит выполнению согласно нормам ст. 309, 310 ГК РФ, в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона.

В силу ст. 329 ГК РФ исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием имущества должника, поручительством, банковской гарантией, задатком и другими способами, предусмотренными законом или договором.

Обеспечение исполнения обязательств по договору путем гарантийного удержания является обычной практикой.

Надлежащее исполнение подрядчиком принятых им на себя обязательств, исходя из буквального толкования перечисленных выше условий договора, обеспечивается обязанностью подрядчика предоставить финансовое обеспечение. При наступлении определенных обстоятельств, указанных в договоре, заказчик вправе удержать и не возвращать подрядчику сумму гарантийного удержания (финансового обеспечения).

Согласованное сторонами гарантийное удержание является одним из условий договора об оплате работ и предназначено для покрытия возможных расходов заказчика, которые могут возникнуть из-за ненадлежащего качества работ либо их невыполнения подрядчиком. Обязательство заказчика по оплате выполненных работ является встречным по отношению к обязательству подрядчика выполнить работы в полном объеме и надлежащего качества, соответственно, подрядчик не может рассчитывать на получение полной стоимости работ, если обнаруженные недостатки не будут устранены подрядчиком. В связи с этим уменьшение договорной цены на стоимость расходов, обусловленных ненадлежащим исполнением подрядчиком своих обязательств по договору, является условием договора о порядке расчетов.

Предусмотренное договором подряда право генподрядчика удержать сумму понесенных им расходов на устранение дефектов выполненных работ, выполнение работ, которые подрядчиком не выполнены, из подлежащих выплате подрядчику средств является не удержанием, а непротиворечащим закону условием о перерасчете договорной цены на случай недоброкачественности либо неполноты выполненных подрядчиком работ. Обязательственное правоотношение из договора подряда включает в себя два основных встречных обязательства: обязательство подрядчика качественно и в срок выполнить работы и обязанность заказчика оплатить их (ст. 328 ГК РФ). Следовательно, подрядчик не может рассчитывать на получение полной стоимости, согласованной в договоре, если он сам выполнил свои обязательства ненадлежащим образом.

Для заказчика имеет значение и подлежит денежной оценке не только объем работ, которые должен выполнить подрядчик и их качество, но и сроки выполнения работ. Следовательно, цена работ, согласованная в договоре и отражающая все указанные параметры ожидаемого предоставления подрядчика, вследствие допущенной подрядчиком просрочки подлежит уменьшению на сумму понесенных заказчиком из-за этого убытков. Неустойка при этом является "упрощенным механизмом компенсации" потерь подрядчика.

Согласно сложившейся судебной практике, перерасчет размера обязательства заказчика с учетом допускаемых договором удержаний представляет собой способ определения договорной цены (итогового сальдо), а не является самостоятельной сделкой.

Условия договора о порядке погашения расходов, финансовых санкций из суммы гарантийного удержания свидетельствуют о том, что какие-либо дополнительные действия с оформлением документов не осуществляются, такое погашение происходит автоматически в момент совпадения требований друг с другом.

Данными действиями по направлению уведомления/претензии с указанием названных обязательств подрядчик, по сути, определил завершающее сальдо по договору, а действия, направленные на установление сложившегося сальдо взаимных предоставлений по договору, не являются сделкой, совершенной, в данном случае, после введения наблюдения в отношении ТМО-30.

Тот факт, что о сальдировании было заявлено уже в ходе дела о банкротстве ТМО-30, ни на что не влияет, такое заявление лишь обращает внимание суда на то, что произошло ранее в силу закона или соглашения сторон.

В то же время судом установлено, что по условиям договоров оплата работ в размере 95 % производится в течение 70 календарных дней с даты сдачи работ по КС-актам, при досрочном расторжении договора гарантийное удержание сохраняется до завершения работ КС-14 актами, оплата 5% гарантийного удержания в этом случае осуществляется в 70 календарных дней от даты подписания КС-14 актов.

Судом установлено, что окончательно работы по договорам сданы 31.05.2019 года (последние акты по договорам о выставлении работ к оплате), отсюда 95 % стоимости работ надлежало оплатить БТС-Мост в 70 календарный дней, то есть до 09.08.2019 года, с 10.08.2019 года имеет место просрочка оплаты.

При наличии недостатков работ по договорам № 328, 319, 320 оплате надлежало 95 % от стоимости выполненных работ по указанным договорам.

Далее,  15.02.2022 года БТС-Мост указало на наличие у него оснований для неоплаты 5 % гарантийного удержания в связи с недостатками работ (об уменьшении суммы оплаты).

Как установлено судом, КС-14 акты по договорам № 319, 320 подписаны 30.09.2021 года.

Отсюда 70 календарных дней с даты КС-14 актов истекает 09.12.2021 года по договорам № 319 и 320.

В отношении договора № 318 акт КС-14 датирован 30.09.2022 года, 70 календарных дней для возврата 5% гарантийного удержания наступают 09.12.2022 года.

Таким образом, по договору № 318 срок возврата 5% гарантийного удержания не наступил на дату рассмотрения дела, в связи с чем после 31.05.2019 года подлежит оплате 95 % стоимости работ.

По договорам № 319,320 до 09.12.2021 года подлежит уплате 95 % от стоимости работ, с 10.12.2021 года – 100% стоимости работ.

С учетом изложенного, задолженность БТС-Мост перед ТМО-30 по встречному иску составила:

-договор № 318:

выполнено работ – 41 402 396,14, оплачено п/п 31 500 000, не оплачено – 9 902 396,14 рублей, удержано гарантийное удержание – 2 070 119,82 рубля, погашено зачетом 17.04.2019 года – 3 842 699,35 рублей, погашено зачетом 09.10.2019 года – 1 037 816,24 рублей, задолженность – 2 951 760,73 рубля.

-договор № 319:

выполнено работ – 39 716 539,20, оплачено п/п 34 410 394, 94 рубля, не оплачено 5 306 144,36; удержано гарантийное удержание – 1 985 826,96 рублей (до 09.12.2021 года); погашено зачетом 17.04.2019 года – 2 335 627,26 рублей, погашено зачетом 09.10.2019 года – 984 690,04 рубля, задолженность – 0,10 рублей, с 10.12.2021 года подлежит взысканию 1 985 826,96 рублей (гарантийное удержание), всего на дату рассмотрения дела задолженность 1 985 827,06 рублей.

-договор № 320:

выполнено работ – 27 389 183, 58 рублей, оплачено п/п 16 900 350,83 рубля, не оплачено 10 488 832,75 рублей; удержано гарантийное удержание – 1 369 459,18 рублей, погашено зачетом от 09.10.2019 года – 8 292 902,12 рублей. Задолженность – 826 471,45 рублей, с 10.12.2021 года подлежит возврату гарантийное удержание в сумме 1 369 459,18 рублей (гарантийное удержание) всего задолженность на дату рассмотрения дела 2 195 930, 63 рубля.

-договор № 321:

выполнено работ – 48 194 658,28 рублей, оплачено п/п 23 794 251,05 рублей, не оплачено 24 400 407,23 рубля. 

Задолженность 15 300 рублей по счет-фактуре № 73 от 31.08.2019 года.

Итого общая задолженность по встречному иску составила 31 549 226,55 рублей, которые суд взыскивает с БТС-Мост в пользу ТМО-30.

ТМО-30 также заявлено о взыскании пени в сумме 3 715 585 рублей 79 копеек из расчета 0,01 % за просрочку оплаты работ по договорам № 318-321 с 10.08.2019 по 02.12.2021 года.

Согласно ст. 329 ГК РФ исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием вещи должника, поручительством, независимой гарантией, задатком, обеспечительным платежом и другими способами, предусмотренными законом или договором.

Неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.

По условиям договоров № 318-321оплата работ (за минусом 5 % гарантийного удержания) производится в 70 календарных дней после сдачи работ по актам.

В п. 7.13 договоров установлена неустойка за просрочку оплаты работ в размере 0,01 % от стоимости подлежащих оплате работ, но не более 10%.

По договорам последние акты сдачи работ датированы 31.05.2019 года, отсюда встречным истцом правомерно определена дата начала просрочки – с 10.08.2019 года.

В то же время, при расчете неустойки встречным истцом неверно указана сумма просроченной оплатой задолженности без учета погашения и без учета срока возможного гарантийного удержания.

Так, по договору № 318 с учетом суммы выполненных работ на 31.05.2019 года и суммы произведенных оплат, а также за минусом гарантийного удержания (2 070 119,82 рубля) и суммы зачета от 17.04.19 года (3 842 699,35 рублей) к 10.08.2019 года у БТС-Мост возникла задолженность в сумме 3 989 576,97 рублей (9 902 396,14-2070119,82-3842699,35).

Далее зачетом от 09.10.2019 погашено 1 037 816,24 рубля, долг составил 2 951 760,73 рубля.

Отсюда пени из расчета 0,01% составили:

-за период с 10.08.2019 по 09.10.2019 года – 24 336,42 рубля из расчета: 3 989 576,97*0,01%*61 дней,

-за период с 10.10.2019 по 02.12.2021 года – 231 713,22 рубля, из расчета: 2 951 760,73 * 0,01% *785 дня.

По договору № 319 с учетом суммы выполненных к 31.05.2019 года работ на сумму 39 716 539,30 рублей, за минусом гарантийного удержания (1 985 826,96) к оплате надлежало 37 730 712,34 рубля, оплачено платежными поручениями 34 420 394,94 рубля, зачетом от 17.04.19 года погашено 2 335 627,26 рублей, неоплаченной осталась сумма 984 690,04 рубля.

С 10.08.2019 года (начало периода начисления пени) просроченная задолженность составила 984 690,04 рубля, отсюда пени из расчета 0,01% составили за период с 10.08.2019 по 09.10.2019 года – 6 006,61 рубль из расчета: 984 690,04 рубля *0,01%*61 день.

Далее зачетом от 09.10.2019 погашено 984 690,04 рубля, задолженность с 09.10.2019 года по 02.10.2021 года (обязанность по возврату гарантийного удержания возникала после указанного ТМО-30 окончания периода начисления пени – 10.12.2021 года) составила 0 рублей, отсюда пени за период с 10.10.2019 по 02.12.2021 года составили 0 рублей.

По договору № 320 с учетом суммы выполненных работ к 31.05.2019 года на сумму 27 389 183,58 рублей, суммы произведенных оплат (16 900 350,83 рубля, а также за минусом гарантийного удержания (1 369 459,18 рублей) к 10.08.2019 года у БТС-Мост возникла задолженность в сумме 9 119 373,57 рублей.

С 10.08.2019 по 09.10.2019 задолженность составила 9 119 373,75 рублей, отсюда сумма пени составила 55 628,18 рублей из расчета: 9 119 373,57 *0,01%*61 дней.

Далее зачетом от 09.10.2019 погашено 8 292 902,12 рублей, долг составил 826 471,45 рублей (обязанность по возврату гарантийного удержания возникала после указанного ТМО-30 окончания периода начисления пени – 10.12.2021 года), отсюда пени из расчета 0,01% составили 64  878,01 рубль, из расчета: 826 471,45 рублей * 0,01% *785 дней.

По договору № 321 с учетом суммы выполненных работ на 31.05.2019 года (48 194 659,28 рублей) и суммы произведенных оплат (23 794 251,05 рублей) задолженность на 10.08.2019 года составила 24 400 408,23 рубля (гарантийное удержание и погашение зачетом не производилось).

Отсюда пени из расчета 0,01% составили:

-за период с 10.08.2019 по 02.12.2021 года – 2 064 274,54 рубля (в пределах 10% от стоимости неоплаченных работ).

Всего неустойка составила 2 446 836, 07 рублей.

При этом, сумма, подлежащая взысканию с БТС-Мост в пользу ТМО-30 определена судом с учетом гарантийного удержания, срок правомерного удержания которого истек на дату рассмотрения дела.

Как указано в п. 3.2 договоров, оплата 5 % от стоимости работ производится в соответствии с п. 3.3 договора, то есть в течение 70 дней после ввода объектов в эксплуатацию.

Согласно п. 3.2 договора БТС-Мост вправе не производить оплату работ, имеющих дефекты до устранения недостатков, срок оплаты работ в этом случае наступает по истечении 70 дней после устранения дефектов.

В этом же пункте договора стороны установили, что при расторжении договоров, если иное не предусмотрено соглашением сторон о расторжении, условие о гарантийном удержании сохраняется до полного завершения работ.

Расторжение имело место 24.03.2020 года в одностороннем порядке БТС-Мост.

Заявляя о расторжении договоров, БТС-Мост не указывал о наличии на объектах выполненных работ каких-либо недостатков и условия возврата гарантийного удержания. 

Согласно п. 3 Постановления Пленума ВАС РФ от 06.06.2014 N 35 "О последствиях расторжения договора" разрешая споры, связанные с расторжением договоров, суды должны иметь в виду, что по смыслу пункта 2 статьи 453 ГК РФ при расторжении договора прекращается обязанность должника совершать в будущем действия, которые являются предметом договора (например, отгружать товары по договору поставки, выполнять работы по договору подряда, выдавать денежные средства по договору кредита и т.п.). Поэтому неустойка, установленная на случай неисполнения или ненадлежащего исполнения указанной обязанности, начисляется до даты прекращения этого обязательства, то есть до даты расторжения договора.

Вместе с тем условия договора, которые в силу своей природы предполагают их применение и после расторжения договора (например, гарантийные обязательства в отношении товаров или работ по расторгнутому впоследствии договору; условие о рассмотрении споров по договору в третейском суде, соглашения о подсудности, о применимом праве и т.п.) либо имеют целью регулирование отношений сторон в период после расторжения (например, об условиях возврата предмета аренды после расторжения договора, о порядке возврата уплаченного аванса и т.п.), сохраняют свое действие и после расторжения договора; иное может быть установлено соглашением сторон.

Таким образом, расторжение договора прекращает обязательства сторон, если иное не установлено договором.

В этой связи суд приходит к выводу о том, что при отсутствии в договоре условий об удержании 5% оплаты после окончания работ на объекте (завершением КС-14 иным лицом при расторжении договора), на стороне БТС-Мост возникла обязанность по возврату указанного удержания, то есть обязанность оплатить работы в 100%-ном размере.

Всего суд взыскивает с БТС-Мост в пользу ТМО-30 по встречному иску -31 5549 226,55 рублей долг и 2 446 836, 07 рублей неустойки, а всего 33 996 064,31 рубль.

В соответствии со ст. 110 АПК РФ судебные расходы относятся на лиц пропорционально удовлетворенным исковым требованиям.

В связи с отказом в первоначальном иске, судебные расходы БТС-Мост по оплате государственной пошлины возмещению не подлежат.

Встречный иск заявлен на сумму 37 292 354,66 рублей (33 576 768 рублей 87 копеек задолженности по договорам, 3 715 585 рублей 79 копеек неустойки), удовлетворен на сумму 33 009 064, 31 рубль или 91,16 %.

ТМО-30 при подаче встречного иска ходатайствовал об отсрочке уплаты государственной пошлины, которая ему предоставлена, в связи с чем государственная пошлина за подачу встречного иска в сумме 200 000 рублей относится на БТС-Мост в размере 91,16 % или 182 320 рублей, на ТМО-30 в остальной части 17 680 рублей.

Руководствуясь статьями 167-171, 176 Арбитражного  процессуального  кодекса Российской Федерации, арбитражный суд 

РЕШИЛ:

В удовлетворении иска АО «Бамтоннельстрой-Мост» отказать.

Встречный иск удовлетворить частично.

Взыскать с акционерного общества «Бамтоннельстрой-Мост» в пользу общества с ограниченной ответственностью «Тоннельно-мостовой отряд № 30» 31 549 226 рублей 55 копеек задолженности, 2 446 836 рублей 07 копеек пени по состоянию на 02.12.2021 года, а всего 33 996 064 (тридцать три миллиона девятьсот девяносто шесть тысяч шестьдесят четыре) рубля 31 копейки.

В остальной части в удовлетворении встречного иска отказать.

Взыскать с акционерного общества «Бамтоннельстрой-Мост» в федеральный бюджет 182 320 (сто восемьдесят две тысячи триста двадцать) рублей государственной пошлины.

Взыскать общества с ограниченной ответственностью «Тоннельно-мостовой отряд № 30» в федеральный бюджет 17 680 (семнадцать тысяч шестьсот восемьдесят) рублей государственной пошлины.

Решение суда может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Пятый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия (изготовления решения в полном объеме) путем подачи апелляционной жалобы через Арбитражный суд Сахалинской области.

Решение сторонам не направлять.

Судья

О.А. Портнова